Каприсуэль. Во власти желания

Глава 31. Разденься для меня

На ноги ни меня, ни сестру так и не опустили. Нас передавали из рук в руки. Кому-то было удобно нести нас, перекинув через плечо, кто-то просто нес на руках, кто-то велел вцепиться за шею и обнять ногами за талию. На то, что мужские руки за это время облапали нас вдоль и поперек, уже даже и не обращали внимание. Меня нес кто угодно, но только не Лиам. После жаркой, проведенной вместе ночи, это было очень обидно. Однако, он всегда был где-то рядом. То виднелась его широкая спина, то раздавался его командный голос… Но он не приближался ко мне настолько, чтобы я могла хоть его запах уловить.

Мы взбирались по лестницам и прыгали в темноту. Привычные к такой жизни мужчины всегда находили под ногами точку опоры. Если бы я бежала на своих ногах, уже давно сорвалась бы в пропасть.

Я уже была почти без сознания, в глазах все расплывалось, а в ушах стоял непрекращающийся гул и треск, когда меня передали в следующие руки. И тут я услышала его запах. Он ворвался сквозь удушающую вонь химии и горящего металла. Я уже думала, что это игра воспаленного воображения, когда я вдруг оказалась прижата к такой знакомой груди. А жесткие и одновременно с тем мягкие губы прикоснулись к моему виску.

- Держись, Капризуля. Всего один рывок.

И он рванул вперед с такой скоростью и ловкостью, взбираясь по скрежещущим металлическим фермам, что всех прочих мы оставили далеко позади.

Все тело мое болело. Наверняка оно было сплошь покрыто синяками и кровоподтеками. Да к тому же мне казалось, что от меня воняет всеми теми, кто так или иначе касался меня. Но все равно я была счастлива. Как бы по-детски это ни звучало, но за один его взгляд или касание я была сейчас готова даже ринуться вниз головой в огнедышащую пропасть. К счастью, от меня этого и не требовалось. Меня буквально впечатало в его каменную грудь, когда он ногой двинул по стене. На языке появился приторный вкус крови - я разбила губу о собственные зубы.

Но это стоило того, чтобы оказаться вдали от шума, грохота и огня. Наступившая тишина оглушила меня. Но стоило ему остановиться и вжать меня в стену, как способность слышать вновь вернулась ко мне. Я слышала лишь собственное, да его дыхание. Все остальное будто исчезло. Были только он и я. Наше рваное дыхание и взгляд глаза в глаза. В его глазах читались злость и решительность.

Я протянула к нему руку. Мои пальцы двинулись вверх по его шее, и я не выдержала, прикрыла глаза и отдалась во власть ощущений.

Наверное, так чувствуют вкус чего-то запретного. Я почувствовала жадные толчки его пульса под пальцами и тяжело сглотнула. Потянулась к нему и повела носом. Даже сквозь гарь и пот, я слышала его личный запах. Запах, который я никогда не забуду.

Еще одно движение навстречу - и я запустила пальцы в непослушные волосы, вжалась в его тело и впилась губами в шею. Он стоял неподвижно, пока я пробовала на вкус его кожу, покрытую легкой щетиной, облизывала жилу, бившуюся бешеным пульсом. И только все нараставшая дрожь выдавала его. Он чувствовал то же самое, что и я. Подхватил меня под бедра, заставляя обнять его ногами и схватиться за плечи. Стоило только нашим губам встретиться, я забилась в его руках, словно мотылек в паутине. С каждым вздохом, с каждым движением его языка я дрожала все сильнее.

И вдруг все прекратилось. Он все еще вжимал меня в себя, шумно вздрагивая при каждом вздохе, но что-то изменилось. Искр между нами больше не было, осталось лишь слабое потрескивание. Он оставил в покое мои губы и прижался своим лбом к моему. Капелька пота сбежала по виску, по щеке и зависла на резной скуле.

- Я бы взял тебя сейчас, не раздумывая, если бы только наше время не истекало….

Но как же можно сейчас остановиться? Эта пауза не нужна никому из нас! Через ткань наших одежд я чувствовала его вздыбленное возбуждение. В груди дрожало бессильное рычание, а перед глазами чернели омуты его глаз.

- Я люблю тебя, Капризуля. Но…

Но?! Так хорошо и так плохо мне еще не было. Я была одурманена его подчиняющей силой. А он, казалось, тяжело дышал от подступающей агонии.

- Но прошу тебя сделать мне подарок. Возможно, последний подарок, - он не отводил свой взгляд и не позволял мне отвести мой. - Хочу, чтобы ты жила. Чего бы это тебе не стоило. Ты должна выжить и добраться до Ириды.

- С тобой, - выдохнула я, понимая, что надвигается настоящая катастрофа. Не с кораблем, нет. С этой бедой я уже смирилась и понимала, что эта беда неизбежна.

- Я найду тебя. Чего бы это мне не стоило. Обещаю. Пообещай, что будешь жить. Каприс…

- Я обещаю, - не совсем понимая, что от меня хотят, я согласилась.

- А когда мы встретимся вновь, я попрошу тебя: "Разденься для меня, Капризуля".

- Я буду ждать, - глотая слезы, прошептала я. – И я разденусь. Для ТЕБЯ.

- Договорились, малыш. И помни, выжить любой ценой. И тогда я приду.

- Договорились, кэп.

А затем случилось то, чего я никак не ожидала. Он положил мне в рот какую-то капсулу и приник ко мне в поцелуе, проталкивая языком эту капсулу глубже и не давая мне выплюнуть ее.

И только когда она лопнула и приторно сладкая жидкость растеклась по языку, попала мне в горло, он оставил мой рот в покое.

Глаза в глаза…

Помни, жить, Капризуля…

Его голос звучал все дальше, картинка расплывалась, и только черные глаза, в которых полыхали яростные искры, не отпускали меня. Но вскоре исчезли и они…