Что хочет оборотень

☀️ Глава 17. Бой в светской гостиной, я не при чем

Разъяренный рык. И огромная, раздавшаяся вширь фигура с серой мощной гривой почти выбила остатки балконного проема. Пальцы оборотня опять венчали появившиеся длинные когти, мощные бедра разнесли в клочья когда-то элегантные летние брюки.

- На кого ставишь? – задумчиво спросили меня сверху.

Гэбриэл рывком скрылся внутри, грохот чего-то упавшего, матерные крики.

- Не знаю на что он способен, - продолжил вампир, прислушиваясь к происходящему. – Никто не знает. После того, как в подростковом возрасте старший Глостер объявил, что никогда не женится и никому не поставит метку, его лишили первородства, и о его взрослой силе вообще мало что известно. На Совете сидит средний Зейн, но сам факт, что «отрезанный ломоть клана» делают запасным Судьей…

Истошный резкий вопль, бьющий по ушам. Шум ломающихся предметов.

- Кажется их там много, - прервала я размышление Джеза. В ушах звенело от бушующих внутри эмоций. Я видела, что может оборотень в бою, но противников в обеденном зале было явно не только те двое, которые недавно разговаривали. – Они вооружены транквилизаторами, если попадут одновременно…

Я показала пистолет и, наконец, получила серьезную заинтересованность вампира. Он потянулся и почти нежно погладил по оружию изящными когтистыми пальцами. Затем, не обращая внимания на мой удивленный вскрик, ловко выломал установленную сверху капсулу.

Хрустнув, она разломилась надвое. И пока я хватала от иззумления воздух и пыталась сообразить что происходит, длинный красный нечеловеческий язык напарника аккуратно лизнул прозрачную жидкость. Господи, надеюсь, такие как Джез действительно не подвержены отравляющим или каким-то там опасным веществам. На короткий миг я испугалась за монстра - до чего дожила, боюсь, как бы не отравился вампир.

Он свесился вниз, почти доставая до моей макушки, мягко помахивая кожистыми крыльями и отрешенно двигая челюстью.

- От пяти попаданий и оборотня свалят, - согласился он и вдруг замер.

Под испуганные вопли людей и звуки продолжающегося бедлама, Джезуальдо Веноза смотрел на свое крыло, явно нарушившее периметр здания и немного проникшее в комнату.

- Меня не приглашали, - заметил он.

- Э-э-э, возможно, с сегодняшнего дня дом официально стал спорной территорией.

Я судорожно пыталась вспомнить формулировки из сообщений адвоката. Мистер Кацман написал, что опротестовал сделку. И осталась только моя подпись для активации суда по вступлению в права. А это означает только одно - до официального законного решения поместье никому не принадлежит. Временно ничье. И магический мир мгновенно отреагировал на ситуацию полностью открыв доступ в здание. Мамочки. Да оборотни меня со света сживут. Если, конечно, узнают.

Из обеденного зала донесся шум гулкого падения и радостные крики. Неужели… Я сжала побелевшие пальцы и прислушалась.

- Думал все поляжем! Мать его, я почти пустой, с трудом…

Дальше понеслась нецензурная брань вперемешку с чьими-то стонами.

- Напарник! – я ухватила за крыло и тряханула Венозу.

- Даже не проси! – зашипел тот, заскрежетав когтями по камню. – Если Глостеры обнаружат, что я какого-то неизвестного беса мог зайти в дом, мне уже точно не отмыться. Ты что, не понимаешь? Меня специально подставляют, я не помню, что получал приглашение! Перестань волноваться, ничего с этим громилой не случиться, поспит немного и оклемается. Это же обычные люди, наемники, скорее всего. Они о нас вообще мало знают, а скоро наниматель им память в ноль подчистит. И не смотри на меня, я не буду в драку вступать! Лучше уберемся отсюда, пока внимание не обращают.

Он шептал торопливо, съезжал на балкон, пытаясь осторожно вырвать из моих пальцев теплую мягкую кожистую перепонку.

Поразительное хладнокровие вкупе с редкой эгоистичностью. Наверное, как дракон я тоже должна была чувствовать нечто подобное, думать о себе и своих интересах. И думала… если бы не успела привыкнуть к Гэбу. Блин, такое чувство, что он в какой-то степени моя собственность! Как и Гнездо. Как Веноза. Слов нет, как быстро я прибарахляюсь, гребу все подряд.

За стеной в это время разгорался спор.

- Он двоих наших совсем положил. Ща я ему башку оторву, ублюдку.

- Команда была ясная – не трогать, - дальше бормотание и плохо различимый спор. – Ты его что – пилить собрался? Или до мозга ложкой добираться? Говорят, у них регенерация. Идиот, из-за тебя мы… Тащи бабку! Я подумаю, что с этим делать…

Я непроизвольно сильно сжала почти выскользнувшую нежную перепонку. Ой. Шипение. В меня блеснули, как расстреляли в упор, два яростных красных огня. Не вопрос, впечатлил… Смотри сколько хочешь, тот же Йожи, когда капризничает и куснуть может. И что? Мало ли как друзья спорят, сути-то это не меняет.

- Джез, ты обещал меня защищать! Неужели не поможешь? Пожалуйста, придумай хоть что-то! Ты умный, ты сможешь!

Кажется, я начала повышать голос. И если шепот за общим гамом слышен не был, то сейчас все могло измениться. Но меня уже несло. В крайнем случае я и выскочить могу, подстрелят, конечно, но не помру сразу, зато вампира спровоцирую. Если на него не действуют транквилизаторы, он вполне сможет нас отбить.

- Холли! Ты что творишь? Я же ученый! Не шипи! Кому говорю, не шипи! Ладно! Антидот впрысну, но только если они его недалеко повалили. И сделаем вид, что меня никогда там не было. Но это будет не просто… на тебе долг.

Он шлепнул меня по пальцам, вырвался, приземлившись у моих ног. Еще раз зыркнул осуждающе и стал словно затуманиваться - очень похоже он растворялся в коридоре мотеля мисс Труди. Только что стоял рядом и р-раз – дымчатое пятно. Но теперь я знала куда смотреть и видела слабые, но различимые контуры фигуры. Когда «пятно» прижалось к полу и осторожно поползло по разбитому стеклу, время от времени останавливаясь, чтобы убрать с пути наиболее крупные осколки, я буквально слышала в голове все многочисленные уничижительные характеристики, которыми благородный лорд Веноза одарял своего однозначно посланного проклятием напарника.

Никаких сил терпеть не осталось, я переволновалась так, что не чуяла ног. Поэтому присела на корточки, сжала похолодевшие коленки и попробовала подсмотреть что происходит. Буквально одним глазом. Надеюсь, в него не влетит дротик. В отличие от оборотня, я-то могу не выжить. Но сейчас важнее всего был Гэб. Что с ним?

С разбалованным, насмешливым, самодовольным. Непонятным, пахнущим колко, до кома в горле. С совсем юным и вдруг - почти взрослым - в одном меняющемся теле. Отторгающим себя и семью, протестующим и одиноким.

Гэб лежал всего лишь в полутора метрах, даже в бессознательном состоянии преграждая дорогу к балкону. Ставшее опять худощавым тело буквально ощетинилось впившимися в оборотня дротиками. Веноза предполагал, что его свалят с пяти попаданий, но даже отсюда я видела несколько десятков.

Вокруг в беспорядке валялись куски сломанной мебели и… примерно пять тел в черном, именно их сейчас и утаскивали к выходу. Те, кто переносил тела, тоже были не в лучшем виде. Разбитые лица, травмы и явные переломы. Оборотень погулял на славу. Увы, его впечатляющих возможностей все же не хватило для победы.

Вместительное помещение скорее всего предназначалось для торжественных приемов, потолок и дальнюю стену покрывали нежно-облачные фрески ручной работы. А по центру обеденного зала стоял длинный мраморный стол. Разбитый в крошево так, что вперемешку валялись куски камня, блюда и бронзовые подсвечники.

Если бы не нападение, я бы удобно сидела за этим столом, пробовала вкусности, знакомилась со старейшиной клана - леди Хименой. Максимум чего опасалась бы - это прямых вопросов о взаимоотношениях с Альба. Но что-то пошло не так и вместо чинного ужина я сжимаюсь в комок на балконной балюстраде и с ума схожу в страхе за жизни двух новых знакомых, которым понемногу начала доверять.

На стульях вокруг стола в беспамятстве сидели обмякшие, чудом не сваливающиеся на пол мужчины. А единственную женщину, высокую седовласую леди сейчас уносили вместе с пострадавшими наемниками. И я ничего не могла сделать, только смотреть бессильно. Джез, ну же, поторопись!

Когда Химену Глостер вынесли из комнаты, к Гэбриэлу подошли двое. Из-за масок и одинакового снаряжения для меня они выглядели практически неразличимо, но голоса я узнала сразу. Командир и тот, кто предлагал отомстить Гэбу.

- Не нарушай приказ, - сказал первый. – Ты знаешь шефа, он не простит.

- Была команда сохранить им жизни «по мере возможности», не всегда эта возможность есть. Да и не верю я, что старуху вернем. Про амулет расспросим и в расход. Одним оборотнем будет больше, одним меньше - какая разница?... Эй. А это что?!

От Гэба метнулась полупрозрачная фигура. Успел вампир или нет? Кажется, оборотень пошевелился. Я до боли сжала кулаки, впиваясь ногтями в мякоть ладоней. Пожалуйста-пожалуйста.

Бандиты наклонились, пытаясь рассмотреть, что происходит на полу и почти сразу резко отпрянули, открывая моему взгляду растущую гору серой шерсти. Очень. Быстро. Растущую. Гору.

- Глазам не верю, - напряженно сообщил Веноза, проявившийся рядом со мной. – Никогда не видел этой формы. Она что, полная?! Ты тоже это видишь?

Не знаю, что показывали глаза вампира, а передо мной поднимался Большой Серый волк. Настоящая двухметровая сказка: пепельная грива, о которой мог бы мечтать любой лев; массивные лапы-колонны, устрашающий ряд белоснежных, кинжально-острых зубов и кипящие гневом, почти белые глаза. Никакой бирюзовой ленивой безмятежности.

Устрашающе-пугающий и прекрасный одновременно, как природное бедствие, когда любой наблюдатель понимает свое бессилие и беззащитность, но не может не восхищаться великолепием происходящего.

Бросок и в пасти – человек. Душераздирающий крик пронзил гостиную, я ахнула и тут же оказалась укутана темными крыльями.

- Тебе не стоит на это смотреть, теперь у противников Глостера нет шансов. Полная форма трансформации – это показатель сильной крови, почти забытая штука. Не знаю, как он смог обратиться, говорят, и раньше только единицы могли. Страшная сила, - тихо сказал Веноза, отодвигая меня от проема. Он продолжал что-то нашептывать, успокаивающе гладить по голове, когда я вздрагивала от стонов и булькающих звуков. – Я тебе говорил, что стал пацифистом?

- Никогда и никого не убьешь?

- Э-э-э, скорее первым не начну. У людей и так к нам целый список претензий, подозревают по любому поводу. Ты знаешь, почему мы не любим деревянные предметы? – Он низко, баюкающе бормотал, уводя меня все дальше на балкон. Кажется, мне пытались заговорить зубы, отвлечь, пока в доме бушевал ад. – Особенно неприятны остро-заточенные колья Ужас! Ученых преследовали всегда, инквизиция сажала нас на колы, пытала, пыталась допрашивать сжиганием. Была такая средневековая мода проверять истину. Если подозреваемый ярко горел на костре в полдень – значит, точно обманывает…

Черт, я начинаю проникаться жалостью. Даже погладила Джеза по запылившемуся лацкану пиджака, а сама прислушивалась что происходит.

- В общем, вы, люди науки – нежные, чувствительные создания, которым сложно живется среди окружающей агрессии. Я поняла. Джез, пожалуйста, дай мне посмотреть, что происходит, я же с ума от переживания сойду.

Звуки сражения подозрительно затихли, зато над нашими головами раздалось уже знакомое ритмичное гудение – прибыли вертолеты.

Оттянув крыло, я выглянула. В зияющем проеме виднелась все та же разнесенная в щепы обеденная комната, только в ней уже никто не дрался. Зато над поместьем кружило целых четыре вертушки. И в одну из них явно что-то грузили.

- Не вижу Гэба, - выдохнула я.

- Скоро появится на крыше. Только не факт, что успеет.

Но он ошибся, недооценив упорство волка. На крыше раздались крики, мимо нас пролетели ящик и антенна, варварски вырванная из крепежей, а следом, подкручиваясь, ухнула вниз узкая металлическая дверь. Видимо бандиты пытались перекрыть выходы наверх, но для кое-кого запоры не оказались значимым препятствием.

- Держись за меня, - скомандовал Джез. – Если что, придется отлететь от дома. И внутри, и снаружи опасно.

- Ты же говорил, я неподъемная, - буркнула, вцепившись в него руками.

- Вся моя жизнь – сплошной подвиг. Ты же не успеешь быстро похудеть, - заявил наглец, жестко притянув меня к себе и не пытаясь сгладить вопрос веса. Мы оба напряженно смотрели на крышу, понимая, что в критической ситуации все будут решать мгновения.

Волк наверху зарычал, от его ярости даже ветер, кажется, начал дуть сильнее. Прыжок и мощная пасть ухватила за опорную перекладину одной из уже взлетевших вертушек. Визг винтов. Оборотень трясет тяжелую машину как игрушку. Если винт врежется во что-нибудь, вертолет может просто взорваться.

- Силен, - завороженно прошептал Джез, - когда наши узнают бесценную информацию о полном обороте…

- То и до оборотней дойдет информация, что ты был здесь во время всех событий, - продолжила я, ловя его невзначай спускающуюся с талии руку. Черт, он своими когтями подрал юбку. – Тебе лучше пока молчать, Джез. Давай дело закончим. А все что было в Лас-Вегасе, останется в Лас-Вегасе.

Из вертолета, который схватил и стряхивал Глостер, выкинули тело в длинном платье. Кажется, нападающие осознали – их просто так не отпустят. Волк резко мотанул головой и только после этого отпустил машину, чтобы успеть словить леди Химену.

Полностью потерявшая контроль вертушка ударилась о стену здания, пробила в нем изрядную дыру винтами и полетела вниз, разваливаясь на части. Кажется, я закричала. Нападающие знали на что шли, но вид настоящей, не газетной или киношной смерти нескольких человек меня сильно напугал. Удар о землю, хлопок и гул взрыва.

Мамочки.

Остальные вертолеты в едином порыве рванули прочь от Гнезда, а на краю крыши стоял огромный волк с человеческой фигуркой в пасти. Он склонил голову и внимательно изучал тесно прижавшихся на балконе, буквально вцепившихся друг в друга нас с Венозой.

Джез осторожно выпустил меня из объятий, и показал волку пустые ладони, дескать, вот они руки, свободны. В ответ на это зверь едва заметно кивнул, а может быть мне показалось. Во всяком случае, он отошел от края парапета, скрывшись из вида.

— Как думаешь, он сейчас хорошо соображает? – осторожно спросил вампир. – Не бросится на нас как на вертолет, лопасти отрывать? Что-то взгляд у него странный. Как не в себе. Надеюсь, ты с Гэбриэлом не успела пофлиртовать? Это серьезная ошибка, Холли. Ты слишком много скрываешь, у нас свои дела, а старший Глостер – фанатик и судья, да еще в полной силе…

Голос звучал четко, вбивался в уши прямолинейной откровенностью. Возразить было… нечего. С отлетом нападающих странная, придавливающая тишина ушла. Я молчала, прислушиваясь к негромкому стрекоту цикад и шипению разгорающегося внизу огня.

— Насколько понимаю, нападающие сбежали. Слушай, - протянул Джез. - Внутри поместья, ты же помнишь, я не был. Без разрешения никак не смог бы зайти... кхм-кхм. Так чего стоять и ждать приезда полиции? Набегут, расспрашивать примутся. Я предлагаю сделать вид, что нас тут вообще не было, пойдем к тебе?

В уличной полутьме его лица было не разглядеть. Звучало серьезно и даже рационально, но я посмотрела на поврежденную стену, послушала … и не смогла.

— Тебе да, лучше уйти до завтра. Домой ко мне могут прийти за показаниями, да и поздно уже. А мне придется остаться, я на ужин с Гэбриэлом пришла. Вдруг ему понадобится свидетель. Да и сил нет от Гнезда отойти, побуду еще здесь.

— Уверена? - красные глаза смотрели пытливо.

— Да, иди.

Джез нехотя отступил еще на шаг, протянул руку… и опустил. Секундное затуманиванием, легкий порыв ветра от взмаха крыльев, и на балконе я осталась одна.