Если мой первый знакомец смотрел на меня доброжелательно, то второй, наоборот, сверлил меня своими глазами-буравчиками, словно в чем-то обвинить хотел.
- Здравствуйте, - первая поздоровалась я и села возле сестры.
- Как тебе они? – раздался в голове голос сестры.
Я покосилась на нее. Она сидела, выпрямив спину и сложив руки на коленях. В глазах – сплошные невинность и очарование.
Я в точности повторила ее позу. Попыталась придать своему лицу глупое выражение . Не знаю, получилось или нет, но добродушно улыбавшийся мужчина еще больше расплылся в улыбке. Но второй, казалось, не поверил мне. Еще больше нахмурился. Он так пристально рассматривал меня, что мне показалось, будто он ощупывает мое лицо и шею руками. Все, что было ниже, надеюсь, ему было не видно.
- Встань, Каприсуэль, - вдруг произнес он, - и покрутись.
Ничессссе…
- Простите, - я скромно потупила глаза, - но что-то меня ноги не держат.
В голове раздался просто дикий хохот Алу. Хотя чисто внешне она оставалась свершено невозмутимой.
- А я вставала, - отозвалась она, - обрати внимание, как он на тебя смотрит…
Я подняла глаза на подрагивающее изображение. Мужчина прищурил глаза и подался вперед, полностью вытеснив второго с экрана. По ту сторону экрана тоже прозвучал тихий смешок. Мне показалось, что в его глазах загорелся недобрый огонек. Интересно, кто из них чей жених? Кому из нас достанется ЭТОТ брутал?
- Я очень надеюсь, что мы скоро встретимся, - он немного отодвинулся, позволив второму присоединиться к нам, - и тогда я обязательно займусь твоими ногами.
Как то это обещание прозвучало…угрожающе.
- Девушки, нам доложили, что ваши датчики барахлят. Вы не чувствуете никакого дискомфорта?
А затем добавил, явно насмехаясь:
- Кроме ослабевших ног, конечно.
Мы с Алу быстро переглянулись и одновременно покачали головами.
- Ну, хорошо, - словно ставя точку в нашей беседе, произнес улыбчивый, - позовите ка…
Но тут вдруг я, совершенно потеряв страх и осмотрительность, сказала:
- Может, вы хоть представитесь нам? И кто из вас – мой жених?
Мужчины уставились на меня явно с изумлением.
- Я – Дэнисон Огго, - суровый мужчин вдруг улыбнулся.
Никогда бы не подумала, что улыбка может вот так, в одно мгновение изменить человека. Вот был перед тобой суровый, неприветливый мужчина. А через секунду уже - лапушка и обаяшка.
- Ты забыла, Каприсуэль. Мы уже знакомились, - ответил улыбчивый, - я – Дэниэл.
Ничего я не забыла. Но озвучить свои мысли я не озвучила, а лишь улыбнулась, призывая их продолжить.
- А о том, кто чей жених, поговорим при встрече.
О как.
- Девушки, - вдруг изменившимся тоном приказал Дэниэл, - позовите Баррогу. Нам с ним кое-что еще нужно обсудить.
Уже у самой двери нас догнали слова:
- Ждем, не дождемся встречи, крошки.
Не оборачиваясь, мы выскочили из каюты, промчались с ошарашенными лицами мимо идущего нам навстречу Лиама. Его спутник буквально заставил нас отшатнуться в сторону.
Иссиня-черное гибкое тело, покрытое, казалось, чешуей, лоснилось в скудном освещении. Холодно смотревшие яркие синие глаза были словно подсвечены изнутри. Абсолютно лысый череп вдруг стал пульсировать при приближении к нам. В это же время я почувствовала, словно в голове у меня прошелся холодок. Совершенно осязаемый, будто кто-то холодными руками копошится в моих мозгах.
- Какой красивый, - едва слышно мысленно прошептала Алу.
- Кто? Дэниэл или Дэнисон? - все также мысленно спросила я.
- Да нет. Этот, черненький!
От удивления казалось, что все мысли мои испарились. Эта ящерица?!
Но «черненький», уже пройдя несколько шагов мимо нас, вдруг затормозил. Обернулся и вернулся назад, полностью игнорируя нетерпеливого Лиама. Посмотрел на нас своими синими глазами, словно заморозил. А затем уставился на Алу.
- Очень приятно, - вслух сказала она.
А черный при этом улыбнулся, оскалив жуткие голубые зубы.
Стоило им скрыться в каюте с ожидающими там женишками, под шелест закрывающейся двери, я тихо спросила сестру:
- Что это было, Алу?
- Его зовут Осс.
- Это он сказал?
- Да. А ты разве не слышала?
- Сестренка, кажется, кто-то умеет копаться в наших головах. Нужно что-то с этим делать!
- Он такой милый!
Казалось, Алу совершенно перестала соображать. Но то, что она меня не слышала, это уж точно.