Магия предательства

Глава 2

Сэйдж

Что-то холодное и гладкое прижалось к моей щеке, когда я с трепетом открыла глаза. В уши проникали голоса, но они звучали искаженно, и я не могла разобрать ни слова. Голова раскалывалась, словно от тяжелого похмелья, а сознание было затуманено, будто мой мозг превратился в груду обломков. Где я?

Заставить себя открыть глаза оказалось той еще задачей: веки казались свинцовыми. Когда зрение сфокусировалось, я поняла, что лежу на каменном полу в той самой тёмно-фиолетовой робе. По крайней мере, на этот раз я не голая. Я снова в Бесмете, и на этот раз попала сюда в полном сознании. Отлично, ни капельки не страшно. А голоса… теперь это были определенно злые голоса, злые демонические голоса. Вставай, вставай, вставай! Попытавшись приподняться на дрожащих руках, я почти сразу же рухнула обратно на пол — мое тело было слишком слабо, чтобы слушаться в такой нужный момент.

— Кто ты такая и что делаешь в тронном зале Его Королевского Высочества короля Тейна Карлайла? — спросил невероятно низкий голос. Я скосила глаза и, судя по униформе, поняла, что это один из королевских стражников. Пытаясь придумать, что ответить, я перевернулась на спину, чтобы выиграть немного драгоценного времени, и мои глаза расширились от представшей передо мной картины.

Вокруг меня стояло не меньше тридцати демонов: мужчины, женщины, и у всех на головах красовались самые разнообразные рога. В остальном они выглядели как люди, но что более важно — все они походили на солдат. Из тех демонов, с которыми лучше не связываться, блядь. Похоже, мне придется быстро и виртуозно вешать им лапшу на уши, чтобы выпутаться из этого.

Взглянув на мужчину, которого узнала, я лихорадочно соображала, что сказать.

— Я… — мой голос сорвался, в горле пересохло и першило. — Я здесь, чтобы навестить вашего сына.

Что ж, это определенно вызвало весьма нежелательные взгляды у присутствующих, а король прищурился, изучая меня и скользя взглядом по всему моему телу — не похотливо, а так, словно я проходила какую-то неведомую мне оценку.

Потерев костяшками пальцев подбородок, он усмехнулся:

— Брам завел себе шлюху? Что ж, черт возьми, давно пора! Давайте-ка позовем сюда мальчика, пусть заберет её, а?

Он смотрел на меня, но его взгляд был каким-то остекленевшим, словно он не видел того, что находилось перед ним. И как раз в тот момент, когда я открыла рот, чтобы сообщить этому ублюдку, что я не шлюха, мою кожу защипало, а воздух передо мной пошел рябью, обрисовывая контуры мужской фигуры. Какого хрена?

Очарованная и напуганная одновременно, я смотрела, как Брам — полагаю, это было его настоящее имя — материализовался прямо у меня на глазах. Срань господня. Демоны умеют телепортироваться? Он посмотрел на меня сверху вниз, и его глаза расширились, когда он осознал, в какую ситуацию только что вляпался.

— Я нашел твою шлюху валяющейся здесь, как уличный мусор, сынок. Она утверждает, что пришла к тебе. В следующий раз проследи, чтобы твои игрушки не бродили по коридорам, — проворчал король, но я не могла оторвать взгляда от Брама. Его медовые глаза буквально светились, а челюсть дернулась в ответ на слова отца. Я молча умоляла его взглядом не задавать вопросов: мне нужно было, чтобы он просто подыграл. Я не хотела, чтобы этот король демонов хоть что-то обо мне знал.

Наклонившись ко мне, он приглашающе протянул руку, которую я с радостью приняла, потому что без его помощи я, учитывая мою истощенность, вероятно, осталась бы «шлюхой, валяющейся как уличный мусор» до конца дня. Когда наши руки соприкоснулись, по моему телу пробежал тот же разряд электричества, а магнетическое притяжение, которое я чувствовала раньше, почти вибрировало, пока я боролась с желанием прижаться к его телу и вдохнуть его запах.

Наклонившись ниже и спрятав губы в моих волосах, он прошептал:

— Ничего не говори.

— Брам, я рад видеть, что ты наконец-то прервал свой обет целомудрия. Ты чертовски хорошо знаешь, что у нас тут кризис. А теперь забери эту простолюдинку из моего блядского тронного зала и тащи в свою кровать. Если немного повезет, ты обрюхатишь эту шлюху, — рявкнул его отец, и мои брови поползли на лоб. Обрюхатишь? Обет целомудрия? Какого хрена тут вообще происходит? Брам предостерегающе сжал мою руку, напоминая, чтобы я держала рот на замке.

— Ваше Величество, приношу свои извинения. Эта женщина — дикая штучка, и после того как мы недавно спарились, она, должно быть, выскользнула из моей комнаты, пока я отходил от сцепки. Больше такого не повторится, не так ли? — Его хватка усилилась, он притянул меня к себе, другой рукой сжав мою задницу, чем вызвал одобрительные возгласы и смех в толпе. Громче всех, конечно же, смеялся король этого замка. Жуткий мудак-демон.

— Нет. Извините, — пробормотала я.

— Извините… что? — процедил Брам, отлично играя свою роль.

Какого хрена он имеет в виду… А, точно. Он же королевских кровей.

— Мне очень жаль, мой принц, — поправилась я, сжав его руку, чтобы выразить свое отвращение. Уголок его губ дрогнул в ухмылке.

— Что ж, мой мальчик! Не будем вас задерживать. Увидимся завтра утром за завтраком, — напомнил он Браму, затем развернулся на каблуках и зашагал через зал. Как только наши плечи опустились от облегчения, он снова обернулся, переводя взгляд с одного из нас на другого. — И чтобы было предельно ясно: если я еще раз застукаю тебя шаныряющей по моему замку, я перережу тебе горло, будь ты хоть шлюха принца, хоть нет. С этими словами он покинул зал, и его стражники без лишних команд последовали за ним, как лемминги.

— Твою. Мать, — выдохнула я. — Это было какое-то гребаное безумие! О чем он, черт возьми, говорил, обрюх… — мои слова оборвались, когда Брам прижал меня к своей твердой груди, склонившись к моему уху.

— Здесь везде шпионы, маленькая воительница. Держись за меня, мы убираемся отсюда, пока не случилось еще какое-нибудь дерьмо, — прошептал он, и от его дыхания по моей спине пробежала дрожь. Мои руки поднялись сами собой, обвиваясь вокруг его талии. Интересно, куда мы направляемся…

— Ох! Ох, Брам, нет, даже не думай…

Я завизжала как полная идиотка, во всё горло, ничуть не сдерживаясь, пока душа покидала мое тело. Казалось, будто кто-то включил гигантский пылесос и засосал нас туда без малейшего сопротивления. Вокруг была кромешная тьма… а, стоп, у меня же были закрыты глаза. Тормоз. Да плевать, мне было слишком страшно, блядь, чтобы подглядывать, что там происходит.

Мы спружинили, приземлившись на что-то мягкое, и я распахнула глаза. Комната пошла кругом, поэтому я снова зажмурилась.

— Угх, нахрена ты это сделал? — простонала я.

Он посмотрел на меня так, будто у меня в колоде Таро не хватало пары карт, а затем покачал головой.

— Мы просто прыгнули обратно в мои покои. Это все еще в замке, но эта часть — моя. Ты отлично справилась; большинство не-демонов от такого тошнит, — сообщил он мне, и я почувствовала, как поверхность подо мной прогнулась. Медленно вдыхая и выдыхая, я пришла в себя и почувствовала себя достаточно смелой, чтобы приоткрыть один глаз.

— Ты решил, что приземлиться на твою кровать, учитывая шанс, что меня может стошнить — это хорошая идея? — спросила я, уже широко раскрыв оба глаза и осматривая просторы огромной спальни, в которой оказалась. Огромный матрас был застелен черным шелковым одеялом, а каменные стены возвышались далеко над нами. По периметру потолка в разных местах были вырезаны горгульи, молчаливо наблюдающие за каждым движением. Они выглядели чертовски пугающе. Полагаю, вполне подходяще для спальни демонического принца.

Брам подошел к зоне отдыха, где у стены стоял полностью укомплектованный мини-бар.

— Одеяло можно заменить. Меня больше беспокоило то, что ты была настолько слаба, раз валялась на полу в замке психопата, и что твои ноги подкосятся при приземлении, и ты расшибешь голову о пол. А теперь рассказывай, какого хрена ты там делала? В прошлый раз я ясно предупредил тебя не попадаться, когда шныряешь повсюду.

— В последний раз повторяю, я не шныряла. Я понятия не имею, как там очутилась! После нашей последней встречи, или как ты хочешь это назвать, я проснулась в своей комнате, и не прошло и пяти минут, как моя голова словно взорвалась. Клянусь звездами, я никогда в жизни не испытывала такой адской боли. Это было ужасно! Тебе когда-нибудь казалось, что ты умираешь? Потому что именно так я и думала. А в следующее мгновение я оказываюсь здесь. Снова, — выпалила я в ответ, садясь и скрещивая руки на груди.

Повернувшись ко мне с двумя стаканами в руках, он подошел и протянул один мне, пока я на мгновение изучала его лицо. Он действительно был уникален. С легкостью за метр восемьдесят — на самом деле, он был почти одного роста с Камом, но более узкий в плечах. Темно-каштановые волосы с рыжеватым отливом были коротко выбриты по бокам и оставлены длинными на макушке, из-за чего постоянно лезли ему в глаза. Я никогда не видела никого с таким количеством веснушек, и была уверена, что под его короткой бородой пряталось еще больше. Но самой примечательной его чертой были глаза. Янтарно-желтые с коричневыми крапинками; а очки в черной оправе лишь подчеркивали их красоту.

Я взяла у него стакан, в котором плескалась темная жидкость, и, не колеблясь, поднесла его ко рту, за секунды влив в себя половину. Во рту и горле вспыхнул такой пожар, какого я не испытывала ни от одного алкоголя, с которым когда-либо сталкивалась. Я ахнула и выдавила:

— Что это, блядь, такое? Яд?

Брам откинул голову назад и рассмеялся, пока мое горло умирало огненной смертью. Я показала ему два средних пальца, что заставило его рассмеяться еще громче.

— Ха-ха-ха-ха, — издевательски передразнила я его смех. Мудак.

— Ты очаровательна. Это называется «Драконий Файрбол». Виски, приготовленный на настоящем пламени этих тварей. Очевидно, что им лучше наслаждаться, потягивая по чуть-чуть, а не глуша залпом. Но уличный мусор всегда заходит слишком далеко, не так ли? — Он изогнул бровь, и от ухмылки его лицо как будто засветилось. То, как он повторил слова отца, заставило меня осознать всю их нелепость, и я улыбнулась в ответ — его шутка вырвала меня из ворчливого настроения.

— В следующий раз предупреждай девушку, ладно? — усмехнулась я, решив проигнорировать всю эту чушь про драконий огонь. Жжение теперь превратилось в приятное теплое покалывание, которое спускалось от горла к груди и рукам, охватывая все тело. О, а это приятно. Как плед, уютный и мягкий плед.

— Пойдем, поговорим в гостиной. Как думаешь, у тебя хватит сил идти? — спросил он, изучая меня.

— Сейчас мне уже гораздо лучше. Все должно быть в порядке, спасибо, — ответила я, придвигаясь к краю его чудовищных размеров кровати и опуская ноги на пол. Выпрямив спину, я потянулась, закинув руки за голову. Мои мышцы определенно устали, но больше не чувствовали себя сморщенным изюмом, так что сойдет.

Брам повел меня к зоне отдыха, где на большом черном ковре стоял массивный диван, который выглядел так, будто должен был стать самым удобным в мире. Усевшись в дальнем углу, я повернулась к нему, прислонившись спиной к подлокотнику, и вытянула ноги перед собой на подушке. Он опустился примерно в футе от моих босых пальцев, потянувшись вперед, чтобы поставить свой стакан на кофейный столик. Я была еще не готова расстаться со своим, поэтому сделала еще один маленький глоток.

— Итак, у меня есть вопрос, — начала я, рассмеявшись, когда он вздрогнул.

— Я отвечу, если смогу, маленькая воительница. Не на все вопросы суждено получить ответы, — зловеще ответил он.

— Ладно, тогда, во-первых: что за херню нес твой отец насчет того, чтобы обрюхатить меня? Что это вообще было? Он хочет, чтобы ты ходил и оплодотворял предполагаемых шлюх? Из всего, что я могла бы предвидеть, этого даже в проекте не было, — затараторила я со скоростью пулемета.

— Он хочет, чтобы у меня были наследники. Думаю, на данном этапе он был бы счастлив, независимо от того, кто их родит. Лишь бы родословная не прервалась. Я его единственный выживший ребенок, так что продолжение фамилии действительно зависит от меня — по крайней мере, он так считает, — признался он, закатив глаза. — Я же говорил тебе, мой отец ни в грош не ставит жизни других, и я не хочу участвовать в его планах.

Он уже говорил мне об этом раньше, и, судя по искреннему отвращению, которым был пропитан его тон каждый раз, когда он упоминал этого человека, думаю, сейчас мне оставалось только ему верить.

— И ты хранишь целомудрие?

Брам повернулся и одарил меня всем своим вниманием, и это было, мягко говоря, напряженно. От него исходила такая… аура, он казался таким профессиональным и собранным, а затем его внутренний психопат словно улавливал что-то, что интриговало зверя внутри. Прямо сейчас зверь бодрствовал, я видела это по тому, как практически светились его янтарные глаза.

— Да, — проворчал он. На его лице промелькнула какая-то эмоция, но я не смогла её распознать.

— Почему?

— Ты слишком дерзкая, раз расспрашиваешь о моей сексуальной жизни, когда даже не знаешь меня.

Но я чувствовала, что знаю его. С ним было легко разговаривать, а его манеры были настолько неожиданными, что он немного напоминал мне меня саму. А может, это просто говорил «Драконий Файрбол».

— Ну, я никогда не встречала никого, кто хранил бы целибат, так что мне любопытно. К тому же, твой отец сам первым поднял эту тему, — напомнила я ему, делая еще один глоток этого яда.

— Я уже давно не находил никого… интересного, — его взгляд пронзил мой, прожигая насквозь. — Какой смысл трахаться, если ты при этом ничего не чувствуешь? Возбуждение, жар, страсть, порочность? Зачем вообще напрягаться, если, находясь в ком-то по самые яйца, вогнав член до блядского основания, у тебя нет желания полностью и безраздельно владеть этим человеком? — Он наклонился ближе ко мне, его голос стал хриплым, а глаза сузились. Темные зрачки начали расширяться, и я судорожно вздохнула. — Желание трахать все жестче и жестче, желание так яростно вбить свою душу в чужую, чтобы они переплелись так крепко, черт возьми, что их больше никогда не распутать. Вот чего я хочу. Одержимости. Этого ощущения «я не могу думать ни о чем, кроме её сладкой пизды и тугой задницы. Её горячего языка, того, какая она сладкая на вкус, и как я бы, блядь, убил за неё». О, как бы я, блядь, убил за неё.

— Ты, эм, немного напряженный, да? — спросила я, пытаясь избавиться от красноты на своих пылающих щеках. Какой же он грязный извращенец.

— Ты бы тоже была напряженной, если бы у тебя целую вечность не было секса, — упрекнул он, и я согласно кивнула, потому что, да, не так давно я и сама была в подобном затруднительном положении. А посмотрите на меня сейчас: ловлю члены направо и налево, как чертов заклинатель змей. В уголке моих губ мелькнула легкая улыбка, и Брам раздул ноздри. Подавшись вперед, он втянул воздух глубже. Что за хрень происходит в последнее время со всеми этими мужчинами и их обнюхиванием?

— Я чувствую на тебе запах секса. Ну конечно, ты уже занята, черт бы все побрал. — Он вскочил с дивана и начал мерить шагами комнату так яростно, что я испугалась, как бы он не протер ковер под ногами. Из его рта больше не доносилось членораздельных слов — лишь серия рыков и бормотания. Дерьмо… На его лице смешались боль и гнев.

Я медленно встала, чтобы не напугать его.

— Брам? — тихо позвала я.

Никакого ответа, только еще больше метаний по комнате. Я едва могла уловить хоть что-то членораздельное, слетавшее с его губ, но, клянусь, я услышала вброшенное слово пара, и от этого у меня скрутило живот. Бедняге и правда нужно перепихнуться. Его папаша-псих был абсолютно прав. Ой-ой. Но это не моя забота. У меня уже есть четыре члена, которые нужно развлекать.

Выпрямив спину, на этот раз я заговорила громче:

— Брам!

Массивный демон резко остановился в нескольких дюймах от меня, выныривая из того припадка, что бы это ни было.

— Ничего страшного. Я отвоюю тебя. Отведи меня к своему мужчине, давай уладим это как джентльмены, — предложил Брам, выпятив грудь. — Если бы ты была в своей истинной форме, я бы смог лучше учуять его запах и сам выследил бы этого недостойного подонка, — прорычал он.

— Что за чертовщина творится в этом месте? Вы физически деретесь с другими мужчинами за право собственности на женщину? Вы совсем с катушек слетели? Я сама принимаю решения, и ни один мужчина не отнимет у меня этого права. Больше никогда. — Я вплотную приблизилась к нему и ткнула пальцем в его твердую, как камень, грудную мышцу, глядя снизу вверх в янтарные глаза, которые, казалось, слегка светились.

Брам стоически замер, и на мгновение я испугалась, что, возможно, облажалась. Я вообще не знала этого чувака. Он уже продемонстрировал несколько интересных манер поведения, ставивших под сомнение стабильность его психики, но, может, это просто демоническая фишка? Как бы там ни было, возможно, я совсем чуточку описалась, пока мы участвовали в этих эпичных гляделках. И как раз в тот момент, когда я готова была сдаться, он откинул голову назад и рассмеялся. И продолжал смеяться. Он смеялся так сильно, что по его худощавому лицу покатились слезы, заставляя веснушки блестеть в освещении гостиной.

Мои глаза бегали по комнате туда-сюда, мне становилось все более и более некомфортно с каждой секундой, поэтому я подумала: «Акакого хрена?», и тоже выдавила из себя несколько смешков.

Внезапно Брам схватил меня за предплечья и наклонился, пока мы не оказались нос к носу.

— Однажды ты, маленькая воительница, станешь моей. Помяни мое слово. Что-то в тебе взывает к зверю внутри меня. — Он поднял руку и накрутил прядь моих волос на пальцы. — Каждый раз, когда ты навещаешь меня здесь, все, о чем я могу думать — это когда я снова наткнусь на тебя в следующий раз. Ты пахнешь листьями, потрескивающими в бушующем огне, свежей сталью и влажной землей после дождя — моими любимыми запахами. К тому же от тебя исходит слабый аромат ванили, который просто восхитителен. Скажи мне, моя радость: если нам не суждено быть вместе, почему твой запах сшибает меня с ног и полностью лишает чувств? И почему, когда я касаюсь твоей кожи, я чувствую, как по моему телу пробегает электрический разряд?

Он тоже это чувствует? Вдохнув через нос, я позволила его аромату проникнуть в мой мозг и чуть не споткнулась о него, чувствуя, как меня тянет к нему какая-то невидимая нить. Я сопротивлялась.

Когда я отступила от Брама, он опустил руки. На его лбу залегла складка, пока он сверлил меня взглядом, ожидая хоть какого-то ответа.

— Независимо от того, как я взываю или не взываю к твоему внутреннему зверю, я всё еще сама принимаю решения. Помнишь сморщенного слизняка? — напомнила я ему, надеясь, что это заставит его отступить.

— Помню ли я это? Женщина, именно в тот момент я понял все, что мне было нужно. Одно лишь представление о том, как ты злишься и отрываешь этому подонку член от тела… — Он громко застонал, проведя усыпанными перстнями пальцами по своим рыжим волосам, слегка взъерошив их, что только добавило ему безумного вида в данный момент.

Что ж, это сработало не так, как я надеялась.

— Во-первых, на самом деле меня здесь нет. Как бы это ни происходило, этому нужно положить конец…

— И всё же ты здесь. Это твоя физическая проекция. Ты можешь есть, пить, трахаться… всё самое необходимое. — Он подмигнул. — О! И почему я не подумал об этом раньше? Я делю свое время между этим миром и миром людей. Скажи мне свое имя, и я найду тебя там. В моем распоряжении неограниченные ресурсы. Брам усмехнулся, достал из кармана телефон и протянул его мне. — Вбей туда свой номер.

Я не могла дать этому парню свою личную информацию. Учитывая, что меня и так преследуют тени демонов, это только усугубит ситуацию. У меня промелькнула мысль спросить его о теневых демонах, но я быстро отбросила эту идею: я хотела сначала узнать о нем побольше, прежде чем решать, доверять ему или нет. Его телефон загорелся, и я вскинула глаза с выражением «какого хрена». На обоях был рисунок. Полноцветный, невероятно детальный рисунок меня. На его спине, как на закорках, пока он был в полной демонической форме, мои кулаки сжимали рога на его голове, словно он был каким-то быком на родео. Его крылья были широко распахнуты, даже не помещаясь в размеры экрана, его хвост обвивался вокруг одной из моих ног и поднимался между его собственных, прикрывая его демонический член. Слава звездам, потому что мы, очевидно, были голыми. Я не была готова увидеть то, что у него там было спрятано. О черт, наверняка это выглядит пугающе. Ой!

— Что. Это. Такое?

— Твое будущее, моя королева-воительница. Я нарисовал это пару дней назад, разве не потрясающе?

Я не выдержала. Смех вырвался из меня, как стихия, а по щекам покатились слезы. И как это стало моей жизнью? О лунные девы, это какая-то космическая шутка? Брам теперь тоже выл от смеха вместе со мной, и ни один из нас понятия не имел, какого хрена вообще происходит.

— Ладно, ладно, Пикассо, — выдохнула я, пытаясь перевести дух. — Держи.

Мои пальцы запорхали по его клавиатуре, я ввела какой-то липовый номер телефона и записала свое имя как Мэриголд. Внутренне хихикнув над этим, я вернула телефон.

— Мэриголд, — выдохнул он, пробуя псевдоним на язык, и я не могла не задаться вопросом, как бы прозвучало мое настоящее имя с такой интонацией. Этот чувак был сумасшедшим на всю голову, но он действительно был по-своему красив. Я никогда не видела другого мужчину с такими выразительными чертами лица.

— Ага. Это я. — Я наставила на него двойные пистолеты из пальцев, и он с полным драматизмом притворился, что я действительно в него выстрелила. я снова поймала себя на том, что хихикаю.

— Пойдем, я хочу тебе кое-что показать, — предложил Брам, протягивая руку. На мгновение задержав на ней взгляд, я решила, что могу и взять её. Несмотря на его… периодическую нестабильность, я чувствовала себя с ним на удивление в безопасности. Он казался из тех парней, которые сначала убивают, а вопросы задают потом.

— Куда мы идем? — Я вложила свою руку в его, и те самые покалывания снова прострелили мою руку. Тихий стон сорвался с моих губ одновременно с более громким с его стороны. — Что это такое? Почему это постоянно происходит?

— Не бери в голову, Голди, — ответил он, даже не задумываясь, и потянул меня за собой через огромную комнату, пока мы не добрались до двери. Голди… хм, а это даже мило.

— Эй, подожди. Если мы выходим из этой комнаты на улицу, ну, знаешь… на публику… могу я одолжить какую-нибудь одежду? Я не хочу разгуливать в таком виде, будто весь день ищу Хайрул.

Резко остановившись, он обернулся с широченной улыбкой на лице.

— Я буду только рад, если ты наденешь мою одежду. Какой может быть лучший способ пометить тебя своим запахом, чем укутать в свои вещи?

Он отпустил мою руку и исчез, чтобы тут же появиться на другом конце комнаты, распахнуть дверь и зайти внутрь. Я даже не успела взвизгнуть из-за его фокуса с исчезновением.

Через несколько мгновений он снова возник передо мной, и на этот раз я взвизгнула. Громко.

— Клянусь луной, Брам! Я не привыкла к твоему дерьму в стиле Гудини, предупреждай ведьму. Ты доведешь меня до сердечного приступа! — крикнула я, а на его лице появилось мечтательное выражение. — Почему ты так на меня смотришь?

— Мое имя звучит так восхитительно из твоих уст, моя девочка Голди. — Он подмигнул, и мое лицо вспыхнуло, когда он протянул мне одежду. — Прости, что напугал тебя. Вот. Надень это, должно подойти.

Схватив первую вещь, я подняла её. Это была черная футболка с глубоким V-образным вырезом на груди — заношенная и мягкая, как котенок. Блин, держу пари, он выглядит в ней как сам грех. Он протянул вторую вещь: пару облегающих штанов для йоги, тоже черных. Они будут мне слишком длинны, но, по крайней мере, их легко можно подвернуть.

— Отвернись, демонический мальчик. Никаких стриптиз-шоу на сегодня.

Брам развернулся без единого протеста, и это принесло ему несколько дополнительных очков в моих глазах. Сбросив темно-фиолетовую робу, которая лужицей стекла к моим босым ногам, я быстро переоделась. Футболка балансировала на грани неприличия. «Девчата» выглядели внушительно и всем заправляли, но в его одежде я чувствовала себя странно сексуальной. К тому же вещи пахли раем. Может, я смогу оставить их себе.

— Ладно. Я готова, но у меня нет обуви, — заметила я, когда он снова повернулся ко мне.

— Черт возьми, Голди. Звезды действительно разбили форму, когда вырисовывали изгибы этого тела. Клянусь самыми яркими кольцами Сатурна, ты самая сексуальная женщина, которую я когда-либо видел. — С каждым сказанным словом голос Брама опускался на октаву, и огонь пробежал по моему позвоночнику, пока его глаза выжигали тропу на моем теле.

Мой румянец стал еще ярче, и я почувствовала, как он ползет вниз по шее, направляясь прямиком к груди.

— Спасибо, — застенчиво ответила я.

— Вот, возьми эти носки и ботинки. Правда, они будут тебе слишком велики.

— Ох, маловероятно, — упрекнула я его, натягивая носки и обувая ботинки. Одним взмахом запястья ботинки сжались до идеального размера. — Видишь? Я тоже умею делать крутое дерьмо, демонический мальчик.

Брам изучал меня еще мгновение, прежде чем прокричать:

— Погна-а-а-али!!! Он сгреб меня в охапку, и — пуф — нас закружило, а затем всё прекратилось.

— Угх, какую часть из «предупреждай ведьму» ты не понял, демонический мудозвон? — простонала я, потирая виски, но Брам уже уходил, ни черта не слушая, что я говорю. Ну ладно, тогда, наверное, я просто пойду на хер.

— Эй! Вернись сюда, мистер! Я тебя отчитываю, — крикнула я, топая за ним следом. Мое зрение сузилось, сфокусировавшись на его спине.

— Кто, я? — крикнул он через плечо, всё так же не останавливаясь.

Возмущенно пыхтя, я пробормотала, пока мои ноги шагали по траве:

— Нет, не ты, я разговаривала с другим веснушчатым психом… уф! — Я врезалась в кирпичную стену по имени Брам. — Какого черта ты делаешь, ты реально начинаешь меня б…

Я замолчала. Мои глаза осмотрели пейзаж, и челюсть отвисла.

Мы стояли на утесе, возвышавшемся над огромным лесом с пологими холмами и журчащими ручьями, петляющими между деревьями. Дома всех размеров были разбросаны по бескрайним просторам, дым из дымоходов поднимался к небу, а огни домов освещали ночь, словно маяки.

— Вау, это прекрасно, — вздохнула я. Мечта зеленой ведьмы, честное слово. Столько растительности? Ох, я втайне хотела спуститься туда и поваляться, прикоснуться ко всем деревьям и провести руками по высокой траве.

— Не хочешь прогуляться со мной? Я могу рассказать тебе немного больше об этом мире, — предложил Брам, и легкая неуверенность в его голосе заставила мое сердце смягчиться, а злость, которую я чувствовала ранее, рассеялась.

— С удовольствием! — Я несколько раз подпрыгнула на носочках от возбуждения.

Он усмехнулся, потянувшись к моей руке.

— Я сейчас спущу нас вниз, а потом мы сможем гулять, как нормальные люди, хорошо?

Как бы сильно мне не нравилось ощущение прыжка, возможно, на этот раз все будет не так уж плохо, ведь он меня предупредил.

— Ладно, давай сделаем это. — Я схватила его за руку, и мгновение спустя мы уже стояли в густом вечнозеленом лесу: деревья возвышались далеко над нами, а прохладный воздух пощипывал нос. Прыжок не так сильно меня потряс, поскольку я знала, что сейчас произойдет, поэтому я сразу же начала бродить вокруг, скользя между деревьями и позволяя себе насладиться густым ароматом сосны и кедра, который дарил лес.

— Это было одно из моих любимых мест для игр в детстве. Эти деревья отлично подходят для того, чтобы по ним лазать. Так легко прятаться от друзей и набрасываться на них, когда они меньше всего этого ожидают, — рассказал мне Брам, шагая следом.

— Ох, если бы я выросла в таком месте, я бы торчала здесь каждый день! Эти деревья просто чудовищные по размерам. Те, что растут на моей земле, такими большими не вырастают. Я в восторге!

Вспышка белого цвета на периферии зрения заставила меня резко остановиться. Мэйвен?

— Ты это видел? — спросила я, указывая туда, где исчезла белая вспышка.

— Что видел? — спросил Брам. Его тело уже напряглось, готовясь к… к чему? Мы здесь в опасности?

— Там было что-то белое, напомнило мне моего питомца, оставшегося дома, — призналась я, подходя поближе, чтобы попытаться еще раз взглянуть на него.

Брам расслабился.

— Ах да, эти леса кишат белыми песцами. Мелкие засранцы, те еще нарушители спокойствия.

Я замерла как вкопанная. Покалывание осознания пробежало по задней стороне шеи. О мои боги. Каковы были шансы? Нет, это никак не могло быть совпадением. Демоны охотятся на меня? Есть. Их леса кишат белыми песцами, такими как Мэйв? Есть. Какого хрена? Неужели Мэйвен… демонический песец?

— В чем дело, Голди? Тебе холодно? Ты дрожишь, — заметил Брам, обхватывая меня и крепко прижимая к себе. Безотчетно я уткнулась щекой в его грудь, а одна из его рук поднялась и начала перебирать мои волосы.

— Я в порядке, просто устала, — солгала я, не желая обсуждать этот заговор вокруг Мэйвена, с которым мой мозг пытался умчаться вдаль. Мне было интересно, есть ли какой-нибудь способ проверить, является ли он демоническим песцом, например, заклинание, которое раскрыло бы правду. Оглядываясь назад, я не могла вспомнить, когда на самом деле появился Мэйвен. Ну, я помню, когда впервые начала его видеть: он какое-то время держался в лесу, прежде чем осмелел и приблизился ко мне. Была суровая зима, мне стало его жаль, и я пустила его в дом. Ба чуть с ума не сошла из-за этого, но ему понравилось. Он прижался прямо ко мне в постели, и с тех пор я больше никогда его не выгоняла. Это было около пяти лет назад.

— Тогда давай вернем тебя ко мне. Я могу сделать тебе что-нибудь горячее попить, набрать ванну? Все, что пожелаешь, Голди, я все исполню.

Тепло звучало заманчиво, как и, возможно, сон. Определенно сон, так как я понятия не имела, почему нахожусь здесь и как мне вернуться обратно домой.

Когда я проснулась в гигантской кровати Брама, за окном светило солнце, и я абсолютно потеряла счет времени. Атласные простыни были восхитительны на ощупь. Я потянулась, как кошка, и тут же вспомнила о Кае. Вздох. Как долго я еще проторчу здесь? Я скучала по своим парням. На глаза навернулись слезы, и я уткнулась лицом в подушку.

Должно быть, они так волновались. Я едва могла вспомнить события, предшествовавшие тому моменту, когда меня поглотила тьма и я проснулась здесь — боль заполнила все мое внимание, — но я отчетливо помнила их панику, страх в их криках. Мое тело всё еще просто лежит там, в кровати? Они все сидят вокруг меня, словно я Белоснежка? Мне нужно понять, как вернуться, и поскорее.

Храп, который совершенно точно не принадлежал мне, напугал меня. Я резко села, широко раскрыв глаза и лихорадочно осматривая комнату, прежде чем опустить взгляд на кровать. Вот же хитрый мелкий демон. Брам храпел как товарный поезд, закинув руку на глаза, ростыня сползла ему на бедра. Во мне попыталось вспыхнуть возмущение, но его быстро подавило любопытство. Мои жадные глаза скользнули по каждому открытому дюйму его кожи.

Черные татуировки покрывали большую часть его тела, и все они представляли собой какие-то руны или символы, которых я не понимала. Должно быть, они важны для его культуры, что объясняло мою неосведомленность. На его груди, прямо над сердцем, был пустой участок. Словно он берег это место для чего-то важного.

Я поняла, что веснушки, усыпавшие его лицо, покрывали и все его тело. Темно-рыжие волосы пробивались на груди, спускаясь ниже, ниже, ниже, прямо в город развлечений. Из-под простыни выглядывал краешек густых кудряшек, и я замерла, осознав, что он под ней голый. Покачав головой, я перевернулась и спустила ноги с матраса. Мне нужен кофе. Срочно.

Бесшумно ступая по комнате, я стала искать кухню, которая оказалась прямо за зоной отдыха, так что найти её не составило труда. В животе заурчало. Когда я в последний раз что-нибудь ела? Еда и кофе, именно в таком порядке. Я задалась вопросом, могу ли я вообще здесь есть… но мой желудок урчал, так что это был хороший знак.

— ГОЛДИ!? — Панический крик из спальни заставил меня остановиться и побежать обратно к Браму. О черт, он в беде?

Ворвавшись в комнату, я огляделась и обнаружила демона сидящим на кровати: волосы взъерошены, глаза дикие.

— В чем дело? Мы в опасности? Что случилось? Твой отец едет сюда, чтобы убить меня? — закричала я шепотом, озираясь по сторонам.

— Ох, клянусь звездами, ты напугала меня до усрачки. Я думал, ты снова ушла. Фух! — Брам откинулся обратно на подушку, а я уставилась на него с открытым ртом. И что вообще говорят кому-то в таком состоянии?

Я прижала руки к груди: сердце бешено колотилось, пока я пыталась сделать несколько глубоких вдохов.

— Я думала, ты в беде! Святые лунные девы, тебе нужно поучиться навыкам общения. Ты напугал меня до полусмерти.

— Больше никто и никогда не тронет ни единого волоска на твоей голове, Голди. Я тебе это гарантирую, — прорычал Брам, его глаза сверкнули тьмой. И вот мы снова вернулись к пугающему демоническому принцу.