Боевой маг: Первый курс. Том 1

Глава 11

— Всё правильно, но здесь. — Эви показывает пальчиком на решение. — Начинается активная часть заклинания, и постоянные переменные становятся плавающими.

— И получается уже нужно корень извлечь, здесь у нас ушли в минус. — рисую вспомогательный график и показываю ей кривую. — Вот так, верно?

Она смотрит, улыбается, говорит смущённо:

— Всё правильно, просто надо чуть-чуть внимательней и всё получится.

Почти две недели мы занимаемся каждый день. Ладно, если быть уж совсем честным, не каждый, пару выходных у меня было. Даже Лиска перестала часто заходить, не знаю уж почему, видимо ей ещё в первые дни стало совсем скучно от всех этих формул.

Империя и этот мир меня за две недели расстроили очень сильно. Оказалось, что нет никаких заклинаний в словах и махания руками. Вернее, они и есть, и их нет. Вся теория магии построена на математике. Тут изучают и физические науки, и математику, и химию, и алхимию, в ход идёт всё.

И вот каким-то образом всё это пересекается в одной точке, и начинается теоретическая магия.

А ещё мне наняли учителя фехтования, потому что поступаю я на один из двух боевых факультетов университета. Один из обязательных экзаменов — бой на мечах. Учителем была женщина на вид лет тридцати, и она меня загоняла. При этом каждый раз пытаясь оказаться очень близко и иногда даже повалить на землю, понюхать и потрогать. Она, конечно, закрывалась, но и без эмпатии я понимал, что понравился ей.

— Тош, прости, но это всё, завтра экзамен. — девушка поправила очки, подошла близко и наклонилась чтобы взять бумаги, на которых я решал примеры задач. — Возможно это будет звучать как оскорбление, но это не так, просто любопытство — откуда ты всё это знаешь?

В этом мире у людей могли быть проблемы со зрением, и никто не мог их решить. Точнее — в остальном мире, кроме Севера. Ведь у нас любой дефект зрения может поправить хороший колдун. Но девушке шли небольшие прямоугольные очки. В любом случае, когда начнётся полноценное сотрудничество Империи и Севера, та же Эви сможет обратиться к колдуну и подправить своё зрение.

— Ну, там у нас это, ну, в общем. — я замялся, пытаясь подобрать слова.

Девушка так и стояла сбоку, наклонившись и дотрагиваясь до меня своей грудью. Было немного не по себе, ведь это повторялось уже, наверное, в сотый раз. Она всё время хотела меня тронуть, задеть, понюхать. Это немного надоедало, но и одновременно будоражило. А ещё её короткое голубое летнее платье с достаточно открытой грудью. Хотелось пойти на поводу и…

Но я понимал, что ничего хорошего из этого может не получится. Девушка имела какие-никакие магические способности. Пусть не такие большие, как например у меня, если верить утверждениям Аглы и куба, но наверно выше, чем у той же Лиры. И если вдруг во время наших, скажем так — общих занятий, повторится то, что было с девушками — то она это заметит и обратит пристальное внимание на случившееся.

Но иногда так и хотелось взять её и…

— Ну, в общем, всякие торговцы у нас там, по чуть-чуть рассказывали, книжки покупал. — я улыбнулся виновато. — Вот и нахватался по верхам…

Она удивлённо вскинула брови, сняла очки:

— Ваши торговцы что, все такие образованные, учат других? Я, признаться, считала, на Севере всё немного иначе.

Меня спасла ворвавшаяся в мою комнату Криста, словно ураган пронеслась от двери, оказалась, между нами. Теперь уже она своей идеальной фигуркой тёрлась об меня.

— Я тоже, между прочим, готовлюсь к поступлению, так что давайте готовиться, а не… — она замялась, пытаясь показать что-то непонятное руками и строго посмотрела на Эви. — А не заниматься всякой ерундой.

— Эни, мы и занимались, пока вы нам не помешали. — моя учитель сложила руки на своей выдающейся груди.

— Вообще то, боевой маг — это не просто маг, это тот, кто служит Империи и императорской семье. — громко шепнула мне на ухо баронесса. — Боевой маг хранит свою кровь для будущих поколений, а не…

Шептала она это так, что слышали, наверное, все на расстоянии трёх-четырёх кварталов. Что уж говорить об Эви, которая вспыхнула, а глаза сделались ещё более строгими.

— Напоминаю вам, эни, что старые законы и указы давно отменили. Сразу после второй кровной войны, именно за это и погибали наши предки.

Девушка подошла с другой стороны и надавила своей грудью мне на плечо. Они стояли нос к носу с двух сторон. Я не выдержал, осторожно раздвинул их, встал, и когда они обе начали галдеть друг на друга словно курицы в курятнике, стукнул громко по столу.

— Я не игрушка, и не местный петушок в разноцветных шмотках! — крикнул обеим. — Я северянин, первый среди равных, свободный, я держу меч с детства в руках и сражаюсь на равных с остальными, я не позво…

Пришлось замолчать, потому что девушки смотрели на меня умильно улыбаясь. Похоже они вообще не воспринимали то, что я им пытался сказать. Я видел только, что они, как это говорится — залюбовались.

— Ты посмотри какой он когда злится, какой грозный, злющий, ух. — тихо шепнула Эви своей знакомой.

— Ага, и щёчки какие красные, ты глянь, какой строгий, и такой красивый. — ответила Криста своей оппонентке.

Спасла меня мама, я почувствовал её секунд пять назад и выдохнул. Дверь приоткрылась, она вошла в уже обжитую комнату. На ней оказалась обычная северная одежда, разве что сняла весь мех чтобы не париться. Вид был уставший, посмотрела на всех и попросила:

— Мне нужно поговорить с сыном.

Девушки что-то пискнули и ушли, мы остались вдвоём.

Мать обошла стол, посмотрела на записи с формулами, расчётами, значками и пояснениями на полях. Села напротив, вздохнула, спросила:

— Ты хоть немного стал понимать, что тебя ждёт?

— Немного. — я пожал плечами. — У меня есть сила, и я хочу познать неизведанное (1), иначе зачем всё?

(1 - высокий слог.)

— Есть другой путь. — она взяла меня за руку. — Целитель, стихийный маг, лекарь, ты ведь можешь выбирать.

Я опустил голову — этот разговор уже третий, меня все пытаются отговорить. Все кроме Кристы, она тоже записалась на факультет боевых магов. И иногда я думаю — а ведь и правда можно выбрать что-то попроще. Но сразу вспоминаю свою прошлую жизнь, в которой я уже выбрал что-то попроще. И как горько было умирать, осознавая, что за свою жизнь ты вообще ничего не попробовал и ничего не сделал.

— Я уже выбрал. — твёрдо сказал.

— А что с Лиской? — она посмотрела на меня внимательно.

— Мы друзья, и друзьями останемся.

— Так скажи ей, не томи девочку, она же мучается, она вообще последние дни не своя. — мать сжала мою ладонь. — Поговори, объясни.

— Я боюсь…

— Да не тронет она тебя, о чём ты! — воскликнула мама. — Ну может немного совсем, переживёшь.

Я покачал головой, улыбнулся и ответил:

— Я боюсь, что сломаю её внутри, она ведь на самом то деле очень ранимая и нежная девушка.

— Прежде всего — она носительница дара, и уже потом всё остальное. Ты должен быть честен с ней. — покачала головой мать. — Завтра, если ты сдашь экзамены, а я верю, что у тебя получится, у нас с тобой будет последний день, я возвращаюсь на Север.

Грустно посмотрел на неё, улыбнулся. Мы с ней провели всю жизнь вместе, за редкими исключениями, когда она сама уходила в долгие походы за стену. Я любил свою единственную маму. Вспоминая прошлую жизнь, детдом, воспитателей, я понимал, как мне повезло. Нет, там тоже всё было нормально, но мама — это мама.

— Завтра будет будущее, до которого нужно дожить. (2) — сказал я её любимую фразу.

(2 - высокий слог.)

Она снова улыбнулась, встала и молча ушла из моей комнаты.

За две недели я тут неплохо обжился. В единственном шкафу для вещей почти все полки забиты книгами для подготовки к экзаменам. Тут же три кресла и широкий большой диван, в углу кровать, на полу постелен ковёр. Это не дешёвая гостиница, а пятиэтажное здание в центре города, недалеко от университета. За дверью коридор и вход в местный аналог душа и туалет. С туалетом всё понятно, а вот душ меня, конечно, удивлял несказанно.

Это была кабинка, почти как те, которые я знал из прошлой жизни, только вот вода шла сверху из множества отверстий. Можно было регулировать напор и температуру, выбирать что ты хочешь — дождь, какой именно, с какой стороны. Мне это понравилось даже больше, чем когда-то привычный душ. А если учитывать, что тут ещё можно было включать «мыльную» воду на несколько секунд — конкурентов этому не было ни в одном из миров.

Я снимал комнату на вроде как свои деньги, их у меня оказалось достаточно много. Тётка Агла за почти двадцать лет визитов перетаскала для нас с мамой в Империю кучу слитков келемита в бездонном мешке. И всё это она сдавала в местный банк. Я теперь имел целое состояние, и это если ещё не учитывать то, что складировано в нашем с мамой доме. А как она сказала — это тоже теперь только моё, ведь ей вернули имя. Оставалось непонятным на что всё это тратить. Дом у меня и так был, оружие лучшее что может быть — из келемита. Разве что в Империи келемит ценится потому, что его можно зачаровывать как хочешь, а у меня стандартный меч для носителей дара.

В комнату тихо вошли девушки и сели с двух сторон от меня, я улыбнулся обеим, спросил:

— Что дальше, пол дня осталось, есть что-то, чего я не знаю?

Девушка закусила нижнюю губу, виновато на меня посмотрела, потом с опаской на Кристу, сказала:

— Вообще то мы почти прошли программу первого курса, конечно в тонкости не углублялись, но по большей части…

— Так ты… Так ты… — Криста чуть не задохнулась от возмущения. — Так ты специально тут ошивалась, толкала его своим выменем, хотя знала, что он уже готов, но продолжала!

— Я бы всё равно рекомендовала тебе, Тош, посещать лекции, ты ещё многого не знаешь, но теперь будет гораздо легче. — закончила девушка, не обращая внимания на баронессу.

— Нет, ну свинокошка драная, ну… — бесилась Ашер.

— Я свинокошка, у меня значит вымя?! — в этот раз возмутилась Эви. — Да ты доска кентрийская, да тебя…

Слышал я про Кентрию — большое государство где-то на юге. Его последние лет сто раздирают войны внутри страны, постоянные набеги со стороны Нанбу и Истры. Местные женщины имеют странную особенность — у них очень маленькая грудь и они совершенно худые, почти как мужчины тут в Империи.

— Тихо! — крикнул я что есть силы и стукнул по столу уже второй раз за день.

Они замолчали и уставились на меня. Я же развернулся и пошёл к шкафу. Открыл нижнюю дверцу, достал то, что приготовил заранее, положил на стол. Они смотрели и не понимали, а я сказал:

— Спасибо за то, что помогали мне готовиться, я не знал как вас отблагодарить, и вот решил сделать вам небольшие подарки.

На столе стояли две достаточно большие статуэтки, изготовленные из Келемита. Одна изображала Мару ант Хил, основоположника направления теоретической магии. Человек, что когда-то на заре становления Империи решила структурировать все данные по заклинаниям и описать это в одном труде. Она придумала множество методов, которые позволили будущим поколениям облегчить создание новых заклинаний и изменение старых. Это была легенда среди магов и магов-теоретиков. Изображение я взял с картин в галерее недалеко от Красного Замка. Мастер точно воспроизвёл старую женщину в одеяниях учёного с посохом и спущенным с головы капюшоном.

Вторая статуэтка изображала Энти инт Ашер, основательницу рода Ашер и пра-пра-пра и много ещё «пра» бабушку Кристы. Ашеры конечно были и до неё, но титул получила именно Энти. Она, кстати, была боевым магом в прошлом. И изображение я взял из архива куда меня проводила тётка Агла. Женщина в отличие от первой статуэтки, была изображена в молодом возрасте. Нетрудно было заметить некоторые сходства лиц Кристы и её предка.

— Тош, это же келемит. — Эви расширила глаза, смотрела ошарашено, прикоснулась к своей статуэтке. — Это же целое состояние… Я не могу… Я не смогу…

Я, кажется, понял о чём она, поэтому просто сказал, улыбнувшись:

— Это твоя вещь, ты можешь делать с ней что хочешь, не мог же я просто подарить тебе слиток?!

— Я же теперь смогу осуществить мечту, да что же ты делаешь, Тош! — она подбежала и поцеловала меня в щёку.

Девушка была так счастлива что открылась мне, и огорошила целым ворохом чувств. Восторг, влюблённость, благодарность, восхищение.

— Ты издеваешься? — Криста наоборот надулась. — Ты правда думаешь, что я тебе помогала не просто так?!

— Крис, я не хотел тебя обидеть, это подарок от всего сердца, не более! — попытался оправдаться я. — Вы очень мне помогли, я бы без вас не смог подготовиться, да даже в фехтовании ты мне помогала!

Тут в дверь постучались и спросили знакомым голосом:

— Гостей принимаете?

— Все мы здесь гости! — невольно улыбаясь, ответил я.

В комнату зашли Альви и Кира, тут же подбежали и поцеловали меня в щёки, кивнули девушкам в знак приветствия. В этот раз на них была чёрная форма и знаки различия офицеров –серебряные треугольники. На головах треуголки, сапоги они, как и все мы, сбросили у входа.

— Я пойду, Тош! — нетерпеливо сказала Эви.

Кивнул и удостоился ещё одного поцелуя в щёку, девушка тут же сбежала. Криста ушла за ней, ничего не сказав и кажется очень злясь. Оставшись наедине с двумя своими подругами, я улыбнулся и тут же получил два поцелуя в губы — от одной и второй.

Мы немного пообщались, выпили чаю. Оказалось, что они не учувствовали в боевых действиях, а просто координировали доставку оружия, техники и бойцов к стене. Сказали, что восстановление стены уже началось, и больше опасность не грозит никому.

— Куда это она? — спросил я удивлённо.

Альви вдруг встала и выбежала из комнаты. Лира придвинулась, поцеловала меня своими зелёными губами, прижалась.

— Эй, ещё же только начало вечера. — улыбнулся я.

— Всё верно. — сказала Альви, вернувшись, она похоже ходила закрывать дверь. — Завтра у тебя экзамены, поэтому ночью нужно спать, а пока…

Они обе начали меня раздевать.

***

Когда девушки ушли, я открыл окно и долго смотрел на один из больших проспектов столицы. Кажется он так и назывался — «центральный проспект». Спать совершенно не хотелось, тем более что девушки мучали меня по несколько раз и всё заканчивалось одинаково. У них светились глаза, и они стонали так громко что в итоге нам уже стали стучать по потолку и что-то кричать.

Я вздохнул, улыбнулся устало. Уже собирался принять местный душ, потом прилечь и попытаться заснуть. Но не тут-то было — в дверь кто-то позвонил, услышал переливчатый «треньк». Накинул рубашку и простые домашние штаны, подошёл и дёрнул за ручку.

— Привет… — на пороге стояла раскрасневшаяся Эви.

— Ты… — начал я.

Не успел ничего сказать — девушка порывисто оказалась рядом и поцеловала. Целоваться Эви умела, ох как умела. Выглядела она, конечно, целомудренной, но возможно это у неё в крови — всякое бывает.

Мы быстро переместились к кровати, и я не выдержал — сорвал с неё платье. На ней оказалось красивое бельё, которое тут же улетело в тот же угол куда и остальные обрывки одежды. Остались только белые чулки, и сама девушка. Небольшая полнота ей очень шла, а эта грудь, эти бёдра — я просто пропал

— О-о-о, Тош! — она застонала, кажется, даже громче моих предыдущих подруг.

Я понял, что снова, совершенно не желая этого, перехожу в свою вторую форму и выплёскиваю кучу энергии. Девушка затряслась, глаза засветились золотым словно у гномки, предметы в комнате поднялись в воздух. Даже кровать взлетела.

— К-к-как же это хорошо, Тошечка, милый…

Она поцеловала меня в грудь, шею, щёку. Потом пошла вниз и опустилась к животу, ещё ниже. Я думал, что уже не смогу, но похоже ошибался…

Встречал рассвет на широком подоконнике, довольный как отлично погулявший по весне свинокот. Мне было хорошо — впервые в двух своих жизнях я чувствовал себя просто отлично и знал, что буду делать дальше.

Эви ушла час назад, спать я так и не захотел. Девушку пошатывало, и она была вся взлохмаченная. Что-то лепетала, смотрела влюблённо и заискивающе. Она приоткрылась мне, видимо сама того не понимая, и я вздохнул с облегчением. Это была именно влюблённость, небольшая, так что я особо не переживал. Про детей тоже не думал — уже давно Агла дала мне колечко, которое блокировало всё что нужно. Правда, как сама говорила старуха, маг, даже очень слабый, сам всё делает как нужно. Видимо имелись ввиду девушки которых я встречу на своём пути.

Вздохнул, посмотрел на настенные часы, сходил в ванную и начал собираться. Всё было приготовлено ещё вчера — белая рубаха, чёрный камзол, такие же штаны, сапоги. Поправил причёску и пошёл на выход.

За дверью меня ожидал сюрприз — злая домовладелица:

— Слушай сюда, мальчишка, завтра же съезжаешь, я тебя предупреждала — никакого шума!

Я молча прошёл мимо, даже не слушая ругань в спину. Получилось, конечно, неудобно, но кто же знал, что меня решат навести все знакомые. В любом случае если я сдам экзамен — уже после завтра окажусь в казарме боевых магов. А если не сдам — вернусь на Север, и буду готовиться к поступлению на следующий год.

Сама процедура экзаменов оказалась очень знакома по прошлой жизни. Нас пригласили в одну из пристроек к главному корпусу и тут оказались самые обычные учебные аудитории. Всё как положено — доска, парты, стулья, место преподавателя. Сдавали мы целым потоком, что не особо удивляло. Ту же математику сдают почти все, а не только боевые маги. Сами же задачи и примеры, которые предлагалось решать, были уровня, наверное, девятого-десятого класса моей прошлой жизни. Эви же натягивала меня на уровень первого курса высшего учебного заведения. Вот так и доверяй потом девушкам. С другой стороны — то, что мне досталось, я сдал без проблем.

Отличие от прошлой жизни было — результат говорили сразу. Потому что с листком сдающего приглашали к одному из преподавателей и вместе с ним нужно было разбирать то, что ты там нарешал. Мне конечно же досталась Нина и она была очень строга. Решил я кое-где не идеально, но в общем всё было правильно. Так что в конечном итоге, сдав математику, химию, физические науки, теорию магии — оказался на фехтовании.

Вот тут было тяжело, принимала фехтование похоже боевой маг. Я увидел знакомую форму на молодой девушке и знак старшего офицера — большой серебряный треугольник. А вот на плече у неё красовался маленький золотой треугольник. Я вспомнил что у тётки Аглы тоже такой был, когда она посылала сообщение — выходит она тоже боевой маг?

Девушка принимала экзамены не только у будущих боевых магов, а также у боевых лекарей. Тут же я встретил того барона, он всё так же нервничал и перебирал свои чётки в кармане. Принимающая не «лютовала» и серьёзно проверяла готовность. Как я понял по её фразе в конце нашего поединка, ей нужно было что-то понять и решить допускать кандидата или нет.

— Техники почти нет, при этом база приличная, работать с этим можно, в остальном, конечно, очень плохо, нужно много практики, очень много. — девушка говорила тихо чтобы слышал только я, поправила свои фиолетовые волосы. — Ты молодец парень, но будет тяжело, очень тяжело, мы все за тобой следим. И не все согласны со старой каргой Верн.

Я кивнул и поблагодарил девушку, хотя и не понял, что за «старая карга» и кто эти «все» и почему они за мной следят. Ну да это ничего, хорошо, что не все против меня, как Нина.

— Это пропуск на вход и твой номер, он уже заряжен под тебя, если бы не сдал — его бы уничтожили. — пояснила боевой маг. — Завтра ты должен явиться в казарму, начало учебного года.

Мне выдали небольшой треугольный амулет на цепочке, с не острыми углами, на нём красовался номер — «113». Я понял, что это келемит и похоже в нём содержалось какое-то заклинание. Возможно, стандартный жетон, о котором мне говорила Лира. С его помощью маг может послать сообщение, если верить девушке, только непонятно пока, как это делать.

Как я понял, это была третья волна экзаменов — последняя. Потому что та же Криста не сдавала со мной математику, у неё часть предметов оказались зачтены. И уже позже она решила сменить факультет что и сделала. Мы встретились на химии и фехтовании, которое она тоже сдала.

Когда выходили с территории университета, уже смеркалось. Криста взяла меня под руку, потому что брать её я отказался. Она долго сомневалась, но в итоге сдалась. По сути, окружающие даже похоже не замечали, что это она меня держит за локоть, а не я её. Все проходящие мимо женщины просто ей завидовали.

— Мне страшно, Тошка. — она прижалась ко мне.

— Почему? — не понял я.

— Та статуэтка что ты подарил, спасибо, это и правда моя пра-пра-пра бабушка. — девушка посмотрела мне в глаза. — Но их было три сестры, судя по летописи семьи, и при подготовке в гильдии боевых магов выжила только одна.

— Ну сейчас времена другие… — попытался я её успокоить. — Сколько там прошло уже, тысяча лет?

— Ничего не изменилось. — покачала головой девушка. — Говорят, что ничего нового не придумали, только сделали ещё больше упор на разностороннюю подготовку.

— Давай просто начнём, а? — я улыбнулся, погладил её по руке и сказал фразу из своей прошлой жизни. — «Дорогу осилит идущий».

— Кто это сказал? — девушка даже остановилась. — Так правильно…

— Не знаю, нашёл в каком-то старом трактате в Анстуге. — соврал я.

Мы поднялись на мой этаж, открыли дверь и нас встретили весёлые возгласы, магический фейерверк, приветствия. Тут собрались многие — моя мама, Агла, Альви и Лира, Эви, отец Кристы и Лиска.

Стол оказался накрыт и разложен, все гомонили, а я заметил, что мать держит за руку Арис. Они вообще, как я понял, последние дни почти не расставались и похоже эта встреча пробудила какие-то давние чувства. Я не видел в этом ничего плохого. Арис был вдовцом, моя мать почти не отвечала на ухаживания на Севере кому бы то ни было, так что, почему бы и нет?

— Пошли, нам надо поговорить. — потащил я в коридор Лиску, когда мы немного посидели за столом.

Она грустно улыбнулась, и я почувствовал печаль в её душе. Сначала было подумал, что это потому, что я остаюсь учиться, но когда мы оказались в коридоре она сказала:

— Тётя Магна мне всё сказала.

И такая безнадёга повеяла от девушки что я невольно её обнял. Она почти не отвечала, я чувствовал только грусть и тоску. Будто кто-то скрежещет когтями по стеклу.

— Прости меня, сестрёнка, я… — запнулся, не зная, что сказать, добавил: — Я не могу, я не знаю, что делать, я боялся тебе сказать.

— Я понимаю. Ингвир же тоже часто у нас бывал, и я ему сказала так же. — она провела ладонью по моей щеке. — Просто не думала что будет так…больно.

— Прости. — ещё раз попросил я, беря её за руку.

— Не за что прощать, Тошка, я пойду прогуляюсь, завтра уезжаем. — она повернулась и пошла к выходу. — Пообещай, что если что-то изменится, если ты что-то почувствуешь, то придёшь?

— Обещаю. — сказал я тихо, когда дверь уже закрылась.

Я вернулся в комнату и сел на кресло. Подошла мать, устроилась в соседнее и какое-то время молчала, потягивала вино из бокала. Я чувствовал, что она хочет что-то сказать, но ждал, когда решится сама заговорить. Прошло ещё пару минут, мама произнесла:

— Я сегодня была в Красном Замке, приглашали родителей всех, кто поступил.

— И? — не понял я.

— Я подписала бумаги, по которым ты на три года становишься собственностью Империи, образно, конечно. — она посмотрела на меня серьёзно. — Ты можешь отказаться, пока можешь, но потом уже будет поздно, они смогут делать с тобой что захотят.

Я помолчал, взял со столика бокал с соком и тоже немного отхлебнул, сказал, пожимая плечами.:

— Я решил — это мой путь, и я хочу его пройти.

— Это не просто бумага, она доказывает, что будет очень тяжело и что не все выдерживают обучение.

— Мам, я один раз уже умирал. — поднял бокал, будто чокаясь с ней.

— Да, только тут смерть не самое страшное. — возразила она. — Можно остаться калекой навсегда, такое даже колдуны не поправят.

— Я справлюсь. — упрямо сказал ей, отворачиваясь.

— Не умирай.(3) — только и сказала родительница обычное пожелание на Севере.

— Если не покинет удача. (3) — ответил ей в тон.

(3 - высокий слог.)

Больше она не говорила, но я чувствовал волнение за себя. Мать встала и пошла к отцу Кристы. Провожая её взглядом, в очередной раз удивился как она молодо выглядит, а ведь я её помнил с пелёнок считай, и ничего почти не изменилось. Это в разрезе моих воспоминаний из прошлой жизни вызывало острый конфликт в голове и пришлось опять взяться за камушек.

Осмотрелся, понял, что мама оставила свой нож на тумбе. Обычные кожаные ножны, покрашенные в чёрный цвет, рукоять из кости какой-то твари, скорее всего из местного леса. Взял, меня немного замутило, возникло знакомое противное чувство. Хотел откинуть, но не стал, просто немного вынул из ножен и скривился. Чёрный металл — очень плохое оружие. Но оставила она мне его не просто так, поэтому я с силой задвинул лезвие обратно и устроился на кресле поудобнее, готовясь увидеть очередное воспоминание.

Чужое воспоминание.