Навет старого колдуна

Глава 14

Проснулась Лида от, уже привычного, звука открывающейся двери. Поднявшись на постели, она увидела, как дедок усаживается на стул, рядом со столиком. Сон прошел моментально, Лида быстро встала, накинула халат. Что бы ни разбудить детей, включила чайник в ванной. Достала из холодильника мед с орешками, а из сумки, приготовленные, на всякий случай, сушки в пакете. Собрав на стол перед своим «другом», она села против него.

— С огнем играешь, — проговорил дедок своим скрипучим голосом, — опять супротив идешь.

— Супротив чего? — не поняла Лида.

— Супротив доли своей, — строго посмотрел дедок, прихлебывая горячий чай.

— Господи, — Лида была готова расплакаться, — уже столько лет я одна. Даже, эти десять дней, я не могу быть счастлива?

— Можешь, — ответил дедок, — но потом Худо может быть. И я не смогу тебя защитить.

— У нас осталось всего три дня, — Лида умоляюще смотрела на деда.

— Засиделся я у тебя, пора мне, — дедок спрыгнул со стула и засеменил к двери.

Он вышел, а дверь не двигалась. Лида посидела еще несколько минут в оцепенении, посмотрела на спокойно спящих детей, вымыла посуду в ванной. Взглянула на себя в зеркало, глаза потухли, кожа постарела. Бессонная ночь сказывалась, слова дедка и кошмарный сон не давали покоя. Она сняла халат, легла на кровать и укрылась простыней с головой. Опять на нее пахнуло подземельем.

Вибратор на телефоне, жужжал рядом с подушкой, уже два раза подряд. Наконец девочка услышала, спросонья посмотрела, кто так настойчиво ее будит. Определив абонента, она тихо встала, что бы, не разбудить сестру и маму, скользнула в ванную. Через минуту, быстро переодевшись, она что-то написала на тетрадном листке, положила его на свою кровать и вышла, тихо прикрыв дверь.

После полудня Лиду разбудил солнечный свет. Торопиться было не куда, с Костей договорились о встрече только на вечер. Лежа под простыней с закрытыми глазами, Лида вертелась с бока на бок, вытягивала ноги, блаженно шевелила пальцами. Ей было приятно просто предаваться неги и вспоминать вчерашний день, вечер, ночь: яхта, купание в море, вальс и признание в любви. А Луна, какая вчера была огромная Луна! Кажется в полнеба и в полморя! Лида на минуту представила, как они с Костей плывут по лунной дорожке. Все сверкает и серебрится кругом. И опять — только Он, Она и Луна. Свидетель и спутница их короткой любви. Лида просчитала дни, им осталось наслаждаться этим раем всего трое суток. Через три дня они сядут в поезд и колеса застучат в обратную сторону. Три дня и три ночи она может видеть его, слышать его, говорить с ним.

Но, предупреждение дедка ввергли ее уныние и еще этот сон — о чем он? Что за чудовище жаждет ее гибели? Как ей уберечься от него? Дедок явно дал понять, что встречи с Костей идут вразрез с наветом колдуна. Чудом удалось им выжить в грозу в горах. А поломка яхты в море — тоже не случайность. По краю бездны она ходит, об этом и говорил ей дедок. Ведь, не просто так, за все эти годы, не нашлось ни одного мужчины, что бы предложил ей быть вместе. Все обходили ее стороной. Во сне, она отвела беду от детей, а самой, хоть бы еще один день посмотреть в любимые глаза Кости, увидеть его улыбку. Ведь, итак всего три дня осталось. А там, опять одиночество на долгие годы.

И сон ее давний пока не сбылся. А она так хочет, что бы это произошло. Вчера, так и не представился случай, ей спокойно походить по берегу моря. События сменялись слишком быстро. Сегодня вечером она опять обязательно наденет это платье. Стоп! Лида вспомнила, что вечером в беседке, она случайно облила платье вином. Тогда ей не хотелось терять очарование вечера, и она просто закрыла пятно ладонью. Из автобуса до отеля было совсем близко, Лида прикрывала пятно сумкой. Надо быстрее постирать платье, а то, оно не успеет высохнуть. Лида быстро встала, накинула халат, платье так и висела в ванной, где она его сняла. Тонкая ткань с потайными цветами никак не отстирывалась, вино было действительно натуральное. Долгие старания привели, наконец-то, к желаемому результату. Выполосканное платье, Лида несла перед собой, тщательно разглядывая. На балконе, еще раз внимательно просмотрела, не осталось ли пятен.

Внизу, у бассейна, как всегда, восседала Катерина, и, в этот раз, оживленно беседовала с Анной Сергеевной и Клавдией Сергеевной. Всей группе было не понятно, зачем сестры Курич сюда приехали. Целыми днями они не выходили из номера, загорали и то, строго на балконе. Вечерами уходили на набережную, садились на скамеечку и любовались морской далью. Никто не видел их купающимися в бассейне или море. Ни утром, ни вечером они не загорали на пляже. Всего два раза они покидали отель и уезжали на экскурсии. Неужели им было достаточно просто смотреть на море? И что им это давало? Чем они занимались днями в номере? Вся группа терялась в догадках.

Сестры сидели на плетеных пластмассовых креслах, а Катя на бордюре бассейна, опустив ноги в воду, и о чем-то оживленно беседовали. Лида заинтересовалась их разговором, когда да нее долетели слова Клавдии Сергеевны:

— Бедная девочка, если ее и найдут, то, что теперь будет? Ее фотографию показали крупным планом по телевизору. Значит в ее городе, дворе, наконец, в школе, ее узнали. Как ей теперь будет трудно. На нее будут показывать пальцем взрослые, а сверстники в глаза смеяться.

— А, может, она виновата, — Катя, как всегда, была против всех и вся, — может она сама с ними поехала. Сейчас молодежь вся безголовая.

— Ну почему, вы Екатерина Владимировна, так плохо говорите о молодежи, — Анна Сергеевна была более передовых взглядов на молодежь, — всех не надо грести под одну гребенку.

— И не говорите, — Катя даже руками замахала, — уж сейчас молодежь, а особенно девчонки, так и мечтают, как бы продать себя за деньги. И эта, может, тоже на деньги позарилась.

— Да нет же, — Анна Сергеевна поправила брошку на шее, — в новостях говорили, что рядом с ней, на остановке затормозила машина, и, ее за секунды затащили в салон. Никто и опомниться не успел, как машины и след простыл.

— Еще неизвестно, — Катя настаивала на своем, — может они все придумали, заранее договорились. Натешутся, а потом она приедет и скажет, что не виновата ни в чем.

— Господи, что вы такое говорите, — перекрестилась Анна Сергеевна и опять потрогала брошку, — я считаю, что девочка действительно ни в чем не виновата. А эти горцы — ухари настоящие. Завидят смазливую, украдут и увезут в горы. Кто найдет, а потом или в рабство или в гарем.

— Да, — согласилась Клавдия Сергеевна, — горы, они большие, у местных жителей там полно потаенных домиков. Никто и искать не будет.

— А я считаю, — подбоченилась одной рукой Катя, — и не надо искать, значит, шалава. На моего Вадика вот одна из нашего двора все вешалась, вешалась, проходу ему не давала. Ему надо наукой заниматься, а она его, то в бассейн потянет, то в гости пригласит.

— А сколько лет вашему сыну? — Клавдия Сергеевна всегда любила до конца распутывать семейные узлы.

— Моему Вадюшечке, уже тринадцать. — Катя даже пальцы вверх подняла.

— Послушайте, уважаемая Екатерина Владимировна, ну какая может быть наука в тринадцать лет, — рассудила Анна Сергеевна, — ему действительно надо в бассейн ходить и в гости. А наукой будет заниматься в старших классах.

— Извините, — завилась Катерина, — к старшим классам он уже будет мировым светило. И нечего ему время тратить зря, а в бассейн он ходит, раз в неделю, при Академии наук.

— Но там, скорее всего одни пожилые мужчины или вообще дряхлые сухие академики, — Клавдия Сергеевна умела вставить словцо, — ему с ними разве интересно? Он же еще ребенок, ему хочется порезвиться, понырять, в морской бой поиграть.

— Там, где резвость и морские бои — потом наступает бандитизм и наркомания, — сделала вывод Катя, — пусть лучше с академиками купается.

— Екатерина Владимировна, попытаюсь вам напомнить, — опять начала Анна Сергеевна, — а что стало с той девочкой, которая, как вы говорите, прохода не давала вашему ученому сыну?

— Я все сделала, как положено, — Катя опять подняла пальцы вверх, — я ее остановила и так отчихвостила, что она теперь за два квартала моего Вадика обходит.

— Бедная девочка, — хлопнула в ладошки Клавдия Сергеевна, — за что вы ее так?

— А пусть не лезет к моему сыну, да и вообще, у нее родители пьют.

— А как ваш сын отреагировал? — не унималась Клавдия Сергеевна.

— Сыночек мой страдал ровно неделю, — Катя посмотрела на всех победоносным взглядом, — потом и думать забыл.

— А вы уверены, что вы правильно поступили? — Анна Сергеевна, опять потрогала брошку.

— Абсолютно, — утвердительно закивала головой Катя, — зато, я за своего сына спокойна.

— Да, — Клавдия Сергеевна перешла на старую тему разговора, — а у той девочки родители сейчас страдают.

— Детей надо правильно воспитывать, — с чувством гордости за своего сына проговорила Катя, — и, тогда, всегда можно быть спокойным.

Лиде от этого разговора стало не по душе. Конечно, очень опасно в этой горной стране с детьми. На всех экскурсиях она старалась держать Валю и Свету за руки. А сейчас, когда они вечерами гуляли по городу, девочки держались за руки с Димой, и Лиде было спокойнее. Вздохнув с облегчением, Лида вошла в комнату, что бы посмотреть на своих детей. Света еще спала, разметавшись на подушке. Одеяло с Валиной кровати спустилось на пол. Женщина подхватила край одеяла и дернула его, что бы лучше укрыть Валю… Ужас начал подкрадываться к сердцу матери. Валина кровать была пуста, Лида стряхнула одеяло, подняла подушку, как будто Валя могла под ней спрятаться. Кинула все на место. Села на кровать, и, не зная, что делать, обхватила голову руками.

В следующую минуту, Лида начала тормошить Свету. Та спросонья ничего не понимала и принялась плакать.

— Света, Светочка, — испуганная Лида, пыталась расспрашивать младшую дочь, — ты не знаешь где Валя?

— Наверно в бассейне, — проговорила Света и повернулась на другой бок.

— Нет, в бассейне ее точно нет.

— Значит, около бассейна, — Света натягивала простыню.

— Нет же, Света, нет ее около бассейна, — тормошила ребенка Лида, чуть не плача.

— Может, она пошла к мосту за мороженым? — Света села на кровати.

— И целый час в очереди стоит? — Лида снова села на Валину кровать. На память ей пришли слова женщин у бассейна. Она посмотрела на Свету страшным взглядом. — А может, она правда пошла за мороженым, и, ее там украли? — У Лиды из глаз покатились слезы.

— Мама, ты что, — успокаивала ее Света, — да она, сто пудов, с Иванцовыми на крыльце сидит и всех артистов обсуждает. Я сейчас пойду, спрошу. — Света соскочила с кровати, набросила халатик и пулей помчалась в коридор.

Лида вышла на балкон. Как, могло так случиться, что она не заметила, как исчезла Валя. Куда она ушла? Где она сейчас? Лида смотрела на город, и он, сразу стал ей чужим. Вот о каком Худе предупреждал ее дедок. А вина опять ее, Лиды, нельзя ей встречаться с Костей. Колдун выбрал самую страшную месть. Что, может быть хуже исчезновения дочери для матери. Зашла Света, села на кровать с опущенным лицом

— Ну что? — хватаясь за соломинку, спросила Лида, — Валя на крыльце?

— Нет, — Света отвернулась, — Маша говорит, что, она ушла куда-то часа два назад.

— Что? — Лида схватила дочь за плечи, — а куда она ушла и с кем? Они видели?

— Мама, — вырвалась Света, — ты меня сейчас затрясешь. Никто больше ничего не знает, я и у Иванцовых уже спросила и у дворника. Видели, как уходила и все. Да найдется она, придет скоро. — Света снова села на кровати. — Мама, ты только не плачь. Она у нас, конечно, дура, но не до такой же степени, она не может далеко уйти.

— Света, — Лида закрыла лицо руками, — где ее искать? Такой большой город.

— Мама, — обрадовалась Света, — а телефоны зачем? Сейчас ей позвоним и все узнаем.

— Правда, Света, — обрадовалась Лида, — я со страху и забыла, про телефон.

— Сейчас, мамулечка, не переживай, — Света взяла свой телефон, быстро нашла номер Вали и позвонила.

— И что, — Лида встревоженно смотрела на дочь, — гудки идут?

— Сказали, что телефон не доступен, — Света посмотрела на маму тревожным взглядом. — Но ты не переживай, эта связь такая, сейчас все равно дозвонимся. — Света еще несколько раз пыталась дозвониться до сестры, но в телефоне настойчиво повторяли, что абонент не может ответить.

— Наверно, надо идти в милицию, — Лида уставилась в одну точку, — знаешь, Света, это я виновата.

— А ты причем, что эта ненормальная куда-то унеслась? — не понимала Света.

— Нет, это я виновата, — снова повторила Лида, — мне не надо было связываться с Костей.

— Мама, что ты придумала. Да она, наверняка, где-то рядом, — пыталась убедить дочь. Но, она и сама уже не понимала, где может быть так долго Валя, и почему ее телефон не отвечает?

— Если бы, я не стала поддерживать связь с Костей, мы не ездили бы вчера к этой царице, — Лида поняла всю глубину своей вины, — а сегодня утром, встали и, как обычно, пошли на пляж. И все были бы на месте, — закончила она шепотом и разделяя слога.

— А дядя Костя здесь причем? — пыталась вразумить маму дочь, — он никак не заставлял Вальку смываться. А, может, дядя Костя с Димой что-нибудь придумали и позвали Валю? Сейчас, я позвоню Диме, — она нашла номер парня и позвонила.

В трубке долго шли гудки, потом абсолютно сонный голос произнес: «Да».

— Дима, а что вы делаете? — торопилась спросить девочка, пока голос на другом конце связи мог говорить.

— Спим, — произнес сонный голос Димы и телефон отключился.

Сомнения быть не могло, у Ковалевых Вали точно нет. Никогда не позволявшая себе, каких-либо отклонений в поведении, девочка ушла, и до сих пор не вернулась. Такой большой город, столько много народа, могло произойти все что угодно.

— Это бог меня наказывает, — утвердительно произнесла Лида, — а скорее всего, тот старый колдун. Мне не может быть так хорошо, после хорошего, всегда наступает плохое, и вот, сейчас наступило. «Худо» наступило. Мне надо срочно порвать с Костей, и тогда, Валя найдется.

— Мама, ты что, с ума сошла? — Света пыталась выхватить у матери телефон, — да с дядей Костей, наоборот, безопаснее. Вспомни, он тебе жизнь спас, в том ручье в горах.

— Вот поэтому, и надо расстаться, — Лида в запальчивости искала номер Кости, — что бы спасти и нас и их от подобных ситуаций. Что он не берет трубку, — Лида машинально вытирала слезы на щеках, — ага, вот. Але, але, Костя?

— Мама, — закричала Света, — не делай этого, мы же ничего не знаем.

— Костя, пожалуйста, послушай меня, поверь, мне очень хорошо с тобой, очень, — голос ее дрогнул, но она овладела собой, — но, больше мы не будем встречаться. И, пожалуйста, не ищи со мной встреч, и не приезжай к нам никогда. — Лида набрала воздуха в легкие. — Прости меня… И забудь.

Наступило молчание. Света круглыми глазами смотрела на мать. Лида тупо смотрела на пол в комнате. Объяснять, что-либо Косте было глупо и не уместно, он все равно не поверит, а предупреждение дедка, посчитает за ее уставшее, после бессонной ночи, воображение.

— Что делать теперь, Света? — спрашивала она дочь, — где ее искать?

В тишине резко зазвонил телефон, на табло высветился номер Кости. Со слезами на глазах женщины нажала на клавишу отключения и положила телефон на стол. Ей казалось, что телефон тоже в чем-то виноват.

— Костя, не до тебя. Из-за него все и случилось, набрякался в этом водопаде, — заплакала Лида.

— Мама, дядя Костя тут ни при чем, зря ты на него наговариваешь. Он к нам хорошо относится, — Света пыталась защитить Константина.

— Ладно, все, слезами горю не поможешь, — Лида вытерла заплаканное лицо, — пойдем милицию искать. Надо что-то делать.

— Давай еще подождем, — спросила Света, — может, она телефон в воду уронила?

— Хочешь сказать, что она одетая пошла купаться? Не пугай меня еще больше, — просила Лида, — пойдем в милицию. Уже два часа, как она ушла, плюс час мы ей звоним, значит уже три часа прошло. Чем быстрее заявим, тем быстрее найдут.

— Ладно, мама пошли, — согласилась Света, — но, ты зря отключила телефон, вдруг, она тебе позвонит.

— Сейчас включу опять. С Костей не могу говорить, а он звонит без конца и края, — оправдывалась Лида, — сейчас включу.

— Мама, а ты может, переоденешься? — Света взяла пальцами подол ночной рубашки матери, — не так же ты пойдешь?

— Ой, — Лида всплеснула руками, — а я и забыла даже, что еще не переоделась. — Она прошла в ванную, быстро надела шорты и майку.

— Главное, не забыть паспорт, — напоминала она себе.

— Валин паспорт тоже надо взять, — Света более здраво мыслила, чем мама. — Сейчас, я в ее сумочке поищу.

— Значит, она и сумочку не взяла, — Лида села на стул, казалось, ноги ее не держали.

— Мама, ну что ты уселась, — Света взяла мать за руку, — вставай, пошли.

Спускаясь с лестницы, они столкнулись с Катей.

— Вы куда так спешите? — перегородив всю ширину лестницы, Катерина хотела знать все. Она уже заметила, что номер Лиды был пуст вчерашние день и ночь, и на завтраке этой троицы тоже не было. Катерине это стало очень подозрительно.

— Ой, Катя, давай потом, — Лида постаралась быстрее пробежать мимо, — некогда.

Открытая дверь кабинета хозяйки явно указывала, что Алла Григорьевна на месте. На столе в этот момент стоял шаровидный кактус с двумя удивительными цветками. На длинных стеблях красовались бело — желтые цветы с длинными треугольными лепестками. Казалось, что лепестки как — будто росли друг из друга, создавая такое редкое чудо. В другой раз, Лида обязательно бы восхитилась прелестью цветка, но, сейчас, ее мысли были заняты дочерью.

— Алла Григорьевна, добрый день! — обратилась она к хозяйке, сидящей за столом, — скажите, пожалуйста, как найти ближайшее отделение милиции?

Алла Григорьевна подняла удивленные глаза на Лиду. По внешнему виду сразу можно было понять, что случилось что-то ужасное.

— А что случилось? — спросила Алла Григорьевна и посмотрела поверх очков на заплаканную Лиду, — у вас что-то потерялось?

— У меня исчезла дочь.

— Давно?

— Три часа назад, — сухо выдавила Лида.

— Может, она в магазин ушла? — высказала свое предположение Алла Григорьевна.

— Нет, деньги на месте.

— А вы ей звонили? — Алла Григорьевна не любила милицию и очень не хотела, что бы, об ее отеле шла дурная слава.

— Конечно, — уверяла Лида, — телефон не доступен. Вы поймите, моя дочь совсем не плохая, она умная и домашняя девочка.

— А вы не видели, как она ушла? — Алла Григорьевна вздернула брови, и от этого, они сделались еще тоньше.

— Нет, мы спали, — пришлось признаться Лиде.

— Спали? Она ночью ушла? — не поняла Алла Григорьевна.

— Нет, мы приехали с экскурсии в десять часов утра сегодня, — наконец вступила в разговор Света, — и легли спать. Проснулись уже в три часа дня, а Вали нет.

— Это что же за экскурсия, что вы приехали в десять утра? Алла Григорьевна, — Катя только что протиснулась в комнату и обратилась к хозяйке отеля, — вы слышали о такой?

— Нет, — Алла Григорьевна откинулась на спинку кресла и заулыбалась. — Послушайте, Лидия Семеновна, если вы ночами где-то проводите время, то, зачем вы детей втягиваете, в свои ночные, — Алла Григорьевна подбирала слово помягче, — прогулки.

— Вот именно, — ввернула свое словцо Катерина.

— Да вы что говорите, — вмешалась Света, — мы на экскурсии были «В гостях у Шахерезады»

— У Шахерезады значит? — язвительно повторила Катерина. — Ну-ну, представляю, какие вам там сказки рассказывали: камасутра или сумакатра?

— Света же вам сказала, мы были на экскурсии, — еще раз повторила Лида, теряя самообладание.

— Такая экскурсия вам не по карману, — не унималась Катерина. — Если, конечно, тебя не купили.

— Скажите, пожалуйста, как пройти к милиции, — сдерживая себя, от желания ответить Катерине «по-русски», как можно спокойнее, Лида повторила свой вопрос заведующей, — я вас умоляю.

— Вам надо пройти по этой улице дальше, в первый проулок налево, — Алла Григорьевна показала рукой, — дальше пройдете мимо кафе.

— Это то, что у нас с балкона видно? — уточнила Света.

— Да, его должно быть видно с балкона, — хозяйка поморщила лоб, — мимо этого кафе вы выйдете к мосту. А, за мостом, направо, будет милиция. Только, давайте договоримся на берегу, что бы, у меня в отеле милиции не было. Для меня репутация дороже.

— Чем такие клиенты, — Катя даже приложила руки к груди, — истину глаголят уста ваши. Место ли таким в нормальном отеле?

— Спасибо, — Лида больше не хотела слушать незаслуженные обвинения, а вступать в спор с Катей не было желания, надо быстрее идти в милицию. Но Катерина, своим огромным телом заслонила весь проем двери.

— Уйди с дороги, — сказала Лида таким тоном, и такое у нее было выражение лица, что Катерина поспешила откатиться в сторону.

Спустившись с крыльца, мать с дочерью, почти бегом оббежали два отеля. Вот и проулок, справа показалось кафе. Небольшое летнее заведение с плетеными стенами, увитыми искусственным виноградом, и матерчатой крышей. Часть столиков стояли прямо на тротуаре. К этому времени отдыхающие уже шли с пляжа, готовиться к вечеру, а, по дороге, всем хотелось легко перекусить или освежиться холодным соком.