Идущая сквозь миры (СИ)

Глава 34

Раяна

Лететь на драконе это еще то ощущение. Поток ветра выжимает слезы из глаз, холод пробирает до костей, не взирая на то, что спина Змея очень горячая. С Хэйдом лететь было веселее и теплее, но на спине дракона я чувствую себя на своем месте, где должна быть, с рыжиком такого ощущения не было никогда.

Довольно быстро показались окраины Верлотта. Стены города еще держались, поэтому основная масса нападающих копошилась в поле за его пределами. Змей облетел по кругу, рассматривая обстановку. Возле ворот я увидела, как мелькнули белые волосы, значит дядя там.

— Давай к воротам, проредим нападающих! — прокричала Яну и вцепилась сильнее в наросты.

Мы резко идем на снижение, поворот и поток огня сметает уродливых монстров, вызывая панику в их рядах. Змей делает круг, взлетая выше, а потом опять снижение и поток огня. Вижу Хэйда, он стреляет своими перьями, протыкая осаждающих город, как стрелами.

Когда мы заходим на третий круг, нападающие прорывают оборону и поток вливается в ворота города. Змей дожаривает тех, кто не успел проникнуть в город, но многие черными кляксами разбегаются по улицам.

Ян приносит меня на гору, подальше от города. Едва я схожу, как он превращается в человека. Рядом приземляется Хэйд.

— Раяна, мы с рыжим в город. Ты — будь тут. Здесь наиболее безопасно, вокруг никого, я осмотрел окрестности. Как только мы зачистим город, сразу вернемся. Думаю, много времени это не займет. Тебе не холодно?

— Все хорошо, Ян. Идите, я буду ждать здесь. Если что-то пойдет не так, уйду в лес, но глубоко заходить не буду.

Любимый торопливо меня целует, Хэйд — обнимает и, подхватив Яна, улетает в сторону города. А я остаюсь на этой горе. Прохладно, но не холодно. Небо синее-синее, ни одного облачка. Неужели я дома? Даже не верится. Надеюсь, мне больше не нужно будет никуда уезжать. Все, приключений с меня хватит, хочется простой принцессинской жизни. Улыбаюсь. И тут слышу за спиной шорох. Резко поворачиваюсь, но поздно. Удар и темнота. Ян!!!

Глаза словно засыпаны песком, веки тяжелые, а голова гудит. В нос бьет запах благовоний для жертвоприношений. У них резкий, с оттенком крови, запах, такой сложно не узнать. Похоже, день Х настал. Вот так вот, не успела вернуться, а меня тут, оказывается, ждали.

Наконец-то, получается открыть глаза. Как я и предполагала, лежу на алтарном камне. Судя по обстановке, Храм Богини Смерти. Руки и ноги разведены, привязаны к специальным колышкам. Подобные алтарные камни в нашем королевстве давно уничтожены, значит, меня приносят в жертву где-то в другой державе.

Приподнимаю голову. Вокруг алтаря снуют фигуры в капюшонах. Зажигают свечи, бормочут молитвы. Одна из таких фигур подходит ко мне, наносит кровь из чаши мне на лоб, руки, голые ноги. Рисует руны. Ну-ну. Вас ждет бооооольшой сюрприз, когда дело дойдет до вселения в меня духа Богини Смерти.

Пытаюсь воззвать к своей внутренней магии, но теперь сюрприз ждет меня: она чем-то заблокирована, и я ее почти не чувствую. Совсем слабые отголоски, где-то очень глубоко. А вот это уже не очень хорошо.

Пока я сосредоточена на себе и своей силе, жрецов вокруг меня становится больше. Они начинают что-то петь, на не знакомом мне языке. Тьма вокруг сгущается, ее теперь можно ощутить даже на физическом уровне: становится тяжело дышать, а сердце рвется и бьется быстрее, громче. Во рту пересыхает. Едва я об этом подумала, как мне принудительно разжимают зубы и вливают что-то мерзкое в горло, отчего ощущение собственного тела становится каким-то размытым.

Я вижу, как тьма приобретает очертания. А вот и Риза явилась. Кружит вокруг моего тела, а проникнуть внутрь не может. Раздается властный окрик, и к алтарю подводят молодую девушку. Обращаю внимание, что все жрецы снуют возле алтаря и только один стоит на возвышении, его голос самый громкий и сильный, слышно далеко. Он читает основную молитву, он же раздает команды. От него я ощущаю знакомые вибрации. Словно, это моя магия и моя сила, и в то же время, чужие. Как такое возможно? У меня нет родственников с Магией Смерти такого уровня. Кто же он? Пока я размышляю, пытаясь все же дотянуться до своей силы, дух Богини Смерти начинает терять терпение. Тьма мечется и завывает, а внутри горит тонкий белый свет.

По очередной команде Главного Жреца, девушку приносят в жертву. Я вижу, как она падает, а потом от нее отделяется прозрачная, светлая дымка, которая пытается улететь, но ее моментально пожирает тьма. Гадость какая! Риза! Когда ж ты уже сдохнешь!

Ритуал набирает силу, песни становятся громче, а тьма все беспокойнее. Ха! Я тебе не достанусь! Думала, ты такой опытный кукловод? Все спланировала? А вот обойдешься!

Тьма опускается вниз. Ощущение, словно огромный осьминог пытается проникнуть щупальцами внутрь меня. По телу, изнутри, словно остаются следы из слизи, грязи и тлена. Мерзкое ощущение. Тьма завывает и бьется об меня, в тщетной попытке проникнуть. Если бы это не было так больно, я бы рассмеялась.

Вижу, что с каждой попыткой внедрения, тьма становится светлее и все больше рассеивается. Замечает это и Главный Жрец. По его команде к алтарю подносят трех младенцев. Ну нет! Я не могу это допустить! Стараюсь сосредоточиться, погрузится в себя, воззвать свою силу. И она откликается! Да! Мои глаза заливает черным, а во рту вырастают клыки. Со звериным рыком я разрываю веревки на руках и посылаю фиолетовый туман в середину тьмы, туда, где едва мерцает белый свет.

В это же мгновение в Храм врываются мои мужчины: Ян, Хэйд и дядя Эдриан. Мечами они прорезают себе дорогу к алтарю, быстро и мастерски. Показываю на Главного Жреца Хэйду и кричу:

— Не упустите его! Он главный!

А Жрец поняв, что ритуал сорван, мгновенно окружил себя черной мглой и попытался уйти, но Хэйд рванул за ним.

Пока Ян и дядя Эдриан добивают сопротивляющихся Жрецов, я сосредоточилась на тьме, продолжая вливать в ее середину свою фиолетовую магию. Мой туман достиг белого огонька, окружил его и просто загасил. Секунда. И тьма рассеялась. Сразу стало легко дышать. Я соскочила с алтаря, Ян меня подхватил и крепко обнял.

— Никогда не делай так больше! Ты не представляешь, что я пережил, когда вернулся к горе, а тебя там нет!

— Прости — отвечаю, подставляя губы под жгучие и собственнические поцелуи.

Позади раздается деликатное покашливание. Разворачиваюсь и набрасываюсь с объятиями на дядю. Он прижимает меня к себе деликатно, слегка держит дистанцию, но я знаю, что внутри у него сейчас бушует целый ураган чувств.

— Я рад тебя видеть живой и невредимой — тихо говорит мне. — Я так понимаю, что Ян теперь твоя пара?

Умеет дядя сразу сориентироваться на обстановке.

— Да — шепчу смущенно.

— Хорошо — удивляет меня король, ведь это мезальянс. — Вы — одно целое, такое редко можно встретить. Рад.

Он отодвигается, намекая, что сантименты окончены. Улыбаюсь и прижимаюсь к Яну, вот уж кто никогда не против пообниматься.

Когда выходим из Храма, держа в руках орущих младенцев, к нам подходит Хэйд с виноватым выражением лица.

— Он ушел — говорит сразу, без преамбул.

— Ничего, отыщем. Мага Смерти такого уровня тяжело не заметить — успокаивает его дядя Эдриан. — А теперь прошу во Дворец, праздновать возвращение наследной принцессы и помолвку.

О как. Мы с Яном переглядываемся. Хэйд и Его Величество идут вперед, унося малышей, а мы с любимым остаемся стоять.

— На счет помолвки… — начинаю я, но договорить мне не дают.

— Мне плевать, что я не из знати и прочая фигня. Мне даже плевать на то, что ТЫ принцесса — тут Ян усмехается. — Ради тебя я готов забросить работу наемника и вольную жизнь. Да чего уж там, ради тебя я готов даже стать принцем, носить тесные костюмы и посещать светские приемы. Но на все это я пойду, только если ты будешь рядом. В статусе жены. На меньшее я не согласен.

— У нас не будет детей, ведь нет магического притяжения — выдаю самую страшную, на мой взгляд, фразу.

И жду его реакции. С содроганием и ужасом, что вот он сейчас отвернется и уйдет.

— Усыновим — равнодушно отвечает он, глядя на меня своими родниковыми глазами, теми самыми, что когда-то так зачаровали меня.

И я улыбаюсь, наверное, глупой улыбкой. И отвечаю:

— Тогда согласна.

— На что? — требует конкретики этот невыносимый, но такой родной собственник.

— На все! Буду твоей женой, любовницей, другом и наездницей — последнее слово добавляю уже смеясь.

Но когда жаркие губы Яна прижимаются к моей шее, мне становится не до смеха. Мой внутренний холод рвется и тянется к его огню. Желает единства не меньше, чем я. Одно целое. Вместе и навсегда.