Боевой маг: Первый курс. Том 1

Глава 9

— И как этим пользоваться? — спросил, показывая медальон нашей новой подруге.

— Всё время забываю, что вы, варвары, спустились со своего Севера нам на голову. — вздохнула она обречённо и я понял, что девушка откровенно подкалывает и издевается. — В любом заведении просто прикладываешь к серому камню на столешнице продавца, если всё нормально — продавец увидит и одобрит покупку.

— И что, это работает по всей Империи? — я удивился.

— Нет, конечно, работает там, где есть вилы. — она показала пальцем в окно куда-то вправо.

Я посмотрел и увидел очень длинный столб. Он уходил ввысь, а на конце его сверкал, судя по цвету, келемитовый набалдашник похожий на наконечник вил. Это больше всего и правда походило на вилы, или антенну.

— И эта штука связывает всё вместе? — понял я.

— Это не главная задача вил. — девушка внимательно оглядывала всё вокруг пытаясь заметить хоть кого-то. — Изначально они должны просто отслеживать магический фон и передавать всю информацию в университет Эстарны. Но со временем им придумали и другие функции.

Мы с Лиской проверили что всё взяли. Забросили за спины свои сумки, попробовали выдернуть оружие из ножен и двинулись следом за Кристой на улицу. Тут оказалось достаточно жарко, а в вагоне и не скажешь, поэтому я сделал вывод что в паротяге есть какой-то климат-контроль.

— И что, они так и называются вилами? — я поморщился от солнечного света, бьющего прямо по лицу.

— Вилы Сани. — пояснила девушка. — Их придумал Сани ун Рай, теоретик, пару сотен лет назад.

— Ты хорошо знаешь историю... — удивился я.

— Конечно, я же готовилась к учебе, ты же тоже вроде будешь поступать? — Криста с удивлением посмотрела на меня.

Я даже рот открыл от неожиданности. Как-то рассчитывал, что будет, например волшебный сапог. Натягиваешь его на ногу, он говорит факультет, дальше снимаешь и тебе дают книгу заклинаний. Учишь там заумные слова и вперёд, колдуй себе.

— Да я как-то больше это, не по истории, по математике там. — попытался оправдаться.

— А, так ты на теорию собрался, ну там конечно — математики много разной. — она уважительно на меня посмотрела, поправляя волосы. — Не знала, что у вас на Севере учат этому.

— Да не...

Лиска попыталась что-то сказать, я быстро её дёрнул за куртку и прервал. Ответил сам:

— По-разному у нас там учат.

Мы шли по городу, я смотрел на кирпичные здания, чистые улицы. Иногда попадались люди, они задерживали на нас взгляд, а потом шли по своим делам. В основном это были женщины, но иногда встречались и мужчины. Чем дальше мы шли — тем больше народу попадалось на глаза, и тем большему количеству людей мы попадались на глаза.

— Мороженое хотите? — спросила нас Криста.

Мы оказались на углу двух каких-то больших улиц. Тут вообще очень оживлённое движение людей и даже транспорта. Всё время проносились небольшие паротяги по рельсу посреди дороги. Несколько раз даже видели обычный тягач, на резиновых колёсах который тащил куда-то за собой огромную телегу.

— Да можно. — я пожал плечами.

— А что это?! — Лиска вопросительно уставилась на меня.

Я вспомнил что мороженое ел всего один раз на Севере. Тогда приезжал какой-то торговец из Империи, и решил продавать у нас эту сладость. Но у нас хватает и своих вкусных блюд, а уж чтобы есть холодное замороженное молоко — желающих много не нашлось. Так что где-то через месяц продавец отбыл. А мне тогда мороженое понравилось, и я покупал у него его несколько раз. Лиска в те дни в очередной раз отправлялась в Анстуг, чтобы проверить не открылся ли в ней дар.

— Это очень вкусно, особенно в жару. — я поморщился от солнца, которое уже откровенно достало.

Северяне привычны к холоду, жару переносят очень плохо. Поэтому сейчас мы с Лиской страдали. Она, наверное, даже больше, я чувствовал, что девушке совсем некомфортно. Одно хорошо — в Империи тоже есть зима и рано или поздно она настанет, пусть и не такая холодная как у нас.

Криста ушла за мороженым в магазинчик рядом, и стояла в очереди. Мы же остановились на углу улицы и смотрели во все глаза. На все эти механизмы, здания, деревья. Вот вдалеке возвышалось какое-то огромное белое строение, оно было меньше Красного Замка, но больше всех остальных построек. Шпили разных форм уходили ввысь, и некоторые из них на себе несли вилы. Я подумал, что это, наверное, какая-то резиденция самых сильных магов Империи.

В какой-то момент понял, что на нас стали обращать внимание очень часто. Некоторые люди, видимо у кого было свободное время в рабочий день, стали останавливаться и смотреть. Лиска тоже это заметила, спросила:

— Тош, чего они хотят?

— Не знаю. — шепнул ей, придвигаясь поближе.

Мы сами того не замечая встали спина к спине, положили руки на рукояти. У нас с Лиской было не фамильное оружие. Обычные келемитовые мечи, выкованные в самой что ни на есть стандартной манере. У нас это считалось самым лучшим вариантом. Чем больше и лучше ты с таким вот «стандартным» одноручным клинком владеешь — тем лучше. Потому что в случае чего тебе легко будет найти что-то похожее, если с твоим оружием что-то случится. Такие стандартные армейские мечи есть почти везде.

Отличия от обычного оружия, конечно, были. Колдуны каким-то образом создавали стержень внутри заготовки клинка, чтобы оно могло проводить через себя дар и энергию. Этому когда-то давно научил северян Келем Дарующий, личность которого до сих пор остаётся загадкой. Во времена, когда Север был частью Империи — колдуны и маги вместе могли создавать воистину сильнейшее зачарованное оружие. Но уже как двадцать лет, насколько я понимал, не было создано ни одного зачарованного оружия из келемита. Теперь же, наверное, всё изменится.

— Стражу зовите, ишь, вырядились, видела я северян настоящих, не они это! — завопила какая-то бабка. — Циркачи это, токмо никто им права не давал такими по улицам ходить с железками настоящими!

— Да ты не видишь, что ли, мужик какой стоит, это точно северяне! — выкрикнула женщина рядом.

— Ага, какой мужик, вон вижу обмотала сиськи тряпкой! — снова эта вредная бабка. — Стражу зовите я сказала, стража где!

— Да слышала я сегодня, прибыли северяне на поезде! — запротестовал кто-то.

— Так тех сразу в Красный Замок забрали! — это уже был низкорослый мужчина в аляповатом наряде. — А это бабы две, переоделись и ладно, но железки то видели а?!

— Так, в сторону! — послышался бас откуда-то из середины толпы. — Я сказала разошлись все!

К нам на небольшой пятачок вышла полноватая женщина в кое-как натянутой на неё зелёной форме. Камзол, штаны и сапоги, на голове кепка. Короткая причёска и круглое лицо. Она посмотрела на нас, хмыкнула, спросила:

— Кто такие?

— Тош инт Эстар, северянин. — представился я.

— Лис ин Сугир, северянка. — представилась Лиска.

К этой стражнице присоединились ещё две напарницы. У всех на поясе мечи, но они держат руки на огнестрелах. Полная женщина страж наконец сказала:

— Понятно всё, оружие на землю, это приказ, и с нами пойдёте. — она демонстративно подвигала огнестрелом в кобуре. — Я сказала быстро, оружие сложили, мы шутить не будем!

Все стояли смотрели на нас, а я почувствовал, как внутри поднимается буря. Лиска ощутила тоже самое, задействовала дар Адона, мы резко развернулись к стражам и вынули оружие из ножен. Сделали шаг вперёд, прикидывая с кого начать. Женщины вытащили огнестрелы из-за пояса и направили на нас.

— Сможешь удержать? — спрашиваю подругу.

— Смогу, если сам продержишься. — быстро отвечает она, возводя щит.

Зубы мне свело почти сразу, я их сжал и боль вроде отпустила. Лиска прикрыла нас даром, и мне стало тяжело как магу.

А вот окружающим, которые никогда не встречались с этим, совсем худо. Свободное пространство вокруг ширилось Я понял, что почти в каждом местном есть какой-то магический потенциал. Просто часто его недостаточно чтобы раскрыться как магу. Вот и наши оппоненты обливались потом, и не понимали, что на них давит, смотрели на нас выпученными глазами. А мы ждали, когда они выстрелят, чтобы закончить дело одним ударом, поэтому просто наступали вперёд.

— Стойте, остановитесь! — между нами выскочила Криста а в руках у неё были три стаканчика мороженого.

Она смотрела на нас и на них, а мы стали обходить девушку и снова сближаться со стражами.

— Я Криста ин Ашер, приказываю вам по праву сопровождающей гостей императорской семьи остановиться! — закричала девушка в панике, снова вставая между нами.

— Так они это... Они это... — стражница пыталась объясниться. — Они это сами, мы сказали им ну, а они это, я стрелять буду, мы стрелять будем, пусть бросают железки!

— Отойди, эти твари сегодня умрут! — зарычал я от злости.

Мы приблизились к девушке, и я резко дёрнул её за руку, закинул за спину и снова мы пошли на сближение. Ярость внутри кипела нешуточная. Хотелось их разорвать, но я боялся, что, если прыгнем вперёд прямо сейчас — щита Лиски не хватит остановить все три пули в движении. Если бы я не выдохся недавно, справился хоть со всей этой толпой. Да мы бы их с подругой разорвали на части.

И тут что-то начало давить уже на нас. Что-то очень мощное, сильное, и даже чем-то мне знакомое. Я поморщился, Лиска тоже. Теперь мы стали отступать назад. Моя подруга усилила напор, направляя его куда-то вперёд. И тут...

— Вж-ж. Вж-ж. Вж-ж!

Раздались одновременно три звука, это огнестрелы разогнали пули в стволе и отправили их в наши стороны. Огнестрелами они назывались потому, что сами снаряды были разных типов. Самые популярные — которые разогревались до огромных температур или разрывные. Не знаю какие именно использовали против нас, потому что все три шарика сгорели в щите Лиски. Но, как бы то ни было, мы уже не могли прыгнуть вперёд — что-то подавляло нас. Сами же стражи тоже чувствовали себя нехорошо — попали между двух огней. Они все осели на асфальт, схватились за головы и стали корчится, бросив оружие.

Вперёд, спокойно и словно богиня, вышла девушка. Очень молодая, казалось, что ей не больше двадцати. Волосы светлые, длинные, просто ниспадают на спину, иногда странно отсвечивая на солнце, сиреневые глаза светятся. Бежевое платье до пят подчёркивает талию, но закрывало грудь. И от неё исходила мощь. Огромная, всепоглощающая, страшная. Я пожалел, что лишился сил — эта женщина сможет нас раздавить если мы что-то не придумаем.

— Я не могу, Тош, она...

Лиска похоже вышла на свою полную мощность, потому что меня тоже ломало всего, но я держался. Сила, которая давила, казалось, сейчас прорвётся через барьер и тогда нам конец. Не будет больше ничего — ни университета, ни Севера, ни Империи. Нас с Лиской не будет.

— Я Нина айер Асма Астро’Эльт, тринадцатый советник императрицы, архимаг Империи, ректор Университета Эстарны.

И тут давление стало ослаблять, но не сразу. Я понял, что на Лиску давят, заставляя снижать поток дара. Она подчинилась, и медленно, но верно давление со всех сторон стало спадать. Под конец девушка почти не стояла на ногах, она схватила меня за плечо и всё-таки удержалась. Мы зло смотрели на нашу новую знакомую, которая оказалась целой сестрой императрицы.

Теперь понятно было почему её волосы иногда блестят, отдавая серебром. Сильная эльфийская кровь — она потомок сребровласых лордов леса. Говорят, у самых чистых правителей эльфийских лесов — волосы полностью серебряные. На деле же когда-то давно сребровласых было достаточно много среди ушастой знати. Потом, когда кровь смешалась с людской — постепенно всё это ушло из волос наших потомков. А вот у Астро’Эльт, императорской фамилии, что-то ещё оставалось.

— Я сюзерен этих людей, и я прошу простить их невежество. — женщина подошла ближе.

Нам оставался всего шаг, и я мог прямо сейчас воткнуть ей в живот свой меч. Чувствовал, что Лиска думает о том же. Герцогиня тем временем продолжала:

— Они не могли знать, что бросить оружие свободный северянин, а тем более эйды, могут лишь если они мертвы, по приказу старшего (1) или по своему желанию.

Она опустила голову, встала на колено, оказавшись в преклонённой позе перед нами:

— Я понимаю, что это страшно оскорбить (1), как их сюзерен и знаю обычаи (1), готова ответить кровь (1) по всей строгости законов разума (1).

Она понимала многое, очень многое, и даже хорошо. И у нас ничего не оставалось, кроме как взять эту плату кровью. Обычай строгий, оскорбление действительно страшное и нас с детства учили что оружие никто не может приказать бросить. Только выбить из мертвых рук, только если ты сам решишь сдаться или подчиниться правому и сильному.

Я поднял свой меч, положил его остриём на плечо девушки, осторожно потянул на себя. Лезвие острое, келемит после работы колдуна-кузнеца не может затупиться, оно вспороло платье на плече и разрезало кожу. Кровь тут же окрасила ткань в красный цвет рядом с раной.

Люди вокруг охнули.

— Прощение дано (1), между нами больше нет места вражде, сейчас (1). — ответил я тихо.

Лиска проделала тоже самое, только ранила левое плечо архимага, повторила за мной:

— Прощениедано, между нами больше нет места вражде, сейчас.

Говорить на высоком слоге и языке Первой Империи нас учат с детства. Это просто необходимо каждому северянину. Потому что, если он решит когда-то идти за стену, с местными можно будет общаться на наречиях Первой Империи или общем. Но очень редко, можно встретить за стеной высоких аристократов. Тех, кто принадлежал к семье императора, и вот с ними лучше говорить на высоком слоге.

Некоторые понятия гораздо глубже, чем это можно описать на общем языке. Та же «кровь» на высоком слоге — это сразу три разных слова — каждое означает что-то своё. Одно, например, связывает тебя с родственниками, что тянет тебя к твоим предкам и будущим поколениям. То есть — есть «кровь» и есть «Кровь», а есть «КРОВЬ». И всё это совершенно разные понятия. И если на общем языке это пришлось бы объяснять целым предложением, то на первом достаточно одного слова.

Северяне же знают высокий слог потому, что мы все потомки аристократов Первой Империи. Потомки тех людей, которые пошли против высокой некромантии и магии крови. Можно сказать, наши предки говорили свои первые слова именно на высоком слоге.

И Архимаг эти слова знала, и знала, что они значат —, это заставляло уважать женщину. Да, произношение было так себе, я даже не сразу понял некоторые выражения, но всё-таки она пользовалась высоким слогом правильно.

Ну а ещё заставляло её уважать то, что она нас с Лиской могла раздавить как морозных червей, и ничего бы мы не сделали. Сомневаюсь, что смог бы что-то если бы был в своей силе, хорошо сейчас я немного не в форме, а то натворили бы бед.

Она даже поднималась грациозно, будто всё что произошло — было так и задумано ей с самого утра.

Мы вздохнули, представились с Лиской не местными именами, а северными. Архимаг кивнула, посмотрела нам за спину, и мы не выдержали, обернулись. Там стояла Криста с раскрывшимися от удивления глазами. Она смотрела на нас всех вместе, а три стаканчика мороженого таяли в её руках.

— Эни, что же вы так неаккуратно. — женщина быстро подошла к девушке.

Мороженое тут же оказалось перед ней, оно просто парило в воздухе и вроде бы даже замораживалось обратно. Женщина не двигала руками, ничего не делала, но камзол нашей Крис уже очистился, а три лакомства висели перед нами. Я осторожно взял свой и лизнул с удивлением поняв, что мне это напоминает — настоящий пломбир из прошлой жизни.

Лиска тоже вцепилась в свой стаканчик, пытаясь и лизать, и кусать, и судя по эмоциям не могла определить, что лучше. И вообще ей стало хорошо — даже жара уже не мешала с таким-то угощением — холодным и вкусным.

— Могу я поинтересоваться, куда же направляются молодые лорды (1) Севера и юная эни? — она смотрела на нас доброжелательно.

Лиска молчала, поглощая мороженое, её кажется больше ничего не волновало. Ну обидели, ну извинились, можно и дальше наслаждаться жизнью. Криста смотрела на нас с широко открытыми глазами. Не знаю, что именно её так удивляло. Пришлось вздохнуть и отдуваться.

— Мудрейшая, сильная, нет тайны (1), я собирался поступать в дом, где учат быть мудрым (1), и мы хотели посмотреть на чудо вашей страны. (1) — ответил в такт ректору, делая небольшой кивок и немного отводя голову в сторону. Когда делаешь комплименты на высоком слоге, тело тоже должно говорить за тебя.

— Простите меня, молодой лорд, я снова вынуждена извиняться за бестактность и просить вас снизойти до общения на моём родном наречии. — ректор мило улыбнулась, у неё на щеках появились совершенно замечательные ямочки. — Когда я слышу вас, понимаю, что северный народ сохранил высокий слог таким какой он был когда-то. Общаясь с вами на нём, я чувствую себя невеждой, потому что вы поёте на этом.

Я поклонился особым образом, ответил:

— Мудрейшая, сильная, вы прекрасны, творец каждому даёт то, что ему пригодится, чтобы исполнить свою цель-предназначение, я принимаю ваше предложение. (1)

(1 — высокий слог.)

Лиска услышала, как я распинаюсь перед этой красивой девушкой, посмотрела грозно. Видимо как-то поняв, что я не интересен гостье, просто фыркнула насмехаясь и продолжила лизать мороженое.

— Тогда, молодые лорды, эни — разрешите вас сопроводить до университета? — она снова дружелюбно улыбнулась.

— Будем благодарны, айер. (2) — эльфийский. — опять ответил я за всех.

(2 — ближайший кровный родственник правителя.)

Люди вокруг всё это время продолжали толпиться и смотреть с открытыми глазами на происходящее. А женщина просто развернулась и пошла прямо в толпу. Все стали расступаться, даже уважительно что-то шептать. И в свой адрес я услышал несколько комплиментов. Кто-то почти хлопнул меня по заднице, но получилось вовремя увернуться.

Перешли дорогу и двинулись по широкой улице туда, где не ходили колёсные паротяги и трамвайчики. Вскоре я и сам не заметил, как наша компания оказалась в парке. Вокруг стали как-то незаметно появляться всё больше и больше огромных деревьев, и вот мы уже идём чуть ли не по лесу. Но я вспомнил, что видел этот парк с высоты. Он был как ровный треугольник в одной части города. Люди и тут на нас оглядывались и удивлялись не только нам, но и архимагу. И я вдруг подумал, что башенки университета, а шли мы как раз к ним, отлично просматривают, наверное, эту часть города. И скорее всего, архимаг каким-то образом обратила на нас внимание сверху. И потом то ли телепортировалась, то ли по-другому очень быстро пришла на помощь. Только не нам, а стражникам.

Мы всё углублялись в парк, и на встречу стали попадаться больше людей. Часто женщины оборачивались, иногда просто впадали в ступор рассматривая меня, некоторые даже с кавалерами останавливались и нагло начинали глазеть. Я в таком случае просто краснел и мне было неудобно, говорить мы все трое стеснялись.

В какой-то момент всё надоело, и я приключился на зад ректора, и подумал, что вполне неплохо. Ещё бы грудь осмотреть, а то в закрытом платье непонятно. Но вообще, как я понял всё-таки по большей части эльфийская кровь она и есть эльфийская кровь. Множество девушек и женщин выглядят просто потрясающе.

— Это парк матери-защитницы. — женщина просветила нас насчёт места через которое мы шли. — Здесь всегда можно отдохнуть, и лучше всего приходить на нуле, деревья вокруг будут постепенно восстанавливать ваши запасы сил, это очень полезно.

— Образное название или есть какая-то определённая защитница? — я разглядывал скамейки, которые росли, кажется, прямо из земли.

— Сейчас увидите, прошу, нам направо. — мы свернули на широкую тропинку.

В конце стояла статуя ростом с человека. Только очень сложно было назвать это именно статуей. Видно, что это неподвижная фигура, но когда мы подошли ближе то Лиска охнула. Да и я мысленно вторил ей.

Это была женщина, ей на вид я бы дал лет пятьдесят по меркам своей прошлой жизни. А значить это могло что ей все восемьдесят, а если она маг, то и все сто. Чёрный плащ закрывал тело, но капюшон оказался спущен и можно было рассмотреть светлые короткие волосы и ярко-зеленые глаза. Она смотрела на тех, кто стоял перед ней и как бы немного улыбалась, будто извиняясь. Становилось неудобно, хотя я понимал, что это статуя.

Вот в городе Мирид — там было обычное изваяние. А тут это выглядело как очень реалистичный манекен. Я опустил голову и прочитал табличку рядом с монументом:

Век короток.

Память вечна.

Асма айен Тума Астро’Эльт

— Так это... — я не сразу понял, а когда сообразил то спросил женщину: — Ваша мама?

Она долго смотрела на памятник, потом грустно улыбнулась, сказала:

— Мне тогда было шестнадцать, как вам сейчас, и я запомнила её именно такой, она отдала свой последний долг в этой одежде, её так и запечатлели.

Я вспомнил что рассказывала мать.

В конце второй войны крови императрица издала свой последний указ. Она расформировала самую верную армию, западную, именно на её штыках была выиграна война. Многие офицеры, в основном высшие, прочувствовали власть во время войны. Они хотели оказаться выше законов. Законов, из-за которых и началась гражданская война. Они хотели остаться неприкасаемыми, и уже под конец часто творили настоящие расправы над невиновными.

Приказ был арестовать всех высших генералов, из тех, кто был замешан в массовых необоснованных убийствах. Также списывали на пенсию с огромным пособием и наделом земли множество офицеров и солдат независимо от их желания. Западная Армия переставала существовать.

Это была последняя битва гражданской войны. Верные арестованным генералам войска всё-таки смогли собраться и попробовать дать отпор. Силы были не равны. Тринадцать архимагов не оставили и шанса «последним, самым верным мятежникам», как их потом стали называть в книгах и учебниках истории.

Конечно же какие-то офицеры перешли в другие армии, какие-то были помилованы, какие-то до сих пор отбывают сроки в тюрьмах или на каторге.

Но уже тогда доверие к императрице было подорвано.

Зато все знали, что её старшая дочь, была против предательства армии и чуть ли не оказалась отречена от фамилии. Как мне показалось, это уже особая стража распространяла такие слухи, готовила почву для новой правительницы.

В этой одежде она вышла к своим подданным во время казни своих генералов и приняла яд вместе с ними, беря вину за всё что они сделали и на себя, как правителя. Вся власть перешла старшей дочери.

С этого момента перед законом Империи все стали равны. Что мальчишка-вор на рынке, что высокородный герцог решивший в шутку украсть пирожок у торговца.

Конечно, лично мне казалось, что вряд ли так оно и есть. Скорее всего если герцог действительно решит украсть пирожок, ему скажут, что это подарок. А вот если бездомный мальчишка это сделает, то его высекут. Правда бездомных в той же столице я не видел. Криста ещё когда мы только начали свою экскурсию сказала, что в больших городах есть храмы Аю. В них жрецы этой богини организовывают что-то вроде детских домов.

— Прошу, Площадь Мудрости, Университет Эстарны. — ректор улыбнулась, предлагая нам пройти через арку которой заканчивался парк.