Жених, найди мне жениха

1. Не целуйтесь, девки, с кем попало!

Я с трудом открыла дверь и снова громко чихнула, врываясь в теплоту дома.

— Я вернулась! — возвестила я о своем прибытии, сбрасывая сумку и тубус с плеча.

— Наконец-то, — из гостиной показалась моя молодящаяся бабуля с бокалом вина вместо кастрюли с супом и с россыпью озорных кудряшек вместо платка с росписью. Нина Александровна Орлова никак не вязалась с устоявшимся образом бабушки, но при этом жутко гордилась своим статусом и очень любила хвастаться тем, что у нее, такой молодой красавицы, имелась внучка.

— Кажется, я простыла, — пожаловалась я, пристраивая зонт в углу.

— Ничего удивительного. Такой сильный дождь на улице. Промокла? — поинтересовалась моя любимая и единственная родственница, отпивая из бокала.

— Насквозь, — подтвердила я, снимая куртку и скидывая любимые ботильоны на высоком каблуке. — С Лизой после урока с детками решили заскочить в клуб, потанцевать. И там мне вдруг стало нехорошо, какую-то заразу подхватила, видимо, от детей.

— Да, выглядишь ты больной, — согласилась бабуля, озабоченно разглядывая мое лицо.

Я тоже повернулась к зеркалу и увидела картину: «заболевающая роковая красотка». «Роковатости» моей внешности придавали копна густых черных кудрей, красная помада на пухлых губах и большие глаза с длинными ресницами как у куклы. А «заболеваемости» — красный нос, не здоровый румянец и покрасневшие глаза.

— Черт, мне нельзя болеть, — прорычала я, растирая и без того красные щеки, к которым даже прикасаться было больно. — Ко мне завтра Карина придет, мы готовим работу на конкурс талантов. И первоклашек целых три класса в расписании! Еще мою «Лагуну» надо заканчивать!

Бабуля неодобрительно поцокала языком над списком моих дел.

— Лучше бы ты на свидание сходила! — возмутилась она, провожая меня взглядом до лестницы.

— Еще чего не хватало! — фыркнула я, поднимаясь на второй этаж, и помахала бабушке рукой, не оборачиваясь. — Не увлекайся вином, дорогая! И спокойной ночи!

— Спокойной, спокойной! — откликнулась бабуля, а я тем временем достигла второго этажа и поскорее скрылась в своей комнате, на ходу расстегивая шелковую блузу с воланами на груди.

Приняв душ и переодевшись, я залезла под одеяло и тут же провалилась в беспокойный сон, в котором на меня нападали пауки и опутывали своими паутинами. Я металась из стороны в сторону, но не могла выбраться из кокона, и, в конце концов, упала с постели.

— Черт! — выругалась я, ударившись об пол затылком и правым боком. Все тело болело так, будто я вчера весь день не рисовала и проводила уроки для младшеклассников, а тягала гири в тренажерном зале. Продолжая чертыхаться, попробовала выбрать из кокона одеяла, которое во сне, видимо, и олицетворяло собой паутину, но вскоре поняла, что паутиной из сна оказались мои собственные волосы.

Они были повсюду, оплетали мое тело, а стоило за них дернуть, как тут же вспыхивала болью кожа головы. Паника во мне возникла со второй попытки выбраться из длинных пут, которые тянулись от моей головы и заканчивались на кровати. Прорвалась же паника наружу криком, когда я вскочила на ноги, допрыгала до зеркала и увидела себя, все такую же молодую красавицу с длиннющими седеющими на глазах волосами!

— Баба! — заорала я что есть мочи, все-таки выбираясь из кокона волос, откидывая их за спину и бросаясь к двери.

— Что такое?! — столкнулась я с бабулей около лестницы. Увидев меня, она тоже охнула и схватилась за сердце.

— Ну ты горазда пугать с самого утра! — немного отдышавшись, проворчала она. — Умоляю, скажи, что это парик?

— Какой парик! — заорала я. — Я седая! Седая! Надо срочно звонить Виктору Владимировичу! Я чем-то заболела! — вскрикнула я, пытаясь найти произошедшему логическое объяснение. Сейчас вызовем нашего семейного врача, он возьмет пару анализов, пропишет мне таблеток или уколов и все станет как прежде! Хотя даже мне в это не верилось.

Благодаря наследству моих родителей ни я, ни бабуля не переживали о будущем и ни в чем себе не отказывали в настоящем, полностью уделяя себя любимым вещам: я хамила всем, кому только могла, рисовала и обучала этому деток, а бабуля обожала всех, кого только могла, пила вино и посещала салоны красоты и магазины.

У нас был и собственный дом, и несколько квартир, и солидный счет в банках, и даже личный врач, но что-то мне подсказывало, что в этот раз деньги не решат мою проблему со здоровьем.

— Это преждевременная старость?! — в ужасе спрашивала я у своего отражения, остановившись около зеркала в прихожей. — О преждевременной старости я хотя бы слышала… но, чтобы волосы отрастали до пола за восемь часов — нет!

— Вася, успокойся, — теперь и голос бабули звучал обеспокоенно. Она бегала вокруг меня, пытаясь заглянуть мне в лицо, но я упрямо уворачивалась. — Да посмотри же ты на меня! — возмутилась она, в конце концов, и, схватив за плечи, повернула к себе.

Я замерла, глядя на нее и надеясь, что сейчас она найдет объяснение тому, что мои волосы так кардинально поменялись за одну ночь.

— Кошмар какой, — прошептала она, широко раскрытыми глазами, оглядывая мои волосы, которые, кажется, продолжали тускнеть и шевелиться у меня на голове. — Ты с кем вчера целовалась, глупая?

— Ты думаешь, он меня заразил чем-то? — ахнула я, испытывая острое желание поскорее прополоскать рот водкой и совершенно не замечая того, что бабуля по моим волосам мгновенно поняла, что я вчера с кем-то целовалась.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Так с кем? — спросила она, бросаясь к двери и запирая ее на все замки, которыми мы обычно редко пользовались, и тут же набирая номер охраны, которая была расставлена по периметру особняка.

Моя бабуля всегда отличалась мнительностью и поэтому со всех сторон нашу крепость охраняли и люди, и приборы. Она даже не разрешила сделать стеклянные двери на лоджию, чего я очень хотела. По ее разумению, двое одиноких девушек, да-да двое, должны особенно заботиться о своей безопасности.

— Алеша, у нас ЧП. Ждем незваных гостей. Собери своих мальчиков, будьте наготове, — скомандовала паникерша под моим недоумевающим взглядом и при ошарашенном молчании Алеши.

— Бабуля, ты что делаешь?! — возмутилась я. — Виктору Владимировичу надо звонить, а не охране! Я больна!

— Ты больна на голову! — огрызнулась Нина Александровна, поспешно семеня обратно к лестнице и запахивая полы длинного халата. — Я тебе говорила: найди себе обычного, нормального парня, а не лобызайся черт знает с кем, черт знает где!

— Да это был невинный поцелуй в щеку! — возмутилась я, следуя за бабулей и подбирая свою гриву волос, чтобы ни обо что не зацепиться. Решила умолчать о том, что невинный поцелуй был чуть более страстным обычного чмока. Ну или просто более страстным. — От поцелуев на утро Рапунцелями никто не просыпается! — возмутилась я.

— В нашей семье просыпаются, — возразила бабушка, направляясь к своей комнате.

— Что это значит? Бабуля! — я ворвалась следом за ней, сбросила все гнездо своих волос ей на кровать и уселась рядом, пока Нина Александровна поспешно набирала код на двери сейфа. — Ты объяснишься?

— Лучше ты объясни с кем вчера целовалась!

— Да с красавчиком каким-то.

— Ну хорошо, что хоть не с красавицей! — поцокала языком бабуля. — С кем именно?

— Да не знаю я! Мы станцевали одну композицию, потом у меня разыгралась простуда, он поспешно свалил из клуба, да и мы с Лизой там не задержались. Все, конец.

— Не конец, а начало, — возразила Нина Александровна, — потому что на утро ты проснулась с длинными волосами, которые меняют цвет прямо на глазах!

— Все-таки эта тварь меня чем-то заразила, — подвела я итог, поворачивая голову и встречаясь взглядом со своим отражением, волосы которого и правда продолжали менять цвет, становясь теперь от серых блондинистыми.

— Он за тобой последовал? — спросила бабуля, открывая сейф и доставая оттуда какой-то пульт, на котором также набрала комбинацию цифр.

— Нет, зажал свой рот, будто его сейчас вырвет, и убежал. Видимо, выпил прилично, побежал блевать, — поморщилась я. — Испортил о себе все впечатление, урод… Или все-таки больной был и меня заразил… — размышляла я. — Он блондин. Вернее, мне так показалось в свете прожекторов, а, может, тоже седой? Нет, надо звонить срочно врачу.

— Сидеть! — прикрикнула на меня бабуля, хотя я и привстать еще не успела. — Тебе врач уже не поможет. Это был Дракон, и он зажег тебя по незнанию, видимо, а потом срочно сбежал в Иралий, потому что пламя рвалось на свободу.

В комнате повисла тишина, когда бабуля стояла напротив меня с грозным видом, уперев руки в бока, а я сидела напротив нее, не зная то ли смеяться, то ли плакать.

— Прости, не поняла. Что там с Израилем? — переспросила я настороженно.

— Иралием, Вася, — повторила бабуля терпеливо.

— Это что? Город?

— Это мир, очень тесно связанный с Землей. Там живут Драконы.

Я покивала и все также настороженно поинтересовалась:

— Ты что ли уже с утра пила? Ты же обещала так не делать!

— А ты обещала выйти замуж!

— Сумасшедшая, — покачала я головой и поднялась с постели. — Ложись отсыпаться, я сама о своем здоровье побеспокоюсь.

Бабуля махнула мне вслед рукой и, судя по тому, как продолжила греметь в комнате, спать не собиралась. Я же вернулась в прихожую и, найдя сумку с телефоном, все-таки созвонилась с врачом, после чего ушла к себе в комнату переодеваться и расчесывать выцветающий ком своих волос. Это у меня заняло не мало времени, за которое волосы совсем выцвели и начали переливаться, будто серебром. Когда прозвенел звонок от охраны, я смогла, наконец, кое-как причесаться и убрать волосы в приличной толщины косу до пят.

— Это кто? — выскочила из своей комнаты бабуля, когда я спускалась, придерживая волосы, чтобы открыть дверь врачу.

— Виктор Владимирович, — ответила я.

— Это хорошо, — кивнула бабуля и тоже спустилась вниз дожидаться врача. Я подозрительно на нее глянула, оценивая: может, ей доктор нужен больше, чем мне.

Однако, когда седовласый мужчина в очках зашел в дом, я решила, что доктор тут нужен и ему тоже.

— Зажглась! — то ли в восхищении, то ли в ужасе прошептал он, застыв на пороге.

— Если сейчас последует какая-то ересь про Драконов, вы уволены, — пригрозила я, сложив руки на груди.

— Витя, это моя вина! — кинулась к мужчине бабушка. — Не уследила! Добрались до нее и здесь! Что я скажу дочери, если ее эти твари сожрут?!

— Успокойся, Нина. Нужно поскорее ее отсюда вывезти. Пока вас не нашли. Чудо, что ей удалось сбежать от него!

— Да, повезло, — согласилась бабушка и, если бы была верующей, еще бы и перекрестилась. — Но куда бежать? В Иралий? Там эти рептилии на каждом шагу рыщут!

— Царь сможет защитить дочь, — возразил мужчина.

Слушая их разговор, я отступала вглубь дома. Бежать, бежать надо от этих психов! И именно с этой мыслью я схватила сумки, всунула ноги в ботильоны и поспешила на выход, расталкивая их в стороны и не слушая очередной бред про опасность, Драконов и другие миры. Мне казалось, что я проснулась в сумасшедшем доме и мне срочно необходимо было попасть в нормальное, адекватное общество с врачами, диагнозами и уколами. Черт возьми, да за сегодняшнее утро я практически влюбилась в мысль об уколах!

Но мне не удалось добежать даже до гаража, где была припаркована моя машина. Сначала я услышала грохот и крики у ворот, а следом на лужайку перед домом въехало четыре внедорожника. И один из них на всей скорости помчался на меня. Я застыла памятником самой себе, молясь, чтобы моя смерть была безболезненной, но в этот момент второй внедорожник с еще одним громким ударом врезался в бок первого и отбросил его в сторону. Во все стороны полетели осколки, и я присела на месте, закрывая голову сумкой.

Очухаться у меня времени также не было, потому что из первого внедорожника тут же выскочил лысый бугай, а из второго — мой недавний знакомец. И если первый побежал ко мне, не обращая внимания на аварию, то второй и в этот раз преградил ему путь, и между ними завязалась драка, в которой, кажется, и нож блеснул!

Я, конечно, боевая девка и все такое, но не тогда, когда дело касается настоящей драки. Да, пару раз я ввязывалась в бои без правил, но первый раз был в садике с пятилетним пацаном за конфету, а второй раз — с курицей в институте, которая назвала меня шлюхой, не имея никаких на то оснований!

В этот же раз, видя, что происходит, предпочла «сделать ноги», обратно в дом, от дверей которого настойчиво орали и бабушка, и Вадим Владимирович. За мной следом, не обращая внимания на дерущихся, побежали еще пятеро мужчин, которые выбрались из двух других машин и которые, судя по всему, также были не в дружеских отношениях. Вцепившись в перцовый баллончик в кармане, я быстро перебирала ногами на каблуках, молясь, чтобы мои нетренированные ноги художницы справились с этим забегом с препятствиями.

И тут меня кто-то схватил за несчастные волосы, и я с воплем упала на спину. Хорошо хоть меня продолжали держать за волосы, и я не ударилась головой о камни, но дернули меня за косу достаточно чувствительно. И только я перестала считать звезды перед глазами, как на державшего меня кто-то напал, он отпустил мои волосы, и я все-таки упала, но уже не со всего размаха.

Слыша крики на странном языке позади себя, тут же обернулась и стала свидетельницей того, как из пасти (иначе просто не назовешь) моего вчерашнего партнера по танцам и поцелуям вырывается самое настоящее пламя! Да и сам он больше не походит на человека: волосы цвета меда темнели на глазах, кожа покрылась маленькими золотистыми чешуйками, а глаза горели будто два фитилька!

Да меня чуть на месте не вывернуло, когда я представила, что вчера позволила этой противной твари себя поцеловать!

И это я молчу о том, что пламя из его пасти было направлено на нападавшего на меня, отчего тут же запахло жженным мясом, а парень дико заорал. Как бабуля и говорила, я никогда не отличалась особым умом, потому что не придумала ничего лучше, чем встряхнуть баллончик и направить на глаза огнедышащего мутанта. Он заорал от боли, его кожа и волосы приняли обычный вид, руками он закрыл глаза и начал отступать назад, поэтому я, осмелившись, еще и каблуком ударила его по коленке. И тут же бросилась к горящему парню.

— Куртку, снимай куртку, — орала я, пытаясь повалить его на землю, как учили нас в школе на уроках по безопасности жизнедеятельности.

Мне удалось и повалить его на землю и даже стянуть горящую куртку, когда до меня донесся истошный крик бабули:

— Василиса, ты дура!!!

— Дааа! — присоединился к ней мутант, все еще топчась на месте и пытаясь слезящимися глазами хоть что-то разглядеть, но судя по тому, как он махал перед собой руками, этого ему не удавалось.

Чуть не сгоревший парень прибывал в шоке и хватался за свою руку, продолжая орать.

— Я скорую из дома вызову, не вставай, — крикнула я ему и бросилась снова к бабуле, обходя мутанта, который продолжал размахивать руками и орать:

— Не подходить! Убью! — видимо, остальные мужики ему верили, потому что к полуслепому предпочитали не приближаться. Я тоже это предпочла, поэтому проскользнула мимо, хотя он, кажется, и пытался меня поймать.

До дома оставалось бежать не далеко, поэтому уже через пару шагов за мной захлопнулась стальная дверь, за которую я теперь была благодарна бабуле, потому что драка на лужайке с участием теперь не одного, а нескольких мутантов продолжилась.

— Что это за жесть там происходит?! — заорала я что есть мочи, когда бабуля схватила меня за запястье и потянула по лестнице наверх. — Что за разборки мафии прямо у нас на крыльце?! Этот Факир огнем дышал! Он парня покалечил! Надо скорую вызвать! И спецназ! Пусть всех повяжут!

— Васюта, замолчи, — посоветовала бабуля, заталкивая меня в свою комнату, где находилось сразу трое встревоженных мужчин в костюмах из железных пластин, чем они напоминали доспехи.

— Здрасти, — застыла я на пороге, не зная, что лучше: мутанты позади или рыцари средневековья впереди. Мужики вытаращились на меня так же напугано и растеряно. Но я-то молоденькая девица и мне положено, а у них какое оправдание?

— Бабуля, в твоей комнате мужики!

— Звучит, конечно, соблазнительно, милая, но не сейчас, — отозвалась эта неправильная старушка иронично и обратилась к тройке рыцарей: — Уходим отсюда поскорее. У меня перед домом резвятся как минимум два Дракона!

Кажется, последнее для мужиков было понятнее, чем седеющая Рапунцель, потому что они тут же зашевелились, отодвинули бабулин любимый, пыльный ковер со стены и отошли в сторону, позволяя нам подойти к двери в стене.

— Это здесь откуда? — удивилась я. — Зачем тебе дверь, которая ведет в никуда? — поразилась я, потому что на тайную комнату это походило мало по причине того, что эта стена вела на улицу.

Бабуля не обратила на меня внимания, распахнула дверь в черную бесконечную пустоту, которая дыхнула нам в лицо земельным запахом и мертвецким холодом. А потом моя собственная бабушка, которая долгими вечерами встречала меня с бокалом вина и сетом заказанных ролл, толкнула меня туда. Еще и ускорения придала, ударив по месту, на котором я обычно сижу.

2. Не верьте, девки, сказкам!

Я никогда не знала куда делись мои родители: то ли они меня бросили, то ли умерли. Бабуля всегда путалась в показаниях на эту тему и в каком-то возрасте я просто перестала ее спрашивать о них. Мне и моей единственной родственницы хватало, иногда даже с лихвой. В деньгах и внимании я тоже никогда не нуждалась.

Я выросла вздорной девчонкой, которая и нахамить могла и обидеть запросто. Бабуля махала на меня рукой и говорила: перебеситься. К окончанию университета, когда весь преподавательский состав крестился, выпуская меня на волю, не перебесилась.

Людей никогда не любила, все они были лжецами и лицемерами. То ли дело дети! Наивные, честные, чудесные воробушки! Именно поэтому работать я пошла с детьми, а не с их родителями. Устроилась в художественную школу и в обычную общеобразовательную и учила детишек прекрасному, то есть вела классы ИЗО.

Рисовать я любила с детства, поэтому не обремененная думами о том, как прожить от зарплаты до зарплаты, пошла учить малышей своему увлечению. Помимо работы с детишками я готовила к открытию свою первую выставку как художника с большой буквы Х. Арендовала студию, нашла себе финансирование и даже галерею и лелеяла мечты о своем успехе, когда в порыве жаркого танца с блондинистым красавчиком мне посчастливилось обменять с ним микробами. Заразилась я так, что никому не пожелаю!

Мало того, что мои шикарные черные кудри отросли сантиметров на двадцать длиннее моего роста, приобрели холодный серебряный оттенок, который икрился, когда на него падали солнечные лучи и искусственный свет от ламп, так еще откуда ни возьмись появились предки, которые произвели меня на свет, и желали воспитывать, а также срочно выдать замуж!

— Чего? — поразилась я, стоя в огромном зале напротив пары в средневековых одежах. Женщина протянула ко мне руки в порыве обнять, но я вовремя отклонилась в сторону. Бабуля-предательница стояла рядом и обливалась слезами умиления, глядя на меня и женщину, которая была на меня похожа. — Ты окончательно свихнулась! — заявила родственнице, которую так и продолжала считать единственной. — Верните меня обратно немедленно! Меня первоклашки ждут!

— Васюта, успокойся! Сейчас все переживают, — сквозь слезы заявила бабуля, отталкивая меня в сторону и обнимая женщину намного охотнее меня. — Как же я соскучилась! — заявила она. — Доченька, что ж ты так постарела?! Совсем не следишь за собой!

— Мама, — на корявом языке ответила женщина, — а ты все такая же красавица!

— Ну это то я знаю, — отмахнулась бабуля, а я хмыкнула. Кажется характером я пошла не в родителей.

— Эй, ало! Верните меня туда, откуда взяли! Мне нужно к парикмахеру! — напомнила я о своем присутствии, угрожающе размахивая косой.

— Васюта, спрячь ты ее уже куда-нибудь. Ослепишь ведь так, — возмутилась бабуля вместе со всеми щурясь, когда на нее попадал свет, отражаемый от ламп под потолком моими волосами.

— Я сейчас не только слепить, но и убивать готова, — проворчала я, садясь на месте, где стояла и подпирая подбородок кулаком.

— Василиса, — обратилась ко мне женщина, коверкая мое имя, я подняла на нее злой взгляд. — Я так рада, что ты вернулась домой…

— Никуда я не возвращалась. Меня сюда впихнули. Мой дом в Москве! А сейчас я явно не там! — рявкнула в ответ. — Верните меня обратно, тетя!

— Василиса! — прикрикнула на меня бабуля. — Я тебя не так воспитывала!

— Ты меня вообще никак не воспитывала!

— Вася!

— Баба!

— Какая я тебе «баба»?

— Ну не «дела» ведь!!! — я снова вскочила на ноги. — Давайте уже рассказывайте свою душещипательную историю про то, как кинули ребенка, как скучали по нему, а потом побыстрее переходите к той части, в которой рассказываете этому ребенку, как ему вас не видеть еще лет шестьдесят как минимум! И не забудьте упомянуть про мои волосы и мутантов на лужайке!

Перешли сразу к мутантам на лужайке, проигнорировав мой план рассказа. Эта троица, которая настойчиво называла себя моей родней, уверяла, что я — уроженка Ираля, мира, где живут Драконы бок о бок с людьми. Так же они заверили, что воин, убивающий змея на пятидесяти копеечной монетке, не миф, а вполне себе имеющий быть персонаж. А также, что легенды про то, как девушек отдавали на съедение огнедышащим ящерам, тоже не совсем миф.

Они уверяли, что Драконы вполне себе мирные существа и долгое время живут в мире и ладу с людьми. Вот только изредка в людском племени на земле Ираля рождаются особые девушки, которых принято называть Искрами или Звездами. У этих девушек при достижении ими определенного возраста волосы начинают светиться серебром или золотом и своим сиянием привлекают Драконов не хуже золота, которое те обожают.

Сами по себе эти девушки ничем от обычных не отличаются кроме цвета волос, но для Драконов имеют особую ценность, так как могут наделять их Силой и Властью, могут разжечь Огонь даже в старом Драконе. Для получения же этой силы всего-то необходимо эту красавицу проглотить, ну либо жениться на ней и оберегать, чтобы ее не стащил другой. Ну и понятно, обычно выбирают первый вариант. Менее энергозатратный, я полагаю. Ам и все — ты великий и ужасный. А если окольцуешь, то она тебе мало того, что плешь проест, так еще и беречь ее придется от остальных жаждущих Силы да Власти.

Короче, не везет таким девушкам. Но везет роду человеческому, что рождаются такие девы очень редко, потому что, если зажигается Искра, тут же разжигается и война между ящерицами, в которой зачастую гибнут ни в чем не повинные люди.

И вот жило, не тужило единственное царство людей в мире Драконов, но тут в семье царя да царицы родилась прекрасная девочка: губы бантиком, глазки-бусинки, кожа светленькая. Вот только небольшой изъян был у царевны: волосы цвета серебра ее блестели и днем, и темной ночью. Хорошо еще, девчушка была малой, и Драконы ее рождения не почувствовали, а вскоре после него волосы вернулись к материнскому цвету — цвета воронова крыла.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Плакали царь с царицей, да делать было нечего: обречена была царевна по достижении восемнадцати лет стать кормом для одной из ящериц. Однако тужили они не долго, потому что мать царицы вызвалась укрыться с внучкой в мире, где Драконы бывали редко, а превращаться в свое истинное обличие не могли: в мир, откуда и прибыли в Ираль люди.

И вот жила себе царевна, не тужила. Немного рисовала, немного скучала, немного капризничала. Так прожила она и восемнадцать лет, и двадцать, и двадцать два года с нормальными волосами и в дали от раздражителей с чешуей вместо кожи, а на двадцать третьем году случилась с ней беда:

— Пошла она в клуб потанцевать, — печально закончила я, потому что дальше и сама могла рассказать, как все было. — Но почему сейчас?

— Ты все это время была вдали от Драконов и их мира, и поэтому Искра в тебе не проявлялась, а поцелуй с этим ящером тебя и погубил, — покачала головой бабуля.

— И что делать? — поинтересовалась я. — Я не хочу, чтобы меня съели!

— Этого никто не хочет, — заверил меня «типа папа». — Но и спрятать тебя во второй раз не получится, потому что Драконы уже знают о твоем наличии. Они просто разрушат все наше царство, если мы тебя не выдадим.

Я исподлобья посмотрела на этого мужика, сжимая перцовый баллончик в кармане куртки. Пусть только подойдет! Я, может, девушка и слабая, но просто так не дамся. В крайнем случае пищеварение испорчу.

— Василиса, ты неправильно поняла, — попыталась заступиться за мужа «типа мама». — Спрятать тебя не удастся, но есть еще варианты, как тебе спастись.

Перевела на нее заинтересованный, но все еще хмурый, взгляд.

— Есть два варианта. Первый: тебе надо выйти замуж за Дракона, который будет тебя защищать. Множество Драконов не поощряют людоедство, поэтому и не приемлют убийство Искр. Есть семьи Драконов, в которых уже были женами Искры, у них порицается первый способ получения силы. Если ты выйдешь замуж за Дракона, то будешь под защитой.

— Ну уж нет, — передернула я плечами, вспоминая золоточашуйчатого мутанта у себя на лужайке. — Ни за что. Второй вариант?

— Я тебе о нем с семнадцати лет твержу: надо выйти замуж, — подала голос бабуля. Я также брезгливо поморщилась.

— Да что ж у вас все об одном?

— Если ты выйдешь замуж за обычного мужчину, то твоя Искра угаснет и Драконам не будет до тебя никакого дела. Конечно, они поругаются, повысят налоги, но быстро об этом забудут и оставят и тебя, и нас в покое, — заметил «типа папа».

— И главное: ты сможешь жить снова в Москве, — заметила бабуля. Я заинтересованно повела носом в ее сторону. — Учить деток, рисовать, ездить на крутой тачке…

— Крутая тачка — это хорошо… — протянула я задумчиво, но «типа мама» все испортила, добавив:

— У тебя будет любимый муж и семья!

— Елена, молчи, — цыкнула на нее бабуля, которая знала, как скептически и даже презрительно я отношусь к сильному полу. Недолюбливаю их — это мало сказано. Все мои романы и влюбленности всегда заканчивались одинаково — полным провалом: я злая и его зайку-лапочку не люблю. Бабуля предлагала молчать и улыбаться на свиданиях, но это тоже не работало: рано или поздно меня прорывало, и я спешила поведать ближнему о том, какой он умственно отсталый и озабоченный.

— Так не поняла: а как штамп в паспорте повлияет на цвет моих волос?

— Так и повлияет. Они вернутся в обычное состояние и все, — кратко ответила бабуля, а я подозрительно прищурилась.

— А вот я помню, что в сказках говорилось что-то о невинных девах…

— Василиса, не позорь семью! — возмутилась бабуля, а «типа мама» и «типа папа» переводили непонимающие взгляды с меня на нее.

— То есть надо всего лишь невинности лишиться?! — уточнила я возмущенно. — Ты раньше сказать не могла?

— Я тебе раньше и сказала: замуж надо. А ты мне что ответила? Все мужики — козлы!

— И ты скажешь я не права? Ну некоторые, может быть, ящерицы… Короче, скот!

Главный представитель «скота» в этом зале свел угрожающе брови, и я прикусила язык, отводя взгляд в сторону.

— Нам надо как можно скорее найти тебе мужа! — подвела итог разговору «типа мама» и указала на двери. — Пойдем, я покажу тебе твою опочивальню.

— Лучше покажите мне дорогу в мою школу. У меня там первоклашки…

— Тебе, Васена, уже своих детей заиметь надо, а не чужих тискать, — продолжала мне вслед наставлять бабуля. — Выйдешь замуж — поумнеешь!

Вообще не факт.

3. Не разгоняйте, девки, женихов!

Как я себя чувствовала после того, как мне сказали, что летающие, мифические ящерицы хотят меня съесть? Отвратительно.

Я сильная, независимая и уверенная в себе девушка тряслась от ужаса, следуя за чужой женщиной по коридору холодного, огромного замка в чужом мире, населенном неведомыми мне тварями. Вчерашние проблемы вроде насморка и не получающейся картины забылись мгновенно, хотя еще перед сном волновали меня больше всего на свете. Теперь же я думала только о том, что могу стать завтраком, обедом или ужином для кого-то. Даже новости о другом мире, живых родителях и статусе царевны меня не столько шокировали, сколько вести о Драконах, питающихся молодыми, прекрасными девушками.

— Почему я не могу вернуться в Москву? — поинтересовалась я у «типа мамы», когда она открыла передо мной дверь одной из комнат. Я туда заглянула лишь мельком, отметив средневековых интерьер.

— Это опасно. Драконы могут последовать за тобой, и там мы не сможем тебя от них защитить.

— А здесь сможете? — с сомнением поинтересовалась я, не надеясь, впрочем, на помощь людей, которые уже однажды бросили меня. Этот поступок в моих глазах их совсем не красил вне зависимости от того какие цели они преследовали.

— У нас есть связи, доверенные люди. Да и отец находится в дружеских отношениях с несколькими влиятельными Драконами. Возможно, ему удастся договориться с кем-то, — ответила она, ободряюще улыбнулась и жестом пригласила войти внутрь.

Ее слова меня совсем не успокоили, потому что она ничего не сказали ни про сильную армию, ни про горы оружия против огнедышащих тварей. Следовательно, сражаться за меня никто не планировал, что было не удивительно ведь я здесь, по сути, чужая. Для приличия, может, и проведут пару переговоров, но в итоге все равно скормят, чтобы не ссориться с «влиятельными Драконами».

Нет, надо отсюда бежать.

И именно этим я и занялась, когда царица закрыла за собой дверь и оставила меня одну. В первую очередь я бросилась к шкафам в поисках ножниц, чтобы, наконец, остричь огромную косу, которую просто-напросто носить за собой в руках неудобно. Инструмент нашелся уже в третьем ящике, но отрезать им и волоска не получилось. То ли ножницы были тупыми, то ли парикмахерские услуги мне теперь будут только сниться.

Не добившись результата от своих попыток по избавлению от уже ненавистной косы Рапунцель, я смотала ее в несколько раз и закрепила шпильками, уложив волосы к себе на плечо, чтобы не зацепляться ими за все, что ни попадя и не носить на руках, как дополнительный багаж.

После того как с волосами немного разобралась, принялась поспешно изучать комнату. И осталась далеко не во восторге. Во-первых, как я уже сказала, средневековая обстановка. Пусть комната и была чистой, богато обставленной и предназначалась для девушки, но она была полностью заставлена роскошной и малофункциональной мебелью, из-за чего передвигаться было сложно. Из плюсов допотопной обстановки: имелись и ванна, и туалет, и вода в кранах, и канализация, и стекла на окнах, но все удобства были настолько старыми, что тоже не вызывали желания остаться здесь на пару деньков отдохнуть, развеяться.

Но больше всего меня впечатлили решетки на окнах и дубовые двери на запорах. Кажется, несмотря на заверения местных обитателей, Драконы не такие уж и мирные и все-таки нападают на людей, либо меня собрались посадить в клетку и думать кому подать к столу подороже.

Выглянув из комнаты, обнаружила пару охранников, которые настоятельно посоветовали вернуться обратно и только еще больше убедили меня в том, что здесь доверять никому нельзя. Ну, может, кроме бабули, но она куда-то делась и не спешила поговорить со мной тет-а-тет.

Решив пока не конфликтовать с мужиками около двери, вернулась обратно в комнату и тут же направилась к окнам, проверять надежность решеток. И вот в таком положении — сидящей на подоконнике перед распахнутым окном и ковыряющейся в навесном замке на створках решетки — меня и застало самое запоминающееся событие за всю мою короткую жизнь.

К замку на огромной скорости стремительно приближалась огромная туша весом, наверно, с тонну с крыльями по двум сторонам от зубчатого хребта, с длинной шеей и с головой в шипах. Туша спокойно себе летела, беззаботно размахивая хвостом, и забот не знала. Я же чуть второй раз за день не поседела, свалившись с подоконника и забившись под кровать на всякий случай.

В своем убежище я постаралась разработать план побега, но в голове только и крутилась картина с огромной рептилией в небе. Я никак не могла поверить в происходящее: Драконы существуют и, видимо, хотят меня съесть, родители отдадут меня им, чтобы спасти свое царство, а у меня из средств самозащиты только газовый баллончик и десятикилограммовая коса. Захотелось расплакаться, но я старалась держаться, прислушиваясь к звукам в комнате и в коридоре.

И именно в таком запуганном состоянии меня нашла объявившаяся, наконец, родственница.

— Васюша, ты где? — позвала она меня, чем испугала практически до сердечного приступа.

— Здесь, — трусливо отозвалась я, не рискуя вылезать из-под своего убежища.

— Ты что тут делаешь? — удивилась бабуля, заглядывая ко мне. — Вылезай!

— Что-что? Что может делать взрослый, адекватный человек под кроватью? — ворча, я выбралась на волю и поймала растерянный взгляд бабули — кажется она не представляла, что там может делать этот самый человек. — Боюсь! — открыла я ей истину и от распахнутого окна на всякий случай поспешно отступила вглубь комнаты.

— Дурында ты моя, — покачала головой бабуля, порывисто обнимая меня и гладя по голове. В ее объятиях мне только еще сильнее стало себя жаль, и я все-таки жалобно всхлипнула.

— Я их попробовала отрезать, но ничего не получилось, — пожаловалась я плаксиво. Бабуля тоже тяжело вздохнула. — Что вы мне за ересь загоняли с теми средневековыми сумасшедшими?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Имей уважение! — цыкнула бабушка. — Это, между прочим, твоя мать и моя дочь! Папашка у тебя, конечно, неудачный, но моя Леночка никогда в мужиках не разбиралась. Я, конечно, все понимаю царь и так далее, но он же откровенно ей не пара!

— Бабуля, тебя понесло, — заметила я, наблюдая за тем, как пышет негодованием родственница. — Лучше объясни, что происходит.

— Эх, — вздохнула она, глянув на меня печально, будто уже хоронила. — Ты не первая Искра в нашей семье, Васюта…

Она подошла к окнам, задернула шторы и усадила меня на кровать.

— Я родилась, моя дорогая, здесь, в этом мире. Большую часть жизни здесь прожила и для меня легенды о Драконах — совсем не легенды. Я их видела чуть ли не каждый день, жила с ними бок о бок. Поэтому я даже представить не могу какого тебе сейчас, — покачала она головой, пока мои глаза все расширялись и расширялись от полученных новостей — я-то всегда считала бабулю зажиточной, коренной москвичкой. — Я была из простой семьи, но красотой Боги меня не обделили, и родители выдали меня замуж за богатого человека, твоего деда. Он был ненамного, но старше меня, страшный, не разговорчивый. До свадьбы я думала, что он злой и будет меня обижать. Ты не представляешь себе, как я ревела на свадьбе! Но вскоре о печалях своих совершенно забыла. Твой дед, страшный и суровый на вид, оказался очень добрым и отзывчивым. О, как он меня любил! Буквально на руках носил, пылинки сдувал, цветы каждый день дарил, золотом, да комплиментами осыпал. Я и влюбилась вскоре.

У нас родились две чудесные дочки — старшая Оленька и младшая Леночка. Обе красавицы, от женихов отбоя не было, а девочки мои только носом воротили, да и мы с мужем на скорой свадьбе не настаивали.

В наших краях принято до восемнадцати девку замуж отдавать, чтобы волосы ее не засеяли никогда. И хоть ни в каждой просыпается Искра, а обычаю этому мы свято всегда следовали. Но при моей жизни Искры никогда не появлялись, да и родители их никогда не видели, вот мы с мужем и решили, что это лишь сказки и не отдали дочек замуж молоденькими девчонками, сберечь решили. Вот только вышло все наоборот.

В день своего восемнадцатилетия засветилась Оленька моя, — печально вздохнула бабуля. — В этот же день в деревню, где мы тогда жили, слетелось с десяток Драконов, почувствовавших Искру. Мы, конечно, с мужем испугались, Оленька ревела непрестанно… Мы готовы были отдать ее замуж за первого попавшегося, но все парни, которые к ней сватались, тут же растворились, боясь гнева ящериц.

Люди вообще сильно испугались тогда. Мы хоть и видели Драконов каждый день, но не привыкли, что они огромные, неповоротливые и злые рыщут по деревне в поисках добычи. Стоило им разворотить пару домов, как наши собственные же соседи и друзья ворвались в дом, убили моего мужа и вытащили дочь на съедение этим тварям… — бабуля печально замолчала.

У меня от ужаса пальцы похолодели, а кожа покрылась мурашками.

— Я не знаю, что стало с моей старшей дочкой. В ту ночь меня ударили и очнулась я только через несколько дней. И тогда узнала о том, что семьи у меня больше нет: мужа и Оленьки не стало. От деревни осталось всего несколько домов, помимо мужа еще несколько человек погибло в результате боя между Драконами за Искру. В итоге, как мне сообщили, Оля досталась бирюзовому Дракону. Он унес ее из деревни — это все что я знаю. Но съел он ее или женился — неизвестно. Знаю только, что бирюзовые с тех пор считаются одной из влиятельных семей.

О том, что случается с Искрами не принято говорить. Умерла она или нет — я не знаю. Но подозреваю, что первое, потому что если бы Дракон взял ее в жены, то она бы смогла выйти со мной на связь, но этого так и не произошло.

В то время моей второй дочери, Леночке, шел тоже уже восемнадцатый год. Мне было необходимо срочно отдать ее замуж. Но отдавать за одного из тех, кто убил моего мужа и скормил дочь монстру… я не могла. Да и не сватались больше к Лене, ведь она тоже могла оказаться Искрой. Поэтому мы вскоре после этих событий с дочкой переехали в город.

В средствах мы стеснены не были благодаря наследству мужа, поэтому я ее наряжала в лучшие наряды и водила на балы в надежде поскорее выдать замуж. И случайно она попалась на глаза молодому царю, который с делегацией проезжал мимо города, где мы тогда жили. Леночка была не только красивая, но и умная, и смешливая, и обаятельная, поэтому смогла не только привлечь, но и удержать внимание твоего отца. И, как я и желала, до того, как ей исполнилось восемнадцати лет, удалось сыграть свадьбу.

Потом последовали долгие годы, когда у Александра и Лены не получалось завести ребенка. И вот, наконец, после восьми лет брака родилась ты. Но мало того, что ты оказалась девочкой, а не мальчиком, которого ждали, так еще и волосы твои при рождении засветились…

Не знаю светились ли волосы у Оли при рождении — мне никто ничего такого не сказал. Может, если бы я знала об этом все случилось бы иначе… — печально вздохнула бабуля.

— Какой кошмар, — прошептала я пораженно.

— Ты себе просто не представляешь! Я три дня рыдала, когда мне сказали, что у внучки волосы светятся. А потом переговорила с Александром и предложила тебя спрятать. Он, недолго думая, согласился и даже нашел способ переправить меня с тобой в мир людей.

Обычно порталы находятся под надзором Драконов, но раз в год Александр может пользоваться ими для переправы одного взрослого человека без вопросов со стороны огнедышащих. Так я с тобой и парой сундуков с золотом попала в Москву.

И допустила ту же самую ошибку, что и с Олей — не смогла выдать тебя замуж, — посетовала бабуля.

Но тут ее вины не было. Я, современный человек, выросший в Москве, сама бы ни за что не пошла замуж раньше восемнадцати лет. По мне так это звучало дико! Тем более в отличии от той же самой Оли ко мне вереница из женихов не выстраивалась — я всех отпугивала своим вздорным характером.

— Когда тебе минуло восемнадцать и ты не засветилась, я думала, что беда миновала и расслабилась. И надо же было тебе так вляпаться! — она порывисто поднялась с кровати и заходила по комнате взад-вперед, заламывая руки. — Вернуться обратно в Москву возможности теперь нет, потому что Драконы уже знают о твоем наличии и нахождении где-то в Ирале. Они перекрыли все порталы, без их разрешения теперь невозможно вернуться. А здесь только вопрос времени, когда тебя найдут.

— И что делать? — отчаянно переспросила я, глядя на бабулю с надеждой.

— Я переговорила с Александром, и он не видит другого варианта кроме как сдаться добровольно.

— Что?! — подскочила я следом за ней с постели.

— Успокойся, дослушай, — бабуля снова усадила меня обратно. — Он сказал, что у него в друзьях находятся племена золотых и красных Драконом. Он хочет посватать тебя одному из их сыновей.

— Ни за что! — я снова подскочила на ноги.

— Сядь! — села обратно. — В племени золотых Драконов уже есть две Искры. Они этим гордятся и везде хвастают этим. Этих Искр видели другие люди после свадьбы, что означает, что этих девушек не ели. Поэтому твой отец верит в то, что и тебя золотые не съедят.

— Я не пойду замуж за монстра! — снова закричала я, подскакивая.

— Вася, сидеть! — плюх, упала на матрас. — Хочешь, быть съеденной? По словам твоего отца, в столице сейчас находятся двенадцать Драконов, десять из которых прибыли сюда за последние три часа. Ты здесь находишься только четыре часа. Оля прожила всего день до того, как ее вытолкали Драконам на растерзание. Сосчитаешь сама сколько тебе осталось жить?

— Они меня чуют что ли?

— Они чувствуют, что где-то поблизости находится Искра, но нет, по запаху, как собаки-ищейки, они тебя не найдут. Даже если будешь сидеть рядом, но скрывать волосы, не поймут, что ты — Искра. Только волосы тебя могут выдать, и сделают это рано или поздно!

— Почему нельзя выдать меня замуж за обычного человека?

— Я бы тоже этого хотела. Но твой отец опасается, что если объявит о поиске жениха для давно умершей дочери, то привлечет этим внимание Драконов.

— Не надо ничего объявлять! В замке же наверняка есть неженатые парни! Можно же все обстряпать по-тихому.

— Нельзя, царь не согласится выдать дочь замуж за конюха.

— Не надо меня никуда отдавать! — открестилась я тут же. — Можно же и без этого проблему решить! Раз — и нет ни невинности, ни проблем с Драконами.

Неожиданной симпатией к противоположному полу я не прониклась, но уж лучше так, чем быть съеденной. Забуду потом как-нибудь об этом печальном эпизоде в своей жизни и, может быть, когда-нибудь даже выйду замуж по любви, но уже в Москве и уж точно не за конюха.

— Не говори глупостей, Вася. Ты же такая нежная девочка, не сможешь ты без любви.

— А выйти замуж за ящерицу смогу что ли? — возмутилась я. — Короче, бабуля, найди мне паренька посимпатичнее…

— Не могу, — прервала мой заговорческий тон бабуля. — Твой отец уже сговорился с золотым Драконом об аудиенции. Прислал меня сюда тебя подготовить к встрече, он хочет тебя представить.

— Что?! — я не просто подскочила, я взлетела с кровати.

— Лена хорошо о нем отзывалась. Сказала, что он красивый, умный, богатый и очень ей нравится. И, что важно, бабушка у него Искра, он ее очень любит и дорожит ею. Так что не должен тебя съесть. Поэтому веди себя прилично и не позорься! Муж Дракон — лучше, чем людоед-Дракон!

4. Не ведитесь, девки, на горы злата!

Сколько бы я ни сопротивлялась, ни вопила, что есть мочи, а все равно меня обрядили в средневековое платье и обвесили золотом да каменьями, как новогоднюю елку.

Волосы мои старательно собрали все до последнего волоска и спрятали под непрозрачную ткань-фату, которая крепилась к невысокому кокошнику с россыпью сверкающих белых и голубых камней. Платье было свободного кроя, полностью скрывающее все изгибы фигуры и голую кожу, но и оно было расшито и золотой тесьмой, и камнями разной величины. Помимо этого, на меня навесили несколько разновидностей бус, браслетов и колец. С лица же наоборот начисто смыли всю косметику и лишь немного тронули губы и щеки красными тенями, которые, здесь, видимо, заменяли и помаду, и пудру.

И хоть из открытых участков тела оставалось лишь лицо, я все равно чувствовала себя выглядящей вульгарно. Да, красиво, да дорого, но безвкусно и вызывающе.

— Я похожа на елку, — заявила я бабушке, которая руководила процессом моего ряжения. — Это делается, чтобы я ему не понравилась?

Родственница загадочно хмыкнула и попросила добавить еще и длинные серьги в уши.

— Бабуля, мне тяжело! — простонала я. Волосы и без того теперь оттягивали шею, так еще и камней на меня с десяток килограмм навесили.

— Потерпишь один вечер, — проворчала бабуля.

Она тоже переоделась в здешнюю одежду, но в отличие от меня выглядела очень скромно, без каких-либо дорогих и тяжелых украшений. А когда за нами зашла царица, точно также скромно одетая в серый сарафан, хотя еще утром была обряжена в драгоценности с ног до головы, я почувствовала неладное.

— Какая ты красавица, доченька, — проговорила она с акцентом, разглядывая недовольную меня с восхищением.

— Я замуж за монстра не пойду. Пусть лучше съест меня! — заявила я ей сразу.

— Не говори глупостей. Алексий очень хороший мальчик, добрый и отзывчивый. Непосредственный и непутевый немного, но очень искренний и душевный. Я уверена, он тебе понравится!

Как-то от ее слов легче вообще не стало. Да и бабуля напряглась:

— В каком смысле «мальчик»? — поинтересовалась она.

— Он еще совсем зеленый, — покачала головой печально царица. — Ему только сто пять лет исполнилось недавно.

У меня красноречиво открылся рот от недоумения, поэтому бабуля поспешила пояснить:

— На наш пересчет, ему около девятнадцати-двадцати, — обратилась она ко мне и тут же повернулась к «типа маме»: — Лена, он не просто зеленый, он же еще совсем ребенок.

— Он очень сообразительный.

— Нам нужен сильный, а не сообразительный. Его же затопчут, он не сможет защитить Васюту.

— Не затопчут. Он — принц золотых Драконов, его отец — огнедышащий. С ним никто связываться не будет. Главное, чтобы Василиса понравилась ему до того, как он увидит ее волосы. А это будет не просто, потому что, насколько мне известно, он не очень влюбчивый, зато очень расчетливый. Отец сейчас собирает приданное, чтобы его подкупить, но, боюсь, нашего золота не хватит, чтобы его убедить взять тебя в жены, — покачала она головой, поправляя мою фату, закрывающую волосы. — Поэтому постарайся сама его очаровать.

— Да ни за что! — воскликнула я возмущенно. — Еще чего не хватало!

— Да, устроили вы тут заведомо провальное мероприятие, — покачала головой бабуля.

— Выхода другого нет. Уже три Дракона требовали разговора с царем. Пока еще удалось мирно отказать, но с каждым разом они становятся все настойчивее. Еще и черный Дракон сюда прибыл. Боюсь, если он постучится в ворота, мы уже не сможем не открыть…

— Какой черный? — напряглась бабуля. — Старший черный? Монстр со Скал Смерти?

От названия даже мне стало не хорошо, бабуля же вообще стремительно бледнела. Царица серьезно кивнула.

— Он уже в столице.

— Так, Васята, слушай, надо очаровать зеленого парнишку, если не хочешь познакомиться с древним Драконом, который жрет девушек даже не ради силы, а ради развлечения.

— Я не пойду замуж за монстра! Зеленый он или черный не имеет значения!

— Он золотой, — поправила «типа мама» и заслужила этим мой злой взгляд.

— Поверь мне, черный предлагать замужество не будет. Он просто на месте тебя проглотит и даже в зубах не поковыряется! Это ужасный Дракон, Васюта, его даже собственное племя боится, не говоря уже о людях. Если все Драконы живут семьями, то этот последний в своем роду и от этого еще более злой и страшный.

— Я не пойду замуж за монстра!

— Так все! Молчать! — цыкнула бабуля, и я надулась, решив, что как только представится возможность сбегу из этого негостеприимного замка, где собрались лишь мои враги и бабулю приняли в свои ряды.

— Алексий уже прибыл. Его сейчас проводят к отцу в тронный зал. Я пришла, чтобы позвать вас на него посмотреть прежде, чем вас представят, — сказала «типа мама», обращаясь ко мне, пышущей от гнева на бабулю-предательницу.

— Отличная идея! — воскликнула она, всплеснув руками. — Я тоже хочу на него посмотреть прежде, чем Васюту ему сватать. — Может, он еще хуже черного! Пошлите скорее!

— Мама, Алексий — очень хороший мальчик!

Я уже заочно ненавидела этого Алексия! А когда увидела воочию, готова была разорвать на куски, даже несмотря на то, что это он — Дракон, а не я.

«Типа мама» привела меня и бабулю в небольшую потайную комнату, которая находилась за зеркалом в тронном зале. Зеркало я это помнила еще с утреннего знакомства с родителями, а вот то, что оно прозрачное — нет. Из зала оно выглядело как обычное зеркало в золотой раме, зато с обратной стороны оказалось совершенно прозрачным и через него можно было видеть все, что происходит в тронном зале.

Вот я и увидела своего нечаянного знакомца из клуба, с которым имела несчастье танцевать и целоваться.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Это он! — воскликнула я, когда в зал, где заседал царь с парой советников и слуг, зашел молодой парень.

— Кто? — поразилась бабуля.

— Тот парень из клуба. Он еще на нашей лужайке огнем плевался!

Сейчас при ярком освещении и без мигания софитов он казался моложе того, кого я видела недавно. Ему действительно больше девятнадцати было не дать, несмотря на высокий рост и широкие плечи. Его возраст с потрохами выдавали наивные светло-карие, ангельские глазки в обрамлении длинных ресниц. И даже небольшая щетина не скрывала молодости парня. Его медовые, светлые волосы были длиннее обычных коротких причесок мужчин и закрывали половину шеи. Сейчас они были зачесаны назад и придавлены золотым обручем. Одет он также был по здешней моде в камзол, расшитый золотом.

— То есть это он тебя зажег, когда поцеловал? — уточнила бабуля, внимательно разглядывая парня, который обменивался приветствиями с королем, поднявшимся с трона и подошедшего к своему гостю.

— Он!

— То есть он тебе понравился так сильно, что ты при первом же знакомстве полезла с ним целоваться?

— Бабуля!

— Ну ничего так, симпатичный мальчик, — тяжело вздохнула родственница. — Ты ему, видимо, тоже понравилась. Может, и выйдет чего…

— Я не пойду замуж за монстра!

— Смени уже пластинку.

Я зло зашипела, сложив руки на груди, а вернее на бусах.

Тем временем парень обменялся с царем любезностями и начал дергано осматриваться, будто что-то искал. Мне сразу стало неуютно от его явно нервного состояния: может, через стенку эта ящерица чувствует, что Искра, то бишь я, рядом?

— А где ваша жена? — поинтересовался он на русском с еще более корявым акцентом, чем у здешних жителей. Царя похоже удивил его выбор языка, но вида он не подал.

— Готовится к ужину, — ответил «типа папа» напряженно.

Парень снова нервно переступил с ноги на ногу.

— Вы знаете, что в вашей столице собирраются Дрраконы? — поинтересовался он, странно проговаривая букву «р», будто в детстве долго учился ее выговаривать и из-за этого сейчас делал на ней акцент, растягивая как гласную. Царь нахмурился, но не ответил. — В Иррале появилась Искрра.

— Он знает, что ты здесь, — покачала головой царица, отклонившись назад и прикрыв рот рукой. Бабуля хмыкнула согласно.

— Да, я слышал об этом, — ответил «типа папа», отправляясь обратно к трону.

— Я ее видел, Александрр, — порывисто признался парень, последовав за царем и остановившись вместе с ним недалеко от трона. — Видел ее ррядом с матеррью твоей жены. Она — умерршая в младенчестве царревна?

Бабуля загадочно улыбнулась, глянув на мое, надо полагать, мрачное лицо:

— Ну вот, а ты говорила, что все мужчины — дураки.

— Два и два складывать умеют даже мои первоклашки! — замогильным голосом ответила я. — Это не признак ума.

Тем временем царь не успел даже ответить прежде, чем парень снова заговорил:

— Ее пытался похитить сам черрный. Если бы я ему не помешал, царревна бы сюда не добрралась! Она бы уже была на Скалах Смеррти!

— Что ты хочешь этим сказать, Алексий? — напряженно ответил «типа папа», который не знал, что мы с его собеседником уже были знакомы.

— Черрный в горроде, и он знает, что я отпрравился сюда. И, поверрь, ему это не понрравилось. Он захочет забррать Искрру себе, чтобы возрродить силу в своем рроду. Ты же не захочешь отдать дочь этому чудовищу, которрый уничтожает человеческие горрода и дерревни?!

— Чего ты добиваешься, Алексий?

Парень застыл на некоторое время, а потом сказал то, отчего даже сам побледнел, будто не верил в собственную смелость:

— Отдай ее мне, — выпалил он, замолчал испуганно на пару секунд, а потом вновь затараторил: — Я ее не обижу и буду защищать от дрругих. У меня много золота, семья прримет ее с ррадостью, бабуля будет ррада человеку. Мы ее не обидим, обещаю. Ей всего будет хватать для жизни, буду исполнять все ее желания, рразрешу с вами видеться и…

— Алексий, ты очень молод и импульсивен, — сурово ответил царь. — И скор на выводы. Искры в замке нет.

— Я знаю, что есть, — насупился парень. — Она — царревна.

— Моя дочь давным-давно умерла! — закричал вдруг «типа папа».

— Кажется, Александр передумал, — заметила бабуля.

— Алексий ему никогда особо не нравился. Вот отца его он уважает, а парнишку считает слишком импульсивным, — заметила «типа мама», качая головой. — Отказывается видеть его потенциал.

— Не доверяет ему, наше сокровище, — согласилась бабуля, потрепав меня по щеке. Я же даже прониклась к «типа папе» симпатией после его отказа в замужестве, но принц-Дракон умудрился все испортить:

— Я даю две телеги золота за царревну! — заявил он, а царица аж за сердце схватилась — видимо, это была приличная сумма.

— Обычно сундуками меряемся, — заметила бабуля мою растерянность. — Две телеги золота — это очень много даже за царевну.

— Да, мы всего два небольших сундучка золота тебе приданного собрали, когда думали, что его подкупать придется. Остальное добрали тканями, посудой, да прочей мелочью. Но две телеги золота… — подтвердила «типа мама».

Царь же, видимо, был не такой впечатлительный, потому что покачал головой:

— Я тебе сказал: нет у меня Искры.

— Трри телеги!

— Уходи отсюда, Алексий!

— Десять дам!

Царица осела на пол, бабуля покачала головой, глаза царя начали поблескивать меркантильными огоньками.

— Н-нет Искры, — запнулся «типа папа» мужественно. Я начала уважать его еще больше. Если десять телег — это такие несметные богатства, от которых царица в обморок готова упасть, то он настоящий кремень. Не факт, что я бы удержалась, если бы понимала, что именно это за золотые горы.

— Пятьдесят телег!

— Алексий, прекрати со мной торговаться!

— Сто телег! Сейчас могу прредложить только десять. Остальное доставят сюда в течение месяца.

— Ты сумасшедший? Тебя отец убьет, если ты столько золота вывезешь из дома!

— Мы с ним договорримся. Ну так что по ррукам? Сто телег золота за семеррых сыновей!

— Что?! — заорала я возмущенно, а молодой Дракон, видимо, решив меня добить, скромно, еле слышно добавил:

— И дочку.

5. Не ходите, девки, на танцульки!

«Типа папа» все-таки согласился нас представить друг другу, но заявил принцу Дракону, что последнее слово за мной и, если он мне не понравится, то и двести телег золота не заставят его продать дочь. Я в это верила мало, склоняясь к тому, что предложенные несметные богатства за девушку, которую царь толком и не знает, разубедили его. Однако судя по нервному состоянию принца, тот придерживался иного мнения.

Дерганного парня, странно проговаривающего букву «р» я почему-то не боялась, поэтому решила с ним встретиться и объяснить, что именно я думаю о том базаре, который он устроил. Поэтому в столовую, куда меня проводили следом за Драконом, вошла уверенно. Но потеряла дар речи, увидев, как Алексий вылупил на меня свои невинные глазенки, поспешно поднимаясь из-за стола, от чего даже перевернул стул, на котором сидел.

И это грозный Дракон, жрущий прекрасных дев?

Да он же только слюной пол не закапал при виде меня. Так уставился своими глазками с длинными ресницами в поисках моего одобрения и внимания, что аж жутко стало, да и про базар быстро забылось.

Ну ничего, на меня так многие смотрели. Сейчас я рот открою, и он капать слюной перестанет быстро.

— Чего вылупился, убогий? — рявкнула я, когда он протянул ко мне руку, видимо, решив представиться.

Парень моргнул, но проглотил грубость:

— Рад с вами познакомиться, Василиса.

— Не радуйся раньше времени, — пригрозила я и повернулась к столу, который ломился от различных блюд.

Я не ела со вчерашнего вечера, то есть уже практически день, и сама была готова закусить царевной, другой. Поэтому без всяких реверансов тут же устремилась к столу, села и начала накладывать себе в тарелку и мыса, и овощей.

Власть имущие молча переглянулись и последовали за прожорливой мной, занимая места за столом. Принц отогнал парнишку, который хотел сесть напротив меня, угрожающе рыкнув, чем привлек и мое внимание, и заставил «типа маму» схватить десятилетнего пацана и поскорее пересадить поближе к себе.

— Вы ослепительны, — заявил Дракон, поймав мой взгляд.

Я фыркнула на его сомнительный комплимент и тут же перевела взгляд обратно на тарелку, потому что пристальное внимание этой ящерицы меня пугало. Он не ел, не пил, он просто сидел и на меня пялился, портя мне и аппетит, и настроение. Я старалась не поднимать на него взгляд и смотрела только на стол.

Поэтому практически сразу отметила, что на столе несмотря на богатство угощений, посуда вся очень скромная. Ни тебе тонкого фарфора, ни серебряных приборов. Лишь железные тарелки, да алюминиевые вилки.

И одна из этих вилок незаметно сейчас исчезала в рукаве сидящего передо мной парня. Я подняла на него недоумевающий взгляд и тут же получила взамен лучезарную улыбку.

— Может, хватит на меня пялиться?

— Я хочу взять тебя в жены, — по-деловому заявил Дракон, переходя сразу на ты. Конечно, зачем с будущей возможной женой церемониться?

— Меня многие хотят взять в жены. Я завидная невеста, — хмыкнула я высокомерно, и принц это, видимо, понял по-своему, потому что тут же с детской непосредственностью выдал:

— Я очень богатый! Осыплю тебя золотом! Только его носить будешь!

Я недоуменно перевела взгляд на бабулю. Та покачала головой.

— Ваше Высочество, в наших краях принято по-иному ухаживать за девушкой.

— Как? — удивился принц, подобравшись.

— Говорить ей комплименты, дарить цветы, водить на свидания…

— Зачем дарить цветы? — не понял парень.

— Их дарят вместо золота, — пояснила царица под суровым взглядом «типа папы». Парень продолжал оставаться таким же растерянным.

— Но они же не блестят. Зачем их дарить?

— Действительно, — прошептала бабуля себе под нос, покачав головой и глянув на меня настороженно. А я тем временем испепеляла взглядом сидящего напротив Дракона.

— Я вообще не понимаю зачем мне за тобой ухаживать, — заявил он, переводя на меня взгляд. — Я же тебе уже нравлюсь, значит дело только за тем, чтобы сговориться с родителями, — он повернул голову в сторону хмурого царя. — Разве не такие ваши обычаи?

— С чего ты решил, что ты мне нравишься? — опешила я.

— Ты же меня поцеловала, — заявил он спокойно.

За столом воцарилась тишина. Царь сжал нож, царица отложила приборы, мелкий пацан переводил взгляд с меня на Дракона, бабуля продолжала невозмутимо жевать.

— Это не я, а ты!

— Нет ты!

— Ты!

— В данном случае, Ваше Высочество, Вам лучше признать, что это были Вы, — посоветовала старая сводница.

— Но это был не я!

— Ладно. Это была я. Но не ты — первый, не ты — последний, дорогой.

Зря я это сказала.

Он перевернул стол, и тот перелетел над моей головой, как пушинка, долетев до противоположной стены и разбившись. Дракон же тем временем вскочил на ноги и стал тяжело дышать, на глазах увеличиваясь в размерах. Глаза его вспыхнули пламенем, а вены на руках и шее вздулись огненными жилами. Руки и щеки покрылись золотыми чешуйками, а волосы стали короче и темнее.

— С кем еще ты целовалась?! — взревел он голосом мало похожим на человеческий.

В росте он увеличился в три раза, тело его покрывалось чешуйками и шипами, из лопаток вырвалось два крыла, снеся две люстры под потолком, обрушив лепнину и расцарапав роспись на стенах.

— Не смей превращаться в моем замке! — заорал царь, а я уже со всех ног неслась по коридору в противоположную сторону от монстра в столовой.

Кокошник вместе с фатой сорвала с себя, чтобы бежать было удобнее и тут же пожалела об этом, потому что мои волосы тут же засияли в темноте коридора, словно звезда в небе. Из-за них я стала похожей на маяк, и мои передвижения стало легко отслеживать даже на улице через окна. Понимая это, я постаралась руками прикрыть волосы, но куда там. Их было слишком много.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

В попытке прикрыться я сорвала с ближайшего окна пыльную портьеру и накрылась ею как раз вовремя, потому что мимо пролетел огромный черный Дракон. Я вжалась в стену и замерла в темном коридоре. Ящер было повернул голову в мою сторону, но оказался отвлечен шумом в столовой и полетел туда.

Я же, еле владея собственным телом, поднялась и снова побежала по коридору, путаясь в портьере, которой продолжала закрывать волосы. Но далеко с этой ношей убежать не смогла, поэтому затаилась в одном из углов замка, прислушиваясь к шуму и крикам в стороне столовой.

И только когда в замке воцарилась тишина, я рискнула подняться и отправиться на поиски комнаты, которую мне выделили. Ее я нашла быстро и даже ни с кем не столкнулась в коридоре. А там обнаружила рыдающую на кровати «типа маму», которую пыталась утешить бабуля.

— Мама, я не переживу снова этого кошмара. Если ее съест Дракон, как Олю, я покончу с собой!

— Что ты такое говоришь! — возмутилась бабуля.

— Я не переживу! Одно делать знать, что она где-то там живая и здоровая, и совсем другое — знать, что ее съели! Съели, мама, даже не убили, а съели. Моего ребенка, которого я ждала целых восемь лет и всего пару раз держала на руках!

— Ее найдут, я уверена, что она в порядке, — заверила женщину бабуля, а я тем временем, смерив обоих охранников около своей комнаты хмурым взглядом, вошла внутрь.

— Откуда ты знаешь? Ее съел черный! — отчаянно закричала царица и снова зарыдала.

— Подавился и выплюнул, — мрачно уведомила я их, выглядывая из своей переносной палатки. — Окна закройте, а то я свечусь как лампочка.

В комнате поднялась суматоха. Царица кинулась ко мне, но не обняла и не сказала ничего вроде «Доченька, ты жива!», она просто меня ощупала, проверяя на целость. А бабуля тем временем вместе с охранниками задвигала тяжелые портьеры на окнах. Когда комната была изолирована от внешнего мира, я скинула свое укрытие и облегченно выдохнула, разминая шею. За один день я натренировала ее так, как не тренировала никогда.

— Помогите мне избавиться от этого саванна, а то у меня уже все тело болит, — попросила я.

Охранники тут же были выставлены из комнаты, а мне помогли переодеться в легкую сорочку и уложили на кровать.

— Что там было, когда я ушла? — поинтересовалась я.

— Да ничего особенного. Отец наорал на Алексия и выставил за порог, сказав, что тот тебя не получит. Потом мы увидели, что над замком кружит черный Дракон и испугались, что он тебя похитил, — рассказала «типа мама», старательно вычесывая из кончика моей косы замковый мусор.

— Поторопился Александр, — покачала головой бабуля. — Нормальный парнишка. Да немного импульсивный и прямолинейный, но мне он понравился.

— Баба, он меня купить хотел! — возмутилась я.

— Вообще-то он оказал тебе небывалую честь, глупая, — заявила бабуля, и «типа мама» кивнула. — Для Драконов нет ничего ценнее золота. Они по природе очень падки на все блестящее. Именно поэтому, по одной из версий, они сходят с ума, когда видят Искры. И обычно они никогда не обменивают свои сокровища на девушек.

— Да, это очень необычно. Тем более сокровища в таком огромном количестве. А Алексий так вообще очень жадный и расчетливый, поэтому для него такая щедрость очень необычна, — согласилась царица. — Именно это и возмутило отца. Ему кажется, будто золотой что-то задумал и не доверяет ему.

Золотые Драконы занимаются тем, что изготавливают предметы из металла. Их оружие само по себе ценнее золота. И не так давно отец пытался с парнем сторговаться на счет меча в подарок нашему сыну на двадцатилетие. Так они торговались полдня, Алексий заломил небывалую цену даже за такое отменное оружие и никак не хотел сдавать позиций. И в итоге не только взял полную цену за меч, так еще после него из замка исчезло три сервиза серебряной посуды, и мои серьги, которые тогда были на мне. Не представляю, как он их утащил, но после того случая мы стараемся все блестящее убирать, когда он нас навещает, — рассказала царица.

— Значит, мне не показалось. Я видела, как он невозмутимо украл вилку со стола.

— К его рукам блестящее так и липнет, — покачала головой царица. — Хотя сам Дракон он вроде не плохой. Когда в прошлом году у нас был неурожай, он лично со своих земель привез нам зерна. И взамен ничего не взял… Правда отец считает, что это он нам в уплату за сервизы притащил… Но это зерно дешевле, чем наша посуда, — заметила царица, усмехнувшись.

— Теперь я понимаю, почему он царю не нравится, — заметила я печально, пряча волосы под одеялом, чтобы они так сильно не слепили.

— На самом деле он не плохой, — снова вступилась за принца царица. — Он дружит с Илюшей, твоим братом, — сказала она, а я посмотрела на нее также заинтересованно, как и бабуля.

— У меня есть брат?

— Два брата. Илюша, ровесник Алексия по человеческим меркам, он наследник отца. Сейчас он в отъезде, но отец уже за ним послал сегодня утром. И еще Мишутка, наш младшенький, ты его сегодня видела за столом, — добавила она, а я вспомнила пацана, которого Дракон согнал с места напротив меня. Вот с ним я бы пообщалась охотнее, чем с его родителями. Как уже говорила, детям я верила больше.

— Значит, вот почему вы меня так вырядили, а сами сняли все украшения? — заметила я. Царица кивнула.

— Мы же не знали, что вы с Алексием уже виделись. Думали, это нам придется склонять его к браку, а не наоборот.

— И все равно в итоге выставили за дверь, — заметила бабуля. Царица пожала плечами как бы говоря: «Так муж решил».

— Если его так привлекают блестяшки, то как он вообще повелся на меня в клубе? На мне вообще никаких украшений не было тогда, да и волосы были черными. Но он смотрел на меня… практически так же, как и сегодня, — призналась я, вспоминая ночь, когда мы познакомились впервые.

Тогда мы с коллегой после непростого дня в окружении шумных детишек решили ненадолго зайти в клуб, выпить по бокалу вина и потанцевать. Вот и извивались мы, никого не трогая, когда я почувствовала на себе чей-то взгляд. Оглянувшись пару раз, заметила среди шумной компании парней в блондина, который глаз с меня не сводил. И даже, когда я на него угрожающе взглянула, не отвернулся. Он и не подходил, и не отводил взгляда, и я никак не могла понять, что ему от меня надо.

Мы несколько раз с Лизой подходили к бару, чтобы выпить воды и снова возвращались на танцпол, а он так и продолжал сверлить меня взглядом, сидя на спинке дивана и не обращая внимания на своих шумных друзей, которые стремительно уничтожали крепкие напитки в бутылках.

— Чего этот белобрысый на меня смотрит? — пожаловалась я приятельнице, кивая на парня. Она проследила мой взгляд и улыбнулась:

— Похоже ты ему понравилась.

— Если бы понравилась, он бы подошел, — заметила я, продолжая прыгать под музыку.

— Подойди сама, — посоветовала Лиза.

— Вот еще!

Однако, когда минуло еще десять минут, а парень так и продолжал пялится, я не выдержала и сама поманила его пальцем.

Он со своего насеста на диванчике вскочил вмиг и притянулся ко мне, будто я его за поводок потянула. Это меня одновременно и повеселило, и озадачило.

— Привет! — улыбаясь, поприветствовала его я. Он молчал, стоя столбом передо мной, которая извивалась под музыку. — Почему не танцуешь?

Он снова промолчал, продолжая гипнотизировать меня.

— Ты глухой?

Тишина.

— Ало! — я наклонилась к нему близко, не понимая почему он молчит. И он поцеловал меня, видимо, решив, что придвинулась я к нему за этим, а не затем, чтобы он меня расслышал.

А дальше он закрыл свой рот рукой, взгляд его, наконец, изменился с будто околдованного на испуганный. Парень выбежал из зала, а я неожиданно почувствовала, как у меня поднимается температура и хлюпает в носу. А дальше были волосы, другой мир и Драконы.

— Странно, — заметила бабуля, когда я рассказала, как мы с Алексием встретились впервые. — Обычно Драконы не обращают внимания на человеческих девушек. Такое случается очень редко, и ничем хорошим обычно не заканчивается.

— Лишь бы не влюбилась, — закивала тут же царица. — Не хватало нам только этой проблемы.

— Влюбился? — рассмеялась я. — С чего ему в меня влюбляться?

Бабуля и «типа мама» обеспокоенно переглянулись, и я перестала смеяться.

— Драконы очень редко влюбляются. Они могут испытывать страсть. Особенно к золоту. Но любовь — очень редко. Даже к своим соплеменникам они испытывают уважение, преданность, доверие, но не любовь. И, конечно, все Драконы однолюбы. Если он в тебя влюбился, то это может стать проблемой. Он просто так не отвяжется, потому что уже считает своей, — сказала бабуля. — Если он влюбился, то тебе будет легче самой в него влюбиться, чем избавиться от него.

— Ой, — ахнула царица. — Мама, а если и правда влюбился? Не просто же так Алексий хотел за нее столько своего любимого золота отдать?

— Значит, придется свадьбу играть. Ну либо хоронить этого Дракошу. Другому он ее точно теперь не отдаст, — заметила бабуля, поднимаясь с постели, а меня при словах о замужестве пробрал холод, и я поймала ее за руку.

— Я не пойду замуж за Дракона, — настойчиво сказала я. — И это уже не каприз. Я серьезно. Ни за что не пойду. Особенно после сегодняшнего представления. Я очень испугалась.

Та тяжело вздохнула, погладив меня по волосам около лица.

— Поспи, Васюта. Утро вечера мудренее. Неизвестно еще что нам следующий день готовит.

6. Не пропускайте, девки, тренировки!

Следующий день ничего хорошего нам, конечно, не готовил, хотя бы потому, что поспать мне удалось от силы пару часов, а проснулась я от криков:

— Мама! Мама, просыпайся! — в мою комнату, где я спала под надзором бабули и «типа мамы» влетел тот самый паренек, которого я видела во время ужина и который, надо полагать, приходился мне братом.

— Что случилось, Мишутка? — поинтересовалась царица, поднимаясь из кресла, в котором бдела за мной.

— Черный Дракон напал! Папа сказал скорее укрыться в подземелье!

Подтверждая слова паренька, вдалеке послышался грохот и крики.

Царица, бабуля и я тут же подскочили со своих мест. Я ринулась к своим джинсам и футболке, а «типа мама» бросилась к шкафу, откуда достала длинный плащ с капюшоном.

— Быстрее, Вася, быстрее, — подгоняла меня бабуля, пока я просовывала ноги в штанины, а царица стаскивала с меня сорочку, и сама же натягивала на меня футболку.

Когда я всунула ноги в ботильоны, на меня накинули плащ с капюшоном и скрыли под ним волосы. Снова послышался грохот, будто рушились стены, а потом дикий шипящий вой, который вряд ли мог издавать кто-то кроме огромных летающих ящериц. Бабуля выглянула в окно и охнула.

— Золотой здесь!

— Алексий? — поразилась «типа мама», отталкивая бабулю и сама выглядывая. — Боги, парень, что ты творишь?! Этот же зверь тебя уложит одной левой…

Я тоже влезла между ними и увидела, как огромный, просто гигантский Дракон сидит на одной из башен замка и орет на более мелкого золотого, который мельтешит вокруг него, то и дело выплевывая скромные языки пламени. Алексий, который вчера вечером показался мне великаном теперь был просто крошечной мушкой рядом с черной тварью, от вопля которой закладывало уши. Бабуля была права, эта ящерица просто придавит моего молодого женишка своей тушей.

— А чтобы меня придавить ему даже левой не понадобиться, — прошептала я, а во рту у меня пересохло от понимания, что один только его зуб больше меня в два раза!

— Быстрее, надо увести тебя из замка, пока принц на себя внимание отвлекает, — бабуля потянула меня в сторону выхода из комнаты, и я последовала за ней без вопросов, а перед глазами теперь был образ черной ящерицы, которая размером была, наверно, с весь замок. И ни Дракон, которого я увидела утром, ни принц не шли ни в какое сравнение с этой массивной тушей.

Навстречу нам бежали люди, они все что-то испугано кричали, в замке царила паника, а позади продолжали слышаться крики черного и золотого Драконов. Я даже начала различать их вой: черный пронзительно кричал, а золотой словно визжал рядом с ним. И в один момент этот визг стал особенно пронзительным, а потом по толпе прокатился испуганный шепот: «Мертв, золотой мертв», от которого я еще больше перепугалась, хотя на тот момент мне казалось, что дальше уже некуда.

— Василиса, быстрее, — подтолкнула меня вперед царица, которая вместе с младшим сыном бежала следом за мной и бабушкой.

Мы выскочили из замка во двор и замерли в дверях, потому что прямо перед нами лежал золотой Дракон и с трудом дышал, пытаясь поднять голову с земли.

— О Боги, Алексий, улетай отсюда немедленно! — закричала царица, кидаясь к Дракону, но тот, испугано завопив, махнул лапой в нашу сторону, заталкивая нас обратно в темноту коридора замка. А сам он повернулся в сторону откуда послышалось шипение второй ящерицы. Таким образом, он собой закрыл нас от черного, и мы тут же затихли все вчетвером.

Пацан жался к царице и, кажется, боялся ничуть не меньше меня огромных ящериц, которые орали друг на друга и топтались, руша двор перед замком. Я встретилась взглядом с братом и испугалась уже не за себя, а за него: не хватало еще, чтобы из-за меня ребенок пострадал!

— Уводи его отсюда, — заорала я на царицу, хватая ту за руку, и заставляя подняться на ноги. Та обеспокоенно на меня посмотрела. — Уводи его отсюда! Немедленно! Ну же шевелись!

— Нет, дочка, — беспомощно проныла она, не зная, что делать: то ли за меня хвататься, то ли жизнь младшему сыну спасать.

— Мама, уходите отсюда немедленно! — под визг золотого Дракона прорычала я на царицу. — Спасай ребенка!

Нерешительно, но она все-таки повела мальчика в противоположную от меня сторону. А мне даже дышать стало легче, когда я поняла, что пацан теперь хотя бы в относительной безопасности.

Золотой кинулся на черного, и они схватились, поднимаясь на задние лапы и размахивая крыльями. Было заметно, что принц пытается уложить старого Дракона изо всех сил, а тот даже не старается проявить уважения к противнику и только откидывает его в стороны как приставучего котенка.

— Нина, Василиса, сюда! — услышали мы с бабулей шепот недалеко от себя и увидели «типа папу», который выглядывал из небольшой двери недалеко от нас. Туда мы с бабулей и нырнули. — Где Лена и Михаил? — тут же поинтересовался царь.

— Туда убежали, — показала я в противоположную сторону.

— Они живы? — задал глупый вопрос царь.

— Да, — поспешно ответила бабуля. — Александр, куда бежать?

— За мной, — скомандовал мужчина и тут же посетовал. — Зря я заупрямился. Уже могли бы свадьбу сыграть и не было бы этого кошмара.

Я до сих пор была против замужества с Драконом в роли жениха, поэтому промолчала. Царь вывел нас к конюшням и тут же пошел к ближайшему стойлу.

— Придется спасаться бегством, — крикнул он нам.

— Что? Нет, я на это животное не залезу! — заявила я, когда царь подвел ко мне кобылу, которая навострила уши и испуганно прислушивалась к воплям Драконов.

— Василиса, — бабуля повернула меня к себе и пристально посмотрела в глаза. — Не упрямься. Если Алексий выживет, мы скажем ему, что даем свое согласие на брак. Найди его и выходи замуж!

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Нет!

— Девчонка! — громко рявкнула бабуля. — Парень за тебя умереть готов, а ты противишься! Лучше все равно сейчас не найти жениха! Захочешь жить, пойдешь замуж. Не упрямься.

Я настырно покачала головой.

— Быстро залезай, — тем временем ко мне подошел и царь.

Я снова помотала головой. Я городской житель, я животных обхожу стороной!

«Типа папа» подхватил меня и, не обращая внимания на мой визг, водрузил на беспокойную кобылу. Капюшон слетел и мне пришлось его возвращать обратно на голову, чтобы не выдать своего местоположения, поэтому я чуть обратно не съехала на землю. Заботливый родитель меня поддержал, а потом вручил в руки повод.

— Держись крепко и капюшон придерживай, — напутствовал родитель, а бабуля тем временем позади него заламывала руки. — Вот возьми золота, — царь всучил мне увесистый кошель, который я тут же спрятала в собственную сумку, которую приволокла сюда из Москвы.

— Деточка, не дури! И не умри! — взмолилась родственница. Царь дал еще пару рекомендаций, я склонилась к кобыле, пытаясь в спешке устроиться поудобнее, а потом царь ударил мое средство передвижения по заднице, и она сорвалась с места под мой визг и дикий вопль бабули: — Лучше замужество, чем смерть!

7. Не приставайте, девки, к посторонним!

Я была в панике, кобыла была в панике.

Обе мы были в панике, и куда мчались тоже обе не понимали.

Моей единственной целью было не свалиться и не потерять капюшон, на это я и тратила все свои силы и внимание. На то, чтобы учиться управлять кобылой, ни того, ни другого у меня просто-напросто не хватало. Да и вскоре остатки сил меня покинули и, когда животное забежало в лес, на одном из поворотов меня из седла благополучно выбила встречная ветка.

Я со всего размаха упала на землю, ударившись и спиной, и ногами, и головой, а кобыла унеслась вперед, даже не обратив внимания на то, что ее всадник остался где-то позади.

— Моя спина, — взвыла я, боясь пошевелиться. — Я сломала позвоночник!

Я так испугалась за свое здоровье, что даже забыла придерживать капюшон, и только лежала и стонала, глядя на кроны деревьев у себя над головой. Так провалялась я не мало, и только, когда боль в спине стала потихоньку стихать, рискнула осторожно перевернуться на бок и прислушаться к своим ощущениям. Спина так и продолжала болеть, но ноги и руки шевелились, и, кажется, позвоночник тоже был цел. Еще немного помедитировав, я рискнула подняться, продолжая прислушиваться к своим ощущениям.

— Кажется жива, — облегченно вздохнула я, поправляя капюшон, растирая спину и осматриваясь.

Бешенная кобыла унесла меня куда-то в лес, но в чащу я угодить не успела и была на опушке. Вдалеке до сих пор виднелся замок и два Дракона в небе — оказалось мелкий Алексий не такой уж и дохляк, как я думала изначально. Ну либо я — отличный источник для поднятия боевого духа!

Усмехнувшись своей дурной мысли, я, постанывая, присела в корнях дерева и решила проверить свои запасы, которые принесла сюда из своего мира. Итак, в моей сумке оказалось много разного девичьего барахла: фитнес-батончик, наполовину полная бутылка с водой от фруто-няни, салфетки влажные, салфетки бумажные, косметичка с помадами, румянами, тушью, подводкой и парой блистеров таблеток и пластырями, кошелек с бесполезными здесь картами, паспорт, куча ненужных чеков и бумажек, пенал с карандашами, блокнот и наполовину разряженные планшет и телефон и зарядки к ним. Просто шикарно. Из полезного у меня с собой только полупустой крохотный перцовый баллончик в кармане и кошель с золотыми монетами от «типа папы».

Психанув в лучших традициях девушек, решила заесть свое горе фитнес-батончиком и запить остатками воды.

Все. Теперь я еще и без еды-воды.

Снова психанула и решила поспать, потому что, блин, все уже бесило знатно. Ни поесть здесь нормально невозможно, ни поспать.

Как это ни странно, уснула я довольно быстро и даже мелькающие далеко в небе ящеры не испортили мне здорового сна. Проснулась уже когда было светло. Все тело так и продолжало болеть, снова хотелось есть и пить.

Оглядевшись, я поняла, что Драконы утихомирились — ни того, ни другого в небе видно не было. Солнце находится в зените, а значит проспала я достаточно прилично. Березки и сосенки, ромашки и лопухи напоминали флору дома, а с фауной я знакомиться не желала, поэтому в лес углубляться не стала, но и выходить из него не торопилась. Для начала решила прогуляться вдоль опушки. Так проплутала я несколько часов прежде, чем заметила вдалеке городок с двухэтажными домиками, собаками на цепях и с важно прогуливающимися котиками.

Есть хотелось с каждым часом все больше и больше, деньги у меня имелись, но все же я решила дождаться, когда стемнеет и большинство людей скроются с улиц. Погода располагала к тому, чтобы не замерзнуть, я нашла полянку с земляникой и устроилась там ждать темноты.

Ближе к вечеру, когда шум со стороны городка немного стих, я поправила капюшон на голове и рискнула выбраться из своего укрытия. Наверно, выглядела я странно: человек непонятного пола в облегающих штанах, в причудливой обуви с палкой на пятке, да еще и кутающийся в длинный черных плащ в теплый день и отшатывающийся от каждого встречного. Но я ничего не могла с собой поделать. Да, мне хотелось пить и есть, но вчерашний страх я еще помнила.

И тут я увидела его!

Он стоял прямо по середине улицы и подмигивал мне своим блестящим боком. Люди его обходили как прокаженного, я же побежала к нему как к родному и упала грудью на высокий капот, обнимая руками и еле сдерживая слезы умиления от встречи с этим черненьким красавчиком с гордым именем Джип.

— Привет, родненький! — прошептала я, наглаживая его бок и обходя по кругу, чтобы заглянуть в окна. Кожаный просторный салон, панель с подсветкой. И открытые двери!

Я чуть не стала угонщицей, но вовремя себя остановила, подумав о том, что где машина из моего мира, там и мой земляк! А значит и возможность вернуться обратно!

Оглянувшись, увидела вывеску на непонятном мне языке. Судя по тому, что оттуда доносились громкие голоса и музыка, а также запахи съестного, это была какая-то местная едальня. Есть мне все еще хотелось, но наличие большого количества людей смущало. Однако там мог находиться хозяин симпатяги Джипа и именно поэтому я все-таки рискнула войти.

И снова увидела новый огонек маяка — на этот раз мне подмигнуло яблочко Мака из темного дальнего угла в конце зала. Я снова чуть не расплакалась от счастья, но на этот раз сдержала свой порыв и приближалась к путеводному яблочку настороженно, ибо за ноутбуком обнаружился его владелец: брюнет с разукрашенным синяками и ссадинами лицом, со щетиной на щеках, в обычном трикотажном свитере и джинсах. Он лежал перед ноутбуком на сложенных руках и гипнотизировал экран.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Привет! — поприветствовала я земляка и, он поднял на меня несчастный взгляд одного нормального светло-карего глаза, а другого — заплывшего и расцветшего красно-синими тонами. — Можно сесть? — поинтересовалась я.

Парень настороженно, медленно выпрямился, продолжая молчать и разглядывать меня. Кажется, тоже местным не доверяет.

— Сесть можно? — снова повторила я, указывая на свободный стул.

Сидел, молчал и пялился. Что-то мне это напоминает…

А может, он не русский? Не понимает меня?

— Do you speak English? — поинтересовалась я. Уж на этот вопрос он должен ответить. Он не может его не понять, обладая Маком!

И он ответил хриплым голосом.

— Я не понимаю, — признался он на русском с привычным уже мне акцентом. — Я говоррю на ирралиийском и немного по-рруски, — признался он, произнося букву «р» точно также тягуче, как и принц. Видимо, это здешняя особенность. Хотя «типа мама» и «типа папа» так не рычали.

Аллилуйя! Земляк! Я даже не обратила внимания на то, что он не понял стандартного вопроса на английском.

Уже не спрашивая разрешения, я плюхнулась на соседний стул.

— Я тоже из России! Давай дружить!

Парень нахмурился и захлопнул Мак.

— Я из Ираля.

Настроение ухудшилось, но лишь чуть-чуть. Мак и Джип мне его повысили намного больше, чем родина их владельца.

— Но ты же был в России?

— Был.

— А знаешь, как вернуться обратно? — поинтересовалась я.

— Знаю.

— Расскажешь?

— Нет, — категорично ответил он, а потом указал себе на висок и на меня. Не сообразив на что он намекает, я дотронулась до собственного виска и поняла, что прядь волос выпала из-под капюшона и сейчас освещает мой правый глаз. Ойкнув, поспешно заправила ее обратно. — Мне прроблемы не нужны, — грубо ответил парень и придвинул к себе тарелку с целой курицей.

Я сглотнула слюну, а он тем временем начал невозмутимо жевать, то и дело косо на меня поглядывая.

— Слушай, мы неправильно познакомились. Давай заново. Привет, я Василиса, — протянула ему руку. Он бросил на нее взгляд исподлобья, немного подумал, а потом, вытерев пальцы, неуверенно принял мою ладонь и аккуратно сжал.

— Алек.

— Приятно познакомиться, Алек, — прощебетала я, а он на меня оценивающе взглянул, видимо, решая шучу я или нет. — У тебя такой ноутбук крутой. Где брал?

Я игриво дотронулась до яблочка. Парень тут же дернулся, схватил ноутбук и прижал его к себе, продолжая смотреть на меня с опаской.

— Не тррогай. Это мое.

— Да, ладно. Твое, — я подняла руки, показывая, что ничего не трогаю. — Кто ж спорит? Мне твоего не надо, у меня дома точно такой же есть.

— Этот мой, не твой. Я не ворр! — уточнил он. Я согласно кивнула. Похоже, мне попался псих. Либо у нас проблемы с пониманием языка друг друга.

Алек тем временем погладил Мак и припрятал его в сумку, продолжая глядеть на меня с опаской.

— Послушай, мне очень нужна помощь, — доверительно сообщила я и скосила глаза на свой правый висок. — Думаю, ты понимаешь почему…

— Понимаю, — кивнул парень. — Но помогать не буду. Ты меня обидела.

Я опешила. Когда я успела? Именно этот вопрос я и задала парню.

— Алексия, — заявил он задумчиво и оценивающе глядя на меня, а я поспешно обернулась, проверяя нет ли принца Дракона где-нибудь поблизости. Но вокруг шумели полупьяные мужики, девушка-официантка разносила еду и кажется Драконами здесь не пахло. — Ты обидела Алексия — моего дрруга.

— Ты знаешь Алексия? — поинтересовалась я напряженно. Настроение портилось теперь стремительно, и даже Джип с Маком не могли его поднять.

— Да, он — мой дрруг, — повторил парень осторожно, будто пробуя слово на вкус, а я теперь присмотрелась к нему внимательнее и поняла почему меня так смутил его взгляд: точно такие же светло-карие глаза в обрамлении густых черных ресниц были и у принца. И пусть волосы у этого парня были черными, а все равно на принца он чем-то неуловимо был похож.

— Ты на него похож, — настороженно произнесла я, отодвигаясь на стуле и готовясь бежать. — Алек — это сокращенное имя?

— Да, от Алексея… Мы рродственники. Моя семья — рродня его бабушки, — ответил парень, и я заметила в его взгляде такое же напряжение, какое испытывала сама. Он тоже отодвинул стул, будто готовился вскочить и бежать. И очень надеюсь, что не за мной.

Только я подумала о том, что Алек — тоже Дракон и надо бежать, как вспомнила, что бабушка принца — Искра, а значит ее родня — обычные люди. Значит…

— Ты же человек? — на всякий случай уточнила я. Парень пожал плечами:

— Похоже тебе не нрравятся Дрраконы, — заметил он.

— Да кому они понравятся? Мерзкие ящерицы.

— А людишки — мелкие насекомые, — так же брезгливо ответил Алек и добавил: — По веррсии Алексия. Но ты-то ему понрравилась.

— У твоего друга отвратительный вкус. Так ему и передай!

— Да, он знает, — печально ответил парень, снова увлекаясь курицей, а я поняла, что и сама не откажусь от еды, поэтому помахала проходящей мимо официантке и попросила у нее воды и жаркое, положив перед ней монетку. Та ее с радостью схватила и поскорее умчалась выполнять заказ.

— Не стоит светить золотом, — заметил парень, жадно следя за тем, как я прячу свой кошелек. — Золотая за ужин — это слишком много.

— Да без разницы. Я такая голодная, что и весь кошель отдам за еду.

Парень придвинул ко мне курицу, словно хотел променять ее на золото, но потом ударил себя одной рукой по другой и снова придвинул тарелку к себе обратно.

— Кстати, как там твой дружок? — не без интереса поинтересовалась я. — Жив хоть?

— А что с ним станет? — подозрительно поинтересовался Алек, прищурившись, словно искал двойное дно в моих словах.

— Он вчера за меня драться вздумал. Дурак.

— Почему дуррак? — тут же надулся парень. — Он же охрранял свое сокрровище.

— Какое сокровище? — не поняла я. — Меня что ли?

И рассмеялась, увидев подтверждение в глазах парня. Он презрительно фыркнул.

— Послушай, — решила я смягчить последствия своего смеха, поняв, что его друг чуть не погиб, защищая меня, и мой смех был совершенно не уместен. — Я лично ничего против Алексия не имею, он не плохой парнишка и все такое. Но! Но он — Дракон, а от этих ящериц меня в дрожь бросает. Я выросла в мире, где они — это легенда и мне не просто смириться с тем, что они существуют. Да еще и любят подзакусить девкой, другой.

Искать Алексия, как завещала бабуля, я не планировала, потому что я не та принцесса из сказки, которая полюбит чудовище исключительно за его прекрасную душу. Я меркантильная девка из современности, которой нужен обычный мужик с руками и головой на плечах.

— Дрраконы не едят девок…

— Да-да слышала я, что твой дружок из вегетарианцев, но это не отменяет того, что мы разных видов. Я, знаешь ли, Сумерки совсем не уважаю и не понимаю, как можно хотеть жениться на той, которую хочешь сожрать. Я вот, знаешь ли, никогда к курочке подобных чувств не испытывала, — поделилась я наболевшим, но кажется парень и половины моих слов не понял. — Короче, мне бы как-нибудь свалить надо из этого сказочного мира обратно в суровую реальность с пробками, противным кофе и директрисой-стервой. Я хочу вернуться обратно в Москву.

— Это невозможно, — тут же ответил парень, даже потемнев лицом. — В Москву можно прройти только черрез поррталы, а их охрраняют Дрраконы, которрые сейчас тебя ищут.

— Значит, мне нужно избавиться от моей особенности, погасить волосы.

— Это невозможно, — снова повторил Алек и отрицательно мотнул головой. — Единственный тебе путь обрратно — это уговоррить мужа-Дрракона тебя туда вывезти.

— Нет, это возможно и без всякого мужа. Мне просто нужно найти парня, которому я понравлюсь.

— Зачем?

— Чтобы лишить меня этой особенности, — прорычала я, поражаясь недогадливости своего собеседника. С бабулей такую деликатную тему было обсуждать куда легче, чем с незнакомцем из сказочной забегаловки. Тем более соображал он долго, правда все-таки додумался и приманил меня к себе:

— Алексий тебя тогда найдет и убьет. И тебя, и паррня, — пообещал он зловеще. — Не майся дуррью.

Видимо, он мне не помощник в таком интимном вопросе. А жаль, он хоть и избитый в пух и прах, но вроде очень даже симпатичный и мне нравится не противен даже.

— Он меня не найдет, потому что я отсюда свалю с нормальными волосами, — прошипела я также зло и тихо, и мы обменялись одинаково пренебрежительными взглядами. — И только попробуй этому мутанту что-нибудь рассказать!

Похоже он не понял, что такое «мутант», но общий смысл фразы уловил и снова прищурился презрительно.

— Не буду я ему ничего говоррить. Ты меня в качестве его невесты, может, тоже не устрраиваешь.

— Да? — заинтересовалась я.

— Да. Алексий мне как бррат, и я не хочу, чтобы он был зависим от желаний капрризной девчонки, которрую к тому же еще прридется стерречь всю жизнь, — заявил парень, а я тут же начала соображать, а не пригодиться ли мне союзник в моей попытке скрыться от кровожадных Драконов и нежеланных женихов.

— Так это же прекрасно! — улыбнулась я. — Помоги мне.

— Что? — не понял парень, отклоняясь назад. Я даже не заметила, как мы придвинулись друг к другу, обмениваясь любезностями.

— Помоги мне найти подходящего парня для возвращения волосам прежнего цвета.

Он на меня уставился точно так же, как и принц. Вот только второй смотрел с восхищением, а этот с незаданным вопросом «Ты дурра?».

— Мне очень надо, — настойчиво заявила я.

Он еще не успел ничего ответить, как к нашему столику стремительно подошел двухметровый лысый мужик, схватил моего собеседника за шею и впечатал лицом в курицу. Я поспешно натянула капюшон и опустила взгляд в стол, пытаясь сообразить, что происходит.

— Что это за представление было ночью?! — заорал мужик в ухо Алека. Тот что-то нечленораздельное промычал в свой ужин. Мужик попробовал прислушаться, но, в конце концов, поднял его голову из тарелки.

— Прривет, дядя! Как дела? — поинтересовался парень с издевательской гримасой. Похоже он не сильно испугался внезапного вторжения в наш тесный круг.

Дядя опустил племянника обратно в тарелку, что-то хрустнуло, и я очень надеялась, что это косточка курицы, а не шея парня.

— Чтобы я тебя больше не видел у себя под ногами! Понял?

Он снова приподнял парня над столом, и я, взглянув на его лицо, поняла, что он истерически ржет, а на его губе и щеке снова начинают кровоточить еще не зажившие ссадины с его прошлого приключения. Мужик тоже заметих ухмылку парня и разозлился еще сильнее.

— Знакомься, дядя. Это Василиса, — сквозь смех представил Алек и снова оказался рожей в курице. На этот раз я мужика поддерживала: нечего акцентировать внимание на мне, придурок.

— Искра — моя, понял?! Увижу еще кого-нибудь из твоей семейки рядом, затопчу! Щенок! — презрительно бросил мужик и напоследок отвесил парню знатный подзатылок, от которого, я думала, у него скальп слетит.

Лысый, презрительно на меня глянув, развернулся и занял место за соседним столиком, а Алек так и остался лежать лицом в тарелке и мелко трястись от смеха.

— Ты зачем мое имя назвал, дебил? — поинтересовалась я, склоняясь к тарелке с черноволосой головой.

— Да оно ему все рравно ничего не сказало. Он тупой. Массы много, мозга — ноль, — прохохотала тарелка и получила суровый взгляд от мужика. Я втянула голову в плечи, стараясь не отсвечивать.

— Кто это?

— Черрный Дрракон, — ответил парень, вынимая, наконец, свое красное, жирное лицо из курицы и облизываясь. — Он нас с Алексием перриодически путает. Никак не может запомнить Дрракон — это, которрый светленький или которрый темненький?

Я скосила взгляд на мужика и меня пробрал холод: да этот меня слопает и не превращаясь в ящера. То, что он был высоким, я поняла еще когда он стоял рядом, но тогда я взгляд старалась не поднимать, а теперь могла рассмотреть первого претендента на мою бедную и несчастную тушку.

За соседним столом сидел лысый мужик за пятьдесят. Сидел он на двух стульях, потому что один его, видимо, не удерживал. Он не только ростом был два метра, а то и выше, но и мяса в нем было килограмм на двести. И именно мяса, а не жира: руки, торс, ноги — все так и бугрилось мышцами. Он весь был красным, будто пробежал не один километр либо выпил не одну бутылку. Перед ним персонал таверны поспешно заставлял стол различными блюдами, но основное из них было не маленьким таким зажаренным хряком, в которого он вгрызся в первую очередь. Я бы такого важного гостя тоже в первую очередь накормила…

— Ну что? Как тебе такой прретендент на твою рруку? — поинтересовался голос над ухом и завоняло жаренной курицей особенно ярко.

— Скорее он претендент на все мое тело, а не только на руку, — заметила я и увидела, что ко мне, наконец, приближается официантка. Нормальное здесь обслуживание: я уже с десяток минут сижу и до сих пор не получила свой ужин, а господину великану его вынесли за пару секунд! — Можно мне с собой положить? — поинтересовалась я у девушки, но та, кажется, меня не поняла. — Ладно, давайте так.

Я схватила свою тарелку с жарким и кувшин с водой и быстро начала орудовать ложкой, косясь на великана рядом и не отвлекаясь больше на разговоры. Да, я сильно рисковала, но уж очень хотелось есть.

Алек тем временем приводил себя в порядок с помощью салфеток, потому что в уборную я ему отлучиться не разрешила. Какой-никакой, а все-таки мужчина, с которым спокойнее. Правда, вряд ли он ринется меня защищать, как его дружок, в случае чего.

— Чего пялишься? — я все-таки нарвалась на взгляд лысого и тут же склонилась над тарелкой, помотав головой. — Это кто? — обратился он к Алеку, видимо, кивнув на меня.

— Да, царревна, — отмахнулся парень, словно говорил «да, бродяжка прибилась» и кинул мне свою недоеденную булку.

Я чуть вместе с этой булкой инфаркт не словила, а лысый тем временем не торопился меня есть. Он хмыкнул и покачал головой:

— Ты когда-нибудь дошутишься, парень. Слопаю!

— Спасибо, господин, — еле слышно и запоздало поблагодарила я, а булку поспешно спрятала в сумку — пригодится.

Так все, хватит играть с огнем. Надо отсюда валить, а то вон уже опять про людоедство заговорили. Проверив, вся ли коса скрыта под плащом, я затянула капюшон потуже и попробовала встать, но тут же упала обратно, потому что волосы за что-то зацепились, и поймала взгляд Алека. Тот расширил глаза и кивнул мне под стол. Стараясь не привлекать внимания, я заглянула туда, и тут же вынырнула обратно: конец моей косы выскользнул из-под плаща и сейчас был придавлен к полу ногой парня. И, судя по всему, находится он там с самого начала знакомства с черным Драконом.

— Дядя, а ты Искрру видел? — поинтересовался Алек, вновь привлекая внимание великана. Убью, поганца!

— Нет, — отрезал великан.

— А вдрруг она стррашная? — предположил парень.

— И что?

— Так у тебя же еще одна жена будет стррашной!

Похоже мужик и правда соображал медленнее, чем переваривал, потому что не понял, что его оскорбляют.

— Чего?

— Дети, говоррю, стррашные в нее урродятся и тупые — в тебя. Зачем такой ррод прродлевать?

Я прямо услышала этот «щелк», когда мужик понял, что к чему. А в следующую минуту он уже был на ногах и делал шаг к нашему столу. Алек тут же вскочил и перемахнул на другую сторону от стола, не забыв собственные сумку и куртку. Я подхватила конец косы, поспешно его спрятала, и также быстро вскочила на ноги.

— Ты что пропищал, прыщавый?! — взревел лысый, нависая над столом, пока мы с Алеком сгруппировались по другую его сторону. Я бы предпочла вообще бежать, но пока у меня был только один знакомый и бежать мне было больше некуда.

— Тупой, говорррю, ты. И не поворротливый.

Мужик заорал, ведясь на подначки так, будто учился среди моих первоклашек. Судя по взгляду, интеллектом он от них далеко не ушел. Так продолжая орать, он поднял стол над головой, подобно Халку, и затряс им, видимо пытаясь внушить страх. Но внушался только смех. При чем в Алека, согнувшегося пополам от хохота.

И, таким образом, из дееспособных в этом обществе осталась только я, поэтому защищать нас вызвалась моя рука с зажатым в ней баллончиком. Встряхнув его, я выступила вперед и подняла оружие к глазам великана: вот тебе, тупая башка, за то, что моим недоделанным женихом кидался в разные стороны сегодня ночью!

Мужик заорал, отбросив стол. Алек перестал хохотать, закрыл глаза руками и даже присел на корточки — видимо, успел уже в моем мире познакомиться с перцовым баллончиком.

— Бежим, — толкнула я этого героя и первой выскочила из едальни, в которой начал бушевать ослепленный верзила.

Алек, все еще прикрывающий глаза руками, выскочил следом за мной. Мы, не сговариваясь, забрались в салон Джипа и рванули с места.

8. Не заключайте, девки, подозрительных сделок!

Далеко мы не уехали, лишь повернули пару раз и остановились в тени раскидистого дерева.

— Ты зачем его провоцировал?! — тут же накинулась я на парня, который до сих пор продолжал счастливо улыбаться.

— Пррости. Не могу сдерржаться, когда вижу его, — признался он весело. Настроение его после встречи с черным, действительно, в разы улучшилось, и он даже пока ни разу не погнал меня прочь. — Ты его ррожу видела? Да как мимо такой прройти молча?

Он снова тихо захохотал, и я тоже улыбнулась, но сдержано, чтобы он не думал, что в моем присутствии теперь всегда можно будет так необдуманно нарываться на неприятности. А своей компании я его пока лишать не собиралась.

— А где принц? — поинтересовалась я, доставая из сумки булку и откусывая от нее — свой ужин я так и не доела.

— Кто? — не понял Алек, подняв на меня веселый взгляд.

— Дружок твой.

— А! — улыбаться он тут же перестал. — Не знаю. Тебя, наверрно, ищет.

Я покачала головой осуждающе:

— Лучше бы делом занялся, чем за девками бегать.

— Ты бы тоже лучше делом занялась, чем от женихов бегать.

— Тю! Где те женихи? — отмахнулась я. — Хоть бы один нормальный попался, а то пока в очереди только земноводное с золотой чешуйкой.

— Так берри того, который с черрной, — огрызнулся парень и снова заржал: — Прравда не факт, что он тебя в крровати не рраздавит…

Я аж подавилась несчастной булкой.

— Зачем я ему в кровати?

— Рради прродолжения ррода, — сквозь смех произнес парень.

— Кончай уже ржать! — возмутилась я. — Давай лучше подумаем, как будем искать мне жениха из человеческого племени.

— А я тут прри чем?

— У нас с тобой одна цель, так давай поможем друг другу.

Парень тяжело вздохнул, положил подбородок на руль и задумался, глядя на темнеющее небо. Я тоже выглянула в окно, пытаясь понять, что именно он разглядывает, но в звездах совершенно не разбиралась.

— Я об этом еще пожалею… но давай поиграем. То есть попрробуем рради интерреса. Вдрруг получится, — в конце концов, согласился погрустневший вдруг Алек. Я же наоборот разулыбалась: я нашла себе союзника, я теперь не одна! — Только у меня условие.

Улыбка моя погасла точно также, как и его.

— В сомнительном дельце, которрое ты прредлагаешь, я не участвую! — заявил он грозно.

Я обижено нахмурилась:

— Да кто тебе предлагает?! Ты мне для этого самого дела не подходишь — рожей не вышел.

Парень, кажется, опешил от моего наезда, но сообразил в чем дело на этот раз быстро.

— Я не об этом! — возмутился он и разве что не поплевался. — Какая ты испоррченная!

— Если бы была испорченная, проблемы бы вообще не было…

Он покачал головой так, будто удивлялся моей глупости, но на этот раз свои комментарии оставил при себе. Вообще за эту минуту изменился и кажется, будто сам не верил в то, что соглашается на мою авантюру. И мне очень не хотелось, чтобы он передумал и дал задний ход нашим зарождающимся отношениям.

И я совсем не о том. Я о деловых, о деловых отношениях!

— Так что за условие? — спросила я поспешно, чтобы не дать ему долгого времени на раздумья.

— Никаких мимолетных связей, — строго, будто дочери или сестре, заявил он. — Либо замужество, либо я сейчас же ррасскажу все твоей семье, — пригрозил он, но, видимо, заметив, что угроза не подействовала, добавил: — И Алексию.

Теперь пришло время мне хмуриться, потому что выходить замуж даже понарошку за местных аборигенов я не планировала. Если меня за двадцать три года современные москвичи не смогли удивить интеллектом, то сомневаюсь, что это удастся здешнему деревенщине.

— И еще одно условие…

— А не много ли? Не наглей.

— Норрмально. Я, между пррочим, врремя на тебя свое трратить буду, а мне есть чем заняться и без этой авантюрры!

— Ну и?

— Если за месяц ни с одним человеческим мужчиной не выйдет, ты пойдешь замуж за Алексия. И не будешь ррассматривать больше ни одного Дрракона!

А вот это уже очень нехорошее условие. Он ставит мне временные рамки! Я за всю свою жизнь жениха себе не нашла. С чего вдруг должна успеть за месяц? Хотя…, если так подумать, условия нынче немного другие, ускориться не помешало бы. А его требование должно добавить мне мотивации, вот только:

— Получается, если ничего не выйдет, ты можешь получить красавицу и умницу Искру для своего родственника, а я взамен что?

Парень, недолго думая, заявил:

— Я берру на себя твою безопасность: буду помогать освоиться в этом мирре, отпугивать Дрраконов и незадачливых ухажерров.

— А искать жениха?

— С этим уж как-нибудь сама упрравляйся, — фыркнул парень.

— Ну хоть советы давать будешь? — капризно поинтересовалась я.

— Советы давать буду, — недолго думая, ответил он и тут же усмехнулся: — Но вот следовать им или нет — выбиррай сама. Гаррантий никаких не даю. Оставляю за собой прраво и умолчать, и прриукррасить.

— То есть солгать? — удивилась я.

— Нет, конечно. Я не врру!

— Позвучало также как «я не вор», — проворчала я обижено. Стоило мне обрадоваться, что я, наконец, нашла себе союзника, как начинаются условия и требования со второй стороны. Наверно, поэтому я до сих пор и одна: не могу смириться с тем, что существует другое мнение и чужие интересы. Эх, чую, скоро жизнь меня проучит…

— Ну так что? Согласна? — поинтересовался парень на этот раз азартно. Как-то мы быстро поменялись ролями: сначала я его упрашивала, а теперь — наоборот. Настораживает, конечно, и сама ситуация, и незнакомец, и его условия, но что поделать?

— Согласна, — нехотя ответила я. — Как будто у меня много выбора…

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Куда я денусь с подводной лодки?

Он поспешно протянул мне руку для рукопожатия. Его глаза мерцали в темноте нехорошими огоньками, губы были изломлены в усмешке. Было такое чувство, что я заключаю сделку с дьяволом, но руку его я все же сжала. Хоть и чувствовала, что поступаю неверно, а все равно надеялась выкрутиться из сложившейся ситуации. В крайнем случае сбегу — решила я и поинтересовалась по-деловому:

— Как будем искать мне жениха?

Только подумать до чего я дошла! Сижу с незнакомцем и обсуждаю как бы мне поскорее выйти замуж и избавиться от статуса старой девы!

Алек рассмеялся и из его глаз, наконец, исчезли эти огоньки расчета и жажды наживы.

— Для начала минимум: прривести товарр в прродаваемый вид, обезопасить его от ворров и только потом вывозить на ррынок.

— Что?

— Спать, говоррю, поехали, — ответил он, заводя машину.

9. Не ночуйте, девки, вне дома!

Алек вывез меня, судя по многолюдности даже в вечернее время, на одну из центральных улиц города. Повернул на одном из перекрестков на улицу поспокойнее и вдалеке я увидела длинный, богатый двухэтажный дом. К нему мы и подъехали.

Когда Алек заглушил двигатель, из дома поспешно выскочила девушка, а за ней, хромая, на крыльцо вышел бородатый дед. Девчушка, с паникой глядя на наше средство передвижения, бросилась к воротам.

— Любонька, закрывай ворота! Быстро! Быстро! — донеслись до нас слова, судя по всему, хозяина.

— Вылезай, — скомандовал Алек. Сам он поспешно выскочил из машины и бросился к воротам под громкий шепот мужчины:

— Закрывай, дуреха! Не пускай его!

Девушка успела закрыть одну створку ворот и практически захлопнула вторую. Но щеколду, видимо, не успела опустить, потому что Алек поспешно толкнул ее и просунул голову во двор дома.

— Зррасти, дядя Михалыч! А я к вам на постой! — прокричал парень деду на крыльце, когда я с опаской выбиралась из машины.

— Алек! Какая радость, сынок! — с перекошенным лицом поприветствовал «гостеприимный» хозяин и бросил суровый взгляд на побледневшую девушку, которая исподлобья смотрела на парня. — Любонька, что же ты гостя на пороге держишь? Алек, проходи, дорогой! — пригласил он и зло прошипел себе под нос: — Гостем будешь!

Недовольный Михалыч, хромая вошел в дом. Любонька убежала следом, а Алек так и остался стоять в воротах, дожидаясь, когда я подойду.

— Он меня любит, — самодовольно заявил парень мне проходящей мимо.

— Да я заметила…

Мы вошли в просторный зал, где за парой столиков сидели мужчины и женщины и тихо переговаривались, ужиная. Я вспомнила с тоской свое недоеденное, вкусное жаркое и следом за Алеком подошла к хозяину дома, который стоял за прилавком, сложив руки на груди в защитном жесте.

— Михалыч, мне бы перреночевать, — начал парень, но мужчина его поспешно перебил:

— Дешевых мест нет. Осталась только самая дорогая комната. Поищи другое место!

— Но…

— И не упрашивай! Твоя каморка занята!

Алек почесал затылок, глянул на меня оценивающе и тяжело вздохнул.

— Хоррошо, давай «самую доррогую»… но за умерренную плату, — поспешно добавил он, склонившись над прилавком и заговорчески подмигнув.

Мужчина покачал головой отрицательно.

— Либо плати полную стоимость, либо уходи.

Парень снова печально вздохнул и глянул на меня.

— Сколько?

— Одна золотая за одну ночь!

— Столько?! — возмутился парень. — Да я лучше в конюшне перреночую!

Ну уж нет. Я в конюшне ночевать не буду.

— Я заплачу, — я поспешно полезла в сумку за кошельком.

Алек фыркнул на мой порыв и задвинул меня обратно себе за спину.

— Ну ладно. Золотая, так золотая, — печально вздохнул он и достал монетку из кармана. Дыхнул на нее, протер, еще раз протер, еще раз дыхнул. Парень, ты ее еще поцелуй и обними! — Только с тебя дополнительно ужин и ванна, — заявил он, в конце концов, положив монетку на прилавок. Мужик поспешно ее схватил, передал Любоньке, а та так же быстро скрылась за одной из дверей.