Мастер Трав V

Глава 14

Я смотрел на Рыхлого и видел то, чего раньше не замечал. Отчаяние. Оно пряталось за его напускным равнодушием, за скучающей позой на пне, но выдавало себя в мелочах: в том, как его пальцы шкрябали по коре пня под ним, или как черви вокруг него бурлили, взрыхляя землю с каким-то остервенением. Раньше он знал, что сыну грозит медленное разрушение духовного корня, но это было когда-нибудь потом, а тут вдруг всё наступило моментально, и он оказался не готов. Да что там, я и сам думал, что у него есть как минимум несколько месяцев в запасе, потому что так сообщила система.

— Почему позвал сюда, а не пришел к дому? — спросил я.

Рыхлый криво усмехнулся.

— За твоим домом следит какой-то мальчишка. Он сидит в кустах и делает вид, что собирает травы. — Он сплюнул в сторону. — Решил лишний раз не показываться.

Я только мысленно хмыкнул — хватило и одного раза. Второй бы ничего не изменил. А вот что за мальчишка это хороший вопрос. Марта? Или Хабен? Как раз таки Хабен любитель использовать детей как посыльных.

— Дело только в мальчишке? — спросил с легким подозрением Грэм.

— Нет, не только. — вздохнул Рыхлый, — парочка охотников патрулирует Янтарный и окрестности. Они мне совсем не нравятся.

Грэм нахмурился.

— Что значит «не нравятся»?

— Слишком внимательные и… целенаправленные — не просто обход делают, а будто ищут кого-то. Да и рожи их мне незнакомые, а я большинство Охотников из Янтарного знаю.

Мысленно я зацепился за это уточнение — «из Янтарного». Это мы говорили с Грэмом «из поселка», но для Рыхлого что этот поселок, что соседний, похоже, одинаково чужды.

— Возможно они из города прибыли, и гильдия их поставила туда, где они не смогут сами себе навредить, — ответил Грэм, явно оценивая Охотников из города ниже местных.

— Ладно, — я присел на корточки, — Расскажи подробнее. Как именно ухудшилось состояние у Лорика?

Рыхлый тяжело вздохнул и черви вокруг него на мгновение замерли, словно прислушиваясь.

— Раньше он просто слабел — уставал быстро, спал много. — Голос гнилодарца стал глуше. — А теперь он даже не встает. И улитки перестали его слушаться… а для него это самое страшное.

Я кивнул, понимая, что потеря контроля над Даром уже не первый звоночек, как самый настоящий колокол.

— Ты ему что-то давал? Зелья может? Хоть что-то помогало?

— Отварами я его отпоил, — Рыхлый махнул рукой. — Всё, что Морна давала и всё, что было в деревне. После их приема Лорик становится чуть бодрее, но ненадолго. Я даже заказал через одного темного алхимика зелье посильнее, но тот пока сварит пройдет не один день. Сейчас у всех алхимиков, — что из гильдии, что вне её, что даже у травников, — заказов выше крыши. Расширение Хмари, будь оно проклято! Все варят для охотников, приручителей, других одаренных, а такие как я… мы в конце очереди. Если вообще там есть.

Звучало логично: охотники — главная сила поселков, и помня о том, что рассказывал Тран, они сейчас обращаются вообще ко всем возможным алхимикам. Скорее всего и Хабен переориентировался на них, ведь расширение может быть долгим, а это возможность получить новых клиентов. А гнилодарцы… они никуда не денутся. У них не будет выбора — они всё равно вернутся к тем же травникам, у которых заказывали.

— И еще кое-что, — поднял на Грэма глаза Рыхлый, — Приходил Шипящий.

Грэм аж скрипнул зубами от едва сдерживаемой ярости. Он готов был вспыхнуть буквально за секунду.

— Так возле вашей деревни тоже ведь охотники патрулируют, Гнус говорил.

— Патрулируют, — кивнул Рыхлый, — Но кому как не тебе знать, Грэм, что некоторые очень хорошо умеют скрываться. Особенно Шипящий — он появляется и исчезает, словно тень. Даже я не всегда вовремя успеваю заметить его приближение.

Шипящий… слово вызывало неприятные воспоминания. Но мысли крутились вокруг другого — вокруг Джарла. Если Шипящий жив-здоров и свободно разгуливает по окрестностям… значит, Джарла постигла неудача и как минимум до Шипящего он не добрался. И, тем не менее, он до сих пор где-то в глубинах и от него ни слуху ни духу. Я бросил взгляд на Грэма и понял, что он думает о том же.

— Это не всё, — добавил гнилодарец, — Некоторые семьи после разговора с Шипящим ушли из деревни.

— Чем он их приманил? — спросил Грэм.

Рыхлый покачал головой.

— Обещает безопасность за Хмарью, что никто их трогать не будет и они смогут нормально жить. Ну и самое главное… он обещает «исцеление» треснувших Даров.

— Сомневаюсь, что это возможно, — отрезал Грэм.

— Я тоже. — Рыхлый посмотрел куда-то в сторону, в глубину леса. — Я знаю, как они работают: треснувшие Дары доломают до конца и сделают частью своей стаи — вот и всё «исцеление».

— Но другие верят? — спросил я.

— Верят. — Рыхлый горько усмехнулся. — Потому что не видели того, что видел в глубинах я. А видел я, Элиас, много дерьма, о котором и вспоминать не хочется.

Повисла тяжелая тишина. Черви вокруг Рыхлого сначала замедлились, а потом и вовсе почти застыли.

— И ещё кое-что, — добавил Рыхлый, глядя прямо на меня. — Шипящий спрашивал про тебя — про мальчишку-травника, который варит для Морны. Не знаю чем ты его заинтересовал, но так просто спрашивать бы он не стал.

Грэм снова скрипнул зубами и рука его непроизвольно легла на рукоять топора.

— Не волнуйся, — Рыхлый поднял ладонь. — Я ему ничего не сказал, но за других поручиться не могу — ты для них никто.

— Это понятно. — ответил я.

А внутри всё оцепенело: я думал Шипящий оставил нас в покое, потому что больше никаких «подарков» в виде своих змеек не посылал, оказалось нет.

— Ладно, раз твоему сыну хуже, мне нужно приниматься за работу. Чтобы сварить сегодня что-то мощное мне нужно время.

Рыхлый кивнул.

— Буду ждать сколько потребуется. Понимаешь, Элиас, даже те, с кем я… «сотрудничал», не хотят оплату услугами, а деньги я уже все, что были отдал. Сейчас все хотят звонкую монету, а не добычу чего-то там из Глубин.

Я слушал его и понимал — это для меня услуги Рыхлого важны, потому что у меня натянутые отношения в поселке и мне приходится всё делать тайно, избегая Марты и Хабена. Но вот у других травников и алхимиков таких проблем нет — они могут спокойно работать не оглядываясь, выбирая с кем им сотрудничать. Да и с добычей ингредиентов у них, скорее всего, проблем нет.

Отказы других алхимиков таким, как Рыхлый — это мой шанс! Шанс набрать вес, знания и опыт. Получить союзников, как получил недавно Трана и Рыхлого. Я могу занять нишу, которую другие игнорируют. Да, часть гнилодарцев купится на посулы Шипящего, но часть останется, и проблемы с их духовными корнями никуда не денутся — им нужно будет лечение. И я смогу его дать. У них нет денег, зато они могут добывать редкие ингредиенты и помогать Грэму в лечении.

Вот так Гиблые, скорее всего, и переманивают людей — приходят к тем, кому больше некуда обратиться. К отчаявшимся, к Треснувшим, к гнилодарцам — к тем, от кого отвернулись все остальные. Они предлагают помощь, пусть даже ложную, и те идут за ними, потому что других вариантов нет.

— Ну, я пошел, — сказал я Рыхлому. — Время не ждет.

Он кивнул, не поднимая головы. Черви вокруг него снова тревожно забурлили.

На обратном пути мы с Грэмом шли молча. Только когда показались знакомые очертания нашего дома, он заговорил:

— Рыхлый, конечно, в тяжелой ситуации, Элиас. Из-за расширения Хмари все алхимики загружены по самое не могу — даже при желании они вряд ли могли бы выделить время для него и его сына.

Это Грэм сейчас пытается их оправдать?

— Да и приручители не все такие… как Тран.

— Ты о чем? — переспросил я.

— Об усилителях. — коротко ответил Грэм.

— Это что-то вроде того зелья, которое принял, ты когда защищал меня?

— Именно. Только сейчас алхимики варят такое же, но мощнее, и для животных. После него питомцы… «выжигаются» — тратят жизненную силу и не выдерживают отката. Но их эффективность в бою в разы выше и можно уничтожать более ценных тварей.

— Приручителям не жалко собственных питомцев? Они же чувствуют их боль. Да и питомца ведь вырастить и воспитать тоже надо ведь время.

— Обычно усилители используют на старых питомцах. — Грэм пожал плечами. — Их уже толком не продать, вот и выходит от них такая польза. Последняя. Я же говорю, не все такие добрые к своим зверям как Тран.

Я кивнул. Логика была понятна, хоть и неприятна. Более того, для приручителей это шанс получить еще более редкое существо, взамен своего старого. Как мы получили яйца ржавозубого ящера, так и они могли во время таких, охот, отыскать что-то ценное для приручения.

— Борг Секач рассказал мне кое-что ещё, — добавил Грэм. — Приехал караван с Гранитного.

— Зачем?

— Скупать дешевые ресурсы. — Грэм усмехнулся. — Сейчас добычи будет с избытком: охотники тащат все подряд, не разбирая — некогда. Цены падают. Так что не только из Гранитного будут торговцы, все из окрестных городков слетятся как стервятники на дешевые ингредиенты.

— И это наш шанс подзаработать? — спросил я, услышав в голосе Грэма какое-то… предвкушение.

— Конечно, — кивнул он, — Я уже могу снова охотиться на тварей, главное — не попасть на кого-то такого непробиваемого как ящер. Охота на более простых существ вполне возможна: твои растения сдерживают, а я добиваю точным ударом.

Похоже, Грэм уже настраивался на совместную охоту как способ заработка. И это имело смысл: кроме долга за дом оставались ещё мелкие долги, которые он хотел отдать. Да и мне нужны были деньги на ингредиенты, на эликсиры других алхимиков для анализа, и на десятки других мелочей.

Когда мы вошли во двор, Грэм остановился у калитки.

— Ты начинай пока, а я схожу за лунным мхом.

— Да. — Я кивнул. — Спасибо.

Мне действительно нужно было подготовить всё к работе. Но, скорее всего, Грэм просто хотел пройтись и подумать о словах Рыхлого.

Грэм подхватил корзину и ушел, а я направился в дом.

Время работать.

Я вычистил котелок до блеска и трижды ополоснул его чистой водой. Затем я подготовил рабочее место, убрав всё до идеальной чистоты, и поставил перед собой весы, грузики, кинжал и тазики с водой для ингредиентов. Затем подкинул в огонь дров, чтобы яйца ржавозуба и кровь саламандр находились тепле, и вышел в сад. Я выбирал. Первые варки будут экспериментальными, поэтому сильно заморачиваться не стоит, а вот потом нужно подобрать всё идеально.

Но прежде чем начать варку, мне нужно было успокоить свой мозг. Для этого я сорвал из новых, высаженных в саду ментальных растений листья и быстро сварил успокаивающий отвар. Тот самый, который незначительно облегчал головную боль после Анализа. Он обладал и успокаивающим и проясняющим голову эффектом, пусть и не ярко-выраженным.

Пока ходил туда-сюда из дома в сад, увидел, что возле эволюционировавшего живосборника начинают виться жужжальщики. Мигом схватил бутылочку, где хранил янтарные капли, отогнал жуков и собрал капли. Они мне сегодня понадобятся позже, для финального этапа.

Вскоре вернулся Грэм с хорошим таким запасом лунного мха. Я разложил его на влажной тряпке, чтобы он медленнее терял свойства и понял, что пора приступать.

— Начинаю, — сказал я.

Грэм кивнул и отошел, давая мне пространство. Он понимал, что сейчас мне лучше не мешать.

Сначала базовый отвар, к которому я сегодня буду добавлять новые компоненты: корень железного дуба, лунный мох, обычная восстанавливающая трава и серебряная мята — всё, что я делал уже десятки раз. Рутина, привычные движения… Но на этот раз я добавил кое-что новое — кровь саламандры.

Первая попытка: добавил в самом начале, вместе с корнем, и как итог — неправильная последовательность компонентов. Что ж, пробуем дальше.

Я понимал, что сегодня мне нужно сделать не просто отвар хорошего качества, а что-то новое, сильно улучшенное на его основе.

Вторая попытка: добавил кровь в середине варки. Лучше, но всё ещё не то.

Третья… четвёртая… пятая…

Я методично перебирал варианты, но ответ оказался неожиданным: кровь нужно добавлять вместе с восстанавливающей травой, в идеале — одновременно. И вот уже этот отвар показал качество гораздо выше предыдущих попыток.

Однако оставалась проблема пропорций. Я не знал, сколько именно крови необходимо. Будь у меня прозрачная бутылочка с отметками было бы проще, а так пришлось ориентироваться по небольшой чашке, в которой я сделал отметки, и по ней же отмерял кровь. Если её было слишком много, то она подавляла остальные компоненты, а если слишком мало — эффект даже не замечался.

Нужен баланс и я его скоро нашел. Нужное количество крови я отметил в чашечке, но… что-то дернуло попробовать кое-что еще.

Неожиданно для самого себя я решил попробовать пропитать корень дуба кровью еще до того, как класть в котелок. И это сработало! Когда я сварил отвар таким методом, его качество скакнуло на три процента и достигло восьмидесяти трех.

Система отметила рост алхимии и даже дала новое название рецепту. Вдобавок он обзавелся новыми свойствами:

[Восстанавливающий отвар с кровью саламандры:

Эффект: ускоренное восстановление сил, улучшение кровообращения, лёгкий согревающий эффект]

Похоже, все простые рецепты можно было модифицировать, добавляя дополнительные ингредиенты. Главное — найти нужное сочетание этих новых ингредиентов со старыми.

Голова моя была чиста от посторонних мыслей и я был полностью сфокусирован на процессе. Давно я так не концентрировался на варке. Всё потому, что раньше от отваров по сути не зависела напрямую чья-то жизнь. Они были призваны лишь незначительно облегчить последствия растрескивания у детей. Сейчас всё было иначе: от того, что у меня получится на выходе зависит жизнь Лорика. Не кого-то абстрактного, а мальчика, которого я видел, и к которому прикоснулся, проведя Анализ. Это всё меняло.

Когда закончил с добавлением крови, требовалось продолжить улучшать. Для этого у меня были треснувшие кристаллы — те, от которых остались одни осколки. Грэм говорил, что они чего-то стоят и применяются в алхимии. Как я уже и сам понимал, они должны были служить усилителями свойств. Хорошо, что мне досталось вполне достаточно таких осколков от мурлык. Да и использовать всё я собирался в микродозах — мне главное выяснить последовательность.

Кристаллы, в отличие от обычных ингредиентов, не портили отвар, если я их добавлял не в нужном порядке. Однако и лучше его не делали.

В итоге оказалось, что кристаллы нужно бросать ровно в момент, когда я использовал свою живу — только так они усиливали свойства отвара. После одной такой удачной попытки качество взлетело еще на три процента, но этого, конечно же, было мало. Однако я помнил, что работаю пока с обычными ингредиентами, и в последующих попытках у меня будет всё самое лучшее.

Когда с подготовительными варками было закончено, я вышел на улицу, глубоко вдохнул и выпил еще успокаивающего отвара. Сейчас предстоял подбор ингредиентов.

Я шел к лучшим экземплярам мяты в саду и, прислушиваясь к листьям, подбирал те, что сочетались лучше всего — те, что резонировали. Более того, теперь я еще подбирал их под основной ингредиент — эволюционировавшую восстанавливающую траву. Именно используя ее как камертон, я подбирал все остальные листья мяты, и итогом таких переборок были два куста, каждый из которых подходил.

Теперь дальше.

Разложив на столе траву с изумрудными кристаллическими прожилками и сверкающие серебром листья мяты, я взял жилку железного дуба, — по сути улучшенный в несколько раз корень, — которая еще и впитывала почти полностью свойства других растений.

И, конечно же, поставил рядом с собой янтарные капли, весь свой запас.

Я сделал ещё несколько глотков успокаивающего отвара. Руки чуть подрагивали то ли от волнения, то ли от усталости.

Нельзя! Сейчас нужна абсолютная концентрация.

Я глубоко вдохнул и начал.

Начал с пропитки жилки железного дуба. Если она покажет себя хорошо, то нужно будет заняться поисками таких жилок с помощью своего Дара. В теории, это возможно.

Пропитав как следует ее кровью саламандры, я опустил ее в котелок. Ее пришлось варить дольше обычного, так как она была в несколько раз жестче корня. Когда я бросил эволюционировавшую траву вместе с кровью саламандры, то на ее стебле кристаллические прожилки засверкали, а от крови в воде появились тонкие оранжевые линии — след огненной живы. Сам же отвар словно ожил — я чувствовал это через Дар. Это был ингредиент нового качества и он уже менял свойства отвара.

Мята и мох погрузились как обычно, без каких-то новых эффектов.

Оставалось самое сложное — кристаллы и янтарная роса. Их нужно было бросать одновременно с использованием моей живы.

И несмотря на это кристаллы ушли первыми, а следом, через мгновение, капнула янтарная роса — слишком уж густой она была.

Время словно замедлилось и я смотрел как плавно она падает в отвар.

Кап.

Вторая капля.

Отвар начал светиться. Слабо, едва заметно, но я видел зеленоватое свечение, идущее изнутри, от жилки железного дуба.

Третья капля — самая большая. Больше росы не было. Одновременно с ней в котелок ушла моя собственная жива. В тот же миг жидкость в котелке замерцала зеленовато-золотистым светом, и этот свет пульсировал в ровном, спокойном ритме. Как сердцебиение.

Перед глазами появилось сообщение системы:

[НАВЫК УЛУЧШЕН: АЛХИМИЯ (7 % → 10 %)]

[СОЗДАН НОВЫЙ РЕЦЕПТ]

[Отвар Восстановления Саламандры.

Качество: Превосходное (91 %)

Тип: многокомпонентный восстанавливающий отвар высшего класса

Эффект: Значительное восстановление сил, значительное ускорение естественного восстановления живы, незначительное ускорение регенерации внутренних энергетических структур.

Побочные эффекты: Легкое повышение температуры тела на 4–6 часов.]

Я смотрел на светящуюся жидкость в котелке и понимал: я наконец-то шагнул за пределы создания простых отваров. И пусть в названии по прежнему фигурировало слово «отвар», но от него осталось именно что только название.

Изначальный отвар состоял из четырех компонентов, а этот из семи. Причем такого качества, которого обычные алхимики от своих растений никогда не добивались.

Жидкость в котелке светилась мягким зеленовато-золотистым светом, и этот свет не угасал. Она пахла странно: не травами и не кровью, а чем-то новым, живым. Только сейчас я понял, что нужно искать не только ценные растения — нужны и насекомые, и просто части животных, как в моем случае кровь саламандры.

Последняя приписка в свойствах и была самой ценной: «Незначительное ускорение регенерации внутренних энергетических структур». Речь, очевидно, шла как о духовном корне, так и о каналах живы. И это значило, что от этого отвара сын Рыхлого может ощутить эффект.

Да что там, он должен его ощутить!

Я осторожно перелил эликсир в пять бутылочек. Жидкость текла медленно, почти нехотя, будто не хотела покидать котелок. Четыре я собирался отдать Рыхлому, а одну оставить Грэму.

— Я закончил, — сказал я, выходя наружу.

Грэм поднялся со ступенек, где ждал всё это время.

— Долго же ты.

— Нужно было всё сделать правильно. Я не могу дать ему простой отвар — я должен был попытаться сделать что-то другое.

Он посмотрел на бутылочки в моих руках.

— И как? Вышло?

— Узнаем, когда Рыхлый даст его своему сыну, — уклончиво ответил я, а затем добавил, — Но я надеюсь, что да.

— Ладно, пошли. — кинул он мне, и, заперев дом на всякий случай, мы вышли вместе в Кромку.

Мои мутанты, конечно же, были при мне.

Рыхлый всё так же сидел на пне.

Прошло почти полдня, но гнилодарец, казалось, не сдвинулся с места. Черви исчезли, возможно они были глубоко под землей, а возможно он их пустил на разведку.

При нашем появлении Рыхлый поднял голову. На его лице мелькнула надежда и тут же сменилась маской безразличия. Но я уже видел её, видел и понимал.

— Готово, — сказал я, протягивая ему бутылочки.

Рыхлый взял их. Его руки, землистые, с въевшейся в кожу грязью, держали бутылочки так осторожно, будто это было что-то хрупкое и бесценное.

Он посмотрел на свечение внутри.

— Что это?

— Особый отвар. — Я не знал, как объяснить подробнее. — Сильнее любого отвара, который я делал раньше.

Рыхлый молчал, глядя на бутылочки. Потом поднял на меня взгляд.

— Надеюсь, это поможет моему мальчику. Сколько давать?

— По две бутылочки в день. Если и это не поможет…

Рыхлый кивнул. Спрятал бутылочки за пазуху, поднялся с пня.

— Я твой должник, Элиас.

— Пусть сначала всё сработает… а потом уже поговорим.

Гнилодарец снова кивнул, а потом развернулся и пошёл прочь. Он и так задержался тут, вдали, ему нужно было спешить обратно к Лорику.

Мы с Грэмом смотрели ему вслед. Земля вокруг Рыхлого снова вскипела тысячами червей, взрывающих почву.

Это говорило о его беспокойстве яснее любых слов.

— Думаешь это поможет мальчику? — спросил Грэм, когда фигура Рыхлого скрылась за деревьями.

Я помолчал, глядя на пень, на котором еще недавно сидел гнилодарец.

— Это лучшее, что я варил, — честно ответил я. — И если это не поможет, то ничего другого прямо сейчас я предложить не могу. Но… я думаю, что поможет.

Грэм кивнул.

Мы повернулись и пошли домой. А у меня уже мелькнула мысль, как можно усилить свойства текущих ингредиентов — нужно попытаться сделать их вытяжки.

Спасибо, что продолжаете читать эту историю, это, а еще ваши лайки сильно мотивируют продолжать писать в том же темпе)

По поводу статов, мне нужно день-другой проверить все цифры, тогда я где-нибудь добавлю инфу по всем навыкам и статам.