Награда проклятого демона

Пролог

— Хороша, правда?

Молодой демон-аристократ, стоящий рядом у перил балкона, подтолкнул меня локтем:

— Как она тебе, парень?

Я сощурилась и качнула в руке бокал, глядя на девушку. Мы не были единственными, заметившими её прелести: на юной красавице были сосредоточены взгляды всего зала.

И не зря. Новая фаворитка императора, Шира, была человеческой девушкой, но даже без единой капли демонской крови она приковывала взгляды. Струящиеся шёлком волосы, экзотический разрез прозрачных глаз и идеальная хрупкая фигурка, соблазнительная и безупречно целомудренная одновременно. Ходил скандальный слух, что император ещё не успел лишить её невинности, и я могла бы побиться об заклад, что каждый второй демон в зале желал быть её первым мужчиной.

Молодой демон, стоящий рядом, облизнулся, и я усмехнулась. Каждый второй? Ну нет. Скорее уж каждый первый.

Кроме меня. Я отбросила со лба короткие волосы. Потому что, несмотря на мужской костюм, я оставалась собой. Дарой Незарис, упрямой девятнадцатилетней охотницей на демонов, которая в эту минуту рисковала жизнью так, как никто в этом зале.

Ради демона-полукровки, которому, кажется, это вовсе не было нужно.

Я закусила губу, глядя в противоположный конец зала. Близился торжественный выход императора. Миг, ради которого я была здесь. Миг, когда решалось всё.

Возбуждение царило везде: и в общем зале, и здесь, на возвышении за перилами, где стояла я. Во дворец прибыл Тень, молодой властелин Рин Дредена — и сейчас за закрытыми дверями решалась его судьба. Разрешат ли Тени вернуться домой из мира демонов? Что его ждёт: помилование, казнь или изгнание? И что произойдёт, если император Адриан узнает правду?

Я с силой сжала в руке бокал с игристым вином. Ожидание было настолько нестерпимым, что пальцы подрагивали, а ощущение опасности ударяло в голову покрепче любой выпивки. На моём бедре висел неплохой меч, но без своих клинков я всё равно чувствовала себя голой, несмотря на боевое зелье в крови.

— Эй, да ты совсем побледнел, — хмыкнул мой сосед, смерив фаворитку очередным голодным взглядом и глянув на моё лицо. — Небось даже боишься представить себе, как с ней можно развлечься. — Он пренебрежительно фыркнул. — Да ты, похоже, и впрямь невинный ягнёночек. Мой тебе совет: развяжись с этим прямо сейчас. Рабыни, надоевшие Адриану, здесь как раз для этого. Он как раз заказал себе свежих прелестниц из Рин Дредена — и по этим скучать не будет. Вряд ли кто-то из них будет жаловаться, если ты порвёшь им ротик в порыве страсти.

Мне очень хотелось ему врезать, но я сдержала себя, выдавив кривую усмешку.

— Я об этом подумаю.

Спокойно, Дара. Ты здесь не для того, чтобы устраивать драки. Тебе нужно лишь одним глазом взглянуть на императора — и узнать, что случилось с тем, кого ты любишь.

Интересно, будет ли император со мной откровеннее, если узнает, что юноша, стоящий перед ним, — не очередной демон-выскочка, всеми правдами и неправдами получивший приглашение на императорский бал, а подаренная ему самому наложница, которая обязана ожидать его голой в любой из спален дворца по одному его слову?

А ведь это может случиться в любой момент, если меня хватятся. И никакой маскарад мне не поможет.

Проклятье! Я стиснула бокал ещё сильнее — так, что по нему побежали трещины. И едва подавила вскрик, когда он буквально лопнул в моей руке, разлетаясь на куски.

Демон, стоящий рядом со мной, грязно выругался. Его дорогой костюм был залит вином, и пятно расплывалось как раз меж его бёдер, словно он обмочился прямо в шёлковые штаны. Более того, здоровенный осколок хлестнул его по щеке, и вниз на рубашку стекала кровь.

М-да. Кажется, вечеринка для этого парня закончилась, не успев начаться.

— Ты, — с ненавистью прошипел он, глядя на меня. — Поединок. Здесь. Немедленно.

К нам начали оборачиваться. Я почувствовала, что бледнею по-настоящему. Если поднимется шумиха, если меня ранят, я потеряю сознание и кто-нибудь догадается, что я женщина…

К дьяволу. Такого не случится. Демоны Подземья не сражаются до первой крови: они убивают. А этот юнец выглядел разъярённым и не был похож на новичка в бою, иначе не бросался бы в драку так рьяно. Едва я потеряю сознание или выкажу слабость, мне конец.

Я сжала губы. Что ж, если дело до этого дойдёт, придётся убить его первой.

— Может быть, повременим с поединком? — произнесла я мирно. — Выпьем, ты переоденешься, а потом скрестим клинки где-нибудь в тишине сада. Зачем пачкать паркет?

— А, то есть ты ещё и трус! — язвительно провозгласил юнец на весь зал. — Я так и думал!

Теперь на нас были скрещены взгляды всего зала. Даже императорская фаворитка, перестав милостиво выслушивать комплименты, смотрела на нас глазами, расширенными от предвкушения и любопытства.

И смотрела она прямо на меня. Призывно, насмешливо, страстно, скользя кончиком языка по нежным губам. Будь я мужчиной, я бы взорвалась от одного этого взгляда. Чёрт подери, эта грудь, колышущаяся в вырезе шёлкового платья, могла бы разбудить и мёртвого.

Увы, моё сердце было отдано другому. Но я не могла не признать, что новая фаворитка императора была хороша.

Я послала девушке воздушный поцелуй. И с ослепительной улыбкой повернулась к своему противнику.

— Я принимаю вызов, — твёрдо сказала я. — Но после бала, и никак иначе. Я не оскорблю императора, устроив бойню на его празднике.

Пощёчина обожгла моё лицо, словно кипяток. Моя голова бессильно мотнулась, и в зале разом стихли все разговоры. Чей-то смех оборвался на высокой ноте.

Следом в моё лицо полетела перчатка.

Юнец усмехался:

— Всё ещё хочешь подождать, ты, тряпка? Или защитишь себя, как подобает мужчине?

Моё унижение видели все. Подобное прилюдное оскорбление можно было смыть только кровью. Выбора у меня больше не было.

Словно сквозь сон я слышала, как в дальнем конце зала распахнулись двери. По всему залу слышалось шуршание шёлка; гостьи, успевшие было присесть, поднимались на ноги. Краем глаза я увидела, как лицо фаворитки вспыхнуло — и тут же побледнело.

Но сейчас мне было не до этого.

— Ты не посмеешь уклониться, — процедил юноша. — Вынимай меч прямо сейчас, или, клянусь, я зарежу тебя как дикую тварь из пещер.

Он выхватил клинок из ножен, направив его мне в лицо. А секундой позже за его спиной распрямились призрачные крылья, раскрывая и утверждая его демоническое происхождение перед всем залом. Этот юноша был демоном, и он требовал возмездия.

У меня остановилось сердце. По всем писаным и неписаным законам и традициям Подземья за моей спиной должны были распахнуться такие же крылья.

Но я была человеческой девушкой, и крылья были мне недоступны.

И, кажется, об этом вот-вот узнают все.

У меня были секунды, чтобы принять решение. И девять лет боевого опыта за спиной.

Время остановилось.

…Перчатка, лежащая на полу, ярость в глазах юнца, призрачные крылья, заслоняющие свет, чей-то тяжёлый взгляд, буравящий затылок…

…Моя рука на лезвии меча.

…Моя жизнь.

Я одним движением выхватила меч из ножен и нанесла один-единственный стремительный удар.

Так я била диких демонов в катакомбах и на улицах Рин Дредена. Так защищала свою жизнь в трущобах, так вставала на защиту Конте и Тени. И била без промаха.

Юнец зашатался. Из его рта пошла кровь.

Он недоумённо посмотрел вниз, прижав руку к раненому боку. Между его пальцев потекла кровь. Крылья за его спиной съёжились, и его меч с глухим звоном упал на пол, провалившись между перилами.

А следом рухнул сам демон.

Я с размаху поставила ногу юнцу на грудь, не обратив ни малейшего внимания на короткий стон. Он был жив, и ему повезло уже этим. Мы были в Подземье, так что на его месте я бы не увидела от него ни малейшего милосердия.

И мне тоже нельзя было проявлять жалости.

— Кому-нибудь нужна эта никчёмная жизнь? — презрительно спросила я, пнув его в подбородок. — Похоже, он и меч-то ни разу в руках не держал.

— Не стоит его добивать.

Негромкий, но властный голос раздался прямо за моей спиной. И, судя по тому, что в зале царила полная тишина и никто не издал ни звука…

Я знала, кто это был.

Ох, чёрт. Кажется, этим вечером я попала в тот ещё переплёт.

Я обернулась, согнувшись в поклоне:

— Ваше Величие.

Выпрямилась я по-прежнему в абсолютной тишине. И замерла.

Я ни разу не видела императора Адриана. Но если бы я встретила его раньше, чем встретила Тень, именно он снился бы мне ночами.

Потому что такого привлекательного демона я не встречала ещё никогда.

Высокий, выше всех собравшихся в зале демонов по меньшей мере на полголовы. Светлые, почти белоснежные волосы обрамляли лицо, на котором лежала печать совершенной холодной уверенности. Идеальные, почти скульптурные черты.

И мёртвые, абсолютно мёртвые голубые глаза, выцветшие почти до серых.

Я не знала, что обычно отражалось в этом безжизненном взгляде: скука, презрение или высокомерие. Возможно, и то, и другое, и третье.

Но сейчас в нём светилось выражение слабого интереса.

— Подойди, мальчик, — произнёс он.

В его спокойном тоне не было повеления. Приказывали его глаза — с такой силой, что даже настоящая я не посмела бы ослушаться.

— Да, Ваше Величие, — произнесли мои губы. — Как близко?

Его жёсткие губы тронула улыбка.

— Смелый для столь юного. Как тебя зовут?

У меня перехватило дыхание. Его взгляд приковывал, властвовал… завораживал. Я запоздало вспомнила слова Тени, что император Адриан владел древним тёмным искусством и в этом искусстве ему не было равных, но сейчас это знание было далёким, неважным. В эту минуту, глядя в его глаза, я не видела никого другого. Все в этом зале слились в одно мутное пятно: и великолепно одетые демоны из императорской свиты, стоящие поодаль, и фаворитка, окружённая поклонниками, и обнажённые плечи демонесс, и клинки в ножнах. Лица, лица, лица…

И среди них не было того самого лица, при виде которого у меня забилось бы сердце. Не было Тени.

Тень. Почётный гость императора Адриана — и его пленник. Племянник императора, хотя об этом никто не подозревал. Ведь его настоящее имя не было известно даже Адриану.

Ниро Мореро. Юноша, выросший как сирота, без друзей и родных, ставший уверенным и хладнокровным фехтовальщиком и карающим мечом Триумвирата. Тот, кто сверг Триумвират своим собственным умом и стал правителем Рин Дредена. Тот, кто с горсткой людей спас город от диких демонов и закрыл портал в катакомбах.

Тот, ради которого я отправилась в Подземье. Демон-полукровка, которого я, кажется, всё-таки полюбила.

Узнает ли он меня, когда увидит? Впрочем, даже если нет, мои слова ему передадут. Потому что настал миг, ради которого я была здесь.

Я молчала, набираясь смелости. Я должна была это сказать.

— Я жду, — мягко прозвучал голос императора. — Ты благоговеешь, но переступи через своё смущение, мальчик, чуть не убивший лучшего фехтовальщика Гильдии Клинков с одного удара. Я всё ещё хочу знать, как тебя зовут. Ведь у тебя есть имя?

Я небрежно поправила белоснежный шарф, оглядывая свиту императора. И сделала резкий вздох.

— О да, — проронила я. — Меня зовут Ниро Мореро.

Не знаю, чего я ожидала. Раскатов грома? Сверкания молний? Изумлённого аханья, разносящегося по залу?

Ничего. Море равнодушных лиц. И быстрый взгляд прищуренных глаз. Теперь император смотрел на меня по-другому: оценивающе, с хищным любопытством. Император Адриан знал это имя — имя сына своей сестры. Но остальным демонам до моего имени не было никакого дела.

Мой план был очень прост. Сделаться фальшивым Ниро Мореро, чтобы никто даже не подумал искать настоящего. Чтобы Тень, который сейчас находился в руках императора, получил передышку, шанс выкрутиться, запутать следы, оправдаться.

Возможно, эта ложь не просуществует долго. Но я была готова рискнуть.

Император по-прежнему пристально смотрел на меня.

— Оставайся в зале, мальчик по имени Ниро Мореро, — наконец произнёс он. — К тебе подойдут, чтобы передать мою волю.

Милостиво улыбнувшись мне, он проследовал дальше. Кивнул по пути двум демонам в чёрно-золотой форме императорской стражи, и те бросились поднимать моего израненного противника. Мимо прошуршали шелка, и две очаровательные полуодетые девушки грациозно опустились на пол, очищая паркет от крови мягкой блестящей тканью.

Император окружал себя красотой даже тогда, когда дело касалось служанок. Или же передо мной были наказанные наложницы? Питал ли император таким способом свои извращённые вкусы, избавляясь от девиц, которые слишком быстро «приходили в негодность» после его изощрённых забав? Или пользовался девушками, чтобы играть на слабостях своих приближённых и получать ценные сведения?

Я вспомнила, что Церон питал особенное пристрастие к наложницам императора, и меня передёрнуло. Мне не хотелось представлять, что он с ними делал, когда получал в своё распоряжение. И уж точно не хотелось оказаться на их месте.

Гул в зале возобновился, но я стояла в круге отчуждения, провожая императора взглядом. Два или три удивлённых взгляда скользнули по мне, когда спутники императора поравнялись со мной. Я спокойно вернула эти взгляды, подчёркнуто медленно вкладывая меч в ножны. Думаю, намёк они поняли.

Император проследовал к возвышению, и фаворитка с улыбкой заняла место по левую руку от него. По залу прошёл жадный настороженный шепоток. Я мало была знакома с придворным этикетом, но даже я догадывалась, что сейчас произойдёт что-то важное.

Стоять дальше на виду у всех было опасно, и я сделала всё, чтобы тихонько смешаться с другими гостями. Мельком я подумала, что приём в Подземье оказался почти таким же, как приёмы в Рин Дредене. Вместо огромных пещер с гулким эхом здесь гостей ждали яркие огни, сверкающий паркет и совершенно те же наряды. Больше чёрного цвета в одежде, больше презрения в улыбках, больше тонких стилетов, едва прикрытых рукавом. Но в остальном гостей-демонов нельзя было отличить от молодых аристократов.

В Рин Дредене демонов было не так много, и при каждом удобном случае те демонстрировали свою истинную форму и свои крылья, так что спутать их с людьми было невозможно. Здесь же демоны повелевали, и им не было нужды доказывать своё превосходство. И именно поэтому мне удалось выдать себя за одного из них.

Мне повезло: император в своей мудрости приказал, чтобы новых наложниц, прибывших из Рин Дредена, держали отдельно друг от друга, дабы не допустить драк, покушений и несчастных случаев, да и просто не видеть в своей спальне заплаканных и зашуганных девиц. А это значило, что меня, к моей великой радости, оставили одну.

Меня. Девятнадцатилетнюю отчаянную охотницу, умеющую взламывать замки и карабкаться по стенам. Сумевшую всеми правдами и неправдами протащить с собой зелья, мужскую одежду и неплохой меч.

Что ж, сами виноваты.

Я замерла вместе со всем залом, глядя на створки дверей. Пронзительно запели трубы, и звук струнных, игравших в отдалении, притих.

А потом двери распахнулись, и моё сердце перестало стучать.

Потому что на пороге стоял Тень.

Секунда, и он шагнул вперёд. В его фигуре была спокойная уверенность, словно дворец принадлежал ему, и ему одному. Но я знала, чего ему стоило это спокойствие.

Я вдруг похолодела, заметив, что у Тени не было его катаны. Здесь, в Подземье, это было равносильно смертному приговору.

Тень был один, совершенно один в Подземье. Без единого союзника. Без оружия.

И никто не мог ему помочь. Даже я.

Восемь стражников в чёрном шли вслед за Тенью. Кем они были для него сейчас? Тюремщиками? Почётным караулом? Я не знала, но для него самого это, кажется, не имело никакого значения: на непроницаемом лице Тени невозможно было хоть что-то прочесть.

Задумчивый и отрешённый, он шёл по залу один, откинув голову. С его пути отшатывались: пока его судьба не была решена, в глазах аристократии он был всё равно что прокажённым. Шёпот волнами разносился по залу. Даже за моим плечом две демонессы тихо и яростно спорили, казнят ли дерзкого полукровку сейчас или отложат исполнение приговора до утра.

А потом Тень поравнялся со мной, и отзвук тепла вдруг коснулся моего сердца.

Я затрепетала. Здесь и сейчас, в сердце Подземья, наша с Тенью связь ощущалась слабой, искажённой, но я чувствовала его. Его кровь во мне, силу, которая нас связывала, бросая меня в его сны снова и снова, позволяя забыться в его руках, подставляя губы под его поцелуи.

Как мне хотелось броситься к нему сейчас. Увидеть, как загорятся его глаза. Увидеть в них узнавание, воспоминание… отголосок счастья. Он держал меня в объятьях, знал мой голос, видел меня обнажённой. Если он хотя бы будет знать, что я рядом…

Но я не имела права рисковать.

А Тень не приостановился ни на миг. Его лицо даже не дрогнуло. На мгновение мне показалось, что он вот-вот повернётся ко мне, но он прошёл мимо, и я могла лишь беспомощно глядеть вслед холодному профилю с точёными скулами.

Может быть, он не ощутил, что я рядом? Или почувствовал, но не поверил в это? Подумал, что ему лишь показалось?

Наконец Тень проследовал к возвышению и, как и подобало просителю, торжественно представшему перед императором, опустился на одно колено, склонив голову.

Император поднял руку, и в зале вновь воцарилась тишина. Моё сердце стучало так громко, что, казалось, на меня вот-вот начнут оборачиваться.

Император владел его судьбой, а Тень был у его ног. Беспомощный. Безоружный.

Вот сейчас император может отдать один-единственный приказ, и…

— Я приветствую повелителя Рин Дредена в Подземье, — насмешливым, но благожелательным тоном произнёс император Адриан. — Встань, Тень. Мой двор будет счастлив тебя чествовать. Ведь этот бал посвящён твоей победе.

Я открыла рот. Император… награждает своего пленника? Вместо казни, вместо изгнания, вместо приговора? И в его тоне отчётливо читается «я доволен» вместо «ты будешь страдать весь оставшийся тебе огрызок твоей жалкой жизни»? Невозможно.

Был ли он искренен?

Впрочем, как я могла знать?

Тень выпрямился. На губах императора появилась слабая улыбка:

— Рин Дреден спасён от атаки филастров и диких демонов. Я рад, что наконец вижу героя воочию. Возможно, у тебя даже есть просьба для меня?

Тень поклонился.

— Благодарю, Ваше Величие. Вы читаете мои мысли. У меня действительно есть одна просьба.

Сердце чуть не выскочило у меня из груди. Вот оно. Тень может попросить о возможности вернуться, сбежать обратно в Рин Дреден, чтобы оказаться в безопасности — и никогда не возвращаться в Подземье.

Вот только вряд ли император призвал его сюда лишь затем, чтобы Тень повеселился на балу. А это значило, что любую просьбу о возвращении император Адриан отклонит или проигнорирует — а заодно и подтвердит свои догадки о том, что Тень желает бежать.

— Я желаю остаться при дворе и служить вам, Ваше Величие, — глубоким и уверенным голосом произнёс Тень. — Мой дом — Подземье, а не мир людей, и я желаю доказать это и словом, и действием.

На его лице по-прежнему было написано одно лишь ледяное спокойствие. А вот я почувствовала, что бледнею.

Вот чёрт. Или Тень хотел остаться, или умело притворялся, чтобы не вызвать подозрений. Но и в том, и в другом случае он не вернётся в Рин Дреден. А значит…

…Ему грозит страшная судьба. И не только из-за императора.

Холодная улыбка тронула губы императора Адриана. Он смотрел на Тень с выражением, похожим на выражение лица игрока в шахматы, когда тот находит себе достойного соперника.

— Я слышал о твоей службе Триумвирату. Пожалуй, мне дважды придётся подумать перед тем, как предлагать тебе такую же должность при дворе.

Он коротко рассмеялся, и этот смешок подхватили придворные, разнося по залу. Конечно же, история о том, как Тень разбил Триумвират в пух и прах, была на устах у всех в Подземье. Недаром Церона, с позором экзорцированного Тенью, не было сейчас в зале.

К большому моему счастью. Потому что если Церон увидит меня здесь…

— Нет, — проронил император, и я вздрогнула. — Никакого официального звания, по крайней мере пока. Наслаждайся дворцом. Наслаждайся вкусом славы героя. Позже я решу, какую из самых скучных и утомительных своих обязанностей передать тебе. Надеюсь, ею будет не императорская власть.

На этот раз все рассмеялись громче.

Фаворитка императора, Шира, взглядом попросила у своего повелителя разрешения — и шагнула вперёд.

— Я слышала, охотники на демонов дрались в этой битве с тобой плечом к плечу, Тень, — музыкальным голоском произнесла она, поправляя роскошный локон. — Даже несмотря на то, что ты приговорил их к долгой мучительной смерти в катакомбах. Это правда?

— Разумеется, — не моргнув глазом, произнёс Тень. — Если бы дикие демоны атаковали нас прямо сейчас, я бы отправил в бой всех, способных держать оружие.

Девушка подняла бровь:

— И меня? Если бы я была способна… держать оружие?

Тень с лёгкой иронией улыбнулся:

— Если бы понадобилось отдать жизнь за Его Величие? Думаю, моего приказа бы даже не понадобилось.

Взгляды императора и Тени скрестились. О чём они сейчас думали? Чего хотели?

Император Адриан усмехнулся:

— Кажется, я знаю, почему Шира тобой недовольна, Тень. Твой подарок из Рин Дредена не на шутку взволновал её. Пять прелестных цветов, сорванных в расцвете юности, — и у моих стражников текут слюнки при виде каждого бутона.

И вот тут лицо Тени застыло.

Я прикрыла глаза. Ох, чёрт. Он ведь ничего, совершенно ничего не знал…

«…Дара Незарис, эти бумаги делают тебя свободной. Тебе достаточно лишь поставить передаточную надпись, и ты перестанешь быть собственностью Тени».

«Нет. Отдайте меня императору».

«Что?»

«Мы устроим подарок императору Адриану от имени повелителя Рин Дредена. Меня и ещё нескольких девушек. Быть подаренной императору мечтает половина хейко, но я возьму с собой лишь тех, кто готов перегрызть кому угодно горло за такую судьбу. Ведь даже Подземье лучше домика Чёрных Нарциссов».

«Ты охотница, а не наложница. Ты понимаешь, что с тобой могут сделать? На что ты вообще надеешься?»

«Хочу умилостивить императора и спасти Тень. Никто из этих девушек не должен знать, кто я. Мы отберём лишь тех, кто ни разу не видел меня в лицо».

«Твоя идея безумна».

«Знаю».

«Но род Дезирр многим обязан Тени. Мы поможем тебе».

…И сейчас я стояла здесь. Законники рода Дезирр сдержали слово и передали людям императора нас пятерых… и император, кажется, остался доволен.

Это был единственный способ проникнуть в Подземье быстро. Единственный способ оказаться рядом с Тенью — и прийти ему на помощь. Вернуться в его сны, подать ему руку, спасти от императора, от Церона, от проклятия — от чего угодно.

Вот только что на это скажет Тень?

— Рад, что мой дар пришёлся по душе Вашему Величию. — Тень легко поклонился, не изменившись в лице.

— Мы поговорим позже. — Император наклонил голову, показывая, что аудиенция окончена. — Я тобою доволен.

Гул в зале усилился, когда Тень отошёл. Его тут же окружили придворные, красавица-демонесса положила ему руку на локоть, и я закусила губу. Похоже, прямо сейчас мне будет до него не добраться. К тому же я слишком легко могу выдать себя — или же себя выдаст Тень, несмотря на всё своё самообладание. Что же мне делать?

Кто-то тронул меня за плечо, и я обернулась.

Молодая демонесса глядела на меня, не улыбаясь.

— Император желает тебя видеть, — коротко сказала она. — Сейчас.

Глава 1

Меня долго вели по коридорам. Четверо стражников вышагивали за мной, но меч у меня не отобрали, и я сочла это хорошим знаком. Я изо всех сил пыталась запомнить направление, но, едва мы свернули за очередной угол, мне на глаза легла плотная повязка.

— Не сопротивляйся, — предупредила демонесса, когда меня быстро обыскали. — Меч тебе вернут.

Каменный пол тут же стал неровным, а воздух сделался холоднее. Мы вышли из дворца, и вокруг, я чувствовала всей кожей, были пещеры. Пещеры Подземья.

Жестокий, невероятный, волшебный мир. Я понимала теперь, почему Тень так мечтал вернуться сюда. Жить на лезвии ножа, не зная, что станет с тобой в следующий миг, плести свои собственные интриги и разрушать чужие, убивать противников с одного удара и обмениваться болезненными уколами на расстоянии… Часть меня хотела бы пожить такой жизнью. Но у меня не было опыта. Не было расчётливой хитрости, с которой я могла бы чувствовать себя здесь как рыба в воде. Я была охотницей на демонов, которая немного знала людей, только и всего.

Я могла бы встать за плечом Тени. Могла бы прикрывать ему спину — и получить его защиту. Но сама по себе я долго не проживу.

…И что-то подсказывало мне, что Тени тоже придётся нелегко.

Дорога петляла, поворачивала, но я шла спокойно и уверенно, запоминая каждый поворот, считая шаги и ощущая каждую неровность под ногами. Я была охотницей, и я умела безошибочно шаг за шагом повторять путь, пройденный в темноте. В следующий раз, если понадобится, я доберусь сюда без провожатых.

— Мы пришли, — проговорила моя спутница, снимая с меня повязку. — Дальше ты пойдёшь один.

Я моргнула, привыкая к полутьме. По неровному полу туннеля бежала цепочка огней, и вела она вперёд, к устью. Туда, где начиналась огромная тёмная каверна, из которой едва брезжил свет.

Каверна, где меня ждало нечто опасное и могущественное. Я не знала, что это было. Но чутьё охотницы обмануть не могло: я ощущала опасность всем телом.

— Император удостоил тебя невозможной чести, — негромко сказала моя спутница. — Кто ты, Ниро Мореро? Мне незнакомо это имя.

Ещё бы. Это имя знали единицы. Даже в Гильдии Клинков Церон уничтожил все следы, и имя Ниро Мореро кануло в безвестность.

— Я тот, кто уложил лучшего фехтовальщика Гильдии Клинков с одного удара, — невозмутимо сказала я.

— Он был пьян, — с отвращением сказала демонесса. — А ты бил подло.

— И из-за этого ты восхищаешься моим ударом ещё больше, правда?

Демонесса усмехнулась:

— Возможно.

— А кто ты? — с любопытством произнесла я. — Как тебя зовут?

— Леавис. Я выполняю… особые поручения императора.

Я посмотрела на неё с куда большим уважением. Эта демонесса была не просто приближённой императора, но и безжалостной убийцей, и она умудрилась выжить в Подземье и сохранить доверие императора. Это было куда как непросто.

«Тени бы она понравилась», — подумала я и тут же ощутила болезненный укол. Такая женщина и впрямь стала бы куда лучшей союзницей Тени, чем я, неопытная охотница, ступающая по раскалённым углям.

Но я не собиралась сдаваться — и уж тем более отдавать Тень кому-то ещё. Я сжала губы. Он мой. И я его отсюда вытащу.

Леавис кивнула на устье туннеля:

— Иди.

Не оборачиваясь, я сделала шаг вперёд, потом ещё. То, что я творила сейчас, было сумасшествием. Выдать себя за племянника императора? На что я рассчитывала?

Но выбора у меня не было.

Двое стражей остановили меня у распахнутых каменных дверей, нерушимых с виду и таких прочных, что я вообще едва представляла, как можно их закрыть. Стражи были одеты не в чёрное с золотом, а в живой металл, тонкий и очень прочный, и ножны на бедре у каждого были из тончайшей алой кожи. Личная стража императора.

Я замерла под их взглядами, но обыскивать меня второй раз они не стали, лишь оглядели пристальными взглядами. Я мысленно порадовалась, что просторный камзол скрыл мою грудь во время прошлого обыска.

Наконец один из стражей кивнул:

— Иди.

Одинокая фигура императора, простая и величественная, ждала в самом конце каверны. Прямо рядом с круглым серым бассейном, в котором клубился туман.

Император не пошевелился, когда я приблизилась.

— Ваше Величие, — поклонилась я. — Невероятная честь и доверие. Ваша охрана осталась позади, мы наедине… Вы совершенно не боитесь покушений?

— Покушение невозможно предотвратить или предупредить, — отозвался император, не оборачиваясь. — Но возможно сделать так, чтобы никто даже не посмел поднять на тебя руку.

Он повернул голову, и наши взгляды встретились. Я вновь почувствовала, что цепенею под этим взглядом, будто на меня надвигался хищный змей, готовый сдавить в объятьях и проглотить, а я не могла сделать ничего.

— Вы на всех так смотрите, Ваше Величие? — прошептала я, пытаясь отвести взгляд.

Холодный белый палец приподнял мой подбородок, вновь вынуждая меня смотреть ему в глаза.

— Как странно, — почти шёпотом произнёс император. — Никогда не замечал за собой тяги… к юношам вроде тебя. Впрочем, это может быть полезно.

Я похолодела. Этого я совершенно не ожидала.

— Боишься?

— Да, — прошептала я.

— Правильно делаешь.

Он с силой притянул меня вперёд, заставляя наклониться к бассейну, и мне вдруг и впрямь стало по-настоящему страшно.

— Перепуганный мальчишка, объявивший себя императорской кровью, — с насмешкой произнёс император. — Ты хоть знаешь, что, по своим словам, являешься моим племянником?

— Знаю, — хриплым шёпотом проговорила я, не отрывая взгляда от поверхности бассейна. Серое марево походило на портал, вот только он был совсем невелик, едва ли больше обычной купели.

Туман, клубящийся в бассейне…

Место, куда допускают лишь избранных приближённых императора…

Я вдруг поняла, где я была.

— Зеркало, — выдохнула я. — Я у Зеркала.

— Умный мальчик, — констатировал император, доставая из ножен кинжал. — И я позвал тебя сюда ради одной-единственной цели.

В следующий миг острое лезвие оказалось у моей шеи. Я инстинктивно попыталась откинуться назад, но рука императора держала твёрдо.

— Посмотри на меня.

Я с трудом повернула голову — и почувствовала, как теряю под взглядом императора всякую волю к сопротивлению. Тело стало ватным, и я застыла, прижатая к мужскому телу, как ослабевшая марионетка.

— Каждый, в ком течёт императорская кровь, способен открывать и закрывать порталы, — произнёс император. — А Зеркало — сердце сердца всех порталов. Представь это, мальчик. Одна капля крови — и Подземье будет отрезано от мира людей. Хочешь стать властелином мира?

Я сглотнула, пытаясь оставаться тем, кем хотела казаться. Дерзким юнцом-демоном, готовым на всё, чтобы приобрести милость императора.

— Да, — прошептала я. — Очень хочу. Стать частью вашей семьи… и завоевать вашу благосклонность, Ваше Величие.

Низкий смех.

— Поверь мне, мальчик, в этот миг я совершенно не жажду, чтобы ты оказался моим племянником. Но время это проверить, не так ли?

Лезвие кинжала скользнуло вверх по моему подбородку, царапнув уголок щеки.

— Такая гладкая кожа. Мальчишка, едва начавший бриться. Я ожидал, что сын Анжелы будет выглядеть куда старше, вот только мы и впрямь взрослеем с разной скоростью. Так что ты вполне можешь оказаться настоящим Ниро…

Его рука сжала моё горло.

— …А можешь оказаться дерзким самозванцем.

«Точнее, наглой самозванкой», — беспомощно подумала я. Сердце билось так быстро, что я вот-вот готова была рухнуть в обморок.

Кинжал императора прошёлся по плечу моего камзола, безжалостно распарывая рукав. Я побледнела: если дело дойдёт до тонкой рубашки, под которой прекрасно будет видна моя грудь…

Но императору, похоже, надоело его развлечение. Потому что он резко перехватил моё запястье, вытягивая руку над бассейном, и рубанул кинжалом по пальцу. Я еле удержала вскрик боли. Потекла кровь.

— Никто не осмеливается объявить себя родственником императора, потому что знает, что ему придётся предстать передо мной, — задумчиво произнёс император, поглаживая мой раненый палец. — Нужно быть сумасшедшим или отчаянным храбрецом, чтобы провернуть такой трюк. Или и впрямь оказаться кем-то из нашего рода.

Он сжал мой палец с такой силой, что я вскрикнула, — и в этот миг с кончика пальца сорвалась капля крови.

И упала в бассейн, мигом скрывшись в сером мареве.

Ничего не произошло.

С губ императора сорвался свистящий вздох.

— Как просто.

Он отшвырнул обнажённый кинжал на камни, и тот приземлился плашмя с похоронным звоном. В следующую секунду император рывком развернул меня к себе.

— Зеркало дало мне ответ, — сообщил он, пожирая меня взглядом. — Я ещё не знаю, кто ты, но уже знаю о тебе одно.

Я перестала дышать.

— Ты не Ниро Мореро, — с ужасающей усмешкой произнёс император Адриан. — Твоя кровь не разбудила Зеркало. А это значит, что мы не родственники.

Он рванул ворот моей рубашки, жадно перебирая пальцами ключицы.

И впился мне в губы.

Он не знал, что я девушка. Но, должно быть, подсознательно он это чувствовал.

Мои ноги подогнулись. А потом все мысли смыло у меня из головы, потому что высший демон Подземья целовал меня. И это у него чертовски хорошо получалось.

Его рот и его губы творили чудеса. Страсть, чистая дикая демоническая страсть, без примеси любви. Что-то подобное я испытывала, когда Тень наградил меня призрачными крыльями демонессы во сне. Я вдруг поняла, что можно обойтись лишь страстью без толики влюблённости. Отдаться рту этого демона, позволить ему целовать меня снова и снова, сжимать в кулаке мои волосы, оттягивать назад затылок и целовать меня снова. Кусая губы, причиняя боль, но действуя так умело, что я едва не прижалась к его телу против своей воли, забыв, что он почувствует женские формы.

И я совершенно не могла сопротивляться. Не смела. Это был император Подземья, чей взгляд заставлял меня цепенеть. Я не могла ни разбить ему нос, ни отвесить пощёчину, и голова кружилась всё сильнее. Дьявол!

Наваждение, часть всего этого была наваждением, неведомым тёмным искусством императоров Подземья. Похоже, именно это древнее знание давало императору власть надо мной.

Сквозь туман в голове промелькнуло смутное сомнение. Зачем императору целовать меня? У него сотни наложниц, прекраснейшие фаворитки — наконец, он сам сказал, что не испытывал тяги к мужчинам. Он просто решил поцеловать незнакомого юношу, чтобы… испытать возбуждение?

…Но на кой чёрт ему это?

В следующую секунду он оторвался от меня, тяжело дыша. Мгновение император смотрел мне в глаза.

А потом отшвырнул меня на камни с такой силой, что я едва уберегла голову.

— Ещё одно разочарование, — пробормотал он. — Ещё одно.

Вставать было неразумно, и я лишь молча смотрела на него. Камни впивались в тело, горящее от ушибов, но вряд ли император хотел меня убить. Он хотел…

Чего же он от меня хотел?

Или его заинтриговал внезапный всплеск желания к юноше, или…

…Или это было жизненно важно для него — почувствовать желание. Но почему?

И почему он остановился? Он ясно видел, что я потеряла волю к сопротивлению. К тому же он был императором, а это значило, что никто не скажет ему ни слова против, если он потащит в постель кого угодно. Любая безропотно разденется перед ним.

Но император остановился.

К счастью. Потому что, пусть у меня и кружилась голова от дразнящего вкуса поцелуя самого императора, это приключение было не из разряда тех, о которых я мечтала.

Потому что тогда Тень уже точно свернёт императору Подземья шею, и тогда что я буду делать?

Я быстро опустила голову, подавив невесёлый смешок. Тень. Каждый раз, когда он прижимал меня к себе, я чувствовала его возбуждение. Желание, которое невозможно было скрыть любому мужчине, несмотря на всё его самообладание.

И только император страстно целовал меня…

…Не испытывая мужского возбуждения…

…Вообще.

Мои глаза расширились.

А потом я внезапно поняла. Поняла, почему император поцеловал меня. Поняла, почему остановился и не стал рвать на мне одежду. Поняла, почему его красавица-фаворитка всё ещё оставалась невинной.

И поняла, что если выдам себя, то живой из этой каверны я не выйду.

— Мне жаль, что я разочаровал вас, Ваше Величие, — хрипло проговорила я, приподняв голову. Я не осмеливалась встречаться с ним взглядом. — Но я готов служить вам любым другим способом. Тем, который вы выберете.

— Встань.

Я легко оттолкнулась от камней и встала.

— Ты честолюбивый мальчик, — задумчиво произнёс император. — Хочешь выслужиться. Ведь хочешь?

— Да, — выдохнула я.

— Как тебя зовут? И как тебе пришла в голову идея притвориться Ниро?

— Меня зовут… Дар, и я полукровка из мира людей, не имеющий права на родовое имя. — Я сделала глубокий вздох. — Поэтому я решил сделать себе имя сам.

— Обманом и дерзостью, — усмехнулся император.

Я не опустила взгляда. Проявлять слабость было нельзя.

— Да.

— Что ж, рассказывай дальше.

Я сделала глубокий вдох. Серый туман бурлил в бассейне, готовый вырваться наружу. Так же, как и мои слова. В какое измерение меня зашвырнёт, едва я их произнесу? Кем я стану? И что со мной сделает император Подземья, узнав, что я открыла его тайну?

— Я нашёл отца Конте, Джейме Мореро. — Я сжала губы. — Он мёртв.

Холодная улыбка.

— Продолжай.

Я подошла к серому краю Зеркала. Если бы я только могла убить императора прямо сейчас, если бы у меня была его кровь, чтобы закрыть Зеркало навсегда…

Увы, меча у меня не было. И даже будь у меня клинок, я подумала бы дважды: ведь сразу после покушения меня убьют. А я хотела жить. Жить, быть счастливой рядом с Тенью и выбраться, чёрт подери, отсюда. Выбраться самой и вытащить его.

А для этого мне нужно было продолжить свой рассказ.

— Умирая, Джейме рассказал мне, что помог Церону подослать к вашей сестре убийц, — твёрдо сказала я. — Церон хотел похитить ребёнка императорской крови, чтобы злоумышлять против трона. Именно он натравил диких демонов на Рин Дреден из мести: он знал, кто такой Конте Мореро, и взял у него кровь, чтобы открыть забытый портал.

Лицо императора вдруг застыло в очень странном выражении. На один-единственный миг.

А потом он усмехнулся.

— Это не первый и не двадцатый раз, когда при мне обвиняют Церона, — произнёс он задумчиво. — Надо признать, у тебя есть фантазия.

— Убедитесь, Ваше Величие, — твёрдо сказала я, вскинув голову. — Найдите доказательства. Это произошло совсем недавно, и все следы Церон замести не мог. Кто-то из его подручных наверняка успел допустить ошибку. И когда вы поверите, что я прав, я надеюсь, вы дважды подумаете о том, виновен ли Церон в гибели вашей сестры.

— А ты дерзок, — проронил император. — Выступить против Церона так нагло… это даже забавно.

— Я слышал, что Церон пользуется неизмеримой благосклонностью Вашего Величия, — дрогнувшим голосом сказала я.

— С детства, — неожиданно тихо произнёс император. — И нас связывает то, что ты не можешь и представить. То, о чём не знает никто в этом мире. Ты глупец, мальчик, если решил настроить нас друг против друга.

Он смерил меня взглядом, холодным и задумчивым.

— Но я не слышал этого обвинения раньше. Даже Леавис не слышала, а уж она-то должна была знать: ей не повезло влюбиться в Церона когда-то, и она до сих пор следит за его делами очень внимательно.

Его тон был ледяным. Я почувствовала, как по позвоночнику стекает капля пота.

— Ваши сыновья тоже погибли, Ваше Величие, — нерешительно сказала я. — Если Церон убил сестру Вашего Величия, возможно, он стоял и за…

— Церон не имел никакого отношения к их гибели, — прервал меня император. — Никакого.

Его тон был настолько абсолютно уверенным, что я заморгала.

— Но это Подземье, — тихо произнесла я. — Здесь кто угодно способен на что угодно. Даже если якобы виновники нашлись, их могли заставить оговорить себя. Откуда вы можете знать?

— Потому что существуют приказы, которые невозможно не исполнить, — непонятным тоном произнёс император. — И моли небеса, чтобы не получить такого приказа от меня, если ты меня разозлишь.

По коже вдруг прошёл ледяной мороз. Император не отдавал пустых угроз. Ему это просто не было нужно.

— Мы играем друг против друга, Церон и я, — задумчиво произнёс император Адриан. — Много лет, подсчитывая удачные ходы, сравнивая, бахвалясь. Но мы всегда на одной стороне. Потому что…

Его взгляд прошёлся по моим губам, растрёпанным волосам, горящему лицу. Скользнул ниже от шеи до бёдер, и мои щёки вспыхнули.

— Ты сам чувствуешь, как это сладко — когда тебя оценивает по достоинству тот, кто владеет миром, — насмешливо сказал император. — Тот, кто добился всего, чего хочешь добиться ты. Правда?

— Да, — прошептала я.

Император шагнул ближе — и властно притянул меня к себе, держа за лопатки ледяной ладонью.

— А теперь представь, что мой интерес — не в твоей смазливости, — негромко произнёс он, обрисовывая пальцем мою щёку. — Представь, что император ценит твою остроту ума и знает тебя до глубины души, тогда как остальные никогда не смогут тебя понять. Никогда и никто, ты понимаешь меня?

Он надавил подушечкой пальца на мои губы, вынуждая меня их приоткрыть, и у меня вырвался короткий вздох.

— Тебя пьянит эта мысль? Будешь ли ты изо всех сил цепляться за эту близость? За это… понимание? Будешь желать, чтобы так было и дальше?

Его взгляд, казалось, был устремлён мне прямо в сердце, и я не могла отвести глаз, даже если захотела бы.

— Да, — выдохнула я. — Буду… желать.

Я ощущала опасность всей кожей, и одновременно моя голова кружилась от странного притяжения. Император умел манипулировать — и сейчас он бросал всю свою притягательность на то, чтобы подавить мою волю.

Древнее тёмное искусство. И владел им многоопытный демон, умеющий будить в чужих сердцах и страх, и желание.

Император тихо засмеялся, выпуская меня.

— Вот видишь. Можно сказать, что Церон чувствует нечто похожее, хотя он, в отличие от тебя, не привлекает меня. Мне нравятся красивые молодые девушки, хрупкие и покорные. Ты — странное исключение. Но мы с Цероном единственные по-настоящему можем оценить друг друга. Одному на вершине очень одиноко, мальчик. Куда лучше иметь рядом по-настоящему достойного соперника, чем сидеть одному во тьме, вглядываясь в пустоту.

Мои глаза расширились. Император только что выразил ту же мысль, которая горела во мне, когда я пыталась убедить Конте и Тень не убивать друг друга. Что они сойдут с ума от пустоты и горечи потери — и оттого, что нельзя будет протянуть друг к другу руку и коснуться того, кто мог бы быть рядом. Годы и годы. Никогда.

— Я понимаю, — прошептала я.

— Кроме того, связь между мною и Цероном неизмерима, — странным тоном произнёс император. — То, что я когда-то сделал… то, что он когда-то принял, — об этом не узнает никто. Но тот, кто встанет между нами, очень пожалеет.

Я почувствовала, что бледнею.

Император с усмешкой оглядел меня и поднял бровь:

— Что ж, довольно пугать тебя, пожалуй. Что ещё ты узнал от Джейме Мореро, умный мальчик?

— Что Ниро Мореро мёртв, — выдавила я. — И я решил, что могу взять его имя и получить место рядом с самим императором — и никто не распознает обман.

Император кивнул на Зеркало:

— Ты не знал, что я приведу тебя к порталу.

— Нет.

Император долго смотрел на меня.

— Хорошо, — наконец сказал он. — Ты всё ещё мне интересен.

Он неспешно вытянул руку и провёл ею по моему плечу. Я подавила порыв запахнуть разорванный воротник рубашки плотнее.

— Твоя судьба принадлежит мне. Надеюсь, ты это понимаешь.

— Да, — шевельнулись мои губы. — Я буду делать всё, что вы скажете. И буду благодарен вам за это.

— Ты куда умнее, чем я думал. Пожалуй, выполняя мои приказы, ты далеко пойдёшь. — Император с насмешливой улыбкой снял с мизинца роскошный аметист в форме человеческой слезы и протянул мне. — Надевай.

Мои глаза расширились: перстень стоил целое состояние.

Я молча надела кольцо на средний палец. С любого другого пальца оно бы соскользнуло.

— Тонкие пальцы, — заметил император. — Почти девичьи. У тебя когда-нибудь была подружка?

Я вспыхнула. Ну, если считать Тень моей подружкой…

— Да, — сдавленно произнесла я. — Один раз.

Он хмыкнул.

— Хорошо. Мне нравится твоя неопытность.

Мне сделалось по-настоящему неуютно от его недвусмысленного интереса. Чёрт. Внезапно мой блестящий план притвориться Ниро Мореро перестал мне казаться таким уж блестящим.

— Я хочу, чтобы ты стал тенью Тени, — произнёс император Адриан. — Ты меня понял?

— Ваше Величие…

— Меня не волнует, как ты это сделаешь. Но ты это сделаешь.

— Да, Ваше Величие, — прошептала я.

— Это кольцо — не только знак моей благосклонности, но и пропуск к моим наложницам. Проиграй его Тени или подари. Поверь, нет мужчины, неравнодушного к красоте. — Император странно усмехнулся. — Они его разговорят.

— Что именно вы хотите узнать от Тени? — тихо спросила я.

Взгляд императора Адриана был устремлён на серый туман, клубящийся на поверхности Зеркала.

— Тень отправился в катакомбы с Конте Мореро, — помолчав, сказал он. — И кровь Конте Мореро закрыла забытый портал. Тень знал, что держит в руках потомка императоров, но дал ему уйти. Я хочу знать почему. Достань мне эти сведения — и сможешь просить у меня всё что угодно.

— Вам ведь нравится Тень, — тихо сказала я. — По крайней мере, вам интересно, что он сделает дальше. Он вас интригует. Он — противник, которого хочется разгадать.

— Он убрал со своего пути Триумвират и заставил Рин Дреден работать, — холодно уронил император. — Но если он скрывает от меня Конте Мореро, я хочу знать почему.

Он сделал жест.

— Впрочем, довольно об этом. Иди.

Я низко поклонилась и, выпрямившись, поймала странный взгляд.

— Как странно меня к тебе тянет, — нахмурившись, сказал император, обводя взглядом моё лицо. — Не будь ты мальчишкой, я бы не колебался перед тем, чтобы сделать тебя своей следующей фавориткой. Я бы подумал, что кто-то очень умный подослал мне тебя, но я разбираюсь в людях достаточно, чтобы понять, что никто тебя не готовил. И в этом твоё счастье, иначе я вонзил бы тебе нож в сердце без колебаний.

Я невольно вздрогнула, примеряя на себя место фаворитки. Вот уж судьба так судьба. Насколько я знала Подземье, участь временной фаворитки была немногим лучше ножа в сердце. Меня отравили или убили бы, не говоря уже о том, что я отнюдь не мечтала о постели императора. Особенно зная то, что я о нём только что узнала.

— Я доверю тебе тайну, — вдруг произнёс император. — Мне нужен Конте Мореро не для того, чтобы его казнить.

Я моргнула:

— Но он охотник на демонов…

— Он даст мне наследника, которого я усыновлю, — едва слышно произнёс император. — Моего, а не марионетку Тени или кого-то там ещё. И если Тень не отдаст мне его…

Наши взгляды встретились. Я поняла без слов.

Тень умрёт. От совершенно неразличимого яда или от чего-то ещё — неважно. Если он не отдаст императору Конте Мореро, его участь была решена.

Вот что сказал император.

И вот что он собирался сделать.

На середине зала я обернулась.

Император отрешённо глядел в Зеркало, вдруг сделавшись очень похожим на Тень. Они были семьёй, теперь я это видела.

Как жаль. Как жаль, что время нельзя повернуть назад. Что демоны в Подземье вырастают безжалостными убийцами — и никем ещё. Теперь я понимала Анжелу, которая вышла замуж за человека и сделала всё, чтобы каплю человечности получили оба её сына.

…Но для императора Адриана, кажется, было поздно.

И мне нужно было сделать всё, чтобы спасти от него того, кого я люблю.

Глава 2

Я стояла в настоящем саду. Единственном в Подземье, вероятно.

Кусочек осени. Золотистые и багряные тона, изогнутые ветви клёнов на тонком слое почвы, покрытом осыпавшимися иголками лиственниц. Тёмный ручей журчал меж камнями, и над изогнутым дощатым мостиком склонялась плакучая ива.

Сумеречная красота, над которой никогда не встанет солнце. Цепочки неярких огней рассеивали тьму, но я знала, что увижу, когда посмотрю наверх. Камень.

— Я задыхаюсь без неба, — прошептала я.

— Я тоже.

Я порывисто обернулась.

Тень стоял, прислонившись к сосне. В своём обычном одеянии, в высоких сапогах — и с катаной на поясе. Ему вернули оружие.

В саду царил густой полумрак, и я едва видела его лицо. Мою собственную фигуру скрывала густая тень. На свету оставалась лишь моя рука — и императорское кольцо с аметистом, сверкающее на пальце. Придворные отшатывались и низко кланялись, едва его увидев.

Юный фаворит императора. Чёрт подери, если бы императором был Тень, я могла бы к этому привыкнуть. Притворяться юношей во дворце и играть за пределами спальни. А уже в его покоях, раздевшись, принадлежать ему такой, какая я есть, с девичьими формами и обнажённой грудью.

Но сейчас я не могла даже дать Тени знать, кто я. Мы были в императорском саду, и нас могли подслушивать.

— Ты должен быть польщён, — хрипло произнесла я из темноты мальчишеским голосом. — Император Адриан удостоил тебя своей милости, и теперь ты займёшь высокую должность при дворе. Многие тебе завидуют.

— Ты, я вижу, не завидуешь.

Я сделала изящный жест рукой, заставив аметист переливаться всеми гранями.

— Потому что Его Величие удостоил своей милостью и меня.

Тень не шевельнулся, но жар в моей груди стал ярче.

— Весь двор говорит о том, как император удостоил тебя личной беседы, — произнёс Тень. — Особая честь, которой не досталось даже мне. Слухи разносятся быстро, Ниро Мореро.

Мне стоило труда не вздрогнуть.

— Похоже, моё имя тоже уже успело разнестись по дворцу, — с досадой произнесла я.

— И нам стоит о нём поговорить. Сейчас. Следуй за мной.

Не глядя на меня, Тень направился в глубь сада, минуя парочку, устроившуюся на берегу ручья. Демонесса проводила нас заинтересованным взглядом, но тут же повернулась к кавалеру, который с тихим смехом начал задирать ей платье.

— Свободные тут нравы, — пробормотала я.

Тень не обернулся.

— Тебе ещё предстоит их опробовать.

В этой части сада уже было пустынно, но Тень всё вёл меня дальше какими-то уже совсем заповедными тропами. Я мимоходом изумилась тому, как хорошо он знал сад: насколько я знала, они с Конте побывали во дворце лишь раз или два. Их мать не желала, чтобы её сыновья считали себя наследниками императора, и долгое время ни Конте Мореро, ни его младший брат не знали о своём происхождении.

Но теперь Тень знал. И я могла сказать с печальной уверенностью, что просто так от своих прав на престол он не откажется.

Наконец перед нами открылась небольшая поляна на каменистом холме. Кривая сосна, вцепившись раскидистыми корнями в камень, нависала над ручьём, и изящная беседка, выстроенная над водой и устланная узорчатыми подушками, ждала гостей.

— Здесь не бывает дождя, — заметил Тень, бесшумно ступая по шёлковой траве. — А жаль. Мне хотелось бы вымокнуть до нитки с какой-нибудь красавицей.

Надо же, какие у него планы. Кажется, я попала в Подземье как раз вовремя.

Я осталась стоять в тени между сосен, прикрывая пушистой ветвью лицо.

— Что ж, по твоему приказу из Рин Дредена привезли целых пять юных прелестниц, — безразлично отозвалась я. — Выбирай.

— Ну, я же не стану портить свой подарок императору, — в голосе Тени звучала насмешка. — Судя по кольцу на твоём пальце, он передоверил эту честь тебе.

— Могу взять тебя с собой. Если захочешь.

Тень обернулся. Я смотрела на него, полускрытая ветвями сосны.

А он — смотрел на меня. Прямо мне в лицо.

— В этом саду выросла моя мать, — негромко произнёс он. — Она знала каждый уголок сада наизусть и часами могла рассказывать о нём. Сюда она сбегала от надзора, и никто не мог обнаружить её укрытие, пока она не возвращалась сама. Раньше я понятия не имел, о каком саде она говорила, но потом в моей голове всё сошлось. Здесь нас никто не найдёт и никто не услышит.

Я вздрогнула. Если Тень рассказывает мне о своей матери…

— Кем была твоя мать?

Вместо ответа Тень медленной хищной походкой подошёл к сосне. Я замерла на месте. Я могла бы сбежать сейчас, но… не хотела. Не могла.

А потом Тень отогнул сосновую ветвь, разделяющую нас.

— Думаю, — тихо произнёс он, — я и впрямь хотел бы попасть в покои наложниц императора вместе с тобой, Дара Незарис.

Наши взгляды встретились.

— Могу отвести тебя туда прямо сейчас, — прошептала я собственным голосом.

Тень тихо засмеялся.

— Думаю, это место нам подойдёт куда больше.

Он протянул руку, коснувшись моей щеки.

— Это правда ты, — прошептал он.

— Это правда я.

Едва заметная улыбка появилась на его лице.

— Сумасшедшая.

— Твоя.

Ещё секунду мы смотрели друг на друга. А потом я первой бросилась ему на шею.

Плевать на Подземье. Плевать на императора. Здесь есть только Тень и я — и эти драгоценные минуты короткой встречи. И я не собираюсь терять их зря.

— Тень, — прошептала я, зарываясь в его грудь. — Тень, Тень, Тень…

— Совсем скоро ты назовёшь меня «Ваше Величие».

Я вздрогнула, отстраняясь.

— Что?

— Император не отпустит меня, — произнёс Тень. Его голос приобрёл знакомые холодные нотки. — А это значит, что выбора у меня не осталось. Императором стану я сам.

— В одиночку? У тебя нет союзников!

— Появятся. Недовольных много. И когда императора не станет, всем нужно будет Зеркало.

— Ты не успеешь, — прошептала я. — Ты будешь мёртв к этому времени.

Глаза Тени сузились.

— Интересно, — медленно произнёс он, выпуская меня из объятий. — Что ты знаешь?

Я быстро, в деталях, описала ему свой разговор с императором, не упоминая про поцелуй.

Тень заметно побледнел. А потом его глаза сузились — и он замер, вглядываясь в моё лицо. Глядя на мои губы. Покусанные, распухшие от поцелуев императора губы. Тень знал меня достаточно хорошо, чтобы помнить, что губы я не кусаю. И что мои припухшие губы могли означать только одно.

— Император страдает мужским бессилием, — еле слышно прошептала я. — Он не может заняться любовью с женщиной. Вообще ни с кем.

— Как ты поняла? — только и спросил Тень.

— Его нынешняя фаворитка всё ещё невинна. И император поцеловал меня, думая, что я юноша, и признавшись, что тяги к мужчинам не испытывает. То есть он достаточно отчаялся, чтобы испробовать все возможные способы. — Я дёрнула плечом. — И, судя по его поцелую, он завалил бы меня там и тогда, если бы только был на это способен. Он хотел это сделать, Тень. Очень хотел. И… кажется, использовал своё искусство, чтобы вскружить мне голову.

— Я его понимаю, — сощурившись, произнёс Тень. — И очень хочу свернуть ему шею.

— Не стоит, — прошептала я. — Тень… не нужно.

Вместо ответа Тень провёл пальцами по моему распахнутому воротнику, очерчивая грани ключиц. И медленно-медленно двинулся ниже, до ямочки между грудями. Белоснежный шарф, повинуясь его прикосновению, соскользнул на землю.

В глазах Тени можно было утонуть. В его взгляде, насмешливом, пристальном, уверенном. В его умении танцевать на грани, зная, что его вот-вот могут убить.

Карающий меч Триумвирата. Повелитель Рин Дредена. Претендент на престол. Блестящий фехтовальщик, наголову разбивший меня в бою.

И одинокий полукровка, за чью незримую броню могла заглянуть только я.

— Я разобью императора, — негромко произнёс он. — Получу древнее знание и власть над Подземьем. И хочу, чтобы в этот день ты была со мной.

— Тень…

Двумя движениями Тень сорвал с меня камзол. И резко дёрнул на мне рубашку, разрывая её надвое до талии.

— Я не прошу тебя, — прошептал он, прикусывая мочку моего уха. — Я тебе приказываю.

Я резко вздохнула. Это не было похоже на прикосновения императора. Это ни на что не было похоже. Пальцы, ласкающие мою грудь так властно, словно Тень хотел оставить на мне невидимый отпечаток, его руки у меня за пазухой, под разорванной рубашкой, его губы на моих ключицах, на груди… Я задыхалась под его ласками и едва заметила, как он завёл мне запястья за голову, прижав к стволу сосны, и как его пальцы скользнули мне под ремень.

— Прямо здесь? — прошептала я, глядя ему в глаза.

Вместо ответа его рука спустилась ниже, и я ахнула, прикрыв глаза, когда его губы нашли мои.

Тень ласкал меня в императорском саду, там, где нас в любую секунду могли найти. Меня, фальшивую фаворитку императора, и его, мятежника, затеявшего сложную интригу и ходившего по краю.

— Тебе хорошо? — шепнул он, отрываясь от моих губ.

— Да, — задыхаясь, проговорила я. — Но я не хочу… оставаться… в Подземье.

— Останешься. Потому что хочешь остаться.

Я открыла рот, чтобы возразить, но Тень, коротко усмехнувшись, удвоил ласки, и я смогла лишь тихо простонать ему в губы, забыв все возражения. Я подавила крик, задыхаясь от удовольствия, и почувствовала, как Тень стягивает с меня одежду, оставляя в одной разорванной рубашке. А потом, смяв её в кулаке, отбрасывает прочь и её.

Я упала перед ним на колени и прогнулась вперёд, упираясь ладонями в траву. И тихо застонала, когда руки легли мне на талию и обхватили бёдра, подтягивая к себе.

…Каменное небо над головой. Журчание ручья, тяжёлое дыхание и быстрая, запретная близость. Вторая в моей жизни. И я не променяла бы этот затерянный уголок сада даже на императорскую спальню.

Вот только… остаться с Тенью в Подземье?

— Безумие, — прошептала я, закрывая глаза. — Тебя убьют.

Тень с силой нажал на мои плечи, растягивая меня на земле, заставляя лечь грудью в траву.

— Не сомневайся во мне, — прошептал он мне на ухо. — И ты станешь моей наградой.

А потом все мысли смыло из головы. Только его близость, его обнажённое тепло, жаркое дыхание, жадные пальцы на моей коже. Одинокий лист упал на моё плечо — и короткий смешок тут же превратился в стон наслаждения.

Наконец мы расслабленно рухнули на землю одновременно, сплетя пальцы. Тень перевернул меня, и я прижалась к его груди, пока его пальцы медленно гладили меня по спине.

— Главное — не заснуть здесь, — пробормотала я. — Если узнают, что я сбежала из крыла наложниц…

— Тебя не хватятся, — утвердительно сказал Тень. — В первые ночи наложниц предоставляют самим себе.

— Они счастливы, — мрачно сказала я. — Они всю жизнь мечтали о ласках императора и о высших демонах Подземья.

— А ты не мечтаешь?

Я запрокинула голову, глядя Тени в глаза.

— Нет, — прошептала я. — Я хочу спасти тебя и вернуться домой.

Тень медленно покачал головой, рассматривая моё обнажённое тело:

— Тебе придётся вернуться без меня.

— Ты с ума сошёл? — Я чуть не подскочила. — Ты проклят! Церон здесь, в Подземье, и он может приказать тебе что угодно в любой момент!

— Церона здесь нет.

— Император говорил, что Церон по-прежнему его приближённый…

— Церон сейчас серьёзно упал в глазах двора, а император не может себе позволить прилюдно тратить время на неудачников. Церону нужно совершить что-то воистину блестящее, чтобы вернуть свои позиции.

— Например, вернуть себе власть над тобой.

— Например, — невозмутимо согласился Тень, проводя пальцем под моей голой грудью. — Но этого шанса я ему не дам. Церон не получил приглашения во дворец сегодня — и вряд ли скоро получит. Здесь я в безопасности.

— Ты не можешь этого знать.

Тень приподнял мой подбородок.

— Доверься мне, — негромко сказал он. — Разве я хоть раз дал тебе повод сомневаться, что могу справиться со всеми, кто встанет у меня на пути?

— Но ты этого не можешь. — Я криво улыбнулась. — Ты совершенно один, и император может прихлопнуть тебя как муху в любой момент. Тебе нужно бежать, Тень. Возможно, ты ещё вернёшься, чтобы завоевать трон, — но сейчас не время.

Тень замолчал, отрешённо глядя куда-то вдаль.

— Нет, — наконец сказал он. — Я уже здесь, и я добьюсь расположения императора так или иначе. И один способ у меня есть. Правда, тебе он не понравится.

— Какой?

Он покачал головой:

— Сначала я должен всё обдумать.

Тень взял мою руку в свои и прижался к ней губами. Перевернул кисть и коснулся носом ладони.

— Дара-Закладка, — прошептал он. — Император не оставит тебя в покое. Уверена, что не хочешь вернуться в Рин Дреден?

Я покачала головой:

— И бросить тебя здесь? Нет. Пока Церон жив, я никуда не уйду.

— Тогда дай мне кольцо, чтобы мы смогли увидеться. Император приказал, чтобы ты отдала его мне, не так ли? — Тень поднял бровь. — А его воля — закон.

Я усмехнулась, снимая с пальца перстень, и молча протянула его Тени. Он кивнул, пряча его в складках одежды.

— Встретимся, когда я приду в крыло наложниц, — произнёс он, вставая.

Я потянулась, чтобы встать за ним, но он остановил меня жестом:

— Останься. Нам нельзя возвращаться вместе. — Лёгкая улыбка скользнула по его губам. — Кроме того, я хочу запомнить тебя обнажённой.

Я приподнялась с дразнящей улыбкой, прикрывая ладонями грудь. Короткие волосы растрепались, и сейчас я была меньше всего похожей на юношу.

И Тени, я видела, это нравилось.

— Ты совсем скоро вновь увидишь меня нагой, — проговорила я. — Во сне.

Глаза Тени расширились.

— О да, — негромко произнёс он. — И там уж точно выпорю тебя за непослушание. Я не разрешал тебе отправляться в Подземье.

— А я не разрешала тебе принимать решения за меня.

Тень невесело усмехнулся:

— Действительно. Что ж, тогда я приму твоё общество как нежданный подарок судьбы. Ты рискнула ради меня, Дара Незарис. Спасибо.

— Погоди меня благодарить, — возразила я. — Мы ещё не убили Церона.

— И вряд ли вам это удастся, — раздался знакомый голос.

Тень резко обернулся. Я вскрикнула.

Церон стоял между сосен, улыбаясь.

— Какая приятная встреча, — светски произнёс он. — Тень, я приказываю тебе стоять на месте и молчать. Не желаю, чтобы ты… ушёл от разговора.

Я мысленно застонала. Это надо было такому случиться, чтобы Церон нашёл нас здесь, когда при мне не было ни меча, ни зелья, ни даже одежды!

— Как ты нас нашёл? — устало спросила я.

Церон оглядел моё тело, подняв бровь:

— Неужели я ни разу не видел тебя голой наяву? Моё упущение. Я нашёл Тень по нашей связи. Я владею им, если ты забыла.

— Но тебя не должно быть здесь!

— Император призвал меня во дворец для срочного разговора… но вдруг оказалось, что он слишком занят. Адриан порой так себя ведёт, чтобы показать, у кого здесь власть. — Церон усмехнулся. — Что оказалось мне только на руку.

Я почувствовала, что бледнею. Почему Тень до сих пор не сказал ни слова? Ведь приказ давал ему возможность сопротивляться, я это помнила…

— Тень, — позвала я, поворачиваясь к нему. — Скажи что-нибудь. Пожалуйста.

— О, он тебе не сказал? — Церон повернулся ко мне, и холодная усмешка заиграла на его губах. — Он может сопротивляться приказам, играя в благородного героя, когда меня нет рядом. Но когда я здесь, его сопротивление заканчивается. Раньше я этим не пользовался, но сейчас особый случай, не так ли?

— Нет, — прошептала я. — Нет!

— Да. Тень пойдёт со мной. Это приказ.

— Ты всё равно не можешь влиять на его мысли, — с отчаянием сказала я.

— Но приказать ему молчать я могу. Приказать убить себя, кстати, тоже могу. — Церон усмехнулся. — Или убить тебя. Хочешь, покажу?

Тень судорожно шевельнулся.

— Говори, — устало сказал Церон. — Но если ты попробуешь доставить мне неприятности, я дам тебе приказ отхлестать её ремнём до крови, боли и судорог, пока она не потеряет сознание. Хочешь? Или, может быть, сразу перерезать ей горло? Жаль, что я не могу взять такой ценный приз с собой.

Лицо Тени не дрогнуло.

— Я не должен покидать дворца, — спокойно сказал он.

— О, я тебя отсюда и не выведу. Ты по-прежнему нужен мне живым и здоровым, а у меня, увы, нет возможности остаться. Просто скажу тебе… пару слов. А ночью мы продолжим.

Я с ужасом смотрела на Тень. Было так больно, словно из меня щипцами вынимали сердце.

Но Тень лишь кивнул мне:

— Прощай.

И последовал за Цероном, не оглядываясь назад. Что-то упало в траву, но Тень даже не замедлил шага.

Что Церон прикажет ему? На что Тени придётся пойти?

Когда-то я спрашивала его, где лежит грань его послушания. Что ему разрешено говорить, а что запрещено делать?

Тень так и не ответил мне. Но у меня была богатая фантазия.

Мне нужен был Конте. Сейчас он наверняка уже знал, что я отправилась с наложницами в Подземье: я оставила ему письмо, и род Дезирр должен был передать его Конте вместе с золотом, которое тайно завещал брату Тень. Теперь, когда Ниро Мореро сгинул в Подземье, Конте Мореро стал самым богатым охотником на демонов в Рин Дредене и во всех окрестных землях.

Я очень надеялась, что не увижу его здесь, в Подземье. Потому что Конте, получивший проклятие своего брата, окажется в смертельной опасности, едва выйдет из портала.

А раз так, некому было мне помочь.

Да, я могу защитить Тень во сне. Но после одной ночи Церон поймёт, что Тень напоил меня своей кровью.

Неважно. Этой ночью Тень будет со мной, что бы Церон ему ни приказал.

Я вдруг нахмурилась. Что-то выпало из руки Тени. Тени, который всегда был аккуратен и внимателен.

А это значило, что он оставил для меня что-то важное.

Я бросилась вперёд, забыв о том, что лежала совершенно голой и мне давно пора было одеться. И подхватила знакомое кольцо с аметистом.

Тень оставил его мне. Естественно, ведь сейчас, став пешкой Церона, он обязан был подчиняться — но отдавать Церону такую важную вещь он не собирался.

Время было возвращаться. Я знала, что смогу проскользнуть в крыло наложниц незамеченной, карабкаясь по стенам. Но игра в переодевания разом потеряла смысл.

Тень вновь был во власти Церона. А я ничего не могла с этим сделать.

Глава 3

Я едва успела переодеться, как раздался гонг.

Я удивлённо нахмурилась. Время ужина давно прошло. Тогда что случилось?

Второй удар гонга. Третий.

Нужно было идти. Мне повезло, что я вернулась вовремя: похоже, наложниц собирали не зря, и моё отсутствие бы тут же заметили.

Я запахнула на себе халат поверх кисейного платья и набросила на волосы прозрачный платок. Подумав, быстро и ярко накрасила лицо. Чем меньше я буду походить на настоящую Дару Незарис, тем лучше.

Круглый зал, где ждали нас пятерых, походил на боевую арену. Роскошное ложе для почётных гостей, узкие узорчатые диваны и цветные кальяны вдоль изогнутых стен — и совершенно пустая середина зала, где красовалась пентаграмма, выложенная драгоценными камнями. И с полустёртыми следами крови. Наложницы императора были слишком ценны и красивы, чтобы приносить их в жертву одну за другой, но каждая из них должна была помнить, что так было не всегда.

А ждала нас хрупкая, тонкая, похожая на иву красавица, которую я уже видела в зале. Та, что улыбалась мне столь призывно.

Юная фаворитка императора. Шира. Она сидела в кресле на возвышении, прямая и надменная, как королева, и четверо стражей возвышались за её спиной.

— Вы принадлежите императору и служите для его удовольствия, — в тишине произнесла она. — И император желает вашей помощи.

Глаза девушек вспыхнули. Все четверо, я заметила, были одеты куда откровеннее, чем я: прозрачные шаровары на Аннели, платье с голой спиной, едва прикрывающее грудь, на Мааре, кисейный наряд безо всякого белья на Цеонтиссе. Лишь на Кирии было скромное глухое платье в пол, но носила она его так, что каждый мужчина мечтал его с неё сорвать.

— Вы умеете влюблять в себя мужчин, — тихим, манящим голосом произнесла Шира. — Так влюбляйте. Император планирует подослать к вам… любовника. Возможно, нескольких. Поощряйте их, слушайте и запоминайте. О каждом слове, что вы услышите в пылу страсти или в порыве забывчивости, ваш повелитель желает знать. Вы меня понимаете?

Девушки переглянулись и закивали.

Моё сердце пропустило удар. Фаворитка императора говорила о Тени — и о новом фаворите императора. Обо мне.

Цеонтисса шагнула вперёд, и тяжёлая волна золотых волос, ниспадающих к бёдрам, качнулась вслед за ней.

— Мы увидим императора, чтобы рассказать ему всё, что услышали? — с надеждой произнесла она.

Фаворитка императора качнула головой, понимающе улыбаясь:

— Пока нет. Но Его Величие слышит моими ушами и смотрит моими глазами. Я говорю его голосом. Всё, что вы скажете мне, узнает он.

Я мысленно хмыкнула. Угу, узнает. Вот только самые интересные новости фаворитка заберёт себе, присвоив чужие заслуги. В лучших традициях Подземья.

Фаворитка обвела нас взглядом.

— Если вы узнаете для Его Величия важную тайну, вы будете вознаграждены. А та, которая отличится превыше всех, получит главную награду. Место рядом с императором, место его лучшей и любимой наложницы… приз, за которой стоит побороться, не так ли?

Я увидела, как Маара облизнула губы.

— Первые дни вы побудете здесь, пока портные и ювелиры, снявшие с вас мерки, готовят вам новый гардероб, — негромко и властно сказала фаворитка. — Потом вам разрешат выходить к озеру, гулять по висячим садам, купаться в горячих ключах… и учиться всему, что должны знать наложницы императора. Но к тому, чтобы служить Его Величию, вы должны быть готовы уже сейчас. Если он захочет, то отдаст любую из вас уже этой ночью.

По моей коже прошла дрожь. Надеюсь, не отдаст. И надеюсь, не меня. И уж точно надеюсь, что император никуда меня не позовёт. Потому что если он узнает, что Дар и Дара — одно и то же лицо…

— Впрочем, очень вряд ли, — небрежно закончила фаворитка. — Император будет занят завтрашними состязаниями в Гильдии Клинков. Так что вы сможете отдохнуть и подготовиться, дабы не вызвать его… неудовольствие.

Кирия и Аннели поёжились. А у меня загорелись глаза. Состязания в Гильдии Клинков… чёрт подери, я была практически уверена, что Тень будет там. И я смогу увидеть его и поговорить с ним. В конце концов, император дал мне задание стать тенью Тени, верно?

— А какой приз достанется победителю состязаний? — произнёс мой голос.

— Чёрные клинки Альдемаро. Не слышала о таких?

Я открыла рот. Слышала ли я об Альдемаро? О высшем демоне, который когда-то возглавил атаку на наш мир? О да. Сложно было бы о нём не слышать.

— Он был выпускником Гильдии Клинков?

— Лучшим, — усмехнулась Шира. — И его клинки — лучшие. А в придачу к ним идут сто тысяч золотом. Кому-то завтра очень повезёт. Возможно, одна из вас будет услаждать взгляд победителя.

Среди девушек пробежал шепоток. Сто тысяч золотом и пара клинков легендарного демона! Чёрт подери, я буду там!

Фаворитка императора встала.

— И помните, — холодно сказала она, — никто не может быть выше воли императора. Не вздумайте влюбляться в того, кого вам назначат в любовники. Здесь, в Подземье, с изменницами не церемонятся. Император запрещает приносить в жертву наложниц, но лишь потому, что не желает бесконтрольно вливать силу в соперников.

— Или потому, что силой можно захлебнуться и сойти с ума, — не удержалась я. — Ни один демон, который практиковал жертвоприношения пачками, не выжил.

Фаворитка нахмурилась, бросив на меня быстрый взгляд.

— Не всем стоит это знать, — негромко сказала она. — В следующий раз помалкивай.

Она развернулась к остальным наложницам:

— Надеюсь, вы все запомните, к чему ведёт этот путь.

Повисло молчание.

Жертвоприношения. Здесь, в тёмном измерении, невинные девушки тоже ложились на алтарь против воли — и шансов избежать такой судьбы у них было куда меньше, чем наверху.

Я сделала ошибку, забыв о том, каким жестоким был мир Подземья. Мир, где правили демоны. Больше я этого не забуду.

Взгляд фаворитки упал на меня.

— Я где-то видела тебя раньше, — задумчиво произнесла она. — И совсем недавно. Где?

Я покачала головой:

— Я никогда раньше не была в Подземье.

— Хм. Что ж, в следующий раз оденься как подобает. Помни, зачем ты здесь.

Шира шагнула к дверям и обернулась, окинув нас взглядом.

— Если заработаете милость императора, получите всё, о чём только можете мечтать, — манящим тоном сообщила она. — Только заработайте её.

Занавеси колыхнулись, закрываясь вслед за ней. Мы остались наедине со стражей.

Кирия подошла ко мне и протянула руку, поправляя косынку.

— Шира была права: ты совсем не следишь за собой, — с упрёком сказала она. — Из-за тебя накажут всех нас.

Я открыла рот, чтобы ей ответить, — и молча закрыла его.

Потому что тоненькие пальчики Кирии только что пропихнули между моими прядями свёрнутую трубочку записки. Кирия бросила на меня ещё один укоризненный взгляд и направилась прочь. А я застыла, словно меня пригвоздили к месту.

Письмо для меня. От кого?

Едва я вернулась в спальню, я сорвала с волос косынку и принялась торопливо разворачивать записку.

«Закладка, ты сошла с ума», — гласила первая строка, и я с облегчением рассмеялась.

Конте. Письмо было от Конте. И написано оно было торопливым неровным почерком, словно у Конте были считаные секунды, чтобы это письмо написать.

«Я только что узнал про твой план, но не успеваю ни присоединиться, ни отговорить тебя. Я только надеюсь, что ты найдёшь моего непутёвого братца и вы вместе не натворите глупостей.

Будь осторожна. Будь, чёрт подери, осторожна. Я сделаю всё, чтобы к тебе присоединиться, но это не так-то просто. В следующий раз выбирай себе более живописные места для вылазок».

Я невольно улыбнулась.

«P.S. Не лезь убивать Церона в одиночку».

Я непослушными пальцами сложила письмо. В глазах вскипали слёзы.

Церон заполучил себе Тень, а теперь получит и Конте. И меня.

— Ну нет, — прошипела я. — Я этого не допущу.

Я сорвала с себя халат и рухнула на подушки, закрывая глаза.

Мне нужно было уснуть. Уснуть — и увидеть во сне Тень.

Коснуться его губ. Поцеловать его ресницы. И поверить, что всё будет хорошо.

Роскошные белоснежные кружева обтягивали мою грудь. Шуршащая ткань холодила живот и руки, спускаясь вниз до пят, как и полагается дорогому и изысканному свадебному платью.

Во сне я была невестой. С волосами, убранными наверх, и в платье, стоящем целое состояние. А ещё, как вдруг поняла я, мимоходом проведя рукой по боку, совсем без нижнего белья.

Я моргнула, привыкая к багряному полумраку. И изумлённо открыла рот.

Вокруг простирался тронный зал Подземья. Тот, что снился мне когда-то. Огромные ряды колонн-сталагмитов, уходящие на невообразимую высоту, и отполированные чёрные ступени, ведущие наверх, к императорскому трону.

Но зал был совершенно пуст и тёмен. Лишь странный багряный свет лился со стен и с потолка. В сердце Подземья я была одна.

— Нравится?

Я повернула голову.

Тень, одетый лишь в чёрный шёлковый халат с золотой оторочкой, стоял босиком на каменном полу каверны в двух шагах от меня.

— Что… мы тут делаем?

— Лучше спроси, что ты тут делаешь.

— И что я тут делаю?

— Любуешься моей мечтой. Смотри.

Повинуясь жесту Тени, я задрала голову, осматривая зал.

Здесь было неожиданно уютно. Пещера, которая принадлежала только нам двоим. Символ власти над Подземьем, место, где мечтал очутиться каждый демон.

И в эту ночь здесь были лишь Тень и я. Всё Подземье принадлежало нам, и я могла взойти на трон прямо сейчас, если бы захотела.

— Но Церон… — прошептала я. — Ты принадлежишь ему.

Холодное лицо Тени не изменилось.

— Его нет здесь, и его приказы не действуют во сне. Помнишь?

Я помнила.

— Тогда почувствуй.

Тень шагнул ко мне и властно провёл рукой вдоль моего позвоночника, посылая вниз по спине незнакомый жар. Я обернулась к нему, чувствуя, как разгорается внутри влечение, — и ощутила, как тёмные крылья просыпаются за моей спиной.

— Сегодня ты моя императрица и моя невеста, — уверенным тоном произнёс Тень. — И я короную тебя, когда придёт время.

— Ты…

— Я хочу, чтобы ты почувствовала, каково это — получить власть и силу. Достигнуть самой вершины — и остаться рядом со мной. — Тень протянул мне руку. — Неважно, во сне или наяву. Я сделаю каждую минуту явью — если ты поверишь в мой сон.

Я долго смотрела на него, пока призрачные крылья трепетали за плечами. А потом приняла его руку.

— Я тебе верю, — прошептала я.

— Тогда летим.

Он сделал шаг, и за его спиной тоже распахнулись крылья.

А потом Тень подхватил меня на руки — и взлетел в воздух.

Демоны не умеют летать. И призрачные, и настоящие крылья им даны лишь как рудимент, как знак, как символ их наследия, как остаток чего-то, что было у них раньше. Но сейчас это было неважно. Потому что Тень летел, прижимая меня к груди, и крылья качались за его спиной, пока он нёс меня к трону.

И я поняла, глядя в его горящие глаза, что в этот миг его мечта исполнялась. Что именно таким Тень видел своё счастье — на вершине мира. Рядом со мной.

— Это древнее искусство? — прошептала я.

— Оно самое. Адриан владеет им — и я хочу, чтобы он научил и меня. Это моё наследие, Дара Незарис, и оно принадлежит мне по праву.

— А если император не захочет им делиться?

Холодный смешок.

— Я найду способ. Ради этого я и здесь.

Тень поставил меня на ступени, и на его лице появилась усмешка, когда его руки скользнули по моим бёдрам и не ощутили белья.

— Об этой детали я не знал, — прошептал он мне на ухо, собирая складки моего белоснежного платья в кулак. — Мне нравится твоя фантазия.

Я не успела ответить.

Потому что мир вокруг нас изменился. Ступени, по которым мы взлетели, теперь терялись внизу — а наверху расстилалось звёздное небо. Тронный зал с колоннами остался далеко внизу, а своды пещеры растворились.

Тень сжал мои плечи, поворачивая меня к себе, и я наконец увидела императорский трон. Совсем близко. Два шага, и я могла бы сесть на него — и весь мир оказался бы у моих ног.

Голова кружилась. Сейчас, с призрачными крыльями, горящими за спиной, я ясно ощущала демоническую часть Тени и чувствовала его цель, его мечту, его стремление. Стать императором. Обрести власть и править Подземьем. Овладеть тёмным искусством, оставить свой след в этом мире и раскрыть себя до конца.

Я знала, каково это. Когда я стояла рядом с императором возле Зеркала, когда я увидела Тень повелителем Рин Дредена — я чувствовала эту жажду. Власть кружила голову, и одна мысль, что всё будет по моему слову, заставляла тело гореть. Точно так же я чувствовала себя в саду, когда Тень срывал с меня одежду. Вот только тогда это было желание скромной охотницы Дары Незарис, а сейчас…

— Желание невесты и императрицы Подземья, — прошептала я, глядя на трон.

— Какое желание?

Я повернулась к нему.

— Ты.

Глаза Тени блеснули.

— Ты не просто хочешь меня, — произнёс он хрипловатым голосом, пока крылья вздымались и опускались за его спиной. — Ты чувствуешь тот же голод, что и я. Ты хочешь взять и присвоить себе этот зал, этот дворец — всё Подземье. Получить этот мир и изменить по своему образу и подобию. Стать великой.

Его рука легла мне на горло.

— Стать моей и помочь мне получить всё это.

Крылья за моей спиной затрепетали в такт его словам.

Будь я обычной Дарой, сидящей на земле в кожаных штанах и вытряхивающей сосновые иголки из волос, я бы нашла, как ему возразить. Но сейчас, на вершине мира, с крыльями за спиной, ощущая голод и восхищение, я желала только одного.

— Да, — прошептала я, глядя ему в глаза. — Я хочу победить.

Тень протянул руку, вынимая белоснежный свадебный убор из моих волос, и вместо коротких прядей по моим плечам рассыпались длинные блестящие локоны.

— Сначала ты должна проиграть, Дара Незарис, — негромко и властно сказал он. — Проиграть мне целиком и полностью.

Он сжал мои плечи, толкая на трон, и спинка из чёрного сверкающего камня откинулась назад, когда я упала на неё лопатками. Камень оказался холодным, как мрамор алтаря, и мои руки оказались прижатыми к подлокотникам.

— Так мы не договаривались, — выдохнула я.

Тень наклонился надо мной:

— С императором не договариваются. Перед ним встают на колени.

Он сбросил с меня туфли, и они полетели вниз по ступеням. А потом его крылья рывком накрыли мои, и меня пронзило ощущение, словно сплелись наши пальцы. Звёзды над нашей головой горели так ярко, что у меня перехватило дыхание от их великолепия.

Вершина мира. Демон и демонесса.

Полукровка и человеческая девушка, которая умрёт куда раньше него.

— Что будет потом? — прошептала я, глядя ему в глаза. — Когда я… больше не буду юной и прекрасной? Когда у меня появятся седые волосы?

— Если это и правда произойдёт, я буду благословлять небо, — тихо и серьёзно ответил Тень. — За то, что ты дожила до этих волос.

— Правда?

— Во сне тебе всегда будет девятнадцать. Если захочешь.

Не отрывая от него взгляда, я дёрнула пояс его халата, развязывая его. И потянула Тень на себя.

— Вершина мира, — проговорила я. — Сделай меня своей.

Шёлковый халат упал на ступени, и я обхватила шею Тени руками.

Мы были вместе в этом сне. С ним я забывала о Подземье, о Цероне и об императоре. С ним я была готова оказаться где угодно и пойти куда угодно.

Неужели я забуду даже о своём мире, чтобы Тень исполнил свою мечту? Неужели?

Но Тень поцеловал меня, и я тут же перестала думать. Только ощущать его поцелуи на губах. Только чувствовать его руки, скользящие вдоль лодыжек к коленям, забирая наверх ткань платья. Я подалась ему навстречу — и ахнула, обхватывая его спину руками, когда холодный камень запылал под нашими телами.

— Так будет и на самом деле? — прошептала я. — Когда ты станешь императором?

Тень легонько прикусил мою нижнюю губу.

— Всю ночь.

Шёлковая юбка свадебного платья оказалась задранной до талии, и руки Тени гладили мои бёдра, забираясь всё выше. А потом настал момент, когда мы соединились, — и лицо Тени стало таким же близким, как звёздное небо.

— Ниро, — прошептала я.

— Ты же знаешь, что я не люблю это имя, Дара-Закладка, — прошептал он.

— Но оно твоё.

Его имя. И его лицо. Напряжённые скулы, взлохмаченные волосы и горящие глаза. Может ли такой мальчишка быть императором? И может ли император быть таким невозможным мальчишкой?

Я расслабилась, отдаваясь ему, двигаясь с ним в едином ритме под звёздным небом. И, уже растворяясь в сиянии звёзд, ощутила ветер, перебирающий наши волосы и юбку моего платья, ласкающий обнажённые тела мягким прикосновением.

— Император может отправиться туда, куда захочет, — услышала я шёпот. — Ты снова увидишь дом, Дара Незарис. И услышишь ветер.

Но сейчас я уже ничего не слышала: в глазах потемнело, и я прижалась к Тени, обессиленная, почти теряющая сознание в его объятьях, пока новые волны удовольствия пронзали тело.

Крылья за нашими спинами коснулись друг друга в последний раз — и исчезли.

— Интересно, — пересохшими губами прошептала я, — мне было так хорошо, потому что это ты или потому что здесь ты — император?

Короткий смешок, и Тень вытянулся на троне рядом со мной.

— Ты нужна мне, — произнёс он, обнимая меня за плечи. — Мне нужна семья. И раз уж ты пришла за мной, я хочу, чтобы ты осталась.

— В твоих снах?

— Везде.

Я приподнялась на локте:

— А если я хочу вернуться домой? Вернуть тебя домой?

Глаза Тени сузились, но я коснулась пальцем его губ, не давая говорить:

— Конте прислал мне письмо. Он скоро будет здесь, и мы вытащим тебя отсюда. И если получится — оставим Подземье без императора.

— Убьёте Адриана? — поднял бровь Тень. — Любимого дядюшку Конте? Да ты жестока.

— Его фаворитка напомнила, как непокорных наложниц приносят в жертву по его приказу, — коротко сказала я. — Мне хватило.

— Ты ещё много чего не видела. — Лицо Тени помрачнело. — И не думай, что я окажусь намного мягче, когда займу престол.

Я перевела взгляд на ступени, уходящие вниз. Я могла представить нас с Тенью в настоящем тронном зале. Как мы будем целоваться на ступенях, как Тень будет срывать с меня бельё, как я буду раздевать его, как сладко будут звучать наши стоны и крики под сводами каверны…

И как мне будет одиноко.

Не говоря уже о том, что всего этого не будет, когда на сцену выступит Церон.

— Что тебе приказал Церон? — тихо спросила я. — И что мы будем делать?

— Он хочет вернуться к прежнему плану, — сухо сказал Тень. — Дождаться смерти императора и править от моего имени. Но я ему этого не дам.

— Как?

Тень едва заметно поморщился:

— Я ещё не решил окончательно. По счастью, на завтрашних состязаниях Церона не будет: весь совет гильдии презирает его после того, как я вышвырнул его в Подземье. Так что у меня будет время подумать.

— У нас, — поправила я. — Я тоже хочу попасть на состязания. Император велел мне следить за тобой, в конце концов. И у тебя всё меньше времени, чтобы решить, что сказать ему о Конте.

— Я помню, — коротко сказал Тень.

— И что ты будешь делать?

Тень долго смотрел на меня. Наконец он покачал головой:

— Это сумасшедшая идея. Но если вы с Конте чему-то меня научили, так это тому, что…

— Чему?

— Что семья важна, — очень тихо произнёс Тень. — И я собираюсь поставить на эту карту куда больше, чем рассчитывал.

— О чём ты?

Но Тень лишь вновь покачал головой, разворачивая меня спиной к себе, и медленно начал расстёгивать на мне свадебное платье. И я отдала себя в его руки, перестав возражать.

Сегодня ночью было время для его мечты.

Глава 4

Состязания в Гильдии Клинков. Событие, которое не пропустит ни император, ни Тень, ни всё остальное Подземье. И победитель получит сто тысяч золотом и легендарные клинки.

Я не могла остаться в стороне.

Перстень, подаренный императором, оказался волшебным талисманом. Стоило мне отдать приказ от имени императора Адриана, подкрепив свои слова видом кольца, как мне тут же подали портшез с рабами-носильщиками, готовыми отвезти меня в гильдию. Чуть поколебавшись, я потребовала отвезти себя в модную лавку с готовым платьем — и, как я и рассчитывала, увидев кольцо императора, мастер расплылся в улыбке и отказался записывать расходы на мой счёт, уверяя, что счастлив оказать новому любимцу императора такую пустячную услугу.

Кажется, я совершенно зря хотела отдать это кольцо Тени. Я сжала в пальцах аметист, поглаживая его. Какую цель преследовал император, отдав его мне?

Ему было любопытно, скорее всего. Любопытно, что будет делать мальчишка, который привлёк его внимание. А ещё император был игроком, для которого появление Тени стало настоящим вызовом. Добавить к этому всё, что я рассказала про Церона, — и сам воздух заискрит от напряжения.

…Что-то должно было произойти. Очень скоро.

Но ещё не сейчас.

У демонов Подземья не было названия для той его части, где жил и правил император. Столица и была Подземьем. Здесь находились порталы, ведущие в другой мир. Здесь жили высшие демоны — самые влиятельные и самые богатые. И здесь была сосредоточена власть. Здесь, в огромной каверне под каменным небом, где границы владений отделяли рвы, в которых бурлила раскалённая лава, а огни в обоих концах улицы могли внезапно погаснуть, чтобы убийцы смогли перерезать жертве горло без помех. Где грубые каменные дома соседствовали с изумительными башнями изящнейшей работы, а посреди улицы можно было увидеть окровавленный алтарь. И отовсюду был виден императорский дворец — парящая на вершине скалы огромная багровая крепость из кружевного камня, обрамлённая висячими садами и ощетинившаяся иглами многочисленных башен.

Подземье было мрачным и зловещим лесом. С каменными деревьями, башнями-грибами, растущими из ниоткуда, и архитектурными головоломками из перевёрнутых колонн, резьбы и барельефов, изображающих демонов во всей красе изначальной формы. Искажённые похотью и яростью черты, языки между острыми клыками, кожистые крылья, распахнутые над обнажёнными девушками, порой стыдливо прикрытыми, порой бесстыдно выставляющими себя на всеобщее обозрение…

Демоны не скрывали своего увлечения человеческими рабынями. Статуй и изображений беззащитных девушек, полускрытых волосами, в цепях или на алтаре, было бесчисленное множество, и демоны, нависающие над ними, странно гармонировали со своими жертвами.

Я вспомнила экстаз, который охватил меня, когда я сама лежала на алтаре, и резко выдохнула, унимая внутреннюю дрожь. Я не желала, чтобы с кем-то случалось что-то подобное. Но в моём вчерашнем сне, когда Тень уложил меня на трон, будто на алтарь…

…Я бы не возражала, даже если бы он принял изначальную форму. Я позволила бы ему всё.

Демоны умели сводить с ума. И они умели искушать.

Этот мир был притягательным, несмотря на всё его зло. Запретным, притягательным и прекрасным. И части меня хотелось тут задержаться.

Но мои размышления были грубо прерваны.

Выйдя из модной лавки, я увидела закрытый чёрный портшез, который несли двое диких демонов. Из портшеза свешивались связанные женские руки; молодая красивая демонесса, лежащая внутри в полуобмороке, явно была похищена. Едва я услышала её тихий стон, меч сам вылетел из ножен.

С силой столкнув лбами демонов, я помогла ей освободиться, одним махом разрубив верёвки. Демонесса, тотчас же придя в себя, с нечеловеческой силой вонзила острый кинжал в горло одному из похитителей, а второй бросился на меня, но тут же напоролся на меч и рухнул со стоном.

— Ты новичок в Подземье, — проронила демонесса, оглядывая мой новый, с иголочки, чёрный костюм, расшитый серебром.

— Допустим. Откуда ты знаешь?

— Разве не ясно? Ты бросился мне на помощь.

Её взгляд упал на мой перстень, и её глаза блеснули. Демонесса усмехнулась и кинула мне кинжал:

— В знак моей благодарности. Продолжай в том же духе. Кстати, ты помог мне просто так? Или тоже охотишься за этим мерзавцем?

Я подняла бровь:

— Тоже?

— А, так ты не знаешь. Какой-то спятивший демон похищает человеческих рабынь уже неделю. Демонесс он не трогает: со мной они, похоже, здорово ошиблись.

— И его до сих пор не поймали? — задумчиво спросила я. — Интересно.

— За его голову назначена награда. Вот только пока никто не стремится её заработать.

— Почему?

Демонесса пожала плечами:

— Награда невелика, а зацепок, как я слышала, ни у кого нет. Да и кто бросится на помощь одинокой рабыне против пары демонов? Другие рабы? Не смеши меня.

Кто-то похищал молодых человеческих девушек. Почти наверняка — для жертвоприношений. Интересно, кто это мог быть?

Лицо Церона мгновенно всплыло перед глазами. Это было очень, очень похоже на него.

— Ясно, — коротко сказала я. — Спасибо.

— Удачи. Может быть, найдёшь того, кто за этим стоит, — если решишься. Ты похож на того, кто готов рискнуть.

Я вновь залезла в портшез, поджидающий меня на другой стороне улицы, и отдала негромкий приказ. Демон, без разбору похищающий человеческих девушек… им стоило заняться. Но в одиночку, в Подземье, без Конте за спиной?

Это будет опасно. Очень.

Но я не привыкла отступать.

Чёрная громада здания Гильдии Клинков была настолько древней, что казалась выжженной в скале. Литой камень глухой стеной закрывал остальные постройки, и место, где когда-то рос Тень, походило на крепость.

Скорее всего, оно ею и было. По степени укреплённости оно могло поспорить даже с императорским дворцом. Если где-то и стоило устраивать восстание против императора, то только здесь.

…И я очень надеялась, что Тени эта мысль не придёт в голову.

Я откинула капюшон, проходя под чёрной каменной аркой, и незаметно выпила боевое зелье. Что ж, посмотрим, кому сегодня улыбнётся удача.

У меня остался совсем небольшой набор зелий из запасов Тени, и стоило расходовать их экономно. Но они того стоили: каждое действовало куда дольше обычного, и мне не приходилось бояться, что я лишусь сил во время поединка.

Я была готова. И я собиралась драться так, что это оценит даже император.

К моему счастью, на состязаниях запрещено было пользоваться крыльями или изначальной формой: зрители должны были видеть лица противников, а огромные призрачные крылья закрывали обзор. Так что мой обман имел все шансы остаться нераскрытым.

В зал состязаний мне пришлось спуститься через вырубленный проход в скале. Знакомая цепочка огней привела меня в пещеру, которая служила огромным амфитеатром: ряды грубых каменных ступеней показывали, что этому залу были сотни, если не тысячи лет. Каменный ров, заполненный лавой, отделял арену от остального зала, и они соединялись лишь тремя узкими мостами. Перепрыгнуть через ров было невозможно, и я на минуту задумалась о том, зачем он вообще был здесь нужен. И вздрогнула, глядя на арену: прямо за ней располагался алтарь для жертвоприношений.

Сейчас он был пуст. Но холодок прошёл у меня по спине всё равно.

Амфитеатр оказался уже заполнен. Вместо мягких скамей и кресел зрителей ждали холодные каменные ступени — похоже, демоны предпочитали традицию комфорту. Моё кольцо с аметистом вновь послужило пропуском: вместо того, чтобы оставить меня в долгой очереди взволнованных кандидатов, спешивших назвать свои имена помощникам распорядителя, меня немедленно проводили к нему самому.

Но едва я увидела, куда меня привели, сердце застучало быстрее.

Потому что я шагнула прямо в императорскую ложу. Узкую и роскошную, расположенную напротив арены, обтянутую лиловым бархатом и уставленную золочёными креслами и столиками с роскошными фруктами и винами.

— …Как вы пожелаете, Ваше Величие, — донёсся до меня звучный голос седовласого распорядителя. — Но императоры Подземья никогда не участвовали в состязаниях под своим именем. Впрочем, мы можем принести вам маску.

Раздался дружный смех.

Распорядитель, высокий демон с серебряной цепью на груди, одетый в красное, стоял в непринуждённой позе прямо перед креслом императора. Прямо за креслом, опершись тонкими пальчиками о спинку, застыла хрупкая фигурка фаворитки. А в двух шагах от императора, облокотившись на обитые лиловым плюшем перила…

С задумчивым видом стоял Тень.

Моё сердце забилось быстрее. Незаметным взглядом я скользнула по остальным обитателям ложи, и моё сердце стукнуло с облегчением: Церона в ней не было.

— Я всего лишь пошутил, Веймер, — небрежным тоном произнёс император. — Право, я не желал бы лишать заслуженной победы наших блестящих бойцов.

Он кивнул мне:

— А, Ниро. Подойди. Ты хочешь участвовать?

Я поклонилась.

— Да, Ваше Величие.

— Ты знаешь, что лишь четверть участников доходят до конца состязаний?

Я моргнула.

— До… конца, Ваше Величие?

— Выходят из состязания израненными, но живыми, — пояснила Шира с очаровательной улыбкой из-за спины императора. — Остальных хоронят в тот же день. Как правило, без почестей.

Вот чёрт. Этого я не знала.

Но отступать, похоже, было поздно.

— Что ж, у тебя есть моё благословение, — произнёс император с лёгкой улыбкой. — Будет любопытно, как ты справишься… или не справишься. Но тебе, Тень, я сражаться запрещаю.

Тень обернулся.

— Ты мне нужен, — пояснил император. — И я совершенно не желаю, чтобы ты попал в те самые три четверти, лишив меня своего общества… и своих знаний.

Например, знаний о местонахождении Конте Мореро.

Тень перевёл задумчивый взгляд на арену, вокруг которой уже собирались претенденты.

— Кроме того, — неожиданно сухо заявил распорядитель, — к состязаниям не допускаются люди. И много лет Гильдия борется за то, чтобы приравнять к ним и полукровок.

— Ещё одно слово, и моя катана покинет ножны, — очень холодно произнёс Тень. — Я не хотел бы забрызгать кровью очаровательный наряд избранницы Его Величия. Думаю, мы друг друга поняли.

Лицо распорядителя побледнело.

— Ваше Величие…

— Есть разные полукровки, — оборвал его император. — Тень достоин состязаний. Другое дело, что я не желаю, чтобы он подвергал себя подобному риску.

Разумеется, Тень был нужен императору — пока. Но на его условиях. И в глазах двора Тень никогда не встанет вровень с императором, если подчинится сейчас. Это я понимала очень отчётливо.

Взгляд Тени безразлично скользнул по мне — и вновь вернулся, разом сделавшись цепким. Словно ему в голову пришла идея.

— Этот мальчишка вчера уложил самого искусного фехтовальщика гильдии с одного удара, — холодно произнёс он. — Я не дам ему ещё одного повода хвастаться, что он дерётся лучше всех в Подземье. Я уложу его.

Брови императора поднялись:

— Несмотря на мой запрет?

Тень усмехнулся:

— В этом амфитеатре верховенствуют правила гильдии, а не указы императора. Думаю, Ваше Величие простит мне, когда я выйду из состязаний победителем.

В ложе наступила мёртвая тишина. Или император немедленно покарает Тень за дерзость, или…

…Или его приближённые решат, что император слаб. А этого не прощают.

Император подарил распорядителю едва заметный кивок.

— Как потомок основателя гильдии, я желаю осуществить своё право, — спокойно произнёс император. — Я хочу, чтобы вы вспомнили древние правила.

Лицо распорядителя побледнело:

— Ваше Величие, древние правила не применяли уже пятьдесят лет. С тех самых пор, когда после состязаний не оставалось в живых никого. Вы подвергнете риску всех участников!

— Я знаю. И настаиваю.

Глаза императорской фаворитки расширились, а губы дрогнули в предвкушении.

— Это будет блестящее зрелище, Ваше Величие, — хрипло проговорила она. — Эти состязания запомнят надолго.

Но Тень лишь откинул голову и скрестил руки на груди.

— Я принимаю вызов, — холодно произнёс он. — И буду первым.

Теперь ахнули все в ложе.

— Верная смерть, — с непонятным удовлетворением проговорил император Адриан. — Ты уверен?

Лицо Тени не дрогнуло, лишь побледнели губы.

— Да.

Я еле сдержала судорожный вскрик. Дьявол, Тень, что же ты делаешь!

— Надеюсь, ты дойдёшь до финального боя, — произнёс мой голос с небрежным презрением. — Я хочу убить тебя сам.

Тень обернулся, посмотрев прямо мне в глаза, и этот взгляд был таким, что мои бёдра будто обожгло огнём. Словно на них снова легли его ладони, гладя, лаская.

Обещая, что всё будет хорошо.

— О, — невозмутимо произнёс он, — думаю, я доставлю тебе это удовольствие, Ниро Мореро. Вот только исход будет совсем не таким, как тебе кажется.

Он шагнул вперёд, разом оказавшись на перилах. И спрыгнул вниз.

На арену, где уже ждали своей очереди первые кандидаты.

Я подошла к перилам, глядя ему вслед. И повернулась к придворным, замершим в ложе. Никто не решался сказать ни единого слова.

— Древние правила? — ясным тоном спросила я. — Какие именно?

Шира, спросив взглядом позволение императора, подошла ко мне и облокотилась на перила рядом.

— Чтобы пройти в следующий круг, Тени нужно будет одолеть двадцать противников подряд, — мурлыкающим тоном пояснила она. — Только потом он сможет отдохнуть… если останется жив.

Я беззвучно охнула. Нет! Ох, нет!

Двадцать противников подряд… Тень погибнет наверняка.

Я в отчаянии сжала кулаки. Императору даже не придётся казнить Тень — тот шагнёт навстречу своей гибели сам. Если никто не выживал в состязаниях, проводимых по древним правилам…

— А остальные соперники?

— Подобный бой придётся выдержать лишь тем, чьё право не подтвердил император. Потомкам родов, находящихся в опале, к примеру. Или тем, кого император считает слишком ценными, чтобы отправлять в бой. — Она усмехнулась мне. — Твоё право подтверждено. Хотела бы я знать, что это значит.

Я криво улыбнулась:

— То, что Его Величие безмерно в меня верит, конечно же.

Шира с задумчивым интересом перевела взгляд с моего аметистового перстня на моё лицо. Скользнула взглядом по чёрному костюму, выполненному с изысканным щегольством, и задержалась на белом полупрозрачном шарфе, который когда-то подарил мне Тень.

— Что ж… — медленно сказала она. — Фавориты императора должны держаться вместе, не так ли?

Ох, знала бы ты, с кем разговариваешь…

— Конечно, — тихо сказала я. — Ведь никто из нас не хочет оказаться распятым на алтаре… за непослушание. Спасибо за ценные сведения.

Глаза императорской фаворитки расширились.

Я кивнула ей. И спрыгнула на арену вслед за Тенью.

Я едва слушала, как распорядитель объявляет имена. В голове бился навязчивый образ, как к Тени выстраивается очередь из двадцати противников, вооружённых, отдохнувших и опасных, — и как он промахивается. Один-единственный раз.

И я больше никогда его не обниму. Даже если он окажется не убит, а лишь тяжело ранен, император Адриан не простит ему ни дерзости, ни слабости.

А потом распорядитель объявил моё имя, и голова мгновенно очистилась от мыслей.

Моим противником оказался коренастый демон, одетый дорого и держащий меч с деланой неуклюжестью, но в прищуренных глазах я читала хищный оценивающий взгляд матёрого воина. Кто бы ни подбирал мне противника, мне явно не хотели давать поблажек.

Я повернула голову и похолодела.

Ещё шесть пар расположились на арене так же, как и мы. Но посреди арены в одиночестве стоял Тень, а к нему…

…Выстроилась очередь. И, судя по литым мышцам соперников, по их уверенным, плавным движениям и сверкающим клинкам с рукоятями изысканной работы, новичков в ней не было.

Гонг прозвучал отрезвляющим ударом. И я бросилась в бой.

Удар, разворот, снова удар… Мой противник начал было меня теснить, но я вспрыгнула на бортик арены и начала наносить удары сверху, которые он едва успевал парировать. Его меч был на пару пальцев длиннее моего — несправедливое преимущество, но жаловаться я не собиралась.

Потому что краем глаза я видела Тень. И боялась за него куда сильнее, чем за себя.

Перед ним на песке арены уже лежали три мёртвых тела. Он дрался спокойно и методично, не обращая ни малейшего внимания на выкрики своего соперника, который явно пытался вывести его из равновесия. Но куда хуже было то, что в этот раз против Тени выставили настоящего мастера: моему противнику было до него далеко.

— Эй, полукровка! — донеслось до меня. — Где же твои почести, Тень? Что же почти никто в гильдии тебя не помнит, повелитель Рин Дредена?

Потому что Церон постарался уничтожить все следы пребывания Ниро Мореро в гильдии, конечно же. Но знать об этом демонам точно было не обязательно.

Катана Тени сверкнула в воздухе, и вокруг раздался вопль ужаса: его противник рухнул, перерубленный пополам.

— Бей, а потом говори, — спокойно произнёс Тень, чей голос вдруг перекрыл шум боя. — Кто следующий?

Остальные пять пар уже закончили бой, и на песок вышли другие. Слуги быстро убирали тела. Мой противник дышал всё тяжелее, и было похоже, что он начал уставать. Но это оказалось лишь уловкой: чуть расслабившись, я едва не пропустила мощный удар в грудь.

Тень перешёл уже к восьмому противнику. А я всё ещё не одолела одного-единственного.

На лице моего соперника всё ярче проявлялось удивление.

— Ты ведь не знаешь, кто я, — процедил он, скрещивая со мной мечи. — Кто подсунул мне тебя? Мне, дважды победителю в состязаниях? Он за это ответит!

Дважды победитель состязаний… О чёрт.

Кто-то явно меня подставил.

Отскочив, я взглянула наверх и поймала пристальный взгляд императора. Он был хмурым и… удивлённым? Словно император Адриан совершенно не ожидал, что мне подсунут этого противника, — но не возражал против того, что я всё ещё была жива.

Что ж, я его не разочарую.

Я сделала быстрый выпад, перекатилась, рухнув на песок, — и с силой метнула кинжал коренастому демону в бок. Тот вошёл почти до рукоятки, разрывая почку.

Всё.

Изо рта моего противника хлынула кровь, и он упал на песок лицом вниз. Я так и не узнала, как его зовут.

Я с силой выдернула кинжал из его тела, едва слушая, как помощник распорядителя объявляет мою победу.

Мой взгляд был прикован к Тени. И все остальные взгляды в амфитеатре — тоже.

Девятнадцатый противник. Предпоследний.

— Невозможно, — прошептала юная демонесса с роскошными рыжими волосами, замершая рядом со мной. — Невероятно. Как жаль, что он умрёт: я бы взяла его в постели прямо сейчас.

Я чуть не зарычала. Он мой, чёрт подери!

— Если никто не перережет ему горло, он победит, — хмуро сказал широкоплечий демон с бородкой. — Проклятье, а я уже рассчитывал на финальные почести…

Катана Тени хлестнула его противника по запястьям — и тот упал, обливаясь кровью.

— Сдаюсь, — выдавил он.

Остался лишь один. Здоровенный, полуодетый, он выглядел свирепо — но в его глазах был страх. На миг мне сделалось его жаль.

Я вдруг ощутила пустоту за своим плечом. Широкоплечий демон скользнул влево за нашими спинами — и внезапно оказался прямо за Тенью. Их разделяло полтора десятка шагов, но я знала, что тренированный воин на боевых зельях или демон в полной силе был способен преодолеть это расстояние за пару прыжков.

Он собирался атаковать. Все это видели.

Вот только Тень — нет. И он вот-вот получит предательский удар в спину.

Не было времени колебаться или что-то решать. Окровавленный кинжал сверкнул в моей руке — и полетел в демона с той же силой, с которой я когда-то метнула шпильку в Гирена.

Вот только на этот раз демон был не в изначальной форме. И я не промахнулась.

Кинжал вошёл демону прямо в глаз, опрокинув его в прыжке.

Амфитеатр взревел, взорвавшись криками. Меня оглушило. Я видела, как ко мне поворачиваются соперники, глядя кто завистливо, кто разочарованно. Краем глаза я заметила, как со своего места встал император, как что-то кричит распорядитель…

…Но мой взгляд был прикован к Тени.

Едва заметный кивок. И всё.

— Идиот, — с отвращением произнесла рыжеволосая демонесса, глядя на упавшего демона. — Если бы у него получилось…

Я выдохнула с облегчением. Я только сейчас заметила, как у меня дрожали ноги.

— Зачем ты вообще за него вступился? — с досадой сказала рыжая. — Тень — наш соперник! Если бы его убили, всем было бы легче.

Я пожала плечами, кивнув на проигравшего демона:

— Не люблю, когда побеждают такие мерзавцы.

Последний соперник Тени шагнул назад. Бросил меч на песок — и побежал. Свистки и улюлюканье зрителей летели ему вслед.

Тень победил. Победил.

Тень вскинул руки, и зал приветствовал его громовым ором.

Мне безумно хотелось броситься ему на шею. Прижаться к ямочке у основания горла, счастливо расхохотаться, обнять за шею и не отпускать.

Но он больше не обернулся.

Глава 5

Вслед за остальными победителями схваток первого круга я спустилась в каменный зал с низкими сводами, где нас ждали узкие лежанки, столики с закусками и целители, обрабатывающие лёгкие раны.

Но одного из нас ждало отдельное зрелище.

Пьедестал в центре комнаты. Роскошное кресло, стоящее посреди мелкого бассейна с прохладной водой. И Маара, почти обнажённая, в одной лишь набедренной повязке, с длинными чёрными волосами, перекинутыми через плечо. Соблазнительная, статная, страстная — и ожидающая своего чемпиона.

Наложница императора. Презрев традиции, по которым наложницы появлялись на публике крайне редко, Шира вызвала её сюда. Или это приказал император?

Под жадными и голодными взглядами соперников Тень уселся в кресло, не торопясь. И Маара, прильнув к нему грудью, то и дело невзначай касаясь бедром, принялась нежно массировать ему плечи.

А я на это смотрела. Неотрывно. Я знала, что мне стоило отвернуться и перестать пялиться, дабы не выдать себя, но это было выше моих сил.

Я смотрела на них, замечая каждую её ласку. И едва удержалась, чтобы не кусать губы, когда Тень погладил Маару по щеке — а она призывно улыбнулась ему в ответ.

— Почему бы сразу не позвать хорошеньких хейко для всех нас? — пробормотал один из демонов. — Почему только он наслаждается?

— Потому что он единственный выстоял все двадцать поединков, — отозвался другой. — Видел, что произошло с остальными, к которым выстроилась очередь?

Из остальных отчаянных смельчаков не выжил никто. Я ушла с арены вслед за Тенью и не видела остальных боёв, но я знала результаты. Из всех участников в живых осталось чуть больше трети — и это только после первого круга.

Я начала сомневаться, что приняла верное решение. Но если бы не мой кинжал, Тень, обессиленный после восемнадцати дуэлей подряд, мог не успеть обернуться. И был бы мёртв.

Гонг, созывающий соперников на следующий круг, прозвучал, едва Маара закончила обтирать Тени грудь под расстёгнутой рубашкой. Она улыбнулась, коснувшись его губ кончиком пальца, и прошептала ему что-то.

И исчезла в сопровождении стражи.

Тень выходил одним из последних, и мне удалось замешкаться, чтобы оказаться рядом с ним.

— Ты здорово дрался, — проронила я. — Но не рассчитывай, что тебе удастся против меня выстоять. Даже после ласк императорской наложницы.

Его рука вдруг сжала моё запястье. Его пальцы были горячими, моя кожа — ледяной.

— Так хочешь умереть? — очень тихо спросил он.

Я встретила его взгляд холодно и твёрдо.

— Я выживу.

Тень смерил меня взглядом.

— Церон слышал о молодом демоне по имени Ниро Мореро, — произнёс он. — И он будет его искать. Может быть, тебе стоит бежать прямо сейчас, не дожидаясь следующего круга. Твоё кольцо купит тебе выход из Подземья.

— Я об этом думал, — негромко произнесла я.

— И?

Наши взгляды вновь встретились.

— Меня зовут Ниро Мореро, — спокойно сказала я. — И этим всё сказано.

Тень едва заметно усмехнулся. И выпустил мою руку.

Следующие три круга состязаний совершенно не отложились у меня в памяти. Я атаковала, парировала, уклонялась — но перед глазами стояла одна и та же картина. Полуобнажённая Маара, ласкающая руки и плечи Тени, вытирающая пот с его висков.

Дьявол! Я яростно парировала очередной удар и резко пнула соперницу в колено. Может быть, мне стоило позвать Тень, чтобы он полюбовался на наш поцелуй с императором?

В следующий раз так и сделаю.

Моей противницей была та самая рыжеволосая демонесса, которая глядела на победу Тени рядом со мной. И дралась она лихо — вот только она хотела меня прикончить. А я — вот глупость! — не хотела её убивать.