Коктейль времен

Глава 22

Я оказалась в своей детской комнате.

Мой старый дом. Я сидела на полу в большой библиотеке, окруженная высокими стеллажами с книгами. На диване у окна сидел мой отец. Его взгляд был строгим, почти изучающим.

Я листала толстую книгу, пытаясь понять сложный текст, но слова разбегались, становились неразборчивыми.

— Ты ведь понимаешь, как важно быть лучшей? — в его равнодушном голосе прозвучали холодные, металлические нотки.

— Я стараюсь, папа, — прошептала я, опустив взгляд.

Поначалу все выглядело обычно. Как в детстве. Но вскоре обстановка изменилась. Тени начали медленно вытягиваться из углов комнаты. Они стали ползти по стенам, заглатывая свет. Сердце сжалось от тревожного предчувствия.

— Ты недостаточно хороша, — произнес отец, его голос эхом разнесся по комнате. — Ты всегда была недостаточно хороша.

Я вздрогнула. Стены начали сжиматься, их гладкая поверхность покрывалась трещинами, сквозь которые сочилась густая, чернильная тьма. Потолок медленно, неумолимо опускался, пытаясь раздавить меня. Книги срывались с полок, но не падали на пол — они сгорали прямо в воздухе, превращаясь в серый пепел, который оседал на моих плечах тяжелым, невыносимым грузом.

— Ты всегда подводишь, — голос отца стал громче, пронзительнее. — Всегда разочаровываешь.

Я зажала уши ладонями, но звук продолжал вибрировать внутри меня, отзываясь гулким эхом в самых потаенных уголках души. Слабость охватила тело. Я опустилась на колени, пытаясь собраться с мыслями. Комната душила меня. Я задыхалась. Все это было слишком реально.

И тут меня осенило — это не просто испытание, не просто воспоминание. Это мой глубинный страх. Боязнь оказаться недостаточно хорошей. Страх, что я никогда не оправдаю ожиданий, что отец был прав во всех своих словах.

Темнота сгущалась, шепот становился громче, проникая в сознание, и я поняла — если позволю этому чувству поглотить меня, пути назад уже не будет.

Я не могла сдаться. Не сейчас.

Я заставила себя подняться на ноги. Глубоко вдохнула, закрыла глаза и начала вспоминать. Мои достижения. Все, что я прошла.

Я вспомнила, как выигрывала танцевальные конкурсы, несмотря на страх сцены. Иду на золотую медаль, поступаю в лучший университет страны. Как пережила смерть отца, а потом вернула его к жизни. Как спасла Кейтона. Все это сделала я. Я. Не потому что кто-то ждал этого от меня, а потому что я этого хотела.

Моя ценность не зависела от чужих ожиданий.

Я открыла глаза и посмотрела на отца.

— Да, папа. Я не была идеальной. Но я — это я. И только я решаю, кем мне быть.

Его лицо изменилось. С начала появилась слабая улыбка — усталая, почти печальная. Затем на глазах заблестели слезы. Он отвернулся, а через мгновение его силуэт начал мерцать, таять в воздухе, будто его никогда и не было. Стены перестали сжиматься, мрак рассеялся, и все вокруг залило белоснежным светом.

Я осталась одна. В пустой, безграничной белой комнате.

Через секунду я почувствовала толчок. Мир вокруг качнулся. Я вернулась обратно в зал с переливающимися зеркальными стенами. Сосуд все еще стоял на своем месте, но теперь он был заполнен наполовину. Мои плечи тут же опустились и расслабились. Вот это облегчение!

Я потерла замерзшие руки, ощущая дрожь не только от холода, но и от осознания того, через что только что прошла.

— Первый шаг сделан, — раздался голос откуда-то сверху. Он звучал величественно, но без угрозы. — Освободившись от прошлого, ты приблизилась к Вратам Возвращения. Но готова ли ты к тому, что ждет тебя дальше?

Мои губы дрогнули в слабой улыбке. Если все будет так же быстро, то, конечно, готова. Я уверенно кивнула.

— Да!

Голос продолжил:

— Ты посмотрела в прошлое. Теперь обратись внутрь себя. Смогут ли твои эмоции направить тебя? Или все-таки разрушат?

На полу передо мной появилась лестница, ведущая вниз. Не задумываясь, я шагнула на первую ступень.

И тут же оказалась в совершенно ином мире.

Вокруг меня расстилалось бескрайнее поле, залитое закатным светом. Небо и земля сливались на горизонте в мягких оттенках розового и золотого. Поле было усеяно миллионами цветов — каждый лепесток светился, трепеща на ветру.

Где-то вдалеке слышался звук реки. Но в нем было что-то неправильное, будто вода текла против течения, нарушая все законы природы.

Тишина окутала меня, и лишь мое сердце билось громче обычного. Это место показалось мне спокойным, умиротворяющим. Но в один миг все сменилось напряжением.

Голос вернулся, но на этот раз его тон был более строгим:

— Здесь собраны твои самые сильные эмоции. Либо ты примешь их, либо они поглотят тебя.

Передо мной вдруг начала формироваться фигура. Сначала расплывчатая, как дым, а затем все более осязаемая. Вдруг она вспыхнула ярким пламенем. Ее тело было создано из бурлящего огня, лицо перекошено, а глаза светились расплавленным металлом.

Гнев.

Фигура шагнула ближе, и от ее движения огонь распространился по полю, угрожая поглотить цветы. Я ощущала жар, но двигаться не могла.

— Ты ненавидишь своего отца, — произнесла фигура, ее голос был грубым, почти рычащим. — Ты ненавидишь себя за слабость. Признай это, иначе я уничтожу тебя.

Пламя разгоралось все сильнее, распространяясь вокруг. Цветы, которые так завораживали своей красотой, превращались в пыль.

Я попыталась отступить, но ноги словно приросли к земле. Гнев, который я всегда пыталась подавить, начал выходить наружу.

— Ты боишься признаться, — продолжала фигура, ее голос становился все громче, заглушая треск от огня и звук реки. — Ты прятала свою злость. Ты винишь себя. Тебе не скрыться.

Сердце заколотилось так сильно, что мне стало трудно дышать. Огненная фигура была права. Я чувствовала эту ненависть. К отцу за его вечные требования. К себе за то, что я не была такой сильной, как он хотел. Я всегда была слабой. Трусливой.

Вместо того чтобы сопротивляться, я все-таки сделала шаг вперед, вплотную к фигуре. Я уже вся горела, на коже появлялись первые волдыри. Но я не отпрянула. Я больше не хотела бежать.

— Да, — сказала я, не узнавая собственный голос. Он прозвучал твердо, даже уверенно. — Я часто злюсь, раздражаюсь, виню всех. Но моя злость — это не моя суть. Это инструмент, и я могу им управлять. Я беру ответственность за себя и свои действия.

С этими словами огонь начал угасать. Он больше не был врагом. Он становился частью меня.

— Я принимаю свой гнев, — продолжила я, идя вперед, ближе к огню. Жар ударил мне в лицо, но я не отступила. — Это часть меня. Но это не я.

Фигура на секунду пошатнулась и ее лицо изменилось, став более человеческим.

— Я больше не боюсь тебя, — я сжала кулаки и вздернула подбородок.

Огонь рассеялся, оставив меня стоять на поле, которое вновь наполнилось цветами. Я ощутила покой.

Я не успела перевести дыхание, как передо мной возникла новая сущность. Она была иной. Туманная, безграничная. Ее форма постоянно менялась, вытягивалась, расширялась, становилась более плотной, а потом снова растворялась в пространстве.

С каждым ее шагом меня охватывала паника.

— Ты боишься, — голос сущности звучал прямо в моей голове, отзываясь эхом. — Ты боишься провала. Боишься одиночества. Боишься смерти. И ты всегда будешь бояться!

Сущность сделала шаг вперед, и земля подо мной задрожала. Вокруг начали появляться бездонные пропасти. Они медленно расширялись, угрожая поглотить меня. Я старалась не шелохнуться, чтобы случайно не оступиться.

Небо над полем резко потемнело, затянулось тучами. Раздался оглушительный раскат грома, и воздух разорвали молнии. Цветы вокруг меня снова увяли. Поднялась буря.

Вдруг что-то коснулось моего плеча. Я обернулась, но никого не увидела. За мной кто-то пристально наблюдал. Холодные, как лед, пальцы пробежались по моей коже. Затем нечто дернуло меня за волосы. Со мной будто играл призрак!

Я не могла больше стоять. Колени подогнулись, и я села прямо на дрожащую землю. Закрыла глаза, стараясь отгородиться от хаоса вокруг.

Вдох. Холодный воздух проник в легкие.

Выдох. Я попыталась очистить разум.

Но сущность не отпускала. Ее голос стал настойчивее, он раздавался со всех сторон:

— Ты никогда не победишь. Твои страхи сильнее тебя.

Что-то вновь коснулось меня, на этот раз обвивая шею. Прозрачные, почти неосязаемые пальцы медленно, но неотвратимо сжимались, лишая меня воздуха. Сердце бешено заколотилось. Затем еще одно прикосновение — легкое, почти невесомое, но от него внутри все скрутилось в узел.

Вдох.

— Это… не реально… — прошептала я, сосредотачиваясь на дыхание.

Выдох.

Меня окружали несуществующие фигуры, и я знала это. Все, что происходило, было в моей голове. Я была здесь, одна, со своими страхами.

— Страх показывает мне, что будет, если я не рискну, — прошептала я, стараясь услышать собственный голос среди бури. — Но я выбираю, как на него реагировать.

С каждым вдохом мое сердце билось все медленнее. Паника отступала. Я больше не чувствовала холода, прикосновений, не слышала грохота молний.

Я открыла глаза. Туманная сущность продолжала менять свою форму, но теперь ее движения стали замедленными. Она теряла силу.

— Здесь есть только я и мои чувства, — произнесла я громче, глядя прямо на клубящийся туман. — Я абсолютно спокойна. Мне не страшно.

Туман рассеивался, оставляя за собой чистый воздух. Мои легкие наполнились запахом свежести.

Наступила тишина. Поле медленно возвращалось к жизни, цветы поднимались, трава зеленела, земля «склеивалась» обратно. Небо вновь окрасилось во все цвета радуги.

Я сделала последний глубокий вдох.

Я победила?!

Но радость оказалась преждевременной. Я мысленно чертыхнулась. Когда же все это закончится?!

Вдалеке начала вырисовываться новая фигура. Затем — еще одна. Я надеялась, что это уже последняя.

Ее очертания были размыты, но это была самая высокая фигура из всех, с лицом, скрытым под капюшоном. Шаги сущности были неспешными, но каждый ее шаг отзывался в моей душе тоской.

Когда фигура приблизилась, я ощутила, что все вокруг замерло. Голос сущности прозвучал в моей голове — мягкий, мелодичный. Он окутывал меня, напоминая тихое пение ангелов в морозную новогоднюю ночь.

— Ты потеряла так много. Отец. Мать. Марк. Ксюша. Миша. Все, кто был дорог, исчезли. Ты никто без них. Ты не справишься одна. Тебе всегда нужно было их одобрение, их любовь. Но теперь ты одна. И останешься одна. Ты умрешь в тоске и печали. Ты всегда будешь всех терять. Что ты можешь сделать против этого?

Мои глаза мгновенно наполнились слезами, которые я не могла сдержать. Печаль захлестнула меня целиком. Моя душа разрывалась от боли воспоминаний.

Перед глазами замелькали самые тяжелые моменты моей жизни: я вновь увидела, как безутешно рыдала по ночам, оплакивая смерть отца. Вспомнила, как меня предал Марк, нагло обманывая и играя с моими чувствами. Вспомнила Ксюшу, которая часто меняла меня на своего парня.

Впервые за долгое время я позволила себе плакать, не коря себя за слабость. Слезы лились свободно, омывая мое лицо.

— Печаль — это не моя слабость, — прошептала я. Слезы больше не обжигали, а приносили успокоение. — Это всего лишь свидетельство любви. Память о тех, кто оставил след в моем сердце…

Воспоминания больше не терзали меня. Я приняла свой опыт. Прочувствовала боль. Прожила ее.

Боль не разрушает, а делает меня сильнее.

— Я прощаю вас, — сказала я, обращаясь к образам из прошлого. — И я прощаю себя…

Мир вокруг изменился. Печальная фигура больше не пугала меня. Она приблизилась, опустила капюшон и я разглядела ее лицо.

Это была я, улыбающаяся через слезы. Серьезно?!

Она медленно подняла руку и подошла ближе. Моя вторая «я» обняла меня. Это было настолько искренне, что я сжала ее покрепче.

Послышалось пение птиц. Небо стало ясным и голубым, без единого облака. Поле ожило, цветы вновь распустились, а река наконец обрела правильное направление, ее вода теперь текла спокойно.

— Ты приняла свои эмоции, — внезапно прозвучал голос Ведущего. Я оглянулась, но фигуры больше не было. Исчезли и все сущности. — Теперь они твои союзники, а не враги. Ты сделала шаг ближе к Вратам Возвращения. Но готова ли ты к тому, что скрывается в сердцах других?

Перед глазами все закружилось.

Я снова оказалась в зеркальном зале, где сосуд теперь был наполнен на две трети. Зеркала мгновенно раскололись, как будто от удара невидимого молота, и из трещин проступила черная жидкость, стекающая на пол.

Внутри нарастало ощущение, что впереди меня ждет нечто еще более сложное. Но теперь я знала одно — я справлюсь.

И вдруг место наполнилось звуком — глубокий, мрачный голос раздался будто из самой земли:

— Ты справилась с собой, но сможешь ли ты справиться с другими? Правда всегда забирает больше, чем дает. Будешь ли ты готова отдать свою душу за других?

Секунда — и все исчезло. Пол ушел из-под ног, и я провалилась в бесконечную тьму. Мой желудок скрутило, сердце остановилось, и на мгновение я ощутила настоящий ужас.

Я ударилась о землю. Падение выбило из легких воздух, но я все же заставила себя приподняться и оглядеться.

Лес вокруг был жутким. Высокие, перекрученные деревья напоминали статуи с изломанными конечностями. Вместо листьев — лоскуты серой ткани, напоминающие человеческую кожу. В воздухе витал запах серы.

В центре леса стоит круглый каменный стол. На нем лежала одна-единственная рябина. Сочная. Рядом лежала записка. Я быстро взяла ее и прочитала:

«Вот и мы подходим к убытку,

Нужно нам устроить человечью пытку.

Чтобы наше место снова воцарить,

Надо ягоду-рябину подложить,

Той, девчонке, чтобы ее заворожить

И кровь ее добыть…»

По спине пробежал холодок. Я взяла рябину в руки, прежде чем успела подумать о значении этих слов. Все вокруг закружилось. Каменный стол, лес и жуткие деревья исчезли.

Я оказалась в другом месте. Портал.

Передо мной раскинулся гигантский лабиринт, стены которого были выложены огромными кристаллами, каждый из которых искрился и переливался всеми цветами радуги. Кристаллы величественно поднимались ввысь на десятки метров, их грани отражали свет, отбрасывая на землю ослепительные блики, как будто сам лабиринт был источником магической энергии. Я никогда не видела ничего подобного — даже в самых фантастических фильмах.

Но это было не самое удивительное.

Вокруг стояли десятки людей. Я насчитала больше пятидесяти. Возможно, это «выжившие» из прошлых испытаний? Может, это финальный бой?

Я огляделась и заметила знакомые лица — тех, кого видела на входе. Но радоваться было рано. Все участники, включая меня, были прикованы к деревьям. Мои руки и ноги стягивали грубые веревки.

Серьезно?!

— Искра Судьбы выберет достойного. Ее сила принесет защиту, но станет проклятием. Побеждает лишь один. Лишь сильный пройдет, лишь смелый устоит. Судьба всегда забирает свое!

Веревки с моих рук и ног внезапно исчезли. Я тут же потерла красные вмятины на запястьях, ощутив свободу.

Моя одежда снова изменилась — теперь на мне были удобные черные кроссовки, легкие штаны и зеленая куртка с моим именем. Куртки у всех участников отличались по цвету: черная у Артура, белая у Софии. Возможно, нас разделили на команды?

Я осмотрелась. Остальные участники тоже были освобождены. Взгляды настороженные, напряженные. Хищные. Все стояли перед входом в лабиринт. Мы ждали начала боя.

И вдруг небо озарилось яркой вспышкой.

Небольшой голубой шар света, невероятно яркий, появился в воздухе и начал хаотично двигаться над лабиринтом. Это была та самая Искра Судьбы.

Шар стремительно перемещался, пока не врезался в парня в углу. Он ошеломленно посмотрел на руку, где теперь пульсировала метка, напоминающая сияющую молнию.

Я сразу узнала его.

Миша?!