Materia Prima-3. Делай Красиво

Глава 18 Я умею считать только до семи

Я успел предупредить остальных. Как раз вовремя. Поезд появился внезапно. Не из туннеля перед нами, не приехал по путям с другой стороны платформы. Нет. Просто проломил стену и выехал поперек станции.

И это нихрена не было похоже на поезд. Нет, может, когда-то давным-давно, в далекой-далекой галактике, это и было поездом, но сейчас нет. Приплюснутая морда, хищные линии, глаза-фары, а затем по металлу прошла кривая горизонтальная трещина, и корпус раскрылся надвое, став неким подобием пасти.

Кривые края разрыва походили на заточенные клыки, из недр состава раздался гул, в котором смешалось что-то утробное, рев двигателей и скрежет металла. А внутри… Я словно видел его желудок, состоящий из перевитых жил, наростов и слизи. Все это облепило внутренности, смешавшись с кожаной обивкой сидений, металлом поручней и пластиком панелей.

Это был точно такой же биомеханический монстр, как Наблюдатели или Крикуны. Только иного масштаба. Иной силы.

«Голова» поезда промчалась в считаных метрах от нас с госпожой Бланшт. При этом монстр разметал платформу и впился в противоположную стену. Мимо нас проносились вагоны один за другим, в разбитых окнах, залепленных паутинами из жил, мелькали какие-то силуэты, меня обдало волной мутной энергии с запахом гнили и машинного масла. Тут же замутило, так что пришлось приложить усилия, чтобы просто устоять на ногах.

Раздался скрежет тормозов, скрипучий и визгливый, он бил по мозгам. Из-под колес монстра летели искры, так что вполне можно было дебютировать с эпилептическим припадком от такого зрелища.

Поезд наконец-то остановился. Дверь напротив нас с чавкающим звуком разъехалась в стороны, и на платформу вышел машинист. Честно говоря, я ожидал встречи с очередным монстром вроде Наблюдателя, но это оказался обычный человек.

Ну как обычный. Его аура сияла грязно-сиреневым цветом, а по концентрации и интенсивности сияния…

— Это кто? — уточнил я у Четверга. — Какой ранг?

— Я умею считать только до семи. Как и ты. Мы не знаем, каких рангов были все сильные спириты, которых встречали.

— Экстраполируй через геометрическую прогрессию накопления эйба. Используй дуальное взаимозависимое уравнение Шевича-Брудковски. Четверг, это школьная программа.

— Я сижу в голове у ботаника. Понятно теперь, почему у тебя с самками не клеится. Провел анализ: десятый ранг или выше. Точность вычислений — пальцем в небо. Напоминаю, неба тут нет.

Я же оглядел десятку. Выглядел он как бомж со свалки, которого отпинали и выгнали другие бомжи, потому что считали его бомжом. Грязная слипшаяся борода свисала до пояса, сальные волосы видели воду в лучшем случае на картинках, одет в несколько слоев перепачканных лохмотьев, так что походил на сморщенную гнилую луковицу.

Запах — это отдельный вид садизма. И ладно бы обычная вонь, но нет, от него разило гнилым мясом. Этот тошнотворно-сладковатый запах я хорошо выучил в глубине. Сортировочный цех использовал его в качестве клея или сварки, как мне тогда казалось.

Четверг вырубил обоняние — был бы он человеком, я бы его за это обнял. Бомж же оглядел нас, увидел госпожу Бланшт и радостно заулыбался, демонстрируя идеально ровную белозубую улыбку. Эта деталь окончательно сломала мне мозг.

— Сильда, дорогуша, как похорошела! Какая талия, какая кожа, ух, так бы и откусил кусочек, — обрадованно запрыгал на месте машинист.

— Маверик, старый пройдоха. Вот уж не ожидала тебя тут встретить. Слышала, ты только по вертикали катаешься.

— Привел Лапочку на прокормку, — он с нежностью погладил корпус вагона. При этом его рука измазалась в слизи, но его это нисколько не волновало. — Совсем исхудала бедняжка, на дне калории улетают только в путь. А тебе куда?

— В Прайм.

— Это подкормка?

— Нет, они со мной. Могу одного гуля отдать.

— Я бы этого взял, — машинист ткнул пальцем в варвара, и я отметил, что Сектор сделал небольшой шаг назад. — Мясистый, упитанный.

— К сожалению, он нужен марионеткам.

— Вашим или нашим?

— Нашим. В дела твоей… Не лезем в общем, ты же знаешь, Маверик.

— Ага, ага. Нейтралитет, да. Так что у тебя есть для старины Мава?

Двое грузчиков поставили перед бомжом раскрытые чемоданы, в которых он тут же принялся копаться. Звенели бутылки, мелькала еда, головка сыра, связка чеснока, вяленое мясо — все моментально исчезало внутри его безразмерных лохмотьев.

Овощи полетели на платформу, табак он высыпал прямо тут же, а вот шелковый мешок из-под него спрятал. Связка полупрозрачных сушеных грибов также полетела на платформу.

Встал, растерянно оглядел разбросанные вещи, посмотрел на госпожу Бланшт.

— Сильда, дорогуша. Мы хоть и старые приятели, но сама понимаешь. Ну вообще ни о чем.

— Знаю, Маверик. Я думала, что поеду одна, но планы резко изменились. К сожалению, это все, что есть.

— Сильда, — расстроенно произнес машинист, — ну накинь еще чего. Ну хотя бы того задохлика.

Он указал в сторону Яркого. И я понял, к чему все идет. Существо, явно способное убить весь наш отряд и обобрать все до нитки, просяще смотрел на госпожу Бланшт. Он ее не боялся, это очевидно. Но и была у него в глазах какая-то детская обида, как у ребенка, которому на день рождения подарили отличную пару удобных туфель, а он хотел конструктор.

— Сек, — повернулся я к варвару. — Доставай свою заначку.

— Босс… Это же… Классика.

— Сектор. Ты же не хочешь меня злить. Пожа-алуйста, будь так любезен, достань заначку и оплати наш проезд.

Варвар начал что-то бурчать себе под нос, но рюкзак скинул и полез в нем копаться. После чего передал мне тугую стопку журналов. Я без страха подошел к машинисту и протянул «оплату». Но тот даже не взглянул, неотрывно глядя на меня.

И от этого взгляда становилось жутковато, будто бы я смотрел в бездну. Что-то мутное, голодное таилось в глубине этих выцветших глаз. Он мне не нравится.

— Какой интересный юноша, — улыбнулся машинист, словно обнюхивая нас.

— Попытка глубокого сканирования. Грубого, — произнес Четверг. — Пресечена, но потенциально он может пробить мои защитные протоколы.

Я понимал, о чем говорил Четверг. Меня словно невидимыми склизкими щупальцами обволокло. А потом они будто пытались проникнуть внутрь прямо сквозь кожу, особенно плотно вцепившись в голову.

Но через мгновение неприятное чувство отступило, оставив после себя лишь стойкое желание хорошенько помыться.

— Маверик, — голос госпожи Бланшт дрогнул. — Сбор не в твоей юрисдикции, ты же доставщик.

— А? Да, да, конечно. Но бонусы же? Бонусы.

— Нейтралитет. Политика невмешательства.

— Да, да, конечно, конечно… Ты права.

Машинист наконец-то обратил внимание на журналы в моих руках, а я мысленно выдохнул. Выдержать его взгляд было… Трудно. Меня словно наизнанку вывернуло.

А затем его глаза округлились, а на лице появилась гадливая улыбочка. Он с прищуром глянул на меня, на варвара, подмигнул и махнул рукой.

— Залетайте на борт. Следующая остановка — Прайм.

— Надо было больше брать, — обреченно вздохнул Сектор.

— Так ты и взял, — шепотом произнес я, чтобы Маверик не услышал.

— Не понимаю, о чем ты, босс, — ухмыльнулся варвар.

Госпожа Бланшт в сопровождении грузчиков первой вошла в вагон. Мы с долей опаски последовали за ней. Внутри было не так уж мерзко, как снаружи. И уж точно это не походило на внутренности желудка, как было в других вагонах, мелькавших мимо нас.

Это было что-то вроде вагона-ресторана. Кожаная мебель, деревянные столы, обшарпанные обои в алых оттенках. Все старое, потрепанное, но воняло тут не так сильно. Имелись и натянутые жилы, и мясистые наросты, и прочие признаки биологического присутствия, но в основном все это было по углам.

Так что если смотреть под ноги и ни к чему не прислоняться, то не так уж все и плохо.

Маверик с госпожой Бланшт расположились за дальним столиком. Один из грузчиков при этом спокойно пошел в следующий вагон. Двери открылись лишь на несколько секунд, но я успел заметить, что там дальше не было ничего, кроме мясистых коконов, занимающих почти все свободное пространство.

Мы уселись за столик в противоположном конце вагона. Все выглядели бледными как мел, дышали через тряпки. Нила тут же протянула мне одну повязку, вымазанную ее фирменной мятно-травянистой кашицей. Я лишь покачал головой.

— Рейн, — прошептала она. — Что это за… Что это вообще такое?

— Я знаю не больше твоего.

— Мы едем в желудке червеподобного поезда. Где гарантии, что нас тут не переварят за время поездки?

— В том конце сидит гарантия. В черном платье и с зонтиком.

— Такая себе гарантия.

— Других нет.

— Так мы же тоже не с лаптями на медведей ходим. Если что, дадим отпор, — проворчал Сектор.

Я лишь скривился на это. Хорошо быть таким, как Сектор. Незнание — сила.

— Не делаем резких движений, громко не говорим, притворяемся мебелью, ждем, когда все закончится. Если есть верующие, кажется, сейчас самое время начать молиться.

— Хаос единый и неделимый, к тебе взываю! Брось свой взор на ленты вероятностей…

— Тебя это не касалось, — оборвал я Четверга.

— Да блин. То молись, то не молись, то верь в форсайт, то не верь. Как мне обучаться в таких неопределенностях?

Поезд тронулся, постепенно набирая разгон. Станция проплыла в окнах и исчезла, сменившись бесконечной тьмой. В вагоне моргали лампочки, так что света хватало, но за окнами было ничего не разобрать.

По ощущениям мы неслись с очень высокой скоростью. Вряд ли в этой штуке стоят ограничители от производителя в триста пятьдесят километров в час. Через десять минут поездки меня начало мутить. Варвар не выдержал первым и отправился в угол прощаться с завтраком. Вскоре остальные последовали его примеру.

Четверг каким-то чудом успокоил и желудок, и вестибулярку.

— Лягте на пол, головой в направлении движения, — посоветовал я. — Чуть полегче будет.

— Из чего ты вообще слеплен, Рейн? — простонала Нила. — Дышит сам, не тошнит, разноцветными молниями кидается.

— Я думал, он только мне не нравится, — простонал Сектор.

— Ну вы обнимитесь и поплачьте еще, — пробурчал я.

Внезапно в вагоне резко потемнело. Лампы работали как обычно, просто словно сам воздух стал густым, и свету было труднее пробиваться сквозь него. Дышать стало сложнее, воздух был вязким, тяжелым.

Оглядел вагон, но госпожа Бланшт и Маверик спокойно вели светские беседы и не обращали на это внимания. Я же заметил, что в воздухе словно бы появились некие искры, которые то появлялись, то исчезали.

— Это что за муть? — простонал Сектор.

Слава яйцам, я уж думал, что начинаю сходить с ума и что я один это чувствую. В следующий миг в голове раздался шепот. Один, но на тысячи голосов. Отдаленный, но проникающий сразу в разум. Я не мог разобрать слов, в голову лезли странные липкие мысли.

Хотелось затрясти башкой, чтобы они высыпались из ушей. Через несколько секунд шум исчез. Нет, стал тише, почти незаметным, на пределе восприятия.

— Четверг. Кто-то пытается залезть к нам в домик?

— Нет… Скорее это мы вломились к кому-то. Повсеместное воздействие, это эйб-излучение, содержащее обрывки кодировки. Оно повсюду. Это не шепот, это… данные. Мы их просто улавливаем. Я ослабил восприятие, но этого кода слишком много, он повсюду. Мне не хватает мощности, чтобы полностью заглушить это.

— Вашу ж лево-поперек, что за звиздец, куда мы вообще попали? — в сердцах, пусть и мысленно, произнес я. — Что не так с этим миром, почему он не может быть хоть чуточку нормальней?

Этот звиздец продолжался несколько часов. Глобально ничего не происходило. Какие-то обрывочные голоса на фоне, странный воздух, темнота. Яркий вырубился первым, не выдержав напряжения. За ним, как ни странно, Сектор. Последней отключилась Нила.

Я посмотрел на эту лежащую на полу троицу и решил, что это не самая плохая опция. Я чувствовал слабость, которую уже не мог списать просто на плохое самочувствие.

— Четверг, покараулишь?

— Без проблем. Перевожу организм в режим отдыха.

Я отключился без сновидений, но почти сразу же, как мне показалось, услышал голос Четверга.

— Босс, пока ты в контролируемом сне, я тебе тут аудиосообщения перешлю. Тебе может быть интересно.

— Что там?

— Сладкая парочка пришла на нас полюбоваться. Пытаются сканировать оба сразу.

— Позволь, но неглубоко. Так, чтобы они не узнали про тебя.

Через мгновение я «услышал» голоса. Не ушами — я просто осознавал сказанное.

— Интересный экземпляр, — произнес Маверик. — Крепкий. И до сих пор сопротивляется.

— Я была уверена, что на втором слое он вырубится почти сразу. Все вырубаются в первый раз.

— Может, он уже был тут?

— Да когда бы успел? И как бы он выбрался?

— Не знаю. Но в базе есть его слепок. Даже два. Он зачем-то нужен ей, — произнес Маверик.

— Зачем?

— Если бы я мог знать ответ. Но видно, есть в нем что-то, что ее заинтересовало.

— Я пометила его первой. Это есть в твоем слепке?

— Да, да, конечно, конечно. Только ты ведь сделала это шутки ради, верно говорю?

— И что? — усмехнулась Сильда. — Теперь это не имеет значения. Я была первой, значит, он принадлежит Семье.

— Зачем он Семье?

— А зачем он Единой?

— Если бы я мог знать ответы, — повторил Маверик.

Повисла пауза в диалоге. Четверг примерно дорисовал картинку по общим ощущениям, так что я сейчас мог наблюдать размытое изображение того, как парочка стоит возле моего стола. Причем сам я наблюдал как бы со стороны, просто получая пакеты информации.

— Он странный, — наконец нарушила тишину Сильда. — Сначала он показался мне забавным, потом просто сообразительным, а вот теперь… Он слишком быстро прогрессирует. Словно кто-то накачивает его чистейшим эйбом. Три месяца назад он был пустой болванкой.

— Не так уж и быстро.

— Для свалки — очень быстро. А еще у него Солнечное Копье.

— Вот это новость. Сама видела?

— Да. Зачаточная форма. Но даже так — это утерянная магия. Не представляю, где он мог ее найти.

— Может, кто-то ему ее дал?

— Кто? Кто будет делиться таким даром?

— Тот же, кто накачал его чистым эйбом, например. Кто-то, кто хочет уничтожить Семью, например.

— Или Единую.

— Ее так просто не убить. К тому же он появился в твоем городе, а не в наших туннелях. Поэтому ты и думай, кто из древних вернулся в игру.

— Это если что, они про меня, получается, — прокомментировал Четверг. — Древний ужас, дарующий жалкому Рейну эйб и Солнечное Копье.

— Не льсти себе. Ты вполне молодой ужас. Я бы сказал, что даже просто ужас.

— Кстати, босс, где Копье, что я тебе даровал?

— Напомни, как оно выглядит?

— Да если бы я знал. Могу разбудить, спросишь.

— Есть вероятность, что за этот подслушанный разговор меня в соседний вагон отправят с концами.

И я словно накаркал.

— Сильда, может, ну его? Просто засунем в инкубатор, я отвезу его Единой — и дело с концом, а? Второго шанса, что он добровольно залезет в Лапочку, может и не быть.

— Думала об этом, — неуверенно произнесла дама. — Как будто бы так и надо сделать. Но я до сих пор сомневаюсь, что он враг Семьи.

— А какие варианты?

— На город пару месяцев назад напали те психи. Ателье. Которые в придурочных масках еще. Я вот думаю, может, он с ними? Тогда можно договориться.

— Зачем тебе это?

— Солнечное Копье, Маверик. Если у него есть оно, то где-то же он его достал. Значит, где-то должны быть и остальные заклинания. А ты сам прекрасно знаешь, что нужно Семье.

— Не продолжай, — машинист словно в одно мгновение потерял интерес к беседе. — Глупая сказка, которой вас предки потчуют.

— Это не сказка.

— Если бы это была правда, Единая бы об этом знала.

— И сразу же поделилась бы информацией с простым доставщиком, да? — в голосе Сильды послышался яд вперемешку с обидой.

— Да. Потому что если бы это была правда, то это стало бы целью для всех нас, а не только для Семьи. Если ты так в это веришь, отдай парня Единой, она выкачает из него правду.

— И поделится? Сам в это веришь?

— Дело твое. Тогда действуй как обычно.

Основываясь на звуке шагов, Четверг дорисовал, как Маверик уходит обратно в другой конец вагона, но госпожа Бланшт осталась стоять на месте.

— Да я вот сомневаюсь, что «как обычно» получится, — передал ИИ ее шепот. — Опасный крольчонок.