Госпожа для эльфа

40. Внезапная болезнь

Катерина с головой ушла в работу. С момента возвращения из деревни прошло уже три недели. Последняя выдалась особенно сложной: ее присутствия затребовали на переговорах в соседней области. Отказаться не удалось, даже сославшись на то, что не с кем оставить дочь, — директор был непреклонен. Мари отпустила мать заверив ее, что будет умницей.

Переговоры шли уже четвертый день, бизнесмены оккупировали одну из лучших гостиниц города. По конференцзалам сновали собственники бизнеса, иностранные партнеры, свора адвокатов и юристов, четыре переводчика. Наконец, достигли договоренностей, подписание контракта и банкет по этому поводу были запланированы на следующий день, все нюансы обговорены.

Вечером накануне решающей сделки Катерине резко стало плохо. Разрывающая головная боль, лихорадка, тошнота. Она даже не могла встать с постели, еле смогла позвонить коллеге Татьяне, которая также сопровождала эту сделку. Та, придя в номер и оценив ситуацию, быстро переговорив с шефом по телефону сообщила:

— Сделка почти закрыта, завтра нам не нужно будет так много переводчиков, часть адвокатов уже уехала, я справлюсь. Ехать домой в таком состоянии у тебя не получится. Босс продлил тебе гостиничный номер еще на три дня за счет фирмы, лекарства я куплю, еду будут приносить прямо сюда. Отлежишься и спокойно вернешься домой. Ты молодец, справилась. Позвони, если что-то еще будет нужно.

Татьяна ушла, а Катерина даже сесть не смогла, лишь застонала и откинулась на подушки. От жалости к себе она даже заплакала, а затем провалилась в сон. Она все глубже погружалась в бездну лихорадки. У неё был жар, боль выкручивала все жилы. Каждый вдох давался с трудом, обжигая легкие.

Находясь в таком состоянии, Катерина потеряла счет времени. Она не знала, день сейчас или ночь, но один момент почувствовала даже сквозь лихорадку и боль. Находясь на грани сознания, она ощутила, как прохладные губы легли на её лоб, и ей сразу стало легче. Волна умиротворения прошла по всему телу.

В течение многих часов девушка то просыпалась, то снова проваливалась в бессознательно состояние. Заботливые сильные руки неустанно поддерживали её, подносили ей воды и лекарства, переворачивали, обтирали лицо и руки влажной тканью. Открыть глаза и посмотреть на своего спасителя она не могла, так как даже самый тонкий лучик света причинял мучительную боль, словно хотел выжечь ее глаза.

Очнулась Катерина ночью. Было темно, на лбу лежало мокрое полотенце. Девушка со стоном приоткрыла глаза. На другой половине кровати дремал Елисей. Кажется, он уснул сидя, привалившись к спинке кровати. Он свесил на плечо голову, а его светлые волосы закрыли лицо. Первая мысль Катерины была о том, что сцена в номере была как в тот день, когда состоялась их первая встреча, только сейчас они поменялись местами.

Девушка не стала будить Елисея. Она попыталась как можно незаметнее выскользнуть в туалет, где оглянула свое бледное отражение с черными кругами под глазами и свалявшимися нечёсаными волосами. Вернувшись в комнату, она налила себе стакан воды и забралась в кровать, потратив на эту небольшую прогулку почти все свои силы.

Когда Катерина ложилась в кровать, то все-таки разбудила эльфа. Выглядел он очень уставшим, но поняв, что больная пришла в себя, лишь счастливо улыбнулся, а затем притянул её к себе.

— Как ты меня нашел? — спросила Катерина.

— Поставил на твой телефон программу для определения геолокации. Когда ты больше суток не выходила на связь, то связался с твоей дочерью, она сказала, где ты, — Елисей нежно поцеловал Катерину в лоб, провел рукой по волосам.

Кажется, она должна была разозлиться на такую вольность, но это была именно та инициатива, которой девушка ждала от своего эльфа. А потому она просто прижалась к нему поближе и закрыла глаза.

— Отдыхай, тебе нужно набираться сил. Я буду рядом с тобой. Всегда. Ты спи, а я буду охранять твой сон — шепчет Елисей на ухо девушке, и та снова засыпает.