Что хочет оборотень

⚜️ Глава 2. Ох уж эти провинциальные дворняги

Утром пришлось ретушировать синяк на подбородке и распускать волосы, чтобы они хоть немного прикрыли подозрительные припухлости.

Ночью я-таки чуть не позвонила в полицию, но вовремя вспомнила о фамильярно упомянутом «Даге». А еще - при открытии протокола придется сообщить официальное имя. Поэтому решила скандал не поднимать, а сходить в город и осторожно разузнать про шефа полиции и его связь с Глостерами.

Представляться пока буду Олей или Холли, а там посмотрим.

Сменить все паспортные данные мне пришлось чуть больше трех лет назад, когда в моем родном Саратове как черт из табакерки появился седовласый полный мужчина в клетчатом костюме-тройке, с мягкой улыбкой на открытом, добродушном лице.

Так мы узнали, что мама является потомком побочной ветви семейства Альба. И каким-то хитрым макаром я, совершеннолетняя и незамужняя девица, по завещанию троюродной бабушки наследую поместье на другом конце земного шара, а моя родительница – неплохую финансовую ренту.

К сожалению, сразу нас найти не смогли. Поэтому наследники первой очереди положили мамины деньги в какие-то трасты, а дом, за которым никто не присматривал, самовольно продали.

Великолепное «Гнездо» почти мгновенно ушло с молотка, да только в документах пропустили выделенный в самостоятельный пункт садовый домик с прилегающей землей. Вот незадача.

Как уверил меня адвокат, этот расклад оказался для нас очень удачным. Пока дальняя аристократическая родня спорила кто и что должен нам выплатить, их фонды в качестве извинений обеспечили нашей семье спонсорские визы и учебу для меня в университете.

Мама с папой счастливо и скромно жили на ренту, я – увлеченно училась, собираясь по маминым стопам стать учительницей в школе, полировала свой неплохой, но все же с акцентом - английский. Все тихо и мирно шло к возвращению наследства в виде кругленькой суммы, но после вчерашнего дня ситуация изменилась. Почему я должна оставлять «Гнездо» Глостерам?

И виной была не только обида. Что-то во мне начало отчаянно противиться самому простому решению – взять деньги. Ладно, поживем - увидим.

Запихнув в сумку Йожи, отчаянно возжелавшего катить по высокой траве, я пошла по знакомой заброшенной колее в сторону города.

Жаль, шляпу привезти не догадалась, приходилось щуриться под пронзительными лучами утреннего, но по-южному резкого солнца. В остальном прогулка выдалась на редкость приятной и крайне эстетичной. Такого буйного цветения кустов и даже деревьев я не видела никогда.

При повороте на городскую дорогу из кустов выглянул черный пес смешанной дворовой породы, крупный, что называется, в семье не без ньюфаунленда. И страшненький, откровенно говоря. Не то что мой милаха шпиц.

- Привет, - я доброжелательно кивнула, и дворняга насторожилась. – Не бойся, я тебя не обижу. Если когда-нибудь у моего дома появишься, даже подкормлю. Но извини, с моим мальчиком познакомиться не дам.

Малыш при виде собрата уже раздирал переноску, вырываясь как эмбрион чужого. Пришлось прикрыть его рукой и припустить быстрее по дороге.

- Йожи, даже не думай. Это очень большая дикая собака. Она на тебя лапой наступит, не заметит. И блохастая скорее всего.

Нам вслед злобно залаяли. У псины не только внешность, но и характер оказался не сахар.

Выйдя на основную дорогу, до города я добралась минут за пятнадцать-двадцать. И поразилась необычайному обаянию места. Пожалуй, после университета я с радостью вернусь сюда жить и работать. Если согласится мой Фредерик.

Пока он о своих планах не говорил, но, уверена, маленький волшебный Сент-Хейвен завоюет его сердце. Ах, как мило выглядели светлые ухоженные домики, палисадники украшали цветы и флаги. Ближе к центру почти все здания были каменными, прижимались стена к стене, но не теряли провинциального очарования.

Я опустила Йожи на тротуар и с интересом оглядывалась, подмечая детали: сохранившиеся и ставшие декоративными коновязи, резные портальчики над окнами, сине-зеленую ручную роспись на дверях.

- Девушка! Эй! Да что ж такое… Я вам! Спасайте собачку!

С другой стороны улицы, прямо через дорогу, благо машин на ней не наблюдалось, ко мне неслась женщина среднего возраста, в легком брючном горчичном костюмчике, с ярко-розовой сумкой и в оригинальной зеленой вязаной шапочке набекрень.

- Фу! Фу, поганая псина! Пошел отсюда.

Только сейчас я обнаружила, что пока любовалась окрестностями, Йожи натянул поводок с целью более близкого знакомства с собакой серого окраса весьма впечатляющих размеров. Эдак примерно мне по бедро.

Подбежавшая дама начала размахивать сумкой, то ли пугая неизвестную дворнягу, то ли пытаясь попасть по ней. К моему удивлению, серый монстр весьма лениво увернулся, успев лапой аккуратно отодвинуть зазевавшегося Йожи из-под ног нападающей. Пока я пыталась поймать питомца, а незнакомая дама воинственно ругалась, гигантский пес развернулся и неспешной трусцой скрылся за уличным поворотом.

- Совсем обнаглели! – выпалила женщина. – Я – Труди, то есть Гертруда Картер, вице-председатель женского общества Сент-Хейвена. А вы, милочка?

- Холли, буду жить в домике рядом с поместьем Глостеров.

- Бедняга, - она вцепилась мне в локоть и сочувствующе забормотала. – Пойдемте со мной, я представлю вас нашему дружному городскому кружку. Вы не представляете как мы все мучаемся из-за этих нуворишей. Деньгами всем рты закрывают, вечеринки скандальные закатывают, какие-то подозрительные люди к ним приезжают, а самое возмутительное - развели огромных собак и совершенно, представляете, совершенно за ними не следят, даже намордников и ошейников не надевают. Позор нашего городка! У нас сегодня маленькая акция, будем стыдить мисс Шлиман, помощницу шерифа. Вот вы ей и расскажете, как чудовищная собака чуть не съела вашего чихуа.

Насчет «городского кружка» идея показалась мне симпатичной, и я согласно кивнула. А вот насчет породы Йожи пришлось мягко поправить:

- Шпица.

- Ой, простите. Я, признаться, не большой знаток собак. Содержу небольшую гостиницу и уже пять лет выигрываю конкурс города на лучший палисадник. Заглянете завтра ко мне на чай? Я покажу вам…

Труди ухитрялась одновременно щебетать со мной и раскланиваться со всеми встречными, широко улыбаясь и по-королевски качая ладошкой. Пару раз, когда зазевавшиеся горожане подходили слишком близко, она подтягивала меня поближе к себе и представляла: «Наша новенькая соседка Холли со шпицем. Живет у самого Гнезда и сегодня пострадала от нападения их пса, представляете?».

По дороге к месту сбора кружка меня успели познакомить с булочником и работницей почты. Что было даже полезно, хоть еще часок гуляй с мисс Картер под ручку.

Но пришли мы довольно быстро. Насколько помню карту, размером городок был невелик. Как говорят - с почтовую марку. Мы вполне могли пройти чуть ли не треть главной улицы, когда добрались до цели – бара-ресторанчика «Три короны», прямо под деревянной вывеской с троицей грубо нарисованных венцов.

Внутри оказалось неожиданно многолюдно. Еще шел поздний завтрак, который жители самозабвенно совмещали с общением.

Над крепкими деревянными столами вился парок от круглых расписных чайников. Вполголоса болтали люди. На стенах скромно посверкивали под стеклом старинные карты, судя по которым Сент-Хейвен вполне процветал и в прошлых столетиях.

Компания, к которой мы направлялись, а именно три разновозрастные дамы, сгрудились вокруг крепко сбитой темноволосой девушки в полицейской форме. Она пыталась позавтракать и с недовольным видом поглядывала на остывающую яичницу, пока стоящие у столика активистки галдели у нее над ухом.

- …Всему есть предел, они даже не появляются на городских собраниях…

- Они и не обязаны, - отрезала девушка. – В прошлом году за их счет была отремонтирована центральная площадь, в этом годы вы проводите ярмарку с их помощью. Собаки еще ни разу ни на кого не напали. Чего вы от меня хотите, поссорить город с богатыми спонсорами?

- Уважения, мисс Эдна! Мы хотим уважения! – с ходу в карьер выпалила Труди. - Чтобы леди Химена Глостер и ее сынки хоть раз появились на Городском Совете и выслушали наше недовольство.

Я представила семейство аристократов, выслушивающих прыгающих вокруг них местных дам и с трудом сдержала улыбку. За небольшое время общения с родственниками из основной ветви Альба мне стало ясно – люди с властью и деньгами необычайно ценят единственный неподвластный им ресурс – время. И не любят тратить его впустую.

Мне тут же вспомнилась непроизвольная гримаса брезгливости, которой одарил меня тип в шелковом халате, когда принял за служанку. Ох, не дождутся Глостеров на Совете.

- А еще – собаки все чаще появляются в городе, их становится все больше, и они реально нападают! Мне в прошлом месяце чуть не изодрали колготки, и зря вы в этом сомневались. И этой милой особе с собачкой-инвалидом тоже есть что сказать. Вот, полюбуйтесь! – Труди картинно указала на меня пальцем.

Цепкий взгляд девушки-полицейского мгновенно окинул мою скромную персону в выцветших коралловых шортах, футболке с надписью «Мисс Отличное настроение» и клетчатых кедах. Особое внимание она уделила подбородку, где неплохо, как мне казалось раньше, под слоем корректора и пудры был спрятан синяк. Колеса Йожи и его самого тоже осмотрели. Кажется, с сочувствием.

Елки-моталки. Надеюсь, меня не попытаются убедить писать заявление. Потому что серый пес никакой агрессии не проявлял, претензий у меня к нему не было, пусть себе бегает, где хочет. Придется объяснить свою точку зрения, надеюсь, Труди не сильно обидится.

И я уже собиралась рассказать мисс Эдне Шлиман, что же произошло на самом деле, но меня прервали.

- Труди! – за спиной внезапно громыхнул мужской бас. – Дорогая! Опять бузим? Надоела ты со своими колготками, хочешь я куплю тебе пачку новых?

Честное слово, так и инфаркт получить можно. Меня обходил широкоплечий, внушительной комплекции мужчина в форме и со значком шерифа на поясе. Удивительно неслышно передвигающийся, учитывая его комплекцию.

- Замучили вы меня с этими собаками, - сообщил полицейский, присаживаясь рядом с коллегой и невозмутимо вытягивая в проход длинные ноги в высоких ботинках. Дамам пришлось немного отойти. – Мы не боремся с мирными животными и никого отстреливать не будем, сколько бы вы заявлений не писали.

- Безобразие, - пробурчала одна из активисток, но уже без прежнего пыла. Вразумить пришедшего выглядело безнадежным занятием, и присутствующие это понимали. – В больших городах такие стаи уничтожают, а вы, Даг, ведете себя в высшей степени легкомысленно.

- Зачем отстреливать? Можно просто стерилизовать. - Проклятье. Кажется, это сказала я. Почему-то в этот момент, это решение мне показалось наиболее приемлемым, способным помирить обе стороны. – Говорят, стерилизованные собаки становятся более спокойными. Ну и размножаться не будут.

Эдна Шлиман, помощница шерифа, поперхнулась чаем. Громко закашлявшись и вытаращившись на меня.

- Что не будут? – переспросил шериф Даг и подобрал ноги.

- Великолепно! – азартно подхватила Труди. – Мы вызовем ветслужбу с соседнего Кентвилля, у них там даже специальная машина есть. Постреляет сонными дротиками по собакам и сделает всему их хозяйству «чик-чик». Пусть станут толстыми, дружелюбными и редкими.

Она щелкнула пальцами словно ножницами перед носом шерифа, причем с такой неприкрытой кровожадностью, что тот невольно вздрогнул. Мужчины почему-то более чувствительны в этом вопросе, часто переживают за детородную состоятельность своих природных братьев.

- Стоп! - тяжелая ладонь мистера Дага грохнула по столу, подбрасывая со звоном посуду. – Во-первых, для информации, по духу я – «зеленый» и категорически против вмешательства в природу.

О, как. А шериф-то у нас эколог, надо же. Хотя вытянутое лицо помощницы шерифа сообщило, что насчет «зеленого» она слышит впервые, так же, как и мы.

- Во-вторых, - продолжил мужчина, приподнимаясь и грозно нависая над собравшимися, - вы что удумали? Покушение на частную собственность? Животные принадлежат Глостерам, только удумайте стрельнуть дротиком в любого кобеля, и я стеной закона встану на защиту этих достойных граждан Сент-Хейвена…. Имею в виду не кобелей, а Глостеров. И еще…

Он ткнул толстым пальцем в замершего от восторга Йожи, на которого наконец-то обратили внимание.

- Это же кобель? Не кастрированный? Вот и хорошо! Он будет размножаться! Вам ясно, мисс?

Йожи радостно лизнул кончик его пальца, и шериф вздрогнул. А я лишь пожала плечами. Мой шпиц никогда не сможет увидеть своих щенков, но обсуждать это сейчас я не буду. Да и с разъяренным мистером Дагом, пожалуй, сейчас правильным будет во всем соглашаться.

В итоге бодро начавшееся собрание быстро оказалось разогнанным, а до «нападения» на меня разговор и не дошел. Зато прояснилось отношение местной службы правопорядка к нуворишам. Все было совершенно явно. Глостеров защищали.

Под бубнеж Труди я осторожно ретировалась с места событий, удерживая под мышкой Йожи, рвущегося назад к совершенно очаровавшему его шерифу.

- Гертруда…, - мы вышли на улицу, и я могла без опаски задать интересующий меня вопрос. - А этих самых Глостеров хоть кто-нибудь видел? Вчера в поместье было столько гостей, никак не разобрать кто есть кто. Интересно на них глянуть.

- Зови меня Труди, милая. Не такая уж я старая, чтобы между подруг, да полным именем, - дама поправила качающийся цветочек на шляпке и осторожно оглянулась на «Три короны». – А насчет этого семейства… Лучше бы, конечно, тебе их не видеть, да куда денешься. Внуки леди Химены, их трое, часто бывают в городе. Отъявленные гулены и развратники, ну ты понимаешь, раньше чуть ли не каждый вечер гудели. Всех мало-мальски красивых девушек перепортили. Но ежегодно, как сейчас, в конце весны, начала лета, к ним приезжают друзья. На целый месяц, представляешь? Как они такую толпу кормят-поят, вот деньжищи у людей... Говорят, леди ищет жену среднему внучку, Зейну.

- А старший уже женат?

Я остановилась рядом с продуктовым магазинчиком, где планировала скупиться.

- Старший? – Труди заметила выходящую с сумками полную женщину и приветственно замахала ей руками как мельница на ветру. – Ой, мне срочно нужно кое с кем поговорить, извини. Ты слышала, что предсказала в этом месяце гадалка? Ох, ты ж совсем ничего не знаешь! Заходи ко мне завтра на чай, милая, и я все-все расскажу о городских новостях и твоих соседях. Старший там – оторви и выбрось, скорее всего, леди давно на нем крест поставила. Средний – себе на уме. Младший – балованный ужасно, рыжий такой. Со смешным именени Байрон, то есть Ронни. Девочки-служанки говорят, что… Ох, она уходит! Холли, ты… даже не думай к ним приглядываться. Такие не женятся на хороших девочках. А по тебе сразу видно, что… До встречи!

- Да не буду к ним приглядываться, я же обручена… - сказала я уже в воздух. Деятельная Труди успела развернуться и изо всех сил рвануть за удаляющейся дамой.

Хм. Ладно. Значит в поместье живут три поколения. Надо расспросить мистера Кацмана, что о Глостерах известно ему. Интересно, хоть кто-то в курсе, что золотая молодежь поместья чуть не купается в наркотиках? Признаки-то и странности должны видеть. Пожалуй, сегодня позвоню и адвокату, и родителям. Папе с мамой лучше побыстрее быть в курсе предстоящего суда по аннулированию сделки продажи.

Городской магазинчик мне понравился: закупилась быстро, и уже через полчаса с двумя полными пакетами наперевес и переноской на плече, я возвращалась домой, прокручивая в голове планы действий.

Йожи пришлось отпустить на землю, пристегнув к шлее непоседы длинный телескопический поводок. Я шла, обдумывая полученную информацию, взвешивая плюсы и минусы новых знакомств.

И… упала на одно колено, споткнувшись о кротовую нору, прямо по середине дороги. Черт. Немедленно надо решить вопрос расчистки пути. Скоро приедет Фредерик, да и я смогу ездить на арендованной машине. Иначе каждый день рискую разбивать здесь коленки…

Примчавшийся посмотреть, что же меня остановило Йожи, взлетел на бугре колесами и грохнулся на бок. «Ух ты, хозяйка, вот это приключение!» - сообщил мне его заливистый лай. При этом он продолжал валяться и молотить воздух лапами.

- Йожи! Да что ж такое!

Я уже ставила пакеты на землю, чтобы бежать – спасать мальца, как из кустов неспешно вышел здоровенный серый пес. Посмотрел на меня недовольно, затем рыкнул на шпица. И одним ловким движением лапы повернул его в нормальное положение.

Уф.

- Вот спасибо, - искренне выдохнула я. – Милая собачка! Ты оказывается щенков любишь!

Если бы я хоть на гран предполагала наличие сложных эмоций у собак, решила бы, что жуткая дворняга презрительно поморщилась. Оглядев мое раскрасневшееся лицо, поцарапанное колено и два огромных пакета наперевес, она вздохнула и… осталась рядом.

Отогнать его у меня не хватило совести - пришел, помог... В ответ хоть накормлю, когда доберемся до дома. Умная псина потрусила рядом со шпицем, не позволяя тому сильно натягивать поводок и путаться у меня под ногами. Она даже пару раз предупреждала меня о скрытых за травой ямах и буграх. Хм. Что значит, большая собака – большой мозг.

- Дружок, если ты голоден..., - мы без происшествий добрались до домика. Я открыла входную дверь и замерла неуверенно. Жалко собаку, бегает одна, все ее шпыняют, - у нас с Йожи есть немного…

Псина отодвинула меня пыльным шерстяным боком и по-хозяйски зашла в дом. Ничего себе наглость! Животина, конечно, сообразительная, но немного воспитания ей точно не повредит. При всей моей нежной любви к собакам и кошкам… Иерархию отношений с ними лучше выстраивать сразу, а то на шею сядут и лапы свесят.

- Эй…, - пакеты я положила на стол, а сама упала в кресло, пытаясь отдышаться. – Значит так, Дружок. Если хочешь немного у нас погостить, я не против. Но жить будем по моим правилам, понятно? Сейчас я вас обоих накормлю . И Йожи, и тебя. Особенно - тебя. Если будешь хорошо себя вести, отстригу твои навесы, чтобы не бегал в шубе. Представляю как тяжело в жару, бедняжка. Заодно посмотрю мальчик ты или девочка. А то не знаю, как к тебе обращаться…

Мы с «Дружком» посмотрели друг на друга. В упор. И впервые под светом прямых лучей я заметила необычно-яркие глаза животного. Сине-зеленые, с блестящей искристой радужкой. До сих пор они были постоянно прищурены, спрятаны падающей на морду длинной шерстью. И вдруг как удар, широко распахнутые, округленные – смотрелись удивительно красиво, я бы сказала – завораживающе.

- Ого, - невольно выпалила я. – Какие глазищи.

Не помню породу с такой особенностью… У сибирской хаски, кажется, ярко голубые. Но про чисто бирюзовый цвет глаз я еще не слышала. Захотелось всмотреться, изучить ближе. Но мой серый гость отвернул морду, встряхнулся и двинулся к выходу. Вот и пообщались. Не понравился, значит, ему дом, пойдет дальше гулять. Что с него взять – совсем запустили Глостеры своих псин, довели до одичания.

- Что, не хочешь заходить? – хмыкнула я, провожая взглядом гордо удаляющегося пса. - Ну, тогда до встреч.

Весь день прошел в уборке и размышлении. Хочу ли я провести все лето рядом с отморозками?

А может ну его? Плюнуть на гордость, снять квартирку в университетском городке вместе с Фреди, а потом спокойно вступить в права наследства. Посоветуюсь с женихом и родными, подумаю – потяну ли такой огромный дом с прилегающей территорией. Может имеет смысл действовать рациональнее? Не опротестовывать сделку, а получить через месяц очень, очень большие деньги за поместье? И забыть дурацкую историю как ночной кошмар.

Потирая лоб, я представила, как семейство Глостеров продолжит третировать маленький город. А в доме, в котором жили мои далекие предки, продолжат играть в карты, колоться и нападать на девушек. Н-да. Поежилась.

Пожалуй, я поставлю ситуацию на паузу. Дождусь завтрашнего приезда моего умницы-жениха, обсужу ситуацию с ним. Фредерик всегда умел негромко и ласково обуздывать мое упрямство, умело сглаживать углы. А я, неблагодарная, все отказывала ему в окончательном доверии. И чего, спрашивается, трушу? Какая-то пленочка сантиметр на сантиметр мешает нашей настоящей близости, соединению душ и тел. Ну не дурында ли я?

Махнув еще раз тряпкой по до блеска отполированному столу, я решительно кивнула головой, сама с собой соглашаясь. Все, хватит глупостей. Как только приезжает Фредди, я хватаю его и в койку. Пусть показывает небо в звездах, как обещал. Посмотрим, что там за красоты, которых я не видела.

Настроение мгновенно улучшилось и дальше день прошел как по-накатанному. Словно меня опять расколдовали и сняли дурацкую порчу с ясного мира вокруг.

Искупалась. Пообедала. Снова прошлась по комнатам, вычищая пыль, фантазируя о скором приезде жениха и как… он целует меня. Сначала в щеку, отличное же место для начала.

Опять искупалась. Заказала в интернете учебники и немного позанималась генеалогией. Долго выгуливала на заднем дворе Йожи, вглядываясь через калитку на дорогу. Вдруг Фредерик приедет раньше времени.

К вечеру перенервничала и устала так, что упала на кровать без сил. Умиротворенный провинциальный отдых пока больше смахивал на подготовку в спецназ, то проверка на прочность, то нервное ожидание. А теперь пора как следует выспаться - прямо рухнуть в сон лицом, решительно обхватив мягкую подушку. Когда мир уплывает туманным темным облаком… Укутывает расплывающейся бесконечной теплотой…

И - проясняется снова.

Я несколько опешила, проснувшись от жара лежащего с краю кровати шерстяного тела.

Черт его дери. Дружок! Скорее всего я забыла прикрыть одно из окон, и нагулявшаяся псина просто запрыгнула внутрь. Я попыталась мягко спихнуть ногой животину на пол. Даже Йожи спит у себя на коврике, а этот слон явился дрыхнуть на моем одеяле. Наглющая морда.

Хм. С равным успехом я могла бы сдвинуть гору.

Пришлось упереться в стену и поднажать из все сил. С грохотом пес свалился на пол, недоуменно рыкнул.

Надо бы выкинуть его из дома, но жаль бедолагу. Разберусь с утра на свежую голову. Уплывая в сон, мне показалось, что я услышала тихое задумчивое фырканье. Показалось…