Король Вечности

Глава 9 Певчая птичка

Еще десять шагов, и гости из преисподней разрушили давно устоявшийся мир. Пламя за нашими спинами устремилось в бархатную ночь, и ее отблески заиграли по двору в жестоком багровом танце. Из теней на свет вышли десятки и десятки призрачных фигур.

Морские фейри ворвались в форт.

Со сторожевых башен донеслись сигнальные звуки горнов, и воины Рэйфа храбро ринулись им навстречу. Горькие слезы застилали глаза, но я не позволила ни капле скатиться по щекам. Нужно было оставаться начеку, не теряя бдительности, и в любой момент ухватиться за шанс перебить Бладсингеру пальцы, вырвать глаз или переломить запястье.

Я в ужасе вздрогнула, когда истошные крики, доносившиеся из большого зала, застали меня врасплох, ведь там находились дорогие моему сердцу люди.

Кровавый певец подтолкнул меня к краю крыши башни, его сильная рука сомкнулась вокруг моей талии.

– Держись крепче, дорогая.

Без предупреждения он перебросил нас через край. Мой пронзительный крик заглушил звон разбитого стекла и грохот вспыхнувших бочек. Под ногами внезапно оказалась слишком мягкая и одновременно колючая земля.

Бладсингер усадил нас в повозку с зерном, которого раньше там не было. Я поперхнулась соломой и черствым овсом и не успела перевести дух, как телега рванулась вперед.

С лавки погонщика донесся женский вопль восторга. Накинув капюшон, она хлестала поводьями старого дряхлого мула. Животное протестующе замычало, но ускорило шаг.

– Проклятая тварь! Ты на суше, так беги быстрее!

Тележка загрохотала по мощеным дорожкам. Я попыталась дотянуться до бортика, собираясь перекинуть себя через него, но меня отбросило назад.

Кровавый певец схватил меня за лодыжку.

– Никаких глупых поступков, Певчая птичка.

– Нет, – огрызнулась я. – Лишь мудрые.

Зарычав, я приподняла одно колено и врезала ему по ноге со всей силы, на которую только была способна под таким наклоном.

– Черт возьми! – Он схватился за пострадавшую конечность, челюсть перекосило от распространяющейся боли, но мужчина быстро выпрямился. Его налитые кровью глаза вспыхнули от гнева. Бладсингер вскарабкался на солому, поняв, что я замышляю, еще до того, как я предприняла попытку.

Он действовал быстро, но недостаточно.

Спотыкаясь, я добралась до бортика повозки, закрыла глаза и решительно бросилась вниз. Небрежно и неумело. Оставалось только молиться, чтобы мою голову не раздавило несущимися колесами. Приземлившись на мощеную дорогу лицом вниз, я прижала завязанные запястья к сердцу.

Шевелись. Шевелись. Поднявшись на ноги, я помчалась вперед, не оглядываясь через плечо; мой разум оценивал ситуацию. В форте царил полнейший хаос: все банкетные столы опрокинуты; огненные языки лизали стены башни; дамы спотыкались в своих роскошных нарядах; блеск масок мерцал в живых изгородях, как золотые звезды.

Команда Кровавого певца шныряла повсюду, словно тучи саранчи на посевах, вырезая наш Рэйф своими клинками. Проклятье, нужно немедленно достать оружие. Из меня не вышло бы настоящего воина, но я вполне могла постоять за себя. Сумбурные мысли переключились на Рорика и других детей. Безусловно, они находились под охраной, но, если Рэйф стянулся сюда на битву, нужно было отвести малышей в безопасное место.

Пригнув голову, я помчалась по краю двора, отчаянно выхватывая взглядом Алека, Миру или близнецов. Они обязательно должны были выжить, ведь на меньшее я не согласна.

В двадцати шагах находились нетронутые пламенем ворота небольшого дома, где Рорик и его товарищи веселились и играли весь вечер, но ни одного Рэйфа не находилось поблизости, ни единого их следа. Кровь без конца шумела в голове, пока я, ускоряясь с каждым шагом и не обращая внимания на пронзающую боль в мышцах и суставах, торопилась найти хоть кого-нибудь.

– Рори!

Голос сорвался на крик, когда две крепкие руки вцепились в мою талию. Я неистово брыкалась и размахивала связанными запястьями, пока ладонь не зажала мне рот, а нож не уперся в ребра.

– Тише. Позже будет время для истошного визга. – В мужском голосе прозвучала смертельная угроза, отдававшая мрачностью и безразличностью. Под напором лезвия, едва распоровшего кожу, выступило немного крови, но если бы я продолжала метаться, то, не сомневаюсь, сердце неизбежно встретилось бы с острием.

Он тащил меня за собой вдоль стены форта к каменной коптильне, его дыхание стало тяжелым, почти изнуряющим. Лесные запахи пропитали пот на моем лбу и кровь на его руках.

Обхватив меня за талию, Бладсингер прижал мое тело к своей груди, закрыв ладонью рот и нос.

– Глупые игры приводят к опасным последствиям, – прошипел он возле уха. – Помни об этом.

Я резко топнула ногой по его ботинку, вывернулась из захвата и потянулась к клинку в его руке. Лицо Кровавого певца перекосилось от гнева, как только я ухватилась за рукоять. Со связанными запястьями мне было не совладать с ним, и он с остервенением выдернул нож.

Его ладонь, обхватившая мое горло, сдавила кожу. Не настолько, чтобы перекрыть доступ воздуху, но достаточно, чтобы ставить условия.

– Послушай, любовь моя. Чем скорее ты выполнишь приказ, тем раньше мы оставим твой народ. Меньше погибших. Выбирай.

Каждое сказанное слово подкрадывалось сзади и заставляло задыхаться. Я уйду, и остальные останутся в живых.

Где здесь возможность выбора? И если Бладсингер говорил правду, то на них напали из-за меня.

У меня не было доверия к этому человеку, но он обладал той же меткой, что и я. Не прошло и суток, как я прикоснулась к проклятой Бездне, вызвав тем самым их появление. Это была моя вина, и только моя, и я бы покорно смирилась со своей участью, лишь бы спасти свой народ.

Я открыла рот, собираясь согласиться на его извращенные условия, но меня прервал пронзительный голос, от которого мучительно сжалось сердце.

– Ливи! – Крик Рорика был решительным, но под бравадой скрывалась волна страха. – Ты, отпусти мою сестру.

Бладсингер с размаху толкнул меня, заставив упасть на бедро, голова резко закружилась, а глаза расширились.

– Нет! Рорик, беги!

Мой храбрый и глупый брат прикусил нижнюю губу. Его тощие руки подняли топор, который он, должно быть, нашел на игровом дворе. Слишком тяжелый, чтобы им можно было как следует размахнуться, но он, стиснув зубы, направил его на Кровавого певца.

Морской король наклонил голову, изучающе посмотрев на ребенка.

– Мальчишка очень похож на него.

Его рука сжала рукоять кинжала, но в тот момент, как он сделал шаг, я стремительно вскочила на ноги.

– Нет! – Я бросилась между ними, протягивая, словно в молитве, связанные руки. – Не трогай его. Пожалуйста.

Он перехватил мой настойчивый взгляд, в его странных алых глазах вспыхнул дикий, маниакальный огонь, затем он посмотрел поверх меня на Рорика, отчаянно пытавшегося удержать свой топор.

Я заскулила, почувствовав, как Бладсингер вцепился в мою шею и притянул к себе.

– Не отставай, любимая, или я передумаю и разбросаю его кости по всему королевству.

Эфес его кинжала обрушился на голову Рорика. Я громко закричала, а Кровавый певец, крепко обхватив меня за талию, зажал ладонью рот. Брат неподвижно рухнул на землю, словно только что встретил потусторонний мир, если не считать плавно поднимающейся и опускающейся груди.

– Двигайся. – Бладсингер вцепился в завязанные запястья и повел нас к разразившейся буре.

Шаги были стремительными, несмотря на нескрываемое болезненное состояние его ноги. Он заметно хромал. По правде говоря, я не ожидала, что пинок окажется настолько сильным, однако это давало единственный проблеск надежды, за которую еще можно было ухватиться, пока он окончательно не вырвал меня из моего мира, моего народа.

Мы пробирались сквозь разразившиеся сражения и скрещенные клинки. Мысли сгорали, превращаясь в непроглядный туман, а слезы, не успевая скатиться по щекам, оставались на ресницах. Оцепенение словно щит обволакивало мое тело, отгораживая от доносящихся криков, льющейся крови и пронзительных ударов стали о сталь.

Десятилетие мирной жизни за одну ночь превратилось в кровавую бойню.

Я судорожно вдохнула, так и не заполнив воздухом легкие полностью, и попятилась за морским королем без дальнейшего сопротивления из-за опасения, что он приведет свою угрозу по отношению к Рорику в действие.

– Ливия! – Громкий голос Алексия возвышался над битвой. – У него принцесса Ночного народа! Вперед, вперед, вперед!

Влажный всхлип застрял где-то между моим горлом и носом. Я старалась не смотреть, но один мимолетный взгляд через плечо выхватил яростное выражение лица Алексия. Кузен и полдюжины Рэйфов пробивались сквозь толпу, не переставая выкрикивать мое имя.

Джонас и Сандер тоже находились здесь, их глаза почернели от призрачной магии, и оба отчаянно сражались бок о бок с Алеком. В руках близнецы держали клинки из черной стали, прорезая гамбезоны и грудные клетки, действуя как единый разум.

– Ливи! – душераздирающе закричала Мира.

Она оказалась у края форта, окруженная стражниками своего королевства, и все время орудовала кинжалом, пытаясь вырваться из их хватки. Не желая повиноваться принцессе, они прикрывали ее круглыми деревянными щитами.

Облако клубящихся теней окутало их лица, но оно быстро рассеялось, едва охранник схватил Миру за запястья. Будучи могущественной фейри иллюзий, подруга, без сомнения, пыталась вырваться на свободу с помощью своей магии.

– Ливия, – рыдала она, когда телохранитель сдался и, обхватив принцессу за талию, потащил ее прочь от сражающихся.

Кровавый певец внимательно наблюдал за происходящим со злорадной ухмылкой на лице, словно все, что было задумано его извращенным разумом, претворилось в жизнь.

Яростные волны обрушивались на королевские ворота. Быстрое преодоление столь большого расстояния от внутреннего двора означало, что мы достигли скалистого берега, где разъяренное море билось о белую гальку, лежавшую у основания форта. От накрывшей меня паники все внутренности скрутились в тугой узел. Еще несколько высоких ворот и резкий обрыв – все, что отделяло меня от водной могилы.

– Только взгляни, как многим будет тебя не хватать, любовь моя. – Кровавый певец торжествующе расхохотался. – Как трогательно.

– Эрик, прекрати.

Впервые морской король нерешительно замер, но, быстро овладев собой, одной рукой схватил меня за горло и развернул мое тело перед собой, используя словно щит.

На лестнице, ведущей к одной из сторожевых башен, стоял Стиг, выставив клинок, и смотрел куда-то в сторону Короля Вечности.

– Отпусти ее, парень.

– Воин. – Бладсингер с трудом выговорил это слово, словно оно обожгло ему язык. – Ты стал таким старым.

Какого черта?

– А ты выглядишь довольно потерянным. – Стоило Стигу шагнуть вперед, как Эрик отступил.

– Вот и твой шанс, любовь моя, – прошептал он. – Мне отозвать свою команду или мы еще немного повеселимся?

Я быстро вскинула подбородок.

– Стиг, не приближайся.

– Не могу, принцесса.

– Они забирают меня и уходят. – Мой голос надломился. – Рор рядом с коптильней и…

– Я вас не отпущу. – Челюсть Стига судорожно запульсировала. – Эрик, подумай хорошенько, что ты делаешь.

Прижатая к моей спине грудь Кровавого певца издала очередной раскатистый смех.

– Долгие годы мне больше не о чем было размышлять, воин.

– Ты начинаешь новую войну.

– Наоборот. Я наконец-то покончу с ней. – Он поднес только что сжимавшую мое горло руку к своему рту и спешно прикусил палец, выпустив немного крови.

– Эрик, не надо! – неистово заголосил Стиг.

Бладсингер измазал мою нижнюю губу своей кровью, а затем слизал остатки.

– Лучше не испытывай на вкус эти соблазнительные губы, Певчая птичка, – прошептал он. – Воин, если собираешься рисковать ее шеей, продолжай идти. Но если хочешь, чтобы она дожила до нового рассвета, отступи.

На лице Стига отразилось сокрушительное поражение. Я не понимала связи между капитаном моего отца и Королем Вечности, но его покорность при виде крови подтвердила распускаемые слухи. Эрик Кровавый певец был создан из яда.

Задумавшись, я не заметила, как оказалась возле обрыва, куда привел нас морской король.

– Попрощайся, родная. – Но Эрик не дал мне этого сделать, так как в это же мгновение он взмахнул рукой, и из бухты взметнулась морская вода, в итоге поглотившая нас.