"Фантастика 2026-81". Компиляция. Книги 1-36

Глава 1

Ли Юй и Елена по моей просьбе собрали наши походные рюкзаки. На всякий случай мы взяли еду на неделю, запасную одежду для девушек и несколько накопителей маны.

Я сидел за столиком и пил кофе, раздумывая, куда всё-таки направиться. В какой из разломов пойти? Стихия Духа молчала, не давая мне никаких подсказок. Я взял в руки амулет связи, покрутил его в руке, всё ещё сомневаясь, и вызвал командира крепости Сибирского разлома — поручика Храброго.

— Иван Петрович, добрый день, князь Драгомиров тебя беспокоит, — произнёс я.

— Добрый день, ваше сиятельство, — услышал я бодрый голос поручика.

— Что происходит в разломе? Монстров много? — поинтересовался я.

— Нет, князь, тишина полнейшая. Охотники уже неделю сидят без дела. Некоторые ходят в разлом каждый день, но добычи у них нет. Первый и второй уровень полностью зачищены, собираются идти на третий. Несколько групп охотников ведут переговоры между собой, хотят объединиться для совместного похода, — ответил мне поручик Храбрый.

— Ясно, спасибо, Иван Петрович, — я отключил связь и сразу вызвал Хару.

— Хару, как у тебя дела?

— Добрый день, князь, — услышал я голос Хару. — Строительство идёт полным ходом. Ваш архитектор внёс корректировки в систему обороны, и я согласился.

— Спасибо, Хару. Скажи мне, есть какие-то движения внутри разлома? — Я уже понимал, что, скорее всего, там тоже тихо.

— Нет, князь. Я даже отправлял людей. Дошли до рубежа — полная тишина. Монстров нет, — ответил Хару.

— Хорошо, сообщи мне, как закончите со стройкой, — я отложил амулет связи в сторону.

В Центральный разлом соваться тоже смысла нет. «Может, в Уральский?» — сам себе я задал вопрос. Немного подумав и не найдя отклика от стихии Духа, тоже отмёл этот вариант. В Пекинский разлом вообще не было желания идти. Оставались Карельский разлом, где я встретил «огненных ежей» и нашёл артефакт силы, и Кавказский разлом, где я обнаружил последнюю часть моего браслета «Единства стихий», при этом попав во временную аномалию.

Посмотрев на девушек, которые стояли и смотрели на меня, я открыл портал.

— Отправляемся, — встав, я подхватил свой рюкзак и шагнул в портал.

Мы вышли сразу в здании комендатуры. Поручик Игорь Павлович Бахтеев, как только увидел открывшийся портал, тут же вскочил со своего места.

— Рад приветствовать вас, князь Драгомиров, — отдавая честь, поприветствовал он меня.

Когда он заметил, что следом за мной выходят Елена и Ли Юй, немного смутился, но всё же решил отдать им честь вместо обычного приветствия.

Я кивнул в ответ и коротко обозначил цель визита:

— Игорь Павлович, планируем зайти в Карельский разлом. Нужна актуальная информация по обстановке. Ну и, как у вас положено, внесите нас в список посетителей.

Поручик мгновенно присел за стол, открыл журнал для регистрации и спросил:

— Ваше сиятельство, можно узнать имена девушек и фамилии?

Я на миг задумался, а потом, даже не знаю почему, произнёс:

— Елена и Ли Юй Драгомировы.

Поручик старательно вписал нас в журнал посетителей разлома, не задавая уточняющих вопросов. Я же почувствовал на себе прожигающие взгляды Елены и Ли Юй. Хотел было прочитать их мысли, но не стал — мало ли что они себе напридумывали.

— По данным на утро, в Карельском разломе сохраняется стабильная обстановка. За последние трое суток — ни одного зафиксированного выхода монстров к воротам разлома. Так, вот ещё… Сейчас в разломе две группы охотников — ушли вчера утром. Первая группа — десять человек, вторая — двенадцать.

Я задумчиво провёл пальцем по краю стола:

— А часто группы не возвращаются в течение суток?

— Хм… — Поручик проверил журнал. — Обычно возвращаются, но эти не вернулись. Хотя группы очень большие — возможно, пошли дальше и просто не успели вернуться.

— Ладно, спасибо за информацию, — я забрал свои пропуска в разлом и развернулся на выход.

Только мы вышли от коменданта, я услышал сзади вопросительный голос Елены:

— То есть мы теперь Драгомировы, князь?

Я обернулся к девушкам, которые шли позади меня и улыбались.

— Ли Юй, Елена, вам придётся быть особенно внимательными. В глубине разлома я встречал монстров, которых вы раньше не видели. Так называемые «огненные ежи». Высокобронированные твари, которых вы не сможете пробить. Это под силу только мне, — я проигнорировал вопрос Елены.

Елена кивнула, продолжая улыбаться и проверяя застёжки на рюкзаке:

— Мы готовы, князь Драгомиров, ведите.

— Княгиня Драгомирова, давайте я вам помогу, — Ли Юй стала поправлять рюкзак на спине Елены, поплотнее притягивая его, чтобы он не мешал движениям.

— О, вы так любезны, княгиня Драгомирова, — Елена слегка склонила голову перед Ли Юй.

— Ну всё, хватит, — я заулыбался, а девушки рассмеялись.

В хорошем настроении мы подошли к воротам в разлом. Охрана, мельком глянув на наши пропуска, сразу открыла ворота — и мы вошли в туннель Карельского разлома.

Мы спокойно двигались по туннелю. Поисковое заклинание стихии Земли показывало отсутствие монстров и людей впереди, так что я планировал без помех дойти до руин рубежа Карельского разлома — а там уже решать, в какое из ответвлений двигаться дальше.

Возможно, придётся проверить оба ответвления, если не найду явных следов того, куда ушли группы охотников. Хоть мы и не спасательная команда, но я считал: если им нужна помощь, почему бы её не оказать?

На руинах рубежа тоже оказалось пусто. Ни монстров, ни охотников. Только остатки убитых мной «огненных ежей». При этом было заметно, что их кто-то дополнительно разобрал: с тел сняли остатки бронированных пластин, забрали даже часть костей — те, что в прошлый раз не смогли унести охотники.

— Ли Юй, — обернулся я к девушкам, — попробуй открыть портал в наш замок.

Ли Юй кивнула. Спустя пару секунд в воздухе возник портал, ведущий прямо в нашу спальню. Отлично — она стала существенно сильнее.

Хм… У меня возникла мысль, которую срочно надо было реализовать.

Я огляделся по сторонам и нашёл более-менее целое здание. Сразу направился к нему. Войдя внутрь, осмотрелся и выбрал место, где открытый портал не будет виден снаружи.

— Идёмте, надо кое-что проверить. Потом вернёмся, — произнёс я, открывая портал к родовому хранилищу.

Открыв двери в хранилище, я сразу направился за «Чашей Демиургов». Почему-то я был уверен: общение со мной очень сильно повлияло на развитие и потенциал моих девушек.

Вернувшись к рабочему столу, возле которого стояли девушки в ожидании моих дальнейших указаний, я поставил шкатулку с артефактом перед ними.

— Ли Юй, ты помнишь, что это за артефакт? — спросил я, посмотрев на девушку.

— Помню. Он определяет текущую силу и потенциал демиургов, — сразу ответила она.

— Что за артефакт? — Елена с любопытством посмотрела на шкатулку.

— Клан «Лунвэй» нашёл этот артефакт в Пекинском разломе. Он принадлежал демиургу из другого мира — как и многие другие артефакты, которые теперь есть у меня. С его помощью демиург определял силу других: давал попить из чаши воды.

Я открыл шкатулку и достал чашу. В моих руках она заиграла переливами всевозможных цветов. Поставив её на стол, я налил в неё воды из графина.

— Елена, возьми чашу и попей воды.

В душе я был уверен, что у неё получится, хотя Ли Юй моего мнения не разделяла.

Елена спокойно взяла чашу и отпила воды.

— О-о-о, это не вода! Это больше похоже на сладкий сироп, — удивлённо произнесла она.

— Опиши подробно вкус этого сиропа, — попросил я, взяв шкатулку в руки и начиная переводить руны. Мне нужно было определить текущую силу Елены и её потенциал. Краем глаза я заметил, что Ли Юй тоже крайне удивлена.

Елена детально описала вкус, а я, расшифровав руны, установил: потенциал — младший демиург, текущая сила — магистр.

У меня глаза полезли на лоб. Когда она успела стать магистром? И почему молчала?

— Какая третья стихия? — пристально посмотрел я на девушку.

— Воздух, — она опустила глаза и смутилась.

— И когда вы собирались мне об этом сказать? — я перевёл взгляд с Елены на Ли Юй, даже не пытаясь прочитать их мысли. И так было понятно: они скрывали от меня прогресс Елены. Но пока я не понимал — зачем.

— Мы хотели сделать это после похода в разлом, — тихо проговорила Елена. — Я только недавно начала тренироваться под руководством Ли Юй. У меня ещё пока мало что получается.

— Ладно. В следующий раз сразу сообщайте мне о всех ваших новых возможностях, — строго произнёс я и повернулся к Ли Юй: — Пей.

Ли Юй, всё ещё под впечатлением от того, что Елена смогла выпить воду из чаши, безропотно взяла её и тоже отпила.

Всё шло так, как я и предполагал. Их уровень поднялся выше того, что возможен для обычных людей. И всё это — благодаря общению со мной.

— У меня тоже сладкий сироп, но вкус другой, — тут же описала свои ощущения Ли Юй.

Я снова прочитал руны с информацией по этому вкусу: потенциал — младший демиург, текущая сила — старший магистр.

Я улыбнулся. Два потенциальных младших демиурга стояли передо мной. Две мои любимые девушки.

— Елена: потенциал — младший демиург, текущая сила — магистр. Ли Юй: потенциал — младший демиург, текущая сила — старший магистр. Поздравляю вас! Когда вы полностью реализуете свой потенциал, вы станете первыми младшими демиургами-девушками в этом мире.

Я обошёл стол и обнял ошеломлённых девушек.

— Теперь важно не останавливаться, — сказал я, слегка отстранившись. — Мы разработаем индивидуальный план тренировок для каждой из вас. Нужно максимально эффективно использовать открывшиеся возможности.

Елена робко улыбнулась:

— Я готова стараться изо всех сил.

Ли Юй кивнула, её глаза загорелись решимостью:

— Мы не подведём.

— Отлично. Тогда давайте вернёмся в разлом, — я закрыл шкатулку с артефактом. — Надо теперь проверить ещё один момент. Если и тут нас ждёт удача, то это будет просто прекрасно.

— Что за момент? — полюбопытствовала Ли Юй, когда я вернулся к столу, отнеся артефакт назад на стеллаж.

— Сможете ли вы поглощать силы убитых монстров так же, как и я, — сразу ответил я, выпроводил их из хранилища и закрыл двери.

Портал всё это время я не закрывал, боясь, что не смогу потом открыть его назад в разлом.

Выйдя снова в разрушенном здании, я сразу почувствовал: мы больше не одни. Подняв руку в предостерегающем жесте, я активировал поисковое заклинание. Оно сразу показало, что возле останков ежей находится монстр. Я осторожно выглянул из уцелевшего окна и увидел неподалёку от нас «теневого пожирателя».

Эта десятиметровая многоножка обвила останки одного из «огненных ежей» и медленно поглощала его.

— А вот и первая наша жертва, — тихо произнёс я и посмотрел на Елену. — Давай, покажи, на что способна. Там «теневой пожиратель». Проще всего сжечь его, но лучше отруби ему голову стихией Воздуха.

Елена кивнула и пошла на выход из разрушенного здания, активировав свою магическую кольчугу. Я обратил внимание, что она стала намного мощнее, чем была раньше.

Мы с Ли Юй последовали за ней, держась чуть позади.

«Теневой пожиратель», почуяв нас, отвлёкся от поедания падали и поднял голову. Елене этого хватило. Воздушный серп снёс голову монстра, и тело безвольно упало на каменный пол.

— Что чувствуешь? — я смотрел на девушку.

— Ничего. А что я должна почувствовать? — удивлённо спросила она.

— Так, пошли к монстру. Положишь на его тело руку, — взяв её под локоть, я подвёл Елену к телу пожирателя. — Клади на него руку.

Елена, брезгливо посмотрев на мёртвую тварь, нехотя приложила ладонь к туловищу монстра.

Я почувствовал, как его сила потекла в неё. О да, это было великолепно! Теперь девушки тоже могли повышать свой уровень силой монстров. Выходит, если ты имеешь потенциал демиурга, то можешь развиваться за счёт убийства тварей в разломах.

— Что это было? — дрожащим голосом спросила Елена, убрав руку с тела пожирателя. — Моё центральное ядро подросло. Не сильно, но выросло.

— Я думаю, что, как только вы получили потенциал младших демиургов, вы также получили и возможность впитывать остатки сил убитых вами монстров, — с улыбкой произнёс я. — Теперь вам надо научиться распределять поглощаемую силу между ядрами.

Ли Юй внимательно слушала, её глаза горели интересом.

— То есть мы можем становиться сильнее, побеждая монстров? — уточнила она.

— Именно так, — подтвердил я. — Но важно понимать: не всякий объём силы пойдёт на пользу. Нужно научиться распределять энергию, направлять её в нужные каналы. Иначе можно перегрузить ядра или получить нежелательные побочные эффекты.

— Как нам этому научиться? — спросила Елена, всё ещё оглядываясь на тело «теневого пожирателя».

— Это просто. Слушайте внимательно и делайте так, как я говорю, — произнёс я, сосредоточив взгляд на обеих девушках. — Сейчас я объясню, как регулировать распределение потоков поглощаемой силы между ядрами.

Я сделал паузу, подбирая слова, чтобы изложить суть максимально понятно.

— Когда вы поглощаете силу монстра, энергия сперва поступает в центральное ядро. Оттуда её нужно осознанно перенаправлять в остальные ядра стихий. Представьте, что ваше тело — это система сообщающихся сосудов. Вы решаете, в какой сосуд сколько налить.

Я присел и начал чертить пальцем на каменном полу, покрытом пылью, схему-модель человеческого тела с энергетическими центрами.

— Вот здесь, в груди, — центральное ядро. От него отходят каналы к каждому из стихийных ядер. Чтобы настроить потоки, вам нужно: сфокусироваться на своих ядрах, ощущая, как сила течёт через центральное ядро; мысленно «открыть» канал к нужному ядру — представьте, что поворачиваете вентиль; визуализировать, как энергия перетекает в выбранный сосуд, заполняя его равномерно. Распределите пока потоки равномерно между всеми имеющимися у вас ядрами. В том числе не забудьте оставить часть силы и для центрального ядра. Потом, когда поймёте, как правильно распределять потоки получаемой от монстров силы, будете регулировать их — увеличивать или уменьшать поток в то или иное ядро, чтобы они у вас выросли и стали примерно одинаковыми. Это нужно, чтобы не было перекоса в одну из стихий.

Девушки кивнули, явно прокручивая в голове процесс.

— Теперь важный момент, — продолжил я. — Рано или поздно каналы между ядрами начнут расширяться. Это естественный этап роста потенциала. Но предупреждаю: процесс болезненный. Представьте, что внутри вас растягивают туго натянутые струны, которые будут рваться и расширяться — именно так это ощущается.

Ли Юй невольно сжала кулаки.

— Елене в этом плане проще: у неё уже есть регенерация. Её тело сможет быстрее восстанавливаться после таких нагрузок. А вот тебе, Ли Юй, срочно нужно начать осваивать стихию Воды. Она даст тебе возможность развить регенерацию.

— Но я никогда не работала с Водой, — возразила Ли Юй.

— Ну ты же научила Елену работать со стихиями Огня и Воздуха. Значит, Елена научит работать тебя со стихией Воды, — улыбнулся я.

Елена слегка покраснела от неожиданности, но тут же собралась и уверенно кивнула:

— Конечно, помогу. Вода — это не так сложно, как кажется на первый взгляд. Главное — почувствовать её текучесть, её мягкость.

— Вот и славно. Настраивайте распределение силы — и идём дальше. Теперь нам нужны любые монстры, чтобы вы смогли поднять свою силу. Я буду говорить вам, кто из вас какого монстра будет убивать. Для меня и Ли Юй слабые монстры не будут давать прироста к силе, а вот Елене пока в самый раз. Слушайте меня — и будете развиваться быстрее, — я улыбался, глядя, как девушки сосредоточились на своих ядрах стихий.

Елена слегка приподняла подбородок, её глаза загорелись решимостью. Ли Юй, напротив, сохраняла спокойное, сосредоточенное выражение — видно было, что она уже прокручивает в голове предстоящие действия.

Глава 2

— Ну что? Готовы? — спросил я, когда вернулся, найдя следы охотников.

Обе группы ушли в левый туннель. Похоже, они объединились и решили пойти на второй уровень, но пока это только мои предположения.

Девушки кивнули.

— Тогда пошли. Надо найти охотников. Обе группы ушли в левый туннель, следы ведут только в одну сторону, и мне это не нравится. В прошлый раз тут было несколько «огненных ежей». Магистры и даже старшие магистры их не могут пробить. А эти ежи, хоть и медленные, но атакуют струёй пламени. Так что вполне возможно, что охотники находятся в беде, — я развернулся и пошёл к левому туннелю.

Мы уходили от руин рубежа всё дальше и дальше. Через некоторое время по моей просьбе Ли Юй снова попыталась открыть портал в наш замок — в этот раз она сделать это не смогла. Я же открыл портал с лёгкостью. Это радовало. Но амулеты связи работать перестали.

Примерно ещё минут через тридцать мы дошли до Т-образной развилки. Здесь был закреплён магический светильник, освещавший туннели. Возможно, охотники оставили себе ориентир, чтобы понимать, в каком месте необходимо сворачивать при возвращении.

Следы обеих групп опять уходили в одном направлении — снова в левый туннель.

Мы продолжили движение, освещая себе дорогу закреплёнными на плечах магическими фонарями.

Я уже не понимал, сколько времени мы идём прямо, когда вышли в большую пещеру.

По всему своду росли небольшие светящиеся сталактиты, не дающие ей погрузиться в полную тьму. Освещения вполне хватало, чтобы осмотреться.

Пещера оказалась не просто просторной — она была огромной, с неровными стенами. В центре виднелись остатки каменных колонн, словно, когда-то здесь стоял храм или крепость.

— Надо обследовать пещеру и найти выход. Раз охотников здесь нет, логично, что они пошли дальше, но я не вижу другого туннеля, — я осматривался, пока не понимал, куда ушли охотники. На первый взгляд здесь был тупик.

Я присел и обследовал каменный пол. Благодаря пыли следы охотников были отчётливо видны — и они вели сюда; обратных следов не было. Я пошёл по ним, подсвечивая себе магическим фонарём. В конце пещеры следы обрывались, упираясь в стену.

— Интересно, — я смотрел на стену, пока девушки обходили пещеру.

Здесь точно раньше был проход — ну не могли же охотники пройти сквозь стену. Я попытался использовать стихию Земли, чтобы пробиться дальше, но это оказалось бесполезной тратой времени. Прохода впереди не было. Я освободил от камня около трёх метров — по сути, начал создавать новый туннель, — но двигаться дальше смысла не имело.

— Может, здесь такая же аномалия, как в Пекинском разломе? — произнесла Ли Юй, которая стояла рядом и наблюдала за мной.

— Возможно, — я уже тоже склонялся к этой мысли. — Пошли назад, попробуем на перекрёстке уйти направо.

Но выйти мы не смогли. Туннель, по которому мы сюда вошли, пропал!

— Становится всё ещё интереснее, — пробормотал я и открыл портал в наш замок. — Это радует: мы всё ещё можем спокойно покинуть разлом.

— Может, надо подождать? — заговорила Елена. — Вероятно, охотники попали в такую же ситуацию. Вошли в пещеру, и пока её осматривали, выход пропал. А через какое-то время открылся другой проход, в который они и ушли.

— Давайте подождём. Вернуться обратно домой мы пока можем, — я снял рюкзак, достал турку для варки кофе и пустые чашки.

Девушки тоже сняли рюкзаки. Елена достала воду, кофе и занялась варкой. Через десять минут мы пили горячий напиток и смотрели на стену, где я начал делать туннель.

Через тридцать минут безделья Елена стала учить Ли Юй основам стихии Воды. Они нашли в пещере небольшое углубление, где скапливалась вода — этого было достаточно для тренировок. Спустя три часа они поменялись ролями: теперь Ли Юй стала учить Елену — но не стихии Воздуха, а стихии Земли. Я поддерживал их стремления, но в процессе обучения не участвовал. Поглядев на них ещё минут тридцать, я уснул.

Проснулся я от ощущения опасности. Вскочив на ноги, я активировал магическую кольчугу и осмотрелся. Девушки сидели неподалёку, что-то обсуждая.

— Быстро ко мне! — крикнул я и устремился к ним, поскольку они просто удивлённо посмотрели на меня, не торопясь вставать.

Подскочив к ним, я создал вокруг нас воздушный щит.

— Что случилось? — удивлённо спросила Елена.

— Когда я говорю: «Быстро ко мне», — не надо на меня смотреть, надо вскочить и бежать ко мне, — сорвался я на Елену.

Ощущение опасности нарастало.

— Но… — договорить Елена не успела.

Открылся проход в туннель — совсем не там, где мы ожидали, — и оттуда поползли «огненные ежи», заполняя пещеру.

— Да сколько же вас, тварей, ещё будет? — задал я сам себе вопрос. — Слушайте меня внимательно: из-под щита не выходить, атаковать будем отсюда. Елена, усиливай Ли Юй.

Елена сразу подошла к девушке и обняла её сзади. Почувствовав, что Ли Юй стала сильнее, я продолжил:

— В прошлую мою встречу с этими ежами я бил их хлыстом — и вполне успешно.

Ли Юй кивнула, создавая в руке огненный хлыст.

— Расход маны большой. Попробуй ударить ближайшего, — я показал пальцем на ползущего к нам ежа.

Ли Юй ударила — хлыст лёг точно вдоль спины ежа. Тот на миг остановился и атаковал нас огненной струёй, обтекающей воздушный щит с разных сторон.

— Добавляй маны в удар и бей снова, — скомандовал я.

Сам сформировал огненный хлыст и нанёс удар по соседнему ежу, который подполз для атаки. Ёж развалился на две части — и в меня потекла сила монстра.

Ли Юй снова ударила — в этот раз успешно располовинив ежа. Я почувствовал, как она вбирает в себя силу убитой твари.

Девушка скривилась от боли, но промолчала — её ноги подкосились.

— Сейчас, Ли Юй, сейчас помогу, — Елена аккуратно помогла подруге опуститься на колени и стала аккуратно восстанавливать её разорванные энергетические каналы.

Я не ожидал такого эффекта. Думал, что она сможет переварить силу ежа без таких проблем.

«Ладно, придётся остальных добивать самому», — решил я.

Это оказалось просто — но очень долго. До тех пор, пока туннель снова не закрылся, ежи ползли оттуда, как полноводная река. Я методично рассекал их хлыстом, впитывая силу каждого поверженного монстра. С каждым ударом мои ядра наполнялись энергией, каналы расширялись — пусть болезненно, но неуклонно.

Когда последний ёж распался на две части, я оглядел пещеру. Пол был усеян останками, воздух дрожал от избытка магии, а в центре, где только что кипела битва, теперь царила тишина.

— Всё… — выдохнул я, опуская хлыст. — Больше никого.

— Саша, — тихо произнесла Елена, её голос дрожал, в нём было столько печали и горести, что я даже не обратил внимания, как она меня назвала. — Она умирает, я не могу ничего сделать. Её каналы разорваны в клочья.

Я развернулся и сразу бросился к девушкам. Голова Ли Юй лежала на коленях у Елены, дыхание было хриплым, будто она задыхается. Её лицо, обычно такое живое и энергичное, сейчас казалось бледным и безжизненным. Губы посинели, а пальцы, ещё недавно уверенно творившие магию, бессильно лежали на каменном полу.

— Ли Юй! — выкрикнул я, падая рядом с ней на колени. Сердце бешено колотилось в груди, а в голове пульсировала лишь одна мысль: «Только не это. Только не сейчас».

Елена подняла на меня глаза, полные слёз. В них читалась не просто тревога — это была настоящая паника, которую она едва сдерживала. Её руки, ещё минуту назад уверенно исправлявшие энергетические разрывы, теперь беспомощно дрожали.

— Я пробовала всё, что знала, — прошептала она, голос срывался на каждом слове. — Но её ядро… оно пульсирует хаотично. Энергия не удерживается, уходит сквозь трещины в каналах. Я не могу… не могу её удержать!

Я приложил ладонь к груди Ли Юй, пытаясь ощутить ритм её энергетического ядра. То, что я почувствовал, заставило кровь застыть в жилах: потоки силы метались внутри неё, словно загнанные звери, разрывая и без того истерзанные каналы. Каждое биение ядра отдавалось глухим стоном — будто сама жизнь отчаянно боролась за то, чтобы остаться в этом теле.

— Нет, нет, нет… — забормотал я. — Так не может закончиться. Не здесь. Не сейчас.

Я выдохнул, успокаиваясь. Не время паниковать. Я демиург — я всё исправлю.

Скорее всего, усиление от Елены и хлынувшая сила от «огненного ежа» наложились друг на друга — каналы Ли Юй не выдержали чудовищного напора. Нужно действовать чётко, без суеты.

«Сначала — основная энергетическая артерия», — мысленно проговаривал я, погружаясь в тонкую работу. Пальцы едва заметно дрожали, но воля держала их твёрдо. — «Вот так… ещё чуть-чуть… готово».

Лишняя сила мешала, бурлила, рвалась наружу. Я сосредоточился, всматриваясь в энергетическую структуру Ли Юй. И вдруг заметил то, чего не видел раньше: крошечное, едва различимое образование — новое ядро. Семечко стихии Воды.

«Так, — мысль вспыхнула озарением. — Нужен новый канал».

Осторожно, словно ткач тончайшей нити, я начал формировать связь между новым ядром и центральным. Затем — плавно, крошечными порциями — направил в него избыток силы. Не потоком, нет — маленьким, осторожным ручейком.

Теперь — остальные каналы. Один за другим я восстанавливал разорванные нити, скреплял их собственной энергией, наполнял стабильным ритмом. Работа требовала абсолютной концентрации — каждое движение должно было выверено до доли мгновения.

И вот — переломный момент. Ядро стихии Воды, получив достаточно силы, внезапно расцвело. Оно расширилось, засияло мягким синим светом — и активировалась регенерация. Тело Ли Юй откликнулось мгновенно: энергетические каналы начали восстанавливаться сами, словно пробудившись от долгого сна.

Дыхание Ли Юй стало ровным, спокойным. Бледность постепенно исчезала, уступая место здоровому румянцу. Опасность миновала.

Я осторожно отстранился, оглядывая результат. На моих руках Ли Юй не просто выжила — она перешла на новую ступень. Четвёртая стихия. Младший демиург.

Елена, всё это время стоявшая рядом с застывшим дыханием, наконец выдохнула:

— Получилось… Вы спасли её.

Я кивнул, чувствуя, как напряжение медленно отпускает тело.

Ли Юй приоткрыла глаза — они светились непривычным, глубоким оттенком, в котором смешивались все четыре стихии. Слабая улыбка тронула её губы:

— Я… чувствую. Всё по-другому.

— Да, — тихо ответил я. — Ты теперь младший демиург.

Елена бросилась к подруге, обнимая её:

— Ты справилась! Мы справились!

Ли Юй кивнула, но взгляд её был устремлён на меня:

— Спасибо. Без тебя… без вас, князь…

— Не надо, — прервал я. — Это только начало. Теперь тебе предстоит научиться управлять новой силой. И мы будем рядом.

В пещере, где ещё недавно царила смерть, теперь разливалось ощущение новой жизни.

— Елена, свари нам кофе, — произнёс я, стараясь говорить ровно, хотя руки до сих пор подрагивали. Нервное напряжение отступило, но внутри всё ещё бушевала буря.

— Сейчас, да, сейчас всё сделаю. И еды подогрею, надо поесть, — засуетилась Елена, доставая из рюкзаков припасы. Её движения были чуть рваными — видно, что она ещё не до конца пришла в себя после пережитого.

Я же, ещё раз убедившись, что регенерация Ли Юй работает исправно, отправился осматривать убитых «огненных ежей».

«Может, и мне повезёт? — думал я, переходя от одного тела к другому. — Вдруг найду ещё один артефакт силы?»

Методично, сантиметр за сантиметром, я обследовал туши. Чешуя, затвердевшая плоть, остатки огненной субстанции… Ничего примечательного. Уже успел осмотреть примерно четверть, когда услышал голос Елены:

— Князь, идите сюда! Всё готово.

Вернувшись к девушкам, присел рядом с Ли Юй. Снова проверил её состояние: кожа приобрела естественный оттенок, дыхание было ровным, а энергетические потоки — стабильными. Регенерация уже справлялась с мелкими повреждениями, словно тело торопилось наверстать упущенное.

Мы поели — простая консервированная еда и горячий кофе вернули ощущение реальности. Я поднялся, чувствуя, как силы постепенно возвращаются.

— Мне нужна ваша помощь, — сказал я, оглядывая поле боя. — Иначе я тут очень долго буду копаться.

— Что надо делать? — живо откликнулись обе девушки, даже Ли Юй приподнялась, стараясь вникнуть в задачу.

— Ищите на телах ежей горб или что-то, что отличается от основного тела, — пояснил я. — Любой необычный выступ, уплотнение, инородная структура. Возможно, это будет похоже на кристалл или камень. Но не трогайте ничего, пока я не осмотрю.

Девушки кивнули и разошлись по разным сторонам пещеры. Елена двигалась осторожно, внимательно изучая каждую тушу. Ли Юй, хоть ещё и слабая, тоже принялась осматривать ближайших ежей.

Я наблюдал за ними, чувствуя странную смесь гордости и тревоги. Они учились. Росли. И делали это не из страха или долга — а потому, что хотели стать сильнее.

Спустя полчаса Елена вскрикнула:

— Нашла! Тут что-то… светится!

Мы с Ли Юй тут же подошли. На спине одного из ежей действительно виднелось небольшое уплотнение — оно мерцало тусклым алым светом, будто внутри тлел уголёк.

— Осторожно, — предупредил я, приближаясь. — Не прикасайтесь.

Присев, я внимательно осмотрел находку. Да, это был ещё один артефакт силы — именно такой, какой мне отчаянно нужен.

В моей руке вспыхнул родовой меч. Лезвие заиграло багровыми отблесками, словно предвкушая работу. Я притушил пламя, наполнил клинок маной и, сосредоточившись на точности, воткнул его в тушу ежа. Движения были выверенными: сначала надрез по контуру, затем — аккуратное отделение артефакта от плоти монстра.

Через минуту я держал в руках мерцающий алым небольшой шар. Его поверхность переливалась, будто внутри бушевало миниатюрное пламя. Тёплый, почти живой, он пульсировал в ладони, отдавая слабые импульсы силы.

«Да, то, что нужно», — мысленно подтвердил я, разглядывая артефакт.

— Надо осмотреть остальные туши, — сказал я девушкам.

Елена и Ли Юй переглянулись и разошлись по пещере, внимательно осматривая оставшиеся тела ежей. Я же сосредоточился на артефакте.

Опустившись на колени, я закрыл глаза и приложил артефакт к своей груди. Поверхность шара была тёплой, почти горячей, и едва заметно вибрировала под пальцами. Глубоко вдохнув, я расслабил сознание, позволяя энергии течь свободно.

«Да!» — мысленно воскликнул я, когда сила хлынула в меня.

Это было похоже на поток бурной реки, проникающий в каждую клеточку тела. Энергетические каналы расширялись, принимая новую мощь. Ядра вспыхнули ярче, их пульсация стала глубже, ритмичнее.

Перед внутренним взором развернулась карта моей энергетической структуры. Я видел, как алая энергия артефакта растекается по каналам, заполняя пустоты, укрепляя слабые места. Каждое ядро принимая свою долю силы увеличивалось в размере.

«Ещё немного…» — я сосредоточился на центральном ядре, перенаправляя весь поток именно туда. Оно начало расти, словно набухающий бутон, впитывая силу артефакта.

В какой-то момент я почувствовал, что поток силы иссяк. Тело дрожало от перенасыщения энергией, но сознание оставалось ясным. Медленно отняв артефакт от груди, я открыл глаза.

Мир выглядел иначе. Цвета стали ярче, звуки — чётче, а воздух словно звенел от магических потоков. Я поднял руку — и вокруг пальцев заиграли крошечные огненные спирали.

— Получилось… — прошептал я, сжимая и разжимая кулак. Энергия текла во мне, послушная и мощная.

Подняв взгляд, я заметил, что Елена и Ли Юй уже вернулись. В их глазах читалось беспокойство, но также — любопытство.

— Вы… изменились, — осторожно произнесла Ли Юй. — Ваша аура — она теперь другая.

— Сильнее, — добавила Елена, слегка улыбнувшись. — Вы получили то, что искали?

— Да, — кивнул я, выкидывая пустую оболочку уже бесполезного артефакта. — Но это только начало. Теперь нужно научиться управлять этой силой.

Я поднялся, чувствуя, как каждая мышца наполнена энергией. Тело больше не дрожало — оно было готово к новым испытаниям.

Глава 3

— Вы посмотрели остальных ежей? — уточнил я у девушек.

— Да, больше ничего подобного в тушках нет, — ответила Ли Юй. Ей с каждой минутой становилось всё лучше и лучше.

Я всмотрелся в её энергетическую структуру. Теперь, после увеличения собственной силы, это далось мне очень легко. Регенерация активно расширяла и укрепляла энергетические каналы Ли Юй, приводя структуру в соответствие с её новой мощью.

Хорошо, что всё произошло именно так и мы с Еленой не потеряли Ли Юй. Я даже представить не мог, что её каналы не выдержат, хотя мог бы догадаться. У Ли Юй не было регенерации, которая постоянно обновляет тело и модифицирует энергетическую структуру, подстраивая её под имеющуюся силу. Елене будет намного легче и проще.

— Ну раз ничего больше нет, то ждём следующего открытия прохода. И мне кажется, он откроется именно там, куда ушли охотники, — сказал я.

Мы вернулись к нашему импровизированному лагерю и сели пить кофе. Тепло напитка и размеренное дыхание подруг постепенно снимали напряжение. В воздухе витал лёгкий аромат обжаренных зёрен, смешиваясь с запахом пещеры и магии.

Через некоторое время девушки снова занялись тренировками. Но в этот раз училась только Елена, а Ли Юй выступала в роли учителя. Елена уже уверенно пыталась управлять стихией Земли, естественно, что у неё ничего не получалось. Но каждая тренировка и настойчивость приближала её к формированию ядра. Она внимательно слушала, повторяла движения и постепенно осваивала базовые знания стихии Земли.

Спустя примерно час открылся новый проход — в том месте, где я начинал делать туннель и куда ушли охотники. Я не увидел его сразу, скорее почувствовал: в воздухе дрогнула магическая волна, а камень едва заметно засветился по контуру.

— Быстро встаём и уходим! — скомандовал я, начиная собирать рюкзаки.

Девушки быстро мне помогли. Через три минуты мы уже шли по следам охотников, покидая пещеру.

Прошли мы от силы метров пятьдесят, как выход из пещеры за нами закрылся. Активировав магические фонари, я осветил туннель. Ничего примечательного в нём не было — лишь ровный каменный коридор со следами множества ног на полу.

Шли мы долго — по моим ощущениям, часа три, не меньше. Наконец, вновь оказались на перекрёстке. Следы охотников снова уходили влево.

Я в очередной раз открыл портал в свой замок. Убедившись, что мы всё ещё можем спокойно покинуть разлом, мы двинулись дальше.

Ещё тридцать минут ходьбы — и мы вновь оказались в пещере. В этот раз она была небольших размеров. Света от свисающих сталактитов хватало, чтобы полностью и достаточно ярко освещать всё пространство.

Но самое интересное было другое: как только мы покинули туннель, он сразу закрылся. Мы снова оказались в тупике. Я сразу проверил портал — проблем с открытием не возникло.

Осмотрев пещеру и следы на полу, мы переглянулись. Она была полностью истоптана. При этом было точно видно, что пещеру уже покидали несколько раз, а потом люди возвращались — но, с другой стороны. Тут были даже остатки импровизированного лагеря: сложенные из камней кострища, потухшие угли, обрывки ткани.

— Охотники несколько раз покидали пещеру, а потом возвращались, — задумчиво проговорила Ли Юй. — Такое бывало в Пекинском разломе: один раз группа охотников две недели блуждала по кругу. По их словам, когда они наконец выбрались, проходы открывались и закрывались, но они неизменно возвращались в одну и ту же точку. И вот, когда они уже решили, что выход никогда не найдут, они вышли.

— Тогда предлагаю просто посидеть и подождать охотников здесь, даже если будут открываться проходы. Покинуть разлом мы можем в любое время, еда и вода у нас есть. В крайнем случае можно вам с Еленой сходить в замок и принести припасы, а я подержу портал. Так что, располагаемся. Предлагаю поесть и выпить кофе — не зря же мы всё это тащили на себе, — улыбаясь, произнёс я и снял рюкзак, начав доставать консервы.

Как бы странно это ни звучало, но мне и девушкам нравились эти мясные консервы, которые производило предприятие, принадлежащее роду Орловых, моим вассалам.

Мы увлечённо ели, пили кофе и обсуждали план развития каждой из девушек. Самое первое, чему мы решили уделить больше всего внимания, — это обучение Елены стихии Земли, чтобы у неё зародилось новое ядро. У меня были мысли на этот счёт: если у Ли Юй возникло ядро после получения большого объёма силы, то, возможно, и с Еленой получится так же. Оставалось понять, как это воплотить в жизнь.

Один из вариантов, который мы рассматривали, — это найти ещё одного ежа. Я сделаю так, что он будет практически мёртв, а Елена нанесёт решающий удар и поглотит его силу. Я буду её страховать и при необходимости начну лечить, если регенерация не будет справляться. План был, конечно, рискованный, но расчёт был на регенерацию и на меня. Так что мы сошлись во мнении, что смерть Елене точно не грозит.

Через некоторое время открылся проход в туннель, но ни монстров, ни охотников из него не вышло. Минут через двадцать проход снова закрылся. Мы опять расслабились и занялись обучением Елены.

Примерно через час, может, больше, открылся новый проход, откуда стали выходить измученные и раненые охотники.

Увидев ту же пещеру, из которой они ушли, раздались крики отчаяния. Но, увидев нас, они притихли. К нам направились двое — видимо, старшие групп.

— Кто такие? — хмуро спросил один из них, высокий и крупный мужчина.

— Доброго времени суток, уважаемые, — начал было я, но меня грубо перебил второй охотник — более низкий, но тоже довольно крупный мужчина:

— Тебя спросили: «Кто такие?» Отвечай! — рявкнул он.

— Ли Юй, стоять! — сказал я, повысив голос, так как почувствовал, что ещё пару секунд — и она тут перебьёт всех охотников.

Тем не менее охотники отшатнулись и активировали магические кольчуги. Их группы, увидев, что происходит что-то неясное, тоже активировали кольчуги.

— Бурый, Степан, стойте! Это князь Драгомиров!!! — услышал я знакомый голос, а потом и увидел его обладателя. Невысокий крепыш с обветренным лицом вышел из толпы охотников и направился к нам.

— Ваше сиятельство, — он поклонился. — Вы не серчайте на наших командиров. Мы уже вторые сутки… или третьи… — он на мгновение задумался. — Да какая, собственно, разница. Короче, мы тут бродим, выход найти не можем. А сейчас еле ноги унесли от «огненных ежей». Хорошо, что проход перед их носами закрылся, а то бы так и сдохли там.

— Это… извиняйте, княже, — ко мне подошли командиры с уже потухшими кольчугами. — Я Бурый, — представился высокий крупный мужчина, — а это Степан, — он кивнул на своего товарища.

— А я Петюня, — представился знакомый охотник.

— Эх, Петюня, я же сказал вам: найдёте ежей — сообщите, — усмехнулся я.

— А вы что тут делаете, ваше сиятельство? — спросил Степан. — Тоже выход ищете?

— Вы не поверите, но мы ищем вас. Не знаю, что на меня нашло, но, когда комендант сообщил, что двух отрядов охотников нет уже больше суток, мы решили вас поискать, — я улыбался, смотря на их ошеломлённый вид. — Ну и попутно немного поубивали «огненных ежей».

— Ну нашли вы нас? А дальше-то что? — хмуро произнёс Бурый. — Выхода нет. Кружим тут по туннелям, а всё сюда возвращаемся.

— Ладно, я смотрю, вы совсем раскисли. И настроения у вас общаться нет, — я открыл портал с выходом сразу перед зданием комендатуры.

Охотники, замерев, смотрели на портал.

— Ну что встали? Князь вам открыл выход из разлома — или вы решили остаться здесь? — не выдержала Ли Юй.

Первым в портал со слезами на глазах кинулся Петюня. Пробегая мимо меня, он резко остановился, поклонился чуть ли не до самого пола и исчез в портале.

За Петюней в портал один за другим устремились остальные охотники. Кто-то бросал на меня благодарные взгляды, кто-то просто спешил поскорее оказаться на безопасной стороне — но каждый, пересекая границу портала, на мгновение замедлялся, словно не веря, что кошмар наконец закончился.

Когда последний из охотников исчез в сияющей арке, я обернулся к девушкам. Ли Юй улыбалась — сдержанно, но в её глазах светилось явное удовлетворение. Елена же, напротив, выглядела задумчивой.

— Что такое? — спросил я, заметив её выражение.

— Просто… — она запнулась, подбирая слова. — Они ведь могли погибнуть. И если бы не вы…

— Но они не погибли, — перебил я мягко. — И это главное.

Ли Юй хмыкнула:

— Вы всегда так легко говорите о спасении чужих жизней, будто это обычное дело.

— Потому что это и есть обычное дело, — ответил я, закрывая портал. — Для нас.

В тот же миг пещера словно сжалась вокруг нас — пространство дрогнуло, а воздух наполнился едва уловимым гулом. Стены засияли тусклым светом, и я почувствовал, как по коже пробежали мурашки.

— Что это? — насторожилась Елена.

— Пока не знаю, давайте подождём, что будет дальше, — негромко произнёс я и стал оглядывать стены пещеры.

Проход, из которого вышли охотники, до сих пор стоял открытым, но опасности из него я никакой не чувствовал. Через пару мгновений открылся ещё один проход, следом — ещё. В итоге в пещере открылось сразу десять выходов, в том числе и тот, из которого мы пришли.

Каждый туннель мерцал своим светом: один отливал холодным голубым, другой пульсировал багровым, третий едва теплился бледно-зелёным. Я сосредоточился, пытаясь уловить потоки магии, исходящие от каждого прохода.

— Интересно, — прошептала Ли Юй. — Такого я не встречала в Пекинском разломе. Это что-то новенькое.

— Ну, это и не Пекинский разлом, — задумчиво проговорил я, сосредоточившись на ядре стихии Духа, пытаясь получить подсказку, в какой из проходов нам пойти. — Каждый разлом имеет свои особенности. Я вот тоже не встречал ничего подобного в других разломах.

Стихия Духа молчала. Я ещё раз оглядел все проходы и решил идти в тот, откуда вышли охотники.

— Предлагаю пойти в тот, откуда пришли охотники. Петюня сказал, что они столкнулись там с ежами. Возможно, нам повезёт, и мы сможем поднять Елену до уровня младшего демиурга, — я внимательно посмотрел на девушек, ожидая их реакции.

— Вообще это странно, что, когда ушли охотники, открылось столько проходов. Возможно, это новая ловушка, — Елена разглядывала подсвеченные разными цветами проходы в туннели.

— Это, несомненно, ловушка, но я не вижу проблем, — уверенно сказал я, так как вообще не чувствовал какой-либо опасности.

— Тогда идём, чего время терять, — Ли Юй уверенно направилась к туннелю, из которого вышли охотники.

Мы шли неторопливым шагом. Поисковое заклинание стихии Земли молчало — впереди не было монстров, и в этом я мог быть уверен на все сто процентов.

После того как я поглотил артефакт силы и получил дополнительную мощь, мои заклинания стали работать намного лучше. Я бы даже сказал, что теперь они действуют иначе. Поисковое заклинание больше не просто «сканировало» пространство — оно транслировало в мою память полную картину всего, что находилось в радиусе его действия.

Я теперь буквально знал, где лежит каждый камень, где на полу скрывается малейшая ямка, где стена имеет неровность и где находится следующий поворот.

Это было… неожиданно. Теперь я мог идти даже с закрытыми глазами и ни разу не оступиться. Моё восприятие пространства стало почти осязаемым — я чувствовал текстуру камня под ногами, угадывал перепады высот, предвидел изгибы туннеля задолго до того, как они появлялись в поле зрения.

— Вы в порядке, князь? — тихо спросила Елена, заметив, что я на мгновение замер, впитывая новые ощущения.

— Более чем, — ответил я, улыбнувшись. — Просто привыкаю к… обновлённому восприятию.

Ли Юй, идущая впереди, обернулась:

— Что-то изменилось?

— Да. Артефакт усилил мои способности. Теперь я вижу пространство иначе — не только глазами, но и с помощью стихии Земли.

Елена задумчиво кивнула:

— Значит, мы стали сильнее. Это хорошо.

— Очень хорошо, — подтвердил я. — Теперь мы сможем избежать многих ловушек, которые раньше могли бы нас задержать.

Я снова сосредоточился на окружающем пространстве. В радиусе действия заклинания не было ни живых существ, ни скрытых ям, ни магических ловушек. Только ровный туннель, уходящий вглубь разлома.

— Давай я пойду первым, — я обогнал Ли Юй. — Так будет безопаснее.

Мы пошли дальше, но теперь я шёл как магический проводник — способный уловить малейшую угрозу задолго до того, как она станет реальной. Это новое ощущение вселяло уверенность: мы были готовы ко всему, что мог бросить нам этот разлом.

Мы бродили по туннелям больше часа, сворачивая то в одну сторону, то в другую. Впереди было пусто, и я уже было подумал, что мы не сможем найти ни ежей, ни каких-либо других монстров. Но вдруг моё поисковое заклинание уловило движение, а следом сразу показало: примерно в пятистах метрах впереди, за небольшим поворотом, нас ожидает пещера, в которой сейчас находятся два ежа.

Это был шанс усилить Елену — и упускать его я не собирался.

Я обернулся к девушкам:

— Впереди, примерно в пятистах метрах от нас, пещера. Там два «огненных ежа». Спокойно заходим: я убиваю первого, а второго постараюсь ранить так, чтобы ты, Елена, смогла его добить. Ли Юй, будь рядом с Еленой — когда она начнёт получать силу, то, скорее всего, может потерять сознание от боли. Сама помнишь, как это было.

Ли Юй кивнула, её лицо на мгновение омрачилось:

— Это было ужасно больно… А потом… Потом страшно, когда я поняла, что могу умереть.

— Ну со мной-то всё будет хорошо, — бодро сказала Елена, сжимая кулаки.

Мне понравился её настрой.

— Тогда вперёд, — кивнул я.

Мы двинулись к пещере. Ближе к цели замедлили шаг и активировали магические кольчуги. Я уже слышал тяжёлое пыхтение «огненных ежей», ползающих по пещере, и точно знал, где они находятся. Это было… удобно. Не надо тратить время на осмотр, на оценку обстановки — всё как на ладони.

Сформировав в руке огненный хлыст, я первым вошёл в пещеру.

Первый монстр, ближайший ко мне, погиб мгновенно. Хлыст обрушился с такой силой, что его броня не выдержала — тело разлетелось на пылающие куски.

Со вторым пришлось повозиться. Развеяв хлыст, я призвал родовой меч. Теперь задача была тоньше: нанести такую рану, через которую Елена сможет добить ежа.

Я бросился вперёд, не уклоняясь от его атаки — огненная струя ударила в грудь, но магическая кольчуга легко сдержала удар. Вблизи ёж оказался медлительнее, чем я ожидал. Его движения были грузными, словно броня сковывала его.

Улучив момент, я рванулся вдоль его тела, вспарывая мечом бронированные пластины. Сталь звенела, высекая искры; каждый удар требовал сосредоточенности — нельзя было повредить внутренние органы раньше времени. Мне нужно было добраться до уязвимого участка под броней, оставив его открытым для финального удара Елены.

Ёж попытался развернуться, но я уже прорубил длинную борозду вдоль его спины. Из раны хлынула кровь монстра, а сам он издал пронзительный стон.

— Елена! — крикнул я, отскакивая. — Теперь твоя очередь! Бей огненным копьем прямо в эту рану!

Она шагнула вперёд, руки уже пылали, формируя огненное копьё. Ли Юй встала рядом, готовая в любой момент подхватить Елену.

Девушка метнула копьё — оно вонзилось точно в разрез, минуя бронированную чешую монстра. Ёж взвыл, его тело задергалось в конвульсиях, а затем он начал медленно заваливаться на бок.

Я почувствовал, как сила монстра хлынула в Елену, и в тот же миг девушка пошатнулась. Её лицо исказилось от боли, глаза широко раскрылись. Она вскрикнула и начала падать, потеряв сознание.

— Елена! — я бросился к ней, но Ли Юй уже подхватила её тело.

Кожа Елены горела, дыхание сбилось. Я приложил ладонь к её груди — энергетические каналы были порваны, но регенерация уже во всю работала, занимаясь восстановлением.

Я всматривался в её энергетическую структуру в надежде найти новое зародившееся ядро. Да! Вот оно. Я сразу создал между ним и центральным ядром тонкий канал, в который направил тонкий ручеёк, поглощаемой Еленой силы монстра.

Ли Юй опустилась рядом, голос дрогнул:

— Она выдержит?

— Должна, — ответил я, хотя внутри всё сжималось.

Минуты тянулись бесконечно. Дыхание Елены постепенно выравнивалось, а свечение ядер становилось мягче, стабильнее.

Наконец, она открыла глаза.

— Получилось?.. — её голос был едва слышен.

Я улыбнулся:

— Да. У тебя теперь есть ядро стихии Земли.

Она попыталась подняться, но я удержал её:

— Отдохни. Регенерация ещё работает.

Елена кивнула, закрыв глаза, а Ли Юй выдохнула с облегчением.

— Мы сделали это, — прошептала она.

Глава 4

Пока мы ждали восстановления Елены, Ли Юй сварила нам кофе. Я расстарался: создал небольшой каменный столик и три каменных кресла. В одно из них аккуратно усадил Елену — она всё ещё выглядела измученной, но в глазах уже теплилась прежняя решимость.

Держа кружку с кофе в руке, я погрузился в свои мысли. Главный вопрос, который не давал мне покоя: что делать дальше?

С одной стороны, покидать разлом не хотелось. Здесь можно было ещё побродить, поискать монстров, усилить моих новоявленных младших демиургов. Каждая схватка — это опыт, каждая капля чужой силы — шаг к их становлению.

С другой — требовалось обучение. Настоящее, системное. И лучше всего с этим справится хранитель леса. Из меня учитель пока что посредственный: сам ещё учусь, многого не знаю. А хранитель… Он мог бы за считанные дни показать им основы: как открывать порталы в любое место по желанию, как чувствовать потоки стихий, как управлять силой, не разрушая себя.

— О чём задумались, князь? — мягкий голос Ли Юй вывел меня из раздумий.

Я поднял глаза. В свете, падающем от сталактитов, её лицо выглядело усталым, но спокойным. Перевёл взгляд на Елену: та сидела, обхватив кружку обеими руками, и смотрела куда-то в пространство. Её лицо тоже хранило следы пережитого — тени под глазами, лёгкая бледность, напряжённая линия плеч.

И тогда я наконец принял решение.

— Думаю, что нам пора возвращаться, — произнёс я, ставя кружку на каменный столик.

Ли Юй кивнула, будто ожидала этого. Елена же вскинула голову, в её взгляде мелькнуло недоумение:

— Уже? Но мы ведь только начали…

— Ты получила ядро стихии Земли, — спокойно сказал я. — Это огромный шаг. Но теперь нужно научиться им пользоваться. Без знаний и практики ты рискуешь либо не раскрыть потенциал, либо… навредить себе.

Она прикусила губу, но промолчала.

— Хранитель леса, — продолжил я, — знает, как обучать младших демиургов. Он покажет вам, как чувствовать стихии, как направлять их, как не терять контроль.

Ли Юй тихо добавила:

— Нам и правда надо учиться. Даже имея опыт старшего магистра, я чувствую, что пока не могу правильно совладать с той силой, которую получила.

Елена медленно выдохнула, посмотрела на свои руки — те всё ещё слегка дрожали. Потом кивнула:

— Хорошо. Значит, будем учиться.

Я улыбнулся:

— Это действительно нужно. Не только тебе — нам всем. Мы вернёмся сюда позже. Когда вы будете готовы.

Ли Юй поднялась, собрала кружки:

— Тогда давайте возвращаться.

Мы с Еленой упаковали рюкзаки. Я сосредоточился, ощущая потоки энергии вокруг, и начал формировать портал. В воздухе заплясали искрящиеся линии, складываясь в мерцающий овал.

Шагнул вперёд, в сияние портала. За мной последовали девушки.

Тишина.

Мы стояли в полутёмном зале комендатуры. Сквозь высокие окна пробивался бледный свет раннего утра.

— Есть кто дома? — я постучал по столу коменданта.

— Кого там опять леший принёс в такую рань? — из соседней комнаты донёсся недовольный голос поручика Бахтеева.

— Игорь Павлович, нам бы галочку поставить, что мы вернулись из разлома, — усмехнувшись, я снова постучал по столу.

— Я тебе сейчас руки сломаю, ещё раз до стола дотронешься! — теперь поручик уже кричал.

Через две секунды из комнаты вылетел поручик, на ходу поправляя форму. Увидев меня, он замер:

— Э-э… Князь?

— Нет, приведение. А ты кого тут ожидал увидеть-то? — я не смог сдержать улыбки: удивление Бахтеева было почти комичным.

— Так это… Охотники сказали, что вы остались в разломе ещё надолго. Я вас и не ждал сегодня, — пробормотал Бахтеев, опустив глаза.

— Хм… Я отправил к тебе охотников несколько часов назад. Сколько прошло времени после того, как они явились? — спросил я, насторожившись. В голове зашевелилась мысль: «Мы снова попали во временную аномалию?»

— Да примерно столько и прошло, — начал объяснять поручик. — Но пока я их отметил, пока они благодарили вас за спасение… Короче говоря, эти… добрые охотники только ушли, а я прилёг отдохнуть. Уже почти сутки не спал. А тут вы по столу стучите… Вы не серчайте, князь, на мои слова — я же не со злого умысла.

Он всё ещё стоял в дверях, боясь подойти ближе.

— Ладно, отметишь нас. А мы пошли, — я открыл портал в нашу спальню.

Девушки сразу шагнули в сияние перехода. Я задержался на миг и обернулся к поручику:

— Знаешь что, Игорь Павлович? Если кто пойдёт ещё в разлом, скажи им, чтобы дальше руин рубежа пока не совались. Там развелось много «огненных ежей». Будет у меня время — я займусь ими более плотно, а пока пусть охотники будут осторожнее.

Поручик кивнул, вытянувшись по струнке:

— Всё передам, ваше сиятельство.

Я шагнул в портал и оказался в нашей спальне. Тёплый свет утреннего солнца лился сквозь неплотно закрытые шторы, а тишина комнаты казалась почти осязаемой после грохота и хаоса разлома.

Елена опустилась на кровать, всё ещё держась за край рюкзака. Ли Юй прислонилась к стене, закрыв глаза.

— Ну вот, — тихо сказала Елена, — мы дома.

Ли Юй кивнула, не открывая глаз:

— И теперь… всё по-новому.

Я посмотрел на них — уставших, но живых, с новыми силами и новыми вопросами. Да, теперь всё будет иначе. А пока:

— Раздевайтесь, а я приготовлю нам ванну. Искупаемся и ляжем спать. До обеда есть время — успеем отдохнуть.

Кинув свой рюкзак в угол, я направился в ванную. Девушки стали снимать с себя грязную одежду, тихо переговариваясь.

Вскоре мы лежали в ванной, закрыв глаза и наслаждаясь тишиной. Тёплая вода обнимала тело, снимая напряжение, а мерное дыхание подруг успокаивало лучше любых заклинаний. Усталость накатила волной — и незаметно для себя мы уснули. Вода всё ещё мягко согревала, словно заботливое одеяло, оберегая наш короткий, но такой необходимый отдых.

Первой проснулась Ли Юй и разбудила нас. Выбравшись из воды, мы переместились в кровать, но поспать ещё нам не дали: в дверь комнаты осторожно постучали.

Открывать пошла Елена, накинув на своё обнажённое тело шёлковый халат, который мы приобрели в Пекине.

— Добрый день, Елена, — услышал я голос Маши. — Проходила мимо, решила узнать, вернулись вы или нет. Два дня уже прошло, как вы ушли.

— Да, Маша, мы вернулись. Придём обедать, — ответила Елена и закрыла дверь.

Я посмотрел на часы: до обеда оставалось ещё полчаса. Пора было вставать.

Ли Юй потянулась, разминая плечи:

— Надо привести себя в порядок. После ванны и короткого сна чувствую себя… не то чтобы свежей, но хотя бы не развалиной.

Елена кивнула, снимая халат и плюхаясь в кровать рядом со мной:

— А я полежу ещё пять минуточек.

— И то верно, — пробормотал я, обнимая Елену. — Ещё пару минут тишины.

Девушки переглянулись и рассмеялись.

— Тишины не обещаю, — сказала Ли Юй, обнимая меня с другой стороны.

Через десять минут мы всё-таки встали, и я подошёл к окну. Ни «огненных ежей», ни мерцающих туннелей, ни напряжения разлома. Только птицы, солнце и прекрасный вид на ухоженный сад.

— Всё-таки хорошо, что мы вернулись, — тихо произнёс я.

— Хорошо, — подтвердила Елена, выходя из ванной. — Но теперь надо решить, что дальше.

Я обернулся к ним:

— Сначала — обед. Потом — план.

В гостиной, кроме Ярослава и Михаила, никого не было. Я было подумал, что стоит собрать князей, и хотел попросить Ли Юй связаться со всеми и открыть для них порталы, но сразу передумал, увидев хмурые лица Великих князей.

— Добрый день. Что-то случилось?

— Здравствуй, князь, — буркнул Михаил и замолчал.

— Добрый день, Александр Михайлович, — заговорил Ярослав. — Ничего серьёзного не случилось, но проблемы есть.

— Ну так рассказывайте, — я присел за стол. Девушки сели рядом.

— Давайте поедим, потом всё обсудим, — снова буркнул Мишка.

Я пожал плечами и с удовольствием приступил к трапезе. Ели в тишине — ни у кого не было желания разговаривать. Когда слуги всё убрали и принесли кофе с десертами, Мишка произнёс:

— Эти крысы зашевелились.

— Какие крысы? — не понял я.

— Предатели, которые встали на сторону узурпатора и тёмного мага, — пояснил Мишка.

— Так… И в чём это выражается? — Я сохранял спокойствие: теперь, когда рядом со мной два младших демиурга, пусть и пока не обученных, решать возникающие проблемы будет намного легче.

— Два княжеских рода — Лопухины и Макаевы — на Совете Великих Родов заявили, что истинных наследников трона больше нет в живых, а группа князей, с тобой во главе, хочет свергнуть нынешнего императора и разделить страну. Часть отдать китайцам, а часть — франкам и германцам, — Ярослав произнёс это так, словно выплюнул горькое слово.

Было видно, что Великие князья расстроены и пока не понимают, что делать.

— Значит, «Дом Северных Ветров» решил поучаствовать и поднять остальных против нас. Ну что же, этого следовало ожидать. Мы слишком близко подошли к Москве и Санкт-Петербургу, а многие княжеские рода теперь у нас в глубоком тылу. Если они восстанут, нам будет крайне тяжело, — я быстро обдумывал варианты и пришёл к единственному верному решению: явить Великих князей на Совете Великих Родов.

Достав амулет связи, я вызвал Бестужева:

— Добрый день, Сергей. Ты сейчас где?

— Здравствуйте, князь. В Красноярске, — голос Бестужева звучал спокойно — видимо, он не считал ситуацию критической.

— Про выступление Лопухиных и Макаевых что скажешь? — поинтересовался я.

— Если вы уже вернулись, то, считаю, что Великим князьям надо выступить на Совете и явить себя княжеским родам, — ответил Бестужев.

— Полностью согласен, тоже об этом думал. Сейчас обед, сообщи нашим представителям о срочном сборе Совета Великих Родов. А вообще — давай возвращайся.

Я открыл портал, и оттуда сразу вышел Бестужев.

— Что мне всегда нравилось, князь, так это ваша способность точно определять, куда открывать портал, — Бестужев рассмеялся, и его смех немного разрядил напряжённую обстановку в гостиной.

— Сколько у нас времени до начала заседания? — я смотрел на Бестужева.

— Ровно один час, — глянув на часы, ответил Сергей.

— Отлично. Великие князья, собирайтесь. Явим вас княжеским родам на Совете Великих Родов. Подумайте, что им сказать. Сергей, помоги составить им речь, а я пока отлучусь по срочному делу.

Открыв портал, я взял под руки девушек и повёл их к хранителю леса.

Выйдя на поляну, я осмотрелся: хранителя и его подруги нигде не было. Трон пустовал, возле озера их тоже не оказалось. Я уже собрался запустить поисковое заклинание, но в этот момент прямо перед нами открылся портал — и оттуда вышли хранитель леса со своей подругой.

— Демиург, ты испортил нам прогулку по лесу… — начал он обиженным тоном, но резко замолчал и уставился на девушек. — Не может такого быть… — Он даже протёр глаза своими руками-ветками. — Два прекрасных младших демиурга! Но как⁈

— Это я хотел у тебя выяснить. Ты же у нас здесь самый умный, — улыбнулся я.

Девушки рассмеялись, увидев, как подруга хранителя, закатив глаза, покачала головой.

— Это даже я знаю, — произнесла хранительница леса мелодичным голосом.

Хранитель обернулся к ней:

— Ну вот зачем ты всё испортила? Я только-только собрался нежиться в лучах славы.

Теперь смеялись все.

— Ладно, у меня нет времени. Оставляю вам на попечение девушек — нужно обучить их. И лучше тебя, хранитель, с этим никто не справится, — серьёзно произнёс я, глядя ему в глаза.

— Я всё сделаю, демиург. Можешь не переживать. Сегодня к вечеру я научу их всему, что им сейчас необходимо для освоения новых возможностей, — ответил хранитель.

Я читал его мысли: ему было искренне лестно, что я привёл девушек именно к нему, а не стал обучать сам.

— Отлично. Тогда я рассчитываю на тебя, — кивнул я.

— Разумеется, — хранитель слегка склонил голову. — Ступай с миром, демиург.

Я ещё раз взглянул на Елену и Ли Юй. Обе выглядели сосредоточенными, но в глазах читалось волнение — и любопытство.

— Слушайте хранителя внимательно, — сказал я им. — Вернусь после Совета — и проверим, чему вы научились.

Не дожидаясь ответа, я открыл портал и шагнул в него, возвращаясь к делам государства. Впереди — Совет Великих Родов.

В гостиной никого не было. Похоже, Великие князья пошли переодеваться, а Бестужев их сопровождает и даёт консультации по выступлению на Совете Великих Родов.

Я достал амулет связи и набрал номер князя Голицына.

— Приветствую вас, князь, — произнёс я, беря чашку с кофе и направляясь к маленькому столику у окна.

— И вам здравия, князь, — отозвался бодрый голос Голицына.

— Мне нужна ваша помощь — точнее, мне и Великим князьям. Вы сильно заняты? — поинтересовался я.

— Для вас и для них я всегда свободен. Открывайте портал, — тут же ответил князь Голицын.

Я открыл портал — и из него шагнул князь.

— Чем я могу помочь? — спросил он, подходя к столу и наливая себе кофе.

— Через… — я взглянул на часы, — тридцать минут мы отправляемся в Москву на Совет Великих Родов. Думаю, тёмный маг вынуждает нас явить Великих князей через заявления членов «Дома Северных Ветров». Возможно, их попытаются убить. Мне нужна помощь в нейтрализации нападающих. Ярослава с Михаилом я прикрою — с ними ничего не случится. Но схватить всех нападающих я могу не успеть, а это очень важно.

— Я слышал, что эти хорьки зашевелились и сделали объявление. Но один я тоже могу не успеть. Вы не против ещё парочки помощников? — он посмотрел на меня.

Я согласно кивнул. Голицын тут же достал свой амулет связи.

— Сын, у тебя пять минут собраться. Князь Драгомиров откроет портал. Остальное расскажу на месте, — скинув вызов, он сразу набрал другой номер: — Григорий, зови сына. Через пять минут князь Драгомиров откроет портал — есть срочное дело.

Князь Голицын убрал амулет и довольно улыбнулся:

— Теперь-то точно управимся. Можно, конечно, ещё Долгорукова и Оболенского позвать, но тогда можем спугнуть иродов.

Я снова с ним согласился и открыл порталы в замки Одоевского и Голицына.

Через пять минут в гостиной за большим столом расселись князья Одоевский и Голицын, а рядом их сыновья Григорий и Владимир. Я пересел к ним, кивнул в знак приветствия княжичам и князю Одоевскому.

— Значит, так, — начал я, окинув собравшихся взглядом, — сейчас отправляемся на Совет Великих Родов. Ожидаю атаку на Великих князей. Ваша задача — схватить нападающих, в крайнем случае — уничтожить. Никто из них не должен уйти.

— Гриша, — обратился князь Голицын к Одоевскому, — возьмёшь с сыном правое крыло. Я с Владимиром — левое. Князь Драгомиров прикроет Великих князей и поможет по центру.

— Нам нужен ещё один человек, а лучше двое. Андрюша, там выходов шесть. Ты совсем память потерял? — возразил Одоевский.

— Что-то я и вправду запамятовал. Сейчас вызову Долгорукова и Оболенского, — смущённо произнёс Голицын, доставая амулет связи.

— Подождите, князь. У меня есть другой вариант, — остановил я его и открыл портал к хранителю леса. — Буду через две минуты.

Выйдя на поляну, я увидел своих девушек: они сидели на каменных стульях напротив трона хранителя, который что-то им рассказывал.

Заметив меня, хранитель прервался:

— Я ещё не закончил, демиург, — недовольно пробурчал он.

— Знаю, но мне срочно нужны мои девушки. Верну их завтра утром — на весь день, — улыбнулся я строгому учителю.

— Да можешь вообще не возвращать. Это им надо и тебе, а не мне — всё это ваше обучение, — хранитель явно обиделся, но отменять решение было поздно.

— Не обижайся. Дело действительно важное, без них я не справлюсь, — примирительно произнёс я.

— Ладно, жду их завтра утром. Пока подумаю, чему их ещё научить, — махнул рукой хранитель и направился к хранительнице, стоящей у озера.

Девушки встали и последовали за мной в портал. Вернувшись в гостиную, они поздоровались со всеми, и я ввёл их в курс дела. Голицын и Одоевский уточнили план: кто где должен находиться и как действовать.

Только мы закончили обсуждение, как в зал вошли Михаил, Ярослав и Сергей Бестужев. Увидев столько народу, Великие князья переглянулись и поздоровались.

— Я так понимаю, это наша охрана? — спросил Ярослав.

— Не совсем. Охранять вас буду я. А они уничтожат или захватят тех, кто попытается вас атаковать. Уверен: все эти заявления сделаны, чтобы выманить вас из моего замка, — ответил я.

— Мы тоже так думаем. Тёмный маг продолжает манипулировать людьми, — Михаил грустно вздохнул, но тут же собрался и расправил плечи. — Мы готовы. Пора идти.

Глава 5

Я открыл портал прямо в главный зал Совета Великих Родов. Мне больше не имело смысла скрывать свою силу. Да, основная масса даже не догадывалась, какой мощью я обладаю, но многие уже постепенно приходили к мысли, что я намного сильнее любого старшего магистра. Пора было выходить из тени и показать, что я могу уничтожить любого, кто будет мне мешать.

Первым из портала вышел я, следом — Бестужев и Великие князья. Я сразу создал над Бестужевым и Великими князьями воздушный щит. Девушки, а также Голицыны и Одоевские вышли через другой портал — в безлюдном саду возле здания Совета. Они поодиночке вошли в здание и заняли свои места возле выходов из зала. Я чувствовал их присутствие и был уверен: они сделают всё необходимое, если начнётся атака на Великих князей.

Михаил подошёл к стойке оратора и вытянул вперёд руку, демонстрируя всем перстень власти императорского рода Романовых.

— Я — Великий князь Михаил Романов. Явился сюда, чтобы засвидетельствовать почтение Совету Великих Родов и предъявить свои претензии на трон, который был захвачен нынешним императором в ходе войны с наследниками истинного императора, — начал Михаил.

Он говорил долго, обстоятельно излагая факты: вспоминал договоры, ссылался на древние уставы, приводил свидетельства о тайных сговорах и нарушенных клятвах. В его речи звучали обвинения в предательстве — но без имён, без прямых указаний. Он намеренно не называл фамилий, оставляя пространство для размышлений, для сомнений, для внутреннего суда каждого из присутствующих.

Зал замер. Одни слушали, опустив глаза, другие — не отрывая взгляда от Михаила, словно пытаясь прочесть за его словами нечто большее. Третьи перешёптывались, обменивались короткими взглядами, в которых читались и страх, и гнев, и растерянность.

Михаил не торопился. Он знал: сила его речи — не в крике, а в холодной, выверенной правде. Каждое слово ложилось, как камень в фундамент будущего приговора.

— Вы все знаете, кто стоял за переворотом. Вы все помните, как рвались договоры и как лилась кровь невинных. Но сегодня я стою здесь не для того, чтобы мстить. Я стою здесь, чтобы восстановить справедливость. Чтобы вернуть трону его истинный смысл — служение земле, а не властолюбие. Чтобы напомнить: власть даётся не для обогащения, а для защиты.

Он сделал паузу, обвёл взглядом зал.

— Если кто-то готов возразить — пусть выйдет и скажет. Если кто-то считает, что нынешний порядок — это воля народа — пусть докажет это. Я жду.

Тишина стала почти осязаемой. Никто не поднялся. Никто не произнёс ни слова.

Я стоял в стороне, наблюдая. Всё шло по плану. Теперь оставалось лишь ждать.

Но всё пошло не так, как я предполагал. Нас не атаковали неизвестные наёмники или маги из родов предателей — нас просто попытались арестовать.

Магический легион — элитное подразделение императора — окружил здание, и его представитель вошёл в зал Совета Великих Родов. Он спокойно подошёл к Михаилу и протянул ему приказ императора о нашем аресте.

— Я знаю, кто вы и какой силой обладаете, — представитель Магического легиона повернулся ко мне. — Но нас намного больше, чем вас. Уйти порталом вы не сможете: здание накрыто магическим куполом, который блокирует открытие любых порталов.

Ну да, купол был. Возможно, раньше я бы и не смог его пробить, но сейчас это не было для меня помехой.

— Ну раз вы знаете, кто я такой и какой силой обладаю, то вы должны понимать: я уйду отсюда в любом случае. А также уведу законных наследников престола, — произнёс я ровным, почти будничным тоном.

В зале повисла тяжёлая тишина. Члены Совета замерли, переводя взгляды с легионера на меня и обратно. Кто-то нервно сглотнул, кто-то судорожно сжал подлокотники кресла.

Легионер чуть приподнял подбородок, но в его глазах мелькнула тень сомнения. Он явно рассчитывал на эффект внезапности, на психологический перевес — но столкнулся с холодной уверенностью, которую не смог сразу распознать.

— Вы осознаёте, что это акт открытого неповиновения императору? — наконец проговорил он.

— Я осознаю, что защищаю законного наследника престола от незаконного узурпатора, — ответил я, не отводя взгляда. — И у нас идёт война. Мне жаль, что в ней гибнут невинные солдаты, а порой и сильные маги. Но все вы сделали свой выбор. Хотя вы всегда можете отойти в сторону.

Я махнул рукой — и девушки, князья и княжичи сразу подошли ко мне, встав рядом. Михаил и Ярослав молчали, но я чувствовал: отступать они не намерены.

Легионер колебался. Он понимал: приказ есть приказ, но и цену ошибки тоже осознавал. За его спиной — сотня элитных магов, цвет магического класса, потеря которого будет трудно восполнима в ближайшие десять лет. Перед ним — один человек. Но этот человек уже доказал, что стоит целой армии.

— Вы не оставляете нам выбора, — выдохнул он наконец.

— Выбор есть всегда, — я улыбнулся, и в этой улыбке не было ни капли тепла. — Вы просто боитесь его сделать. Мне жаль вас.

Я обернулся:

— Уходим. Больше нам тут делать нечего.

Не замечая блокирующего купола, я открыл портал. Подождав, пока все пройдут, снова повернулся к легионеру:

— Мне действительно жаль вас. Когда я приду за узурпатором, постарайтесь быть как можно дальше от дворца.

Выйдя в гостиной своего замка, я закрыл проход и весело произнёс:

— Предлагаю поужинать! Ли Юй, сообщи Маше, пусть готовит ужин, а пока принесёт нам кофе и десерты!

Ли Юй улыбнулась, набрала Машу и озвучила ей мой приказ, уточнив количество человек. Через пять минут в воздухе разлился аромат свежесваренного кофе, а ещё через пару минут служанка уже вносила подносы с десертами.

— Ну что, — я обвёл взглядом собравшихся, — теперь у нас есть время всё обсудить. Совет Великих Родов, конечно, не состоялся в том виде, в каком мы планировали, но зато мы ясно дали понять: в этой игре, теперь правила будем устанавливать мы.

Михаил кивнул, опустившись в кресло:

— Ты прав. Теперь обратного пути нет.

— Зато есть путь вперёд, — добавил Ярослав, принимая от Ли Юй чашку кофе. — И мы идём по нему вместе.

Ужин прошёл в непринуждённой весёлой обстановке. Особенно веселились княжичи, рассказывая всем студенческие истории. Скоро должен начаться новый учебный год, но начнётся он или нет, было пока неясно. Всё зависело от того, когда закончится война.

— Ярослав, просвети меня, как обстоят дела с продвижением наших войск к Москве и Санкт-Петербургу? — я перевёл взгляд на Великого князя.

— По Санкт-Петербургу лучше просветит князь Голицын — последних новостей у меня пока нет. А по Московскому направлению это сделает князь Одоевский. Сегодня я не получал новых данных, а непосредственные участники как раз здесь. Князь Голицын, давайте начнём с вас, — все посмотрели на Голицына.

— Кхм… — прокашлялся князь. — Наша объединённая армия с князем Долгоруковым уже зашла в окрестности города. Заняли несколько небольших посёлков, но в сам город не входили. Пока там работает разведка. Хотим обойтись малой кровью, надеемся, что основной гарнизон города примкнёт к нам. Бояре создали большое ополчение против нас, но после сегодняшнего выступления будущего императора Михаила в Совете Великих Родов я предлагаю подождать пару дней. Возможно, ситуация изменится, и боярские рода, а также мелкие княжеские рода решат изменить своё мнение и сложат оружие. Пусть и не примкнут к нам, но и не будут сопротивляться.

Я задумался. Да, это было разумно. Чтобы информация разошлась по Российской империи и дошла до мелких родов, потребуется примерно сутки.

— Я согласен с князем Голицыным, — из раздумий меня вырвал голос Мишки. — Надо подождать. Если есть возможность избежать ненужных жертв, лучше это сделать. Пусть разведка распространит информацию по всему городу, чтобы боярские рода точно узнали о моём выступлении.

— Хорошо, это разумно, — согласился я. — Что с Москвой?

— Нам надо ещё сутки, чтобы дойти до первых оборонительных рубежей армии узурпатора. Пришлось задержаться в продвижении, — ответил князь Одоевский.

— Возникли проблемы? — насторожился я.

— Мелкие, но их уже решили. Основная армия ждёт отставшие обозы с провизией, а также подкрепление, которое идёт с Владивостока. Ситуация там стабилизировалась, и Великие князья, оставив там гарнизон и укомплектовав пограничные войска, отправили к нам оставшуюся армию, — пояснил Одоевский.

Я перевёл взгляд на Михаила и Ярослава.

— Всё верно. Пока тебя не было, мы перебросили с Владивостока часть армии. Завтра к вечеру она должна прибыть на станцию и увеличить численность армии Московского направления. Поезд с подкреплением идёт без остановок. Должны успеть, — подтвердил слова Одоевского Ярослав.

— Выходит, у меня есть ещё сутки и ночь до штурма любого из городов. Тогда не стоит терять время. Ли Юй, Елена, вы прямо сейчас отправляетесь назад к хранителю. У вас есть время до утра. Утром отправляемся в разлом, — я внимательно посмотрел на девушек.

Они сразу встали. Ли Юй открыла портал к хранителю и ушла вместе с Еленой.

— Хм… Саша, а зачем ты их отправил к хранителю на ночь глядя? — на меня удивлённо смотрел Мишка.

— Скоро всё узнаете. Терпение, мой друг, — я тоже встал и открыл портал к Хару. — Без меня не начинайте штурм ни Санкт-Петербурга, ни Москвы.

Шагнув в портал, я вышел возле ворот Восточного разлома. Защитные укрепления сильно преобразились. Данила и Хару отлично поработали.

Перед воротами высились новые бастионы, укреплённые магическими рунами. По периметру тянулись траншеи, заполненные водой — явно для использования наёмниками стихии Воды.

Хару, заметив меня, тут же направился навстречу.

— Ваше сиятельство! Рады видеть. Как раз заканчиваем последние приготовления.

— Вижу, работа идёт хорошо, — кивнул я, оглядывая укрепления. — Сколько бойцов сейчас на позициях?

— Три сотни наёмников — клан «Лунвэй» щедро оплачивает затраты. Ещё пятьдесят разведчиков патрулируют периметр. Всё по вашему плану, — Хару поклонился.

— Отлично. Хару, я знал, что ты справишься, — похвалил я главу японского клана наёмников. — Завтра с утра я пойду в разлом.

Хару ещё раз поклонился, а я, открыв портал, переместился на поляну к хранителю.

Девушки опять сидели на каменных стульях перед хранителем, а он занимался их обучением — показывал, каким образом открывать порталы в любое место по их желанию.

— Как успехи? — спросил я, приближаясь.

Хранитель обернулся, слегка приподняв свою древесную бровь:

— Неплохо. Они уже чувствуют потоки энергии, но пока не могут удерживать стабильный канал дольше нескольких секунд. Конечно, это не то же самое, что открывать портал туда, где ты уже был. Но успехи у них очень хорошие. Им не хватает мощи ядер, поэтому возникают проблемы.

Ли Юй подняла глаза, слегка запыхавшись:

— Получается, но очень тяжело. Как будто пытаешься удержать в руках воду.

Елена кивнула, соглашаясь:

— Да, каждый раз, когда кажется, что вот-вот получится, всё рассыпается.

— Это нормально, — успокоил я их. — Главное — вы уже знаете, как это делать. Остальное — вопрос практики и мощи ваших ядер. Но сейчас нам нужно ускорить процесс. Завтра рано утром мы идём в разломы. Сначала снова посетим Карельский разлом — надо найти для вас по паре «огненных ежей». Потом пойдём в Восточный разлом. Там водится тварь, которую убить пока могу только я. Мне тоже нужна сила.

Хранитель скрестил ветви-руки:

— Опять ты хочешь их забрать? — Немного подумав, он добавил: — Хотя ладно, забирай даже сейчас. Приведёшь их, когда они ещё поднаберут силы. Так будет даже лучше.

— Отлично, тогда приведу к тебе их в ближайшее время. Спасибо за помощь, — я чуть поклонился хранителю, польстив его самолюбию.

Он даже запыхтел от удовольствия:

— Да ладно, чего уж там. Мне не сложно, демиург.

Девушки переглянулись. В их мыслях я прочитал, что они готовы пойти в разлом хоть сейчас. А это хорошая идея. Надо ускоряться. Времени почти не осталось, а я чувствовал: решать вопрос с узурпатором надо как можно быстрее.

Что-то неясное творилось с разломами. Слишком мало стало тварей первого и второго уровней. В основном теперь встречались монстры третьего и четвёртого уровня. А в Карельском и Восточном разломах — так вообще твари непонятного уровня.

Если «огненных ежей» я ещё мог отнести к пятому уровню, то летающая змее-ящерица из Восточного разлома точно была шестого, а то и седьмого уровня. Хотя сколько этих уровней всего, я так и не знал.

Я открыл портал в нашу спальню. Рюкзаки так и лежали в углу — никто их не разбирал.

— Если хотите, отправимся прямо сейчас, — я посмотрел на Ли Юй и Елену.

— Хотим! — в один голос произнесли они.

— Тогда быстро переодевайтесь, и отправляемся, — улыбнулся я.

Пока девушки переодевались, я открыл рюкзаки. Налил воды в пустые бутылки, проверил запасы кофе и консервов. Всего было достаточно — запас на несколько дней.

Через десять минут девушки были одеты в новые костюмы, которые вчера привезли им из Китая. Костюмы изготовили Чжу Ли и Линь Фэн специально под них — и выглядели они впечатляюще.

Вставки из металлических пластин, покрытые защитными рунами, служили ещё и накопителями маны очень большой ёмкости — для девушек это сейчас было крайне важно. Удобные крепления для кинжалов и мечей. Дополнительные карманы под запасные накопители маны.

Но самое ценное — ткань была покрыта не только защитными рунами, но и особыми символами, не дающими ей пачкаться. Очень удобно: костюмы не нужно было стирать — они всегда оставались чистыми.

— Ну что, готовы? — спросил я, застёгивая свой рюкзак.

Ли Юй покрутилась, проверяя, не сковывает ли движение новая одежда:

— Идеально. Ничто не мешает.

Елена провела рукой по нагрудным пластинам:

— Руны ощущаются… как тёплый ветерок. Я чувствую, как они подпитывают меня.

— Отлично. Тогда выдвигаемся.

Я открыл портал сразу в руины рубежа Карельского разлома, решив, что тратить время на отметки у коменданта не стоит. Рубеж встретил нас абсолютной тишиной, которую нарушало только наше спокойное дыхание.

— Держитесь рядом, — предупредил я. — Наша первая цель — «огненные ежи». Идём в… — я посмотрел на левый, а потом на правый туннель, — в правый туннель. В прошлый раз за охотниками уходили налево, теперь пойдём направо.

Девушки кивнули, поправили рюкзаки, и мы направились в правый туннель.

Я надеялся, что мы быстро найдём ежей. Бродить по туннелям в поисках монстров не было никакого желания. Я выделил нам примерно пять-шесть часов на этот разлом — если не будет результата, отправимся в Восточный.

На первого монстра мы наткнулись буквально через десять минут. Обычный «теневой пожиратель».

— Елена, ты слабее Ли Юй. Он даст тебе больше силы, чем ей, — я отступил в сторону, пропуская девушку вперёд.

Недолго думая, Елена снесла ему голову воздушным серпом и хотела подойти к монстру, чтобы приложить руку и поглотить силу, но этого не понадобилось. Как и у меня, когда я стал младшим демиургом, девушкам больше не было необходимости трогать монстров для поглощения силы — она сама нашла путь к Елене.

Дальше мы шли очень долго. Ни каких ответвлений — только прямой туннель, всё глубже и глубже в разлом. Я уже хотел плюнуть и открыть портал к Восточному разлому, когда с помощью поискового заклинания обнаружил пещеру, в которой была пара «огненных ежей».

Предупредив девушек, я ускорил шаг. До пещеры оставалось ещё почти пятьсот метров. Мы уже приближались к цели, когда я почувствовал тревогу.

Воздух сгустился, словно перед грозой. Стены туннеля дрогнули, и по камням пробежала волна мерцающих трещин.

— Стойте! — резко бросил я, вскинув руку.

Ли Юй и Елена замерли. В их глазах читалось недоумение, но они не стали задавать вопросов.

Из трещин в стенах начали проступать тусклые багровые отблески. Затем послышался низкий, вибрирующий гул, от которого заложило уши.

— Что это? — прошептала Елена, сжимая кинжалы.

— Не знаю, — честно ответил я. — Но это не «ежи».

Гудение нарастало, превращаясь в монотонный ритм, будто биение гигантского сердца. Пол под ногами задрожал сильнее, и из трещин вырвались клубы чёрного дыма с искрами.

— Кольчуги! — скомандовал я. — И воздушные щиты!

Глава 6

Моё поисковое заклинание показывало, что происходит в пещере. «Огненные ежи» метались по ней со всей возможной скоростью: налетая на стены, разворачивались и устремлялись в другую сторону. Казалось, они отчаянно искали выход — но словно не видели его.

Из пещеры вели два туннеля: первый — тот, в котором стояли мы, и второй — прямо напротив нашего.

Тревога нарастала, но чувства смертельной опасности я пока не ощущал. Через пару минут в разломе воцарилась тишина. Ежи успокоились, трещины в стенах перестали мерцать. Однако тревога не исчезла — напротив, стала ещё острее, будто невидимая рука сжимала затылок.

— Идём дальше? — спросила Елена.

— Нет. Надо подождать. Что-то должно произойти, — ответил я, продолжая сканировать пещеру. Поисковое заклинание было сосредоточено на втором туннеле.

Внезапно на меня нахлынул ледяной страх — но тут же начал отступать, словно волна, отступающая от берега. В пещеру двигался монстр.

Он напоминал гигантскую змею — около трёх метров в диаметре и не менее пятидесяти в длину. Тело, покрытое чешуёй цвета потухшего вулканического шлака, плавно скользило по каменному ложу, оставляя за собой шлейф едкого пара. Но ужас внушала не сама туша — а её голова.

Она была похожа на чудовищный цветок, распустившийся в глубинах ада. Вместо лепестков — острые шипы длиной в два метра, изогнутые, как крючья, с зазубринами, источающими зеленоватую слизь. Каждый шип пульсировал, будто живой, и время от времени издавал тонкий, пробирающий до костей свист.

В центре этого кошмарного соцветия зиял круглый рот, усыпанный несколькими рядами зубов. Они двигались по кругу — каждый ряд в свою сторону, создавая жуткую карусель из острых лезвий. Между зубами проглядывали багровые отблески, словно в глубине пасти тлел огонь. А там, где у обычной змеи были бы глаза, виднелись лишь две чёрные впадины — без зрачков, без блеска, но при этом смотрящие.

Я почувствовал, как ледяной холод пробежал по спине. Это не было просто существо. Это был монстр — древний, жестокий, вероятно созданный стражами одним из первых, чтобы защищать нижние слои разлома на самом подступе к пелене между мирами.

— Стоим тихо, — прошептал я, не отрывая взгляда от пещеры.

Мысли метались. Убивать этого монстра пока рано — но он слишком близко к поверхности. Если вырвется наружу, перебьёт всех без разбора. Допустить этого я не мог. Придётся вступить в бой, но сперва нужно понаблюдать — понять, как он атакует. В том, что «огненные ежи» станут его жертвой, я не сомневался ни на миг.

Монстр медленно выдвинул голову в пещеру. «Огненные ежи» на мгновение замерли, словно ощутив ледяное дыхание смерти, а затем рванулись к нашему туннелю — неуклюже, отчаянно, в тщетной попытке спастись.

Атака монстра оказалась молниеносной — по крайней мере, для медлительных ежей.

Голова-цветок рванулась вперёд с нечеловеческой скоростью. Шипы-крючья разомкнулись, обнажая круглую пасть, и опустились на первого ежа. В пещере раздался тошнотворный хруст — будто раздавили гигантский орех. Броня «огненного ежа» не выдержала: треснула, разлетелась осколками, а из пасти змеи вырвались снопы искр, словно она жевала раскалённый металл. Всё заняло считанные секунды.

Не успев даже сглотнуть добычу, голова-цветок метнулась ко второму ежу. Тот едва успел проползти пару метров — чудовищная пасть настигла его с беспощадной точностью. Шипы сомкнулись вокруг тела, зубы пришли в движение — ряды острых лезвий закрутились в противоположных направлениях, разрывая плоть и броню на части.

Пещера наполнилась визгом перемалываемых костей и шипением раскалённой крови, смешивающейся с едким паром, исходящим от тела монстра. Второй ёж исчез в этой жуткой карусели зубов так же быстро, как и первый.

Я сглотнул, чувствуя, как по позвоночнику пробегает дрожь. Это было не просто убийство — это была демонстрация силы. Холодной, расчётливой, неумолимой.

— Теперь понятно, почему в разломе не осталось слабых монстров, а «огненные ежи» пошли ближе к выходу, — тихо произнёс я, отступая на шаг. — Эта тварь сожрала всех и гонит остальных к поверхности.

— Что там за монстр? — спросила Ли Юй.

Ни она, ни Елена не обладали возможностью использовать поисковое заклинание так же, как я. Хоть они уже и научились им пользоваться, их уровень оставался на той ступени, на которой был мой до скачка в мощи ядер.

Я кратко описал то, что видел с помощью стихии Земли.

— Слушайте мои команды. Думаю, втроём мы спокойно завалим эту тварь. А пока я проверю своё новое заклинание, — я тихо двинулся к пещере; девушки последовали за мной.

Монстр уже полностью вылез в пещеру и свернулся кольцами, не намереваясь двигаться вперёд. Похоже, решил сначала переварить съеденных ежей. Это было нам на руку.

Как только он полностью свернулся и уложил голову на тело, я начал формировать над ним своего огненно-воздушного голема.

В воздухе заклубились вихри, пронизанные огненными прожилками. С низким гулом, похожим на отдалённый раскат грома, из сплетения стихий возникла исполинская фигура. Крылья, сотканные из вихрей и пламени, рассекли воздух, разбрасывая искры. Тело дракона мерцало раскалённой бронёй, а глаза пылали, словно два миниатюрных солнца.

Голова монстра приподнялась и уставилась на дракона, следя за его полётом. Чуть помедлив, он атаковал: резко вскинул голову-цветок, шипы-крючья рванулись вперёд, целясь пробить воздушную сущность.

Но для моего голема его скорость оказалась детской забавой. Он легко увернулся, скользнув в сторону с грацией хищной птицы, и тут же ответил собственной атакой. Огненная струя, насыщенная силой воздуха, с гулким рёвом ударила в голову-цветок монстра. Пламя охватило шипы, зашипело, сталкиваясь с едкой слизью, и на мгновение ослепило тварь багровым заревом.

— Пора! Огненные стены — полная мощь! — скомандовал я.

Мы втроём одновременно выпустили заклинание. Три потока пламени, каждый — сгусток чистой, пульсирующей энергии, устремились в пещеру. Они не просто столкнулись с монстром — они прожигали его, превращая воздух в ревущий ад. Огненные стены сомкнулись вокруг твари, образуя клетку из чистого жара. Маны в них было столько, что пещера моментально превратилась в раскалённую докрасна печку, где каждая молекула воздуха дрожала от нестерпимого пламени.

Моему голему этот жар был только в радость. Созданный из огня и воздуха, он словно подпитывался от стихии, его очертания становились всё ярче, а крылья трепетали, высекая снопы искр. Я же прикрыл себя и девушек огненным щитом — он не просто блокировал жар, а впитывал его, переливая избыток энергии обратно в бой.

Монстр взревел — звук был похож на скрежет тысяч ржавых лезвий, терзающих металл. Он попытался увернуться от атаки дракона, но голем уже был с другой стороны. Сложив огненные крылья, он рухнул вниз, впечатывая чудовище в каменный, раскалённый до свечения пол. Пламя вспыхнуло ярче, поглощая всё вокруг, превращая пространство в вихрь огня.

— Продолжаем! — крикнул я, формируя новое заклинание.

Опустившись на одно колено, я приложил ладонь к земле. Поток маны устремился вглубь, пробуждая дремлющие недра. Каменные пласты затрещали, раскаляясь изнутри, и вскоре под телом монстра начало формироваться лавовое озеро. Оно поднималось медленно, но неумолимо, словно голодный зверь, раскрывающий пасть.

Ли Юй и Елена не отставали. Их руки светились, как два миниатюрных солнца, а заклинания вырывались с точностью и силой, которых я раньше не видел. Ли Юй создала сеть из огненных нитей — тонких, но несокрушимых. Они оплетали монстра, словно паук жертву, пригвождая его к месту. Каждая нить шипела, прожигая чешую, оставляя за собой дымящиеся борозды.

Елена же направила в тварь поток огненных шаров. Они летели с леденящей точностью, ударяясь о тело монстра и взрываясь с оглушительным грохотом. Каждый взрыв оставлял глубокие раны, из которых сочилась едкая слизь, тут же испаряясь в нестерпимом жаре.

Монстр бился в агонии. Его шипы ломали камень, зубы скрежетали, высекая искры, но силы неумолимо уходили. Пламя пожирало его, туша начала погружаться в лаву, которая уже доходила до середины тела. Дракон, словно страж возмездия, продолжал давить его вниз, не давая ни мгновения передышки. Он поливал голову монстра потоками огня, заставляя шипы плавиться, а пасть — раскрываться в безмолвном крике.

Наконец, с последним, судорожным воплем, монстр обессилел. Его тело начало распадаться, растворяясь в пламени, как сахар в кипятке. Шипы ломались, пасть захлопнулась, а глаза погасли, оставив после себя лишь тлеющие угли, которые быстро чернели, превращаясь в пепел.

Огненная буря медленно угасала. Мы стояли, тяжело дыша, глядя на то, что осталось от чудовища. Пещера была опустошена: стены раскалены докрасна, воздух дрожал от остаточного жара, а в центре — лишь лава, жадно поглощающая остатки монстра. Её поверхность мерцала, отражая последние отблески угасающего пламени, словно напоминая: это была не просто победа, а предупреждение.

А потом пришла сила — словно мощная волна бушующего океана, она накрыла не только меня, но и девушек. Я еле держался на ногах, испытывая острую, пронизывающую боль, и изо всех сил старался не потерять сознание. Девушки не выдержали нагрузки: словно тряпичные куклы, они безвольно опустились на каменный пол.

Продолжая удерживать огненный щит, который всё ещё защищал нас от нестерпимого жара, идущего из пещеры, я опустился на колени и пополз к ним, упираясь ладонями в каменный пол. Каждый сантиметр давался с невероятным трудом: тело будто налилось свинцом, а в висках стучало так, что казалось, голова вот-вот расколется.

Добравшись до Ли Юй, я сосредоточился, вглядываясь в её энергетическую структуру. Как я и предполагал, она была разорвана в клочья — хаотичные обрывки энергетических каналов пульсировали, пытаясь восстановиться. Регенерация работала: медленно, методично, она стягивала разорванные каналы, восстанавливая в первую очередь самые важные участки. Процесс шёл мучительно долго, но уверенно — девушка была жива.

Обогнув Ли Юй, я дополз до Елены. Картина оказалась идентичной: энергетическая структура разрушена, будто её пропустили через мельницу, но регенерация уже включилась на полную мощность. Она боролась за жизнь хозяйки, собирая воедино рассыпавшиеся фрагменты структуры.

Успокоившись, что девушкам не грозила смерть, хотя восстановление займёт немало времени, я немного отдышался. Подождал, пока моя регенерация снимет болевой синдром, превращавший каждое движение в пытку. Наконец, когда тело стало отзываться чуть легче, я открыл портал в нашу спальню.

По очереди перетащив девушек через мерцающую границу, я бережно уложил их на кровати. Их лица были бледны, дыхание — поверхностное, но ровное. Теперь им нужен был только покой.

Вернувшись в разлом, я полностью окутал себя огненным щитом — пламя пульсировало, образуя непроницаемую броню. Шаг за шагом я вошёл в пещеру. Надеялся найти хотя бы остатки тела монстра — но моё лавовое озеро поглотило всё.

Поверхность раскалённой массы мерцала, отражая последние отблески угасающего света. Ни костей, ни чешуи, ни даже следа от чудовищных шипов — только бурлящая лава, неспешно перекатывающаяся в своём новом ложе и постепенно начинающая застывать.

Я замер на краю озера, глядя в его огненную глубь. Большая часть силы монстра теперь была внутри меня — тяжёлая, чуждая, но постепенно подчиняющаяся моей воле. Она пульсировала в энергетических каналах и ядрах, обещая мощь, но требуя взамен контроля.

Вернувшись в спальню, я опустился в кресло и забылся тяжёлым сном. Мне тоже требовалось восстановление.

Сон навалился мгновенно — не лёгкий, освежающий, а густой, словно вязкая тьма, поглощающая сознание. В нём не было образов, только бесконечная тяжесть, давящая на плечи, и отголоски боли, пульсирующей в каждой клеточке тела. Я словно погрузился в бездонный колодец, где время теряло смысл, а реальность растворялась в сером мареве.

Сколько прошло — минута, час или целая ночь? Не знаю. Но когда я наконец очнулся, в комнате уже царил рассвет. Бледные лучи пробивались сквозь плотные шторы, рисуя на полу неровные полосы света. Тело всё ещё ныло, но боль отступила, оставив после себя лишь глухое напряжение в мышцах.

Я медленно поднялся, разминая затекшие плечи. Взгляд невольно упал на кровать, где уже в расслабленных позах спали Ли Юй и Елена. Их дыхание стало глубоким и ровным, но лица по-прежнему были бледными. Регенерация ещё работала — я чувствовал это: процесс пошёл намного быстрее.

Слишком много мощи они получили в той пещере. И теперь регенерация не просто восстанавливала повреждённую энергетическую структуру — она расширяла и укрепляла каналы, превращая их в более совершенные проводники силы. Даже моя собственная регенерация всё ещё была активна: я ощущал, как внутри формируются новые энергетические пути, словно корни дерева, ищущие влагу в глубине почвы.

Подойдя к окну, я раздвинул шторы. За стеклом простирался знакомый пейзаж: лес, окутанный утренней дымкой, и далёкие очертания гор, едва различимые в рассветной полумгле. Тишина. Спокойствие.

Крепость только-только начинала просыпаться — из труб поднимались тонкие струйки дыма, а в дальнем дворе уже слышались приглушённые голоса слуг. Значит, прошло не так много времени с нашего возвращения.

Как будто и не было ночной битвы. Не было того чудовища с шипастой головой-цветком. Не было волны силы, едва не разорвавшей нас на части. Мир за окном жил своей обычной жизнью, не ведая о том, что где-то в глубинах разлома пробуждается нечто гораздо более опасное.

Я провёл ладонью по прохладному стеклу, ощущая контраст между умиротворённой картиной снаружи и тревожным предчувствием внутри.

— Скоро всё изменится, — прошептал я, отходя от окна. — И мы должны быть готовы.

Я достал амулет связи и набрал Машу:

— Доброе утро, Маша.

— Доброе утро, князь. Вы сегодня рано. Хотите, чтобы я сделала вам завтрак? — Маша, как обычно, уже не спала в это время. Они с Егорычем вставали, наверное, даже самые первые во всём замке.

— Да. Только прикажи слугам, чтобы принесли в спальню. Пусть повара сделают побольше еды. Ночь выдалась сложной — девушки будут голодные, когда проснутся. Да и я, собственно, поем очень плотно. Впереди у нас предстоит ещё одна вылазка.

После этих слов я ощутил сильный голод — такой, что желудок скрутило узлом.

— Хорошо, сейчас всё сделаем. Минут через двадцать всё принесут, — Маша отключила связь.

Я деактивировал браслет «Единства стихий» и направился в ванную.

Только я встал под душ, как в ванную вошли обнажённые девушки и сразу присоединились ко мне.

— Вы чего вскочили? — удивился я.

— Князь, вы так громко говорили про еду, что мы проснулись. Есть охота так, что ни о чём больше думать невозможно, — засмеялась Елена.

— Ладно, тогда быстро приводим себя в порядок, едим — и отправляемся в Восточный разлом. Надеюсь, там будет проще, — усмехнулся я, прижав к себе девушек.

Из ванной мы вышли через десять минут — взбодрившись под контрастным душем, чувствуя, как свежая энергия наполняет тело.

Только девушки оделись, как раздался стук в дверь. Открыв, я отошёл в сторону: слуги вкатили два столика, заставленные едой. По спальне сразу пошёл аппетитный аромат. На столиках были тарелки с дымящейся кашей, румяные булочки, разделанная жареная утка, копчёное мясо, свежие овощи и горячий кофе.

Девушки, едва увидев еду, сразу уселись за стол, ожидая, пока слуги всё расставят. Только они вышли, мы сразу приступили к еде.

— Ого! — воскликнула Ли Юй, хватая кусок утки. — Это всё нам?

— Всё нам, — улыбнулся я, тоже начиная с утки. — Ешьте, восстанавливайте силы. Нам сегодня снова предстоит непростой день.

Они не заставили себя ждать: тарелки пустели с поразительной скоростью. Я тоже не отставал — голод, накопившийся за ночь, требовал насыщения.

Через полчаса на столе остались лишь крошки и пустые чашки. Елена откинулась на спинку стула, удовлетворённо вздохнув:

— Теперь я готова пойти куда угодно. Но… через десять минут. Надо, чтобы еда усвоилась.

Ли Юй кивнула:

— И я. Что дальше?

Я поднялся, чувствуя, как энергия растекается по телу, наполняя мышцы силой.

— Дальше — портал. Восточный разлом ждёт.

Глава 7

Через двадцать минут мы выходили возле ворот Восточного разлома.

— Рад приветствовать вас, князь, — нас встретил Хару и поклонился.

— Монстры появлялись? — уточнил я.

— Нет, ваше сиятельство, — ответил японец.

— Хорошо. Быстро нас не ждите, — я направился к воротам; девушки держались рядом.

Двигаясь по туннелю, я сказал девушкам активировать свои поисковые заклинания стихии Земли и тренироваться. Им надо было осваивать новые способности — а где это лучше сделать, как не в разломе?

До разрушенного рубежа добрались быстро. Я сразу направился к уцелевшему зданию, где прежде видел князей Бокеевых, а потом — убитых монстром охотников.

Войдя внутрь, я огляделся. От тел охотников практически ничего не осталось — значит, сюда наведывались падальщики.

В очередной раз обыскав здание в поисках каких-либо подсказок — как вообще тут появились изменённые, — и ничего важного не найдя, мы двинулись дальше. Углубляясь по туннелю в разлом, бродили около часа, сворачивая на развилках то в одну сторону, то в другую. В итоге снова вышли к рубежу.

Развернулись и снова пошли вглубь. В этот раз мы проходили около трёх часов — но опять вышли к рубежу.

— Странно. По всем моим ощущениям мы углублялись в разлом, но в итоге всё равно вышли назад, — задумчиво проговорил я, посмотрев на девушек.

— Может, снова какая-то аномалия разлома? — спросила Елена.

— Может, и аномалия… — Я снова задумался. Ходить здесь кругами не имело смысла. — Пробуем ещё раз. Если будет то же самое — возвращаемся домой.

Через два часа мы снова стояли возле разрушенных стен рубежа.

— Возвращаемся. Придём сюда в следующий раз. Так, Елена, открывай нам портал к Хару, — я посмотрел на девушку, которая сразу стала серьёзной. Было видно, как она сосредоточена.

Через несколько секунд перед нами открылся портал. Шагнув в него, мы вышли возле Хару.

— Молодец, — похвалил я Елену и обратился к Хару: — Увеличь количество людей на стенах. В разломе происходит что-то странное. Если объявятся монстры, сразу сообщи мне.

— Будет исполнено, князь, — Хару поклонился.

— Ли Юй, портал домой, — распорядился я.

Ли Юй действовала быстрее, чем Елена — сказывался опыт. Тем более для неё открыть портал туда, где она уже была, вообще не составляло никаких проблем.

Выйдя в спальне, я сразу отправил их к хранителю — продолжать заниматься. А сам прилёг на кровать, чтобы подумать.

Подумать не вышло: я моментально уснул.

Разбудили меня девушки. Склонившись надо мной, они улыбались.

— Вы почему не на занятиях у хранителя? — буркнул я спросонья.

— Уже вечер. Он отпустил нас, сказав, что больше ему нечему нас учить, — радостным голосом ответила Елена.

Я повернул голову в сторону окна — действительно, вечер. Выходит, я проспал весь день. То-то я чувствую себя прекрасно — только теперь есть охота.

— Ну раз вы теперь всемогущие младшие демиурги, организуйте нам ужин, — я потянулся и встал.

Девушки засмеялись, и Елена открыла портал в общую гостиную.

— Всё готово, князь. Ждём только вас, — произнесла Ли Юй.

— Ну тогда пойдём, — я шагнул в портал.

В гостиной уже был накрыт стол, за которым сидели Великие князья, Егорыч, Маша, Беркут и Данила.

Мы поздоровались, и я сел на своё место во главе стола.

Пока ужинали, успели обсудить разные хозяйственные вопросы. Беркут и Егорыч попросили увеличить финансирование на военное обмундирование. Маша просила денег на какую-то новую посуду, которую стали делать артефакторы. Данила снова поднял вопрос о расширении крепости и строительстве новых домов для жителей.

В итоге всё решили, и все остались довольны.

— Ярослав, что там с нашими армиями? — обратился я к Великому князю, когда из гостиной ушли все, кроме них и девушек.

— Пока без особых изменений. Армия Голицына и Долгорукова стоит под Санкт-Петербургом. А на московском направлении ожидается прибытие пополнения — завтра к утру должны уже разгрузиться, — ответил Ярослав.

— Что говорит разведка в Санкт-Петербурге? Бояре одумались или всё ещё хотят сопротивляться? — задал я следующий вопрос и сделал большой глоток кофе.

— В основном — да. С гарнизоном тоже не всё ладно. Туда прибыл один из элитных отрядов магического легиона — теперь солдаты боятся поднимать бунт, — вздохнув, произнёс Ярослав.

— Ладно. Пусть пока московское направление разбирается с подкреплением, а я сегодня с девушками прогуляюсь по ночному Санкт-Петербургу. — Я достал амулет связи и вызвал Долгорукова. — Добрый вечер, князь.

— Добрый-добрый, князь Драгомиров, — ответил мне Долгоруков.

— Мне бы подробную информацию получить о том, что происходит в городе, — произнёс я.

— Могу рассказать, хотя… — Князь замолчал, но почти сразу заговорил снова: — Если есть желание, то можете встретиться с моим командиром разведки. Он сейчас в военном лагере под Санкт-Петербургом.

— Так даже будет лучше. Где у вас стоит лагерь и как звать командира? — уточнил я.

Князь объяснил, где расположен лагерь и как найти командира разведки.

— Я предупрежу его и генерала армии, что вы скоро будете, — закончил Долгоруков и отключился.

Я посмотрел на девушек:

— Вы разве не собираетесь со мной?

— Собираемся, — удивлённо ответила Елена.

— Прямо вот так? В костюмах для боёв? — улыбнулся я.

— Десять минут, — ответила Ли Юй, сразу открывая портал в спальню.

Когда они ушли, я обратился к Великим князьям:

— Надо Санкт-Петербург взять в первую очередь, а потом плотно заняться Москвой.

Они кивнули, соглашаясь, и встали.

— Пойдём погуляем, а то сидим тут безвылазно, — усмехнулся Мишка, и они с братом вышли из общей гостиной.

Девушки явились через десять минут.

— Ну что, идём? — сразу спросила Елена, увидев, что в комнате я абсолютно один.

— Идём, открывай портал в военный лагерь под Санкт-Петербургом, — и я объяснил ей, где он находится.

Елена сосредоточилась и смешно сморщила носик. Было видно, что ей ещё очень трудно открывать портал в место, про которое она знает только по описанию. Тем не менее минуты через две перед нами вспыхнул портал. Елена вытерла лоб, на котором выступил пот.

— Готово, — выдохнула она и заулыбалась.

Я пошёл первым, следом вышли девушки. Оглядевшись, я увидел, что до лагеря ещё метров сто.

— Ну что же, вполне приемлемо для первого раза, — похвалил я Елену и двинулся к лагерю.

Пройдя метров двадцать, я остановился. Впереди был хорошо замаскированный дозор: нас рассматривали, но не спешили показываться.

— Я князь Драгомиров, — вытянув руку вперёд, я подсветил перстень власти магическим фонарём.

Буквально сразу появились дозорные.

— Добрый вечер, ваше сиятельство. Нас предупреждали, что вы появитесь. Но предполагали, что вы откроете портал сразу в лагерь, а не за ним, — обратился ко мне один из дозорных.

Я почувствовал, как Елена расстроилась.

— Решили прогуляться, поэтому открыли портал здесь, — спокойно ответил я. — Проводите нас, чтобы мы не блуждали по лагерю?

— Конечно, следуйте за мной, ваше сиятельство, — дозорный тут же развернулся и отправился к лагерю.

Мы двинулись следом. Лагерь раскинулся на огромном поле — ряды палаток, костры, приглушённые голоса солдат. В воздухе пахло дымом и едой. Дозорный шёл уверенно, ловко лавируя между постами и патрулями.

— Командир разведки ждёт вас в штабной палатке, — бросил он через плечо. — Прямо по центральному проходу, третья палатка справа.

— Благодарю, — кивнул я.

Дозорный развернулся, поклонился и направился назад к своим людям.

— Ну что, — я обернулся к девушкам, — идём знакомиться с разведчиком?

Елена всё ещё хмурилась, но Ли Юй ободряюще сжала её руку:

— Ты молодец. В следующий раз получится ещё лучше.

Елена слабо улыбнулась и кивнула.

Мы направились к штабной палатке. У входа уже стоял высокий мужчина в тёмном плаще. При нашем приближении он шагнул вперёд и склонил голову:

— Князь Драгомиров? Я — капитан Орлов, начальник разведки князя Долгорукова. Рад приветствовать вас в нашем лагере.

Разговор с начальником разведки занял около тридцати минут. Больше всего меня интересовал элитный отряд магического легиона: их численность и дислокация.

Я хотел поговорить с ними лично. Из последнего разговора с легионером в Совете Великих Родов я сделал вывод, что они никак не связаны с тёмным магом, просто служат верой и правдой императору. Но оставалась одна неясная для меня деталь: кому именно они присягали? Узурпатору, захватившему власть, или истинному императору, чьё место он занял?

Выяснив подробности про магов, я поблагодарил капитана и открыл портал на тихую улочку в Санкт-Петербурге. Решил сделать это самостоятельно — не хотелось привлекать лишнее внимание, если вдруг Елена или Ли Юй промахнутся. Время тренировок пока закончилось.

Мы вышли из подворотни и направились к более оживлённой улице, чтобы нанять экипаж и, не привлекая внимания, доехать до гарнизона, где расположился отряд магического легиона.

Через двадцать минут, заплатив извозчику за доставку, мы стояли перед воротами императорского гарнизона города Санкт-Петербурга.

Был уже глубокий вечер — солдат снаружи не наблюдалось, но имелась дверь, ведущая в караульное помещение. Я постучался громко, чтобы меня точно услышали.

— Кого ещё тут принесло на ночь глядя? — в двери открылось маленькое смотровое окошко.

— Мне необходимо прямо сейчас встретиться с командиром отряда магического легиона, — просто сказал я.

Солдат за дверью сначала опешил от такой наглости, но потом ответил:

— Все посещения гарнизона — с восьми утра до шести вечера, по предварительному согласованию с командующим.

— Тогда давайте сделаем по-другому. Я — князь Драгомиров. Армия Великих князей Романовых под командованием князей Голицына и Долгорукова стоит возле города, готовая начать штурм. Я пришёл поговорить. Вы же знаете, кто я такой? — Я поднёс к окошку руку с перстнем власти.

Солдат исчез, а окошко захлопнулось. Моё поисковое заклинание показало: в караулке началась суета. Слышны были приглушённые голоса, торопливые шаги, звон оружия. Кто-то явно спешил доложить о нежданном визитере.

Прошло не больше пяти минут — дверь распахнулась. На пороге стоял легионер, с которым мы встречались и говорили в Совете Великих Родов.

Я усмехнулся:

— Не ожидал здесь увидеть именно вас.

— Представьте себе, и я не ожидал увидеть вас, — тоже усмехнулся маг.

— Так и будем стоять в дверях? Или соизволите пригласить меня и девушек на чашку кофе и поговорить? — я внимательно посмотрел на легионера, уже собираясь прочитать его мысли.

Но он развернулся и произнёс:

— Прошу за мной, князь.

Мы последовали за ним. Вышли из караульного помещения с другой стороны — уже на территории гарнизона, прошли метров сто и зашли в другое здание. Поднялись на второй этаж и двинулись по узкому коридору, освещённому редкими настенными магическими светильниками. Шаги звучали приглушённо — пол был укрыт толстым ковром с замысловатым узором. Легионер двигался плавно, почти бесшумно, словно скользил над поверхностью.

Он открыл дверь в небольшую комнату, обставленную со сдержанной роскошью: массивный стол из тёмного дерева, несколько кресел с высокой спинкой, шкаф с книгами и свитками. В углу в камине тихо потрескивали угли, наполняя помещение мягким теплом и едва уловимым ароматом можжевельника.

— Присаживайтесь, — легионер указал на кресла. — Кофе будет через минуту. Вы не будете против, если к нам присоединятся ещё несколько человек?

— Как пожелаете. Можете привести весь отряд, но тогда нам необходимо более просторное помещение, — ответил я, продолжая разглядывать кабинет.

Он дёрнул за шнур звонка, и почти мгновенно в дверях появился слуга.

— Кофе и позови командиров, — приказал легионер.

Мы сидели в тишине, ожидая кофе и новых магов.

Через несколько минут в кабинет вошли пять человек. Они сразу расположились так, что я и девушки оказались под их полным контролем. Следом вошёл слуга и принёс кофе. Расставив чашки и налив в каждую напиток, он вышел. Я подал чашки с кофе девушкам, а взяв свою, вдохнул аромат свежесваренного кофе и сразу сделал глоток. Кофе был довольно неплохо сварен.

— Итак, князь, — легионер сел напротив, скрестив руки на груди, — чем обязан вашему визиту? Уверен, вы не просто так решили навестить нас поздним вечером.

— Прежде чем я отвечу на ваш вопрос, прикажите вашим людям не двигаться, иначе мне придётся их убить, — произнёс я спокойно.

Со всех сторон послышался звон лопнувших магических кольчуг, и в горло каждому магу уперлось воздушное копьё.

— Хм… — Я почувствовал, что легионер опешил, как и его командиры, которым теперь пришлось стоять не шевелясь, но он не подал вида. — Если вы не против, то я бы лучше приказал им присесть в свободные кресла.

— Пожалуйста. Только прошу вас, не испытывайте моё терпение, — спокойным голосом произнёс я, глядя в глаза легионеру.

Воздушные копья исчезли, и я услышал облегчённый вздох магов. Они сразу прошли к столу и заняли свободные кресла.

— Для начала, уважаемый… — я чуть замешкался, но решил не утруждать себя — раз он сам не представился, — легионер. Скажите, вы знаете, кто такие демиурги? Или, по-другому, владыки стихий и архимаги?

— Таких магов не существует. Есть только старшие магистры. Есть, конечно, очень сильные — например, такой, как вы, князь. Но не более, — уверенно сказал легионер.

Я разочарованно вздохнул. Никто в нашем мире не верит в демиургов, пока не убедится сам. И то потом сомневается.

— Вы не правы. Я — почти уже архимаг, а эти прелестные девушки — владыки стихий, — тихо, но достаточно громко, чтобы меня услышали абсолютно все, проговорил я.

Легионер на мгновение замер, затем усмехнулся:

— Зачем вы пришли сюда, демиурги?

В его голосе сквозила явная ирония. Он всё ещё не верил — и это было понятно по тому, как напряжённо замерли его командиры, как невольно дёрнулся один из них, будто собираясь что-то сказать, но тут же прикусил язык.

Я медленно поставил чашку на стол, не отводя взгляда от легионера.

И… вторгся в его голову — так, как когда-то сделала Юнь Си.

«Похоже, без демонстрации силы вы не поверите. Но я пришёл сюда не за этим. Узурпатор служит главе „Ордена Чёрного пламени“ — тёмному магу из другого мира. Я не смог его убить, когда мы сокрушили орден».

Я продолжал мысленно рассказывать ему обо всём: об ордене, о тёмном маге, о ситуации в разломах, о князьях Бокеевых и их армии изменённых. О предателях в княжеских и боярских родах. Картины вспыхивали в его сознании одна за другой — яркие, беспощадные, реальные. Я вкладывал в его память не просто слова, а образы, ощущения, отголоски битв и запах гари от сожжённых поселений.

Закончив, я покинул его сознание.

— Ли Юй, портал домой. На сегодня мы закончили, — обратился я к девушке, продолжая смотреть на побледневшее лицо легионера.

— Теперь вы знаете всё, — снова обратился я к магу, но уже обычным голосом. — Сделайте правильный выбор. Завтра мы начнём штурм города. И сколько тут будет погибших — теперь зависит от вас.

Я встал и последовал за девушками в портал.

За спиной осталась комната, где легионер всё ещё сидел неподвижно, с расширенными от потрясения глазами. Его командиры переглядывались, не решаясь нарушить тишину. В воздухе висел невысказанный вопрос — и тяжёлое осознание того, что мир, который он знал, уже никогда не будет прежним.

Портал закрылся, унося нас прочь.

В спальне я обернулся к девушкам:

— Он знает. Теперь дело за ним.

Ли Юй кивнула:

— Думаете, он примет верное решение?

— Не знаю, — честно ответил я. — Но я дал ему шанс увидеть правду. Дальше — его выбор.

Елена тихо добавила:

— Если он не отреагирует, завтра будет жарко.

— Будет, — согласился я. — Но мы готовы.

Ли Юй снова посмотрела на меня:

— Как вы смогли это сделать? На мгновение я почувствовала, что вы с ним говорите.

— Стихия Духа подсказала мне, как это сделать, — ответил я. — Я мог делать это и раньше, но, наверное, не было необходимости, поэтому стихия не давала мне знаний. А сегодня настал момент, когда потребовались не только слова, но и образы.

Елена задумчиво провела рукой по воздуху, словно пытаясь уловить остаточные следы магии:

— Значит, стихии не просто дают силу… Они ещё и направляют?

— Именно так, — кивнул я. — Каждая из них — не просто источник энергии. Это разумная сущность, которая делится знаниями лишь тогда, когда это действительно нужно.

Ли Юй нахмурилась:

— Но как понять, когда стихия готова открыть новые возможности?

— По-разному, — я присел на край кресла, размышляя, как лучше объяснить. — Иногда это внезапное озарение. Иногда — ощущение, будто ты нащупал невидимую дверь. А порой — просто чувство, что сейчас всё должно получиться, хотя раньше не выходило.

— То есть нужно доверять своим ощущениям? — уточнила Елена.

— В первую очередь. Стихии откликаются на искреннюю потребность, на настоящую необходимость. Если ты просто хочешь получить новую силу ради силы — они промолчат. Но если эта сила нужна, чтобы спасти кого-то, защитить, изменить ход событий… тогда они говорят с тобой.

В комнате повисла задумчивая тишина. Девушки переглянулись, явно обдумывая услышанное.

— Получается, мы ещё даже не представляем, на что способны, — тихо произнесла Ли Юй.

— Верно, — я улыбнулся. — И это хорошо. Потому что чем больше мы узнаём, тем больше понимаем: наши возможности растут вместе с вызовами, которые нам предстоит преодолеть.

Елена выпрямилась:

— Тогда, может, стоит попробовать развить эти навыки? Например, я могла бы…

— Всему своё время, — мягко остановил я её. — Сегодня мы сделали важный шаг. Теперь нужно дождаться реакции легионера. Если он примет решение в нашу пользу — это сэкономит множество жизней. Если нет… — я пожал плечами, — тогда придётся действовать иначе.

Глава 8

Мы проснулись рано утром, чтобы собраться, позвать на завтрак князей Голицына и Долгорукова и обсудить план штурма Санкт-Петербурга. Откладывать захват города дальше не имело никакого смысла.

В шесть утра мы уже всех разбудили и буквально через полчаса собрались на завтрак.

Завтрак прошёл в тишине. Но как только слуги убрали со стола и принесли кофе, я обратился к собравшимся:

— Сегодня я планирую начать штурм города и закончить его к завтрашнему вечеру. Я не стал сообщать вам об этом вчера, так как ещё не был уверен: готовы мы занять город или нет. Сейчас я точно знаю — откладывать захват города больше нельзя. Сколько вам необходимо времени, чтобы армия приготовилась к штурму? — Я посмотрел на Голицына и Долгорукова.

— Не больше двух часов с момента получения ими приказа, — сразу ответил Долгоруков. — Я ещё вчера, после вашего визита, князь, приказал готовиться к быстрому развёртыванию для штурма города.

— Александр Михайлович, не слишком ли мы торопимся с захватом Санкт-Петербурга? — Миша посмотрел на меня.

— Дальше тянуть нельзя. Я боюсь, что в ближайшее время могут начаться проблемы с монстрами из разломов. К этому времени вы, Михаил, уже должны будете стать императором. Разломы необходимо усилить строительством оборонительных сооружений и регулярной армией. Иначе, если монстры вырвутся, страна погрузится в хаос, — ответил я Михаилу и снова перевёл взгляд на князей. — Я, Елена и Ли Юй отправляемся в лагерь.

— Мы пойдём с вами, но нам надо одеться. Дайте нам двадцать минут, князь, — Голицын и Долгоруков встали из-за стола.

Я кивнул и открыл им порталы.

Ярослав и Михаил тоже встали.

— Мы тоже пойдём с вами — по крайней мере, будем находиться в лагере и поможем с координацией наступающей армии, — сказал Ярослав. — Брони нашего рода у нас нет, но раз мы присягнули вам, князь, то будем одеты в вашу форму.

Они ушли одеваться. Ли Юй и Елена последовали их примеру и, открыв портал, вернулись в нашу спальню.

Я же налил себе кофе и пересел за столик возле окна. Очень надеялся, что отряд магического легиона не будет воевать против нас. Убивать такое количество высококлассных магов было никак нельзя — особенно на фоне моих опасений из-за монстров. Я уже не сомневался, что к этому приложил руку тёмный маг.

Если маги не станут воевать, я легко осуществлю свой план по захвату города с минимальными потерями с обеих сторон.

Через пятнадцать минут вернулись Великие князья и девушки. Следом Ли Юй открыла портал для Голицына и Долгорукова. Оба были в родовой броне, как будто сами собирались идти на штурм.

— Если все готовы, то отправляемся, — я обвёл всех взглядом и, получив утвердительные кивки, открыл портал возле штабного шатра в военном лагере.

Буквально через десять минут, когда все приказы были отданы, армия пришла в движение. Мы вкратце обсудили, как будут заходить войска в город. О своём плане я пока молчал: мне надо было точно знать, будет воевать против нас магический легион или нет. Поэтому я просто ждал.

Налив себе кофе в штабе, я стоял возле входа, наслаждаясь напитком. Девушки по моей просьбе остались внутри — я хотел, чтобы они владели всеми планами наступления.

Не успел я допить кофе, как ко мне подбежал солдат в форме рода Долгоруковых:

— Ваше сиятельство, вы же князь Драгомиров?

— Совершенно верно, — я внимательно посмотрел на солдата.

— Там за лагерем, несколько магов из магического легиона императора взяли в плен наш дозор. Требуют, чтобы мы связались с вами и передали следующие слова: «Легионер просит о встрече до начала штурма». Они ждут ответ. Как только они его получат, они поклялись клятвой стихий, что отпустят наших солдат. Прошу вас, спасите их! — Солдат, казалось, был готов упасть передо мной на колени.

— Веди меня к ним. Я лично им отвечу. Тем более им нужна встреча со мной, — я поспешил за солдатом, доставая амулет связи и вызывая Ли Юй.

— Слушай меня внимательно. Я отправляюсь на встречу с легионерами. Передай всем: без моей команды штурм не начинать, но быть наготове. Все объяснения потом, — убрав амулет, я ускорил шаг, так как стал отставать от солдата.

Мы уже приближались к краю лагеря. Я запустил поисковое заклинание — и мне в память сразу стала поступать информация об окружающей обстановке. Впереди, метрах в двухстах от лагеря, где уже заканчивалось поле и начинался лес, было десять человек. Пятеро сидели на земле, ещё пятеро стояли возле них полукругом.

Я поднял руку, останавливая солдата:

— Дальше я пойду один. Останься здесь и жди указаний.

Он кивнул, заметно волнуясь, но не стал спорить. Я двинулся вперёд, стараясь идти ровно и неспешно — чтобы не спровоцировать магов на резкие действия.

Когда до группы оставалось около двадцати шагов, один из стоящих магов вышел вперёд. Это был один из командиров легионеров, с которыми я встречался накануне.

— Князь Драгомиров, — его голос звучал ровно, без тени угрозы или издёвки. — Благодарю, что вместо ответа вы пришли сами, — он слегка поклонился.

— Вы поставили меня перед выбором, — ответил я, останавливаясь. — Надеюсь, он того стоил.

Маг кивнул на пленных:

— Они целы и невредимы. — Он поднял руку, и я заметил, как земля, удерживающая ноги солдат, разошлась, освобождая их из плена. Маг обернулся к ним: — Вы свободны, можете уходить.

Дозорные встали и двинулись в мою сторону. Подойдя ко мне, они остановились.

— Идите в лагерь. Ваша помощь мне точно не требуется. Всё хорошо, — приказал я дозорным, и они с понурым видом пошли к лагерю.

Я перевёл взгляд на мага:

— Итак, зачем вы меня позвали?

— Наш командир просит вас встретиться с ним до начала штурма города, — ответил маг.

— Хорошо, — я пожал плечами, так как изначально не собирался отказываться.

— Вы можете открыть портал в место, которое я укажу? — поинтересовался маг.

— Могу, — я посмотрел ему в глаза и, прочитав его мысли, сразу открыл портал. — Готово.

— Но я же ещё ничего не сказал, — удивился маг.

— Мне это не требуется, — я шагнул в портал и вышел в зале небольшого поместья на окраине Санкт-Петербурга. Следом за мной из портала вышли маги, удивлённо поглядывающие на меня.

— Командир был прав — вы можете читать мысли, — констатировал факт командир легионеров.

Я не ответил, занявшись осмотром зала. В нём стоял большой стол человек на пятьдесят. Практически все места были заняты магами, кроме пяти с левого края и одного — напротив легионера, командира этого отряда.

Он поднялся, увидев меня, и сделал приглашающий жест — присесть напротив него. Мои сопровождающие заняли свободные стулья, а я прошёл на указанное мне место.

— Прошу прощения за столь своеобразный вызов вас на встречу, но, к сожалению, у меня не было ваших контактов, и это был единственный способ быстро с вами связаться, — заговорил легионер.

Я кивнул, принимая извинения.

— Меня зовут Арсений Воронов, я командир этого элитного отряда магов. Здесь полностью весь отряд: сорок старших магистров и десять магистров, готовых в ближайшее время переступить планку силы и получить звание старшего магистра, — продолжил Арсений. — У меня нет секретов от моих людей, поэтому я им всё рассказал, — Воронов посмотрел на меня более внимательно и усмехнулся, — конечно, не так красочно, как это сделали вы.

— Арсений, меня сейчас интересует ваше решение. Как вы понимаете, я могу с лёгкостью прочитать ваши мысли, но стараюсь лишний раз не вторгаться в головы людей. Так что прошу вас: давайте об остальном поговорим позже — если, конечно, мы не станем врагами, — поторопил я мага.

— Князь, раз вы ещё не стали действовать, значит, вы действительно не стали читать мои мысли. Спасибо. На самом деле всё просто. Клятва стихий, которую мы приносили бывшему императору, закончилась с его гибелью. Клятву новому императору мы приносить отказались, пока он не докажет, что достоин править нашей страной. Не все такие, как мой отряд. Некоторые отряды из магического легиона присягнули новому императору и принесли ему клятву стихий. А некоторые, как и мы, ждут. Прежде чем принять окончательное решение, мы хотим встретиться с Великими князьями, — Арсений Воронов замолчал и присел на своё место.

Ну, что-то такое я предполагал, и решение у меня было. Достав амулет связи, я набрал Михаила:

— Михаил, я сейчас сижу напротив Арсения Воронова, командира одного из элитных отрядов магического легиона твоего отца. Он хочет встретиться с тобой и Ярославом, прежде чем решить, будет он на нашей стороне или против нас.

— Открывай портал, я и Ярослав готовы поговорить с ними, — сразу ответил Мишка.

— Хорошо, через пару минут. Будьте готовы, — я отключил Михаила и сразу вызвал Ли Юй:

— Ли Юй, бери Елену. Сейчас я открою портал. В него должны войти ты, Елена, Михаил и Ярослав, — приказал я.

— Князь, Голицын и Долгоруков настаивают, что они тоже пойдут. Михаил сказал им о вашем разговоре, — довела до меня информацию Ли Юй.

— Ли Юй, скажи Долгорукову и Голицыну, чтобы они оставались в лагере. В крайнем случае удержи их силой, — мне не понравилось рвение князей.

— Кхм… Князь, — услышал я голос Воронова и поднял на него взгляд. — Прошу простить меня, но я не против такой делегации.

Я усмехнулся:

— Ли Юй, я передумал. Мне только что разрешили присутствие на переговорах Голицына и Долгорукова. Заходите в портал.

Недалеко от меня открылся портал, из которого первой вышла Ли Юй, потом Елена, а следом — Михаил, Ярослав, Голицын и Долгоруков.

То, что произошло дальше, оказалось для меня полной неожиданностью. Да и не только для меня, а для всех находящихся в этом зале.

Князь Долгоруков, обогнув Ли Юй, быстро подошёл к Воронову и залепил ему такой сильный подзатыльник, что Арсений чуть не клюнул носом стол, за которым сидел.

— Наглец! Как вообще ты смеешь вызывать к себе Великих князей? И вообще, где твоя жена и мои внуки? То, что ты покинул мой род и стал служить в магическом легионе, не даёт тебе права запрещать им встречаться со своим дедом! — гневно заговорил князь Долгоруков.

— Я так и знал, что ты начнёшь выяснять семейные отношения, дядя, — усмехнулся Арсений. — Все семьи присутствующих здесь магов надёжно спрятаны. Мы не приносили клятву стихий новому императору, поэтому решили подстраховаться. Никто, кроме нас, не знает, где они живут. Именно поэтому они не могут с тобой встречаться.

— Я не видел их уже много лет, Арсений. И если бы не присутствие здесь других людей, я бы вытряс из тебя, где ты их спрятал! — продолжал возмущаться Долгоруков.

Арсений быстро посмотрел на меня — в его глазах мелькнул страх. Он только сейчас понял, что для меня не составит труда узнать местоположение семей его магов и его собственной семьи.

— Арсений, не переживайте, я не тот человек, который поступит так, как вы сейчас подумали. Клянусь стихиями, я этого не сделаю, — меня буквально на мгновение окутало мелкими молниями. Стихии приняли мою клятву, а Арсений — да и другие маги — облегчённо выдохнули.

— Спасибо, князь, — произнёс Воронов, не обращая внимания на пыхтящего, как разъярённый бык, Долгорукова.

В зале повисла напряжённая тишина. Все переглядывались, не зная, как реагировать на эту внезапную семейную сцену. Михаил первым нарушил молчание:

— Князь Долгоруков, понимаю ваши чувства, но сейчас не время для личных разбирательств. Мы собрались здесь, чтобы решить, как нам избежать кровопролития. Давайте сосредоточимся на главном.

Долгоруков резко развернулся к Михаилу:

— Хоть вы и Великий князь, но вы ещё молоды, чтобы учить меня, как поступать! Мой род…

— Ваш род, — вмешался я твёрдо, — сейчас как раз демонстрирует единство. Арсений Воронов — как я понял, ваш родственник, и он делает всё, чтобы защитить свою семью и вашу. Разве это не достойно уважения?

Князь замер, сжимая и разжимая кулаки. В его глазах бушевала буря эмоций — гнев, обида, тревога за близких. Но постепенно черты лица смягчились.

— Он мог хотя бы дать мне знать, что они живы… — тихо произнёс Долгоруков.

— Дядя, — Арсений встал и повернулся к князю, — я не хотел причинять тебе боль. Но безопасность семьи — превыше всего. Когда всё закончится, ты увидишь их. Клянусь.

Долгоруков долго смотрел на племянника, затем тяжело вздохнул и опустил плечи:

— Ладно. Пусть будет так. Но после победы ты лично отведешь меня к ним.

— Согласен, — кивнул Воронов.

Я решил, что пора вернуть разговор в рабочее русло:

— Теперь, когда мы прояснили этот вопрос, предлагаю вернуться к переговорам.

Воронов кивнул и обвёл взглядом своих магов, задерживаясь на каждом буквально на секунду, чтобы увидеть кивок головы.

— Мы приняли решение, — произнёс он.

Затем он повернулся к Великим князьям и продолжил, глядя на Михаила и Ярослава:

— Сейчас мы не можем принести вам клятву стихий, но мы готовы встать на вашу сторону и помочь в войне против узурпатора и тёмного мага. Князь Драгомиров может подтвердить, что наши мысли чисты по отношению к вам.

Мишка глянул на меня, и я кивнул, подтверждая слова Воронова. Я прочитал не только его мысли, но и всех магов, которые были в поле моего зрения. Все они действительно были готовы служить Великим князьям.

— Я рад слышать это, Арсений, — заговорил Михаил. — Надеюсь, что буду достойным императором, как и мой отец.

Михаил снова посмотрел на меня, чуть сощурив глаза. В его мыслях я ясно услышал: «Дальше-то что? Это твой план, а не мой».

Я усмехнулся и встал:

— Раз у нас всё так удачно разрешилось, предлагаю переместиться в наш лагерь и обсудить штурм города с нашими новыми союзниками.

Мишка благодарно кивнул, а я открыл портал к штабному шатру.

— Пусть мои люди останутся здесь, — сказал Арсений, подойдя ко мне. — Возможно, вы решите задействовать их, чтобы склонить гарнизон города на свою сторону. Но предварительно надо всё обсудить.

— Да, если гарнизон перейдёт на нашу сторону, будет проще. Прошу, — я пригласил Арсения в портал, когда остальные уже ушли.

Мы зашли в палатку следом за остальными. Я сразу подошёл к небольшому отдельно стоящему столику, на котором по распоряжению Голицына всегда был горячий кофе. Арсений на мой немой вопрос ответил утвердительным кивком. Подав ему кружку с кофе, я сделал глоток из своей:

— Арсений, я не стал слишком глубоко читать ваши мысли — мне это не особо интересно. Но проясните мне один момент: зачем вы ушли из рода, тем более такого влиятельного, ради магического легиона?

— Мы поругались с дядей, — коротко ответил Арсений. Я почувствовал, что эта тема ему неприятна, поэтому выяснять причину разлада не стал — как и читать его мысли.

— Пойдёмте к столу, а то на нас уже косо смотрят, — сказал я и направился к собравшимся вокруг большого стола с картой Санкт-Петербурга.

Начало штурма города мы перенесли на вечер, так как после присоединения к нам отряда элитных магов расстановка сил в городе сильно изменилась.

Во-первых, Арсений заверил нас, что гарнизон перейдёт на нашу сторону и его можно не учитывать — сопротивляться они не будут. Во-вторых, по его данным, которые они успели собрать, боярское ополчение — это по большей части сброд, который и сопротивляться-то особо не станет.

Князь Долгоруков вызвал своего начальника разведки, и тот подтвердил: начиная со вчерашнего дня, после выступления Михаила в Совете Великих Родов, наметился отток сильных бойцов, а порой и целых отрядов наёмников из города.

— Почему не сообщил сразу⁈ — вскинулся на капитана Орлова князь Долгоруков.

— Дядя, да нечего ему было особо сообщать, — вступился за начальника разведки Арсений. — Самый массовый отток начался сегодня с утра, как только ваша армия пришла в движение. Никто не собирается умирать за боярские рода или за узурпатора.

В штабе повисла короткая пауза. Все переглянулись, осмысливая новость. Михаил первым нарушил молчание:

— Это меняет дело. Если гарнизон не станет сопротивляться, а ополчение разбегается, мы можем сократить потери и ускорить штурм.

Ярослав, склонившись над картой, провёл пальцем по маршруту:

— Предлагаю начать с ключевых точек: арсеналы, казармы, мосты. Если захватим их без боя, город фактически окажется в наших руках.

Все разом оторвались от карты и повернулись ко мне.

Глава 9

Все продолжали смотреть на меня, пока я доставал амулет связи, на который пришёл вызов. Как только я ответил, сразу услышал взволнованный голос Беркута:

— Князь, в Сибирском разломе сильная атака на первый рубеж. Наши солдаты ещё держатся только благодаря охотникам, которые пришли на помощь. Монстры лезут со всех туннелей, их огромное количество.

— Сейчас буду, — я отключил связь и повернулся к девушкам. — Ли Юй, портал на первый рубеж в Сибирском разломе. Массовая атака монстров. Солдаты и охотники еле держатся.

Девушка кивнула и стала открывать портал. Я же вернул взгляд к остальным:

— Штурм города придётся отложить. Монстры начали атаку в Сибирском разломе. И я даже догадываюсь, что стало причиной. Мне срочно надо туда.

— Если атака откладывается, то мы можем помочь, — произнёс Арсений.

— Хорошо, пойдёшь с нами. Если потребуется помощь твоего отряда, откроем для них портал, — сказал я.

Елена и Арсений сразу вошли в открытый Ли Юй портал. Тут я услышал голос Долгорукова:

— Я с Голицыным тоже иду.

Махнув им рукой, я прошёл сквозь портал.

Я сразу оценил обстановку и начал раздавать приказы:

— Ли Юй, Арсений и князья — на левый фланг. Я с Еленой — на правый.

Не успел я сделать и двух шагов, как ко мне подлетел поручик Храбрый:

— Приветствую, князь! Монстры прут не переставая. Многие даже не атакуют — просто лезут на пролом, пытаясь пробраться внутрь рубежа. Держимся только благодаря охотникам. Очень много раненых.

— Елена, бери поручика, открывай портал в поселение возле разлома и уводите раненых. Пусть лекари снаружи разлома займутся лечением. Потом вернёшься ко мне, — приказал я.

Она кивнула и устремилась за поручиком к зданию, куда относили раненных солдат.

Я же побежал к стене рубежа. Перед глазами развернулась картина отчаянной схватки:

Серые и бурые туши монстров сплошной волной накатывали на оборонительные позиции. Они лезли друг на друга, карабкались по спинам сородичей, пытаясь перевалить через невысокую каменную стену. Воздух разрывали визг, рык и скрежет когтей по камню.

Солдаты, удерживая вокруг себя воздушные и огненные щиты, рубили тварей мечами и топорами, отбрасывая их назад. Охотники, встав второй линией, закидывали монстров огненными шарами и воздушными серпами.

В нескольких местах монстры уже прорвались через линию обороны. Там, где стена была ниже, они переваливались через неё, сбивая защитников с ног. Один из охотников, упав накрыл себя огненным щитом, и размахивая мечом, отчаянно отбивался от трёх тварей одновременно — его лицо было залито кровью, но он не сдавался.

В воздухе висел густой запах пота, крови и горящей плоти.

Ли Юй, Арсений и князья уже вступили в бой. Девушка создала большой огненный щит — пульсирующую стену пламени высотой в три человеческих роста. Огонь ревел, словно живой, отбрасывая багровые отблески на перекошенные морды монстров. Щит отсекал напирающих тварей от сдающих позиции солдат: те, кто ещё держался, смогли перевести дух и перегруппироваться.

— Никогда не видел разом столько тварей, причём разных уровней! — удивился Арсений, вскидывая руки. Воздух сгустился в сверкающий серп, который со свистом рассек ближайшего монстра — голова твари отлетела, ударилась о камень и покатилась в кровавую грязь.

— Меньше болтай, больше делай! — рявкнул князь Долгоруков. Ладони его вспыхнули алым, и в толпу монстров ударила стена огня. Пламя взвыло, охватывая десятки тел; запах горелой шерсти и мяса ударил в ноздри.

— Князь, хватит уже придираться к Арсению, вы же вроде обо всём договорились, — произнёс Голицын, с хрустом разрубая двуручным мечом монстра со второго уровня разлома. Сталь вошла в плоть с таким звуком, будто раскололи гнилое бревно. Тварь рухнула, разбрызгивая тёмную кровь.

Ли Юй стиснула кулаки, и огненный щит рванул вперёд, словно живая волна. Монстры, попавшие в пламя, завизжали, забились в конвульсиях, а остальные отхлынули, оставляя на камнях дымящиеся следы. Пространство перед стеной рубежа очистилось — солдаты тут же начали перетаскивать раненых и выстраивать новый рубеж обороны.

— Я не смогу долго удерживать щит такой мощи! Мана быстро заканчивается! — крикнула Ли Юй, голос её дрогнул от напряжения. На висках выступили капли пота, а пламя вокруг неё мерцало, то разгораясь, то угасая. — Так что, либо давайте накопители, и продолжайте выяснять отношения, либо быстрее сокращайте популяцию тварей!

Арсений коротко кивнул, не отрывая взгляда от наступающей орды. Он вытянул руку, и вокруг него заклубилась вихревая воронка. Воздух уплотнился, а затем из вихря вырвались десятки острых воздушных копий. Они вонзились в монстров, пробивая чешуйчатые шкуры и ломая кости.

Долгоруков хмыкнул, но возражать не стал. Вместо этого он сложил ладони чашечкой, и между ними зародилась крошечная звезда пламени. Она росла, пульсировала, а потом рванула вверх, превращаясь в огненный метеорит. С оглушительным грохотом он обрушился на скопление тварей, разбрасывая во все стороны огненные брызги и куски разорванных монстров.

Голицын, не теряя времени, бросился вперёд, размахивая мечом. Его движения были чёткими, экономными — каждый удар находил цель. Он пробивался сквозь ряды тварей, расчищая путь для солдат, которые тут же занимали освободившиеся позиции.

Ли Юй сжала зубы, удерживая щит. Пламя колебалось, но не гасло. Она знала: ещё несколько минут — и ей понадобится прорва маны для восстановления запаса. А пока… пока она будет держать щит, прикрывая солдат, уносящих с позиций тяжелораненых.

Даже ещё не поднявшись на стену, я атаковал монстров, нависших над упавшим охотником. Воздушные серпы, словно невидимые клинки, обрушились на тварей, рассекая их на несколько частей. Хруст костей, визг умирающих существ — всё это слилось в жуткую симфонию боя.

Ситуация здесь была критическая: монстры, взбираясь по тушам убитых сородичей, уже готовы были смять ряды защитников и прорваться внутрь стен рубежа. Я успел вовремя. Недолго думая, пустил стену огня, накачивая её маной до предела.

Пламя взревело, охватив десятки тварей разом. Они вспыхнули, как сухое сено в жаркий день, — шерсть, чешуя, перепонки крыльев мгновенно обратились в пепел. Воздух наполнился смрадом горелой плоти и едким дымом.

Оттащив раненого охотника подальше от края стены, подбежал к ближайшему солдату:

— Собирай людей и уносите раненых к порталу. Я здесь сам справлюсь.

Солдат открыл было рот, чтобы что-то сказать, но, увидев, кто перед ним, резко выпрямился, отдал честь и кинулся выполнять приказ.

Измождённые солдаты и охотники начали покидать стену. Я же, не теряя ни мгновения, приступил к созданию своего голема-дракона.

Закружился вихрь энергии, собирая пепел и пламя. Через минуту огненные крылья взметнули столб золы от сгоревших монстров. Мой голем — воплощение стихий — встал во весь рост: чешуйчатое тело, переливающееся багрянцем, глаза, горящие как раскалённые угли, и крылья, готовые разорвать воздух.

Я отдал ему мысленный приказ: полностью зачистить ближайшие туннели от монстров. Затем щедро поделился маной, серьёзно усиливая творение. Голем рыкнул — звук прокатился по туннелям, как раскат грома.

В следующий миг он выпустил струю огня внутрь туннеля. Пламя, подобно мощной горной реке, с оглушительным гулом ударило вперёд, сжигая и сметая всё на своём пути. Я не жалел маны, непрерывно подпитывая голема — его мощь росла с каждой секундой.

Солдаты и охотники, не успевшие уйти со стены, замерли на месте. В их глазах читались изумление и страх: они наблюдали, как мой голем с лёгкостью уничтожает ту самую толпу монстров, которую они только что еле сдерживали.

Уничтожив ближайших тварей, дракон двинулся дальше. Лететь в довольно узком для него туннеле он не мог, поэтому просто шагал вперёд, время от времени извергая огонь. Каждый его шаг сотрясал землю, а пламя выжигало всё живое на десятки метров вокруг.

Я же стоял на стене, впитывая поступающую мощь от убитых монстров. Сила текла ко мне — слабый, едва ощутимый ручеёк, несмотря на огромное количество павших тварей. Для меня, уже привыкшего к потокам мощи, это было ничтожно мало, но каждая капля имела значение.

Вокруг царил хаос: крики, треск пламени, грохот камней, падающих с потолка туннеля под натиском дракона. Но в этом хаосе я чувствовал контроль — мой голем выполнял задачу, а я готовился к следующему шагу.

Я махнул рукой, подзывая к себе солдата, который вернулся на стену забрать очередного тяжелораненого:

— Передай Храброму, пусть соберёт человек двадцать солдат и поставит тут для наблюдения.

Солдат кивнул. Я помог ему поднять раненого и добавил:

— Ещё передай Елене, что я направился на помощь к Ли Юй.

— Всё сделаю, князь, — ответил он и потащил раненого к порталу.

Я сразу открыл портал и попал в гущу боя.

Ли Юй держала щит, прикрывая солдат и тяжелораненых, но я сразу почувствовал: мана у неё на исходе. Пламя её огненного барьера мерцало, то разгораясь, то угасая, а лицо покрылось испариной.

— Ли Юй, можешь снимать свой щит, — произнёс я, создавая воздушный щит, накрывающий сразу весь участок стены.

Прозрачная, но плотная завеса воздуха мгновенно встала на место огненного барьера, отсекая монстров от защитников. Ли Юй облегчённо выдохнула, опустив руки:

— Энергия почти закончилась. Я ещё не умею рассчитывать поток маны так, чтобы не было много — и в то же время мало.

— Ли Юй, у меня было то же самое, когда я, как и ты, стал младшим демиургом, — улыбнувшись, сказал я. — Так что потерпи. Скоро ты научишься верно рассчитывать необходимый объём маны.

Она кивнула, переводя дух. Я окинул взглядом поле боя: монстры продолжали напирать, но теперь, под защитой воздушного щита, солдаты смогли перегруппироваться и занять более выгодные позиции.

— Сколько у тебя накопителей? — спросил я, не отрывая взгляда от наступающей орды.

— Три, но они пустые. Вставки-накопители на костюме тоже пустые. Браслет — ваш подарок — только он ещё полный, — ответила Ли Юй, доставая из поясной сумки накопители маны.

— Отдай их мне. Я восстановлю резерв. А ты пока отдохни и соберись с силами. Нам ещё предстоит долгий бой. А пока постой минуту не двигаясь, — я положил руки на металлические вставки в костюме и заполнил их маной, перелив её из своего кольца. — Чжу Ли и Линь Фэн сделали вам с Еленой хорошие костюмы.

Девушка протянула мне накопители. Они были небольшого объёма, и мне понадобилось всего лишь несколько секунд, чтобы наполнить их маной.

— Забирай. Надо заказать у артефакторов для тебя и Елены накопители большого объёма. Лучше отдать им пару миллионов золотых червонцев, чем в критический момент вы останетесь без маны, — я вздохнул, понимая, что это надо было сделать уже давно. Мне-то, с моим центральным ядром и кольцом маны, такие накопители больше не нужны. А вот девушкам они теперь крайне необходимы.

Ли Юй взяла накопители, с благодарностью взглянув на меня.

В этот момент монстры ударили по воздушному щиту всей массой. Стена энергии дрогнула, но выдержала. Я почувствовал, как по ней пробежала волна напряжения, но тут же выровнял поток маны, усиливая защиту. Щит уплотнился, отражая очередной натиск — десятки когтистых лап и клыкастых пастей разбивались о невидимую преграду.

— Помоги князьям и Арсению, — сказал я Ли Юй. — От солдат сейчас толку нет. Их задача — вынести всех раненых.

Она кивнула, сразу направившись в сторону сражающихся князей. Я видел, как её фигура мелькнула среди всполохов пламени и вихрей магии. Долгоруков метнул в толпу монстров огненный шар, Голицын рубил тварей двуручным мечом, а Арсений создавал воздушные лезвия, рассекающие монстров на части. Ли Юй присоединилась к ним, и в тот же миг над полем боя вспыхнул новый огненный вихрь — она пустила в ход восстановленные накопители.

Я сосредоточился на щите. Мана текла через меня, словно река, наполняя барьер силой. Монстры продолжали атаковать, но теперь их натиск казался всё более хаотичным. Они бросались на щит, словно слепые, не понимая, что их усилия тщетны.

Я догадывался, что что-то или кто-то гонит монстров вперёд — на выход из разлома. В Карельском разломе это был монстр — огромная змея с головой-цветком. Здесь, в Сибирском разломе, пока оставалось неясным, какая тварь стоит за этим нашествием.

Я бросил взгляд на Ли Юй: она уже влилась в бой рядом с князьями. Огненный вихрь, созданный ею, сметал десятки монстров разом, а Арсений, словно дирижёр, направлял воздушные потоки, усиливая её удары. Долгоруков и Голицын тоже действовали слаженно — их магия и сталь дополняли друг друга.

Рядом со мной открылся портал, и из него вышла довольная Елена вместе с поручиком Храбрым.

— Все раненые отправлены на поверхность. Лекари уже занимаются лечением. Часть солдат, благодаря госпоже Елене, уже вернулась в строй, они снова заняли позиции. Но после вашего дракона там полнейшая тишина. Бой идёт только здесь, — доложил мне поручик.

— Отлично. Оцени ущерб и свяжись с Беркутом. Надо оперативно всё восстановить. Пусть он даст задание Даниле и соберёт строителей. Как только мы закончим с монстрами, надо приступить к восстановлению. У тебя около часа. Потом я открою портал для переброски сюда людей и материалов, — приказал я поручику, и он сразу бросился выполнять поручение.

Я посмотрел на довольную Елену:

— Научилась быстро порталы открывать?

— Да, — улыбнулась девушка.

— Пока не забыл, прямо сейчас свяжись с отцом. Пусть найдёт лучшего артефактора и закажет вам с Ли Юй самые мощные накопители маны, какие только смогут сделать. Заплатите столько, сколько скажут, — добавил я.

Елена кивнула и достала амулет связи, вызывая отца. Я отошёл на пару шагов, давая ей возможность переговорить без помех. В воздухе по-прежнему стоял гул боя: рыки монстров, свист магии, лязг стали. Щит дрожал под натиском тварей, но я спокойно его удерживал, даже не прилагая усилий.

Дождавшись, пока она договорит, я показал ей на продолжающуюся битву:

— Пойдём поможем. Я постепенно двигаю щит вперёд, как только появляется возможность. Но они всё делают медленно. У Ли Юй ещё мало опыта в управлении своей силой — так же, как и у тебя. А по сравнению с вами князья и Арсений уже слабые.

Елена вскинула подбородок, глаза загорелись решимостью:

— Я готова. Что мне делать?

— Просто атакуй, пробуй разные комбинации стихий. Так, расслабься… Рассказывать долго, поэтому я просто вложу тебе знания в голову, — я посмотрел Елене в глаза и показал ей образами, как объединять стихии. Не знаю, получится у неё или нет, но пусть пробует.

Елена округлила глаза от удивления:

— Я не знала, что так можно! Всё хотела спросить, как вы это делаете, но теперь…

Я увидел, как она переступила с ноги на ногу от нетерпения.

— Пошли, попробуешь, — улыбнулся я.

Елена устремилась вперёд — я даже отстал, не ожидая от неё такой прыти. Она встала за спинами князей и прикрыла глаза. Я внимательно следил за ней, понимая, что в первый раз объединить стихии очень сложно. Но, к моему удивлению, у неё всё прекрасно получилось.

Елена вскинула руки. Над толпой монстров сгустился воздух — и тут же ударило множество молний. Вспышки разорвали сумрак туннеля, озарив чешуйчатые спины, клыкастые пасти и выпученные глаза тварей. Раздался оглушительный треск, смешанный с визгом и рёвом — молнии били точно в цель, прошивая монстров насквозь, оставляя после себя дымящиеся туши и обугленные следы на камнях.

Воздух наполнился запахом озона и горелой плоти. Солдаты на стенах невольно притихли, наблюдая за этой демонстрацией силы. Даже князья на мгновение замерли, обернувшись на Елену.

Я почувствовал, как по спине пробежала лёгкая дрожь удовлетворения. «Она схватывает на лету», — подумал я, наблюдая, как девушка уверенно держит поток энергии. Её лицо сосредоточено, губы чуть приоткрыты, а в глазах горит не страх, а азарт.

— Не останавливайся! — крикнул я. — Продолжай бить, не давай им перегруппироваться!

Елена кивнула, не открывая глаз. Руки её двигались плавно, словно дирижируя невидимым оркестром. Молнии били снова и снова — теперь уже не хаотично, а с чёткой последовательностью, выжигая целые ряды монстров.

«Так и научится», — решил я, чувствуя, как внутри растёт уверенность.

Ко мне подошла Ли Юй, бросив атаковать монстров:

— Меня тоже научите.

Я усмехнулся:

— Хорошо. Посмотри на меня и расслабься. Не сопротивляйся образам.

Я проделал то же самое, что только что сделал с Еленой.

— Это… Да это просто восхитительно! Я всегда пыталась объединить стихии, но у меня не получалось. Теперь я поняла почему. Можно? — она кивнула в сторону уже редеющих монстров.

Я кивнул, и Ли Юй встала рядом с Еленой.

И буквально сразу в туннеле пошёл огненный дождь. Капли падали из огненной тучи, прожигая монстров насквозь; тех, кто сумел увернуться, добивали молнии Елены. Воздух наполнился шипением горящей плоти и треском разрядов. Стены туннеля засияли багровыми отблесками, а дым, поднимаясь к потолку, образовывал причудливые завихрения.

Князья и Арсений уже перестали атаковать — просто стояли и смотрели удивлёнными глазами на то, что вытворяли девушки. Их лица выражали смесь восхищения и недоверия: столь слаженной и мощной магии они ещё не видели.

Не прошло и пары минут, как в туннеле остались лишь обгорелые трупы монстров. Тишина, наступившая после яростного гула боя, казалась почти осязаемой.

Посмотрев на это, я снял щит и тут же создал мощную стену огня. Она медленно двинулась вглубь туннеля, полностью сжигая останки монстров.

Мой голем уже развеялся: его форма растаяла, когда иссяк запас маны. Но связь с ним сохранялась до последнего мгновения — и я точно знал: правый туннель зачищен так же, как теперь и левый.

Я глубоко вдохнул, ощущая, как напряжение покидает тело. Бой был выигран. Повернувшись к девушкам, я увидел, как они, усталые, но сияющие, обмениваются восторженными взглядами. Мощь убитых монстров наполняла их силой: регенерация работала на пределе, расширяя им энергетические каналы и сразу снимая болевой синдром. Девушки прямо на глазах становились сильнее. Я тоже получал свою долю от убитых мной и моим големом монстров, но ручеёк силы уже иссяк.

— Неплохо для первого раза, — сказал я, стараясь скрыть улыбку. — Но это только начало. Надо найти тварь, которая гонит монстров к поверхности.

Глава 10

Ко мне подошли Арсений и князья.

— Что дальше? Судя по вашему взгляду в глубь туннеля, вы ждёте продолжения атаки? — спросил князь Долгоруков.

— Не совсем, — ответил я, посмотрев на князя. — Всё намного сложнее.

В это время к нам подошли счастливые девушки, и Елена сразу спросила:

— Идём искать тварь, которая гнала монстров сюда?

— Что за тварь? — оживился Арсений.

Вздохнув, я огляделся в поисках поручика. Он стоял неподалёку, явно ожидая, когда мы закончим разговор. Я махнул ему рукой, и он направился к нам.

— Предлагаю переместиться в более подходящее место и поговорить. Сейчас уточним у поручика, где нам можно присесть. Похоже, придётся им всё рассказать, хоть я и не хотел.

Подойдя, поручик сразу стал докладывать:

— Ваше сиятельство, значительных повреждений не выявлено. Капитану Беркутову я доложил. Данила и команда строителей готовы провести ремонт в кратчайшие сроки, материалы у них есть. Ждут открытия портала через тридцать минут.

— Отлично, Иван Петрович. Подскажи, где мы можем спокойно посидеть и выпить кофе?

Поручик на миг задумался, а потом ответил:

— Пойдёмте в столовую. Там сейчас, кроме повара, никого нет. Кофе он вам сварит отличный. — Поручик улыбнулся.

— Веди, Иван Петрович, — я повернулся к остальным. — Пойдёмте в столовую.

До столовой мы дошли меньше чем за минуту. Поручик провёл нас внутрь и предложил самим выбрать, куда присесть.

Ли Юй и Елена пожелали сами сварить нам кофе и отправились с поручиком на кухню. Мы заняли большой стол возле окна, а через десять минут девушки вернулись с кофе и чашками.

Поручик Храбрый тоже налил себе кофе и удалился на другой конец столовой.

Как только мы налили кофе и девушки сели рядом со мной, я заговорил:

— Буквально чуть больше суток назад мы были в Карельском разломе… так скажем, неофициально. — Посмотрев на Голицына, который чуть нахмурился, я усмехнулся. — Князь, мы были поздно вечером, и мне было лень заходить и отмечаться у вашего коменданта, поэтому я сразу открыл портал внутрь разлома.

— А я уж подумал, что Бахтеев проспал ваш визит, — усмехнулся Голицын. — Он мне лично докладывал о каждом вашем посещении разлома. И ещё сообщил, что вы спасли две группы охотников, которые блуждали по разлому несколько суток.

— Да, было такое. Но сейчас это не важно. Важно другое. Мы выяснили, почему монстры изменили своё поведение.

Они притихли, ожидая продолжения. Я сделал небольшой глоток кофе — горячий, с лёгкой горчинкой, как я люблю. Так готовит Елена.

— Так вот, тёмный маг каким-то образом согнал со своих уровней очень сильных монстров. Не знаю, с какого они уровня — может, с пятого, а может, с шестого или седьмого. Мы достоверно не знаем, сколько вообще уровней в разломах.

Этот монстр стал подниматься к выходу из разлома — постепенно, с уровня на уровень. С каждого уровня он выгоняет монстров выше, захватывая их обжитую территорию и частично их убивая. Спасаясь от него, монстры двигаются к выходу.

В Карельском разломе охотники перебили всех слабых монстров — остались только «огненные ежи», твари с четвёртого уровня. Но и их популяция теперь на минимальном уровне: сколько-то перебили мы, сколько-то — тот монстр, пока мы не нашли его и не убили.

Здесь ситуация такая же. Сейчас, перебив всех слабых монстров, надо найти тварь, которая поднимается с нижних уровней. Если мы этого не сделаем, то в любой момент она может заявиться сюда — и тогда монстр перебьёт здесь всех солдат.

Закончив, я посмотрел на Арсения и князей.

— А что за тварь была в Карельском разломе? — спросил Долгоруков.

— Огромная змея с головой, похожей на цветок. Только вместо лепестков — острые и длинные шипы. А во рту — несколько рядов зубов, которые перемалывали «огненных ежей», словно это не бронированные твари, а сладкая мягкая конфетка, — описал я монстра.

В столовой повисла тяжёлая тишина. Даже сквозь аромат кофе пробивался призрачный запах гари и крови — отголосок недавней битвы.

Арсений потёр подбородок:

— Значит, ищем змею-цветок. Но как? В Сибирском разломе туннели разветвляются куда сильнее, чем в Карельском. Мы можем месяцами бродить по этим лабиринтам и не найти её.

— Ну, во-первых, я не уверен, что это будет именно такой же монстр, как в Карельском разломе. Вообще, во всех разломах монстры по виду разные. А во-вторых, выбора у нас особо нет.

Единственный плюс — монстр должен быть где-то рядом. Иначе такого нашествия слабых тварей не было. Они явно спасались бегством.

Я немного сомневался в своих словах насчёт «монстр где-то рядом», но вариантов всё равно не было. Надо найти эту тварь. Иначе он тут всех уничтожит.

В столовой снова повисла тяжёлая тишина. Каждый из присутствующих осознавал масштаб угрозы: если существо, гонящее монстров к выходу, действительно близко, счёт идёт не на дни — на часы.

Князь Долгоруков первым нарушил молчание:

— Надо разделиться. Я, Гриша и Арсений пойдём в левый туннель, вы с девушками — в правый.

— Нет, князь. Вы возвращаетесь в военный лагерь под Санкт-Петербургом, — категорично произнёс я.

— Ваше сиятельство, почему вы отвергаете нашу помощь? — с удивлением спросил Арсений.

— Я не хочу, чтобы вы погибли. Вы просто не представляете, какой мощью обладает этот монстр, — вздохнув, я посмотрел на Арсения.

— Князь, мы не можем вас оставить одних, — Голицын со стуком поставил на стол пустую чашку.

Улыбнувшись, я произнёс:

— Хорошо, приказывать я вам не буду, хотя вполне могу. Это моя земля. Но вы пойдёте с нами при одном условии.

Я обвёл их взглядом, ожидая возмущённых реплик, но они внимательно смотрели на меня и ждали продолжения.

— Условие простое: вы выполняете все мои приказы, не обсуждая и не споря. Но, зная ваше упрямство, вы принесёте клятву стихий. Прошу понять меня: я знаю, с чем мы можем столкнуться, а вы — нет. И я не хочу, чтобы ваше упрямство стало причиной вашей гибели.

Князья переглянулись — в их взглядах читалась борьба: с одной стороны, гордость и привычка к самостоятельности, с другой — осознание серьёзности ситуации.

Наконец, Долгоруков медленно кивнул:

— Мы понимаем вашу озабоченность. Но прежде чем давать клятву, скажите прямо: насколько всё плохо?

Я выдержал паузу, взвешивая слова.

— В Карельском разломе на наших глазах монстр уничтожил двух «огненных ежей» меньше чем за минуту. У них не было шансов. Здесь существо может быть ещё сильнее. Вы же знаете, что никто ни разу не убивал «огненного ежа»? Ну, кроме меня.

Князья и Арсений кивнули.

— Броню ежей не может пробить даже групповой удар старших магистров. Мы пробовали, — произнёс Арсений.

Голицын добавил:

— Мы согласны на клятву. Но и вы обещайте: если ситуация станет безвыходной, вы не станете жертвовать собой ради нас.

Я кивнул:

— Обещаю. Теперь — к клятве.

Когда последние слова клятвы прозвучали, все на миг покрылись мелкими молниями — стихии приняли клятву.

— Теперь вы — часть команды, — сказал я. — Но помните: эта клятва — не унижение, а страховка. Для всех нас.

— Когда выходим? — уточнил князь Долгоруков.

— Сначала открою портал для строителей, а девушки сходят с поручиком на склад, подберут нам рюкзаки и возьмут консервы и воду. Мы не знаем, сколько пробудем в разломе. Ещё надо предупредить Великих князей, а вам, князья, — ваших генералов. Штурм откладывается, пока не решим вопрос с монстром, — ответил я Долгорукову.

— Я помогу Елене и Ли Юй собрать провизию и предлагаю переправить сюда мой отряд магов. В случае чего они помогут отражать атаки монстров, если вдруг снова будет нападение, — Арсений встал из-за стола, сразу доставая свой амулет связи и набирая заместителя.

Князья тоже потянулись за своими амулетами, а я вытащил свой и вызвал Мишку:

— Миша, я и князья уходим в глубь разлома. Потом объясню причину. Штурм пока откладывается. Поживёте в лагере, если мы задержимся. В крайнем случае свяжись с Егорычем, пусть сходит к хранителю леса и попросит его открыть вам портал в замок.

— Хорошо, Саша. Вы там аккуратнее и возвращайтесь скорее, — ответил Мишка и отключился.

— Князь, можете открывать портал, мои люди готовы, — произнёс Арсений, когда я закончил говорить с Михаилом.

Мы встали и вышли на улицу. Я открыл портал в поместье в Санкт-Петербурге — и из него стали выходить маги, элитный отряд магического легиона, который теперь перешёл на нашу сторону.

Я подозвал поручика Храброго, и Арсений познакомил его со своими заместителями.

Когда отряд полностью переместился в разлом, я закрыл портал.

— Можем идти на склад. Заодно покажу легионерам, где они могут расположиться. У нас есть здание, оборудованное для отдыха охотников, но сейчас оно пустует, — поручик махнул рукой, приглашая следовать за ним.

Арсений и его отряд вместе с Ли Юй и Еленой пошли за поручиком. Князья остались возле меня, а я открыл портал в свой замок — для переброски строителей и материалов для ремонта поврежденных стен.

Примерно через час мы были готовы к выходу.

— Итак, — обратился я к своему отряду, — идём в следующем порядке: я, Елена и Ли Юй, князья, Арсений — замыкающий.

Все кивнули, и я направился в левый туннель в надежде, что нам повезёт.

Примерно через час мы достигли первого перекрёстка. Я остановился и потянулся к ядру стихии Духа, надеясь на подсказку, куда двигаться дальше.

Постояв пару минут, пытаясь достучаться до стихии и не получив ответа, я свернул влево. Но, пройдя метров десять, резко остановился.

— Что случилось? — услышал я голос Голицына.

Подняв руку, я попросил всех помолчать. Стихия Духа зашевелилась. Я снова сосредоточился и обратился к ней. Через минуту я знал: надо сворачивать направо.

Хотя стихия, похоже, тоже сомневалась, но в том туннеле, куда я поначалу повернул, монстра точно не было.

— Возвращаемся, идём направо, — объявил я.

Я развернулся и, пройдя мимо удивлённо смотрящих на меня князей, направился в правый туннель.

Тишина давила — лишь наше дыхание и редкие капли воды, стучащие о камни, нарушали её. Елена и Ли Юй шли вплотную за мной.

Арсений, замыкавший строй, время от времени оглядывался. Князья держались сосредоточенно, их руки лежали на родовых мечах.

Следующие полчаса я слышал только лёгкое дыхание девушек и тяжёлое пыхтение князей. Голицын и Долгоруков явно отвыкли от таких долгих прогулок, но шли молча, не прося остановки на отдых.

Туннель стал сужаться, а моё поисковое заклинание показало: впереди есть пещера, но в ней никого не было. Тем не менее стихия Духа кольнула моё сердце, предупреждая об опасности. Я замедлил шаг и практически перед самым входом в пещеру остановился.

Пещера была ярко освещена — свет на много метров пробивался в туннель. Я стоял как раз на границе между тусклым светом, который выделял светящийся мох, и ярким сиянием изнутри.

В непонятном мне порыве я снял рюкзак и достал оттуда банку тушёнки. Покрутил в руках и катнул её в сияние пещеры. Как только банка попала на свет, она сразу стала нагреваться. Несколько секунд — и металл расплавился, а содержимое сгорело.

— Это какая-то аномалия, — сказал Арсений. Он, как и князья, тоже наблюдал за моими действиями.

— Возможно. А возможно, и нет, — задумчиво проговорил я, обследуя пещеру поисковым заклинанием.

Пещера была очень большой. Самое интересное, что мох, который рос в ней, прекрасно себя чувствовал. Наконец я определил источник такого яркого света: на своде рос огромный кристалл. Сейчас интенсивность его свечения упала, и в туннеле стало чуть темнее.

Я достал ещё одну банку тушёнки и катнул её на свет. Как только она попала в зону действия кристалла, он сразу засветился ярче — банка расплавилась, а тушёнка сгорела.

— Я нашёл источник. Стойте здесь. Надеюсь, мощи моей кольчуги хватит, чтобы выдержать этот свет, — произнёс я и активировал кольчугу на полную мощность.

По моей мысленной команде браслет «Единства стихий» создал вокруг головы шлем, полностью её закрывающий. Сделав шаг внутрь света, я почувствовал, как магическая кольчуга загудела, а расход маны резко вырос.

Я рванулся вглубь пещеры, формируя в руке огненный хлыст. Ворвавшись под своды, сразу ударил по кристаллу, непрерывно накачивая хлыст маной.

Но всё оказалось не так просто. Кристалл дрогнул, однако выдержал удар, начав испускать ещё более интенсивное свечение. Мана стремительно истощалась. Я наносил удары один за другим, вкладывая в них максимум доступной энергии. Добавил воздушные серпы — острые, как лезвия, они врезались в поверхность кристалла, высекая снопы искр.

Если бы не моё кольцо маны, запаса центрального ядра точно не хватило бы на уничтожение этой твердыни. Когда я уже начал отчаиваться, кристалл покрылся сетью трещин. Интенсивность света стала падать, а расход маны на поддержание кольчуги заметно уменьшился.

Через пару минут я окончательно разрушил кристалл. Ошмётки светящихся осколков с грохотом посыпались вниз, а остаточная энергия рассеялась в воздухе, словно туман под утренним солнцем.

В пещере воцарилась непривычная тишина. Свет полностью исчез, оставив лишь тусклое мерцание мха на стенах. Я убрал шлем, тяжело дыша. Кольчуга постепенно ослабляла защиту, возвращаясь в режим ожидания.

— Получилось, — прошептал я, оглядываясь.

Из туннеля донеслись голоса. Князья и остальные, не выдержав ожидания, осторожно приближались.

— Что теперь? — спросил Арсений, остановившись в нескольких шагах.

— Теперь мы знаем, как работает эта ловушка, — ответил я.

Только я договорил, как в дальнем конце пещеры открылся проход.

— А вот и выход, — я внимательно посмотрел внутрь, уже начав изучать туннель с помощью стихии Земли.

Ничего странного или необычного в нём я не обнаружил.

— Пошли дальше.

— Хм… Вам не надо восстановить объём маны? — поинтересовался Арсений.

Я улыбнулся, поворачиваясь к нему:

— Спасибо за беспокойство, Арсений. Но мне достаточно пяти минут, чтобы полностью восстановить все резервы.

Князья уже давно привыкли к тому, что не знают всей истинной моей мощи, и реагировали спокойно. Арсений же до сих пор пребывал в некотором экстазе, когда я демонстрировал свои способности.

Мы двинулись к проходу. Ступив на каменистый пол нового туннеля, я ощутил лёгкое дрожание земли — едва заметное, но знакомое.

«Опять змея-переросток с головой-цветком?» — мелькнула мысль. Или что-то другое? Я остановился в раздумье и повернулся к остальным:

— Есть признаки того, что впереди мы уже встретим монстра, которого ищем. Каким он будет — я не знаю. Ещё раз повторяю: выполняйте мои приказы, не задавая вопросов. Скажу бежать — значит, вы должны развернуться и бежать. Даже если вы с этим не согласны.

Я внимательно посмотрел на князей и Арсения:

— У кого из вас есть регенерация стихии Воды?

Все трое подняли руки.

— Значит, у всех вас три стихии — Огонь, Воздух и Вода? — уточнил я на всякий случай, хотя уже давно это выяснил, прочитав их мысли.

— Да, — ответил за всех князь Долгоруков.

— Хорошо. Следуйте моим приказам, и всё будет хорошо. А теперь идём. Сколько нам ещё идти, я пока не понимаю.

Я двинулся вглубь туннеля, увлекая за собой остальных.

Туннель то расширялся, то сужался. Света, выделяемого мхом, растущим в туннеле, хватало, чтобы не идти в полной темноте. Через некоторое время мы упёрлись в тупик.

— Ли Юй, попробуй открыть портал в наш замок, — приказал я.

Буквально сразу возник портал. Я удовлетворённо кивнул, и Ли Юй закрыла проход. Пока всё хорошо — покинуть разлом мы можем. Теперь надо решить, что делать с тупиком.

Стихия Духа настойчиво твердила: надо идти вперёд.

Я создал большой огненный шар и поднял его над нами, ярко освещая туннель.

— Надо найти, как открывается дверь перед нами, — сказал я.

В том, что это дверь, мне снова подсказала стихия Духа.

Не задавая вопросов, все стали обшаривать туннель: ощупывать стены, простукивать камни, всматриваться в углубления, едва заметные под слоем мха.

Через пять минут бесплодных поисков, князь Долгоруков подошёл на пару шагов и осмотрел стену:

— А если не открывать, а… обойти?

— Нельзя, — ответил я. — Идти надо только через эту дверь.

Ли Юй тем временем изучала потолок:

— Смотрите, здесь символы. Они образуют круг, а в центре — пустое гнездо.

Я подошёл, вгляделся. Действительно: в камне было углубление, напоминающее по форме ладонь.

Протянув руку, я вложил её в углубление. Сначала — ничего. Тогда я направил поток маны: камень засиял, пульсируя в едином ритме. Символы по кругу вспыхнули, и стена медленно начала раздвигаться, открывая проход.

— Получилось, — выдохнул Арсений.

— Не расслабляйтесь, — предупредил я. — Это только дверь. Что за ней — мы пока не знаем.

Я шагнул вперёд, держа наготове огненный шар и освещая туннель. За дверью проход уходил вниз, становясь всё темнее. Мха здесь почти не было — лишь редкие пятна тусклого свечения.

Я потушил огненный шар и включил магический фонарь. Мы двинулись дальше, в глубину разлома.

Через пару сотен метров туннель стал подниматься вверх. Мох снова появился в больших объёмах, мягко освещая путь бледно-зелёным светом. Я отключил фонарь и чуть ускорил шаг. Внутри нарастало тревожное ощущение.

Стихия Духа настойчиво пульсировала в сознании, сигнализируя: впереди что-то есть. «Надеюсь, это монстр, — мысленно произнёс я. — Надоело уже бродить по этим туннелям и пещерам. Пора встретиться с тем, кого мы ищем».

Мы продвигались молча, прислушиваясь к каждому звуку. Я ощущал, как воздух становился гуще, словно перед грозой.

— Всем остановиться, — негромко скомандовал я, поднимая руку.

Стихия Земли показала небольшую пещеру, до которой было метров пятьсот. В ней, развалившись на каменном полу, лежал монстр — исполинское создание, от одного взгляда на которое кровь стыла в жилах.

Глава 11

Его тело, не меньше пятнадцати метров в длину, напоминало гибрид древнего ящера и демонического титана. Массивный костяной панцирь, собранный из перекрывающихся пластин цвета запёкшейся крови, покрывал спину и бока, переходя в ряд острых, как клинки, спинных шипов. Каждый шип, длиной с человеческий рост, был усеян мелкими крючьями, словно готовый вцепиться в любого, кто осмелится приблизиться.

Голова монстра — огромная, с черепом, похожим на боевой таран, — покоилась на изогнутой шее, покрытой кольчугой из костяных наростов. Пасть, усеянная тремя рядами треугольных зубов, могла разом поглотить человека целиком. Из уголков рта сочилась вязкая слюна, оставлявшая на камне шипящие следы.

Глаза — два багровых омута с вертикальными зрачками — не спали. Они медленно вращались, охватывая взглядом всё пространство пещеры, будто сканируя каждый уголок в поисках угрозы. Над глазами выступали массивные костяные гребни, переходящие в ряд шипов вдоль лба.

Лапы монстра были чудовищной силы: толстые, как стволы вековых дубов, с перекатывающимися под бронёй мышцами. На концах пальцев — изогнутые когти, каждый размером с кинжал, вгрызались в камень, оставляя глубокие борозды. Хвост, толщиной с бревно, заканчивался шипастой булавой, которая время от времени вздрагивала, высекая искры из пола.

По всему телу виднелись дополнительные защитные элементы: наросты, похожие на миниатюрные щиты, и ряды острых выступов вдоль боков. В некоторых местах панцирь казался повреждённым, но вместо ран под ним проглядывали слои ещё более плотной брони — словно создатель предусмотрел запасной уровень защиты.

На груди, в самом центре, пульсировало странное образование: круг из переплетённых костяных пластин, в центре которого виднелось тёмное, мерцающее пятно — слабое место, не прикрытое бронёй. Оно ритмично светилось, будто сердце гигантского механизма.

Воздух вокруг монстра был насыщен тяжёлой, давящей энергией. Каменные стены пещеры покрылись трещинами, словно сама порода не выдерживала его присутствия. Время от времени из-под панциря вырывались струйки тёмного дыма, растворяясь в воздухе с едва уловимым шипением.

Это было не просто чудовище — это был живой механизм разрушения, созданный для одной цели: уничтожать всё, что вторгнется в его владения.

Меня посетила мысль, навеянная этой картиной: «Может, отступить?..» Я повернулся к своему отряду — они смотрели на меня с немым доверием, и мне вдруг стало стыдно за этот порыв слабости. Вдохнув и выдохнув, я собрался, отгоняя сомнения, и начал отдавать приказы чётко и размеренно:

— Впереди, через пятьсот метров — пещера. Там монстр, с которым никто из нас прежде не сталкивался. Он создан лишь для одного: убивать любого, кто встретится ему на пути. Какой силой и способностями он обладает, я не имею понятия. Поэтому… — я сделал паузу, ещё раз продумывая вариант боя, взвешивая каждый возможный исход. — Поэтому действуем следующим образом.

Я создам голема — пущу его в атаку первым. Это даст нам время оценить реакцию монстра и выявить слабые места. На мне — общий щит: активирую его на максимум, как только войдём в зону поражения. Вы атакуете по моей команде. Первая волна — огнём: нужно проверить, как он реагирует на высокую температуру и открытое пламя. Дальше — будем импровизировать, исходя из его ответных действий.

Кольчуги держите на максимуме с самого начала. Надеюсь, он не сможет пробить мой щит, но рассчитывать только на это нельзя. Каждый должен быть готов к мгновенной смене тактики.

После моих слов все сразу подобрались: плечи расправились, взгляды стали острее, пальцы сжали рукояти оружия. Тишина, в которой звучали лишь отдалённые капающие звуки и едва уловимое дыхание пещеры, вдруг наполнилась напряжением — живым, осязаемым.

— Идём к пещере. По моей команде активируете кольчуги. Ещё раз: всё делаем по моей команде. Никакой самодеятельности. — Я обвёл всех взглядом, задерживаясь на каждом лице, убеждаясь, что мои слова дошли до каждого, что никто не осмелится действовать на эмоциях. — Мы — единый механизм. Один сбой — и всё пойдёт прахом. Понятно?

Кивки. Молчаливые, твёрдые.

— Хорошо. Тогда вперёд. Держим строй. Никаких резких движений. Ждём сигнала.

Мы двинулись — бесшумно, словно тени, скользя вдоль стен, пригибаясь там, где свод опускался ниже. Каждый шаг отдавался в ушах, будто удар сердца.

Пятьсот метров. Тысяча шагов до встречи с неизвестным.

Когда впереди показался вход в пещеру — широкий, тёмный, будто пасть исполинского зверя — я поднял руку. Все замерли.

— Готовьтесь, — прошептал я, чувствуя, как мана пульсирует в ладонях.

Я начал формировать своего дракона прямо над головой монстра.

Воздух задрожал, наполняясь пульсирующей энергией. Сначала возникло мерцающее облако — клубящийся вихрь из огненных искр и воздушных потоков. Затем контуры стали чётче: вытянутая шея, мощные лапы, перепончатые крылья, сотканные из пламени и ветра.

Мой голем-дракон восстал во всём величии — двадцатиметровое создание из стихий. Его тело складывалось из переплетённых потоков: огненные прожилки пульсировали по всему корпусу, излучая жар, воздушные вихри формировали плотную броню, кружась вокруг костяка, крылья пылали, как два миниатюрных солнца, каждый взмах порождал раскалённые воздушные волны.

Глаза дракона вспыхнули ослепительным белым огнём. Пасть раскрылась, и из неё вырвался низкий, вибрирующий рёв — не звук, а ударная волна, от которой зазвенели камни в стенах пещеры.

— В атаку! — мысленно скомандовал я, направляя поток воли. Я не жалел маны, надеясь, что голем сможет зажарить этого монстра.

Дракон взмахнул крыльями, поднимая тучу пыли и осколков. Огненно-воздушные потоки закружились вокруг него, создавая мини-ураган. Затем он выдохнул.

Из его пасти вырвалась концентрированная струя пламени — не просто огонь, а раскалённая до предела смесь огненной стихии и сжатого воздуха. Пламя ревело, как тысяча печей, пробивая пространство узким, но невероятно мощным лучом. Температура вокруг взлетела мгновенно: камни раскалились, воздух дрожал и искажался.

Струя ударила точно в грудь монстра. На миг пещера озарилась слепящим светом — казалось, сама материя горит.

А монстр… даже не дрогнул.

Его броня отреагировала удивительным образом: огненная струя растекалась по поверхности, словно вода по водоотталкивающей ткани. Чешуйки на спине засветились тусклым фиолетовым светом, поглощая энергию пламени. Спинные шипы задрожали, выпуская тонкие струйки тёмного пара — будто усмехались над тщетностью атаки.

Пасть монстра приоткрылась, и из неё вырвался низкий, вибрирующий звук — не боль, не гнев, а скорее… насмешка. Он медленно поднял массивную лапу, словно демонстрируя: «Это всё, на что вы способны?»

Я почувствовал, как внутри всё сжалось. Он даже не пострадал.

Дракон продолжил атаку, усиливая напор пламени. Огненная струя превратилась в непрерывный поток, способный расплавить сталь. Но эффект оставался тем же: огонь растекался по броне, не оставляя следов.

Внезапно монстр сделал шаг вперёд. Его когти врезались в каменную плиту под ногами, оставляя глубокие борозды. Затем он раскрыл пасть шире — не для рыка, а для чего-то иного.

Из глотки вырвалось не пламя — а нечто противоположное. Тёмная, маслянистая субстанция, похожая на жидкий мрак, хлынула навстречу огненному лучу. Она поглощала свет, разъедала пламя, двигаясь с пугающей целеустремлённостью.

— Отступить! — мысленно скомандовал я, чувствуя, как связь с големом начинает рваться.

Дракон попытался разорвать контакт, взмахнув пылающими крыльями. Но тёмная масса уже оплела его шею, начала проникать внутрь структуры. Огненные прожилки замигали, воздушные вихри ослабли.

С грохотом, от которого задрожала пещера, дракон рухнул на пол, рассыпаясь на тысячи искр. Пламя угасло, воздушные потоки рассеялись.

Монстр опустил лапу. Его глаза посмотрели в туннель, где мы прятались. Теперь в них читалось не просто равнодушие — а холодный расчёт.

Он знал, что мы здесь.

И он ждал.

— Вода, нужна вода, — пробормотал я, всё ещё находясь под впечатлением от того, как монстр легко уничтожил моего голема. Мозг лихорадочно перебирал варианты: огонь и воздух оказались бесполезны. Значит, остаётся то, что противоположно его природе.

Я резко повернул голову к девушкам:

— Портал домой. Одна держит, остальные собирают в ванне огромные шары воды и несут сюда. Быстро.

Ли Юй мгновенно среагировала — перед ней вспыхнул серебристый овал перехода. Елена, Арсений и князья без лишних вопросов ринулись в нашу комнату.

Я замер у входа в пещеру, отслеживая монстра поисковым заклинанием. Тот стоял неподвижно, но я чувствовал: он ждёт. Ждёт, чтобы ударить, когда мы обнажим слабости.

Через минуту из портала один за другим появились мои спутники, неся водяные сферы размером с бочку — мерцающие, плотные, удерживаемые магией.

— Давайте, — скомандовал я.

Первый шар лёг в мою раскрытую ладонь. Вода откликнулась, послушно принимая форму. Я формировал перед собой огромный щит — не плоский, а многослойный, с внутренними потоками. Они могли поглощать магические атаки любой стихии, а физические удары возвращать, усиливая их за счёт накопленной внутри маны. Следующий шар усилил щит, третий добавил плотности.

— Продолжайте подавать, — бросил я, не оборачиваясь.

Спустя несколько минут передо мной возник мощный водяной щит, а в руках я держал два водяных хлыста.

— Всем создать водяные хлысты, — приказал я. — Это наше главное оружие.

Оставшаяся вода трансформировалась в руках моих спутников в длинные водяные хлысты.

— Слушайте меня внимательно, — чуть повысил я голос, чтобы каждый услышал. — Огнём и воздухом бить бесполезно. У монстра полный иммунитет к этим стихиям, как будто он сам создан из них. Бьём только водой. Цельтесь в голову и грудь. На груди — в самом центре — круг из переплетённых костяных пластин. В его середине — мерцающее пятно. Это слабое место, не прикрытое бронёй. Бейте точно туда.

Пока я объяснял, мои мысли работали в другом направлении. Под ногами монстра, незаметно для него, я формировал «каменные мухоловки» — скрытые ловушки из уплотнённой породы. Я надеялся, что при активации они будут способны сковать его лапы, лишив подвижности.

Я ещё раз обвёл всех взглядом, убеждаясь, что кольчуги у всех работают и меня все поняли. Повернувшись к пещере, я сделал шаг вперёд, двигая перед собой водяной щит.

Монстр смотрел на меня, а я смотрел на него, приближаясь на расстояние удара хлыстами. Воздух между нами сгустился, будто сопротивляясь неизбежному столкновению. Каждый шаг отдавался глухим эхом в каменной чаше пещеры, и с каждым метром напряжение нарастало.

Я чувствовал, как мана пульсирует в ладонях, подпитывая щит. Вода в нём переливалась, создавая причудливые узоры — то вспыхивая, то затухая, словно живое существо, готовое к бою. Монстр не шевелился, но его глаза — два багровых омута — следили за каждым моим движением.

— Начали, — тихо произнёс я, не отрывая взгляда от чудовища.

Мои спутники синхронно подняли водяные хлысты. В воздухе раздался лёгкий свист — это вода, подчиняясь воле заклинателей, набирала силу. Елена сделала плавный жест, и её хлыст удлинился, зазмеившись по каменному полу. Ли Юй сжала пальцы — и её оружие вспыхнуло холодным голубым светом. Князья и Арсений замерли в боевой стойке, ожидая команды.

Монстр наконец шевельнулся. Медленно, с устрашающей грацией, он приподнял массивную лапу. Чешуя на его груди засияла, пульсируя в такт невидимому ритму. В тот же миг я почувствовал, как «каменные мухоловки» под его лапами пришли в готовность — ещё мгновение, и они схватят его, лишив подвижности.

— Атака! — скомандовал я.

Водяные хлысты рванулись вперёд, рассекая воздух. Первый удар пришёлся точно в грудь монстра — вода ударила в мерцающее пятно, вызвав приглушённый стон, похожий на раскат далёкого грома. Второй хлыст обвился вокруг его шеи, третий — ударил в голову, заставляя чудовище отшатнуться.

Но оно не упало. Не закричало. Лишь глаза вспыхнули ярче, а из пасти вырвался низкий, вибрирующий звук — не ярость, а… предупреждение.

— Ещё! — крикнул я, усиливая щит. — Не останавливаемся!

Хлысты вновь взметнулись, обрушивая на монстра поток воды. Каменные стены пещеры задрожали, капли влаги разлетались во все стороны, сверкая в тусклом свете.

Я активировал «каменные мухоловки» — и они мгновенно схлопнулись на ногах монстра. Каменные зубья лепестков, усиленные потоком маны, с хрустом пробили броню, глубоко впиваясь в лапы чудовища.

Монстр взревел. Звук был настолько мощным, что стены пещеры задрожали, а с потолка посыпались мелкие осколки. Его тело содрогнулось, пытаясь вырваться, но каменные челюсти держали крепко — каждая «мухоловка» сжимала лапу, как тиски, не позволяя сдвинуться ни на шаг.

Я почувствовал прилив уверенности. Монстр был обездвижен — по крайней мере, пока.

И тогда монстр ответил. Ответил со всей яростью, на которую был способен.

Хвост с шипастой булавой, до этого спокойно лежавший на камне, внезапно взметнулся вверх. Мощные удары обрушились на «каменные мухоловки»: булава разбивала каменные челюсти, дробила усиленные маной зубья, освобождая лапы монстра. С каждым ударом в воздухе разносился гул, от которого содрогались стены пещеры.

А в следующий миг из пасти чудовища вырвался поток тёмной, маслянистой субстанции. Струя ударила прямо в мой водяной щит — и тот затрещал, словно лёд под натиском тарана. Субстанция прилипала к водной поверхности, разъедая её, просачиваясь сквозь слои, будто живая.

Я напрягся, вливая в щит всё больше маны. Вода мерцала, сопротивляясь, но тёмная масса продолжала наступать — капля за каплей, пятно за пятном.

— Продолжайте атаковать! — крикнул я, не отводя взгляда от монстра.

Елена и Ли Юй мгновенно отреагировали: их водяные хлысты рванулись вперёд, пытаясь сбить поток субстанции, отвлечь чудовище. Князья и Арсений усилили давление, нанося удары по обнажённым участкам тела — там, где от ударов хвоста и «мухоловок» отлетели костяные пластины.

Монстр взревел, его глаза вспыхнули багровым светом. Он понимал: ещё немного — и мы возьмём верх. Но и он не собирался сдаваться.

Тёмная субстанция продолжала давить на щит. Я чувствовал, как мана истощается, как вода теряет силу. Нужно было действовать быстрее — иначе следующий удар мог стать последним.

И тут монстр совершил ошибку. Он атаковал физически. Освободив лапы, он встал на дыбы и обрушился всей своей массой на мой водяной щит. Я успел влить в щит столько маны, что он задрожал от переизбытка энергии.

Водяной щит прогнулся под натиском чудовища — и… отразил удар назад, вернув всю мощь атаки, усиленную в несколько раз за счёт моей маны.

Монстра с грохотом откинуло в другой край пещеры. Его передние лапы превратились в кровавое месиво, нижняя челюсть была вырвана, защитные пластины сорваны с тела. Чудовище ещё оставалось живым — оно попыталось перевернуться на живот, прикрывая обнажённую, беззащитную грудь.

Моего приказа даже не потребовалось. Водяные хлысты всего отряда — в том числе и мои — устремились к незащищённой броней груди монстра. Они рвали плоть, ломали кости, проникали вглубь тела. Вода, насыщенная маной, действовала как кислота, разъедая внутренние ткани.

Монстр издал последний, приглушённый стон — уже не яростный рёв, а слабый, почти человеческий всхлип. Его тело содрогнулось, затем обмякло. Багровые глаза потускнели, а из разорванной груди вырвался клубок тёмного дыма, быстро рассеявшийся в воздухе.

Тишина опустилась на пещеру. Лишь шум стекающей воды и наше тяжёлое дыхание нарушали её.

— Проверить периметр, — скомандовал я, не торопясь опускать остатки щита. — И следите за телом. Не знаю, какие ещё сюрпризы оно может преподнести.

Елена успела сделать пару шагов, когда на меня и девушек обрушился поток силы монстра — невидимый, но сокрушительный. Ли Юй и Елена вскрикнули от неожиданной, пронзительной боли и рухнули на колени, вцепившись руками в каменистый пол. Их лица исказились от мучительной гримасы.

Я устоял — в отличие от девушек, за эти месяцы я уже привык поглощать большие потоки силы. Прищурившись, я внимательно изучил энергетические структуры Ли Юй и Елены. Регенерация уже сработала: разорванные каналы постепенно восстанавливались. Сила монстра равномерно распределялась по их ядрам, наращивая потенциал.

Арсений кинулся к девушкам, но я остановил его:

— Не надо. Сейчас всё пройдёт. Осмотрите пещеру — не хочу, чтобы нам в спину ударил какой-нибудь заблудший сюда монстр.

Арсений бросил на меня косой, полный тревоги взгляд, но не посмел ослушаться. Молча кивнул и вместе с князьями двинулся осматривать пещеру — выискивать возможные скрытые проходы и туннели.

Я медленно подошёл к девушкам. Ли Юй уже поднимала голову; её глаза, ещё полные боли, встретились с моими.

— Это было неожиданно… и снова больно, — прошептала она, с трудом переводя дыхание.

— Скоро привыкнете, — спокойно ответил я, не отводя взгляда от безжизненного тела монстра.

Елена оперлась на руку, пытаясь подняться. Я протянул ей ладонь.

— Потерпите ещё немного. Ваша регенерация с каждым разом всё быстрее восстанавливает тело, — произнёс я.

Она кивнула, сжала мою руку и, пошатываясь, встала. Ли Юй последовала её примеру, хотя плечи её всё ещё дрожали.

— Держитесь рядом, — приказал я. — Пока не убедимся, что опасность миновала.

В глубине пещеры раздался глухой стук — Арсений ударил рукоятью клинка по камню, проверяя на прочность подозрительный участок стены. Ответного эха не последовало.

— Здесь чисто, — донёсся его голос.

— У меня тоже, — послышался голос Голицына.

— Похоже, это тупиковая пещера либо проход закрыт или завален, — добавил Долгоруков.

— Тогда уходим. Больше нам тут делать нечего, — я подождал, пока все соберутся, и открыл портал к столовой рубежа. Мне очень захотелось посидеть и выпить кофе.

Глава 12

Мы вошли в столовую, и Ли Юй с Еленой, хоть ещё и были ослаблены, отправились варить кофе, не доверяя повару.

— Ваше сиятельство, — услышал я голос поручика Храброго.

Повернувшись на голос, я увидел, что поручик мнётся возле дверей, поглядывая на меня. Я махнул ему рукой, приглашая подойти.

— Что случилось, Иван Петрович? — спросил я, когда поручик приблизился.

— Я видел, как вы вышли из портала, и спешу сообщить: строительные работы закончены. Если можете, отправьте людей назад, — ответил поручик.

— Хорошо, портал я уже открыл. Как все уйдут, сообщи — закрою, — сказал я. На улице, недалеко от столовой, открылся проход на территорию моей крепости.

Поручик отдал честь и побежал сообщать строителям, что они могут покинуть разлом.

Девушки принесли кофе и сели рядом со мной. Я оценил их состояние: ядра заметно выросли в размере, а регенерация практически завершила восстановление порванных энергетических каналов — сразу расширяя их и укрепляя. Плохо, что ни у одной из девушек нет ядра стихии Духа — иначе они уже поднялись бы до уровня демиурга. Сила ядер стихий и центрального ядра позволяла им переступить эту планку.

— Будем возвращаться в лагерь? — спросил Арсений.

Я поднял на него глаза:

— Будем, но ты пойдёшь со своим отрядом в поместье и будешь ждать моей команды. Всё, как договаривались. Возьмёшь под контроль гарнизон и ключевые точки: арсеналы, казармы, мосты. Сил твоих легионеров должно хватить.

Арсений согласно кивнул. Я перевёл взгляд на князей:

— Князь Долгоруков и князь Голицын, вы со своей армией разделитесь и начнёте охватывать город слева и справа, заходя с окраин.

— Хм… — Голицын посмотрел на меня. — Но это не тот план, который мы обсуждали.

— Совершенно верно. Я внёс коррективы в связи с последними событиями. Как вы смогли осознать, у нас большие проблемы в разломах. Сейчас мы отсрочили прорывы монстров только в Карельском и Сибирском разломах. В Восточном разломе, где мы недавно были с девушками, вообще происходит что-то непонятное: все спуски на нижние уровни пропали. Но думаю, что скоро там всё изменится.

Остальные разломы — Пекинский, Уральский, Кавказский и Центральный, а также Европейский разлом на польских землях, где сейчас поляки создали буферную зону, — до сих пор подвержены риску прорыва монстров.

Представьте, что прорыв начнётся хотя бы в двух разломах одновременно, и твари подобной силы, какую мы сегодня убили, вырвутся наружу, гоня перед собой толпу других монстров. Я думаю, что тёмный маг именно этого и добивается. Наша возня с троном ему не интересна — ему нужен весь мир, а не трон Российской империи. Поэтому теперь будем действовать по-другому, — серьёзно проговорил я, глядя на князей и Арсения.

— Да, проблема с разломами серьёзная. Вы будете сообщать остальным князьям? — Долгоруков посмотрел на меня, задумавшись.

— Нет. Вы сами расскажите. Как участники данного мероприятия. А пока давайте допьём кофе и отправимся в лагерь. У нас ещё есть время, чтобы начать вечерний штурм, — произнёс я, делая глоток горячего кофе.

В столовую вернулся поручик и сообщил, что строители покинули разлом. Он попросил открыть портал к воротам разлома, чтобы солдаты, прошедшие лечение, вернулись на рубеж, не тратя время на переход по туннелю.

— У тебя двадцать минут, поручик. Потом я ухожу — портал открыт, — сказал я, посмотрев на Ивана Петровича. Он тут же выбежал на улицу.

Мне нужны были эти двадцать минут. Во-первых, девушки ещё не до конца восстановились. Во-вторых, надо было перебросить отряд легионеров назад в поместье.

— Арсений, командуй своим — пусть уходят в поместье. Портал я открыл возле склада, — обратился я к Арсению.

Воронов встал из-за стола:

— Как я узнаю, когда начинать?

Я улыбнулся:

— Поверь, ты точно поймёшь, когда начинать действовать. Но к этому времени все твои люди должны быть на местах. Думаю, пара часов у тебя в запасе есть. Солдатам ещё необходимо приблизиться к городу.

— Тогда не буду терять время, князь. Встретимся, когда захватим город, — Арсений поклонился и вышел из столовой.

Я открыл ещё один портал — прямо в столовой.

— Князья, поднимайте армию. Ярославу и Михаилу сами всё расскажите. Начинайте охватывать город с двух сторон. Я пойду по центру вместе с девушками. Через два часа ваша армия должна охватить ближайшие окраины, чтобы начать входить в город. Ну и, предвосхищая ваш вопрос, отвечу так же, как и Арсению: вы поймёте, когда начинать входить в город.

Князья кивнули и ушли в лагерь. Осталось объяснить задачу девушкам, дождаться, пока легионеры и солдаты пройдут через порталы, — и можно будет начинать действовать.

Не спеша допив кофе, я посмотрел на Ли Юй и Елену. Они уже полностью восстановились. Новая сила усвоилась ядрами — те стали заметно мощнее, что сейчас было как нельзя кстати.

— Итак, мы отправляемся в город. Наша задача — не убивать население и сопротивляющиеся боярские роды, а показать им силу, против которой они не захотят выступать. Надеюсь, основная масса наёмников сбежит либо сложит оружие. Ни к чему нам лишние жертвы, — обратился я к девушкам.

Они пили кофе и внимательно меня слушали.

— Сейчас я научу вас создавать големов. Но, поскольку у вас нет ядра стихии Духа, они не смогут действовать полностью самостоятельно — лишь по одному вашему приказу. Тем не менее вы сможете управлять ими. Главное, чтобы они наводили ужас на наших врагов — и могли за себя постоять, — я приблизился к Ли Юй и Елене, положил им руки на головы: так мне было проще передать им знания.

Через минуту я убрал руки и присел за стол, наливая себе кофе в пустую чашку.

— Это невероятно… — прошептала Елена.

— Полностью с тобой согласна, — так же тихо ответила Ли Юй. Она внимательно посмотрела на меня: — Теперь я даже не представляю, какой мощью вы обладаете, князь. Хотя раньше была уверена, что могу оценить ваш потенциал.

— Я и сам его не могу оценить. Сила до сих пор растёт, но я так и не стал старшим демиургом. Чувствую, что скоро… Однако пока не понимаю, сколько мне ещё нужно силы, чтобы переступить этот порог, — задумчиво произнёс я, глядя на Ли Юй.

В столовой появился Храбрый и сообщил, что солдаты прибыли, а легионеры покинули разлом. Я благодарно кивнул и закрыл оба портала. Теперь дело за нами — в запасе ещё примерно полтора часа.

— Вам надо потренироваться. Пошли наружу, — сказал я.

Девушки сразу вскочили и, не дожидаясь меня, побежали из столовой. Я вышел следом. Елена и Ли Юй уже о чём-то спорили.

— Может, воина? — спросила Елена у Ли Юй.

— Нет, воин не страшный. А надо, чтобы было страшно. Сделай змею, которая пышет пламенем, — предложила Ли Юй. — А я сделаю большого скорпиона.

— А скорпион как выглядит? — заинтересовалась Елена.

— Сейчас увидишь, — улыбнулась Ли Юй.

Она закрыла глаза, сосредоточившись на потоке энергии. Её ладони медленно разошлись в стороны, между ними заклубилась серая дымка — сначала едва заметная, затем всё плотнее, материальнее. Дымка накрыла участок земли перед девушками. Воздух задрожал от нарастающего гула, словно где-то вдалеке набирал силу камнепад.

Постепенно сквозь дымку проступили очертания: массивное брюхо, сегментированное, как у настоящего скорпиона, но из грубого, пористого базальта. Лапы проросли первыми — толстые, с острыми кромками, будто вырубленные из монолитной скалы. Каждая опора с глухим стуком опустилась на землю, оставляя небольшие вмятины в каменном полу.

Корпус поднялся, изгибаясь в мощной дуге. Хвост вытянулся, увенчанный изогнутым жалом — не просто камнем, а расплавленным ядром, пульсирующим багровым светом. Из-под чешуйчатых пластин брони пробивались тонкие струйки дыма, а в щелях между сегментами тлел огонь, будто внутри скорпиона разгоралась кузнечная печь.

Когда голова окончательно оформилась, Ли Юй резко раскрыла глаза — и в тот же миг из пасти скорпиона вырвался короткий огненный выдох. Две вертикальные щели-глаза засветились раскалённым оранжевым.

Скорпион дёрнул хвостом, и жало пронзило воздух с визгом раскалённого металла. В следующий момент он ударил им в землю: камень под жалом треснул, а из трещины вырвалось низкое пламя, опалившее мох.

Затем скорпион сделал первый шаг — тяжёлый, уверенный. Лапы высекали искры из камней, а из-под брони то и дело вырывались короткие вспышки огня. Он развернулся, выгибая хвост в угрожающей дуге, и снова выдохнул струю пламени — на этот раз шире, ярче, с гулом, похожим на рык.

Ли Юй отступила на шаг, с удовлетворением глядя на творение. Скорпион замер в боевой стойке: лапы широко расставлены, хвост поднят, из пасти и глазниц сочится пламя. Его силуэт, чёрный на фоне огненных всполохов, выглядел так, что даже у привыкшего ко всему воина пробежал бы холодок по спине.

— Ну что, — тихо произнесла Ли Юй, — страшно?

Только она это произнесла, как по всему рубежу прозвучал пронзительный сигнал тревоги. Со всех сторон к нам устремились солдаты: магические кольчуги вспыхивали одна за другой, озаряя пространство переливами защитного сияния. В воздухе затрепетали стихийные щиты. Бойцы мгновенно рассредоточились, взяв скорпиона на прицел, готовые в любой миг обрушить на него шквал атак.

— Отставить!!! — рявкнул я, вырываясь вперёд и загораживая собой творение Ли Юй. — Поручик Храбрый, отбой тревоги!!! — повторил я, усиливая голос маной так, что он прокатился над рубежом, заглушая лязг оружия и тревожные выкрики.

Солдаты замерли в нерешительности, переглядываясь. Одни не сводили глаз с огнедышащего скорпиона, другие — с меня. Чудовище стояло неподвижно, лишь из щелей между каменными пластинами сочился дым, а жало пульсировало багровым светом.

— Это что за страхолюдина, ваше сиятельство? — наконец выдавил один из бойцов, невольно дёрнув плечами. — Мы уж было подумали, что монстры прорвали стены…

— Это не страхолюдина, а мой Скорпи! — вскинулась Ли Юй, шагнув к солдату с таким видом, будто собиралась доказать свою правоту кулаками. — Или ты что-то имеешь против? — Она растянула губы в обворожительной улыбке, и в её глазах заплясали опасные искорки — явный признак того, что она готова применить свой дар. Сейчас перед солдатом стояла «Улыбка Тени Смерти». Надо было срочно вмешиваться.

— Ли Юй, — оборвал я её строгим тоном, повернувшись к ней.

— Что «Ли Юй»? Он первый обозвал моего Скорпи страхолюдиной! — надулась она, но тут же снова улыбнулась, глядя на скорпиона с нескрываемой гордостью.

— Простите, госпожа Ли Юй, но он действительно страшный и наводит ужас. Таких монстров мы ещё не встречали, — признался солдат и поспешно отступил, будто боясь, что голем вдруг решит двинуться с места.

— Ли Юй, надо было создать пушистика — тогда он бы всем понравился, — рассмеялась Елена, прикрывая рот ладонью.

— Посмотрим, что ты создашь, — буркнула Ли Юй и направилась к своему творению.

Голем послушно опустил переднюю клешню, и Ли Юй, активировав магическую кольчугу, ловко взобралась на его массивную спину. Каменные пластины под её ногами слегка прогрелись, а из-под брони вырвался тихий гул — скорпион будто заурчал, признавая хозяйку.

Я окинул взглядом эту картину: девушка, восседающая на огненном скорпионе, словно на боевом коне. Очень даже неплохо, подумал я. Нестандартно, пугающе — и в то же время эффектно. Именно то, что нам сейчас нужно.

— Елена, твоя очередь, — я посмотрел на девушку, и она улыбнулась, скосив взгляд на Ли Юй.

Елена сделала шаг вперёд, слегка раскинула руки, и её пальцы засияли мягким изумрудным светом. Она закрыла глаза, сосредоточившись, а когда вновь открыла их — в зрачках плясали крошечные вихри энергии.

Земля под её ногами задрожала. Из трещин в каменном покрытии начали подниматься струйки тумана, сплетаясь в причудливые узоры. Постепенно сквозь дымку проступили очертания: сначала — восемь массивных лап, каждая толщиной с бревно, затем — округлое, покрытое ребристой бронёй брюхо.

Паук рос стремительно. Его тело достигало уже трёх метров в высоту, а размах лап — не меньше пяти. Лапы заканчивались острыми, словно обсидиановые, когтями, которые с лёгким скрежетом вонзались в камень. На спине проступили выпуклые хитиновые пластины, переливающиеся тёмно-зелёным и бронзовым.

Когда голова окончательно оформилась, все невольно отступили на шаг. Две пары фасеточных глаз — огромные, с вертикальными зрачками — засветились холодным голубым светом. Между жвалами мерцала тонкая нить светящейся слизи, которая, коснувшись земли, тут же оставляла выжженный след.

Елена подняла руку — и паук плавно опустился перед ней, подгибая передние лапы. Она легко взобралась на его спину, ухватившись за один из хитиновых выступов.

— Ну как? — с лёгкой усмешкой спросила она, глядя на Ли Юй. — Страшно?

Ли Юй прищурилась, оценивая творение:

— Неплохо… Но мой скорпион всё равно круче. У него хотя бы жало есть! И он может атаковать огнём!

— А у моего паука — огненная сеть, которая не только может удержать монстра, но и прожечь его, разделив на части, — парировала Елена, поглаживая одну из лап голема. — Да и плеваться огнём он тоже умеет. Покажи, Пушистик.

Паук поднял голову и выпустил перед собой мощную струю огня.

— Пушистик? — Ли Юй засмеялась.

Елена тоже засмеялась. «Ох, эти девочки… Такие девочки», — улыбнулся я своим мыслям.

Я окинул взглядом обоих големов: огненный скорпион Ли Юй и огненный паук Елены. Два чудовища, рождённые магией, стояли рядом — одно пылало внутренним огнём, другое мерцало обманчивым холодным светом.

— Отлично, — кивнул я. — Теперь у нас есть ударная сила. Пусть враги знают: если решатся сопротивляться — встретят не просто магов, а живые кошмары.

До начала операции оставалось ещё примерно полчаса.

— Слезайте со своих «зверушек» и пошли в столовую. Пусть они стоят здесь, а я расскажу вам, как будем действовать, — скомандовал я.

Девушки спустились с големов и последовали за мной. Я снова отправил их на кухню — сделать свежий кофе. Когда они вернулись, я взял чашку и поудобнее устроился на жёстком стуле.

— Каждая из вас пойдёт впереди армии солдат. Ли Юй — с Долгоруковым, Елена — с Голицыным. Ваша задача — наводить ужас на тех, кто решит сопротивляться. Постарайтесь лишний раз никого не убивать.

Я сделал паузу, обвёл обеих внимательным взглядом, убедился, что они сосредоточенно слушают.

— Я пойду по центру и погоню защитников, если таковые будут, прочь из города. Арсений должен блокировать гарнизон, а также арсеналы, казармы, мосты. Надо зачистить и полностью захватить город к утру. Думаю, проблем возникнуть не должно, — коротко объяснил я девушкам их задачу.

Ли Юй кивнула, сжимая чашку:

— Поняла. Скорпи будет внушать страх, но не станет убивать без моего приказа.

Елена слегка улыбнулась:

— Пушистик тоже не будет резвиться. Только демонстрация силы.

Я приподнял чашку:

— Отлично. Тогда допиваем кофе — и в бой.

Через десять минут мы вышли из столовой. Вокруг големов до сих пор кружили любопытные солдаты, но близко подходить опасались.

— Порталы открывайте сами, но прежде свяжитесь с князьями и предупредите — а то ещё атакуют вас со страху без предупреждения, — я усмехнулся, увидев, как девушки тут же полезли за своими амулетами связи. — Всё, встретимся в городе, — добавил я и открыл портал на окраину Санкт-Петербурга.

Я вышел из портала на узкой тихой улочке на самой окраине города, огляделся и, не увидев поблизости людей, прошёл чуть дальше — туда, где было побольше места, чтобы мой дракон случайно не разрушил здания.

Остановившись на просторной мощёной площади, я расправил плечи и глубоко вдохнул. Сложив руки в специальном жесте, начал выплёскивать ману — сначала тонкими струйками, затем мощным потоком. Воздух задрожал, наполняясь искрами.

Над землёй закружился вихрь из пламени и ветра. Огненные спирали сплетались с воздушными потоками, обретая форму. Постепенно проступили очертания: могучие крылья, перепончатые и полупрозрачные в потоках воздуха, но окаймлённые кромкой живого огня; длинное извилистое тело, покрытое не чешуёй, а пульсирующими языками пламени; массивная голова с разверстой пастью, из которой вырывалось негромкое рычание, похожее на гул раскалённой печи.

Дракон взмахнул крыльями — по площади прокатилась волна горячего ветра. Он приподнялся на задних лапах, вытянул шею и издал протяжный рёв, в котором смешались свист урагана и грохот пламени. Огненный след потянулся за ним, когда он сделал первый шаг — не по земле, а чуть над ней, поддерживаемый воздушными потоками.

Я подошёл ближе, положил ладонь на его пылающий бок. Дракон склонил голову, словно признавая хозяина. Тепло от его тела было сильным, но не обжигающим — он подчинялся моей воле.

— Пора, — сказал я. — Покажем им, что значит настоящая сила.

Дракон расправил крылья, взметнув вихрь искр, и плавно поднялся в воздух, ожидая моего сигнала.

Я прокашлялся, усилил голос маной и начал говорить, обращаясь к жителям города Санкт-Петербурга:

— Уважаемые горожане, наёмники, воины! Слушайте меня внимательно.

Я не пришёл сеять смерть и разрушение. Я пришёл положить конец хаосу, который годами терзает нашу землю. Вы защищаете не закон и порядок — вы защищаете тех, кто узурпировал власть и давно забыл, что значит служить народу.

Знаю: многие из вас встали в строй не по своей воле. Кому-то пообещали золото, кому-то — помилование, а кто-то просто боится остаться в стороне, когда вокруг звучат приказы. Но сейчас у вас есть выбор.

Сложите оружие. Не проливайте кровь за тех, кто уже давно продал нашу страну. Никто из вас не будет наказан за то, что стоял по ту сторону. Мы не мстители — мы восстанавливаем справедливость и законную власть Великих князей.

Если вы готовы разойтись по домам — сделайте это сейчас. Откройте ворота, опустите мечи, отключите защитные амулеты, уберите блокирующие заклинания. Мы войдём без боя, и ни один мирный житель не пострадает.

Но если вы решите сражаться — знайте: мы не будем колебаться. Наши силы превосходят ваши, и мы очистим город от сторонников узурпатора даже ценой жёстких мер. Не превращайте этот день в трагедию для своих семей.

Подумайте. Решите. Время ещё есть.

Я мысленно отдал приказ своему дракону — и над городом раздался мощный рёв, похожий на раскат грома, от которого задрожали стёкла в окнах. Вслед за ним в небо взметнулась ослепительная огненная струя: она взвилась спиралью, рассыпая тысячи искр, и на мгновение озарила весь город багровым светом.

Люди внизу замерли, заворожённо глядя вверх. Кто-то вскрикнул, кто-то бросился искать укрытия, но большинство просто стояли, раскрыв рты, не в силах оторвать взгляд от этого зрелища.

Пламя медленно рассеивалось. А над крышами, словно тень судьбы, парил огненно-воздушный дракон — его крылья мерцали в отблесках угасающего огня, а глаза горели холодным, немигающим светом.

Я выдержал паузу, давая людям осознать увиденное, и снова усилил голос маной:

— Это не угроза. Это предупреждение. Выбирайте: мир — или битва. Время идёт.

Глава 13

Я достал амулет связи и вызвал Михаила:

— Привет, друг. У вас там остался резерв солдат? Мне бы пару тысяч — для проверки улиц и домов.

— Привет, Саня, — Мишка засмеялся. — Тут все в тихом ужасе от ваших ручных монстров. А твой дракон виден даже отсюда.

— Миша, хватит восхищаться. Что насчёт солдат? А то я как-то упустил этот момент, — перебил я Мишку.

— Будут тебе солдаты. Голицын и Долгоруков оставили резерв — по пять тысяч от каждой армии. При этом Долгоруков сказал, что не понимает, как ты собрался захватывать центр города без поддержки солдат. А Голицын добавил, что твои мысли были далеко от такой мелочи, как зачистка улиц от наёмников, — Мишка снова рассмеялся.

— Ну что тут скажешь, они правы. Я только сейчас об этом подумал. Ладно, открываю портал — пришли сразу командиров, поставлю им задачу, — вздохнув, сказал я, полностью признавая, что в этот раз более опытные князья подумали за меня и оставили мне солдат.

Как только я открыл портал к штабу военного лагеря, практически сразу из него вышли четверо капитанов: двое в форме рода Долгоруковых и двое — в форме рода Голицыных. Отдав мне честь, они встали напротив, ожидая приказа.

— Капитаны, всё просто. Я иду вперёд, а вы проверяете улицы и дома. Наёмников, которые сложили оружие, не трогать — пусть идут на все четыре стороны. Тех, кто будет сопротивляться, постарайтесь брать живыми: может, какую-то ценную информацию получится у них узнать. Ну а если не получится — уничтожить. Так, ещё: свяжитесь со своими князьями и скоординируйте районы зачистки.

Капитаны молча кивнули, и двое из них вернулись в портал.

— Сколько будет действовать портал? — спросил один из оставшихся капитанов.

— Столько, сколько надо, — я протянул ему свою карточку с номером амулета связи. — Как только перебросите войска, сообщите — закрою портал.

Он забрал карточку и отдал честь. Я же медленно двинулся вперёд — к центру города.

Шёл я не спеша. В какой-то момент остановился и обернулся, чтобы посмотреть, как там солдаты. Всё было хорошо: войска выходили из портала и сразу распределялись — капитаны чётко указывали, кто куда идёт и что делает.

Я снова пошёл вперёд. Мой дракон кружил над головой, периодически облетая город: издавал громкий, громоподобный рёв и выпускал в воздух струю пламени.

Иногда я останавливался и, присев на лавочку, смотрел его глазами — отслеживал, что происходит в разных частях города.

Елена двигалась вперёд верхом на своём пауке — бесшумная тень в лабиринте ночных переулков. Лунный свет едва пробивался сквозь рваные облака, ложась бледными пятнами на каменные стены и булыжную мостовую. Тишину нарушал лишь лёгкий шорох хитиновых лап по камню — и вдруг…

Из-за полуразрушенной арки вырвались огненные всполохи, разорвав ночную тьму. Группа магов устроила засаду — их силуэты на мгновение очертились в зареве собственных заклинаний.

Атака выглядела дерзкой, почти отчаянной. Вряд ли они знали, что перед ними — уже достаточно сильный младший демиург. И что её голем — не просто устрашающая декорация, а смертоносное оружие.

Первые огненные шары понеслись в сторону Елены и паука, оставляя в воздухе пылающие следы. Мгновенно вокруг неё возник прозрачный воздушный щит. В ночном полумраке он переливался призрачными радугами, словно мыльный пузырь, пойманный в лунном свете.

В тот же миг паук чуть приподнял голову — из нижней челюсти вырвалась ослепительная огненная сеть. В темноте она сверкала, как расплавленное стекло, рассыпая вокруг мириады искрящихся отблесков.

Огненные шары с грохотом врезались в щит и рассыпались тысячами искр, на мгновения превратив переулок в сказочное, но жуткое зрелище: тени метались по стенам, а камни под ногами заиграли багровыми и золотыми бликами. А сеть уже накрыла троих нападавших.

Паук резко дёрнул головой — и огненная сеть сжалась с сухим, леденящим хрустом. Стихийные щиты магов лопнули, как тонкие стеклянные сферы, а следом — и их самих разорвало на мелкие куски.

Елена вскрикнула, инстинктивно прикрыв рот рукой. Даже я, наблюдавший за схваткой через глаза дракона, парящего в ночном небе, не ожидал столь сокрушительного эффекта от этой огненной сети.

Остальные маги, только что яростно атакующие Елену, мгновенно замерли. Один за другим они подняли руки, опустились на колени. В тусклом свете угасающих искр их лица казались маской чистого ужаса.

Через минуту солдаты князя Голицына уже сноровисто надевали на них антимагические наручники. Металл глухо щёлкал в ночной тиши, нарушая лишь потрескивание угасающих искр на камнях.

Переулок снова погрузился в тишину. Лишь тяжёлое дыхание паука да тусклое свечение его фасеточных глаз напоминали о только что разыгравшейся драме. Голем медленно повернул голову, и в его глазах отразились последние отблески погасшего пламени.

Я дожидался подхода солдат и неспешно продвигался вперёд. Присев на старую чугунную лавку, я сосредоточился и направил дракона к Ли Юй и Долгорукову — хотелось своими глазами, точнее глазами зверя, увидеть, как у них обстоят дела.

Внизу, среди плотно стоящих городских особняков и мощёных улочек Санкт-Петербурга, высилось поместье — небольшое, но внушительное. Его окружало плотное кольцо солдат: фигуры в мундирах чётко выделялись в лунном свете, а между ними то и дело вспыхивали отблески магических щитов и заклинаний.

Над главными воротами уже не первый десяток секунд бушевал огненный вихрь. Скорпион Ли Юй методично крушил преграду: то бил раскалённым жалом, высекая из камня снопы искр, то обрушивал на стены струи пламени, от которых камень трескался и плавился. Амулеты защиты лопались с пронзительным звоном, заклинания рассыпались мерцающими нитями, будто пережжённые паучьи сети.

Ли Юй восседала на спине голема, словно на боевом коне. В ночном полумраке её силуэт казался вырезанным из тени и огня. Руки вспыхивали алыми всполохами — огненные шары один за другим срывались с пальцев и врезались в остатки ворот, расширяя пролом. Каждый взрыв озарял улицу багровыми отсветами, отбрасывая длинные дрожащие тени.

Я мысленно приказал дракону снизиться — хотелось разглядеть всё в мельчайших деталях. С высоты стало видно, что во дворе поместья уже выстроилась группа магов — около двадцати человек. Они сомкнули ряды, окружив себя мерцающими стихийными щитами: с одной стороны ярко светил огненный щит, с другой выросла земляная стена, а в центре сиял сплошной воздушный барьер, дрожащий от напряжения. На балконах главного здания тоже замерли фигуры — прикрытые прозрачными куполами воздушных щитов, они ждали момента для удара, их силуэты едва угадывались в темноте.

Достав амулет связи, я вызвал Ли Юй, не отрывая взгляда от картины внизу.

— Ли Юй, во дворе группа из двадцати магов. Окружили себя стихийными щитами, готовятся отражать атаку. На балконах тоже маги, прикрыты воздушными щитами. Могу помочь — дракон как раз над тобой.

Она подняла голову, заметила силуэт дракона в ночном небе и махнула рукой:

— Не надо, сама справлюсь. Уже предлагала им сдаться — отказались. Сейчас Скорпи доломает ворота, и я с ними разберусь.

— Хорошо. На всякий случай дракон полетает рядом, — ответил я и отключил связь, вновь сосредоточившись на происходящем.

Через пару минут раздался оглушительный треск — Скорпи наконец доломал ворота. Массивные створки, вместе с частью каменной кладки, рухнули внутрь поместья, взметнув тучу пыли и осколков.

И тут же со двора хлынул огненный шквал. Маги, укрывшиеся за щитами, разом выпустили десятки огненных шаров — они понеслись к Ли Юй и её голему, оставляя в воздухе пылающие следы, похожие на падающие звёзды.

Я невольно вздрогнул, представив, как эта масса пламени обрушится на воздушный щит Ли Юй. Но в следующий миг сердце отпустило: вся огненная лавина рассыпалась яркими всполохами, озарив ночную улицу багровыми и золотыми бликами. Щит выдержал, лишь слегка дрогнул, отражая удар.

Скорпи, не мешкая, сделал пару тяжёлых шагов вперёд. Его хвост взметнулся, жало вспыхнуло — и в магов ударила мощная струя огня. Я видел, как их щиты прогнулись, затрещали, покрылись трещинами, но всё же устояли.

Однако они не учли главного.

Ли Юй выпрямилась на спине скорпиона, вскинула обе руки — и в сторону магов рванулась стена пламени, широкая, как горная лавина. Она ударила в ослабленные щиты, разорвала их в клочья и поглотила защитников. Пламя взвилось до самых балконов, озарив фасад здания зловещим светом.

Обгоревшие маги, но спасшиеся за счёт своих магических кольчуг, бросились ко входу в дом, пытаясь укрыться, но Скорпи уже готовил новую атаку. Ещё один залп — и двор погрузился в море огня. Никто не добрался до дверей. Фигуры защитников растворились в пламени, оставив после себя лишь тлеющие очертания на камнях.

Ли Юй, усилив голос маной, вновь обратилась к тем, кто оставался на балконах:

— Последний шанс. Сдавайтесь — и останетесь живы.

На этот раз её услышали. Один за другим маги начали выходить из дома, поднимая руки. Солдаты князя Долгорукова тут же окружили их, надели антимагические наручники и повели прочь.

Ночь снова стала тихой. Лишь тлеющие обломки ворот да запах гари напоминали о том, что здесь только что решались судьбы.

Убедившись, что у Ли Юй всё складывается благополучно, я направил дракона ближе к центру города — хотелось взглянуть, как обстоят дела у магов Арсения.

Встав с чугунной лавки, я двинулся дальше. Приданные мне солдаты шли следом, время от времени задерживая особо ретивых защитников узурпатора. Магические фонари отбрасывали на мостовую дрожащие круги света, а тени от домов казались живыми — они извивались и метались, будто пытаясь что-то шепнуть в ночной тишине.

Я успел миновать несколько особняков, заметно оторвавшись от отряда, когда из тёмного переулка внезапно вынырнула группа из десяти человек. Они окружили меня полукольцом, перекрыв путь.

— Кто такие? — спросил я, остановившись и внимательно разглядывая незнакомцев.

Ни опознавательных знаков, ни гербов на их одежде. Скорее всего — наёмники.

— Вали отсюда, убогий, пока мы тебя не поджарили, — хрипло бросил один из них, выступив вперёд. В его руке вспыхнул огненный сгусток, осветив резкие черты лица.

— Ясно, — спокойно произнёс я. — Тогда я предлагаю вам сдаться, господа.

Моя магическая кольчуга уже перешла в режим ожидания — едва уловимое мерцание окутало фигуру, словно тонкая пелена лунного света. Внезапной атаки у них не вышло.

Сначала в меня метнули три огненных шара. Кольчуга вспыхнула ослепительным сиянием, отражая удары. Шары рассыпались тысячами искр, и на мгновение улица превратилась в фантастический калейдоскоп: багровые отблески плясали на стенах, а тени вздрагивали, будто испуганные звери.

Наёмники переглянулись — в их глазах мелькнуло недоумение. Затем, не сговариваясь, атаковали разом. В мою сторону полетели огненные шары, воздушные серпы, острые, как бритва, и призрачные копья, мерцающие холодным светом. Кольчуга лишь засветилась чуть ярче, без труда поглощая и рассеивая их заклинания.

Я мысленно позвал голема и приказал ему приземлиться за спинами наёмников. Сам же, сделав глубокий вдох, попытался ещё раз вразумить этих несчастных:

— Я снова предлагаю вам сдаться, — вздохнул я. — Я не хочу вас убивать.

Мои слова лишь раззадорили их. С яростными криками наёмники выхватили мечи и уже собирались ринуться в атаку, но в этот миг за их спинами раздался оглушительный рёв, сопровождаемый порывом обжигающего ветра.

Дракон опустился с небес, словно карающая длань. Его массивные лапы ударили о мостовую, выбив облака пыли и осколков. Огненное дыхание коснулось спин наёмников, заставив их замереть в ужасе. Чешуя голема переливалась в свете фонарей, а глаза горели холодным, немигающим светом — будто два миниатюрных солнца.

На этом всё благополучно закончилось. К месту стычки подоспели солдаты. Они быстро разоружили наёмников и надели на них антимагические наручники, глухо щёлкнув замками.

— Да кто ты такой⁈ — крикнул один из наёмников, когда их вели мимо меня. Его голос дрожал — то ли от злости, то ли от страха.

— Это князь Драгомиров, идиот! — вместо меня рявкнул солдат, резко подтолкнув пленника, чтобы тот шёл быстрее.

Улица снова погрузилась в тишину. Лишь изредка доносились отдалённые крики и отблески заклинаний — город продолжал жить своей, теперь уже почти мирной, жизнью.

Дракон снова взмыл в небо, а я, достав амулет связи, вызвал Арсения:

— Как дела, легионер?

— Всё отлично, князь, — ответил Арсений.

— Хорошо. У нас вроде тоже нормально. Возникают иногда стычки, но в основном продвигаемся без проблем, — я присел на лавку, ожидая солдат.

— У нас вообще тишина. Когда появился дракон и вы сделали заявление, основная масса наёмников сразу потянулась из города. Бояре, которые собирались драться до победы, оставшись без наёмников, сразу разбежались по домам. Мои люди составили список фамилий — отдам потом Великим князьям, пусть думают, что с ними делать, — засмеялся Арсений.

Закончив разговор, я двинулся дальше. Всю ночь и добрую половину дня мы поглощали город — улица за улицей, поместье за поместьем. Была ещё пара мелких стычек, но в целом мы захватили город без особых боёв. Как и сказал Арсений, основная масса наёмников ушла сразу, как только мы начали штурм. Гарнизон перешёл на нашу сторону, как и городовые. Так что уже к вечеру следующего дня в городе воцарилась власть Великих князей.

Основная масса горожан вообще узнала о смене власти только утром. Собственно, им было абсолютно безразлично, кто правит в городе — главное, чтобы всё работало.

— С Москвой так не выйдет, — сказал Ярослав.

Мы стояли возле ворот гарнизона, ожидая, когда Михаил и князья наговорятся с командующим.

— До Москвы сначала надо дойти, — устало произнёс я. — А там посмотрим. Со штурмом дворца будет очень сложно — слишком мощная там защита. Ну да ладно, поживём — увидим. Да где там уже Миша?

Хотелось домой, спать. Девушек я уже давно отправил домой: они порывались остаться, но делать им тут было нечего.

Через пять минут вышли Михаил и князья.

— Ну наконец-то. Уважаемые князья, вам куда порталы открыть? — спросил я, зевнув.

— Мы пока тут останемся. Надо навести порядок в городе, чтобы всё работало, а налоги шли в казну Великих князей — на содержание страны, а не к узурпатору, — ответил Голицын.

— Хорошо, — я открыл портал в свой замок. — Великие князья, прошу проследовать до дома.

Ярослав и Михаил шагнули в портал, а я обернулся к князьям:

— Если что-то случится, сразу сообщите. Мало ли что тёмный маг может нам подкинуть.

Они кивнули, и я со спокойной душой проследовал в портал.

Выйдя в гостиной, мы договорились с Михаилом и Ярославом, что завтра с утра обсудим наши дальнейшие действия, а потом они уже доведут план до всех князей.

Я еле дотащился до кровати — настолько меня поглотила усталость. Завалившись между девушками, я сразу уснул.

Я стоял у зловещего зева туннеля Восточного разлома — словно на краю бездны, заглядевшись в которую можно навсегда потерять себя. Холодный ветер шевелил волосы, ноздри щекотал запах сырости и чего-то… чужого.

Оглядевшись, я увидел стражников на стенах — неподвижные силуэты в лунном свете. Они казались такими уверенными, такими живыми. В груди сжалось нехорошее предчувствие. Я знал — сейчас что-то произойдёт. Но ноги приросли к земле, язык словно онемел. Хотел крикнуть, позвать на помощь — и не мог.

Тревога наливалась свинцом, заполняя каждую клеточку тела. Время растянулось, превратилось в тягучую смолу.

И тогда я услышал гул.

Сначала — едва уловимый, как отдалённый рокот прибоя. Потом — всё громче, всё яростнее, будто сама земля стонала от невыносимой тяжести. Я обернулся, в отчаянной попытке предупредить стражников… Но мои губы лишь беззвучно шевельнулись. Ни движения. Ни голоса. Только ледяной ужас, сковывающий изнутри.

Гул превратился в оглушительный рёв. Стены туннеля содрогнулись, из темноты хлынул поток — не воды, не огня, а живой, шевелящейся массы. Монстры. Десятки, сотни, тысячи тварей, несущихся с нечеловеческой яростью. Они проносились сквозь меня — и я чувствовал, как рвётся на части душа, как обжигает ледяным пламенем каждая тварь, касаясь моей сущности.

Вокруг царил ад. Стража падала, словно куклы, разорванные в клочья. Крики, хруст костей, запах крови и разложения — всё смешалось в один кошмарный вихрь.

А потом… появился он.

Гигантская тень, заслонившая луну. Чудовище, от одного вида которого разум отказывался верить в реальность происходящего. Его глаза — два бездонных колодца тьмы — смотрели на меня. И в этом взгляде было обещание: «Ты следующий».

Я проснулся.

Резко, судорожно, с хрипом, будто вынырнул из глубин утонувшего мира. Холодный пот струился по спине, простынь подо мной промокла. Рядом мирно спали девушки — их спокойные лица в полумраке комнаты казались островками тепла и жизни.

Я поднялся, дрожащими руками схватил амулет связи и тихо, чтобы не разбудить любимых, вышел в ванную.

— Хару, — голос звучал хрипло, непривычно.

— Доброй ночи, князь, — отозвался заспанный голос японца.

— Срочно усилить охрану разлома. Внутрь никого не пускать. Свяжись с Вэй Чжэньлуном — пусть соберёт армию в десять тысяч человек. Завтра утром, когда будет готов, пусть свяжется со мной. Я открою портал, — каждое слово давалось с трудом, но я старался говорить чётко, властно.

— Что случилось, князь? — Хару мгновенно очнулся, голос напрягся.

Я закрыл глаза, пытаясь унять бешеное биение сердца. Перед внутренним взором всё ещё стояла та тень — огромная, всепоглощающая.

— Пока ничего, Хару. Пока ничего… — прошептал я. — Я думаю, это было видение. Или пророчество. Я не знаю. Сделай, как я сказал.

Отключив связь, я опустился на пол, прижался спиной к холодной стене. В тишине ванной комнаты моё прерывистое дыхание звучало как последний стук часов перед бурей.

Глава 14

Меня разбудила Ли Юй — тихо вошла в ванную и замерла на пороге, увидев меня спящим на полу. Тревога мелькнула в её глазах, но тут же растворилась в мягком, любящем взгляде.

— Князь… — она опустилась рядом, осторожно коснулась моей щеки. Пальцы были тёплыми, ласковыми, и это прикосновение, словно солнечный луч сквозь тучи, пробилось сквозь остатки ночного кошмара.

Я открыл глаза и улыбнулся. Видение ещё тлело в памяти — гул туннеля, поток монстров, та чудовищная тень… Но теперь, глядя в любящие глаза Ли Юй, я чувствовал, как страх отступает.

«Надо готовиться, — мысленно повторил я. — Надо набираться сил и заканчивать эту войну за трон. Мне нужен надёжный тыл — Мишка на троне Российской Империи. Нужны союзники — сильные, верные. Княжеские рода… И сёстры. Камень всё ещё в шкатулке, но начать надо со встречи с Юнь Си».

— Князь, — снова позвала Ли Юй, чуть склонив голову. Её волосы, рассыпавшиеся по плечам, ловили свет, превращаясь в шёлковый водопад.

— Моя хорошая… любимая Ли Юй, — прошептал я, накрыв её руку своей. — Набери в ванну воды и позови Елену. Хочу полежать с вами, расслабиться.

Её лицо озарилось улыбкой — той самой, от которой в груди становилось теплее. Она кивнула, включила воду, а потом тихо вышла за Еленой.

Я поднялся. Регенерация не дала телу закостенеть от сна на холодном полу, но душа всё ещё была тяжёлой, словно пропитанной ночным ужасом.

Опустившись в тёплую воду, я закрыл глаза. Через минуту рядом оказались они — мои девушки. Их тела, нежные и тёплые, прижались ко мне, обвили, словно защищая от всего мира. Я почувствовал, как напряжение уходит, как каждая мышца расслабляется, а сердце бьётся ровнее.

Их руки скользили по моей спине, пальцы перебирали волосы, голоса — тихие, успокаивающие — сливались в нежную мелодию. Я снова уснул, но на этот раз сон был другим: глубоким, безмятежным, наполненным светом и покоем.

Просыпался я медленно, не спеша открывать глаза.

— Долго я спал? — спросил, чувствуя, как Елена нежно поглаживает меня по груди. Её ладонь была мягкой, движения — бережными, будто она касалась чего-то невероятно хрупкого.

— Минут тридцать, не больше, — ответила она, и в её голосе звучала та же нежность, что и в прикосновениях.

Я улыбнулся. Тридцать минут — а я уже чувствовал себя заново рождённым. Эти мгновения в объятиях любимых словно наполнили меня новой энергией, прогнали тьму, оставленную видением.

Открыв глаза, я посмотрел на них — на Ли Юй, чья улыбка всё ещё светилась изнутри, на Елену, чьи пальцы продолжали ласкать мою кожу. По очереди поцеловал каждую — долго, бережно, вкладывая в эти прикосновения всю благодарность и любовь, что переполняли сердце.

— Очень хочется есть, — признался я, крепче обнимая их обеих. — И не только потому, что голоден. Просто… хочу разделить с вами ещё один момент жизни.

— Мы тоже проголодались, — засмеялась Ли Юй. — Вчера так и не поели.

Они поднялись из ванны, быстро привели себя в порядок — движения лёгкие, почти танцующие. Я смотрел на них и чувствовал, как внутри расцветает тихая радость.

Вместе мы отправились в общую гостиную — рука в руке, плечом к плечу. И даже в мыслях о грядущих битвах и сложных решениях я знал: пока они рядом, я смогу всё.

В гостиной, кроме Михаила и Ярослава, никого не было — все уже позавтракали и разошлись по делам. Великие князья склонились над развёрнутой картой, о чём-то тихо переговариваясь. Увидев нас, они приветливо кивнули.

— Что-то вы припозднились, — усмехнулся Мишка. — Опять ночью не спали, слонялись по разломам?

— Не совсем, — ответил я. Помедлил, взвешивая, стоит ли делиться, но решил: им и девушкам нужно знать. В деталях, не упуская ни одной жуткой подробности, рассказал о своём сне.

Ли Юй задумчиво провела пальцем по краю чашки:

— С учётом того, что вы демиург, это очень похоже на пророчество.

— Ладно, жизнь покажет, — вздохнул я. — Елена, сообщи Маше, что нам нужен завтрак.

Не успел я допить первую чашку кофе, как амулет связи тихо засветился. Глава клана «Лунвэй» сообщил: десять тысяч солдат готовы к переброске. У каждого — провизия на две недели, палатки и всё необходимое для развёртывания крупного лагеря на долгий срок. Договорились: через час я открою портал к Восточному разлому.

— Решил усилить защиту разлома? — поднял бровь Ярослав.

— Да. Тревожит меня этот мой странный сон, — я обвёл взглядом Великих князей. — Надо быстрее заканчивать со взятием Москвы. Чувствую, что время поджимает. Тёмный маг этой войной отвлекает нас от настоящей беды.

Я откусил булочку — Маша, зная нашу слабость, испекла их специально для меня и Мишки. Тёплый, сдобный аромат на миг оттеснил тревоги.

— Подкрепление уже прибыло на московское направление, — вступил Михаил. — Надо решить, когда идём вперёд. Мы как раз с Ярославом обсуждали это и ждали тебя.

— Хорошо. После завтрака переброшу армию Вэй Чжэньлуна — и поговорим. Ещё нужны князья, отвечающие за это направление. Ли Юй и Елена откроют им порталы.

Через сорок минут я вышел из портала у Восточного разлома. Хару уже ждал — сдержанный, собранный, в безупречном боевом облачении.

— Как дела, Хару? Всё спокойно? — я окинул взглядом массивные ворота, запечатывающие разлом.

— Да, князь. Никакой активности монстров, — коротко ответил японец.

— Хорошо. — Я выбрал ровную площадку, чтобы солдатам было удобно выходить и открыл портал на территорию клана «Лунвэй». — Принимай пополнение, Хару. Надеюсь, вы всё обговорили с Вэем.

Хару почтительно склонил голову и направился к сияющему проходу. Из портала уже вышли командиры клана, за ними стройными рядами двинулись солдаты. Я расширил проход — теперь одновременно могли проходить до двадцати воинов.

Через два часа я вернулся в гостиную. Здесь уже собрались все князья — даже Голицын и Долгоруков прибыли.

Следующий час меня вводили в курс дела. Пришлось вызвать Лапу, чтобы он лично пояснил некоторые моменты по разведданным — картина вырисовывалась тревожная. Узурпатор, осознав бесперспективность обороны Санкт-Петербурга, перебросил все верные ему войска под Москву. Город опоясали мощные стационарные стихийные щиты, а численность его армии втрое превосходила нашу — даже с учётом пополнения из Владивостока.

В комнате повисла тяжёлая тишина. Все смотрели на меня. В их взглядах читалось негласное: «Ты — демиург. Ты должен найти выход».

Все ждали от меня какого-то решения, так как прекрасно понимали, с таким количеством людей, мы Москву не возьмём.

У меня не было решения. Я снова попробовал открыть портал прямо во дворец — безуспешно. Хотя отчётливо чувствовал, какие руны и защитные артефакты блокируют путь. Мне всё ещё не хватало сил, чтобы прорвать эту защиту.

Я молча отпил кофе. В гостиной стояла напряжённая тишина: все смотрели на меня, не задавая вопросов.

Постепенно в голове складывался план — единственный, способный помочь нам захватить город. Но оставался нерешённый вопрос: что делать со штурмом дворца?

Я внимательно посмотрел на своих девушек, оценивая их текущую силу. Возможно, вместе мы прорвём защитные руны и артефакты ворот дворца… Но сомнения не покидали меня. Слишком много факторов требовалось учесть — особенно возможное вмешательство тёмного мага. Никто из них не был готов к прямому противостоянию с ним.

— Хорошо… — начал я и снова замолчал, всматриваясь в напряжённые лица князей.

Подойдя к карте, я указал на точку, намеченную как отправная:

— Надо сосредоточить армию вот здесь. Ли Юй и Елена пойдут с вами. Я устрою прорыв в этой точке и расширю проход для нашей армии. Ваша задача — не отвлекаясь ни на что, идти на Москву и занять город.

Повернувшись к Арсению, командиру элитного отряда магов, я чётко произнёс:

— Арсений, что бы ни происходило вокруг, твои маги должны помогать Ли Юй и Елене, прикрывая нашу армию.

Арсений кивнул. Я перевёл взгляд на Голицына и Долгорукова:

— Вы должны решить, сколько солдат оставить для контроля Санкт-Петербурга. Остальная армия обязана в течение суток пройти через порталы и присоединиться к нам.

Князья молча кивнули, принимая приказ.

Вздохнув, я обратился к девушкам:

— На вас возлагается основная задача, с которой вы обязаны справиться. Сначала откроете порталы и будете держать их до тех пор, пока армия князей Долгорукова и Голицына полностью через них не пройдёт. Если потребуется, делайте это по очереди, чтобы отдыхать. Затем создадите големов и поведёте армию в прорыв, который я устрою. Арсений и его маги будут прикрывать фланги.

— Мы всё сделаем, князь, — твёрдо произнесла Ли Юй.

— Накопители маны большой ёмкости, которые для вас заказывал Бестужев, готовы? — уточнил я у Елены.

— Да, скоро должны привезти, — ответила она.

— Хорошо. Тогда начинайте. Елена, Ли Юй: отправляйте всех на места. Пока князья Долгоруков и Голицын решают вопрос с армией, дождитесь свои новые накопители. И даже в этом случае возьмите с собой запасные — пусть и малого объёма.

Я обвёл взглядом присутствующих:

— Я займусь организацией прорыва. Через сутки вы должны быть готовы войти в него и начать захват Москвы.

Поставив пустую чашку на стол, я открыл портал и покинул гостиную.

Оказавшись в километре от запланированной точки прорыва, я активировал поисковое заклинание и направился к оборонительным линиям армии узурпатора.

Мой план строился на неожиданной атаке: мне нужно было практически мгновенно проломить стихийные щиты, покрывавшие всю линию обороны. Для этого требовалось точно оценить их мощность.

Как только щит рухнет, мой мёртвый отряд — пока лишь замысел, а не реальность — должен обрушиться на солдат узурпатора раньше, чем они поймут, что защита пала. Ни секунды на раздумья. Ни мгновения на сбор сил. Только яростный, неудержимый натиск в первые же мгновения хаоса.

Иначе — провал. Опомнившись, они замкнут ряды, поднимут щиты, ответят огнём. А мне нужно, чтобы их первый крик был криком ужаса, а не боевого клича.

Обычные мертвецы для моего плана не подойдут: нужны воины и маги, закалённые в бою. Я знал, где их найти. Недалеко от Москвы давным-давно разыгралась грандиозная битва. Поле, пропитанное кровью и магией, стало последним пристанищем для тысяч бойцов. Именно туда я отправлюсь — сразу после того, как оценю мощь щитов. Через сутки я должен пробить проход. Время теперь летело стремительно, отсчитывая мгновения до решающего удара.

Я замер в шаге от стационарного воздушного щита. Его прозрачная пелена едва заметно мерцала, отражая лучи полуденного солнца. Солдаты узурпатора настолько уверовали в его несокрушимую мощь, что даже не выставили дозоров снаружи. Патрули — если их можно было так назвать — лениво бродили лишь внутри периметра.

В десяти метрах от меня, за мерцающей завесой, расположилась группа воинов. Они жгли костёр, жарили мясо и беззаботно смеялись. Аромат жареного мяса пробивался сквозь щит, дразня обоняние. Их слепая вера, что за щитом они в полной безопасности, играла мне на руку.

Я прошёл вдоль щита несколько километров — везде одна и та же картина. Солдаты спали, ели, пили, неспешно переходили между укреплениями или попросту дремали в палатках. Открыв портал, я переместился на противоположную сторону Москвы. Здесь ситуация оказалась идентичной: беспечность, граничащая с безрассудством.

Стационарные стихийные щиты и впрямь обладали колоссальной мощью. Если измерять их прочность в силах старших магистров, то даже одновременный удар сотни магов не смог бы пробить эту преграду. Потребовалось бы методично атаковать щит в течение долгого времени — времени, которого у солдат хватило бы на то, чтобы выпить кофе и неспешно подготовиться к битве.

Но я — не старший магистр. И даже не обычный демиург. Я — на пороге становления старшим демиургом. Моя сила многократно превосходит возможности прочих. И сегодня эта сила найдёт своё применение.

Я открыл портал и переместился в Москву. Мне нужно было понять, есть ли шанс начать атаку прямо внутри города. Попутно я решил перекусить — давно не пробовал столичных блюд.

Около часа я бродил по улицам, внимательно изучая обстановку. Наконец зашёл в ресторан, заказал жареного поросёнка, пару салатов и кофе. Устроившись в удобном кресле в ожидании заказа, погрузился в размышления.

Всё, что я увидел, наводило на мысль: нас словно приглашали открыть портал и перебросить войска прямо в город, минуя защитное кольцо армий. Но это была ловушка.

Пока я прогуливался, моё поисковое заклинание непрерывно работало на полную мощность. Оно ясно показывало: безмятежная атмосфера Москвы — лишь искусная иллюзия.

На самом деле город был начеку. Всюду обнаруживались скрытые точки наблюдения, специально настроенные на отслеживание порталов. Проникнуть внутрь могли лишь небольшие группы — незаметно и кратковременно. Но любая масштабная переброска войск тут же была бы обнаружена и с высокой вероятностью уничтожена.

Даже если мы с девушками прикроем портал и место прорыва своими щитами — что дальше? Нам не дадут развернуться. Армию перебьют, едва она появится. А втроём мы не сможем захватить огромный город. Да, мы могли бы бродить по нему бесконечно, но никакого контроля над ситуацией это не даст.

Значит, оставался только первый вариант: прорвать линию обороны, связать противника боем с мёртвыми воинами, дать основной армии подойти к городу и начать его занимать — зачищая улицу за улицей.

В этот момент принесли заказанные блюда. Поросёнок, покрытый хрустящей корочкой, радовал глаз. Аромат был великолепен. Я отвлекся от тревожных мыслей и с аппетитом принялся за еду.

Огромное поле, как памятник былых сражений, раскинулось неподалёку от Москвы. Прошло множество лет с последней битвы — и время сделало своё дело: земля, некогда пропитанная кровью, теперь была укрыта пышным ковром травы и буйным разнотравьем. Бурьян поднимался высоко, переплетаясь с полевыми цветами; ковыль колыхался на ветру, словно шептал забытые имена павших.

Я стоял на самом краю этого скорбного пространства, укрытый тенью могучих сосен. Их тёмные кроны шептались на ветру, словно пересказывали друг другу тайны погибших. Холодный воздух пронизывал до костей, но не от мороза — от тяжести места, где сама земля была пропитана болью и кровью.

Глубоко вдохнув, я закрыл глаза и сосредоточился. В тишине, нарушаемой лишь редким скрипом ветвей, я ощутил биение древней силы — глухого, мерного, как стук погребального барабана. Она таилась внизу, под слоем зелёной травы и холодного грунта.

Медленно опустив руки, я направил поток маны вглубь земли. Энергия потекла сквозь меня, словно раскалённая река, пробиваясь сквозь слои времени и камня. Я чувствовал, как она проникает в тёмные недра, где веками покоились забытые воители — герои и простые солдаты, павшие в битвах разных эпох. Их доспехи истлели, мечи покрылись ржавчиной, но души, скованные магией и незавершённым долгом, всё ещё томились в этой земле.

С каждым мгновением связь крепла. Я ощущал их — тысячи безмолвных свидетелей минувших войн. Их невысказанные крики, их ярость, их жажда возмездия пульсировали в ритме моей маны. Они ждали. Ждали того, кто пробудит их ото сна, кто даст им шанс завершить то, что не удалось при жизни.

Земля под ногами содрогнулась — сначала едва заметно, затем всё сильнее. Поле пошло буграми, словно под поверхностью ворочалось нечто огромное, древнее. Трава вздыбилась, корни рвались, комья земли взлетели в воздух. Глухой рокот прокатился по полю, будто сама земля стонала, выпуская то, что веками хранила в своих недрах.

С треском разорвалась почва. Сначала показалась рука — костлявая, облепленная комьями земли. Затем вторая. Из-под пластов дерна и травы медленно поднимались фигуры — сперва лишь скелеты, едва скреплённые истлевшими сухожилиями. Их рёбра зияли пустотой, черепа безмолвно скалились, но в глазницах уже мерцал тусклый, мертвенный свет — как болотные огни в ночной тьме.

Я усилил поток маны. Энергия хлынула густым, пульсирующим потоком, окутывая восставших. И тогда началось преображение.

На костях нарастала плоть — не живая, тёплая, а серая, восковая, лишённая жизни, но крепкая, как закалённый металл. Мышцы обтягивали скелеты, кожа стягивала раны, оставшиеся с момента гибели. Доспехи, давно истлевшие в земле, начали восстанавливаться: ржавые пластины смыкались, пробитые нагрудники сплавлялись воедино, шлемы обретали форму. Мечи, копья, щиты — оружие, похороненное вместе с хозяевами, поднималось из земли, очищаясь от коррозии, вновь становясь острыми, смертоносными.

Глаза мёртвых воинов загорелись холодным светом — не огнём жизни, а призрачным сиянием загробного мира. Это был свет без тепла, свет, от которого стыла кровь в жилах. Их взгляды были пусты, но в них читалась железная воля — воля, которую я вдохнул в них своей магией.

Они поднимались молча. Ни стона, ни вздоха — лишь шорох земли, скрежет металла и тихий звон оружия. Десятки, сотни фигур вставали из могил, выстраиваясь в неровные ряды. Их движения были точными, выверенными, но в этой механичности чувствовалась неумолимая сила.

— Вставайте. Вставайте, чтобы завершить начатое. Исполнить свой долг воина и покинуть этот мир, — прошептал я, усиливая поток маны, охватывая всё больше и больше мёртвых воинов.

Энергия пульсировала в воздухе, заставляя волосы шевелиться, а кожу — покалывать от статического напряжения. Мёртвые продолжали подниматься — их ряды ширились, заполняя поле. Они ждали приказа. Ждали, чтобы снова пойти в бой — уже не как живые, а как воплощение воли того, кто пробудил их из вечного сна.

Я оглядел своё мёртвое воинство. Несколько тысяч забытых потомками воинов стояли передо мной — безмолвные, неподвижные, но полные холодной решимости. Их глаза мерцали мертвенным светом, словно далёкие звёзды в безлунной ночи. Они ждали лишь моего слова, чтобы вновь вступить в бой.

Солнце покатилось к закату. Алые лучи скользнули по рядам восставших, окрасив доспехи в цвет запёкшейся крови. Тени удлинились, превращая строй воинов в причудливую череду изломанных силуэтов. Поле, ещё недавно тихое и пустынное, теперь дышало незримой силой — тяжёлой, древней, неумолимой.

Пора.

Я развернулся и пошёл к точке запланированного прорыва. И тут же мёртвая армия пришла в движение. Беззвучно, как туман над болотом, она потекла за мной — не шагая, а словно скользя над землёй. Шлемы, щиты, копья — всё это едва слышно позвякивало, создавая странную, жутковатую мелодию, будто сама смерть играла на инструментах из стали и костей.

С каждым моим шагом их ряды смыкались плотнее. Мана, которую я продолжал изливать, пульсировала в воздухе, укрепляя связь между нами. Я чувствовал их — тысячи душ, скованных моей волей. Они не стонали, не говорили, не дышали, но в их молчании было больше угрозы, чем в боевом кличе живых армий.

Земля под ногами дрожала, будто пыталась отвергнуть то, что я пробудил. Трава увядала, касаясь их сапог. Воздух сгустился, пропитавшись запахом железа и тления. Это было не войско — это была кара. Кара, которую я направил туда, где её ждали меньше всего.

Я шёл вперёд, а за мной, как тень, неотступно следовала армия мёртвых. И с каждым мгновением расстояние до цели сокращалось.

Глава 15

Я остановился в ста метрах от воздушного щита. Солнце практически село, и моя армия мёртвых, стоящая позади меня, была полностью скрыта в тени высоких деревьев. Лишь изредка мерцающий отблеск — то ли от заходящего солнца, то ли от потустороннего света в глазницах воинов — пробивался сквозь сумрак.

За мерцающим стихийным щитом ничего не изменилось. Всё та же беспечность. Всё те же расслабленные силуэты солдат, лениво переходящих от поста к посту. Они по-прежнему верили в мощь защитного купола — верили слепо, безоговорочно. Их костры горели, доносился смех, запах жареного мяса смешивался с вечерней прохладой.

Я медленно провёл рукой по воздуху, ощущая вибрацию щита — плотную, упругую стену стихии, отделяющую меня от цели. В ответ на моё движение позади раздался едва уловимый звон — негромкий, но зловещий: это тысячи мёртвых воинов одновременно чуть сдвинулись, готовясь к атаке. Ни шага, ни шороха — лишь металл, едва касаясь земли, издавал этот странный, почти музыкальный звук.

В моей ладони вспыхнул сгусток маны — холодный, сине-фиолетовый, пульсирующий в такт биению невидимого сердца армии за спиной. Я сосредоточился, собирая энергию в единый поток, и почувствовал, как связь с мёртвыми становится осязаемой: их воля слилась с моей, их жажда боя превратилась в мою собственную.

Щит мерцал, играя бликами угасающего света. Он казался несокрушимым — переливающаяся стена стихийной магии, воплощение чужой воли и мастерства. Но даже самые мощные чары имеют предел. Особенно когда против них встаёт сила, которой нет равных в этом мире.

Я сделал глубокий вдох, ощущая, как в груди разрастается ледяной огонь маны. Воздух сгустился, затрещал от напряжения, а за моей спиной мёртвая армия замерла в безмолвном ожидании.

— Пора, — произнёс я тихо, но отчётливо.

В тот же миг поток маны рванулся вверх, пронзая сумеречное небо. Над воздушным щитом, словно из самой ткани реальности, начал формироваться огненно-воздушный голем. Сперва — лишь вихрь раскалённого воздуха, затем — очертанья могучего тела, сплетённого из пламени и ветра.

Его контуры становились всё чётче: вытянутая шея, крылья, развернувшиеся с грохотом, подобным раскату далёкого грома, глаза — два пылающих омута чистой энергии. Мой дракон. Мой помощник. Моё оружие.

Он взмахнул крыльями, и волна жара прокатилась по воздуху, заставляя его дрожать, как над раскалённой кузницей. Щит под ним затрепетал, будто живой, отражая первые удары стихийной мощи.

Я чувствовал связь с драконом — незримую, но прочную нить, сплетённую из маны и воли. Он ждал моего приказа, готовый обрушить ярость небес на то, что стояло между мной и целью.

Солдаты узурпатора подняли головы и замерли, ослеплённые багровым заревом. Над щитом, словно воплощение древнего пророчества, парил мой дракон — исполинская тень, сотканная из пламени и вихрей. Его чешуя переливалась алым и золотым, крылья рассекали воздух с грохотом разорвавшейся бури, а в глазах пылали два солнца, холодные и беспощадные.

На мгновение воцарилась мёртвая тишина — лишь треск пламени да тяжёлое дыхание чудовища. Затем я произнёс одно-единственное слово:

— Бей.

Дракон извергнул струю огня — не просто пламя, а саму суть разрушения. Огненный вал ударил в щит, стекая по его поверхности, словно расплавленное стекло, ослабляя его для следующего, более мощного удара — моего. Мерцающая преграда задрожала, по ней побежали трещины, источая клубы едкого дыма.

Концентрированный поток маны, превращённый мной в плотное, острое воздушное копьё — невидимое, но смертоносное, — пронзил щит с резким хлопком, похожим на раскат грома. Преграда лопнула, как мыльный пузырь, разлетевшись осколками мерцающей энергии.

Дракон спикировал вниз, его крылья взметнули вихри пепла и золы. Он продолжал извергать огонь — не сплошной поток, а короткие, точные залпы, превращающие солдат в обугленные фигуры. Пламя лизало землю, пожирало палатки, плавило доспехи. Воздух наполнился криками, запахом горелой плоти и металла.

В образовавшуюся брешь ринулась армия мёртвых. Безмолвная, неудержимая, она хлынула, как чёрная река, разливаясь по полю. Мёртвые воины двигались с механической точностью — ни страха, ни сомнений, лишь холодная решимость. Их мечи сверкали в отблесках пламени, щиты сталкивались с глухим стуком, а глаза горели холодным светом, словно звёзды на ночном небе.

Солдаты узурпатора попытались организовать оборону. Они смыкали ряды, поднимали мечи, но их усилия были тщетны. Мёртвые не знали усталости, не чувствовали боли. Они пробивали бреши в строю, рубили без разбора, их удары были быстры и точны.

Один из старших магистров, облачённый в позолоченные доспехи, выкрикнул приказ. Несколько магов атаковали дракона. Воздушные копья взмыли в воздух, но развеялись, не долетев и половины пути: пламя моего голема поглотило их, как соломинки.

Дракон взмыл вверх, затем резко обрушился вниз, ударив хвостом по группе солдат. Те разлетелись, словно сломанные игрушки в руках разгневанного ребёнка. Его когти вспороли землю, оставляя глубокие борозды, а крылья создавали вихри, сбивающие с ног.

Мёртвая армия продвигалась вперёд, шаг за шагом отвоёвывая территорию. Они не шли в атаку — они поглощали её. Каждый павший солдат узурпатора через мгновение поднимался, вставал в ряды моей армии и становился ещё одной трещиной в обороне противника, ещё одним шагом к победе.

Я стоял в тени, наблюдая за хаосом, который сам же и породил. В воздухе витал запах победы — горький, металлический, смешанный с гарью и кровью. Битва только началась, но исход её уже был предрешён.

В моей руке вспыхнул родовой клинок, магическая кольчуга заиграла яркими красками, переливаясь алыми и золотыми отблесками в свете пожара. Я вышел из тени деревьев и направился к группе магов, которые окружили себя стихийными щитами и успешно отбивались от натиска мёртвых воинов.

Дракон был занят — с рёвом уничтожал очередную установку для создания стационарного щита. Я периодически смотрел его глазами, отслеживая ситуацию на правом фланге, где основную ударную мощь нёс мой огненный союзник.

Мне же предстояло действовать на левом фланге. Сейчас нужно было устранить спонтанно организованную оборону — группу магов узурпатора, ставшую оплотом сопротивления.

Я не спеша приближался. Спешить было некуда: время теперь работало на меня. Маги, поглощённые отражением атак мёртвых, не обращали на меня никакого внимания. Досадно, что они упорно не замечали своего главного противника.

Воздушные серпы с пронзительным свистом врезались в стихийные щиты, разрывая их на куски. Мгновение — и толпа мёртвых воинов уже обрушилась на магов. Те даже не успели осознать, что произошло: мечи мертвецов сверкнули в воздухе, и последние защитники пали, не успев произнести ни единого заклинания.

Тишина, наступившая после их гибели, казалась почти осязаемой — словно тяжёлый бархат, опустившийся на поле боя. Лишь треск пламени да отдалённый рёв дракона напоминали: битва продолжается.

Я оглядел поле боя. Ряды мёртвой армии неумолимо продвигались вперёд, их шаги глушил пепел, покрывший землю. Вдалеке, за завесой дымной пелены, проступали очертания городских окраин — тёмные, призрачные, будто нарисованные углём на сером холсте неба.

Но мне туда не надо.

Туда утром пойдёт наша армия — во главе с Ли Юй и Еленой. Они войдут в город под звуки победных труб, с развёрнутыми знамёнами, в лучах восходящего солнца, занимая каждую улочку, выискивая и уничтожая оставшихся врагов Великих князей. А я… Я должен расчистить им путь. Должен уничтожить как можно больше солдат врага, чтобы их триумф не обернулся новой кровью.

В воздухе витал запах гари и озона — след моей магии, пропитавшей каждый клочок этой земли. Мёртвая армия двигалась словно единый организм: без криков, без суеты, лишь тихий звон оружия да шелест истлевших плащей. Они не знали страха, не ведали усталости — только волю, которую я в них вдохнул.

Дракон взмыл над полем, его крылья взметнули вихри пепла. Он издал протяжный рёв — не угрожающий, а словно подтверждающий: «Мы на верном пути». Я кивнул ему, хотя знал — он не видит. Это был жест скорее для себя, чем для него.

Пора было двигаться дальше. Впереди ждали новые щиты, новые заклинания, новые жизни, готовые оборваться. Но исход был предрешён. Я чувствовал это в каждом ударе сердца, в каждом ручейке маны, текущей по энергетическим каналам.

Город ждал. А я ждал момента, когда смогу наконец опустить клинок. Но не сейчас. Ещё не сейчас.

Чем дальше мы продвигались, тем ощутимее нарастало сопротивление. Армия узурпатора окончательно очнулась от шока первой атаки — командиры взяли ситуацию в свои руки, солдаты перегруппировались, а маги выстраивали многослойную оборону.

Мои мёртвые воины больше не могли беспрепятственно идти вперёд, сметая всё на своём пути. Раньше я восполнял потери за счёт павших противников, но теперь враг сжигал погибших, не позволяя мне поднимать новых бойцов. Каждый шаг давался всё тяжелее: то укреплённая позиция с группой магистров на возвышенности, то малый стационарный стихийный щит, сквозь который не пройти без разрушения, то умело расставленные ловушки, выкашивающие первые ряды.

Мне всё чаще приходилось вмешиваться лично. Родовой клинок сверкал в моих руках, рассекая щиты и плоть, потоки маны превращались в смертоносные клинки и вихри, срывающие защиту. Я пробивал бреши, через которые устремлялись мои воины, но цена каждого прорыва росла.

На правом фланге ситуация складывалась схожим образом. Дракон по-прежнему наводил ужас — его огненное дыхание выжигало целые участки обороны, а когти и хвост крушили укрепления. Но и ему приходилось трудиться без передышки: чтобы сломить сопротивление, он вынужден был полностью уничтожать противника, не оставляя ни единого шанса для пополнения моей армии.

Атака постепенно замедлялась. Ряды мёртвых редели, а восполнить их было неоткуда. Я ощущал, как темп боя падает, как каждый следующий рывок требует всё больших усилий.

Но это уже не имело значения.

План сработал. Враг был вынужден стягивать резервы, выводя их из города. Наши основные силы, ведомые Ли Юй и Еленой, получат именно то, ради чего я здесь: ослабленную, дезорганизованную оборону, измотанного противника, растратившего запасы маны и понёсшего потери среди самых опытных бойцов.

Я опустил клинок, давая себе короткую передышку. В воздухе висел густой смрад гари и крови; пепел кружился в тусклом свете луны. Где-то вдали слышались крики и грохот — битва продолжалась, но исход её был предрешён.

Пусть моя атака захлебнётся. Пусть мёртвая армия падёт до последнего воина. Главное уже сделано: путь расчищен.

Я достал амулет связи и вызвал Ли Юй.

— Как у вас дела? — спросил я уставшим голосом.

— Всё по плану, князь. Армия уже пришла в движение, через тридцать минут мы подойдём к точке планируемого прорыва, — тут же ответила Ли Юй.

— Хорошо. Можете ускоряться. Путь расчищен, — я отключил связь и пошёл вперёд, чтобы уничтожить очередную группу обороняющихся, где застопорились мои мёртвые воины.

Ближе к обеду мои атаки полностью заглохли. От армии мёртвых не осталось и следа — лишь пепел да обрывки истлевших плащей, развеваемые ветром. Солдаты узурпатора, потеряв большую часть стационарных щитов, отступили от границ города и заняли глухую оборону под оставшимися воздушными щитами. Их ряды уплотнились, солдаты выстраивали новые баррикады, а магистры заняли позиции на возвышенностях.

Я остановился, осознавая бессмысленность продвижения вперёд без поддержки обычной армии. Мой дракон уже давно развеялся — я упустил момент, разорвав с ним связь и прекратив подпитку маной. Теперь лишь едва уловимый след его огненного дыхания витал в воздухе, смешиваясь с запахом гари и пота.

Сказывалась усталость. Каждое движение давалось с трудом, будто тело налилось свинцом. И даже регенерация, работающая на поддержание тела, не могла восполнить утраченные силы.

— Ли Юй, как у вас дела? — я сел прямо на землю, опершись на родовой клинок. В голове гудело, перед глазами плыли тёмные пятна. Хотелось кофе. Хотелось спать. Хотелось просто закрыть глаза и ни о чём не думать.

— Продвигаемся по Москве. Основные силы ушли из города. Надеюсь, завтра к вечеру сможем полностью занять столицу и окружить дворец, — ответила девушка.

— Мне надо отдохнуть. Буду дома. Если что-то пойдёт не так, сразу поднимайте меня, — я встал и открыл портал в спальню замка.

— Хорошо, князь. Чуть позже мы с Еленой присоединимся. Мы тоже уже устали. Князья ушли на отдых, часть армии — тоже. Заняли пустые казармы на окраине: оттуда будем делать ротацию войск. Солдаты тоже уже валятся с ног, — произнесла Ли Юй и отключила связь.

Я вышел в спальне и направился в ванную. Набрал воду и, опустив своё уставшее тело в тёплую гладь, наконец расслабился. Только я закрыл глаза, как почувствовал лёгкое прикосновение.

Резко открыв глаза, я увидел: в воде рядом со мной сидели Ли Юй и Елена.

— Вы же собирались присоединиться позже? — удивлённо спросил я.

— Князь, уже прошло четыре часа после нашего разговора, — ответила Ли Юй, прильнув ко мне всем телом. Её волосы, влажные и блестящие, рассыпались по плечам, а в глазах мерцал отблеск приглушённого света.

Елена молча улыбнулась, проведя ладонью по моей руке. Вода мягко колыхалась, отражая дрожащие блики свечей.

— Время летит незаметно, когда каждый миг наполнен ожиданием, — тихо добавила она.

Я глубоко вздохнул, ощущая, как напряжение постепенно покидает мышцы. Усталость всё ещё давила на плечи, но присутствие этих двоих будто разбавляло тяжесть минувшего дня.

— Значит, планы изменились? — спросил я, стараясь уловить в их взглядах ответ.

Ли Юй приподняла бровь, её губы тронула лукавая улыбка:

— Иногда стоит позволить планам измениться самим.

Елена кивнула, подтверждая её слова, и в этом молчании я почувствовал нечто большее, чем просто усталость или облегчение. Это было мгновение, когда мир сузился до тёплой воды, приглушённого света и присутствия тех, кто разделил со мной этот путь.

Мы выбрались из ванны и встали под душ. Тёплые струи смывали остатки запаха гари и усталости, словно стирая следы минувшего боя. Ли Юй, быстро ополоснувшись, накинула халат и отправилась встречать слуг — те должны были принести ужин. Елена же осталась со мной.

Она взяла губку и налила на неё душистого мыла. Движения её были неторопливыми, почти ритуальными. Сначала — шея, где кожа впитала запах гари. Её пальцы скользили осторожно, но уверенно, смывая липкий пот и напряжение. Потом — руки, каждая вена, каждая напряженная мышца будто рассказывали ей историю прошедшего дня.

— Вы даже не представляете, князь, как сильно вы пахнете огнём, — тихо сказала она, проводя губкой по моей груди. — Как будто сами стали частью вашего дракона.

Я закрыл глаза, отдаваясь этим прикосновениям. Она отмывала меня не просто от грязи — от воспоминаний, от тяжести решений, от груза, который я нёс весь день.

Когда с мытьём было покончено, Елена обернула меня полотенцем и, словно ребёнка, провела к столу у окна.

Ли Юй уже ждала нас за накрытым столом. Слуги принесли жареных фазанов, свежие овощи, хлеб с хрустящей корочкой и кофе. Мы сели ужинать. Разговор шёл неспешный, без тревожных тем — только о мелочах: о тепле огня, о вкусе еды, о том, как странно тихо стало сегодня в замке и крепости.

Елена время от времени касалась моей руки, будто проверяя — здесь ли я, не ушёл ли мыслями обратно на поле боя. Ли Юй рассказывала что-то о солдатах, о том, как они смеются, впервые за много дней чувствуя близость победы.

После ужина мы переместились в спальню. Я лёг первым, всё ещё ощущая приятную слабость в мышцах. Елена устроилась рядом, её ладонь легла на моё плечо. Ли Юй погасила магические светильники и присоединилась к нам, прижимаясь грудью к моей спине.

В темноте, под мерное дыхание тех, кто разделил со мной этот день, я наконец позволил себе отпустить контроль. Завтра снова в Москву — продолжать то, что начато. Но сейчас… сейчас было только тепло, тишина и ощущение, что я не один.

Я перевернулся на спину и прижал девушек к себе, поглаживая их упругие ягодицы.

Сон пришёл незаметно, унося с собой последние обрывки тревог. Утро наступит рано. Но пока — мы могли отдыхать.

Глава 16

Подняли нас рано — у всех троих одновременно заработали амулеты связи. Я принял вызов первым.

— Слушаю, — сонным голосом ответил я.

— Князь, это Ярослав. У нас проблема, без вас мы не можем её решить. Трубецкой и Воротынский пытаются связаться с Ли Юй и Еленой, — в голосе Великого князя явственно звучала тревога.

— Ярослав, они рядом. Скажи уже князьям, что ты добрался до нас. И рассказывай, что случилось, — я окончательно стряхнул остатки сна и заговорил бодрее.

Из амулета послышался крик Ярослава: «Связался с князем!» — и вызовы на амулеты девушек тут же прекратились. Ли Юй и Елена придвинулись ближе, прижавшись ко мне, чтобы не пропустить ни слова.

— Мы наткнулись на хорошо организованную оборону. Войска узурпатора, которые ушли из города, чтобы противостоять тебе, теперь возвращаются в столицу и выстраивают защитные рубежи. Наши атаки теряют силу — солдаты устали. Пришлось временно прекратить наступление, чтобы дать людям передышку. Ждём вас. Без вашей помощи потери будут очень большими, — проинформировал Ярослав.

— Хорошо, будем в течение часа. Пусть пока все отдыхают. Да и вы тоже, — я отключил связь, легонько провёл ладонью по упругим ягодицам девушек и начал вставать с кровати.

Ли Юй и Елена последовали моему примеру. Первым приняв душ, я вызвал Машу:

— Маша, доброе раннее утро. Нам нужен завтрак в общую гостиную.

— Доброе утро. Как прикажите, князь. Двадцать минут, — коротко ответила она и отключилась.

Я наблюдал, как девушки неторопливо одеваются. В утреннем свете, пробивающемся сквозь тяжёлые шторы, их движения казались почти ритуальными — каждое действие выверено, каждое прикосновение к ткани словно наполнено смыслом. Ли Юй застёгивала пуговицы на рубашке с привычной грацией, а Елена аккуратно заправляла прядь волос за ухо, на мгновение задержав взгляд на своём отражении в зеркале.

В комнате царила тихая сосредоточенность — та особая атмосфера, которая возникает перед большим делом. Ни суеты, ни лишних слов. Только чёткие движения и приглушённые звуки одевания.

Через несколько минут мы втроём вышли из портала в общей гостиной. На большом дубовом столе уже дымился завтрак: горячий хлеб, ароматный мясной бульон, свежие овощи, каша, копчёное мясо и кофе. Мы ели быстро, но без спешки — каждый понимал: впереди долгий день, и силы понадобятся все до последней капли.

Когда тарелки опустели, я налил всем кофе, окинул взглядом своих девушек и произнёс:

— Сегодня надо захватить столицу и окружить дворец узурпатора.

Мы вышли из портала возле одного из городских околотков, где Великие князья организовали штаб. Вокруг было полно солдат и городовых, перешедших на сторону Великих князей.

— Доброе утро, князь Драгомиров, — раздался знакомый голос. Я обернулся.

Мой взгляд упёрся в судебного следователя Никифорова Николая Игнатьевича. Его лицо, обычно строгое и сосредоточенное, сейчас озаряла лёгкая улыбка.

— Доброе утро, Николай Игнатьевич. Не думал, что встречу вас здесь.

— Ну как же, князь, ведь я здесь работаю. Неужели вы забыли? — он слегка приподнял бровь.

Я огляделся. И вправду — это был тот самый околоток, где мы допрашивали студента, организовавшего ограбление хранилища артефактов в академии. Тогда он погиб: клятва стихий убила его, когда он по приказу Ли Юй нарушил её.

— К сожалению, почти забыл. Вроде это было не так давно, но в то же время кажется, что прошла вечность. Столько событий за столь короткое время, — я продолжал смотреть на Никифорова, но лезть в его мысли не спешил.

— Давно хотел поблагодарить вас, князь Драгомиров, — судебный следователь слегка поклонился.

— За что? — удивился я.

— За моих дочерей. Я ведь выяснил, кто похлопотал об их переводе в Императорскую академию и оплатил им полное обучение за все годы, — серьёзным, но тёплым голосом произнёс Никифоров. — Неужели вы думали, что такой профессионал своего дела не выяснит правды?

Я не удержался и проник в мысли Никифорова — хотелось понять, к чему он ведёт этот разговор.

Мои глаза невольно расширились от удивления. Никифоров, заметив это, расслабился и продолжил внимательно смотреть на меня.

«Ну наконец-то, князь. Я знал, что вы можете читать мысли, но призвать вас сделать это вслух не мог. Слишком много здесь шпионов „Ордена Чёрного пламени“. После нашей последней встречи и до сегодняшнего дня я вёл собственное расследование, выясняя, кто служит ордену. Таких оказалось много внутри столицы: и боярские роды, и княжеские, и очень много дворян, владельцы лавок, небольших магазинов… Даже есть один владелец отеля, где постоянно происходили собрания ордена. Вы всего лишь уничтожили одно крупное логово, подумав, что разбили орден. Но это не так. Их деятельность намного глубже. Именно поэтому Москва до сих пор не пала. Они отчаянно сопротивляются».

Я медленно отстранился от его мыслей, стараясь не выдать волнения. Всё это время я считал, что нанёс ордену сокрушительный удар, но реальность оказалась куда мрачнее.

Не раздумывая, я снова проник в сознание Никифорова.

«Благодарю за информацию, Николай Игнатьевич. Ваши сведения крайне ценны».

На этот раз глаза Никифорова расширились от искреннего изумления — о такой моей способности он не подозревал.

«Когда вам понадобится подробная информация, я предоставлю все свои записи — с фамилиями и доказательствами. Сейчас все документы надёжно спрятаны. Никто не знает, кроме вас, что я занимаюсь этим делом. Знайте: я на вашей стороне», — мысленно ответил он.

«Когда мы свергнем узурпатора, я сообщу истинному императору. Надо будет полностью уничтожить всех, кто причастен к ордену. И надежда только на вас, Николай Игнатьевич, на ту информацию, которую вы собрали», — ответил я, ощущая, как в груди разгорается холодная решимость.

Теперь картина становилась яснее — но от этого она не становилась проще. Орден пустил корни глубже, чем мы предполагали. Чтобы победить, нам придётся копать ещё глубже.

«Князь, начинать надо уже сейчас. С этой части Москвы, которая под вашим контролем, нельзя дать им шанса расползтись по стране», — продолжал Никифоров, не отводя пристального взгляда.

— Ли Юй, пройдите с судебным следователем в его кабинет. Я скоро присоединюсь к вам, — обратился я к девушке. — И найди Арсения.

— Сейчас всё сделаю, князь, — ответила Ли Юй. Взяв под руку Никифорова, она добавила: — Пойдёмте, Николай Игнатьевич, я сварю вам кофе.

Они направились к зданию околотка. Я задержался на мгновение, оглядывая суетящийся двор. Солдаты жгли костры, поджаривая мясо и разогревая консервы, городовые обыскивали пленных и уводили в подземные камеры околотка, посыльные метались между зданиями — обычная военная суета. Но теперь я видел её иначе: за каждым лицом мог скрываться шпион «Ордена Чёрного пламени».

Глубоко вдохнув, я двинулся следом. Время игр закончилось. Пора начинать охоту.

Я быстро нашёл Ярослава и Михаила. Они засели в большом зале околотка, где обычно проводили инструктажи для городовых. Окружённые князьями, они внимательно изучали карту Москвы, негромко переговариваясь и время от времени указывая на отдельные участки.

— Доброе утро, — я привлёк к себе внимание, и все сразу обернулись.

— Ну наконец-то, — с явным облегчением выдохнул Михаил, отступая от стола.

Я подошёл к карте. Плотный пергамент был испещрён пометками: красными крестиками отмечены очаги сопротивления, синими линиями — наши позиции, чёрными штрихами — предполагаемые укрепления врага. В углах листа виднелись торопливые заметки, схемы коммуникаций и расчёты времени.

— Рассказывайте, — коротко бросил я.

Началось долгое введение в курс последних событий. Ярослав, склонившись над картой, начал методично обводить ключевые точки:

— За последние часы ситуация существенно изменилась. Узурпатор ввёл в город остатки своей армии — около двадцати тысяч отборных воинов и магистров, включая остатки магического легиона, тяжёлой кавалерии и личной гвардии. Они вошли в столицу и уже закрепились в этих районах, — Ярослав последовательно ткнул пальцем в несколько точек на карте. — Они полностью отрезали нам путь к дворцу.

Михаил шагнул ближе, дополняя:

— Их маги установили три дополнительных стационарных щита. Мы не можем их пробить. Наши атаки не увенчались успехом. И ещё: в тылу, внутри города, начались диверсии. Мы уже запретили солдатам перемещаться малыми группами.

Елена, стоявшая рядом со мной, тихо уточнила:

— А что с нашими разведчиками? Есть данные о планах командования противника?

— Есть, но разрозненные, — покачал головой Ярослав. — Они действуют по заранее заготовленным сценариям. Каждый опорный пункт автономно, связь между ними минимальна. Это усложняет прогнозирование.

Я вгляделся в карту. Пятна вражеских позиций напоминали чёрные кляксы, растекающиеся по белому листу. Диверсии… Их точно организовывают слуги «Ордена Чёрного пламени» — те, о ком рассказал Никифоров.

— Что предлагаете? — спросил я, поднимая взгляд на собравшихся.

Михаил провёл ладонью по бороздкам на столе, словно стирая невидимые линии.

— Вариант первый: концентрированный удар по этому району, — он указал на чёрную метку. — Там их штаб. Если обезглавить командование, остальные начнут сыпаться. Но это дорого нам обойдётся.

— Вариант второй, — вступил Ярослав, — постепенное выдавливание. Берём квартал за кварталом, минимизируем потери, но затягиваем операцию.

В зале повисла тяжёлая тишина. Каждый понимал: любое решение будет иметь цену.

— Мне надо всё обдумать и поговорить отдельно с Великими князьями, — я оглядел остальных князей. Никто не высказал неодобрения, однако я решил объяснить причину: — Вскрылись факты, которые мешают нам быстро занимать город. Обсуждать это сейчас я пока не могу, но Великие князья должны знать. Чуть позже мы всё вам расскажем — так как потребуется ваша помощь.

Князья одобрительно загудели.

— А пока отдохните и выпейте кофе, уважаемые князья. Минут тридцать — сорок у вас есть, потом предстоит большая работа. Михаил, Ярослав, пойдёмте со мной и Еленой, — я направился в кабинет к Никифорову.

Войдя в его кабинет, я почувствовал аромат свежесваренного кофе. Ли Юй расстаралась и сварила его с большим запасом — чтобы хватило на всех. Когда она с помощью Елены разлила кофе по чашкам, мы уже расселись: Великие князья заняли кресла рядом с Арсением, а мы с девушками устроились на мягких стульях возле стола Никифорова.

— Итак, — начал я, — не знаю, успели ли вы познакомиться во всей этой суете: Ярослав и Михаил, это судебный следователь Никифоров Николай Игнатьевич — профессионал своего дела. Он помог нам в обнаружении последователей «Ордена Чёрного пламени», когда расследовал дело об ограблении хранилища артефактов в Императорской академии. — Я повернул голову к Никифорову: — А это, Николай Игнатьевич, Великие князья Ярослав и Михаил. Михаил, по согласию брата, будет новым императором Российской Империи.

Никифоров встал из-за стола и поклонился. Ярослав и Михаил тоже поднялись и слегка склонили головы в ответном жесте.

— Раз с формальностями покончено, перейдём к сути нашей встречи. Рассказывайте, Николай Игнатьевич. Будем решать, что делать, — я кивнул Никифорову, приглашая его начать рассказ.

Подробный рассказ о расследовании и выявлении причастных к «Ордену Чёрного пламени» занял минут двадцать. Никифоров излагал чётко, без лишних эмоций: называл фамилии, места встреч, схемы передачи информации, приводил доказательства — перехваченные письма, показания тайных свидетелей, результаты слежки. Каждая деталь складывалась в мрачную мозаику: орден полностью контролировал столичную жизнь.

— Папку со всеми доказательствами я могу передать вам сегодня либо по вашему требованию, — закончил Никифоров и внимательно посмотрел на Великих князей.

— М-д-а-а, — протянул Миша. — Что будем делать, Александр? Явно ты уже что-то придумал, раз собрал нас тут узким кругом.

Я кивнул:

— Ли Юй, Елена и Арсений со своими легионерами берут список фамилий у Николая Игнатьевича. Делятся на три группы. Им в придачу выделяем городовых и по князю с отрядом наших воинов во главе. Начинаем зачистку. Всех арестованных доставляем сюда и расселяем по камерам. — Я повернулся к Никифорову: — Сколько свободного места осталось в подземных камерах?

Судебный следователь улыбнулся:

— Ваше сиятельство, под этим зданием — настоящая подземная тюрьма, рассчитанная на содержание десяти тысяч человек.

— Ого! А зачем тут такая тюрьма? — невольно вырвалось у меня.

— Давным-давно, лет триста назад, эту тюрьму построил наш прапрадед. Сажал сюда всех подряд — начиная от мелких воришек и заканчивая пленными степняками. Но, насколько я помню, её уже очень давно не использовали, — задумчиво ответил Ярослав.

— Всё верно, кроме одного. Эту тюрьму использовали всегда — для предварительного заключения. Просто не все камеры. Но по распоряжению вашего отца она была полностью отремонтирована лет тридцать назад. Сейчас туда уводят пленных солдат узурпатора, так что камер хватит на всех с запасом, — добавил Никифоров.

В кабинете повисла тишина. Мы переглянулись: масштаб задачи стал очевиден.

— Значит, действуем так, — я обвёл взглядом собравшихся. — Ли Юй берёт северную часть города, Елена — южную, Арсений — центр. Каждая группа получает полный список и чёткие инструкции от Никифорова. Никаких самовольных расправ — только арест и доставка сюда. Городовые обеспечивают оцепление, княжеские отряды — силовое прикрытие.

Ярослав скрестил руки на груди:

— А если кто-то окажет сопротивление? А они его точно окажут.

— Тогда действуем по обстановке. Но приоритет — взять живыми. Нам нужны показания, цепочки, имена. Чем больше будет показаний, тем быстрее рухнет вся структура. Хотя многие будут под клятвой стихий, но и тут мы сможем решить проблему. Таких буду допрашивать я и Ли Юй, — сразу ответил я Ярославу.

— Сроки? — коротко спросил Михаил.

— Сейчас идём к князьям и коротко излагаем суть. Далее формируем отряды и начинаем. Я же займусь продолжением штурма города, — повернувшись к Никифорову, я спросил: — Николай Игнатьевич, можете по-быстрому составить списки для каждого отряда?

Никифоров достал из сейфа несколько листков и протянул мне:

— Здесь пять копий — только фамилии и адреса, ничего более. Составил сегодня утром, когда вы начали занимать город.

— Хорошо. Тогда за работу, — я мельком глянул на списки и отдал их Арсению.

Когда мы вернулись в зал к князьям, по их виду можно было сказать, что они уже нас заждались. В зале стояла гнетущая тишина, прерываемая лишь редким шорохом одежды.

— Заскучали? — улыбнулся я.

Князья сразу пришли в движение, вставая со своих мест и поглядывая на Никифорова.

Я коротко изложил суть проблемы и добавил:

— Нужны трое князей с отрядами, которые пойдут на помощь Ли Юй, Елене и Арсению. Остальные останутся со мной — мы продолжим штурм.

Князья переглянулись, и вперёд шагнули Голицын, Бельский и Одоевский.

— Отлично. Ли Юй, забирай князя Голицына. Елена — с князем Одоевским. Арсений — с князем Бельским, — я быстро распределил группы. — Остальное расскажите князьям сами.

Группы во главе с Никифоровым ушли. Я и Великие князья приблизились к карте столицы.

— Михаил, где, говоришь, у них штаб? — я ткнул пальцем в чёрную отметку на карте. — Здесь?

— Да. Там стоит один из дополнительных стационарных щитов, — ответил Михаил.

— А где Лапа и его разведка? — я поднял глаза на Мишу.

— Они ушли вот сюда, — Миша ткнул пальцем в другую точку на карте, практически возле императорского дворца.

— Хм… А зачем они туда пошли? — мне стало интересно, так как логики в действиях Лапы я не увидел.

— Не знаю. Связи с ними нет уже очень давно, — тихо ответил Миша.

Плохо. Очень плохо. Я закрыл глаза и сосредоточился, пытаясь найти Лапу. Спустя десяток секунд магия природы нашла его для меня. Он и его отряд двигались по каким-то туннелям глубоко под землёй.

— Сейчас вернусь, — сказал я присутствующим и открыл портал к отряду Лапы.

Я вышел возле Лапы — они уже ждали, увидев открывающийся портал.

— Лапа, ты чего сюда забрался? Мы вообще где? — я огляделся.

Вокруг — какие-то странные катакомбы, а передо мной — измученные, но довольные лица Лапы и его разведчиков.

— Я знал, что вы найдёте нас, князь, — Лапа заулыбался во весь рот, и его люди тут же подхватили настроение, расплывшись в улыбках.

— Становится интересно. Расскажешь, зачем мы тут? — во мне разыгралось любопытство.

Лапа достал небольшую карту и, подсветив её магическим фонарём, молча ткнул пальцем в точку на пергаменте.

Я внимательно посмотрел на указанную отметку, затем поднял глаза на довольное лицо Лапы.

— Ты уверен? — удивлённо спросил я.

— Сто процентов. Но, зная вашу силу, князь, я думаю, вам стоит проверить. Вдруг мы всё-таки промахнулись, — серьёзно произнёс Лапа.

Я активировал поисковое заклинание стихии Земли. Тёплая волна энергии растеклась от ладоней, проникла в каменные своды, устремилась вглубь, ощупывая каждый сантиметр породы. Секунды тянулись, пока я не почувствовал знакомое пульсирующее эхо.

— Нет, не промахнулись, — наконец произнёс я, открывая глаза. — Как ты нашёл эти катакомбы?

— Случайно, — Лапа ткнул пальцем в стоящего рядом разведчика. — Это Серый нашёл эту карту сегодня рано утром. Мы вломились в одну лавку, торгующую старинными книгами, когда прятались от солдат узурпатора. А Серый у нас — любитель всяких карт. Пока там сидели, он перерыл весь шкаф со старыми картами и нашёл эту. Серый убедил меня, что надо проверить, тем более вход в катакомбы, судя по этой карте, был не слишком далеко. Ну, мы и пошли проверить — десять минут роли нам не играли. Но каково было наше удивление, когда мы действительно нашли ловко замаскированный вход! Причём, судя по всему, его не открывали очень и очень давно. Я сообщил Михаилу, куда мы направляемся, и… всё. В катакомбах связь пропала.

— Всё верно, Лапа. Связи тут не будет. Тут всё исписано защитными рунами, — я взял у него магический фонарь и, создав небольшой огненный шар, сжёг мох на ближайшей стене. — Сам посмотри.

На стене, там, где я сжёг мох, красовались руны — выцветшие, но отчётливо различимые, сплетённые в сложный узор.

— Сколько ещё идти до дверей? — отвлёк я Лапу от созерцания рун.

Лапа снова посмотрел на карту:

— Минут пять ходу.

— Пошли.

Лапа кивнул и устремился вперёд. Я и его отряд двинулись следом.

Туннель сужался, воздух становился гуще, пропитанный запахом сырости и древнего камня. Каждый шаг отдавался глухим эхом, будто подземелье дышало вместе с нами.

Через несколько минут впереди показались кованые двери, увитые теми же рунами, что и стены. Они выглядели так, словно выросли из самого камня.

— Вот они, — прошептал Лапа, подходя ближе. — Мы не ошиблись.

Я приблизился к дверям, провёл ладонью по холодной поверхности. Руны засияли тусклым светом, откликаясь на моё прикосновение.

— Да, — тихо произнёс я. — Это то, что нам нужно. Значит, план меняется, — я повернулся к Лапе. — Возвращаемся. Сейчас же.

Глава 17

Прежде чем открыть портал, я повернулся к разведчикам:

— Слушайте меня внимательно. Никому об этой находке не говорить. Сейчас мы начали зачистку от служителей «Ордена Чёрного пламени» — я не хочу, чтобы случайно до них дошла эта информация.

Разведчики как один поклонились. Все они служили моему роду и все принесли клятву стихий — но лучше лишний раз предупредить. Пока не ясно, сколько слуг ордена затесалось в ряды наших солдат. Может, их там и нет вовсе, но лучше перестраховаться.

— Лапа, отправлю тебя и твой отряд… — я протянул руку. — Дай карту.

Лапа достал карту и протянул мне. Я поднёс её к магическому фонарю в его руках:

— Отправлю вас вот сюда. Посмотри там обстановку и сообщи мне. Хочу атаковать этот район. Там стоит стационарный щит — проверь, но не лезь туда. Потом двинешься сюда, к дворцовой площади. Мне надо точно понимать, куда развивать удар. Я один, девушки заняты зачисткой слуг ордена, так что сам понимаешь — удар будет в одном направлении. — Я вернул карту.

— Хорошо, князь. Всё сделаем в лучшем виде. Ждите новостей, — Лапа слегка поклонился.

Я открыл портал в переулок, где никого не было.

— Тихий переулок, в радиусе двухсот метров никого нет. Вперёд, — скомандовал я, и разведчики вошли в портал.

Следом я открыл новый и вернулся в зал к князьям.

— Вы где пропали, князь? — спросил Мишка.

— Надо было срочно поговорить с Лапой. Он сейчас будет вот здесь. Поднимайте армию. Как только Лапа подтвердит данные, атакуем этот район, — я ткнул пальцем в чёрную метку, где, по словам Михаила, располагался штаб узурпатора. Князья сразу потянулись на выход. Остались только Ярослав и Михаил.

— Рассказывай, — Михаил внимательно посмотрел на меня.

Я накрыл нас куполом, через который невозможно подслушать. Научился делать такой по примеру артефакта «обезьянки» у Егорыча.

— Что вы знаете про катакомбы под дворцом? — спросил я у Великих князей.

— Знаем, что такие есть. В этих катакомбах — родовое хранилище нашего рода. Но вход в них только из дворца. Дед, а потом отец пытались их исследовать, чтобы составить полную карту, но затея не увенчалась успехом. Отец рассказывал, что он, уже после смерти деда, как-то раз блуждал по ним целую неделю. Говорит, ходил по кругу, каждый раз возвращаясь к выходу во дворец, — отвечая, Ярослав внимательно смотрел на меня.

Интересно. Может, это какие-то другие катакомбы? Хотя вряд ли. Возможно, там есть какой-то секрет, который не смогли разгадать ни дед, ни отец Ярослава и Михаила.

— Ладно, гадать можно долго, но факт есть. Лапа и его группа случайно нашли очень старую карту этих катакомб. А потом мы нашли дверь во дворец. Я точно не могу сказать, где именно она открывается во дворце, так как, чтобы её открыть, мне придётся её взломать и наделать шума. Так что взламывать я её буду, когда мы очистим Москву и окружим дворец. Защита на двери сложная, но мне её взломать намного проще, чем пройти через ворота, — пояснил я Великим князьям.

— Отведи нас туда. Возможно, мы сможем открыть её или хотя бы доберёмся до родового хранилища, — тут же попросил Михаил.

Было бы сказано — я тут же открыл портал к дверям в катакомбах. Теперь сделать это для меня не составило труда. Хоть руны и блокировали открытие порталов в катакомбах, но их я спокойно проходил — моей силы хватало.

Мы вышли возле дверей. Ярослав сразу подошёл к ним и внимательно осмотрел.

— Впервые вижу эти двери. Это точно другие двери, которыми мы ни разу не пользовались, — уверенно произнёс Ярослав.

Он положил руку на дверь — и руны засияли тусклым светом.

— Миша, иди сюда, попробуй. Может, с учётом перстня власти руны откликнутся. На меня никакой реакции, — Ярослав отодвинулся в сторону, пропуская Михаила.

Но и на прикосновения Миши руны лишь тускло засветились.

— Нет, не реагируют. Этот проход… он какой-то странный. Наш род им точно не пользовался.

— Ладно, давайте возвращаться. Заниматься сейчас переводом рун нет времени. Ломать сейчас двери тоже не имеет смысла, пока не освободили Москву от «Ордена Чёрного пламени», — я открыл портал назад в зал околотка.

Но Ярослав и Михаил не спешили уходить.

— Оставь нас здесь, походим, поищем родовое хранилище, — попросил Ярослав.

— Нет. Сейчас есть другие дела. Потом заберём у Лапы карту, захватим дворец — и бродите здесь сколько вашей душе угодно, — категорически отказал я.

Ярослав и Михаил переглянулись и, понурив головы, пошли в портал. Да, я понимал их желание попасть в родовое хранилище, но оставлять их тут одних я не буду ни в коем случае.

Только мы вернулись, как у меня заработал амулет связи.

— Слушаю.

— Князь, воздушный стационарный щит большой мощности. Большое скопление солдат. Штаб. И самое интересное — тут изменённые! И их очень много! — взволнованно доложил Лапа.

— Уходи оттуда, двигайся на вторую точку. Оттуда сделаешь доклад, потом я открою вам портал для возвращения сюда, — приказал я Лапе и отключился.

— Что там? — спросил Мишка, увидев мой взгляд, в котором читалась тревога.

— Изменённые… Как они здесь появились? Тёмный маг решил принять участие в битве? Или это какие-то остатки от армии Бокеевых? — вывалил я кучу вопросов — скорее для себя, чем для Великих князей.

Достав амулет связи, я вызвал Ли Юй:

— Как дела?

— Всё нормально, начали аресты. Скоро будут первые доставленные в околоток, — ответила Ли Юй.

— Будь осторожна. Лапа нашёл изменённых. Если встретишь тёмного мага, сразу зови меня. Не вступай с ним в бой — он тебе не под силу, — предупредил я Ли Юй.

— Всё поняла, князь, — Ли Юй отключилась.

Следом я вызвал по очереди Елену и Арсения, предупредив об изменённых и тёмном маге.

В зал потянулись князья.

— Мы готовы к атаке, — сообщил князь Трубецкой.

— Хорошо. Я тоже получил информацию, и она вас не порадует, — глянув на напрягшихся князей, я продолжил. — Лапа нашёл изменённых возле штаба, куда я планирую нанести удар. Так что надо предупредить солдат и командиров.

— Откуда они тут⁈ — удивился князь Оболенский. Впрочем, удивлены были все.

— Если бы я знал, князь. Если бы знал, — задумчиво ответил я. — Но сейчас это не важно. Пойдёмте. Пора начинать.

Мы двигались к штабу противника, зачищая мелкие улочки. Отдохнувшие солдаты под руководством князей действовали быстро и слаженно, захватывая дом за домом, улочку за улочкой. Основная часть населения ещё вчера покинула эту часть столицы. Но некоторые боярские семьи закрылись в своих домах. Однако по первому требованию князей открывали ворота и разрешали провести обыск.

Пока всё шло хорошо, но чем ближе мы приближались к штабу, тем больше встречали сопротивления. Сначала это были лишь разрозненные группы солдат при поддержке магов — они пытались задержать нас, атакуя заклинаниями из окон верхних этажей. Наши солдаты и маги быстро зачищали такие мелкие группы, особо не тратя на них времени.

Затем на перекрёстке у старой часовни мы столкнулись с первым серьёзным заслоном. Три десятка солдат, укрывшихся за баррикадами из опрокинутых телег и булыжников, встретили нас плотным огнём из пулемётов. Их поддерживали два старших магистра, накрыв солдат сдвоенным воздушным щитом.

— Всем отойти на безопасное расстояние! — скомандовал я.

Князья мгновенно передали приказ. Солдаты заняли позиции, прикрываясь обломками стен и перевёрнутыми повозками. Я двинулся вперёд, не боясь погибнуть или получить ранения от пуль. Моя магическая кольчуга вместе с браслетом «Единства стихий» легко выдерживала обстрел.

Выйдя на открытое пространство, я бросил стену огня. Этого хватило, чтобы снести щиты старших магистров и разнести в клочья устроенные баррикады.

Солдаты, оставшиеся в живых после моего удара, кинулись врассыпную, но старшим магистрам я такого шанса не дал. Воздушные серпы снесли их магические кольчуги вместе с головами.

Мы двинулись дальше, но теперь каждый шаг давался тяжелее. Улицы становились шире, дома — выше, а сопротивление — организованнее. На крышах мелькали фигуры магистров, из боковых проходов то и дело вырывались небольшие отряды, пытаясь ударить во фланг.

— Они стягивают силы к штабу, — заметил Долгоруков. — Чувствуют, что мы близко.

— Именно так, — кивнул я.

Мы продвигались вперёд, методично выбивая заслоны. Каждый перекрёсток превращался в мини-битву: короткие стычки, обмен заклинаниями, стремительные магические атаки. Потери были, но не критические — наши командиры действовали чётко, солдаты держались стойко, прикрываемые стихийными щитами.

Армия подошла к небольшой площади, накрытой стационарным воздушным щитом. Его переливающаяся поверхность — сине-фиолетовая, с прожилками багрового пламени — дрожала в воздухе, словно натянутая над площадью гигантская мыльная плёнка. Крайнее пятиэтажное здание, судя по всему, использовали под штаб: окна на верхних этажах были забраны стальными решётками, а с крыши свисали чёрные знамёна — символ «Ордена Чёрного пламени».

Вся площадь была огорожена баррикадами, усиленными каменными стенами, созданными с помощью стихии Земли. Массивные глыбы, словно выраставшие из мостовой, образовывали лабиринт узких проходов. По всему периметру стояли пулемёты на укреплённых позициях, а между ними — изменённые вместе с обычными солдатами и магистрами. Изменённых было даже больше, чем обычных людей.

— Откуда их здесь столько? — удивлённо прошептал князь Оболенский, невольно сжимая рукоять меча. — И смотрите, они все уже усиленные. В замках Бокеевых таких изменённых было намного меньше.

— Вы правы, князь, — согласился с Оболенским Долгоруков. Его голос прозвучал немного нервно. — Эти твари ещё и в несколько раз сильнее обычных. Ни один не дрогнул при нашем появлении.

— Приготовьтесь. Как только я сломаю щит, магистры должны уничтожить пулемёты, ну а дальше — по обстоятельствам, — приказал я. — Хотя…

Я задумался. А смысл бросаться на пулемёты и баррикады, да ещё и драться с изменёнными? Маны у меня достаточно, значит, пора выпускать голема.

— Уважаемые князья, прошу всех отойти подальше, чтобы вас не зацепило, — я обернулся к князьям и улыбнулся. — Сейчас вы увидите во всей красе моего замечательного дракона.

Пока я говорил, в руках уже сконцентрировалась мана — гудящая, пульсирующая энергия, которую я еле сдерживал. Ладони пылали, а воздух вокруг меня задрожал, словно от жара раскалённой печи.

Подняв руки, я выпустил эту энергию. И моментально над площадью начал формироваться мой огненно-воздушный голем — мой дракон.

Пламя вспыхнуло в воздухе, обретая черты. Воздушные потоки, перемешиваясь с огнём, сформировали крылья, тело, вытянутую шею. Через минуту над площадью раздался громкий рык — звук, от которого заложило уши и задрожали стёкла в дальних домах. Дракон, спикировав вниз, атаковал воздушный щит.

Я знал, что его огненный смерч не сломает щит, поэтому сразу помог ему, нанеся по щиту мощный удар воздушными серпами.

Щит дрогнул, пошёл трещинами и лопнул, как хрустальная ваза, упавшая на каменный пол. Ослепительная вспышка озарила площадь, а затем — тишина, нарушаемая лишь шипением остывающего камня и тяжёлым дыханием дракона, парящего над площадью.

Дракон, услышав мой мысленный приказ: «Сжечь всё!» — начал новую атаку.

Голем превратил небольшую площадь в огненный ад. Его пасть раскрылась, извергая поток пламени, от которого воздух раскалился до предела, а камни под ногами начали раскаляться до красна. Стихийные щиты, которые ставили магистры, не выдерживали напора огненной струи — они трещали, покрывались паутиной трещин и рассыпались в прах. Люди и изменённые, едва успев вскрикнуть, превращались в обугленные силуэты, а затем — в пепел, подхваченный вихрями пламени.

Я добавил хаоса в творящийся на площади кошмар. Мои руки метали огненные стены, которые с грохотом обрушивались на баррикады, разнося их в щепки и сжигая тех, кто пытался спрятаться. Каменные стены, которыми были усилены баррикады, я просто снёс — взмахнул рукой, и глыбы рассыпались, как карточные домики, под натиском силы моей стихии Земли.

Сила кипела во мне, бурлила в жилах, требовала выхода — и я не сдерживал себя. Активировав на максимум магическую кольчугу и добавив воздушный щит, я шагнул на площадь.

— Князь, куда⁈ Там же просто огненный котёл! — услышал я крик Долгорукова, но его голос потонул в рёве пламени и грохоте разрушений.

Я только прибавил шаг, врываясь в это адское пекло. Жар лишь немного обжигал лицо, воздух был пропитан гарью и запахом сгоревшей плоти, но защитный барьер вокруг меня выдерживал натиск огня. Родовой меч вспыхнул в моей руке — древнее лезвие, покрылось всполохами огня и разрядами молний. Я направился к штабу, к самому сердцу вражеской обороны.

Дракон продолжал заливать площадь огнём — его крылья рассекали воздух, создавая вихри, которые разносили пламя ещё дальше. А я шёл, невозмутимый и неумолимый, добивая по пути изменённых, которые ещё были живы. Их металлические глаза горели ненавистью, но даже их сверхчеловеческая сила не могла противостоять мне.

Ворвавшись в штаб, я начал зачистку — этаж за этажом, комната за комнатой. Двери срывались с петель от одного взмаха руки, стены трескались под ударами стихии, а враги падали, не успев даже поднять оружие.

Воздушные серпы летели в разные стороны, рассекая врагов на части с леденящим свистом. Мой меч рубил тех, кто вставал передо мной — сталь пела в бою, жадно поглощая жизнь. Каждый шаг сопровождался криками, треском ломающейся мебели и звоном разбитого стекла. Я не останавливался, не замедлялся — я был воплощением гнева, карающей дланью, обрушившейся на врагов.

В воздухе висел густой дым, сквозь который пробивались отблески пламени. Запах крови смешивался с гарью, а на площади слышались глухие взрывы — это дракон добивал остатки сопротивления.

Не знаю, сколько прошло времени — в этом алом мареве боя время теряло смысл. Когда последний крик затих, в здании остались лишь мёртвые. Тишина, густая и липкая, опустилась в коридоры, но я знал: она будет недолгой.

— Восстаньте! Служите мне — и я прощу вас, отпустив ваши души, — прошептал я, выпуская поток маны.

Энергия хлынула по этажам, проникая в остывающие тела. И мёртвые зашевелились.

Сначала — едва уловимое движение пальцев. Затем — судорожный подъём туловища. Кости хрустели, срастались с мерзким щелчком; разорванные мышцы натягивались, словно струны. Тела вставали — неуклюже, механически, но неумолимо. Они поднимали оружие, их пустые глаза вспыхивали тусклым огнём покорности. Изменённые скребли когтями по полу, извиваясь в судорогах возрождения, ожидая моего приказа.

Я вышел из здания. Дракон, мой огненный страж, уже рвался вперёд — его крылья вздымали тучи пепла. Я двинулся следом, и с каждым шагом моя власть росла. Мана струилась из ладоней, поднимая обугленные трупы изменённых. Они вставали, присоединяясь к шествию, и моя армия увеличивалась — молчаливая, жуткая, непобедимая.

На мгновение я обернулся. Князья застыли на краю площади — их силуэты казались чёрными пятнами на фоне пылающих руин. Они не решались двинуться следом. В их позах читалась не просто осторожность — страх.

— Вперёд! Освободим город! — мой крик разорвал тишину, и армия мёртвых устремилась вперёд.

Они бежали, обгоняя друг друга, их движения были рваными, но стремительными. Они рвали вражеских магистров, убивали солдат узурпатора, шли вперёд — неудержимо, как лавина. А я поднимал и поднимал мертвецов, увеличивая свою армию. Каждый труп становился моим мечом, моим щитом, моим голосом в этой симфонии разрушения.

Дракон сжигал баррикады, уничтожал заслоны — мы двигались следом, и улицы за нами превращались в кладбище, оживающее по моей воле.

Я остановился, достал амулет связи и вызвал Долгорукова:

— Идите следом. Не лезьте вперёд. Проверяйте дома, зачищайте улицы, — голос звучал холодно, без тени сомнения. Я не стал ждать ответа — сразу отключил связь.

А моя армия, как цунами, становилась больше, мощнее, быстрее. Она поглощала пространство, превращая город в свою вотчину.

Мы вышли на площадь перед дворцом. Я снова достал амулет:

— Князь, окружайте дворец. Я иду дальше. Пусть часть армии идёт за нами — проверяет улицы и дома.

Я не услышал ответа — но почувствовал, как Долгоруков принял мой приказ. Его воля дрогнула, подчиняясь моей.

И тут я осознал: что-то не так.

Моя сила словно сорвалась с цепи — она больше не служила мне. Она пожирала меня, впитывала мою волю, заменяя её голодом, жаждой уничтожения. Я жаждал убить всех врагов, превратить их в часть своей непобедимой армии — но это желание уже не было моим. Оно пришло извне, из глубин древней магии, которую я пробудил.

— Вперёд, мои воины!!! — закричал я.

Голос прозвучал чуждо — низкий, рычащий, безумный. Я не узнал его. Но мне это понравилось. Понравилось ощущение абсолютной власти, вкуса крови на языке, восторга от разрушения.

Мёртвые взревели — их крики слились в единый рёв, наполняя меня безумной энергией, жаждой крови. Их воля стала моей, а моя — их. Мы превратились в единое целое — машину смерти, которую уже невозможно остановить.

Где-то глубоко внутри я понимал: это конец. Но уже не мог остановиться.

Глава 18

Мы шли вперёд, сметая врагов. Я поднимал мёртвых — одного за другим, превращая их в послушных воинов…

«Нет! Не воинов — рабов! Они мои рабы, навеки!» — мысль ударила, как молот.

Мы вышли из города. Луна ярко освещала мою мёртвую армию, молчаливую, жуткую.

«Где дракон?..»

Связь оборвалась. Голем рассеялся, словно его и не было.

Зачем он мне? — прошептал внутренний голос. — У меня есть они.

Я смотрел на свою армию под луной — безмолвную, покорную. И всё же… их было ничтожно мало. Что такое двадцать тысяч? Когда мне нужны сотни тысяч!

«Слишком мало для целого мира. Но я знаю, где взять ещё».

Мой взгляд устремился к городу — к тысячам живых, которые скоро станут частью моей армии.

Шаг вперёд — и вся орда двинулась следом.

И тогда сквозь гул чужих мыслей прорвался голос Юнь Си:

— Хватит! Остановись!

Резкий, как пощёчина. Я почти увидел её — с этим упрямым блеском в глазах.

— Не дай стихии Духа подчинить тебя! — её слова били наотмашь. — Ты сам станешь рабом!

А потом — другой голос. Тихий, вкрадчивый:

«Она противна. Мерзка. Не слушай её».

Я сжал кулаки. Перед глазами мелькнуло: Юнь Си в Пекинском разломе, запах свежесваренного кофе…

— Сражайся, демиург! — её голос стал твёрже. — Подчини её! Заставь служить тебе!

«Нам нужны рабы. Нам нужен этот мир», — шипела стихия.

В этот миг передо мной открылись два портала. Из них шагнули две фигуры — две девушки, чьи образы я хранил в сердце.

«Сделай их рабынями», — вкрадчиво прошелестел голос стихии. — «Любовь — слабость. Они используют тебя».

Я замер.

— Саша, остановись, — тихо сказала одна из них. Её слова эхом отозвались в памяти. — Ты не этого хотел. Отпусти их. Мы любим тебя.

Воздух сгустился, будто застыл между мирами — между безумием власти и тихим голосом разума.

— Саша, остановись, — повторила вторая девушка, и в её взгляде было столько боли, что внутри что-то треснуло. — Ты не этого хотел. Отпусти их. Мы любим тебя.

«Любовь — слабость…» — прошипела стихия, но её шёпот уже не заполнял меня целиком

Я закрыл глаза. Перед внутренним взором пронеслись картины: первые дни с Еленой, путешествие на поезде, её руки, протягивающие чашку кофе… Ли Юй, наша первая встреча, её платье. Тепло. Забота. Их любовь ко мне, и моя к ним.

«Сделай их рабынями, — шептала стихия Духа. — И ты получишь всё, что только захочешь. Любовь рабов к своему хозяину. Такая сладкая, вкусная, преданная».

— Нет, — прошептал я. Сначала тихо, потом громче: — НЕТ!

Голос прорвался сквозь туман одержимости, как клинок сквозь паутину. Я распахнул глаза.

— Я — не твоя марионетка! — крикнул я в пустоту, обращаясь то ли к стихии, то ли к самому себе. — Ты не будешь мной править!

Тишина.

«Я уже правлю тобой, ты просто ещё не понял», — шептала стихия.

Перед глазами встали родители — мама, отец, а следом дед с моими братьями и сёстрами. Вся моя родня окружила меня. Они смотрели на меня, и в их глазах была любовь ко мне.

«Сражайся, внук, подчини эту силу себе», — дед посмотрел на меня и улыбнулся, как улыбался всегда, когда у меня что-то получалось.

Рывок. Словно невидимая цепь, обвивавшая душу, лопнула с оглушительным звоном. Мир на мгновение почернел, а потом…

…Я очнулся.

Не на поле за городом. Не среди мёртвой армии.

В своей спальне.

Открытые шторы и окна. Запах дерева и свежескошенной травы. Щебет птиц. Солнечные лучи встающего солнца падали на кровать.

Я лежал в объятиях своих любимых девушек. По обе стороны от меня — они. Елена, её ладонь на моём запястье, как оберег. Ли Юй, её рука лежала у меня на груди, словно следя за моим дыханием и биением сердца.

Я пошевелился.

— Ты вернулся? — прошептала Елена. В её глазах стояли слёзы, но на губах дрожала улыбка. — Мы ждали.

— Мы верили, — услышал я с другой стороны голос Ли Юй и повернул к ней голову. Она тоже плакала.

Я попытался сесть. Тело было тяжёлым, словно после долгой болезни, но внутри… внутри разливалась непривычная лёгкость.

— Что… что произошло? — голос звучал хрипло, будто я долго кричал в пустоту.

— Ты сражался, — ответила Елена, осторожно касаясь моего лица. — С самим собой. И победил.

За окном — рассвет. Не лунный, мертвенный свет, а живое, розовое утро. Где-то вдали слышался смех детей, лай собаки, скрип телеги. Жизнь.

Я глубоко вдохнул.

— Больше никогда, — сказал я тихо, но твёрдо. — Никогда снова.

Ли Юй переплела свои пальцы с моими. Елена накрыла наши руки своей ладонью.

И в этот момент я понял: сила — не в том, чтобы подчинять. Сила — в том, чтобы оставаться собой. Даже когда мир зовёт к тьме. Даже когда стихия шепчет: «Возьми всё».

Я закрыл глаза, впитывая тепло их рук, запах утреннего ветра и тишину, которая больше не была пустой. Она была полна жизни.

— Спасибо, — прошептал я. — За то, что вернули меня.

Они ничего не ответили. Просто придвинулись ближе, и в этом молчании было больше слов, чем во всех заклинаниях мира.

И снова сон. Или не сон? Я стоял в горах на большой поляне, покрытой густой сочной зелёной травой.

— Приветствую тебя, старший демиург, — услышал я знакомый голос и обернулся.

Юнь Си опустилась на одно колено и склонила голову.

От неожиданности я открыл глаза. Я всё ещё лежал в объятиях девушек. Во мне снова бурлила сила, но уже не так, как раньше. Теперь я полностью контролировал её. Я сосредоточился, пытаясь обследовать свою энергетическую структуру и ядра.

Моментально полностью проснувшись, я резко встал, разбудив девушек.

— Что случилось? — с тревогой в голосе спросила Ли Юй.

— Всё в порядке, Ли Юй. Теперь всё в полном порядке, — я улыбнулся.

Мои ядра слились в одно большое ядро. Мои энергетические каналы… их больше не было. Теперь всё моё тело стало одним сплошным энергетическим каналом.

Я стал старшим демиургом.

Встав, я направился в ванную. Быстро умывшись, я активировал браслет «Единства стихий», создав на себе красивый, удобный костюм.

— Я скоро вернусь. Собирайтесь, у нас много дел, — нежным голосом произнёс я, глядя на красивые тела моих любимых девушек. — Попросите Машу сделать нам плотный завтрак — я очень хочу есть.

Открыв портал, я вышел на поляну возле жилища хранителя леса.

— И чего ты припёр… — хранитель резко замолчал и опустился на одно колено; рядом с ним встала его подруга, хранительница леса.

— Приветствуем вас, старший демиург этого мира, — они склонили головы.

— Встаньте, друзья мои, — улыбнулся я. — Я пришёл к вам за советом.

Хранитель и хранительница поднялись. В их глазах я читал неподдельное уважение, смешанное с благоговейным трепетом. Они не притворялись — их покорность шла из глубины души, от осознания новой реальности, в которой я стал центром мироздания этого мира.

— Говорите без страха, — добавил я мягко, стараясь смягчить торжественность момента. — Для меня вы по-прежнему друзья, а не подданные.

Хранитель переглянулся с хранительницей. Она едва заметно кивнула, словно давая ему молчаливое одобрение. Он выпрямился и произнёс:

— Мы рады служить вам, но признаемся: нас тревожит грядущее. Равновесие мира хрупко, а сила, которой вы теперь владеете… она требует мудрого управления.

Я кивнул, понимая его опасения.

— Именно поэтому я здесь. Мне нужен ваш опыт, ваши знания, как защитить этот мир и не повторить ошибок демиургов вашего мира. Я не намерен править через страх — только через понимание и гармонию.

Хранительница шагнула вперёд. Её голос звучал тихо, но твёрдо:

— Тогда начните с того, что услышьте голоса леса. Они расскажут вам больше, чем любые книги.

Я закрыл глаза, сосредоточился и ощутил, как мир вокруг оживает. Шепот листьев, дыхание земли, пульс корней — всё слилось в единую симфонию, которую я теперь мог слышать и понимать.

— Спасибо, друзья мои, я ещё вернусь, — я посмотрел на улыбающихся хранителей и, создав портал, вернулся в спальню, где девушки уже одевались.

Я смотрел на своих любимых и думал: если бы их не оказалось рядом, что произошло бы? Создал бы себе огромную армию мёртвых и захватил мир? Уничтожил бы всё живое и сделал всех своими бездушными рабами?

Не знаю. И знать не хочу.

— Мы готовы, — голос Елены выдернул меня из раздумий.

Я кивнул, и Ли Юй открыла портал в общую гостиную.

Слуги уже накрыли стол — для нас троих.

— А где остальные? — удивился я.

— Все в Москве, — ответила Ли Юй. — Занимаются поисками и арестами слуг «Ордена Чёрного пламени». Никифоров отдал Великим князьям большую папку с фамилиями и доказательствами. Там огромный объём работы. Ну и армия охраняет окружённый дворец. Узурпатор и часть ордена засели там. А пробить защиту дворца нам не под силу. Мы с Еленой пробовали — безрезультатно.

— Хм… Столько событий… А сколько времени я… — Я замолчал и поочерёдно посмотрел на девушек.

— Трое суток, — ответила Елена. — Мы думали, ты умрёшь… — По её щекам снова покатились слёзы.

Я встал, обнял девушку и поцеловал её в губы. Подошёл к Ли Юй и сделал то же самое.

— Теперь всё будет хорошо. Пусть не сразу, но я разберусь со всеми проблемами, — сказал я, вернулся на своё место и приступил к завтраку.

Мы завтракали в тишине. Говорить не хотелось — всё уже было сказано.

Мы вышли из портала прямо возле городского околотка, где был развёрнут наш штаб. Едва солдаты заметили меня, как тут же расступились — не просто отошли в сторону, а буквально отпрянули, будто от прокажённого. Я ощутил их страх кожей: липкий, холодный, почти осязаемый. Он висел в воздухе, смешиваясь с запахом пота и оружейной смазки.

Они боялись меня. Боялись так, что даже взгляды старались не поднимать, лишь искоса, украдкой, бросали на меня полные ужаса взгляды. Некоторые, пятясь, спотыкались о ящики с боеприпасами для пулемётов, другие судорожно сжимали рукояти мечей — не для защиты, а чтобы хоть за что-то ухватиться.

«Ладно, — подумал я, сглатывая горький комок в горле. — Со временем их страх пройдёт. По крайней мере, я на это надеюсь».

В первую очередь я направился к кабинету Никифорова. Постучал. Из-за двери донеслось сдержанное:

— Войдите.

Я распахнул дверь — и Никифоров вздрогнул так резко, что чернильница на его столе едва не опрокинулась. Его пальцы, только что спокойно листавшие документы, судорожно сжались в кулаки. Глаза расширились, на мгновение в них вспыхнул тот же первобытный ужас, что и у солдат внизу.

Он тоже боялся меня.

— Николай Игнатьевич, — начал я, подбирая слова с мучительной осторожностью, — я понимаю, что напугал всех своим… — пауза, тяжёлый вдох, — своим поведением. Но теперь всё в прошлом. Вам не стоит меня бояться.

Он натянуто улыбнулся — улыбка вышла кривой, неестественной, словно маска, которую надели наспех. Но уже через секунду в его взгляде проступила настороженность — не такая слепая, как у солдат. Прогресс.

— Николай Игнатьевич, вы не против, если я сделаю нам кофе? — проворковала Елена, входя в кабинет с лёгкой грацией, от которой даже у меня сердце сжалось.

Лицо Никифорова мгновенно смягчилось.

— Конечно, уважаемая Елена! Вы варите чудесный кофе. Я буду вам очень признателен… А то уже вторые сутки здесь, — он провёл рукой по лицу, и я впервые заметил, насколько он измотан: под глазами — тёмные круги, седина на висках блестит от пота.

— Вам надо отдохнуть, Николай Игнатьевич, — мягко добавила Ли Юй, подходя ближе. — Ваша работа никуда не денется.

Я внутренне улыбнулся: Никифоров буквально растаял от их слов. Даже его настороженность ко мне растворилась, как дым на ветру.

— Как продвигаются аресты? — спросил я как можно спокойнее, стараясь, чтобы голос звучал ровно, без намёка на ту бурю, что бушевала внутри.

Никифоров глубоко вдохнул, выпрямился — и вот он уже снова судебный следователь, человек дела, привыкший держать ситуацию под контролем.

— Всё отлично, князь, — в его голосе зазвучала твёрдость. — Почти всех смогли взять сразу. Но некоторые успели сбежать из города. Великие князья наделили меня полномочиями, и я объявил всех сбежавших в розыск. На имущество по всей Российской империи наложен арест. Так что будем ловить.

Он говорил уверенно, даже с тенью гордости, но я видел: за этой бравадой — усталость, граничащая с отчаянием.

— Отлично, Николай Игнатьевич. Это хорошие новости, — Елена протянула мне кружку с кофе, аромат которого мгновенно заполнил комнату, и поставила вторую перед Никифоровым. — Когда вы планируете начать допросы? — поинтересовался я.

— Уже начал. Тех, у кого есть клятва стихий, оставляю на потом, — ответил он, машинально касаясь пальцами края кружки, словно проверяя, не горячий ли.

— Сообщите мне, когда потребуется наша с Ли Юй помощь, — я поставил пустую кружку на столик и поднялся.

Никифоров тоже встал — и поклонился. Не формально, не по уставу, а с тем особым почтением, которое рождается не из страха, а из уважения.

— Я сообщу, ваше сиятельство.

От судебного следователя мы отправились в общий зал, где собирались князья. Я внутренне сжался, готовясь к настороженным взглядам и опасливому полукругу — к тому, что все будут шарахаться, едва я переступлю порог.

Но реальность оказалась… иной.

Князья оказались не робкого десятка. Едва я вошёл, разговоры смолкли — не от страха, нет. От восхищения. В глазах собравшихся не было и тени того животного ужаса, что я видел у солдат. Напротив — в каждом взгляде читалось глубокое, почти благоговейное уважение. Они смотрели на меня не как на угрозу — как на силу, которую наконец-то узрели во всей мощи.

И первым ко мне шагнул Голицын.

— Князь, ну и страху вы на всех нагнали! — он по-дружески приобнял меня за плечи, и в его голосе не было ни капли насмешки — только искренний восторг. — Сам я не видел, но солдаты рассказывали… Когда армия мертвецов повернулась назад к городу, они в штаны наделали.

Он рассмеялся — громко, раскатисто, и этот смех подхватили остальные. Напряжение лопнуло, как мыльный пузырь, и зал наполнился одобрительными возгласами.

— Говорят, у вас глаза были как у мертвецов, такие же жуткие, — продолжил Голицын, но в его тоне не было осуждения — лишь восхищение. — Будто сама Смерть смотрела вашими глазами.

— Да что там глаза! — вмешался Долгоруков, шагнув ближе. Его обычно сдержанное лицо пылало от возбуждения. — Вы, князь, когда со мной по амулету связи говорили… Голос был как из могилы. Меня аж пробрало всего до костей. Честное слово, я тогда подумал: «Я говорю со своей Смертью».

Князья вокруг закивали.

Я оглядел их — этих закалённых в битвах, привыкших к власти и крови людей — и понял: они не боялись. Они признавали.

— Вы показали нам, что значит истинная сила, — произнёс Трубецкой, поднимая кружку с кофе. — Не та, что в мече или указе, а та, что в самой сути.

— Мы знали, что вы могущественны, — подхватил Оболенский, — но не представляли, насколько.

В их словах не было лести — только трезвое осознание. Они видели то, чего не могли понять обычные люди: я перестал быть просто князем. Я стал для них почти богом. Хотя они и не знали, но по сути я и есть теперь бог — старший демиург, архимаг, которому подвластны стихии в любых их проявлениях. Я мог творить и создавать. Но пока не умел управляться с той мощью, которую получил. Нужны тренировки, нужен опыт. Но у меня вся жизнь впереди.

Голицын хлопнул меня по плечу ещё раз — на этот раз крепче.

— Теперь весь вопрос в том, куда вы эту силу направите. Но одно ясно: с вами мы победим.

И в этот момент я осознал: страх — это слабость. А уважение — сила. Та, что объединяет.

Ко мне подошли Великие князья, стоявшие в стороне.

Мишка обнял меня и шепнул на ухо:

— Ты как, мой друг?

— Всё отлично, Миша, — так же тихо ответил я.

Он отошёл в сторону, а Ярослав чуть склонил голову, признавая мою силу.

— Князь, что будем делать со штурмом дворца? — спросил Ярослав.

— Будем брать, но сначала я его внимательно осмотрю. Возможно, в наш план придётся внести коррективы, — я внимательно посмотрел на Великих князей. — Я сообщу, когда буду готов обсудить детали.

Михаил повернулся к остальным князьям:

— Давайте продолжим работу. Итак, мы остановились на том, что нам необходимо продолжить поиски спрятавшихся солдат и магистров узурпатора, а также аресты тех, кто служит «Ордену Чёрного пламени».

Михаил подошёл к столу, и князья вернулись к обсуждению рабочих задач по восстановлению порядка в Москве.

Ярослав же приблизился:

— Ты стал другим, князь.

Он внимательно смотрел мне в глаза.

— Ты прав, Ярослав… — я чуть помедлил, но решил сказать ему правду. — Я стал старшим демиургом.

Глаза Ярослава расширились от удивления.

— Михаилу можешь сказать, но остальным пока не стоит этого знать, — я улыбнулся.

Ярослав кивнул и пошёл к столу.

Я повернулся к девушкам, которые стояли рядом и всё слышали. Думал, они будут задавать вопросы, но по их скучающему виду понял: они уже знали. Ведь мои красавицы сами были младшими демиургами — кому, как не им, постоянно находящимся рядом со мной, знать, какими теперь силами я обладаю?

Глава 19

Мы вышли из зала и пошли по коридору. В самом конце, возле лестницы, я остановился. Внутри нарастала тревога — неявная, но настойчивая, словно зудящая нотка на грани сознания, мешающая сосредоточиться. Я потянулся к амулету связи — и в этот миг пришёл вызов.

— Слушаю.

— Князь, нужна помощь, срочно! — голос Вэй Чжэньлуна дрожал от напряжения, что я сразу всё понял.

— Пекинский разлом? — уточнил я.

— Да! — выдохнул он. — У нас большие потери. Мы полностью потеряли пещеру. Держимся пока в крепости, но силы на исходе. Я не успею перекинуть армию — да и толку от неё не будет. Там три монстра невиданной силы. Старшие магистры не могут нанести им урон: пули отскакивают от брони, мечи, накачанные маной, не берут. Комендант крепости доложил: из двух тысяч солдат в живых осталось от силы пятьсот. Охотники покидают разлом. Император отдал приказ — если мы не удержим крепость, взорвать туннель. Но это не поможет. Лишь задержит монстров, пока они не пробьют новый проход.

Вэй говорил быстро, сбивчиво, почти задыхаясь. Я слышал отдалённый грохот, крики, лязг металла — фон хаоса, в котором он пытался удержать контроль.

— Хорошо, Вэй. Сейчас буду, — коротко бросил я и отключил связь.

— Опять прорыв? — тихо спросила Ли Юй.

Я утвердительно кивнул, уже формируя портал в крепость Пекинского разлома.

То, что мы увидели, не было похоже ни на один из предыдущих прорывов. В Карельском разломе и в Сибирском монстры высокого уровня гнали перед собой более мелких, попутно уничтожая тех, кто не успевал убежать. Здесь всё было иначе.

Монстры действовали не как толпа обезумевших тварей, а как единый механизм, поделённый на три армии. Каждая управлялась своим генералом, и у каждого были свои солдаты — монстры.

Три генерала-монстра не просто возглавляли орды — они были этими ордами, воплощая три стихии разрушения.

Первый — громоздкая туша высотой в десять метров, словно высеченная из базальтовых скал. Его тело состояло из наслоённых каменных плит, скреплённых пульсирующими жилами расплавленной магмы. При каждом шаге земля вздрагивала, а из трещин в его броне вырывались клубы едкого пара.

Вместо рук — массивные кристаллические клешни, способные раздробить крепостные стены. На спине — гряда острых минеральных шипов, из которых время от времени выстреливали раскалённые осколки.

Его «армия» — похожая на ожившие куски лавы — двигалась синхронно, как звенья цепи. Они не бежали — перетекали, заполняя пространство, словно живая лава.

Второй — тонкий, почти изящный по сравнению с первым, но от этого не менее жуткий. Его тело напоминало переплетение шёлковых нитей, постоянно меняющее форму: то вытягиваясь в десятки щупалец, то сворачиваясь в кокон, из которого вырывались облака ядовитой пыльцы.

«Кожа» из живых нитей могла разделяться на тысячи тонких волокон, проникающих в малейшие щели, — через них он контролировал своих подчинённых. Глаза — восемь фасеточных сфер, вращающихся независимо, следящих за полем боя со всех сторон.

Его «армия» — насекомые-мутанты: гигантские осы с жалами, источающими паралич, и пауки, плетущие липкие сети из той же шёлковой субстанции. Они двигались бесшумно, окружая жертв, как туман.

Третий — самый отвратительный из троих. Его тело — колышущаяся масса разлагающейся плоти, где кости и органы плавали в вязкой зеленоватой жиже. Он не шёл — переливался, оставляя за собой след из пузырящейся слизи, от которой трава чернела и ломалась.

Из его тела периодически вырывались «брызги» инфицированной материи, превращающиеся в новых монстров — уродливых гибридов зверей и людей.

Рот — воронка из сросшихся челюстей, способная всасывать целые группы солдат, перемалывая их в биомассу.

Его «армия» — бывшие люди и животные, чьи тела мутировали под действием его токсинов. Они ползли, цеплялись за стены, карабкались друг на друга, создавая живую волну разложения.

Их взаимодействие было пугающе слаженным — будто три части единого организма, где каждый генерал выполнял свою роль в симфонии уничтожения.

Мы стояли на крепостной стене, разглядывая этих монстров. К нам подбежал Вэй Чжэньлун. Его ярко-красный артефакторный доспех был настолько заляпан грязью и копотью, что выгравированные на нём драконы практически скрылись из виду. Меч в руках Вэя покрывала вязкая жижа — судя по всему, кровь монстров-мутантов третьего генерала.

— Князь, откройте портал! Я перекину сюда ещё двадцать тысяч воинов. Они собрались на территории клана, — запыхавшись, быстро произнёс Вэй.

— Ли Юй, открой портал. А я пока спасу вон ту группу солдат, которая пытается пробиться к крепости, — я указал рукой на окружённых бойцов, отчаянно отбивавшихся от наседающих монстров.

Ли Юй кивнула и устремилась вниз со стены. Вэй побежал следом. Этот старик порой удивлял меня: то прикидывался немощным, то демонстрировал чудеса храбрости и силы.

Как только Ли Юй открыла портал, из него тут же хлынули воины клана. Они занимали стены крепости, на ходу устанавливали новые пулемётные расчёты и открывали огонь по наседающим монстрам.

Я открыл портал и переместился к отчаянно сражающимся солдатам. Сразу создал большой воздушный щит, накрывший всю группу.

— Уходите в портал! Он ведёт на территорию крепости, — приказал я.

Солдаты поспешили выполнить приказ. А я остался в окружении монстров.

Магическая кольчуга работала на полную мощность. Браслет «Единства стихий» формировал дополнительную броню, облегая тело красивым костюмом. Мой воздушный щит выдерживал натиск — даже эти страшные, невиданные для данного разлома твари не могли его пробить.

У меня нарастало тревожное ощущение: это лишь пробная атака перед куда более масштабным вторжением. В памяти вспыхнул мой сон — бесчисленный поток монстров, сотни тысяч… На мгновение меня охватил ледяной ужас, и вновь возникла гигантская тень, заслонившая всё вокруг.

Чудовище. От одного его вида разум отказывался верить в реальность происходящего. Его глаза — два бездонных колодца тьмы — пристально смотрели на меня. И в этом взгляде читалось недвусмысленное обещание: «Ты следующий».

Я вздрогнул — видение рассеялось, растворилось, будто его и не было.

Монстры облепили воздушный щит, царапали его, пытались добраться до меня. Я огляделся, спокойно прикидывая, какие действия предпринять дальше.

Солдаты клана «Лунвэй» успешно отразили атаку монстров у стен крепости. На подмогу прибыли многочисленные магистры и старшие магистры — они накрывали огнём обширные участки, методично выжигая тварей.

Заклинания стихии Воды рвали лавовых монстров на куски: ледяные копья пронзали раскалённую броню, а водяные вихри, врезаясь в огненные тела, вызывали оглушительные взрывы пара. Воздух наполнился шипением, вонью горелой плоти и грохотом обрушающихся каменных фрагментов.

Оборона крепости устояла — но главная угроза оставалась. Три колоссальных генерала-монстра по-прежнему держались на почтительном расстоянии. Они не вступали в бой лично, лишь холодно и расчётливо направляли свои орды на штурм.

Пора было принимать решение — и действовать без промедления. Но прежде мне нужно было понять: откуда взялись эти твари?

Были ли они порождением стражей, частично подчинённых тёмным магом? Или где-то там, в недрах разлома, он создал собственную кузницу монстров — инкубатор чудовищ, питаемый чёрной магией?

Я сосредоточился, всмотрелся в каменного генерала. Его громада, высеченная будто из базальтовых пластов, казалась не просто телом — монолитом воли. Я попытался проникнуть глубже: коснуться его сознания, прочесть мысли, выяснить путь, которым они пришли.

Ничего.

Пустота. Не отсутствие мыслей — а целенаправленное отсутствие. Как если бы кто-то намеренно стёр все следы, оставив лишь один вектор, один импульс:

«Уничтожить крепость. Идти дальше. Захватывать территорию».

Методично. Неумолимо. Без колебаний.

Я отступил из этого ментального контакта, ощутив холод — не физический, а тот, что проникает в самое ядро духа. Это не были дикие твари, пошедшие в атаку по прихоти инстинкта. Это были орудия. Инструменты воли, лишённые сомнений и страха.

И тот, кто их создал, знал, как управлять не только телом, но и сознанием.

Тёмный маг… Значит, ты снова набрал силу после нашего боя. И, похоже, даже стал сильнее. Но и я стал сильнее. А значит, рано или поздно мы встретимся — и сразимся снова.

Я открыл портал и вернулся на стену крепости.

— Что теперь? — спросила меня Елена.

Я пожал плечами:

— Всё как обычно: уничтожим монстров — и вернёмся в Москву. У нас там ещё дворец не захвачен.

— Приказывайте, демиург, — произнёс Вэй Чжэньлун.

Я перевёл на него взгляд:

— Ты уже всё сделал, Вэй. И сделал очень хорошо. Вы удержали крепость, не отдали монстрам разлом. Остальное я сделаю сам — вместе с Еленой и Ли Юй. Кстати, Вэй… Ты ещё не знаешь, но они стали младшими демиургами.

У Вэя расширились глаза — удивление вспыхнуло в них ярким огнём. Он медленно перевёл взгляд на девушек, и в его взгляде появилось нечто новое: не просто уважение, а почти благоговейное осознание. Теперь он видел их иначе — не как моих любовниц и сильных старших магистров, а как почти равных мне по мощи, как носителей той же силы, что и я.

На мгновение воцарилась тишина, нарушаемая лишь отдалённым грохотом боя и шипением испаряющейся монстровой крови на раскалённых камнях.

Затем Вэй склонил голову — не формально, а с искренним почтением:

— Это… великая честь для клана «Лунвэй». Я горжусь, что стою рядом с вами.

Елена слегка улыбнулась, а Ли Юй лишь кивнула — сдержанно, как и всегда.

Я посмотрел вниз, на поле битвы, где три генерала-монстра по-прежнему держали основные свои армии в резерве.

— Пора заканчивать, — сказал я твёрдо. — Елена, Ли Юй — вы готовы?

Обе девушки выпрямились, и в их глазах вспыхнули искры силы — той самой, что только что признал Вэй.

— Готовы, — ответила Елена, и её голос прозвучал как звон клинка, выходящего из ножен.

Ли Юй молча подняла руку — в ладони зародилась пульсирующая сфера чистой энергии.

Я глубоко вдохнул, ощущая, как внутри разгорается пламя моей силы.

— Тогда начнём. Для начала пустим големов проредить ряды монстров. Вам необходимо продолжать поглощать силу. Пусть и чужую, но её поток будет слабым — вы сможете преобразовать её и поглотить без ущерба для себя.

Девушки кивнули, и под стенами крепости стали воплощаться их големы.

Ли Юй отпустила сферу с маной — та аккуратно спустилась на землю, а вокруг неё заклубилась серая дымка. Постепенно сквозь туман проступили очертания огромного скорпиона. Он поднялся, с силой вгоняя мощные лапы в землю. Изогнутый хвост, увенчанный жалом с расплавленным ядром, взлетел вверх, пульсируя багровым светом. Сквозь пластины брони заструились клубы дыма; внутри голема вспыхнул яростный огонь, а из пасти вырвался огненный вздох.

Пальцы Елены озарились мягким изумрудным светом, в глазах заплясали крошечные вихри энергии. Земля у стен крепости задрожала. Из трещин в каменном покрытии потянулись струйки тумана, сплетаясь в причудливые узоры. Постепенно сквозь дымку проступили очертания: огромный паук впился острыми когтями в землю, оставляя глубокие борозды. Хитиновые пластины на его спине засияли тёмно-зелёным и бронзовым отливом.

Два голема — Скорпи и Пушистик — замерли на мгновение, затем развернулись к наступающей орде. Они были готовы рвать монстров, отдавая силу убитых тварей своим хозяйкам.

В воздухе вспыхнул ослепительный огненный шар — не просто пламя, а сгусток первозданной стихии, пульсирующий в унисон с моим сердцем. Из его недр, словно из жерла вулкана, начал проявляться силуэт моего дракона. Ветер взвыл, ворвался в пещеру, сливаясь с пламенем в диком танце стихий. Казалось, сама материя пространства переплавлялась, выковывая это создание.

Спустя мгновения, которые растянулись в вечность, мой дракон вознёсся над крепостью — не просто поднялся, а явился, как воплощение высшей силы. Он преобразился до неузнаваемости: теперь это был не просто голем, а истинный страж старшего демиурга.

Его тело налилось мощью, став в разы крупнее. Могучие крылья, подобные штормовым облакам, развернулись во всю ширь, закрывая свод пещеры. Каждое перьевидное пламя на их кромках пылало собственным, независимым огнём. В распахнутой пасти сверкнули клыки — не просто острые, а словно выкованные из металла, способные дробить камень и сталь. Когти на лапах, похожие на изогнутые клинки, излучали жар, от которого воздух дрожал и искажался.

Сила моего голема возросла многократно — теперь она не просто подчинялась законам магии, а переписывала их. Это больше не был обычный огненно-воздушный голем, извергающий пламя по воле заклинателя. Передо мной парил истинный повелитель стихий, чьё существование само по себе было вызовом хаосу.

Он мог не только жечь — он мог уничтожать. Одним взмахом крыла рассекать пространство, одним ударом когтя дробить броню монстров, одним рыком сотрясать основы реальности. Его пламя теперь не просто обжигало — оно выжигало саму суть противника, оставляя после себя лишь пепел и тишину.

И в этом величии, в этой необузданной мощи я чувствовал не просто силу — я чувствовал ответственность. Ведь теперь мой голем был не просто оружием. Он был отражением моей воли, моего статуса, моего долга как старшего демиурга.

Солдаты в крепости замерли, пулемёты стихли — все взоры обратились на моего дракона. Время словно остановилось: даже вой ветра и рёв монстров смолкли, поглощённые величием этого мгновения.

Мой голем парил над крепостью, словно живое воплощение небесного гнева. Каждое его движение излучало не просто силу — власть. Пламя, струящееся вдоль чешуи, не просто горело — оно пульсировало, подчиняясь биению невидимого сердца, а в глубине зрачков тлел огонь, в котором можно было разглядеть отблески иных миров.

Солдаты, ещё минуту назад сжимавшие оружие в дрожащих руках, теперь стояли, заворожённые. Кто-то опустился на колени, кто-то прошептал молитву стихиям — но в глазах каждого читалось одно: надежда. Даже ветераны, видавшие десятки битв, не могли скрыть благоговейного трепета. Этот дракон не был просто оружием — он был знамением.

Я чувствовал, как их взгляды, полные веры и страха, сплетаются в единый поток, подпитывая моего голема. Его мощь росла не только от моей воли — она питалась их надеждами, их отчаянной жаждой победы.

Дракон распахнул крылья, и тень его накрыла не только крепость, но и поле боя, где замерли монстры. Казалось, сама земля дрогнула, признавая его превосходство. Из его пасти вырвался не просто огонь — а вихрь пламени, который, коснувшись первых рядов врагов, превратил их в мерцающие угли.

В этот миг я понял: битва ещё не закончена, но её исход уже предрешён. Мой дракон — творение старшего демиурга — не просто сражался. Он судил.

И когда его громогласный рёв разорвал тишину, генералы-монстры, наконец, дрогнули. Я улыбнулся. Они ещё не знали, что самое страшное ждёт их впереди.

— Елена, Ли Юй, ваш выход. Отправляйте големов в атаку. Дракон пока не будет вмешиваться. Вам нужна сила — а здесь вы можете получить её в достаточном количестве, — произнёс я, мысленно приказывая дракону оставаться над крепостью.

Девушки синхронно вскинули руки, и в тот же миг их творения рванули вперёд с бешенной скоростью.

Пушистик Елены метнулся сквозь ряды монстров, словно изумрудный вихрь. Его восьминогие шаги выбивали облака пыли, а хитиновые пластины вспыхивали тёмно-зелёным и бронзовым отливом при каждом движении. Он не просто атаковал — он играл с жертвами.

Резкий прыжок — и паук накрывает группу монстров раскидистыми лапами, опутывая их огненной паутиной. Сеть мгновенно вспыхивает, превращая тварей в корчащиеся факелы. Следующий взмах когтей — и ещё трое монстров разрываются на части, их останки падают на землю дымящимися клочьями. Пушистик издаёт тихий щелчок жвалами — и из его пасти вырывается широкая струя мощного пламени, превращающая ближайших противников в обгорелые статуи, которые тут же рассыпаются в пепел от дуновения ветра.

Скорпи Ли Юй действовал иначе — как неумолимая машина разрушения. Его массивные клешни сверкали расплавленным золотом, оставляя в воздухе дымные следы. Хвост с жалом ритмично вздымался и обрушивался вниз, каждый удар сопровождался глухим хрустом ломающихся костей и воплями умирающих монстров.

Он не отступал ни на шаг — лишь продвигался вперёд, методично расчищая путь. Одна клешня хватает монстра, сжимая до треска панциря, вторая — рассекает следующего пополам. Жало на хвосте вспыхивает багровым светом — и при ударе выпускает волну пламени, которая прожигает плоть насквозь, оставляя после себя лишь дымящиеся дыры. Скорпи не тратил лишних движений — каждый его жест был отточен, смертоносен, безупречен.

Поле боя превратилось в адский калейдоскоп: изумрудные вспышки паучьего пламени переплетались с золотыми всполохами скорпионьих ударов; воздух наполнился шипением кислоты, треском ломающегося камня и воплями умирающих тварей.

Елена сосредоточенно вела руками, словно дирижёр чудовищного оркестра. Её пальцы светились изумрудным сиянием, синхронизируя каждое движение Пушистика. Ли Юй стояла неподвижно, но в её глазах пылал огонь — она чувствовала каждый удар Скорпи.

Големы не просто сражались — они усиливали своих хозяек. С каждым уничтоженным монстром Елена и Ли Юй становились сильнее. И чем сильнее становились девушки, тем сильнее становились их големы.

Монстры пытались сопротивляться — бросались на големов целыми волнами, но каждый натиск лишь усиливал их противников. Это была не битва — это был ритуал поглощения.

Я наблюдал за этим танцем разрушения, чувствуя, как энергия битвы пульсирует в воздухе. Елена и Ли Юй не просто управляли своими созданиями — они становились с ними единым целым. Их сила росла с каждой секундой, и я знал: когда големы завершат свою работу, младшие демиурги выйдут из этой битвы куда более могущественными, чем прежде.

Глава 20

Солдаты на крепостных стенах уже перестали стрелять. Замерли, притихли, лишь перешёптывались, не отрывая глаз от чудовищного, завораживающего зрелища — от бойни, которую устроили големы девушек.

Мой дракон продолжал парить под самым сводом огромной пещеры Пекинского разлома, словно огненный страж на небесном посту. Время от времени он наклонял голову, и из его пасти вырывался вихрь пламени, испепеляя тех немногих монстров, что сумели прорваться сквозь линию обороны големов. Но основное поле боя принадлежало теперь Пушистику и Скорпи — их танец разрушения достиг апогея.

И вдруг — миг, когда всё изменилось.

Елена и Ли Юй одновременно вздрогнули. Их руки, до этого уверенно направляющие големов, дрогнули и безвольно опустились. Лица побледнели, глаза затуманились от потока чужеродной силы, которая, вместо того чтобы подчиняться, взбунтовалась внутри них.

Я рванулся вперёд — успел в последний момент. Подхватил обеих, прежде чем их колени коснулись камня. Аккуратно опустил на холодный пол крепостной стены, прислонив спинами друг к другу.

— Держитесь, — прошептал, прикладывая ладони к их лбам.

Моя энергия потекла сквозь них, сканируя состояние. Пульс — бешеный, но ровный. Энергетические каналы — перегружены, но целы. Регенерация работала на полную мощность, переплавляя хаос в порядок, превращая поглощённую силу монстров в их собственное могущество.

Я облегчённо выдохнул.

Сила монстров всё ещё бурлила в них — я чувствовал это: волны энергии, то вздымающиеся, то опадающие, словно прилив и отлив в неведомом океане. Но постепенно хаос успокаивался. Чужая мощь переставала быть чуждой — она вливалась в их ядра, оседала в каналах, становилась частью их сущности.

Елена вздохнула, её пальцы слабо дрогнули. Ли Юй медленно приоткрыла глаза — в них уже не было тумана, лишь отблески той силы, которую они только что укротили.

— Вы справились, — тихо сказал я. — Теперь вы сильнее.

Они переглянулись — и в этом взгляде читалось всё: боль, усталость, триумф.

Над крепостью, в клубах дыма и пепла, мой дракон издал торжествующий рёв. Он знал: следующий этап уже близок.

Големы девушек замерли — словно куклы с оборванными нитями. И монстры, уловив миг слабости, ринулись вперёд лавиной: плотная, рычащая, шипящая масса, похожая на приливную волну, накрывающую беззащитный берег.

Они вгрызались в хитиновые пластины Пушистика, разрывая их когтями и жвалами. Ядовитые плевки оставляли на его теле дымящиеся раны, а десятки лап тянули его вниз, пытаясь опрокинуть. Паучья сеть больше не вспыхивала огнём — она вяло обвисла, бесполезная, как мокрые нити.

Скорпи пытался отбиваться: клешни ещё смыкались, дробя черепа, хвост взметался, пронзая тварей жалом. Но удары становились всё медленнее, всё не увереннее. Монстры лезли поверх его спины, впивались в стыки брони, раздирали пластины, добираясь до пульсирующей сердцевины голема.

Девушки, прислонённые к стене, пытались сосредоточиться — их пальцы дрожали, пытаясь восстановить связь. Но без ядра стихии Духа их сила была ограничена. Они могли направлять, но не вдыхать жизнь. Их големы оставались механизмами, требующими непрерывного управления, в отличие от моего дракона — живого воплощения моей воли, способного действовать самостоятельно, черпать силу из самой сути старшего демиурга.

Я видел, как Пушистик рухнул на передние лапы, его глаза погасли, а из трещин в броне сочился тусклый свет. Скорпи, окружённый плотным кольцом монстров, сделал последний рывок — и замер, его клешни бессильно опустились.

Генералы-монстры взревели от триумфа — их рёв раскатился по пещере, словно громовые раскаты. В этом звуке слились злорадство, первобытная ярость и предвкушение лёгкой добычи. Они уже видели победу: два обездвиженных голема, из которых сочилась тускнеющая энергия

Я лишь улыбнулся, наблюдая, как генералы-монстры, оправившись от первого потрясения, вновь бросают свои орды на штурм крепости. Их рёв разносился по пещере, наполняя воздух вибрацией первобытной ярости. Они ещё не понимали, что миг их триумфа обернулся началом конца.

Солдаты клана «Лунвэй» ожили: с громкими возгласами кинулись к пулемётным расчётам. Орудия застрекотали, извергая потоки пуль, которые впивались в наступающую массу монстров, разрывая плоть и дробя хитин. Магистры, выстроившись вдоль стен, разом вскинули руки — и над полем боя вспыхнули разноцветные всполохи: огненные шары, воздушные серпы, каменные копья, вырастающие из земли. Магия стихий обрушилась на врагов, превращая битву в калейдоскоп ослепительных эффектов и оглушительных взрывов.

Я поднял голову и встретился взглядом со своим драконом. Его глаза — два огненных солнца — горели в полумраке пещеры. В этом взгляде читалась не просто готовность к бою, а понимание. Мы были единым целым, и слова не требовались.

— Убей всех мелких монстров. Генералов пока не трогай, — мысленно приказал я.

Дракон рыкнул — негромко, но так, что вибрация прошла сквозь кости. В следующее мгновение он спикировал вниз, словно комета, оставляя за собой шлейф пламени. Когда он раскрыл пасть, из неё вырвался не просто огонь — а огненный смерч, вихрь, пожирающий всё на своём пути.

Монстры, только что рвущиеся к стенам, превратились в мечущиеся факелы. Их крики слились в единый вопль ужаса, но дракон уже взмыл вверх, оставляя за собой полосу выжженной земли и обугленных останков.

Я стоял, впитывая силу погибших существ. Для меня, в отличие от девушек, это был лишь тоненький ручеёк — едва ощутимый приток энергии, который тут же растворялся в моей сущности, добавляя крохи мощи. Но даже эти крохи имели значение. Каждая капля силы, каждый отголосок чужой гибели укрепляли меня.

Дракон, безукоризненно выполняя мой приказ, парил над полем боя — не просто летал, а танцевал среди хаоса. Его движения были отточены до совершенства: взмах крыльев — и он уже в другом конце пещеры; резкий крен — и смертоносный залп пламени обрушивается на очередную группу монстров.

Он уничтожал методично, без суеты, словно выполнял рутинную работу. Огненные вихри вырывались из его пасти, превращая тварей в обугленные статуи. Когти рассекали воздух, оставляя за собой кровавые следы. Хвост, гибкий и стремительный, бил с точностью плети, выбивая из строя самых настырных противников.

Генералы-монстры, осознав угрозу, попытались достать его. Один взметнул массивные лапы, выпуская в небо потоки раскалённой лавы. Другой изрыгнул столб жидкого яда, пытаясь сковать дракона в полёте. Третий призвал на помощь рой крылатых тварей, которые ринулись на него, словно стая разъярённых ос.

Но всё было бесполезно.

Мой дракон стал воплощением неуязвимости. Его манёвренность достигла невероятных пределов — он скользил между атаками, словно вода сквозь пальцы. Скорость позволяла ему опережать любые выпады: ещё до того, как лава успевала затвердеть в воздухе, он уже менял траекторию. А защита, усиленная моей силой, делала его практически неуязвимым: яд стекал по чешуе, не задерживаясь ни на секунду, а крылатые твари, пытавшиеся вцепиться в его тело, сгорали в ауре его пламени.

Я наблюдал за этим с холодным удовлетворением. Каждый его взмах, каждый удар — не просто уничтожение врагов. Это демонстрация власти. Это мой почерк, моя воля, воплощённая стихиями.

Генералы начали отступать. Их рёв утратил торжественность — теперь в нём слышалась тревога, почти паника. Они понимали: их армия тает, а те немногие, кто ещё способен сражаться, бессильны перед этой небесной карающей силой.

Дракон сделал круг над крепостью, на миг зависнув прямо передо мной. В его глазах я увидел не просто покорность приказу — в них горел азарт. Он наслаждался битвой так же, как и я.

— Продолжай, — мысленно произнёс я. — Пусть они почувствуют свою ничтожность.

И дракон ринулся в новую атаку, оставляя за собой лишь дым, пепел и отчаяние.

Через пятнадцать минут дракон уничтожил всех мелких монстров, оставив генералов в одиночестве. Он кружил неподалёку, ловко уворачиваясь от их яростных атак, но сам не наносил ударов — строго следуя моему приказу.

— Вэй! — окликнул я главу клана «Лунвэй».

— Я здесь, демиург, — тут же отозвался он, появляясь рядом.

— Побудь рядом с девушками, прикажи принести им кофе. А мне пора сделать одну важную вещь — выяснить, откуда пришли эти твари, — произнёс я.

Дракон, уловив мой мысленный зов, стремительно подлетел и замер в воздухе рядом. Я открыл портал и переместился прямо к нему на спину.

— А теперь убьём двоих генералов. Посмотрим, куда побежит третий, — скомандовал я.

Дракон издал низкий рык, будто соглашаясь, и взмыл выше, набирая скорость. Генералы, заметив наше сближение, замерли на мгновение — в их взглядах промелькнул первобытный страх. Они поняли: игра окончена, и сейчас начнётся расплата.

Я ощутил, как энергия течёт сквозь меня, сливаясь с силой дракона. В этот миг мы стали единым целым — карающей дланью, которой суждено вершить суд.

— Начинай, — мысленно произнёс я, и дракон ринулся в атаку.

По моему приказу, дракон атаковал самого отвратительно монстра из троих, массивный исполин с пульсирующими железами на боках, издал низкий вибрирующий рёв. Его пасть распахнулась, обнажая ряды иглоподобных зубов, и в следующий миг из глотки вырвался густой зелено-жёлтый туман. Ядовитые испарения расползлись по воздуху, превращая пространство в мутную завесу смерти. Но дракон не замедлил ход — его чешуя, усиленная моей магией, отражала токсичные пары, словно они были не опаснее утренней росы.

Я ощутил поток силы, соединяющий нас. Мои пальцы впились в гребень на спине дракона, а сознание слилось с его инстинктами. Мы стали единым оружием — стремительным, беспощадным, точным.

Дракон взмыл выше, уходя из-под облака яда, затем резко перевернулся в воздухе и спикировал вниз, целясь в голову монстра. Генерал попытался отмахнуться — его когтистые лапы взметнулись, — но дракон уже был вне досягаемости.

— Теперь! — скомандовал я мысленно.

Из пасти дракона вырвался не огонь, а вихрь ледяного пламени. Оно не просто жгло — оно вымораживало саму суть яда, превращая токсичные испарения в кристаллические осколки. Генерал взревел от боли: его кожа покрылась инеем, а железы на боках затрещали, не выдерживая перепада температур.

Его тело — колышущаяся масса разлагающейся плоти, где кости и органы плавали в вязкой зеленоватой жиже — стало замерзать. Сначала окаменели выступающие части: шипы на хребте, когтистые пальцы, массивные челюсти. Затем мороз проник глубже, сковывая внутренние потоки ядовитой субстанции. Монстр дёргался, пытаясь разорвать ледяные оковы, но с каждым движением трещины на его теле разрастались, обнажая замёрзшие внутренности.

Тем временем остальные генералы-монстры не остались в стороне. С рёвом ярости они атаковали нас.

Первый — исполин с каменной бронёй, пышущий лавой, — взмахнул кристаллическими клешнями, и десятки острых отростков устремились к дракону, словно копья.

Второй — напоминающий переплетение шёлковых нитей, постоянно меняющих форму, — выкинул щупальца, пытаясь схватить дракона и спеленать его ядовитыми отростками.

Но дракон не дрогнул. Его манёвры стали ещё стремительнее: он крутился, нырял, взмывал, избегая всех атак с почти издевательской лёгкостью. Я чувствовал его азарт, его жажду битвы — и наша общая сила лишь крепла с каждым удачным уклонением.

— Не отвлекайся, — мысленно напомнил я. — Закончи с желеобразным.

Дракон издал низкий рык, будто соглашаясь, и вновь сосредоточился на замерзающем монстре. Он сделал круг над жертвой, затем резко снизился и атаковал вихрем ледяного пламени. Монстр, заторможенный предыдущей атакой, не смог увернуться. Ледяное пламя окутало генерала полностью, промораживая его тело и превращая в огромный кусок льда.

Я потянулся к своей мане — и в ладони вспыхнул ослепительный вихрь сжатого воздуха. Мгновенье — и он обрёл форму: сверкающее копьё, сотканное из потоков ветра, с остриём, режущим сам свет. Оно рванулось вперёд с пронзительным свистом, вонзилось в грудь замороженного монстра — и ледяная глыба разлетелась тысячей хрустальных осколков.

Сила монстра хлынула в меня — бурный поток тёмной энергии. Но сейчас это было не страшно: моя суть старшего демиурга легко переваривала чужую мощь, превращая её в силу, нужную мне.

В тот же миг в моём сознании вспыхнули образы: тёмные пещеры, странные символы на стенах, шёпоты неведомых существ… Это был кусочек мозаики, приоткрывающий завесу тайны — как появились эти монстры и откуда пришли.

Дракон взмахнул крыльями, поднимаясь выше, и издал торжествующий рёв, обращённый к оставшимся генералам. Теперь они видели: их соратник пал, а мы лишь начали свою охоту.

Генералы-монстры дрогнули и стали отступать — каждый двинулся в свой туннель, из которого явился в эту пещеру. Но я уже понимал: все они пришли из одного места. Их хаотичное бегство лишь подтверждало догадку — подземные ходы сплетались в единый лабиринт, ведущий к истоку зла.

— Бегите, бегите в свою берлогу, — прошептал я, и голос мой, усиленный магией, разнёсся по пещере, словно шёпот стихий. — Покажите мне, откуда вы пришли. Приведите меня к своему творцу.

Дракон, чуя мою решимость, издал низкий гортанный рык. Его крылья взметнули вихрь пепла, а глаза, пылающие алым, неотрывно следили за отступающими монстрами. Он знал: это не конец битвы, а лишь начало пути.

Один за другим генералы набирали скорость, оставляя за собой лишь следы разрушенной породы и едкий запах страха. Их поспешность говорила громче слов — они бежали под защиту. К тому, кто ждал их там, в глубине.

Я улыбнулся, ощущая, как в груди разгорается холодный огонь предвкушения.

— Теперь мы знаем дорогу, — произнёс я, обращаясь к дракону. — Пора заглянуть в логово того, кто создал этих тварей.

Дракон склонил голову, будто соглашаясь, и расправил крылья, готовясь к новому рывку. Туннели манили тьмой, но в этой тьме уже не было тайны — только цель.

— Но для начала оставим в живых лишь одну зверушку, которая приведёт нас к своему хозяину. Сожги «шелкопряда»! — скомандовал я мысленно.

Дракон взревел — звук прокатился по пещере, заставляя камни дрожать. Его глаза вспыхнули алым, а из ноздрей вырвались струйки едкого дыма. Он рванулся вперёд с такой скоростью, что воздух застонал, рассечённый мощными взмахами крыльев.

Генерал, напоминавший сплетение шёлковых нитей, замер, почувствовав смертельную угрозу. Его щупальца судорожно задёргались, пытаясь сформировать защитный кокон. Тонкие, почти прозрачные нити заструились в воздухе, сплетаясь в мерцающую завесу и образуя вокруг генерала шёлковый щит.

Но дракон не замедлил хода — напротив, его движение обрело новую стремительность. В последний миг перед столкновением он изящно извернулся, и из его раскрытой пасти вырвался исполинский столб пламени. Дракон с лихвой черпнул моей маны — и пламя загудело, наливаясь невиданной силой, превращаясь в ревущий вихрь. Теперь это был не просто огонь — это была кара.

Пламя ударило в созданный монстром щит. Нити защиты вспыхнули, словно сухая трава, и в мгновение ока превратились в клубы едкого дыма. Генерал попытался отступить, но было поздно: огонь охватил его целиком, превращая причудливую форму в извивающуюся массу горящих волокон.

Я замер в ожидании — не дыша, не шевелясь, словно сам превратился в часть этой мрачной пещеры. Моё сознание тянулось к угасающей жизни «шелкопряда», ловило последние отголоски его энергии. Я ждал, когда его агония достигнет пика, когда последняя искра силы сорвётся с обугленных нитей и устремится ко мне, как ручей к океану.

И вот — миг свершился. От «шелкопряда» осталась лишь тлеющая груда почерневших волокон, мерцающая багровыми всполохами. В тот же миг я ощутил поток: холодная, вязкая сила рванулась ко мне, пронзая пространство невидимыми щупальцами. Она ворвалась в моё сознание, как шторм в беззащитную бухту.

Я распахнул внутренние врата и впитал её всю — без остатка. Тёмная энергия хлынула в меня, бурля и извиваясь, словно живое существо. Мощь чужеродной силы перемешалась с моей, переплавилась в горниле воли, стала частью меня — новой, опасной, но покорной.

— Молодец, — мысленно похвалил я дракона, ощущая, как во мне пульсирует обновлённая сила. — Теперь за последним. Гони его назад, в его берлогу. Туннели слишком узкие для полёта — придётся идти пешком.

Дракон издал низкий, недовольный рык — звук, похожий на раскаты далёкого землетрясения. В его глазах вспыхнуло раздражение: ему, владыке небес, предстояло ступать по каменным лабиринтам, словно простому зверю. Но он смирился — с той непоколебимой покорностью, что рождается из взаимного уважения и общей цели.

Плавно подлетев к тёмному зеву туннеля, куда скрылся каменно-лавовый монстр, дракон сложил могучие крылья. Их чешуйчатые поверхности мягко щёлкнули, смыкаясь вдоль хребта. Он припал к земле, и я ощутил, как его мышцы напряглись перед первым шагом.

Я сидел на его спине, чувствуя биение его огненного сердца — размеренное, мощное, словно удары древнего барабана. Дракон двинулся вперёд с удивительной грацией, несмотря на массивность. Его шаги были плавными, почти бережными, будто он осознавал, что несёт не просто наездника, а часть себя — союзника, равного по духу.

Мы шли вперёд — два охотника, преследующие добычу в её же логове.

Глава 21

Мы настигли каменного генерала спустя несколько сотен метров. Идти по его следу не составляло труда: остывающие куски лавы мерцали в полумраке туннеля, словно выложенная кем-то таинственным дорожка из светящихся маяков. Каждый осколок излучал тусклый багровый свет, отбрасывая причудливые тени на каменные стены, и будто шептал: «Здесь прошёл тот, кого вы ищете».

Генерал петлял по извилистым туннелям, неизменно уходя всё глубже в разлом. Его массивное тело, облитое потоками застывающей лавы, с грохотом преодолевало узкие проходы, оставляя за собой следы расплавленных брызг. С каждым поворотом воздух становился тяжелее, насыщеннее запахами серы и раскалённого камня. Туннели сужались, своды нависали всё ниже, будто сама гора пыталась сжать нас в своих каменных объятиях.

Дракон двигался с поразительной грацией — несмотря на внушительные размеры, он скользил между выступами, едва касаясь стен. Я ощущал, как под чешуёй перекатываются напряжённые мышцы, как каждое его движение выверено до доли секунды. Он не спешил: знал, что добыча не уйдёт.

Впереди вновь мелькнул багровый отблеск — генерал свернул в очередной лабиринт. Его силуэт, окутанный клубами пара, на миг замер в пересечении туннелей, а затем исчез во тьме. Но мы уже чуяли его след — запах раскалённого камня и тлеющей ярости.

— Не упусти его, — мысленно произнёс я. — Он ведёт нас прямо в сердце их логова.

Дракон рыкнул в ответ — звук отразился от стен, заставив камни дрожать. Мы устремились вперёд, в глубь разлома, где тьма сгущалась, обещая встречи с неведомым.

Не знаю точно, сколько мы плутали по этим извилистым лабиринтам — время здесь теряло смысл, растворяясь в монотонном ритме шагов и отблесках тусклого света. Но в какой-то момент моё поисковое заклинание дрогнуло, подавая чёткий сигнал: впереди — огромная пещера. Настолько огромная, что её масштабы можно было сравнить лишь с той, где стояла крепость первого рубежа Пекинского разлома.

Пройдя ещё пару сотен метров, мы наконец вышли из тесного туннеля. Перед нами распахнулась невероятная картина: исполинская пещера, словно зал древнего подземного храма, уходящий в сумеречную даль. Её своды терялись во тьме, а всё пространство было усеяно гигантскими сталактитами и сталагмитами. Некоторые достигали высоты десяти метров, другие сплетались в причудливые арки, создавая лабиринт внутри лабиринта.

«М-да-а-а, — мысленно протянул я, оценивая пространство. — Тут дракону особо не полетать».

Мой спутник, похоже, пришёл к тому же выводу. Он приостановился на границе туннеля и издал приглушённый, недовольный рык. В его глазах мелькнуло раздражение: крылья, привыкшие к простору небес, теперь были бесполезны в этом каменном сплетении.

Но времени на раздумья не оставалось. Впереди виднелся силуэт нашего «каменного генерала». Он не тратил силы на обходные пути — ломился напролом к противоположному краю пещеры, сокрушая сталагмиты и сталактиты, мешавшие его массивному телу. Каждый его шаг сопровождался грохотом, эхом разносившимся по залу. Камни трескались и осыпались, а в воздухе витала пыль, подсвеченная отблесками его лавы.

— Пошли, — скомандовал я мысленно. — Держись его следа. Пусть сам расчищает нам путь.

Дракон кивнул — почти неощутимо, но я уловил этот жест. Он двинулся вперёд, ступая осторожно, словно ощупывая каждый камень. Его когти оставляли глубокие борозды на каменном полу, а дыхание вырывалось клубами пара, смешиваясь с пылью и запахом серы.

Мы шли сквозь этот каменный лес, и с каждым шагом пещера открывала новые тайны: то мерцающий минеральный нарост, то скрытый провал, то причудливую тень, превращающую сталагмит в силуэт неведомого стража. Но я знал: где-то там, в глубине, нас ждёт не просто конец погони, а начало новой битвы.

Моё поисковое заклинание отслеживало монстра, и я увидел, как он внезапно остановился. Его рёв разнёсся по пещере, вызывая вибрации и обрушение некоторых сталактитов и сталагмитов. Поначалу я не понимал причины его остановки. Но всё стало ясно, как только мы вышли на открытую местность и увидели монстра.

Он метался из угла в угол в самом дальнем конце пещеры — похоже, хозяин бросил свою зверушку. В его движениях читалась растерянность, почти паника: он то прижимался к стенам, то резко отскакивал, будто пытался найти выход из невидимой ловушки.

Заметив нас, монстр вновь взревел — на этот раз в его голосе смешались ярость и отчаяние. Не раздумывая, он ринулся в атаку, поднимая тучи каменной крошки и пыли. Его массивное тело, облитое потоками лавы, неслось на нас, словно живой таран, а каждый шаг сотрясал пещеру, будто предвещая новый обвал.

Я спрыгнул со спины своего дракона и отступил в сторону, давая ему пространство расправить крылья и взлететь. Сам же твёрдо встал напротив несущегося на меня монстра.

Стихия Земли мгновенно откликнулась на мой зов. Перед чудовищем выросла массивная каменная стена. Монстр врезался в неё с оглушительным грохотом — звук разнёсся по всей пещере, заставил своды задрожать и спровоцировал новый обвал. Сталагмиты и сталактиты рухнули вниз, осыпая всё вокруг острыми осколками камня.

Каменная стена покрылась глубокими трещинами, а затем с треском разлетелась на сотни осколков. Но меня за ней уже не было — я успел исчезнуть в последний миг.

Открыв портал, я переместился к краю пещеры — туда, где ещё недавно в панике метался монстр. Теперь, стоя у стен, изрезанных таинственными символами, я принялся внимательно их изучать. Тем временем мой дракон в полной мере занялся каменным генералом. Пусть пламя и когти докажут, кто здесь истинный владыка.

Дракон атаковал каменного монстра вихрем ледяного пламени, замораживая его лавовые потоки. Генерал дёрнулся, взревел — и лёд, сковавший его тело, начал таять под натиском раскалённой крови. Но дракон не дал ему времени на передышку.

Взмыв вверх, он описал стремительный вираж и обрушился на врага с новой силой. Его крылья закрутили потоки воздуха, превращая их в воздушные копья, а из пасти снова вырвался поток ледяного пламени — сама зима, воплощённая в объединённых стихиях. Ледяные кристаллы заструились по каменной броне монстра, проникая в трещины, сковывая суставы, превращая раскалённую плоть в хрупкий мрамор. Воздушные копья ударили в грудь монстра, отрывая куски каменной брони.

Генерал вскинул свои кристаллические клешни и выпустил в дракона тучу каменных копий. Острые осколки рванулись вверх, словно град из ада, но дракон, будто танцуя среди смертоносного ливня, уклонялся с грацией хищника. Одно движение — и он оказался за спиной врага.

С яростным рыком дракон вонзил когти в каменную спину монстра. Его лапы, созданные из огня и воздуха, плавили каменную броню генерала, превращая её снова в лаву. Генерал попытался вырваться, но было поздно. Как только появилась возможность, дракон выпустил в образовавшуюся, незащищённую каменной бронёй брешь, ледяное пламя. Мороз проник в сущность монстра, превратив раскалённую лаву в застывшие оковы.

Дракон продолжал вливать ледяное пламя, не давая возможности монстру снова разжечь свою лавовую кровь. Он приморозил кристаллические клешни монстра к его собственному телу. Лёд, словно живая субстанция, оплёл конечности, превратив их в бесполезные статуи. Генерал издал последний, отчаянный рёв — но это был крик обречённого.

Тогда дракон, взмахнув крыльями, поднялся на несколько шагов назад, оценивая поверженного врага. В его глазах вспыхнул алый огонь — не просто свет, а сама воля к победе. С мощным рывком он вонзил когти в грудь каменного генерала, разрывая обледеневшую каменную плоть с хрустом, от которого содрогнулась пещера. Камни трескались, осыпались, а в воздухе витал запах раскалённой лавы и морозного дыхания.

Одним неумолимым движением дракон оторвал голову монстра. Она с глухим стуком упала на каменный пол, оставляя за собой след из искрящейся лавы. Тело генерала, лишённое воли и силы, рухнуло следом, сотрясая землю.

Пещера на миг замерла, словно сама природа затаила дыхание.

Дракон расправил крылья, его чешуя мерцала в отблесках угасающего пламени. Он издал низкий, торжествующий рык, который эхом отразился от стен, возвещая о победе. Я подошёл ближе, ощущая, как тёмная энергия поверженного монстра пульсирует в воздухе — она ещё сопротивлялась, искала выход, но уже принадлежала мне.

Протянув руку, я поглотил эту силу. Пещера озарилась багровым сиянием, а энергия хлынула в меня, наполняя каждую клеточку новой мощью. Она была холодной и жгучей одновременно, словно сама суть монстра пыталась оставить след в моей душе. Но я устоял — эта сила теперь служила высшей цели.

— Ты был достойным противником, — прошептал я, глядя на остывающие останки. — Но твоя мощь теперь станет частью чего-то большего.

Дракон склонил голову, будто соглашаясь. Его глаза, пылающие алым, обратились ко мне — в них читалась не только победа, но и готовность идти дальше.

— Пора возвращаться. В этой пещере нет ничего интересного, — произнёс я, скорее обращаясь к самому себе, чем к дракону. Ему была нужна лишь битва и полёт, а не размышления о замыслах врага. — Тёмный маг с помощью непонятного мне ритуала создал эту армию монстров и отправил наверх. Я думаю, это была лишь проба его новых сил — сил, с которыми нам ещё придётся столкнуться.

Я перекрыл подпитку дракона маной. Его очертания замерцали, словно сотканные из лунного света, а затем он растаял в воздухе — не исчез, а будто вернулся в ту стихию, из которой явился. Лишь лёгкий вихрь, коснувшийся моего лица, напомнил о его присутствии.

Сделав глубокий вдох, я открыл портал и, шагнув в него, вышел на крепостной стене.

Елена и Ли Юй уже сидели на стульях; рядом с ними расположился Вэй Чжэньлун. Он что-то оживлённо рассказывал, пока они пили кофе. Аромат свежесваренного напитка донёсся до меня даже на расстоянии. Увидев меня, все трое мгновенно вскочили.

— Князь, — глава клана «Лунвэй» низко поклонился, выражая глубочайшее почтение. В его движении не было ни тени наигранности — лишь искреннее уважение.

— Вэй Чжэньлун, монстры уничтожены, — произнёс я ровным, спокойным голосом. — Надеюсь, в ближайшее время вам не придётся столкнуться с подобной армией. Теперь вас будут беспокоить лишь обычные монстры разлома — те, за которыми охотятся ради ценных ингредиентов. Тем не менее будьте настороже. И сразу сообщайте мне, если произойдёт что-то необычное.

Я внимательно посмотрел на Вэя. Этот старик вызывал искреннее уважение — не только своей хитростью и мудростью, но и той непоколебимой силой, которую он неизменно демонстрировал в бою. Он никогда не прятался за спинами своих воинов, всегда шёл в первых рядах, ведя их личным примером. В его глазах читалась не просто готовность сражаться — в них светилась воля к победе, закалённая десятилетиями сражений.

Вэй Чжэньлун выпрямился, его взгляд стал твёрдым, почти пронзительным.

— Демиург, мы не подведём. Клан «Лунвэй» всегда готов встать на защиту этих земель.

Я кивнул.

— Девушки, возвращаемся в наш замок. Надо поесть и отдохнуть.

Я открыл портал в общую гостиную. Пространство дрогнуло, разверзлось мерцающей трещиной, и мы шагнули сквозь неё — из промозглого воздуха крепостной стены в тёплое, уютное пространство нашего замка.

Пока Елена общалась с Машей, чтобы нам накрыли стол, я связался с Ярославом:

— Ярослав, тёмный маг нанёс очередной удар. В этот раз по Пекинскому разлому. Армия Вэя с нашей помощью удержала свою крепость. Армию монстров мы уничтожили. Но штурмом дворца я сегодня заниматься не буду. И мне, и девушкам надо отдохнуть. Слишком много тёмной силы мы поглотили. Необходимо время, чтобы полностью переработать её и подчинить себе.

— Хорошо, Александр, — откликнулся Ярослав. Его голос звучал устало, но твёрдо. — Мы пока всё равно заняты зачисткой Москвы. Никифоров ведёт допросы, всплывают всё новые и новые имена. Столица была рассадником «Ордена Чёрного пламени». Тёмный маг с помощью узурпатора сделал Москву своим городом. Теперь приходится вырывать всё это вместе с корнями.

Я ощутил тяжесть в его тоне — не просто усталость, а груз ответственности, который он нёс наравне со мной и Михаилом.

— Держи меня в курсе по самым важным моментам, — сказал я. — Если потребуется моя помощь — зови сразу. Сейчас я остаюсь в замке, восстанавливаю силы.

— Понял. Будем работать.

Связь разорвалась, оставив после себя лёгкое эхо напряжения. Я глубоко вдохнул, пытаясь сбросить с плеч груз последних часов. В гостиной уже царил уютный беспорядок: Маша хлопотала у стола, расставляя тарелки с горячими блюдами, решив не привлекать слуг, а Елена что-то тихо ей объясняла, жестикулируя с привычной деловитостью.

— Всё в порядке? — спросила Елена, заметив мой взгляд.

— Да. Ярослав и Михаил держат ситуацию в Москве под контролем. Нам нужно сосредоточиться на восстановлении.

Я опустился в кресло, чувствуя, как тепло от камина проникает в каждую клеточку тела. Запах жареного мяса, свежеиспечённого хлеба и ароматного кофе окутал меня, словно щит от тревог внешнего мира.

— Ешьте, — сказала Маша, ставя на стол дымящуюся супницу. — Вам нужно набраться сил.

Мы приступили к трапезе. В тишине, нарушаемой лишь звоном посуды и потрескиванием огня в камине, я позволил себе на миг закрыть глаза. Впереди ждали новые битвы, новые решения, но сейчас — сейчас можно было просто расслабиться.

Тёмная сила, поглощённая в бою, ещё пульсировала внутри, постепенно растворяясь в моей собственной. Она ждала своего часа, чтобы стать частью меня. Но для этого требовалось время. Время, чтобы окончательно переплавить её в свою мощь.

Наевшись, мы отправились в спальню. Купание в ванне за последнее время стало для нас чуть ли не традицией — своеобразным ритуалом, позволяющим сбросить напряжение после битв и тревог.

Я взмахнул рукой, и в воздухе заиграли голубые всполохи — стихия Воды откликнулась мгновенно. На поверхности наполненной ванны зароились миниатюрные волны, а затем из водяной глади возникли изящные кораблики. Они были словно вырезаны из хрусталя — прозрачные, переливающиеся, с парусами, сотканными из воздуха.

Кораблики ожили: заскользили по воде, то сближаясь, то расходясь, будто в настоящем морском сражении. Их паруса трепетали, крошечные волны бились о борта, а в отражении света они казались живыми существами из иного мира. Девушки смеялись, пытаясь управлять своими «флотами» лёгкими движениями пальцев — вода послушно подчинялась, создавая водовороты и пенные гребни.

Мы сидели, обнявшись в тёплой воде, и мягкое сияние магических огней играло на наших лицах. Обнажённые тела девушек приятно согревали, их дыхание смешивалось с паром, поднимающимся от воды. В эти мгновения мир за пределами замка словно растворялся — оставались только тепло, смех и мерцание водяных созданий, танцующих на поверхности водной глади.

Елена потянулась к одному из корабликов, и тот послушно подплыл к её ладони. Она провела пальцем по его прозрачному борту, и он засиял ярче, будто благодарный за ласку. Ли Юй, не удержавшись, создала небольшой вихрь, который подхватил несколько кораблей и закружил их в безумном танце.

— Ты всегда умеешь превратить даже ванну в поле боя, — засмеялась Елена.

— Это не бой, а искусство, — парировала Ли Юй с лукавой улыбкой.

Я наблюдал за ними, чувствуя, как внутри разливается покой. Эти мгновения — редкие, драгоценные — напоминали, за что именно мы сражаемся. Не только за крепости и земли, но и за право на такие вот тихие вечера, где магия служит не войне, а радости.

Вода тихо плескалась о края ванны, кораблики продолжали свой бесконечный танец, а мы просто были — вместе, в тепле, смехе и свете.

Ночь прошла спокойно, без тревожных снов и видений.

Разбудили нас утренние лучи, пробившиеся сквозь неплотно задёрнутые шторы. Я обнимал обнажённые тела девушек, и в эти мгновения мир казался простым и ясным. В голове билась лишь одна мысль: поскорее закончить эту войну. Чтобы вот так — лежать в тёплой постели до обеда, не срываясь с рассветом в очередной бой, не думая о тёмных магах и армиях монстров. Чтобы просто быть — без тревоги, без груза ответственности, без необходимости каждую минуту быть начеку.

Елена тихо вздохнула, не открывая глаз, и прижалась ко мне ближе. Ли Юй перевернулась на бок, её волосы разметались по подушке, словно шёлковая река. В комнате пахло лавандой — Маша, должно быть, оставила на тумбочке маленький мешочек с сушёными цветами.

Я осторожно провёл рукой по плечу Елены, и она наконец приоткрыла глаза. В их глубине ещё таились остатки сна, но уже проступала привычная ясность.

— Доброе утро, — прошептала она.

— Если бы оно действительно было добрым… — усмехнулся я, но тут же осёкся, увидев, как тень пробежала по её лицу. — Прости. Просто… хочется хотя бы один день без тревог.

Ли Юй потянулась, словно кошка, и села на кровати, обняв колени.

— Один день мы можем себе позволить. Хотя бы до обеда.

Я кивнул. Конечно, можно. Хотя бы до обеда.

Вставать не хотелось. Время словно застыло, превратившись в вязкий, тёплый мёд, в котором мы могли бы раствориться. Но за окном уже слышались голоса — жизнь замка шла своим чередом. Слуги спешили по делам, стража менялась на постах, где-то вдалеке звенели инструменты кузнеца. Мир продолжал вращаться, даже когда нам хотелось остановить мгновение.

Елена провела рукой по моим волосам, и я закрыл глаза, впитывая это прикосновение.

— Мы справимся, — сказала она тихо, но твёрдо. — И тогда у нас будет не один такой день. А много.

Ли Юй кивнула, и в её глазах вспыхнул знакомый боевой огонёк.

— А пока — завтрак. И план на сегодня. Потому что чем быстрее мы разберёмся с тёмным магом, тем скорее сможем позволить себе валяться в постели хоть до вечера.

Я улыбнулся. Они были правы. Война не закончится сама по себе. Но пока у меня есть эти мгновения — пока они рядом, — я знаю, за что сражаюсь.

И это знание давало силы встать, одеться и выйти навстречу новому дню.

Глава 22

Завтракали мы в тишине. В общей гостиной, кроме меня, Елены и Ли Юй, никого не было. Егорыч и Беркут уже давно занимались своими делами — в штурме Москвы они не участвовали, им и тут хватало работы. Маша тоже с самого утра погрузилась в заботы о крепости и, в частности, о нашем замке.

Я ради интереса попытался открыть портал во дворец. Лёгкое движение руки, мысленный импульс — и перед внутренним взором вспыхнула сеть мерцающих линий. Снова защитные руны и артефакты — но на этот раз всё было иначе.

Теперь я видел их.

Не просто смутные очертания магической преграды, а чёткую, сложную структуру — переплетение силовых потоков, узор из сияющих нитей, каждый узел которого хранил свою тайну. Словно передо мной развернули манускрипт, написанный древним языком.

Я вглядывался в эту магическую структуру, и постепенно хаос превращался в порядок. Теперь я различал: точки напряжения, где руны подпитывались от источников силы; уязвимые звенья в цепи защитных контуров; скрытые каналы, через которые можно было бы аккуратно «расплести» эту магическую сеть.

Раньше это казалось неприступной крепостью. Сейчас — всего лишь сложной задачей.

«Если потратить немного времени, разобраться с этими защитными рунами и артефактами вполне реально», — подумал я, ощущая, как в ладонях нарастает уверенная пульсация накопленной силы. Теперь её хватало. Хватало не просто на прорыв — на тонкую, ювелирную работу. На то, чтобы стать не разрушителем преград, а их искусным расшифровщиком.

Но я решил действовать иначе. Зайти через дверь в катакомбах и через главные ворота, чтобы сразу задействовать солдат и магистров для зачистки дворца. Постепенно вырисовывался чёткий план: открыть аккуратно дверь в катакомбах — оттуда войдут Елена, Ли Юй и князья с сотней магистров и солдат; самому пойти через главные ворота с основной армией, чтобы заблокировать все пути побега; оставаться на постоянной связи с Ли Юй и Еленой — при необходимости мгновенно переместиться к ним порталом. Тем более что внутри защитного контура замка с этим проблем возникнуть не должно.

Сразу после завтрака мы переместились в околоток. В большом зале уже собрались все участники операции и обсуждали очередную задачу — арест новых подозреваемых в связях с Орденом.

Как только мы переступили порог зала, сразу привлекли внимание присутствующих. Князья вежливо поклонились.

— Добрый день, князь, вы как раз вовремя, — Михаил поднял на меня взгляд. — Мы как раз обсуждали арест новых пособников ордена.

— Михаил, Ярослав, предлагаю отложить на сегодня наше участие в арестах. Пусть этим займутся городовые. Можем выделить им с десяток магистров из отряда Воронова Арсения, — я выдержал паузу, давая словам осесть в сознании собравшихся. — У нас другая задача. Сегодня я хочу начать штурм дворца.

В зале мгновенно воцарилась тишина. Все взгляды устремились на меня.

— Дворец? — удивлённо переспросил Ярослав, приподняв бровь. — Вы уверены, что готовы?

— Конечно. Мы уже полностью восстановились после битвы в Пекинском разломе, — я шагнул к центральному столу, на котором лежала карта города с отметками ключевых точек.

Михаил улыбнулся, выпрямился и расправил плечи:

— Расскажешь свой план?

— Два направления атаки. Первое — через катакомбы, — я внимательно посмотрел на Великих князей. — Теперь я спокойно открою ту дверь. Туда пойдут Елена, Ли Юй, князья с сотней магистров и солдат, а также… — я задержал взгляд на Ярославе, — Ярослав. Ты будешь проводником во дворце. Ваша главная задача — нейтрализовать охрану на нижних уровнях и блокировать подвалы.

— А второе направление? — спросил Михаил.

— Главные ворота. Я поведу основную армию, и ты пойдёшь со мной. Мы войдём с парадного входа, как подобает императору. Сразу возьмём под контроль всю прилегающую территорию и начнём зачищать дворец, в итоге объединившись с Ярославом и первой группой.

Ярослав задумчиво постучал пальцами по столешнице:

— Риск велик. Если защитные руны дворца активируются, мы можем оказаться в ловушке.

— Не активируются, — твёрдо ответил я. — Руны я нейтрализую, так же как и артефакты. Кроме того, будем держать постоянную связь с группой в катакомбах. Если что-то пойдёт не так — мгновенно перемещусь к вам через портал, чтобы помочь. Внутри защитного контура замка это реально.

Ярослав скрестил руки:

— Нам понадобится около часа, если не больше, чтобы зачистить нижние уровни. Жаль, что у нас нет карты дворца. Никогда не думал, что она может понадобиться.

Михаил посмотрел на брата:

— Однажды ты говорил, что в Императорской академии есть карта нашего дворца. Дед подарил её предыдущему ректору около тридцати лет назад.

Ярослав улыбнулся:

— А ты прав, брат. Надо связаться с ректором Петром Михайловичем Разумовским и выяснить, где карта.

Я сразу достал амулет связи и вызвал ректора:

— Пётр Михайлович, это князь Драгомиров.

— Слушаю вас, ваше сиятельство, — услышал я голос ректора.

— Мне нужна карта дворца Романовых, — коротко изложил я свою просьбу.

— Я могу вам её дать, но есть проблема. Я не в академии и доберусь туда очень нескоро, — ответил Разумовский. — Если вам не срочно, то могу передать вам её через несколько дней.

Я мысленно улыбнулся, уже отыскав ректора. Сначала я даже не поверил сам себе, но, проверив ещё раз, задал вопрос:

— Пётр Михайлович, как поживает Мария Михайловна Орлова? Я давно с ней не разговаривал, хотя княгиня теперь является моим вассалом.

Ректор молчал, я слышал лишь его размеренное дыхание. Наконец он ответил:

— Я уже стал забывать, какой силой вы обладаете, князь. С княгиней всё хорошо. Она передаёт вам искренний поклон.

— Пётр Михайлович, я могу открыть портал, забрать вас. Вы передадите мне карту дворца, и я верну вас снова в объятия княгини, — я пока не до конца понимал, что делал у неё Разумовский, но догадки уже имелись.

— Хорошо, князь. Открывайте портал, — тут же ответил ректор.

Я открыл портал, и в зале появился ректор Императорской академии. Увидев, кто находится в зале, он склонил голову.

— Рад приветствовать вас, Пётр Михайлович, — произнёс Михаил. — Я так понимаю, вы пришли, чтобы передать нам карту дворца?

— Совершенно верно, Великий князь, — ректор посмотрел на меня, и я открыл портал в его кабинет в академии.

Ректор снова шагнул в портал и вернулся спустя три минуты, держа в руках большую раму, в которой под стеклом была карта дворца Романовых.

— Вот, — он положил карту на стол.

Повернувшись ко мне, он посмотрел мне в глаза, прекрасно зная, что я читаю его мысли.

Я кивнул и открыл портал назад в поместье рода Орловых.

'Ну, Разумовский, я не думал, что он такой ловелас. Хотя, возможно, это и Мария решила породниться с моим родом через ректора. Ведь скоро я приму его и его семью в свой род.

Ладно, это их дело. Мне не жалко'.

Князья уже склонились над картой дворца, обсуждая варианты развития событий.

Я подошёл ближе и, глянув мельком на карту, произнёс:

— Мы не знаем, где выйдет первая группа.

Все посмотрели на меня, и Ярослав пояснил:

— Дверь из катакомб, о которой говорит князь Драгомиров, — мы не знаем, где во дворце она откроется. Этой дверью мы никогда не пользовались.

— Как так? — удивился князь Шаховский. — Я точно знаю, что ваше родовое хранилище в катакомбах. Ваш отец как-то раз водил меня туда.

— Всё верно. Но это другой проход из катакомб во дворец, — ответил Ярослав. — Так что карта больше нужна князю Драгомирову, нежели нам. Тем не менее вам стоит изучить её и максимально запомнить.

Князья обступили карту и стали внимательно рассматривать, пытаясь уложить её в своей памяти. Мне же хватило одного взгляда, чтобы карта полностью отпечаталась в моём сознании. Теперь я даже с закрытыми глазами смогу ходить по дворцу и не заблудиться.

— Ладно, как только князья изучат карту, приводите войска в готовность. Пусть князья сформируют отряд. Арсений! — я глянул на Воронова, тоже склонившегося над картой.

Он обернулся и быстро подошёл.

— Арсений, выдели десять магистров в помощь Никифорову для арестов слуг ордена. Остальных заберёшь с собой в отряд с князьями и Ярославом. Будут помогать Ли Юй и Елене, — приказал я.

Арсений кивнул:

— Всё сделаю.

— Отлично. Тогда я пока схожу, гляну ещё раз на двери и на ворота дворца. Ждите меня здесь. — Я открыл портал и вышел в катакомбах — возле двери, ведущей во дворец.

Я сосредоточил взгляд на двери — и тотчас перед внутренним взором вспыхнула призрачная схема защиты прохода. Переливаясь тусклым лазурным светом, она словно повисла в воздухе: замысловатые линии, узлы силовых потоков, таинственные завитки рун… Артефактов, охраняющих дверь, не обнаружилось — но зато нашлось несколько незнакомых мне символов, сплетённых в причудливый, почти живой узор.

Осторожно приложив ладонь к холодной двери, я влил едва уловимую струйку маны. Энергия послушно заструилась по извилистым линиям, оживляя их мягким сиянием. Руны вспыхивали одна за другой, раскрывая мне структуру защиты — словно древний механизм постепенно поворачивал скрытые шестерёнки, позволяя разглядеть своё устройство. Но ломиться напролом я не спешил. В этом тонком деле поспешность могла обернуться катастрофой. Нужно было понять смысл неизвестных символов — и я знал, к кому обратиться за разгадкой.

Вэй Чжэньлун, как всегда, пребывал в своей любимой беседке — уединённом уголке, увитом плющом и окутанном ароматом цветущих жасминов. После битвы у Пекинского разлома он восстанавливал силы: годы давали о себе знать, и даже такому могучему воину требовалось время, чтобы вернуть былую бодрость.

Я открыл портал — и в одно мгновение перенёсся к нему. Лёгкий ветерок всколыхнул полы моего камзола, а в воздухе ещё дрожали следы магического перехода.

— Демиург, — Вэй поднялся с резного кресла и склонился в почтительном поклоне. В его движениях читалась привычная грация, но я заметил лёгкую замедленность — след недавней битвы.

— Приветствую тебя, Вэй. Окажи любезность: скажи, что означают эти руны? — я взмахнул рукой, и в воздухе возникли сотканные из чистой энергии образы загадочных символов. Они парили перед главой клана «Лунвэй», переливаясь мягким светом.

Вэй приблизился, всматриваясь в каждый знак с пристальностью учёного, изучающего древнюю рукопись. Его пальцы едва заметно двигались, словно ощупывая невидимые контуры.

— Эта руна, — он указал на первый символ, — дарует право прохода. Она снимает защиту для того, кто обладает законным правом пересечь порог.

Он перевёл взгляд на следующий знак, и в его глазах мелькнуло узнавание:

— А эта — очень старая руна. Ныне ей почти никто не пользуется: она лишь усиливает защиту, но современные мастера предпочитают более мощные аналоги. Ну а эта, — он коснулся третьего символа, — тоже древность. Отвечает за открытие и закрытие замка. Её механизм прост, но надёжен.

Вэй отстранился, задумчиво поглаживая бороду:

— Кто создал эту защиту? В ней сплетены традиции разных эпох…

— Не знаю, — признался я. — Но теперь, благодаря тебе, я понимаю, как с ней обращаться.

Старик кивнул, и в его взгляде промелькнула тень улыбки:

— Мудрость — в понимании, а не в силе. Помни это, демиург.

Я молча склонил голову в знак благодарности. В воздухе ещё дрожали отголоски его слов, насыщая пространство едва уловимым эхом древней мудрости, а я уже вновь стоял перед дверью — молчаливым стражем тайного прохода.

Снова прикоснулся к холодной двери. Под пальцами затрепетали тонкие нити энергии, словно пробудившиеся от долгого сна. Я начал медленно распутывать этот причудливый клубок защитных линий, сотканных из рун. Каждый символ мерцал, будто живой: то вспыхивал тусклым серебром, то угасал, пряча свои тайны.

Я не торопился. В этом деле поспешность была бы равносильна поражению. Шаг за шагом, с терпением искусного ювелира, я пробирался сквозь лабиринт магических переплетений. Мои пальцы скользили по поверхности, вычерчивая невидимые узоры, а сознание впитывало ритмы древних чар. Каждая руна раскрывала свой смысл: одни шептали о запретах, другие — о правах, третьи хранили память о тех, кто когда-то прошёл этим путём.

Наконец, когда последняя нить встала на своё место, я улыбнулся и убрал руку. На мгновение задержал взгляд на двери — теперь она казалась не грозным барьером, а послушным механизмом, ждущим приказа.

Полюбовался на свою работу. В воздухе ещё витали призрачные отблески рассеянных чар, постепенно растворяясь в тишине. Теперь я точно знал, кто может пользоваться этой дверью: Ярослав и Михаил.

С лёгким движением мысли я вплёл их имена в структуру рун — не буквами, а эхом сущностей, оттисками душ. Затем добавил энергетические слепки: едва заметные вихри силы, хранящие уникальный отпечаток каждого. Это было сродни созданию ключа, но не из металла, а из самой ткани магии.

Теперь, когда они прикоснутся к двери, она узнает их. Узнает по биению их силы, по резонансу ауры, по едва уловимому отзвуку воли. И без шума, без вспышки чар, без лишнего усилия — пропустит.

Дверь больше не была загадкой. Она стала проводником. Моим проводником — и их.

Я снова открыл портал — и в тот же миг оказался у величественных ворот дворца. Воздух здесь был густым от напряжения: каждый камень, каждая резная деталь арки словно впитывали настороженность собравшихся воинов.

Солдаты моментально вскочили, выхватив мечи; сталь сверкнула в лучах солнца. Магистры, не теряя ни секунды, создали стихийные щиты — полупрозрачные воздушные купола накрыли их и ближайших воинов. В едином движении строй сомкнулся, превратившись в неприступную стену.

— Спокойно. Я князь Драгомиров, — негромко произнёс я, стараясь, чтобы голос звучал ровно, без вызова. Нельзя было спровоцировать атаку — в такой момент даже случайный всплеск силы мог обернуться кровопролитием.

— Простите, князь. Это было неожиданно, — ко мне двинулся один из магистров. Он поднял руку, подавая знак остальным: опасности нет. Щиты медленно растаяли в воздухе, оставив после себя лишь лёгкое мерцание.

— Приношу извинения, не хотел никого тревожить, капитан, — я узнал его: капитан Орлов, начальник разведки князя Долгорукова. В его взгляде читалась привычная бдительность, но и уважение — он знал, кто я.

— Вы по делу к нам? — поинтересовался он, слегка склонив голову.

— Вы правы. Проводите меня к воротам дворца, чтобы я лишний раз не объяснял солдатам и магистрам, кто я такой, — попросил я капитана.

Он молча поклонился и двинулся вперёд, сквозь плотное оцепление. Мы шли между рядами воинов — их взгляды следовали за мной, но никто не произнёс ни слова. Армия полностью блокировала все входы и выходы, окружив дворец со всех сторон. Казалось, даже ветер замер, боясь нарушить эту напряжённую тишину.

— Нам уже поступил приказ готовиться к штурму, — сообщил мне капитан, когда мы приблизились к массивным воротам. Их тяжёлые створки, украшенные древними рунами, выглядели неприступными, словно сама вечность стояла на страже.

— Всё верно. Именно поэтому я здесь. Надо разобраться с воротами, — ответил я, проводя рукой по холодной поверхности. Под пальцами затрепетали едва заметные энергетические нити — защита была сложной, многослойной, но теперь я чувствовал её ритм.

— Разве их можно просто открыть? — в его голосе прозвучало неподдельное удивление. Капитан смотрел на меня, словно пытаясь понять: шучу ли я или действительно знаю, как справиться с этим барьером.

Я улыбнулся, но в этой улыбке не было легкомыслия — лишь уверенность человека, который уже видел то, что скрыто от других.

— Не просто открыть. А заставить их признать нас, — тихо ответил я. — Ворота — это не просто дерево и металл. Это страж, который ждёт своего хозяина. И сегодня он его получит.

С воротами пришлось повозиться. Их защита оказалась не просто набором рун — это был живой механизм, сплетённый из десятков энергетических слоёв, каждый из которых хранил свои секреты.

Я приложил ладони к массивным створкам. Под пальцами тут же запульсировали холодные потоки силы — древние руны пробудились, ощутив чужое прикосновение. В воздухе замелькали призрачные линии, складываясь в сложную схему защиты. Я закрыл глаза, позволяя сознанию погрузиться в этот лабиринт.

Первый слой — барьер распознавания. Он отсеивал всех, кто не имел права прохода. В его структуре я нашёл оттиск воли узурпатора — грязный, искажённый след, словно пятно на чистом полотне. С холодным сосредоточием я начал распутывать этот узел: пальцы двигались почти непроизвольно, вычерчивая в воздухе невидимые знаки. Каждый жест требовал точности — стоило ошибиться, и защита могла активироваться, обрушив на меня шквал разрушительной энергии.

Наконец, с едва слышным звоном, чужая метка рассыпалась прахом. Ворота больше не признавали узурпатора.

Второй слой — система управления. Здесь хранились ключи к механизму открывания. Я ощущал их как холодные металлические стержни, вплетённые в энергетическую ткань. Нужно было не просто сломать их — а перековать, подчинить новой воле. Я влил в руны каплю своей силы, формируя новые связи. Теперь только моя воля могла активировать этот механизм.

Третий слой — допуск для союзников. Я создал три энергетических отпечатка: свой, Михаила и Ярослава. Для каждого выстроил уникальный ключ: для себя — вихрь тёмно-синей энергии, пульсирующий в ритме моего сердца; для Михаила — янтарный поток, густой и мощный, отражающий его непоколебимую волю; для Ярослава — серебристо-зелёный след, гибкий и проницательный, как его разум.

Каждый отпечаток я вплёл в структуру рун с осторожностью ювелира, подгоняя его к окружающим символам. Это было сродни созданию трёх разных ключей для одного замка — каждый подходил бы идеально, но ни один не мог открыть дверь за другого.

Финальный штрих — активация. Всё моё тело замерло в напряжённой сосредоточенности: ошибиться было нельзя. Один неверный символ — и вся кропотливая работа обратится в прах, а защита ворот может не просто отказать, но и обрушить на меня ответный удар.

Не торопясь, я стал вплетать набор рун, формируя сложную вязь — магический ключ, который должен был пробудить обновлённую защиту периметра дворца. Пальцы двигались почти сами по себе, вычерчивая в воздухе светящиеся знаки. Каждая руна возникала словно из ниоткуда — сначала бледная, едва различимая, затем наливалась силой, обретала объём и вес.

Я соединял их неспешными, выверенными движениями, сплетая в единую цепь.

Воздух вокруг сгустился, стал почти осязаемым — будто сама реальность сопротивлялась переменам. Я чувствовал, как каждая руна вплетается в структуру ворот, как они становятся единым целым.

Ворота дрогнули.

Руны на их поверхности вспыхнули поочерёдно — сначала тускло-серые, словно пробуждающиеся от долгого сна; затем золотистые, наливаясь теплом и силой; наконец, алые — яркие, как раскалённое железо. Они загорались одна за другой, словно по цепи пробегал огонь, оживляя древний механизм.

Это был знак: защита переродилась.

Когда свечение угасло, поверхность ворот изменилась. Руны больше не выглядели выгравированными — они словно стали частью металла, его естественной текстурой. Теперь это была не мёртвая преграда, а живой страж, дышащий в унисон с новым хозяином.

Я медленно опустил руки. Ладони слегка дрожали — не от усталости, а от напряжения, с которым приходилось удерживать контроль над каждой нитью магии. Но внутри разливалось удовлетворение: всё получилось.

— Готово, — тихо произнёс я, оборачиваясь к капитану Орлову. — Теперь эти ворота откроются только для тех, кому положено. И останутся закрытыми для всех остальных.

В воздухе ещё дрожали отголоски рассеявшейся магии, а где-то глубоко внутри ворот тикало новое сердце — механизм, который отныне подчинялся только нам.

Глава 23

Я стоял возле ворот и смотрел на них, довольный своей работой.

— Когда будем начинать штурм? — капитан, как и я, смотрел на ворота. Он рвался в бой, как и все солдаты вокруг.

Всем уже надоела эта война, и они стремились её закончить.

— Сегодня, капитан, сегодня. Готовьтесь, — я открыл портал и вернулся в общий зал.

Обстановка в зале была напряжённая. Все тихо переговаривались, ожидая меня.

— Ну что? — чуть нервно спросил Михаил.

— Всё прекрасно, мои друзья, — я улыбнулся, пытаясь снять этот накал от ожидания боя. — Сейчас спокойно выпьем кофе, я расскажу, что уже сделал для нашей победы, и пойдём.

Подойдя к столу, я налил себе холодного кофе. Чуть подумав, пустил через него ману, подогревая. Из кружки пошёл лёгкий дымок. Довольно кивнув самому себе, я присел в свободное кресло.

Миша и Ярослав встали напротив, внимательно смотря на меня.

— Расслабьтесь. Нам не придётся взламывать ворота и двери, — я замолчал, сохраняя интригу.

Первым не выдержал князь Бельский. Встав со своего места, он подошёл ближе:

— Князь, рассказывайте! Мы все уже на взводе и готовы к битве. Как мы попадём во дворец? Порталом?

— Князь, всё по плану. Я лишь сказал, что нам не надо теперь взламывать двери и тратить время на атаку ворот, чтобы пробить защиту. Я всё уже сделал, — я расплылся в улыбке, делая глоток кофе. Его определённо варила Елена — ну или Ли Юй. — Поэтому вполне имею право выпить кофе.

— Александр Михайлович, что ты сделал? — Ярослав отчеканил слова.

— Сменил хозяина. Теперь ты и Михаил можете открывать и закрывать двери в катакомбы и ворота во дворец. Вся защита периметра теперь под вашим контролем, ну… — чуть помедлив, я добавил, — и моим.

— Как ты смог это сделать? — удивился Михаил.

— Не скажу, что это было просто, но я смог. Так что у вас минут десять, чтобы ещё раз убедиться, что все готовы. А пока я допью свой кофе, — я улыбался, довольный не только произведённым эффектом, но и своей хорошо выполненной сложной работой.

Князья сразу встали и поспешили на выход.

Через десять минут все были готовы.

— Итак, начинаем одновременно. Ли Юй и Елена, ваша задача — прикрывать группу и помогать в особо сложных случаях. Постарайтесь сохранить всех живыми. Не геройствуйте, это князья, я вам. Я уже видел вас в бою, так что прекрасно знаю: в пылу схватки вы не задумываетесь, что случайно можете погибнуть, — я внимательно посмотрел на князей, и они заулыбались. — Ярослав, держи их в поле зрения. Девушки прикроют. Ещё — сразу установи связь с Михаилом по амулету, чтобы я не отвлекался.

Ярослав кивнул и достал амулет связи, делая вызов Михаилу. Как только они соединились, я продолжил:

— Открываю вам портал и жду, пока весь отряд зайдёт в катакомбы. Там связь прервётся и появится только во дворце. Поэтому начинаем ровно через тридцать минут, как я закрою портал за последним солдатом.

— Всё ясно, Александр. Мы готовы, — Ярослав поднял руку, и отряд из сотни магистров и солдат пришёл в движение.

Я открыл портал в катакомбы, и первыми в него пошли Ярослав, Елена, Ли Юй, князья и Арсений.

Как только я закрыл портал, повернулся к Михаилу:

— Ну что, мой друг, пора и нам.

Будущий император кивнул. И мы вошли в портал.

Возле ворот дворца армия пришла в движение. Все командиры уже получили приказы — кто и куда двигается после того, как мы пройдём ворота. Мы дождались отмеренных тридцати минут, и я кивнул Михаилу.

Он подошёл к воротам и приложил руку.

Руны вспыхнули ярким светом — древний механизм защиты отозвался на новый ключ. С лёгким гулом, похожим на вздох пробудившегося исполина, защита периметра дворца отключилась. Ворота медленно, почти торжественно стали открываться.

В воздухе повисла напряжённая тишина — последний миг перед бурей. Затем раздался боевой клич, и армия хлынула вперёд. Штурм дворца начался.

Я шёл первым, выставив перед собой громадный воздушный щит — пульсирующую стену прозрачно-голубого плотного воздуха, сдерживающую натиск вражеских атак. То, что открылось нашим глазам, повергло в шок даже бывалых воинов.

Ещё недавно дворец блистал как жемчужина: сады с фонтанами, аллеи, утопающие в цветах всех оттенков радуги, мраморные дорожки, зеркальная гладь прудов… Теперь это был один сплошной военный лагерь — изуродованный, осквернённый, дышащий ненавистью.

Ни единого цветка. Ни единого следа былой красоты.

Повсюду — рваные чёрные знамёна «Ордена Чёрного пламени», трепещущие на ветру, словно крылья падальщиков. Земля вытоптана, изрыта окопами, завалена обломками и мусором. Палатки, баррикады, костры, оружейные склады — всё это хаотично теснилось между некогда величественными павильонами и беседками, превращая дворцовый парк в уродливый муравейник войны.

И люди. Или то, что от них осталось.

Толпы изменённых бродили по лагерю — искажённые фигуры с неестественно длинными конечностями, светящимися глазами, когтями, рвущими землю. Магистры в чёрных мантиях выстраивались за баррикадами, формируя энергетические сгустки. Солдаты с мечами и пулемётами занимали позиции на возвышенностях.

Нас атаковали сразу.

Изменённые с яростным рёвом кидались на мой щит, царапая его огромными когтями — искры летели, словно от удара металла о камень. Магистры закидывали нас огненными шарами, взрывающимися о барьер с грохотом и дымом, и воздушными серпами, визжащими, как разъярённые птицы. Пулемётные очереди стучали по щиту, отскакивая, не в силах пробить его.

Я смотрел на это, и во мне бушевала ярость.

Щит держался — нерушимая стена, за которой уже скапливалась наша армия. Я остановился, выжидая, пока достаточно воинов пройдёт через ворота и займёт позиции.

А пока — я атаковал сам.

Резкий взмах руки — и из-под моих пальцев вырвалась стена огня. Она прокатилась по левой части лагеря, пожирая всё на своём пути: палатки вспыхивали, как сухие листья; изменённые кричали, пытаясь убежать, но пламя настигало их; магистры падали, не успев завершить заклинания; солдаты рассыпались в панике. Огонь не щадил никого — но и не выходил из-под контроля.

Я сдерживал его мощь.

Каждый импульс силы проходил через меня, как через фильтр: я отсекал лишнее, направлял энергию точно, не позволяя ей превратиться в неукротимый адский вихрь. Это было непросто — внутри меня бушевала буря, требуя выпустить её на волю. Но я знал: одно неверное движение — и всё здесь обратится в пепел.

— Миша! — крикнул я, не оборачиваясь. — Командуй! Пусть солдаты и магистры займутся зачисткой. А я буду защищать их от атак. Самому мне сложно атаковать — могу случайно тут всё уничтожить.

Мой голос звучал ровно, но внутри всё кипело. Я ещё не научился до конца контролировать силу своих ударов — она была слишком велика, слишком необузданна. Но сейчас это не имело значения.

Потому что штурм дворца только начинался.

Ярослав, выждав тридцать минут, приложил руку к холодной двери. Руны заиграли красками, реагируя на хозяина. Дверь негромко щёлкнула — словно массивные засовы скользнули назад в свои гнёзда, открывая проход. Ярослав толкнул створку, и та легко, бесшумно распахнулась.

Вперёд сразу шагнули Ли Юй и Елена, мягко отодвинув Ярослава. Он не стал возражать, прекрасно понимая, что младшие демиурги в сотни, если не в тысячи раз сильнее его и любого, кто сейчас находился в катакомбах.

Магические кольчуги на девушках переливались яркими красками, демонстрируя мощь их магической брони. Как только они пересекли порог, перед ними мгновенно возник мощный воздушный щит — прозрачный, но ощутимый, словно стеклянная стена.

Ярослав последовал за ними и, оглядевшись, произнёс:

— Удивительно… В детстве я бывал в этом хранилище тысячу раз, но даже не догадывался, что здесь есть потайной ход в катакомбы.

— Что за хранилище? — тут же спросила Ли Юй, внимательно осматриваясь.

— Здесь хранили всё для ухода за прилегающей территорией: инструменты, семена цветов и других растений, разнообразные приспособления для фонтанов, садовые статуи и прочие мелочи. В основном этим помещением пользовались садовники, а мы здесь прятались, когда играли, — с ностальгией произнёс Ярослав.

— И куда нам теперь? — сзади подошёл князь Голицын в своей артефакторной броне, с двуручным мечом наперевес.

— Вон там будет дверь, — Ярослав указал направление. — Она ведёт в самый дальний коридор. Из него всего два выхода: один — на улицу, в сад, а второй — собственно внутрь дворца, на первый этаж.

Ли Юй и Елена двинулись в указанном направлении, а в хранилище начал заходить остальной отряд.

Остановившись возле дверей в коридор, Ли Юй и Елена запустили поисковые заклинания стихии Земли. Воздух едва заметно дрогнул, по полу пробежала призрачная волна, словно рябь на воде. Через мгновение обе девушки синхронно кивнули.

— В коридоре несколько живых существ. Возможно, солдаты или магистры. Мы идём первыми, — тихо произнесла Елена и осторожно толкнула дверь. Та бесшумно распахнулась, подчиняясь лёгкому движению.

Девушки ворвались в коридор — и на миг замерли. Перед ними стояли не люди, а изменённые: искажённые фигуры с неестественно длинными конечностями, горящими глазами и когтями, похожими на кривые кинжалы.

Твари среагировали мгновенно — рванулись с разных сторон, издавая пронзительные, режущие слух вопли.

В руке Ли Юй вспыхнул огненный хлыст — он взметнулся в воздух, оставляя за собой ослепительный след, и с шипящим свистом обрушился на ближайших противников. Хлыст обвился вокруг первой твари, сжимаясь и прожигая себе путь сквозь её тело. Мгновение — и две обугленные половинки рухнули на пол коридора, а остаточные языки пламени превратили их в пылающие факелы, ярко озаряющие всё вокруг.

Елена действовала не менее стремительно. Её ладони вспыхнули холодным голубым светом — и в ту же секунду из них вырвались три воздушных копья. Они пронзили изменённых с глухим хрустом, пригвоздив их к стене. Твари задергались, пытаясь вырваться, но копья лишь глубже врезались в плоть, рассекая мышцы и кости. Воздух наполнился пронзительным скрежетом и предсмертными хрипами.

Коридор мгновенно превратился в поле боя: запах гари от горящей плоти смешался с металлическим привкусом крови. Но девушки не останавливались — их движения были отточены до автоматизма, каждый жест выверен, каждый удар смертоносен. Ни тени сомнения, ни капли растерянности — лишь холодная, расчётливая ярость.

— Чисто слева! — резко выкрикнула Ли Юй, разворачиваясь на каблуках. Огненный хлыст в её руке был готов к атаке, а глаза сканировали пространство в поисках следующей угрозы.

— Справа тоже! — мгновенно откликнулась Елена, не отрывая взгляда от коридора. В её ладонях заклубилась новая порция энергии, готовая в любой момент превратиться в смертоносное оружие.

Они стояли спина к спине, окружённые дымящимися останками поверженных врагов. Пламя от горящих тел отбрасывало на их лица тревожные багровые отблески, а магические кольчуги мерцали, отражая последние всполохи заклинаний. Девушки замерли на миг, прислушиваясь к тишине, которая казалась обманчивой, — они знали: это только начало.

Я расширял действие щита, плавно двигая его перед нашими солдатами. Прозрачная воздушная завеса пульсировала голубоватым светом, словно живая — она вытягивалась, изгибалась, точно следуя за наступлением отряда.

С каждой секундой нагрузка возрастала. Я чувствовал, как сквозь щит пытаются пробиться чужие заклинания — они ударяли в барьер, оставляя на его поверхности рябь, будто камни, брошенные в воду. Огненные шары рассыпались искрами, воздушные копья таяли, не достигнув цели, а тёмные чары «Ордена» растекались по поверхности, словно чернильные пятна.

Но щит держался.

Я сосредоточился на потоке энергии, направляя её с хирургической точностью. Левая рука слегка дрожала от напряжения — приходилось непрерывно корректировать границы защиты, чтобы надёжно охватить всех бойцов. Правая тем временем формировала дополнительные слои, точечно укрепляя уязвимые участки.

Для меня это был совершенно новый опыт. Раньше я и представить не мог, что способен на подобное, но с обретением статуса старшего демиурга открылись невиданные прежде возможности. Постепенно я осваивал эту силу — учился чувствовать её мощь, формировать нужные потоки маны, изменять заклинания по своему желанию.

Изменённые бросались на воздушный барьер с яростным рёвом, их когти пытались прорвать плотную завесу, но лишь бессильно скользили по поверхности. Некоторые пытались обойти щит с флангов, но я мгновенно расширял его, закрывая бреши.

За моей спиной солдаты продолжали вливаться через ворота. Они быстро рассредоточивались по территории, ведя бой под надёжным прикрытием. Я ощущал их напряжённые взгляды, слышал тяжёлое дыхание, чувствовал слаженность действий — они доверяли мне, а значит, доверяли моему щиту.

— Быстрее, быстрее! Охватывайте дворец! — громко командовал Михаил, направляя прибывающие отряды туда, где сопротивление было особенно сильным.

В этот момент массивный огненный снаряд ударил в центр барьера. Магистры «Ордена Чёрного пламени» объединили силы, пытаясь пробить защиту. Щит затрещал, по его поверхности побежали алые всполохи. Я мгновенно усилил напор, вливая больше маны. Барьер прогнулся, но устоял — через мгновение он выпрямился, вновь став безупречно ровным и прозрачным.

Пот струился по лицу, застилал глаза, но я не обращал на это внимания. Всё моё сознание слилось с пульсирующей воздушной стеной. Я чувствовал её ритм, как дыхание живого существа, улавливал малейшие колебания и тут же корректировал их. Каждый импульс силы проходил через меня, подчиняясь воле.

Мы продвигались вперёд — медленно, но неумолимо. Щит впереди, словно несокрушимый таран, солдаты за ним — слаженная боевая машина. И пока я держал защиту, ни один враг не мог прорваться. Ни одна атака не могла остановить наше наступление.

— Надо заблокировать эти двери и оставить здесь людей — на случай возможного прорыва во дворец с улицы, — Ярослав указал на двери в самом конце коридора.

Князь Трубецкой кивнул и отдал приказ. От общей массы солдат отделилась небольшая группа: магистр и пять бойцов. Магистр тут же создал воздушный щит вплотную к дверям — непроницаемую преграду, которая не даст их открыть. Солдаты заняли позиции в небольших нишах по обеим сторонам коридора.

Остальные двинулись к дверям, ведущим вглубь дворца.

Ярослав уверенно указывал путь — прямой маршрут к тронному залу. Ли Юй и Елена пропустили вперёд князей и магистров, а сами обеспечивали защиту: плавно двигали перед отрядом воздушные щиты, словно незримые баррикады, перекрывающие все направления атаки.

В каждой комнате, в каждом зале дворца их встречали враги: магистры в чёрных мантиях, вооружённые солдаты, искажённые твари с горящими глазами и когтями-клинками. Отряд продвигался вперёд, но постепенно редел. На каждом перекрёстке приходилось оставлять часть бойцов — блокировать боковые проходы, перекрывать лестницы, держать под контролем ответвления.

— Надо дождаться помощи армии. Идти дальше опасно, — наконец произнесла Елена, обращаясь к Ярославу. Её голос звучал ровно, но в глазах читалась тревога. — Нас уже осталось слишком мало. Если встретим мощное сопротивление, кто-то может погибнуть.

Ярослав кивнул, соглашаясь. Слишком много коридоров пришлось заблокировать, слишком много бойцов оставить на позициях.

— Михаил, — Ярослав поднёс амулет связи к уху. — Ты где?

— Брат, мы практически заняли всю территорию вокруг дворца. Думаю, ещё минут двадцать — и мы войдём внутрь. Что случилось, Ярослав? Вам нужна срочная помощь? — в голосе Михаила прозвучала явная тревога.

— Нет, брат, но мы не можем двигаться дальше. Слишком много дверей пришлось заблокировать, оставляя солдат и магистров для охраны, — ответил Ярослав.

— Где вы остановились? — сразу спросил Михаил.

— В самом дальнем крыле. Там, где хранилище садовников. Оттуда прошли около пятидесяти комнат и залов. Сейчас отбили Красную гостиную. Помнишь такую? — Ярослав невольно улыбнулся, вспомнив случай из детства, когда они с Михаилом прятались там от наставника.

— Помню. Спроси Елену или Ли Юй: могут ли они открыть ко мне портал? Я отправлю вам через него подмогу, — с надеждой в голосе предложил будущий император.

Ярослав глянул на девушек — они стояли рядом и слышали весь разговор. Ли Юй отрицательно покачала головой:

— Внутри дворца стоит защита против открытия порталов. У нас не хватает сил её прорвать. Возможно, князь Драгомиров сможет это сделать, но не мы.

В коридоре повисла тяжёлая пауза. Даже отдалённые звуки боя словно приглушились, будто сама обстановка замерла в ожидании решения.

Елена, не отрывая взгляда от очередного поворота, тихо добавила:

— К тому же, если мы попытаемся пробить защиту силой, это может демаскировать наше положение. Враги сразу поймут, где мы находимся, и бросят сюда все резервы.

Ярослав сжал кулаки, обдумывая варианты. Он провёл рукой по стене — мрамор был холодным, почти враждебным. В голове проносились схемы дворца, все известные тайные ходы и запасные выходы. Но каждый из них уже либо заблокирован, либо под контролем противника.

— Они не могут, — наконец произнёс он в амулет. — Михаил, мы будем ждать здесь.

— Понял, — голос Михаила стал твёрже. — Как только князь сможет, он сам откроет к вам портал. Будем на связи.

Ярослав убрал амулет связи и обернулся к князьям. Их лица были измождёнными, но решительными. Щиты Ли Юй и Елены всё ещё надежно прикрывали отряд.

— Остаемся здесь. Отдыхаем. Ждём помощи, — его голос прозвучал чётко и спокойно.

Глава 24

Мы постепенно зачищали территорию вокруг дворца. Остатки армии узурпатора упорно сопротивлялись — каждый метр земли давался нам ценой невероятных усилий. Мы дрались за всё: за разбитые мраморные скамейки, за полуразрушенные беседки в бывшем прекрасном саду императорского дворца, за каждую клумбу, где ещё недавно цвели розы, а теперь чернели следы магических ударов.

Сад превратился в поле боя. Изящные дорожки были изрыты воронками, фонтаны разбиты, их чаши заполнены обломками и мутной водой. Деревья, веками украшавшие аллеи, теперь стояли изуродованные — их ветви обломаны, кора испещрена следами клинков и заклинаний.

Наши отряды продвигались методично, от позиции к позиции. Магистры выстраивали защитные барьеры, солдаты шли в атаку, используя укрытия. Каждый раз, когда мы брали очередную точку, приходилось оставлять там часть бойцов — блокировать подходы, держать оборону. Враг не сдавался: из-за разбитых статуй, из-за кустов, из тёмных углов беседок вылетали огненные шары, ледяные копья, тёмные заклинания.

Я наблюдал за ходом боя, оценивая обстановку, стараясь вовремя двигать свой щит, охватывая всё новые и новые захваченные участки. Где-то слева гремели взрывы — там капитан Орлов вёл свой отряд через лабиринт садовых дорожек. Справа слышались крики и звон мечей — это отряд княжича Владимира Голицына пробивался к восточному крылу. Мы сжимали кольцо, но сопротивление становилось всё ожесточённее. Я уже не успевал защищать всех и каждого — бои шли слишком интенсивные.

— Александр! — ко мне подбежал Михаил, едва переводя дух. — На южном фланге противник усилил натиск. Наши магистры держат оборону, но им нужна поддержка.

Я кивнул, уже формируя в уме план перегруппировки.

— Миша, скажи княжичу Григорию Одоевскому: пусть выделит два десятка бойцов и магистра. Оставит их защищать территорию. Я уже не могу полностью накрывать всех щитом. Если враг усилит напор, пусть уходят под мою защиту. Не хватает мне опыта, чтобы везде успевать. Сам пусть направляется к южному фонтану. И пусть не рискуют — только стабилизировать положение.

— Ярослав с группой тоже остановился. Ему не хватает людей. Ли Юй и Елена не могут открыть портал. Внутри дворца защита против порталов, — Михаил нервно сжал кулаки.

— Миша, всё будет хорошо. Но я не могу сейчас ослабить щит. Я и так на пределе: сил у меня много, но я ещё только учусь ими управлять. Делай, как говорю. Надо, чтобы хотя бы один участок полностью захватили и подошли к стенам дворца — тогда я смогу перенести своё внимание на другие участки, и дело пойдёт быстрее.

Я охнул от неожиданности: в щит прилетел мощный удар тёмной энергии. Волна дрожи прошла по всему барьеру, на поверхности зазмеились трещины. Собрав волю в кулак, я усилил поток маны, направляя её точечно в место удара. Щит засиял ярче, трещины медленно затянулись, восстановив целостность.

Михаил коротко кивнул и умчался выполнять приказ.

Я глубоко вдохнул, пытаясь унять нарастающую усталость. Каждая клеточка тела гудела от перенапряжения, но отступать было нельзя. Щит — наша единственная надежда удержать позиции: слишком сильны оказались магистры ордена, да ещё и изменённые, которые, даже умирая, пытались сражаться.

— Продолжаем наступление! — мой голос прозвучал твёрже, чем я себя чувствовал. Я крепче сжал рукоять меча. — Каждый шаг вперёд — это шаг к победе. Не останавливаемся!

Бой кипел вокруг: вспышки заклинаний, звон оружия, крики бойцов сливались в единый грозный гул. Я сосредоточился на ритме щита, на его дыхании, на каждом колебании энергии. Моя задача — держать барьер, держать линию, держать надежду.

Минут через пять ко мне подбежал посыльный:

— Ваше сиятельство, княжич Владимир Голицын достиг восточного крыла. Сообщает, что полностью очистил территорию. Спрашивает, куда ему двигаться дальше?

Я сразу достал амулет связи и набрал Владимира.

— Это Драгомиров. Что у тебя?

— Стою возле стен восточного крыла. Если двинусь направо, то в конце будет вход во дворец. Если налево — пойду в сторону южного крыла, — сразу ответил княжич.

— Оставляй заслон и двигайся налево. Там где-то капитан Орлов зачищает участок сада — соединяйся с ним и двигайтесь вдоль стен дворца к южному крылу, навстречу Одоевскому. Григорий идёт туда на помощь с другой стороны. Михаил сообщил, что там враг усилил напор, — приказал я и отключил связь.

Я посмотрел на посыльного:

— Всё слышал?

Посыльный тут же кивнул.

— Найди великого князя Михаила и сообщи, что Голицын и капитан Орлов идут к южному крылу со стороны восточного.

Посыльный отдал честь и убежал.

Мне стало чуть легче. Я упёр щит в стены восточного крыла — почти до самого входа, туда, где княжич оставил часть отряда, — и сосредоточился на других участках. Процесс пошёл быстрее: я накрыл щитом тех, кто вырвался далеко за его пределы, и людям сразу стало легче продвигаться вперёд.

С каждой минутой я всё плотнее прижимал щит к стенам дворца. Это радовало. Отряды соединялись, усиливали напор на разных направлениях, методично уничтожая упорно сопротивляющихся врагов. Звон мечей, вспышки заклинаний, крики — всё сливалось в единый ритм наступления.

Вскоре я вздохнул с облегчением. Весь дворец теперь находился под моим щитом. Без моего ведома не откроется ни одна дверь, ни одно окно. Пройти сквозь барьер было невозможно — он стал не просто защитой, теперь мой щит выступал в роли надежной тюрьмы, выбраться из которой было невозможно.

— Что дальше? — ко мне подошёл Михаил. Его форма была покрыта пылью и пятнами крови, но взгляд оставался твёрдым.

Я оглядел поле боя. Наша армия отдыхала, сидя прямо на земле. Мы полностью освободили территорию вокруг дворца — ни одного врага не осталось на бывших императорских лужайках, в разбитых беседках и у разрушенных фонтанов.

— Теперь ждём, — ответил я. — Щит держит. Враг заперт внутри. Нужно перегруппироваться, дать людям передышку и…

В этот момент щит содрогнулся от мощного удара. По его поверхности пробежала волна алой ряби. Кто-то попытался вырваться из дворца, но барьер выдержал.

— … и быть готовыми к любой неожиданности, — закончил я, усиливая поток маны. Энергия потекла гуще, щит засветился ровным синим светом, восстанавливая целостность.

Михаил кивнул, мгновенно принимая серьёзность момента.

— Распоряжусь о перегруппировке. Сколько времени щит продержится?

— Столько, сколько потребуется, — ответил я. — Но лучше поторопиться. Собирай княжичей и капитана Орлова. Пусть собирают магистров и солдат — всех, кто не имеет ранений. Щит не выпустит никого из дворца, а мы откроем портал к Ярославу и начнём зачистку с той точки.

Миша улыбнулся — в этом движении читалась не радость, а холодная решимость человека, который дошёл до финала долгой битвы. Развернувшись, он направился к отрядам, чтобы начать подготовку к завершающей фазе штурма.

Вокруг царила непривычная тишина — та самая, что наступает после яростного боя, когда каждый звук кажется слишком громким. Солдаты поднимались с земли, проверяли оружие, перевязывали раны. Магистры восстанавливали силы: они потянулись к подошедшим снабженцам, и каждый получил полные накопители маны.

Я продолжал удерживать щит, чувствуя, как каждая его пульсация отзывается в теле. Дворец стоял перед нами — мрачный, молчаливый, но уже обречённый. Последняя преграда падёт. И тогда всё закончится.

Через полчаса все были готовы. Набралось больше двух сотен полностью восстановившихся магистров и около двух тысяч солдат — вполне достаточно для зачистки даже такого огромного дворца.

— Михаил, я первый, ты за мной. Оценим обстановку, только потом будем заводить людей, — я открыл портал и шагнул внутрь дворца к отряду Ярослава.

Я вышел в Красной гостиной — именно в красной. Стены были отделаны яркими красными панно, что полностью соответствовало названию этой большой комнаты.

— Ну, как вы тут? — спросил я, уже стоя в объятиях моих девушек.

— Пришлось остановиться: слишком много проходов надо удерживать, — ответил Ярослав.

— Тогда предлагаю поступить следующим образом: в первую очередь зачищаем это крыло и двигаемся к тронному залу. Ну а дальше по очереди зачистим все остальные крылья и верхние этажи, — предложил я.

— Хорошо, — пожал плечами Ярослав. — Пусть будет так. Особо не имеет значения, как мы очистим дворец от этой мерзости.

— Михаил, отдай приказ: пусть магистры и солдаты начинают проходить в портал, — я глянул на князей. — Собирайте себе отряды и начинайте зачистку.

Михаил уже вернулся из портала, и следом за ним потянулись магистры и солдаты. Князья уже определились, кто и куда пойдёт; Михаилу и Ярославу осталось только распределить солдат и магистров, отправляя каждому князю примерно равное количество человек.

Как только поток солдат иссяк, я посмотрел на Михаила и Ярослава:

— Ну а мы пойдём сразу в тронный зал. Елена, Ли Юй, пойдёте с нами. Ваша задача — защищать Великих князей. Остальное я возьму на себя.

Я никогда не был внутри дворца, но карта, отложившаяся в моей памяти, прекрасно позволяла мне ориентироваться во всех этих комнатах: гостиных, залах для приёмов, спальнях и ещё куче других помещений, назначения которых я порой даже не понимал. Я думал, что у меня слишком большой замок, но по сравнению с дворцом императора мой замок казался крошечным.

— Ярослав, и вы пользовались всеми этими комнатами? — спросил я, убивая очередного изменённого, который вылетел из очередной спальни.

— Нет, конечно, — засмеялся Ярослав. — Я не бывал и в половине комнат. Миша, помнишь, как мы с тобой однажды заблудились?

Миша тоже рассмеялся:

— Помню. Самое интересное, что слуги знали только свой отведённый им участок дворца. В итоге нас вывели на улицу, мы обошли дворец и зашли через центральный вход — оттуда мы уже знали дорогу в свои комнаты.

— Если бы я не запомнил карту, мы бы бродили кругами по этим комнатам и коридорам. Интересно, кто придумал такую планировку? Это же полноценный лабиринт, — мой воздушный серп разрубил надвое магистра ордена, который пытался меня атаковать.

Мы вошли в огромный тронный зал.

Его сводчатый потолок терялся в полумраке, поддерживаемый колоннами из белого мрамора, испещрёнными древней рунической вязью. Стены, облицованные панелями из тёмного дерева, отражали тусклый свет массивных канделябров — пламя в них не горело настоящим огнём, а пульсировало холодным магическим свечением, отбрасывая на пол причудливые тени.

Пол был выложен мозаикой из разноцветного камня: сложный узор изображал карту империи в её зените — реки из лазурита, города из мелких золотых вставок, горные хребты из обсидиана. В месте, где на карте располагалась столица, зияла пустота — словно кто-то намеренно вынул камни, оставив лишь неровные края.

В дальнем конце зала, на возвышении из чёрного гранита, стоял трон. Не просто кресло — целое сооружение из кованого железа и костей неведомого существа, оплетённое серебряными нитями заклинаний. Его спинка вздымалась вверх, образуя подобие короны, а подлокотники заканчивались когтистыми лапами, сжимающими сферические кристаллы, в которых мерцали сгустки тёмной энергии.

На этом троне восседал узурпатор. Его фигура казалась неестественно высокой — то ли из-за самого трона, то ли из-за магической ауры, окутывавшей его подобно чёрному туману. Длинный плащ из материала, напоминающего застывшую тьму, ниспадал с плеч, растворяясь в тенях. Лицо скрывалось в глубине капюшона, но оттуда пробивались два багровых огонька — глаза, горящие холодным, нечеловеческим светом.

Вокруг трона полукругом стояли десять магистров. Их чёрные мантии с серебряной вышивкой сливались с общим полумраком зала, лишь кольца на пальцах и медальоны на груди изредка вспыхивали голубыми искрами — признаки активированных защитных чар. Они не шевелились, словно статуи, но в каждом едва уловимом движении чувствовалась напряжённая готовность к бою.

Воздух в зале был тяжёлым, пропитанным запахом озона и чего-то ещё — затхлого, древнего, словно сама магия, пропитавшая эти стены, начала разлагаться. Тишину нарушал лишь тихий гул кристаллов на троне, похожий на биение огромного сердца.

Мы замерли на пороге, осознавая масштаб угрозы. Это было не просто столкновение армий — это был финал, точка, где решалась судьба империи.

— Он изуродовал это место, — тихо прошептал Михаил и сжал кулаки.

— Оставайтесь здесь, я сам разберусь, — приказал я тоном, не терпящим возражений. — Если понадобится помощь — подам знак.

Я сделал шаг вперёд, и мозаичный пол глухо отозвался под подошвами сапог. Расстояние до трона казалось бесконечным — каждый шаг отдавался эхом в звенящей тишине зала. Узурпатор не шевелился, но я чувствовал, как его взгляд, словно ледяные иглы, пронзает меня сквозь тьму капюшона.

Магистры вокруг трона синхронно подняли руки — на пальцах заиграли алые искры заклинаний. Воздух сгустился, стал почти осязаемым, будто пытался остановить меня. Но я лишь ускорил шаг, формируя перед собой воздушный щит.

— Ты опоздал, — голос узурпатора прокатился по залу, словно камнепад. — Этот дворец — мой трон — уже стал частью моей сущности. Ты не сможешь меня изгнать.

— Не тебе решать, — ответил я, останавливаясь в десяти шагах от возвышения. — Сегодня всё закончится. Где твой хозяин?

— Ха-ха-ха-ха, — рассмеялся узурпатор. — У меня нет хозяина!

В тот же миг кристаллы на подлокотниках трона вспыхнули багровым светом. Магистры разом произнесли заклинание — пространство перед ними исказилось, образуя вихрь тёмной материи.

Грохот разорвал тишину. Волна силы разметала ближайшие колонны, осколки мрамора взметнулись в воздух. Я устоял, выставив щит, но почувствовал, как по рукам пробежала дрожь — противник был силён.

Десять воздушных серпов рванулись к магистрам. В этот раз я не пожалел маны, максимально накачивая серпы силой. Они лишь на миг остановились, продавливая защиту магистров. Резкий хлопок — и щиты разлетелись; головы магистров покатились к моим ногам.

Родовой меч полыхнул, покрывшись огнём и молниями. Я пошёл к узурпатору.

— Повторяю свой вопрос: где твой хозяин, где тёмный маг? — я приблизился к трону.

— Тёмный маг⁈ — узурпатор снова рассмеялся. — Он всего лишь жалкий раб, который готовит путь для истинного хозяина этого мира, демиург. Недолго тебе осталось. И то, что я проиграл, уже ничего не значит. Я сделал то, для чего меня прислали сюда. Истинный хозяин будет доволен.

Узурпатор кинулся на меня, нанося удар мечом, возникшим в его руке. Я увернулся, взмахнув своим клинком. Голова узурпатора упала и покатилась по полу, а тело, обмякнув, рухнуло обратно на трон.

Я повернулся и пошёл к стоящим неподалёку Великим князьям и девушкам. Тело узурпатора вспыхнуло от выпущенного мной огненного шара и рассыпалось пеплом.

Спустя несколько часов дворец полностью зачистили от остатков изменённых и слуг «Ордена Чёрного пламени».

В течение следующего месяца несколько тысяч строителей и садовников приводили дворец в порядок. По всей Российской империи продолжались облавы на пособников «Ордена Чёрного пламени». Несколько княжеских семей было арестовано, их имущество конфисковано, а родовые замки — полностью снесены с моей помощью.

Когда всё утихло и дворец был полностью восстановлен, состоялась коронация Михаила. Мне, Елене, Ли Юй, Арсению, а также всем князьям, поддержавшим Великих князей — включая моего вассала Вэй Чжэньлуна, — император присвоил звание «Хранитель престола». К нему прилагалось множество разнообразных преференций: например, теперь мы могли не платить налоги в императорскую казну.

Но всё это для меня не имело значения.

Война за трон Российской империи была закончена, но война за этот мир только начиналась.