Король Вечности

Глава 7 Певчая птичка

Большой зал искрился от бесчисленного количества ярких свечей.

Перья моего веера боролись с воздухом, ставшим слишком душным из-за огромной толпы, собравшейся в одном пространстве. Я почесала влажную щеку под черной маской, закрывавшей верхнюю часть лица. Изящная вещица из темного и серебряного кружева с воронеными перьями, развевающимися над бровями.

– Прошу, не позволяй мне пить, как прошлой ночью, Лив. Чувствую себя ужасно. – Мира приподняла золотую маску, а затем поднесла к накрашенным губам фужер со сладким вишневым вином и поморщилась от обжигающего напитка.

Я хихикнула и взяла кубок из ее рук.

– Ты милая маленькая девочка. Может, лучше принести молока?

Поджав губы и борясь с проявляющейся ухмылкой, она легко ткнула меня локтем в бок, а затем устремилась к потоку танцующих пар в бальном зале. Дамы разных дворов облачились в яркие платья всевозможных цветов: полуночный синий, множественные оттенки серебряного и золотого, зеленый мох с черной отделкой и насыщенный бордовый, похожий на переспелую сливу.

Мужчины носили изысканные меха на плечах или туники из мягкого льна и шерсти. На их полированных поясах красовались клинки всех размеров. Кто-то предпочитал топоры, как мой отец, кто-то – мощную секиру, но большинство готовились танцевать всю ночь напролет, держа при себе лишь простые кинжалы.

Фестиваль изобиловал сладостями: яблоками, утопающими в густом сахарном сиропе; булочками, покрытыми глазурью; пирогами с начинкой из сладких ягод; кремовой или терпкой патокой. Из кухонь, расположенных в коридорах, доносились соблазнительные запахи жарящихся на решетках крупных фазанов. Сладкие нотки розмарина и морской соли благоухали в большом зале. Ароматные вина, острые ликеры и пенистые напитки лились рекой.

На сером каменном покрытии мерцали отблески огоньков от сальных свечей, заточенных в серебряных клетках, а от слоя мерцающей пудры на полу весь зал выглядел так, словно его сделали из золота.

Маски скрывали лица гостей, одни больше, другие меньше, но я различала тех, кто был дорог моему сердцу.

Возле пиршественного стола стоял Алексий с многочисленными Рэйфами и дамами, жаждущими тепла воина на ночь. Сандер сидел в десяти шагах от нас с наполненным сосудом в одной руке и не одним письменным торговым соглашением из своих королевств в другой. Его маска была надвинута на лицо, и, едва ли он осознавал, что пришел сюда повеселиться.

Джонаса, предсказуемо, поблизости не оказалось.

– Последний раз я видела этого развратника, направлявшегося в сад и несшего на руках даму в маске козы, – призналась мне Мира, после того как я надавила на нее. Она картинно закатила глаза и снова выхватила фужер из моей руки.

Без сомнений, мы не встретим его до полуденного солнца. У меня заболели ступни от длительного пребывания на месте. Я вышагивала по танцевальному залу, отчаянно желая казаться беззаботной, нестерпимо стремясь уединиться с мужчиной на всю ночь и узнать наконец, каково это – стать немного смелой и рискованной.

Проблема заключалась в том, что каждый приглашавший на танец кавалер невольно вызывал в голове лишь один вопрос: не разговаривал ли он с моим отцом.

Знакомясь со мной, задумывались ли они о власти, престиже или все же обо мне? Интересно ли им узнать, что на территории Ночного народа я расписала окна во всем замке?

Я сомневалась, что кто-то из приглашавших меня на танец заинтересовался моими картинами, из-за которых с приближением рассвета комнаты вспыхивали яркими красками, вызывая улыбки у прислуги и моей семьи. Не будут ли они возражать, если я посреди ночи проснусь с криком оттого, что морские демоны поселили в моей голове ужасающие образы теней и змей? Если бы я позволила им целовать меня, прикасаться ко мне, овладеть мной, узнали бы они, что стали в моей жизни первыми?

Я вздрогнула и тяжело вздохнула. Всегда слишком много думаю и недостаточно делаю. Обещала же Алеку, а главное, самой себе, забыть о тревогах и кошмарах и наслаждаться сегодняшней ночью.

К нам подошел человек в маске с закрученными рогами, как у барана. Он поклонился в пояс и протянул руку Мире.

– Принцесса…

– Тобиас, – укоризненно произнесла она. – Тебе не положено знать, кто я.

– Невозможно, когда вся комната озарена твоей красотой.

Она фыркнула и снова протянула мне свой кубок.

– Лестью в адрес его дочери ты не сможешь заслужить место в совете моего отца. Если так полагаешь, значит, плохо знаешь своего короля. Сначала нужно задобрить мою мать, потом меня, но прежде всего ты должен развлекать его.

– Черт возьми, Мира, ты думаешь, для меня это не очевидно? Король Ари, похоже, не находит мои шутки забавными. – Тобиас наконец сдался. Он посещал уроки с Мирой с тех пор, как они были детьми, и тот никогда не скрывал своих намерений стать высокопоставленным дворянином по правую руку от отца Миры.

– Какая досада. – Она чуть коснулась его носа под маской барана. – Он прекрасно осведомлен о твоей игре, не правда ли? Ты все время пытаешься представить себя моим женихом, Тобиас, но мой отец и все знают, что ты терпеть не можешь женщин.

– Я сделаю для тебя исключение.

– А, так ты считаешь, что мой единственный выбор – это принести тебе клятву в верности?

– С твоим-то темпераментом, – ответил он, задрав нос. – Полагаю, что да.

– Я страшно оскорблена и обязательно сообщу об этом отцу.

– Ты просто невозможна. – Тобиас закрыл глаза и протянул руку.

– Я прошу вас потанцевать со мной, моя ужасная принцесса. Успокойте меня, ведь мы все еще друзья, верно?

Она со вздохом взяла его за руку.

– Полагаю, если нет другого решения.

Я смеялась, наблюдая, как они шли рука об руку, препираясь друг с другом, пока Мира не обернулась, понизив голос:

– Лив, только не оборачивайся, но мне кажется, у тебя появился еще один поклонник.

Она кивнула в дальний конец комнаты, где в тени стоял мужчина, прислонившись плечом к стене. Простая черная маска скрывала его черты от бровей до подбородка, видны были только взъерошенные волны темных волос.

От охватившего меня беспокойства волоски на руках встали дыбом. Отсюда я не могла разглядеть его глаза, но его лицо в маске было устремлено на меня. Только на меня.

Стоило незнакомцу отпрянуть от стены, как мои внутренности завязались в тугой узел. Он провел руками в перчатках по атласной тунике, полностью черной, как и его маска. Я сделала шаг в сторону. В другом конце коридора мужчина повторил мои движения в том же направлении.

Казалось, что воздух вокруг его плеч отравлен смертельной опасностью, а его загадочная личность окутана темнотой и тайной.

Мое сердце колотилось так неистово, что я отчетливо слышала удары в голове. Вновь сделав шаг, я увидела, что чужак незамедлительно повторил за мной. Снова и снова, как волк, нашедший свою добычу.

Его походка была мне незнакома. Окружающая аура наводила на мысль, что он мог быть родом из темных уголков Восточного королевства. Желание спросить Сандера быстро улетучилось – стоило мне сделать еще один шаг, как внезапно появившийся стол преградил путь.

Мой незнакомец маневрировал среди придворных, словно в подводном танце, не сводя с меня пристального взгляда. Мои движения будто подчинились ему, и я не нашла в себе сил остановиться. Даже не попыталась развернуться и сбежать.

Дыхание сбилось, как только он в одно мгновение оказался возле меня.

Достаточно высокий, поэтому пришлось поднять подбородок, чтобы заглянуть ему в глаза. Темно-карие и почти… красные, как самый яркий закат. В течение долгой затянувшейся паузы незнакомец удерживал мой взгляд, изучая меня, разрывая на части, а затем собирая воедино.

Не проронив ни слова, он протянул руку. Молясь, чтобы мужчина не заметил, как дрогнули мои пальцы, я опустила ладонь на теплую кожу его перчаток.

Он произнес низким, похожим на штормовой ветер голосом:

– Потанцуйте со мной, маленькая птичка.

Я смущенно склонила голову. Он тихонько захихикал и слегка потрепал вороненые перья на моей маске. Щеки запылали под ее покровом. Было что-то волнительное в том, что ко мне не обращались как к принцессе или леди. Может, он и притворялся, но мне нравилось, что незнакомец действительно не узнал меня.

Я крепче сжала его руку.

– Сочту за честь.

Моя тень направила меня в центр зала. Как только он убедился, что мы находимся в подходящем месте, то притянул ближе. Не настолько, чтобы наше соприкосновение считалось неуместным, но на достаточном расстоянии, давая понять, что он силен. Под темной одеждой его тело было твердым, широким и мощным. Мои руки скользнули по его плечам. В ответ одна из его крупных ладоней легла на мою спину.

Лиры и свирели заиграли веселую мелодию, и он подхватил ее в такт. В течение нескольких ударов сердца мы смотрели друг другу в глаза, не проронив ни слова.

– Что изменилось? – прервал он тишину, отстраняясь от меня, но все еще сжимая одну мою руку, прежде чем музыка вновь притянула нас обоих.

– Что вы имеете в виду?

Я не видела его рта, но в голосе сменилась тональность, словно на лице проступила улыбка. Незнакомец наклонился ближе, мягко произнося:

– Я наблюдал за вами весь вечер. Ни разу вы не выглядели такой… испуганной с партнером.

– Я не боюсь вас.

– Рад это слышать. Надеюсь, мы еще потанцуем вдвоем. Может быть, и не один раз, не хотелось бы причинять вам беспокойство, маленькая птичка.

Черт, как же он был напряжен.

– Вы не вызываете у меня тревоги. Я просто не могу понять, кто вы.

– То же самое могу сказать и о вас.

Он не знал меня, отчего сразу возникло желание стать смелой и дерзкой. С незнакомцем, от которого веяло силой и тайной, но не знавшим, какой титул отягощает мою кровь, я могла быть кем угодно.

Глубоко сглотнув, я прижалась к нему еще ближе. Заточенный в платье бюст ударился о его грудь. Протяжный выдох послышался из-под маски, а его пальцы спустились ниже, к ложбинке на спине.

– Так кто вы, птичка?

Ощущение чего-то опасного поселилось в сердце.

– Ваша партнерша, полагаю. На некоторое время.

Внезапно он притянул меня ближе, заставив издать глубокий горловой звук, похожий на рык. Незнакомец наклонил свое закрытое маской лицо к моему, и вспыхнувший огонь в его странных глазах горел вожделением.

– Еще одно подобное слово, и мне придется оставить вас у себя дольше, чем на некоторое время.

Он провел носом своей маски по моему горлу. Кожа затрепетала, колени с трудом удерживали тяжесть собственного тела. Между бедрами разлилось тепло, от которого я едва не задохнулась, испытывая неповторимое удовольствие. Впервые я обнаружила влечение к мужчинам с тех пор, как мои девичьи глаза в семилетнем возрасте встретили Стига. Естественно, в душе я не сомневалась, что когда-нибудь принесу обеты воину. Пока не познакомилась с Хьюго Нильссоном на уроках благородного воспитания в мудром девятилетнем возрасте.

Затем сокровенная тяга к мальчику, находившемуся под запретом в этих землях, влечение, скрываемое даже от Алека. Но страстное желание ощутить всем телом этого незнакомца было сильнее, чем давняя мимолетная страсть к Кровавому певцу.

Я мечтала провести ночь в муках наслаждения, и мужчина с такой аурой, несомненно, знал, как осуществить подобное.

Второй, четвертый, и вот уже на пятом танце я все цеплялась за своего чужестранца. Время, казалось, не имело никакого значения. Он говорил мало, в основном интересовался мной, но иногда, когда мы спотыкались или моя пятка наступала на его носок, он пытался сдержать смех, пока я не откидывала голову назад и не начинала смеяться за нас обоих.

– Вы говорите, что рисуете? – спросил он, когда мелодия снова замедлилась. – Расскажите подробнее.

Непривычно, что кто-то, не считая моих друзей, расспрашивает об интересующих меня вещах. Мой незнакомец занимался этим во время всех совместных танцев. В ответ я обнажала душу, рассказывая о самых дорогих сердцу вещах: рыбалка с ножами и копьями вместо сетей, цветы и мягкая трава, рисование.

Я прочистила горло.

– Как ни странно, но я начала рисовать для развлечения своего младшего брата, когда тот был еще совсем крохой, и с тех пор больше не останавливалась. Я расписываю окна и покрываю их тонким глянцем, а когда лак высыхает и солнечные лучи попадают на стекло, кажется, что окунаешься в волшебную сказку.

Его пальцы пробежались по моему позвоночнику, ощупывая каждую выемку.

– Возможно, вы удостоите меня чести и покажете мне эти картинки на окнах?

Боги, неужели я сделаю это? Во рту пересохло, кровь бешено запульсировала в жилах, и я коснулась липкой ладонью его груди.

– Я… я разрисовала окна форта в… в моих покоях. Если вы желаете посмотреть на них…

Его пальцы сжались, больно впиваясь в мое бедро.

– Ведите за собой, маленькая птичка.

Дыши. Сосредоточься. Я сделала шаг назад.

– Дайте мне минутку, чтобы… чтобы предупредить подругу, куда я ушла. Не хочу волновать ее без причины.

Он вскинул подбородок.

– Я буду ждать вас в коридоре.

Я быстро отвернулась, потому что очередной испепеляющий взгляд с его стороны мог бы убедить мой рассудок, что все зашло слишком далеко. Незнакомец? Смогу ли я это сделать? Прошло несколько мгновений без его присутствия, и сердце сломило разум: да. Я буду жалеть до конца жизни, если не испытаю близость этого мужчины хоть еще немного.

– Мира. – Я коснулась ее плеча, обнаружив, что она все еще спорит с Тобиасом о чем-то несерьезном, свойственном только давним товарищам по детским играм.

– Ливи. – Она схватила меня за руку и резко потянула вниз. Мне пришлось наклониться, уменьшившись на полголовы, чтобы она прошептала на ухо: – Я даже не вижу лица этого человека, но он точно хочет откусить от тебя кусочек.

Я усмехнулась, взяла ее руку и крепко сжала.

– Будем надеяться, что это произойдет. Я… Я отведу его в свои покои. Сейчас же.

Губы Миры от услышанного чуть приоткрылись.

– Лив, ты уверена? Просто ты еще не…

– Знаю. – Я крепче прижалась к ней. – Мне хочется это сделать, и если все не произойдет сегодня, то на рассвете я прокляну себя.

Она одобрительно фыркнула.

– Тогда вперед, но, возможно, ты все же будешь проклинать его утром, если он не в курсе, как правильно это делается.

Моя лучшая подруга Мира всегда знала, как придать храбрости. Никого и никогда она не отговаривала от наших очередных безумных идей, лишь стояла рядом, готовая подхватить в случае падения.

– Я просто хотела, чтобы ты знала, где и как меня найти.

– Очень мудро. Отличный первый шаг. Если ты исчезнешь, я буду знать, кого убить.

– Боги, Мира! – Тобиас застонал. – Сколько вина ты уже выпила?

Она отмахнулась от него и хитро ухмыльнулась.

– Удачи, Лив. Я жду от тебя подробностей.

Я быстро обняла ее и, отстранившись, прошептала:

– Ни слова Джонасу.

Она тихо хихикнула.

– Боюсь, мужчина может учуять, что женщина уже побывала в постели. Он сразу догадается. Приготовься.

Мое тело пылало в предвкушении, пробираясь сквозь пары танцующих, пока я не выскользнула в тень заднего коридора. Дважды посмотрев по сторонам и никого не заметив, я, тяжело вздохнув, опустила плечи.

– Неужели вы думали, что я покину вас, маленькая птичка? – Пальцы, облаченные в перчатки, прошлись по моей руке.

– На мгновение я решила, что вам лучше всего так и поступить, – прошептала я.

Негромкий смех сорвался с его губ, когда он обхватил меня за талию, прижимая мою спину к своей груди.

– Клянусь, я долго ждал столь идеального момента, как этот.