Плетение занимало половину лаборатории. Изящные завитки омаратского шрифта сменялись рунической вязью Арании, магические знаки Потока Смерти — рублеными символами метаморфической клинописи. Потом глаз Кайера останавливался на вообще неведомых символах, то ли из бездны Хизрала, то ли из давно утерянного алфавита Творцов.
Формула поражала. Своей сложностью. Своим величием. Своей красотой. Восхищала, но не радовала.
«Потому, что она не твоя». — Его взгляд скользнул вбок, к белой фигуре, склонившейся над серебристыми завитками. Лицо лича было бесстрастным, казалось, его совсем не радовало, что их усилия, наконец, закончены. Ментальный маг почувствовал, как в груди растет гнев. Ему все равно! Этому трупу, вылезшему из тени, безразлична его Сила и умения, полученные в одно мгновение.
Маг отвернулся, чтобы не видеть, как из рук Алекса плывет лунный свет, завершая и закрепляя их совместный труд. Миг — и формула, мигнув, погасла. Теперь остались только часы ожидания, когда Андариэль вступит в центр зала.
— Вот и все. — Кайер с трудом подавил желание сбросить руку Алекса, небрежно опустившуюся ему на плечо. — Теперь ты получил то, что хотел, магриф.
Даже в уважительном «магриф» Кайер слышал насмешку. Он был на вторых ролях, и все прекрасно знали это. Без знаний Иного формула Первых так и осталась бы бесполезной грудой символов. Алекс влил в нее жизнь.
— Мне пора. — Ментальный маг отступил на шаг. — Нужно приготовиться к ритуалу.
— Тебе хватит сил, чтобы его провести?
— Хватит! — Кайер почти выкрикнул это, чувствуя, что вот-вот сорвется. — Я тоже участвовал…
Мага самого передернуло, настолько жалко это прозвучало. Он сцепил зубы.
— Как хочешь. — Иной вздохнул. — Мы хорошо поработали, магриф, и ты получишь свой результат. — Матовые глаза приблизились. — Ты же хотел получить свой результат?
Кайер дернулся. Именно эти слова он произносил своему рабу, когда бил его плетью.
— Все поменялось. — Лич словно не видел его испуга. — Ты достиг того, что хотел, но совсем не рад. Потому что достиг этого не сам?
Маг замешкался, а потом кивнул. Не было смысла отпираться.
— Я люблю сам решать свои проблемы.
— Никто сам не может управлять своей жизнью. — Алекс вдруг рассмеялся. Иной умел смеяться так, что глаза его оставались холодными. — Тем более человек, обладающий властью. Власть накладывает обязанности. На тебя, на Минакриса или Райеру… — Кайер брезгливо дернулся, и Иной понимающе кивнул. — Трудно жить среди неравных, не правда ли? Знать, что к тебе никогда не будет такого уважения, да, магриф?
— Пошел вон! — Рыжеволосый бросился вперед, но Иной, отступив в сторону, ловко подставил ему подножку. Маг кубарем покатился по отполированному полу.
— До встречи вечером. — Дверь громко хлопнула, оставив Кайера в одиночестве. Он с трудом сел, прикоснувшись к разбитому лбу, и пальцы окрасились кровью. Казалось, что внутри шевелились мерзкие черви.
Он был прав. Этот полутруп с неограниченной Силой, за три дня с легкостью сделавший то, на что ему понадобились бы месяцы.
«Несправедливо. — Темный чувствовал смесь злости и восхищения, вспоминая их совместную работу. — Несправедливо давать такую власть одному!»
Он никогда не достигнет такого могущества. Никогда. Маг с трудом добрел до кабинета. Упав в мягкое кресло, Кайер уткнулся лицом в ладони, а плечи его затряслись.