Елизавета Премудрая, или Ква, босс

16-2

А работалось с Ильей на удивление продуктивно и даже комфортно. Он оказался вовсе не таким дурачком, каким до этого прикидывался. Примерно через две недели совместных трудов Лиза вдруг обнаружила, что Илья разговаривает на нескольких языках. Иностранных, естественно. В прошлую среду прямо при ней он раскритиковал предложенный конкурентами и подготовленный юридическим департаментом контракт — едко, жестко и абсолютно заслуженно. Выпроводил из офиса пьяного агрессивного мужика. Самостоятельно починил забарахливший обогреватель. Елизавета внезапно для себя обнаружила вместо Илюшеньки-простачка умного, взрослого мужчину, который знает себе цену и умеет отстаивать свое авторитетное мнение.

Но Илюшеньку-дурачка он включал все же чаще. Привычка, наверное.

— Елизавета, у меня кофе-машина не работает, — жаловался он, и Лиза с тяжелым вздохом вытирала пыль на крышке техномагической упрямицы или добавляла молоко.

— Елизавета, принтер не включается! — паниковал Бессмертный-младший, и Лиза покорно заползала под стол и проверяла шлейфы.

— Елизавета, он печатает с полосами, а мне надо идеально!

Ну как ребенок же, право слово…

— Елизавета, помоги завязать галстук!

Как бы его галстуком этим не придушить…

— Елизавета!

Уже бежит, никуда не сворачивая.

— Елизавета!

Лиза не выдержала и позвонила Алле, уточнить, правда ли ее новый босс такой беспомощный или придуряется? Алла подтвердила: не придуряется. Такой и есть. Сказала, что в кухонном шкафу на верхней полке в коробке из-под чая коньяк. На случай, если совсем припрет. Ну нет, пока до такой степени не дошло. В конце концов, ее прежний босс тоже был не одуванчик. Но хотя бы галстуки не носил.

А в целом, Елизавете здесь нравилось. Хороший офис, отличный вид из окна.

Столовая только платная, зато там нормальные люди обедают. Никаких тебе драк с завываниями и клочками шерсти во все стороны, никаких разборок из-за зеленоглазой русалки. Люди решали свои проблемы тихо-мирно, сплетничая, кляузничая и разоряя конкурентов.

А еще в столовой были девушки — как в мини-юбках и блузках в обтяжечку, так и в классических костюмах. По наряду казалось бы видно, кто чего стоил, но Илья, знавший всех на свете, часто с Елизаветиным мнением не соглашался.

— Вон та красотка с рыжими волосами, — говорил он. — Да, да, в чулках... (и откуда он знал о чулках, может это колготки?) это секретарша Сергеева. Ты не смотри на длину ее юбки, это форменная маскировка. Получше всех камуфляжей и спецодежды. С ней дело лучше не иметь, она тебя быстро раскусит, кровь высосет и выплюнет. Похуже некоторых упырей.

Не ахти и красотка, на взгляд Лизы, мелковата. И ноги короткие. И нос длинный.

— А вон та старая дева с кривыми ногами и в бесформенном пиджаке — просто маньячка, — радостно шептал Илья. — Говорят, она такое вытворяет!

— Завидуют?? — Лиза лукаво стрельнула глазами, глядя на женщину за соседним столиком уже совершенно другими глазами — Или врут? Сам-то не проверял?

— После трех офисов и охраны? — Илья закатил глаза. — Не ценю я самодеятельность, знаешь ли. Если совсем уж припрет, обращусь к профессионалкам. Хоть и дорого, но с гарантиями.

— И часто тебе припирает? — спросила Елизавета, смеясь.

А сама затаила дыхание, словно ей этот ответ важен был. Глупость какая.

— Исповедуюсь строго по пятницам, — усмехнулся Илья, отворачиваясь. — Я к тому, что не стоит судить по внешности.

Вот ведь… бабник. Или снова придуривается? Не похоже.

— А вон тот красавчик-брюнет в синем костюме, судя по твоей логике, должен быть импотентом? — Лиза кивнула за спину Ильи — Ну тот, что за столиком у окна? Если уж все не так, как на первый взгляд кажется?

— Виктόр? — Илья оглянулся и сразу же помрачнел. — Нет, этот не импотент. Этот прямой конкурент. Хотя… Погоди.

Илья взял поднос и направился прямиком к столику Виктόра. Неизвестно, что он там рассказывал, но брюнет бросил на Лизу нечитаемый взгляд и медленно с какой-то угрозой улыбнулся. Зубы у него были ровные и очень белые, наверное, искусственные. У нормальных людей такого оттенка быть не должно. Она сделала вид, что его взглядов вообще не заметила, и уткнулась в телефон. Дела у нее очень важные. Неотложные даже.

Тем временем Илья (вместе с подносом) вернулся за столик.

— Что ты ему там вещал? — строго поинтересовалась Лиза.

— Сказал, что моя секретарша просила узнать, не импотент ли он, — ответил Илья с видом рассеянным, даже немного наивным. — Он сказал, что точно нет. Предложил даже проверить.

— Ты больной? — вытаращила глаза Елизавета. — А то у меня тут сомнения возникают.

— Нет, — довольно усмехнулся Бессмертный-младший. — Я просто бессмертный. Знаешь, как это радует? И даже ты меня не придушишь, и не мечтай.

Мужику двести тридцать лет, а такое чувство, будто двадцать. А убить захотелось. Хотя… можно же сделать так, чтобы жил, но мучительно? Ничего, Илюша, ты просто не представляешь, какие дела решаются в женском туалете!

— Что ты сказала секретарше Сергеева? — рыкнул Илья, врываясь в офис. — Почему они все на меня так… странно смотрят?

— Что ты гей, — ответила Лиза, ему радостно улыбаясь. — Но стесняешься. А с женщинами просто дружишь.

— Что-о-о-о?

— Женская месть подается холодной. Кстати, Антонов, оказывается, тоже из этих... бледно-синих. Тебе больше не будет одиноко в его тесном мужском обществе.

— Я тебя убью! — кажется добрых шуток Илюшенька больше не понимал. Чувство юмора отказало.

— Попробуй, — пожала плечами Елизавета. — Только твоему папе это не понравится. Боюсь, что воинственный гей, еще даже хуже, чем просто…

— Ты еще пожалеешь!

Лиза с удовольствием глядела на захлопнувшуюся дверь. А нечего было глупости Виктόру говорить. Виктόр где-то добыл ее номер и засыпал теперь сообщениями самого фривольного содержания. На свидание приглашал. Отказала, конечно. Не везет ей с красавчиками. Хотя, если бы не лягушачье проклятье, Елизавета бы, может, и не выпендривалась.

Часики. Тикают.

Лиза окончательно решила, что хочет ребенка, хотя Кощеича на роль счастливого отца уже не рассматривала. Во-первых, от него потом не отобьешься. У этого засранца обостренная интуиция. Во-вторых, это низко. Она к Илюше привыкла и даже была склонна считать его своим другом. А с друзьями так не поступают. А в-третьих... да в-третьих, Елизавета попросту опасалась, что если их отношения перейдут определенную грань, то она влюбится окончательно и бесповоротно.

Первая катастрофа произошла на исходе третьей недели работы. Илья в конференц-зале решил провести презентацию нового этого самого вендора. Пятнадцатого по счету, юбилейного, значит. Лиза показывала слайды и несколько раз ошиблась. Никто бы и не заметил, конечно. Но Илья на нее грозно рыкнул. Лиза ошиблась еще раз. Ничего хорошего из этого не вышло.

Ква-шлеп-бум. Бурные аплодисменты.

Надо отдать Кощеичу должное, он закончил презентацию лично с самым невозмутимым видом. Истерику устроил потом, когда совещание окончилось и все гости разошлись.

— Еще раз превратишься в лягушку — я тебя зажарю и съем! — орал Илья. — Моду взяла — на ответственном совещании квакать!

— А не надо на меня при ответственных людях орать! — резко ответила Елизавета, спрыгивая со стола.

— Ты погляди, какие мы чувствительные! — бросил ей в спину Илья, но без особого энтузиазма. Снова одетая. Надо же, научилась. А жаль.

— Да, мы такие, — бросила Елизавета. — Тебе, толстокожему, не понять. Ладно, пар спустили и хватит. Тебе на завтра нужны отчеты по эффективности ценообразования ?

— Наверное нет, — подумав, ответил Илья. — “Маг-текс” перенеси на двадцать третье. Сдается мне, они ничего не сделали.

— Хорошо, — кивнула Лиза. — Может, позвонить Буланову? Он вторую неделю тебя домогается. Уедет ведь в свою Вологду, гоняйся потом за ним.

— А позвони, — согласился Илья. — Пусть завтра к десяти приезжает. Это, Лиз... извини, а? -

— Извини на хлеб не намажешь, в кармане оно не звякает и даже не карточке не отсвечивает, — хмуро ответила Лиза.

— Справедливо. Я сделаю выводы, — он совершенно обезоруживающе улыбнулся. Вот умеет же, может. — И как только отец с тобой управлялся?

— Как, как, — пожала плечами Елизавета. — Долго, дорого, и с обоюдным удовольствием.