Что хочет оборотень

☀️ Глава 19. Судья

Надо было раньше рассказать Гэбриэлу про мое происхождение, но когда? В первые дни ни о каком доверии соседям и речи не шло. Мою собственность кроили как хотели, на меня нападали, разговаривали пренебрежительно, пытались стереть память. Глостеры казались скорее врагами и каждым своим поступком только увеличивали пропасть антипатии.

Отношение к старшему Глостеру начало меняться постепенно, исподволь, и едва я задумала сделать шаг навстречу как произошло нападение. Мне что, нужно было успеть залезть вслед за ним на крышу с криком: «А кстати, ты еще не в курсе, но я – Альба»?

Не вижу своей вины. И покорно выслушивать странные обвинения не собираюсь. Продолжать сидеть на коленях молодого человека во время скандала было как-то неловко, словно я прячусь и ищу защиты, поэтому встретив напряженный взгляд оборотня прямым встречным, я едва заметно кивнула и встала на ноги.

- Да, я - Пенелопа Холлирайя Августина Альба. Для друзей и близких – Холли. – Полное имя ухитрилась выговорить без запинки, надо же, а ведь недавно еще спотыкалась и делала паузы. – Извини, Гэб, хотела сказать, но не успела. Насчет разрешения забрать поместье я не в курсе и очень хотела бы услышать кто именно так непринужденно раздает МОЮ собственность.

- Какой он тебе «Гэб»? Какая ТВОЯ собственность? - возмутилась пожилая дама, но ее прервал внук.

Глостер все также сидел на стуле, практически раздетый, его бабушка застукала в объятиях неприятной для нее девушки, но ни смущения, ни оторопи молодой человек не показал. Он вообще убрал все эмоции, лицо разгладилось и потяжелело одновременно. Чужое такое лицо… будто выточенное из камня, холодное и отстраненное.

- Позволь, бабушка, я сам решу, как меня будет называть знакомая девушка... Жаль, что меня вводили в заблуждение, не пойму пока, чем это заслужил. Но важнее сейчас другое. В каком смысле «ящеры пошли на попятную»?

Леди преодолела последнюю ступеньку, ступив в холл.

- Леди Альба опротестовала договор продажи, внук. У нас забирают Гнездо.

- Прежде всего Гнездо забрали у меня, - холодно заметила я. - Не дождавшись появления наследницы, вам наскоро продали мою собственность. И вы, законники, не проверили легитимность сделки! Я не скандалила, не требовала компенсаций за уничтоженные клумбы и розарий, не подала официальных жалоб, когда на меня дважды физически нападал младший Глостер, когда мне вкалывали инъекции для стирания памяти, не осведомившись о моем здоровье. А это вполне можно истолковать как давление на истца, соперника по суду. Я даже планировала вам вернуть деньги в полном объеме, проверьте исковое заявление… планировала, естественно, до того, как ваши недруги развалили мне дом…

- Да как ты смеешь! – подняла голос женщина.

- Стоп, - Гэб-таки, поднялся со стула и, спокойно меня обойдя, двинулся навстречу своей родственнице. Подойдя, поддержал локоть, мягко, успокаивающе коснулся плеча. Надо же, у нас тут почтительный внук. Леди Химена принимала знаки нежности без всякого торжества победившей женщины, скорее успокаиваясь, чем распаляясь.

Развернувшись ко мне, Гэбриэл спросил:

- Леди Альба, вы имеете отношение к нападавшим, прямо или косвенно принимали участие в задумывании, планировании или осуществлении сегодняшней атаки на Гнездо и наш клан?

- Никакого отношения, - твердо заявила я. И добавила. – Да я их за мои фонтаны… кстати, вон валяется захваченное оружие, я его выронила, когда... хм… радовалась, что вы живы. Готова дать показания, буду сотрудничать со следствием в поиске этих уродов.

Он молча кивнул, по-прежнему изучая меня тяжелым взглядом. Мой привычный Гэб где-то затерялся в этом все менее знакомом холодном молодом мужчине. Ни осуждения, ни поддержки. Ничего. Каждое мое слово, каждое движение препарировали, раскладывали на невидимые полочки, делали неизвестные выводы. Это… ранило.

- Могу я посмотреть на степень разрушения и до приезда полиции удалиться к себе, в садовый дом? – спросила я, чтобы как-то заполнить паузу. Плечи ныли. От переживаний я тянулась струной, мышцы наливались металлическим звоном. Но уйти просто так, не посмотрев, что происходит с моим Гнездом, тоже было вне моих сил.

- Хорошо. – Глостер говорил негромко, но каждый звук падал глыбой. Даже пол вдруг спружинил. Он что, магию использует? – У вас есть десять минут осмотреться на первом или втором этажах, личные комнаты третьего для вас закрыты. Предупреждаю как активирующий дело Судья, далее вы можете отправляться к себе и в течение ближайших суток не покидаете жилье, отвечаете на вопросы служителей закона, не скрываете ни одной детали. Вам не стоит провоцировать дальнейшие подозрения, вы и так для этого сделали предостаточно. Рекомендую способствовать следствию. И… надеюсь, вы понимаете, что наше с вами личное знакомство никак не повлияет на мое итоговое решение?

Не поняла, о чем он?

Продолжая удерживать невозмутимое выражение, я кивнула и поплыла на плохо сгибающихся ногах в обеденный зал. Только чтобы не идти по лестнице мимо Глостеров.

С каких пор Судьи по делу «самоназначаются», да еще ДО начала расследования? Завтра же протрясу Венозу на предмет передачи мне сводов законов по Старшим расам. Пора быть в курсе и понимать, о чем они говорят и спорят. Когда я была маленькой и, затаив дыхание, слушала сказки про Винни-Пуха, меня всегда удивляла его покорность Робину.

Даже начинается история с того, как мальчик тащит Винни по лестнице, его голова бьется о ступеньки, и медвежонок вздыхает, что это дико неудобно, но в голове всего лишь опилки, а Робин – хозяин, придется потерпеть.

Поэтому я обожала русскоязычную версию сказки с весьма нахальным героем, который сам предпочитал тащить судьбу за шиворот, а не поддаваться ей.

Мне бы сил побольше и знаний, не хочу быть щепкой в водовороте. Решительно осмотрев комнату с разбитым вдребезги мраморным столом и все еще спящими на стульях оборотнями, я поморщилась. Раньше стоял вопрос, где взять деньги на содержание, а теперь – опа - в дополнение требуются значительные средства на ремонт. Кажется, я финансово погружаюсь в глубокий аут, придется еще дальше раздувать конфликт требованиями компенсаций от оборотней. Проклятье!

Под туфелькой скрипнул осколок, я пнула его в сердцах, невольно проследила полет. Хм.

Возможно, мне показалось, но на кусочке бело-золотистого камня мелькнул необычный узор. Цветом эта часть мрамора резко выделялся среди остального серого, а значит есть неплохой шанс ее быстро найти, пока за мной не наблюдают. Пришлось опускаться на корточки и торопливо раскидывать каменное крошево. Да что ж такое… Сколько мне там времени дали?

Первым я нашла другой белый кусочек, тоже странный. Затем тот, что отбросила. Обломки легли боками друг к другу как влитые, проявляя на гладкой поверхности узнаваемые выемки в форме жемчужной цепочки.

Интересно… По всей видимости, именно в обеденном зале хранился тот самый медальон, который раскопал Йожи. И неизвестные на вертолетах искали именно эту драгоценность, но… верткий Фредди опередил всех. Он явно давно изучал поместье, знал секрет тайника и успел договориться с официанткой. Та вытащила амулет и, опасаясь осмотра от въедливой охраны, спрятала вещицу под моей скамейкой. На практически «нейтральной территории».

Кусочки паззла начали понемногу собираться вместе…

Выронив обломки, я начала подниматься, отряхивая подол. Пожалуй, надо быстрее уносить ноги. Если Глостеры обнаружат, как и я, остатки тайника, они могут обвинить меня в краже, что будет ошибкой. Или в утаивании улики, а вот это уже абсолютная правда.

Нужно подготовиться, обдумать информацию и подать ее аккуратно. Такие вещи утаивать нельзя, тем более амулет Гэб видел.

На лестнице уже никого не было, и я почти слетела вниз, в холл первого этажа. Ноги несли меня самостоятельно, тяжелая дверь легко распахнулась, чуть полыхнув зеленоватым светом под ладонями. Нужно срочно звонить адвокату и объяснять ситуацию. А еще…

От стены дома качнулась тень. Ох, ты ж…

- Холли, только не пугайся, это я. Ты меня не видишь, но я тут, - прошелестел Веноза, чтоб его, ниндзю недоделанного.

Хорошо у меня сердце крепкое и в руках ничего нет, а то бы от души могла приложить. Как-то раз я смотрела веселую телепередачу, где друзья разыгрывали девушку, возвращавшуюся после работы через темный парк. Один из любящих товарищей переоделся в йетти и побежал за ней, ухая и прячась за стволами деревьев. Позади следовала и снимала милый розыгрыш съемочная группа.

В итоге испуганная дева нашла какую-то палку, больше смахивающую на бревно, и в испуге нанесла шерстяному маньяку пару отбивающих всякий юмор ударов. Телевизионная команда бросилась спасать новоявленного йетти, тут девушка еще больше испугалась. И отбивалась отчаянно, не жалея своих сил и чужого здоровья. Понимая, что встретилась не с одним маньяком, а целой группой извращенцев. Надеюсь, после этого происшествия продюсеры шоу пересмотрели свои взгляды с формата «давайте испугаем худенькую девчушку, она максимум мило повизжит» на «как насчет старого доброго юмора, например, кто-то один шутит со сцены, а камера, на всякий случай, способна быстро отъезжать. И еще - никаких юных девиц, ну их к черту, они шуток не понимают».

– Я в скрытности, - продолжил вампир. - Чтобы полиция, в случае чего, не увидела и на карандаш не взяла. Среди них есть оборотни, они могут меня учуять, если близко подойдут. Так что иди быстрее.

- Вообще-то я тебя вижу, - ответила я. – Вид полупрозрачный, но вполне узнаваемый. Ты уверен, что и они не углядят? И Джез… Спасибо, что подождал.

Он резко притормозил, словно мои слова его удивили. Потом нагнал и некоторое время просто шел рядом, поднося к носу и поворачивая ладони.

- Странно. Я-то своих рук не вижу. У тебя какой-то сбой зрения, скорее всего из-за нашей магической клятвы, временный. Или от шока кажется, что меня видишь, - неуверенно протянул он. – Кстати, я не ждал, а скорее встречаю. От твоего дома пришлось обратно идти, старший Глостер попросил. Позвонил лично, узнал, могу я пойти навстречу и проводить. Да вон он, в окне мельтешит.

Вот как. Резко оглянулась, но никого не увидела. Окон в доме слишком много, еще и в полутьме. Неужели в одном из них стоит «Гэбриэл-Неподкупный»?

- С чего это такая забота? – я развернулась и двинулась дальше. Мелкий щебень набивался в туфли, усталость и раздражение накатывали волнами. – У нас там небольшой скандал случился. Леди Химена, оказывается, узнала кто я. Сообщила Гэбу, который принимал меня за служанку. Седовласая дама кричала, что я - прожженный дракон, совративший ее внуков. И Байрона, и Гэбриэла. Обоих. Представляешь? Я! А еще я обманом продала им дом, что-то провернула, использовала… не только двух самцов, но уже весь клан.

- Э-з. А я-то думаю, почему Гэб спросил меня, знаю ли, что ты дракон.

- И что ты ответил?

- Конечно, знаю, мы же друзья. Я все про тебя знаю.

Ма-а-ать.

Посадки закончились быстро и при виде беленького ставшего почти родным домишки стало спокойней. Высплюсь и хорошенько обдумаю ситуацию, в конце концов, это не я на Гнездо с вертолетов прыгала, и ликантропию не я подсыпала. Моя совесть чиста. А с остальным придется разбираться.

Дверь открылась, явив возбужденно юлящего и тявкающего Йожи. Вполне довольного жизнью и немного сонного. Оказалось, благородный лорд успел его вывести. Очень заботливо с его стороны.

И как-то само собой получилось, что я не смогла отказать деликатной просьбе уставшего Джезуальдо остаться с ночевкой. В гостиной, на диване. Под клятвы ни в коей степени не смущать добрую хозяйку. Он просто поработает с планшетом, обдумает ситуацию. Будучи настоящим другом, он просто не может оставить меня одну.

Я уже таскала за собой ноги не лучше Йожи, поэтому просто махнула рукой. Ладно, делай что хочешь, только дай мне поспать. Полиция точно еще долго будет заниматься поместьем, заявится скорее всего с утра, в любом случае – ждать их появления смысла нет.

Джез сам притащил белье по моей указке, расстелил его на диване. Был тих и любезен. Сообщил, что ночью не спит и, в случае чего, подышит свежим воздухом, побродит вокруг дома. Затем предложил мне помочь с переодеванием в ночную рубашку. Был послан.

Уже в закрывающуюся дверь спальни бодрым голосом спросил, хочу ли я искупаться на ночь. Он может меня поддержать одной рукой и обещает, что отвернется. Вот же неугомонный. Дальнее пешее и очень оригинальное путешествие, куда я его отправила в сердцах, заставило вампира на некоторое время замолчать. А потом я уснула. Просто отрубилась.

В моем разуме клубился туман, горели дома и что-то взрывалось. Я бегала, и не просто так, а спасала котят, выхватывая их из дымящихся зданий. Несчастные комочки тихо мяукали и подрагивали от страха. Хотя последний был жестковат и урчал по-другому… Так.

Так… Впервые в жизни я саму себя вырвала из объятий сна, как Мюнхгаузен вытаскивал собственную персону из болота за косичку. Тащила и ругалась, уже понимая, что происходит.

Подпирая меня к стене, вытянув лапы, в кровати дрых Дружок. Рассеянный свет из-за не задернутой шторы падал на его похрапывающую морду и длинношерстный серый бок. Пришлось проморгаться, чтобы поверить в эту пасторально-милую картинку. Не хватало только цветочка в собачьих зубах.

Когда я подняла голову, пес фыркнул во сне и настороженно повел носом. Бдит. Охраняет. Не свою семью и любимую бабушку, а мою кровать.

Я оперлась руками о стену, сосредоточилась. Толчок ногами. И мохнатое тело «гостя» полетело на пол. Шумный стук, словно я сбросила мешок. Вуаля.

Глостер подскочил, рыча, сверкая посветлевшими глазами, злобно оглядываясь в поисках врагов. Обнаружив, что в комнате кроме нас никого нет, а я села в кровати и с иронией на него смотрю, он присел на лапах… И вот уже во весь рост поднимается молодой обнаженный парень. Недолго думая, он хватанул одну из декоративных подушек и прижал ее к паху, прикрываясь.

- Какого беса?

Приподнявшись, я возмущенно тыкнула в него пальцем.

- Это ты меня спрашиваешь? Глостер, тебя не смущает личная заинтересованность в деле? Ты объявляешь себя Судьей и прибегаешь ночевать в мой дом?

В дверь постучали и осторожный голос Джеза спросил:

- Холли, нужна помощь?

- Мне – нет! А вот кое-кому может и понадобится. – рявкнула я и сосредоточилась на оборотне. – Глостер, я не хочу скандала и вдвойне не хочу поставить на тебе крест как на друге. Поэтому ты прямо сейчас выйдешь из комнаты и дашь мне нормально поспать. Можешь лечь на один из диванов в гостиной, улечься на коврике или уматывать к себе в основной дом. Как захочешь. А утром мы откровенно поговорим.

- Откровенно? Это радует, – процедил Гэб. Взбил хлопками подушку, которой прикрывался и - аккуратно положил ее на кровать рядом со мной. Ох, елки-па-а-лки. Э. В смысле, как неудобно-то... Хорошо, хоть он стоит на выходе, там, где особенно темно.

Секунда и в спальне я осталась одна. Из гостиной еще некоторое время доносились приглушенные мужские голоса, но предметы не падали, на помощь никто не звал, следовательно - разберутся как-нибудь.

Я раздраженно потерла нос. Меня больше беспокоила подушка, агрессивно пахнущая свежим зеленым скосом, весенней сочной травой. Слишком резкий, мешающий запах. Сбросив ее на пол, я пообещала себе, что утром же закину наволочку в стирку.

А потом уснула. Глубоко и без снов.