Гувернантка поневоле, или Зелье Судьбы

Глава 10. Пещера

Утро следующего дня принесло очередные неприятности.

Исса Келли, няня близнецов, заболела. Дворецкий снова связался с целителем, и тот долго цокал языком.

– Как же так, исса Келли. Это же детская болезнь! Все дети болеют ею, но только один раз. Как же так! Мне придется забрать вас! Собирайтесь.

Дворецкий поспешил раздать указания служанкам.

– Но малыши, как же они? – недоумевала Анна.

– Я свяжусь с господином, полагаю, он пришлет замену, а пока придется вам присматривать за ними, вы же ответственны за детей, – сурово заметил дворецкий.

– Я оставлю вам в помощь Доротею, она знает, как лечить малышей, – немного успокоил Анну доктор.

«Ладно, надеюсь господин граф быстро найдет няню на замену, а то кто знает, что с такими малютками делать?» – подумала Анна и пошла сказать Тео и Ванессе, что сегодняшний день они будут предоставлены сами себе.

Присматривать за старшими Анна попросила дворецкого.

– Разумеется, исса, – важно ответил он ей.

Тая и Мар были странными детьми. Они вели себя как младенцы. Они не вставали, не садились, не пытались ходить или ползать. Понятно, что высыпания на коже зудели и доставляли им неудобство. Возможно, поэтому дети капризничали, и успокаивались, только прижавшись к своей временной няньке. Еще они совсем не говорили, только хныкали и протягивали Анне свои ручки. Анне приходилось постоянно смазывать сыпь каким-то отваром, а детей занимать, чтобы они не расчесывали себе лицо и грудь. Хорошо, что Доротея была отличной сиделкой и вдвоем они кое-как справлялись. Время тянулось медленно. Анна пела малышам песенки из мультфильмов, пыталась рассказывать сказки, но дети не проявили к ним интереса.

Анна попробовала посадить детей, оказалось, что те вполне себе неплохо сидят. И стоят тоже. И могут даже ходить с поддержкой. Но предпочитают лежать и молча тянуть ручки.

В итоге она усадила близнецов в одну кроватку и стала показывать сказки, только тогда близнецы заинтересовались. Поэтому, когда стемнело, она устроила теневой театр, попросив у Ванессы вырезанные ей из бумаги фигурки. К ним присоединились и старшие. На этот раз это была довольно свободная трактовка сказки про муху-цокотуху. Ну, потому что присутствовали бабочки, жуки и очень искусное чучело паука. Во всяком случае, Анна предпочитала думать, что это чучело.

Впрочем, за него отвечал и управлял им Тео, и хотя слов Корнея Ивановича он не знал, но импровизировал с большим удовольствием.

Потом Анна научила детей складывать фигурки зверей из пальцев и старшие дети с огромной радостью показывали малышам все новых страшилищ. Малышня завороженно внимала действу.Так прошел вечер.

«Все-таки странная у них фантазия, все монстры какие-то получаются, скорее бы лорд-граф женился, детям определенно нужна женская рука. Но только не на Алессии, вот ее компаньонка вполне бы подошла. Она добрая и милая. А граф такой мужественный. Они были бы отличной парой, очень красивой», – размышляла Анна, наблюдая, с каким удовольствием старшие дети развлекают малышей. Тут ее настроение внезапно испортилось, усталость взяла верх и она велела всем отправляться спать.

Уложив младших, проверила старших, вернулась в детскую и, порыдав немного в подушку, уснула. День был тяжелый. Анна не знала, что утро снова готовит сюрприз.

***

– Тео, я знаю, как помочь мелким! – воодушевленно сказала Ванесса брату, пробравшись к нему на кровать после того, как гувернантка ушла, пожелав им добрых слов.

– Слушаю. – Тео весь вечер хмурился, задумчиво ерошил свои волосы, но молчал.

– Златопузы! – она обрадованно затащила в кровать брата книгу, раскрыла и ткнула в картинку. – Я слышала, у целителя спрашивали, как так, что у него не оказалось нужного сока, а тот сказал, что у соседей малыш заболел и на него все ушло. Смотри, написано, что сок златопузов поможет от сыпухи за один день! И я знаю, где их искать! В пещере! Помнишь, мы были там в прошлый раз когда на озеро ходили? Там они точно есть, дворецкий говорил, что если бы не происшествие с иссой Келли, то сам бы сходил, а так дом не на кого оставить. Пойдем, а? Жалко маленьких! Я помню, как у меня все чесалось, а меня ведь быстро в порядок привели.

– Несси, уже поздно, в горы идти опасно. – Тео не спешил соглашаться, хотя мелких ему было жалко. Уж очень несчастный у них был вид, и глазенки такие грустные-грустные...

– Да что опасного, здесь же недалеко, зато малышам сразу легче станет, пойдем, а? – настаивала Ванесса и смотрела на брата умоляющим взглядом.

– Ладно, – сдался Тео, – только подождем, чтобы все уснули.

Они выждали еще немного времени и когда в доме все стихло, тихо выскользнули из покоев. На кухне Ванесса нашла приготовленные бутерброды и чай. Видимо, кто-то с утра тоже собрался за златопузами. Она обрадовалась, сложила все в зачарованную специально для походов сумку, усмехнулась, вспомнив, как возмущалась Алессия, что ей придется нести на себе вещи. Они часто устраивали небольшие вылазки в горы, чаще всего к озеру. Ванессе нравилось гулять по горам, почти из каждой такой прогулки она приносила домой нового питомца. Подумаешь, ночевать под открытым небом, это же так интересно! Мало ли кого можно увидеть ночью! Даже исса Анна не побоялась, а с ней будет Тео. Ее брат самый лучший и всех победит! Но вот бы мурзуков увидеть! Говорят, они только ночами выходят. А ей бы одного в замок…

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Размышляя так, она добавила в сумку еще немного фруктов и хлеба и отправилась на выход, где ее ждал брат.

Дорога до пещеры была скучной. Ни одного мурзука ей не встретилось, все вокруг вообще как будто вымерло. Они шли с Тео и думали каждый о своем. Ванесса все высматривала хоть какую-нибудь ночную зверушку, а Тео думал о близнецах и гувернантке.

Несколько раз днем он заглядывал в детскую. Все это время гувернантка возилась с малышами. Напевала им смешные песенки на непонятном языке, носила их на руках, укачивала, мазала прыщики на лицах. Тео завидовал мелким. Ни с Ванессой, ни с ним никто так не возился, даже когда они болели. Сиделки давали детям сонный отвар и большую часть времени они спали.

Может, Ванесса права и гувернантка не так плоха. Нет, им-то с сестрой она не нужна, но вот мелким… Пусть хоть у них будет нормальное детство и кто-то близкий рядом.

– Тео, а мы завтра пойдем снова с Таей и Маром играть? – спросила Ванесса.

– Если захочешь, – буркнул Тео, замечая, как воспрянула духом его сестра.

Через час они были на месте. Пещеру они знали, но далеко в нее не заходили, она состояла из множества гротов, переходящих друг в друга. Там было сыро, вода сочилась по сводам и местами стояла под ногами. А еще было холодно и мрачно – кругом все серое, неприветливое. Неуютное, в общем, место. Слухов про нее ходило множество – что разбойники там устраивали логово, что чернокнижники проводят ритуалы, что тайный проход ведет из пещеры прямо насквозь через горы в столицу… Отец сам лично исследовал пещеру и сказал, что это все неправда, а чтобы развеять ореол тайны, он несколько раз приводил сюда детей.

– Пошли, что ли, твоих златопузов искать, – опасливо предложил Тео.

– Ага, пошли, – кивнула Ванесса.

И они, взявшись за руки, нерешительно двинулись вглубь.

Первые златопузы нашлись уже в третьем гроте, заметить их было просто, в темноте их брюшки и полоски на спине светились.

– Не-а, – помотала головой девочка на предложение брата остановиться здесь. – Давай еще немного пройдем вглубь.

Конечно, ей было страшно, но она думала о том, как будет рассказывать своей гувернантке об этом приключении и ей не хотелось, чтобы все было слишком просто. Тео немного подумал и нехотя согласился. Они продолжили путь. Идеальное место нашлось еще через три грота. Ванесса надела свои перчатки и быстро собрала насекомых в зачарованную банку, оторвала от стены то ли лишай, то ли мох и положила к насекомым.

– Вот и все, ждем, пока появится сок, – сказала она.

В ожидании дети расстелили одеяло, уселись на него и достали перекус.

– Ой, что-то так спать хочется, устала я, – пробормотала девочка, закрывая глаза и укладываясь на колени брату, после того, как они съели по бутерброду и выпили чай.

«Ага, отдохнем немного и в обратный путь», – подумал виконт, засыпая рядом с сестрой.

***

– Исса Анна, это исса Флора, я пригласил ее из деревни на замену иссе Келли. Вы можете возвращаться к своим подопечным, – обрадовал Анну с утра дворецкий, представляя полную женщину в годах, закутанную в шаль.

«Отлично!» – подумала женщина, вежливо раскланялась и, передав все в заботливые руки новой няни, поспешила к старшим детям.

Но детей в комнатах не оказалось. В саду, в столовой, на кухне никто их не видел. Через какое-то время слуги бегали по всему поместью и искали пропажу. Тщетно.

– Я сообщаю графу! – укоризненно сообщил дворецкий Анне.

– Поскорее, пожалуйста, – согласилась она. – Нужно организовать поиски как можно скорее еще в горах и в деревне.

Анна поднялась в комнату к детям, села на кровать и задумалась.

Потерять собственных подопечных! Где они могут быть? Сами убежали или их украли? Зачем? Как их искать? Она перевернула открытую книгу, забытую на кровати. На картинке был необычный паук – мохнатый, но лап штук десять навскидку, сверху сам серый с полосками, а низ золотистый. «Златопуз», – прочитала Анна. «Ну да, похож», – согласилась она с названием.

Пролистала несколько страниц. На каждой была картинка какого-нибудь необычного животного и пояснения, кто это и какая от него польза.

«Синеглазка, – читала Анна, глядя на помесь богомола и стрекозы с огромными фиолетовыми глазищами, – пыльца с ее крыльев избавляет от легочных расстройств… Ну да, ну да, зачихаешься до смерти и нет расстройства… Обитает в болотистой местности, хищник, питается икрой жабороссий. М-да… Прямо таки «Необыкновенные твари и места их обитания». Понятно, откуда у детей тяга ко всяким жутикам, папа-граф потакает. И чем же их заинтересовал златопуз? …сок избавляет от кожных болезней, за день способен убрать последствия младенческой сыпухи.. Что за бред? Они же в это всерьез не поверили? Водится в горах, предпочитая селиться во влажных пещерах… Нет, только не это! Они не могли в это поверить!»

Но Анна уже поняла, что могли. Она помнила свой рассказ о том, как дети ее отряда нашли пещеру и тогда Ванесса радостно сообщила, что у них тут недалеко тоже есть пещера, но там сыро, поэтому они туда не ходят.

Она поспешила спуститься к дворецкому.

– Мне кажется, я знаю, куда могли пойти дети. Здесь неподалеку есть пещера, если мне кто-то покажет дорогу, я отправлюсь за ними! – убежденно заявила она.

– Я покажу вам дорогу, исса Анна. – В дверях стоял граф Саккирел собственной персоной. – Только поясните, почему вы решили, что дети именно там?

Анна протянула ему книгу. Граф хмыкнул и велел собираться.

***

Анна и Даниель поднимались по утоптанной тропинке в горы. Граф взял с собой наплечный мешок, Анне же он ничего нести не позволил. Граф Саккирел вообще предлагал ей остаться, говоря, что прекрасно знает, где находится пещера, и сам приведет детей домой. Но Анна, чувствуя свою ответственность, настаивала. Тогда ей подобрали брюки, рубашку, куртку и сапожки, граф укоризненно напомнил, что следует сообщать о своих нуждах, и они выдвинулись в путь.

– Вы так спокойны, лорд Даниель. – спустя какое-то время сказала Анна, не выдержав тишины.

– Пещера безопасна, дети ее неплохо знают, в ней есть вода, можно найти и еду. К тому же я чувствую, что с детьми все в порядке, – ответил граф Саккирел, подстраиваясь под шаг своей спутницы. Его удивило, что она хромает, но двигается достаточно быстро. “Точно, братья же говорили про то, что встретили ее в походе.

– Тогда почему вы здесь? Как же ваши неотложные дела, ради которых вы так спешно уехали?

Граф недовольно взглянул на девушку.

– Может быть, потому что мои дети пропали из-за того, что их гувернантка недосмотрела?

Анна обиженно отвернулась. «Или потому что труп вы уже припрятали! Или братьев отправили? Ох, не стоило мне с ним в пещеру идти, ох, не стоило!» – думала она.

– Мы нашли кое-что необычное, – внезапно начал рассказывать граф Даниель, – и повезли в столицу. На половине пути меня догнал вестник, Николас писал, что заболели близнецы, а у целителя почему-то не нашлось лекарства. Джон и Нирт продолжат путь, а я решил вернуться. И, как оказалось, не зря.

– Вы же не думаете, что близнецов отравили? Доктор сказал, что у них просто какая-то младенческая болезнь!

– Разумеется, я так не думаю, исса Анна. Вот наша пещера, – граф показал на темный зев входа, – мы пришли.

Потеряшки нашлись спустя несколько гротов. Они сладко спали, прижавшись друг к другу, и на приход взрослых не реагировали. Рядом стояла какая-то банка и чуть светилась в темноте.

«Светлячков наловили?» – подумала Анна, подходя к детям. Она осторожно отодвинула банку и слегка потрепала мальчика за плечо.

– Тео, просыпайся, Тео, – позвала она.

Мальчик не реагировал.

Анна обернулась на графа, тот, хмурясь, рассматривал фляжку, что лежала рядом с детьми.

– Их опоили. В чае сонное зелье, – сказал граф.

«Чего? Какое еще зелье?» – успела подумать Анна, прежде чем раздался оглушающий грохот. Анна бросилась к детям.

Когда рассеялась поднявшаяся пыль, Анна обнаружила, что она прикрывает собой детей, а граф ее. На миг ей даже почудилось, что над ними раскинулся и слегка мерцает купол из золотистых искорок, Анна тряхнула головой и видение пропало.

– Что это, – пролепетала Анна, оглядываясь, хотя в общем-то догадалась, что произошло.

– Обвал, пойду осмотрюсь. Оставайтесь на месте.

Граф внимательно оглядел свод, подсвечивая себе фонариком, удовлетворенно кивнул и пошел назад, оставив свет женщине. Она еще немного поумилялась на необычный шарообразный свет фонарика и принялась будить подопечных. Но дети не просыпались.

– Не получается? – раздалось рядом.

Женщина вздрогнула (“Зачем так бесшумно подкрадываться?”) и помотала головой.

– Подвиньтесь.

Мужчина присел рядом, скинул с плеча сумку-мешок, порылся в ней и вытащил два пузырька.

– Давайте я помогу, что мне делать? – спросила Анна. Сидеть и просто ждать для нее было невыносимо.

– Придержите голову, надо дать лекарство.

Анна приподняла голову Тео и разместила ее у себя на коленях, чтобы граф мог напоить сына. Тот зубами вынул пробку и поднес пузырек ко рту мальчика.

– Запрокиньте ему немного голову. Да, вот так. – Граф влил немного в рот парня.

Затем открыл второй пузырек и поднес его к носу. Тео вздохнул и открыл глаза.

– Ванесса? – первое, что спросил он.

Потом увидел отца с гувернанткой.

– Несси, что с ней? Отец? Почему вы здесь? – Тео непонимающе крутил головой.

– Спит, – коротко бросил граф сыну. – Мне напомнить тебе, что не следует пить незнакомые жидкости?

– Виноват. Больше не повторится. – Мальчик не стал оправдываться, он сел и с беспокойством смотрел на сестру.

– Исса Анна, давайте все то же самое, – мужчина кивнул на дочь.

Девочку Анна усадила себе на колени, чтобы удобнее было приводить ее в чувство. Процедуру повторили – снова что-то влили в рот и что-то дали вдохнуть. Анна для себя решила, что, видимо во втором пузырьке нашатырь.

– Папа! Тео! – Ванесса открыла глаза и обрадовано обняла мужчин.

Анне стало немного грустно, она почувствовала себя лишней.

– А что случилось? – спросила непоседа, полностью придя в себя и оглядываясь. – Почему вы здесь? О, златопузы дали много сока, теперь Тая и Мар выздоровеют и будут играть с нами! – Она схватила банку.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

«Златопузы? Сок? Девочка, видимо, бредит! Ох, малышка!»

Анна прижала девчушку к себе и погладила по волосам. Девочка тут же переключилась на нее.

– Исса Анна! Вы ведь разрешите нам играть с близнецами?

– Конечно, Ванесса. Но ведь не только от меня это зависит.

Анна вообще не могла понять, с чего у девочки возник такой вопрос – им что, запрещают общаться с младшими детьми? Неужели их отец такой деспот?

– Отец? – маленькая виконтесса требовательно уставилась на графа.

– Играйте, – махнул он рукой. – Но сначала нам надо выбраться отсюда.

– Мы сможем вернуться назад? Сильно все завалило? – Анне не нравилась пещера, ее серость и сырость, ей очень хотелось на свет.

– Обвал три грота назад. Обратной дороги нет. – Спокойно ответил граф Даниель.

– Что нам делать? – Анна растерянно смотрела на мужчину.

– Пойдем вперед. – Граф поднялся и прошелся немного по гроту, подсвечивая себе необычным фонариком.

– Нет, это неправильно! – возразила Анна. – Надо остаться на месте, нас обязательно будут искать.

– Угу. И неизвестно, кто найдет… – граф Даниель был угрюм и думал о своем. – Дети, исса Анна права, в следующий раз оставайтесь на месте, но сейчас пойдем вперед.

– Вы знаете где выход! – догадалась Анна.

– Предполагаю. И надеюсь, что мы его найдем.

Граф Саккирел взял из рук дочери банку со светлячками и бережно убрал все в тот же мешок. Дети тоже собрали все вещи и тронулись в путь. Мужчина шел первый, подсвечивая путь. Анна не видела самого фонарика, но свет в форме шара ей очень понравился. «А шотландцы те еще затейники! Или это все-таки китайцы придумали? Спрошу и закажу себе такой же. Буду всем говорить, что умею магические шары делать. Четвертый отряд оценил бы… И можно было бы шоу сделать…» Она погрузилась в свои мысли, размышляя, как бы она смогла использовать необычный фонарик.

Даниеля же тревожили мысли о том, было ли произошедшее случайностью. Сонное зелье в питье, обвал, и если бы дети не прошли дальше вглубь пещеры… И какая роль во всем этом гувернантки? Он бы и расспросил обо всем детей, но не при ней же.

Тео ругал себя. Не надо было соглашаться на эту авантюру! Он подверг сестру опасности. Из-за его глупости и жажды произвести впечатление они здесь. Он не достоин быть наследником. Когда они выйдут, он сам попросит отца отправить его в кадетский корпус. А Ванесса… Ванесса останется с гувернанткой, они ладят, а он больше не будет вмешиваться. И отец, он тоже может сам решать, на ком ему жениться. Алессия, так Алессия. Тео заберет Ванессу к себе, как только станет взрослым. Вот мелких жалко…

Тео, идущий замыкающим их небольшой процессии, сам не заметил, как начал шмыгать носом.

– Так, стоп, нам нужен привал! – внезапно раздался голос гувернантки.

Все остановились и удивленно уставились на женщину.

– Простите, исса Анна, я не подумал, что вам тяжело. Здесь после поворота будет удобное место для отдыха. – сказал граф, мысленно ругая себя за невнимательность.

«Чурбан бесчувственный!» – Анна злилась. Нет, ей и правда непросто давалась путешествие по пещере, тропа была усеяна камнями, она петляла, огибая валуны, местами приходилось наклоняться, где-то пробираться боком, но в целом ничего особо сложного. Злило ее то, что граф не замечал, как расстроен Тео. А тот уже практически всхлипывал, и Анну это беспокоило. И она запросила привал.

– Давайте поговорим! – сказала она, когда они все устроились на камнях. – Мне одной кажется все это странным?

– Что именно? – без особого интереса осведомился граф.

– Все это – Анна обвела руками грот. – Тео, Ванесса, вы ведь пошли сюда искать лекарство для близнецов, так? – спросила она, обращаясь к детям.

Те кивнули.

– А кто вас надоумил? – задала она следующий вопрос.

– Никто! Я сама придумала, – горячо заговорила девочка. – Я в книжке видела, что надо сок и вспомнила про пещеру. Ты же сама недавно нам рассказывала, как с детьми в поход ходила.

Граф теперь пристально смотрел на гувернантку.

– Но это же ерунда! Как вы могли подумать, что найдете здесь каких-то волшебных пауков, сок которых вылечит малышей! Ладно, Ванесса, но ты, Тео? Вы же не могли серьезно поверить в такую выдумку? Может, кто-то подсказал вам идти сюда? – продолжала допытываться она.

– Почему выдумка? – начала было Ванесса, но ее остановил граф.

– Исса Анна, получается, что это вы подсказали детям идею с пещерой?

«Нате, здрасьте. Теперь я крайняя. Ох, как бы меня тут и не оставили. Вон как глазами-то сверкает!»

Девушка сосредоточенно кивнула и, задрав подбородок, твердо сказала:

– Да, ваша светлость! Признаюсь, я упоминала в своих рассказах пещеру. Но никак не предполагала, что дети отправятся сюда одни ночью на поиски неведомых пауков.

– Почему неведомых… – снова начала Ванесса, но так же была остановлена отцом.

– Вы недоглядели за детьми, исса Анна. И, знаете, единственное, что меня радует – то, что вы находите это странным, а не привычным.

– Вы, совершенно правы, Лорд Саккирел. Это полностью моя вина, что дети оказались здесь, и я готова понести наказание. – Анна не обратила внимания, как удивленно вскинулись на нее дети, она продолжила, не давай время графу вставить хоть слово. – Мне кажется странным тот факт, что вместо того, чтобы дождаться помощи на месте, мы уходим все глубже, как будто убегаем от кого-то…

Она замолчала, сама осознавая, что только что сказала. И продолжила уже совсем тихо и неуверенно:

– И поэтому возникает вопрос – а был ли обвал случайным?

– Я бегу? Что за глупости, исса Анна? Вы обвиняете меня в трусости? – граф насмешливо выгнул бровь.

– Ни в коем случае, ваша светлость. Прошу прощения, просто я немного нервничаю из-за этой ситуации.

Граф хмыкнул и отвернулся с видом победителя.

«Сноб!» – подумала женщина и тоже отвернулась, чтобы обратиться к виконту:

– Тео, прости, что накинулась, на самом деле твой вины здесь нет. Я уверена, что вас спровоцировали на ночную вылазку и мне хочется понять – кто и зачем.

Анна и сама не знала, откуда эта убежденность, но говорила именно то, что думает.

– Нет, исса Анна, мы сами решили. Маленьких было жалко, а пещера близко и знаем мы ее неплохо, риска не было.

– Тео, солнышко, лечением должны заниматься доктора, тем более что здесь, простая… – «ветрянка» хотела сказать Анна, но слово выскочило у нее из головы, хотя до этого так и крутилось на языке, – … сыпуха, – закончила она.

Анна замолчала и задумалась. «Все же странно, а почему им не дали таблеток? Какие-то примочки… Нельзя, наверное, слабенькие они очень для своего возраста! А старшие так переживают за младших, даже ночью в поход сорвались, не побоялись».

– Хотя не часто встретишь такую самоотверженность со стороны старших, – продолжила беспечно болтать она, видя как граф недовольно хмурится, собираясь задать взбучку своему отпрыску. – Часто старшие ревнуют родителей и воюют за их внимание с малышами. Я считаю, что в чем-то вы поступили благородно, и я бы гордилась, если бы у меня были такие дети!

Анна из всех сил старалась переключить недовольство графа и ей это удалось. Все семейство с интересом посмотрело на гувернантку.

– Наверное, нам пора идти дальше? – невинно поинтересовалась она. – Я уже отдохнула, спасибо огромное. Тео, поможешь встать? – и она протянула парню руку.

Тот машинально кивнул и подхватил женщину. Граф скатал одеяло и сунул его в мешок.

«Безразмерный он какой-то, – проводила Анна взглядом ношу графа, – прямо как у Гермионы Грейнджер». Настроение при воспоминании о героине саги поднялось. Она принялась фантазировать о том, как бы поступила любимая героиня, окажись она на ее месте, и это помогало ей бодро шагать вслед за графским семейством.

Замечтавшись, она столкнулась с внезапно остановившемся Тео. Мальчик невольно толкнул сестру, а она в свою очередь графа. Последний недовольно обернулся.

– Здесь течет ручей, и нам надо перебраться на другую сторону – сказал он.

Оказалось, что они вошли в очередной грот, по которому текла небольшая река, и столпились на берегу. Зазевавшись, Анна чуть было не отправила впереди стоящего графа купаться.

Анна поежилась. Она была уверена, что «ручей» холодный, и ей категорически не хотелось в него лезть.

– Здесь сильное течение, я перенесу вас по одному. Тео, держи, – граф протянул сыну сумку и начал раздеваться.

«Черт! Черт! Черт! – думала Анна, не в силах отвернуться, – не смотри, дура, слюной захлебнешься!!!»

В неярком свете чудо-фонарика граф был великолепен – подтянутое тело, широкий разворот плеч, рельеф мышц, полоска волос, уходящая в… Анна все таки отвернулась. Краска смущения залила лицо – вспомнились их недолгие объятия, и желание снова всколыхнулось внутри. «Нет, не сейчас, я подумаю о нем потом. Например, когда вернусь домой! Вот тогда буду вспоминать и всем рассказывать, как меня носил на руках шикарный мужик!» С трудом, но ей удалось утихомирить гормоны, она задышала спокойнее. Граф в это время перенес на другой берег Ванессу и, идя по пояс в воде, возвращался за Тео.

– Я сам! – заявил виконт.

– Хорошо, неожиданно для Анны согласился граф. – Подожди меня здесь, я помогу. Исса Анна, – обратился к женщине, – идите ко мне.

Анна застыла. Нет, она предполагала, что сейчас ее возьмут на ручки, но готова к этому все равно не была.

– Ну же, исса Анна, смелее. Или вы шустрая только на язычок? – подначивал ее граф, подходя вплотную к берегу.

И в этой фразе Анна уловила двойной смысл. Нет, она не считала себя испорченной, но эти струйки воды, сбегающие по плечам, по груди, по животу, по… Ох, туда не смотреть! Не смотреть, я сказала!!! А граф встал прямо перед нею и раскинул руки, приглашая в объятия.

Анна зажмурилась и шагнула навстречу.

Она услышала тихий смех и почувствовала, как ее подхватывают на руки. Также, не открывая глаз, она покрепче ухватила графа за шею.

– Я смотрю, вы готовы задушить меня в объятиях, – прошептал ей мужчина прямо в ухо.

Близко, слишком близко! Женщина снова залилась краской. Но теперь ее охватил не любовный экстаз, а здоровая злость. О, да! Придушить этого сноба – отличная идея. Жаль, что неосуществимая…

Анна открыла глаза, только когда ее поставили на ноги.

– Благодарю, ваша светлость, – пробормотала Анна и поймала себя на желание отвесить реверанс. Ага, щаз!!! Она поспешила отойти к Ванессе.

– Ты как? – спросила она девочку.

Та сидела на одеяле, о чем-то раздумывая, а над ней завис шар света. Анна принялась оглядываться вокруг, ища необычный фонарик.

– Исса Анна, а у вас есть муж или жених?

Внезапный вопрос заставил Анну забыть о своем поиске и присесть рядом с девочкой.

– Нет, Ванесса, ни мужа, ни жениха у меня нет. – Она обняла малышку за плечи и прижала к себе. – И вряд ли будет, – тихонько пробормотала она себе под нос.

Вопрос подопечной вернул мысли Анны в прошлое.

Когда она узнала, что беременна, поспешила обрадовать своего Женю. И он предложил подать заявление и съехаться. Они долго искали и, наконец, нашли подходящую квартиру – небольшую и запущенную, но недорогую и недалеко от Жениной работы. Месяц они делали ремонт и приводили ее в порядок. И вот, их уютное гнездышко почти готово. В тот день они подали заявление в ЗАГСе и заехали на рынок. Женя был за рулем взятой у отца машины, а она сидела рядом, держала в руках только что купленный плафон для люстры, сзади лежали шторы, пледы, подушки, смешной пушистый коврик для ванной… Анна мечтала, как будет наводить уют и начнет вот с этого красивого плафона, он был последний и пришлось брать его без коробки, зато им сделали скидку. Визг тормозов, слепящий свет встречных фар. Анна пыталась сжаться, спрятаться за плафоном. Они летят с дороги. Удар. Рой кусачих пчел впивается ей в щеку, в шею. Кажется, земля и небо меняются местами. Темнота. Боль, темнота, боль. Вой сирен. И внезапно – старуха гадалка – грозит клюкой, сама так близко – шепчет прямо в лицо: «Дура! Тебе же сказано, нет тебе судьбы на этом свете! Сама чуть не сгинула и другую жизнь сгубила!» Она замахивается клюкой… Снова боль и темнота меняют друг друга… «Сгубила, – думает в бреду Анна. – Из-за меня он погиб!»

– Я согласна… и на тот свет… за любимым… – упрямо шепчет она.

– Будь по-твоему, – старуха смеется хриплым, лающим смехом.

И снова – боль, а следом спасительная темнота.

Когда Анна узнала, что с женихом все в порядке, она обрадовалась и думать забыла о своих бредовых видениях, решив, чего только с испугу ни примерещится. Затем ей сообщили, что рожать ей не придется. Вот тогда она и поняла, чью жизнь сгубила. Когда ей сообщили, что она, возможно, не сможет ходить, она решила, что это ничтожное наказание за ее легкомысленность. Но врачи сделали невозможное – операция, еще одна. Ей вправляли позвоночник, что-то сращивали. Ногу ей собирали чуть ли не по кусочкам и поражались тому, как хорошо на ней все срастается. Но ее это уже не волновало. Когда жених сообщил ей, что они расстаются, то она восприняла это как закономерный итог. Все потеряло смысл. Сколько времени она провела в больнице, пока училась ходить заново, а потом в маленькой съемной комнате у бабы Мани, которая пожалела “дуру-девку” и притащила к себе, Анна не считала.

Она пряталась от мира и винила себя в том, что случилось. Старинная трость с вычурным набалдашником, оставшаяся от мужа бабы Мани, стала ей единственной спутницей.

Но время шло, и однажды кто-то из коллег привел ее в детский клуб. Работа с детьми на время возвращала ее к жизни. Ради них она вставала по утрам. Ради «своих звездочек» она начала выходить к людям. Чтобы не шокировать своих юных учеников и их родителей, она взялась за себя и сделала каре, позволяющее прикрывать шрамы. Единственное, чего в ее жизни больше не было – это мужчин. Она и думать о них забыла, не замечала чужого интереса. Анна смирилась со своей судьбой старой девы, приняла ее, а тут такое…

Граф Даниель с сыном присоединились к их задумчивой компании. Присели, обтерлись одеялами.

«Откуда они их только берут, – отстраненно подумала Анна, все еще погруженная в свои мысли. – И не замерзли даже… Вода не холодная?» Граф между тем раздал всем бутерброды и сообщил, что они почти пришли. Анна старательно отводила глаза от крепкого мужского тела, впрочем не забывала благодарить за заботу.

В воздухе висело непонятное напряжение, каждый думал о чем-то своем и не спешил делиться мыслями. Так, в молчании они и двинулись дальше.