— Это было невероятно, — я всё ещё продолжаю восхищаться, а генералы ведут меня в медицинское крыло.
Не пойму зачем, но не спорю. Каэлэн всё ещё молчалив и немного отстранен, пусть и в его глазах я что-то уловила. Риан же полностью поддерживает меня в эмоциях, то и дело посылая улыбку.
С ним гораздо легче, чем с Каэлэном, но это потому, что я вижу его эмоциональность.
Сирена замолкла, как только двое генералов по сути, спасли меня, и сейчас я вижу армейцев, которые обходят территорию резиденции.
— А что с периметром? — вдруг спрашиваю, понимая, угроза здесь миновала, но это не значит, что полностью.
— Сейчас идёт зачистка внутри, за пределами всё так же. Новая линия обороны даст нам время, пускай и немного.
Киваю, хотя в голове ворох вопросов.
— Генерал Каэлэн, - около нас из ниоткуда вырастает какой-то подчинённый генералов, — разрешите, дело срочное…
— Говори, — отрезает равнодушно Каэлэн.
— Ваш, сэр... — ксантианин явно нервничает, а я вдруг делаю шаг ближе, будто почувствовав едва уловимую вспышку тревоги: — Питомец, Клод, он…говорят, что ничего нельзя сделать.
Вижу, как Каэлэн делает резкий вдох и больше ничего.
— Спасибо, Идрис, — он кивает и следует дальше.
Подчинённый опускает голову, кивнув Риану, а я в непонимании вожу глазами. Растерянно ищу ответы у Риана, но тот с глубоким вдохом, аккуратно берёт меня за руку.
— Идём за братом, — хмурюсь и освобождаю себя от мужской хватки.
— Нет.
Я будто сама себе это повторяю, чтобы убедить. Иду вслед за Каэлэном, оставив позади озадаченного Риана.
— Генерал, — обращаюсь я к нему, аккуратно касаясь предплечья.
Он останавливается, так и оставаясь спиной ко мне и чуть повернув голову вбок. Но я хочу видеть его лицо, поэтому я обхожу мужчину, вставая перед ним.
— Вы позволите мне осмотреть…? — спрашиваю с надеждой: — Я, конечно, не сомневаюсь в знаниях ваших докторов, но возможно, я смогу чем-то помочь.
Каэлэн смотрит на меня так, будто видит впервые. А затем уголок его губ чуть дёргается, и он будто бы даже несмело кивает.
— Я буду благодарен, Алиса.
Он говорит ровным тоном, но сейчас я чувствую отголоски его эмоций.
Иду за ним пока мы скрываемся где-то в глубине этого неземного замка. А когда входим в стерильное помещение, отдающее ослепительным белым цветом, я вижу.
За стеклом в оборудованном лежаке его питомец будто ждёт своей участи.
Он реагирует на звук, привставая даже через силу. На подгибающихся лапах он будто отдаёт честь своему хозяину.
Каэлэн вздёргивает выше подбородок, и я впервые вижу проскользнувшую на его лице полуулыбку, отдающую горечью.
Слезы невольно наворачиваются на глаза, когда крепкий и пушистый питомец, похожий на собаку из моего прошлого, пытаясь удержаться, буквально падает с лап.
Всё это время генерал молчит, и его фон словно тоже пуст. Только я уверена, что это не так. Более того, мне кажется, что он сам себя блокирует.
— Я зайду? — спрашиваю, заметив, что к груди животного подключены какие-то датчики.
Уши, стоя́щие торчком, тут же реагируют на мой голос. Каэлэн молча кивает, но сам остается стоять на месте, позволяя мне войти внутрь.
— Вы к нему не подойдёте? — открыв дверь в отсек, спрашиваю.
— Будет лучше, если я не буду показываться близко.
Хмурюсь на его высказывание.
— Лучше для вас? Или для него?
Генерал переводит глаза на меня. Возможно, не стоит так разговаривать, всё-таки моя жизнь теперь зависит от него и его брата, но я просто пытаюсь понять.
— Полагаю, для него… - хмуро выдает Каэлэн.
— Извините, но вы не правы. Он хочет, чтобы вы его приласкали, даже если он воин. Он почувствует вас и, возможно, у него ещё появятся силы, чтобы бороться, — говорю , разглядывая короткую гриву по позвоночнику Клода.
Она напоминает ирокез и должна бы наверно устрашать животное, но для меня всё равно он милый. Большие глаза, отдающие серебром, как кожа его хозяина. А сам он с лоснящейся чёрной и гладкой шерстью. С этим ирокезом и ушами торчком, меня всё равно умиляет.
— Привет, дружок, — подхожу ближе, но медленно: — Ты необыкновенный, знаешь?…
Даю привыкнуть к запаху и показываю, что я с добром. На генерала я больше не обращаю внимания, но слышу его шаги за спиной. А ещё и Клод начинает немного бесноваться. Хочет встать, правда, у него не получается, и ещё мотает головой.
— Каэлэн, подойдите к нему, пожалуйста, — прошу я генерала с лёгкой улыбкой.
Он присаживается на одно колено, и я вижу, как сдерживает свою улыбку, хмуря лоб.
— Привет, боец, — он гладит его по загривку, и я слышу довольное и громкое урчание: — Я тоже, Клод, тоже…
Они словно молча общаются, а я любуюсь этой тёплой картинкой.
— Это друг, — Каэлэн посылает в меня взгляд: — Она просто посмотрит на тебя…
Посылаю улыбку в обоих и медленно подхожу. Руки буквально чешутся, и я очень хочу помочь. Заметив прозрачный планшет, видимо с планом лечения, я беру его в руки, бегло пытаясь понять состояние животного.
К тому же, отчего то мне кажется, что Каэлэн просто скрывает, что на самом деле чувствует. Словно тот спектр, что у него есть, он отключает, позволяя себе лишь собранность и отстранённость. Но на самом деле, там столько всего внутри, что он и сам не подозревает.