Зимние чары Эллис

ГЛАВА 7. Шорох

С высоты птичьего полета великая Камелия казалась совсем крошечной, но все же невероятно красивой. Родные Эллис никогда не могли понять, почему ей так нравится летать на метле, а ведьмочка просто обожала это ощущение свободы, когда ветер подхватывает кудрявые волосы, а мир внизу превращается в разноцветное море крыш и улиц.

Холодный воздух режет лицо, наполняет легкие и очищает разум, унося прочь тревоги. Новая высота, новый пируэт — и все лишнее остается позади, а в голове появляются новые безумные идеи… Может, все-таки съехать от родных? Подумать, чем конкретно она хочет заниматься, и открыть собственную лавку? На земле она упрямо отгоняла эти мысли, а здесь словно само небо придавало ей храбрости. Метла то плавно опускалась, позволяя Эллис пронестись над крышами и заглянуть в узкие улочки, то поднималась выше, где слышно было только шелест ветра. Как жаль, что мужчина, сидящий позади, не разделял эту радость… Да что уж там, даже фамильяр с крыльями и тот переживал, летел рядом и все время ругался.

— Кар, ты сейчас его угробишь! И тогда никакие связи не помогут! Будешь гнить за решеткой!

— Помогите… Спасите… — вторил ему Николас.

— Боги, да помолчите оба, скоро будем спускаться.

— Эллис, лавируй, лавируй, мы сейчас упадем!

— Если не перестанешь ко мне прижиматься так сильно, то я сама тебя спихну! — предупредила ведьма, сдувая со лба мешающую ей прядь волос. Ее аккуратная коса давно растрепалась. Права все-таки Сабри, прическа портится.

— Я не виноват, что мне страшно!

— Мне тоже нелегко. Тебя вези, еще и иллюзию невидимости поддерживай.

— Я ведь говорил, что это плохая идея! Завтра же закуплюсь артефактами перемещения…

— Кар! А я предупреждал!

— Чего он каркает мне в ухо? Небось говорит, что предупреждал?

— Вот видишь, вы уже начали понимать друг друга и без всяких чар, — весело фыркнула ведьма. — Где этот чертов театр, ты видишь?

— Ты серьезно думаешь, что я смотрю вниз? Наверное, ты меня все-таки до сих пор не расколдовала, иначе как объяснить, что я повелся на такое…

— О, вижу! Держись, будем спускаться!

— Только не бей меня, но держаться я буду за тебя!

— Куда ты примостил свою руку?! Талия не в том месте!

— Мне сейчас все равно, где твоя талия, госпожа Эллис, — честно сознался мужчина, но руки послушно опустил и обхватил ведьму за талию. Подумав, Николас еще и голову положил ей на плечо. Чтоб наверняка.

От внезапной близости ведьму охватило волнение, пальцы задрожали, и она правда почувствовала, что метлу немного заносит.

Выровняв ее, Эллис решительно начала отталкивать Николаса, но то ли слишком дернулась, то ли магия начала давать сбой, однако это привело к тому, что ее любимое транспортное средство внезапно резко дернулось вниз. Фирч сдавленно каркнул, Эллис взвизгнула, а Николас, чертыхнувшись, вдруг обнял ведьму еще крепче, словно его руки способны были уберечь от падения. Глупец… Метла стремительно начала падать.

С бешеной скоростью они пронеслись мимо крыши большого серого здания, а затем с глухим звуком приземлились прямо в сугроб, взметнув в воздух облако белоснежного снега. Чары невидимости давно разрушились, и прохожие удивленно останавливались, чтобы поглазеть на парочку, упавшую с неба.

— Кар! Какое счастье, что в этом месяце в Камелии много снега! — радостно каркал ворон, порхая над парочкой, барахтающейся в сугробе. Но тут же снова весело закашлялся, когда снег вдруг стремительно начал таять.

— Скорее счастье в том, что я ведьма и вовремя применила чары, сделав нашу посадку более мягкой, — пробормотала черная ведьма, пытаясь убрать с лица моментально намокшие волосы.

— Эллис, зачем ты наколдовала воду?! — негодовал ворон. — Вы же мокрые, как мыши!

— Случайно получилось, — огрызнулась Эллис. — Всплеск магии. Зато, повторюсь, посадка мягкая получилась! Думай о хорошем…

— Это мягкая посадка? — не поверил Николас, с отвращением отряхивая свой модный дорогой плащ. — Боюсь представить, что у тебя считается жесткой… И не говори мне после этого, что ты отлично управляешь метлой! Двойка тебе!

— Да это впервые! — возмутилась Эллис.

— Ага, и путаница с проклятиями у тебя впервые, рассказывай.

— Да правда… Если так подумать, то после знакомства с тобой у меня вообще много чего происходит впервые, — задумчиво добавила Эллис, вспоминая, как екнуло у нее сердце при виде мужчины.

— Да и у меня, — тихо отозвался Николас. — Впервые не узнаю улицы и осознаю, что забыл дома кошелек…

— Как не узнаешь улицы? Это не театр?! — занервничала ведьма.

— Не-а, тот на центральной площади. Мы промахнулись как минимум на пару улиц.

— То есть мы не пойми где, насквозь промокшие, у нас сломалась метла, вокруг не видно ни одного экипажа, и ты забыл кошелек… Умно, господин Томсон. Кристалл связи-то хоть есть?

— Ты меня сейчас обвиняешь?! — Николас то ли восхитился наглостью ведьмы, то ли ужаснулся. — Позволь напомнить, что из нас двоих авантюристка здесь все-таки ты. Кошелек и артефакт связи, увы, остались в кармане другого пальто.

— Мужчины…

— Что за пренебрежительный тон? Мне обидно. Высуши нас хотя бы…

— Кар! Не проси ее об этом!

— Слушай, — смутилась ведьма, выжимая край своего пальто, — это заклинание… оно… в общем, проси чего угодно, но только не заниматься бытовыми мелочами. Папа в свое время долго пытался меня научить, а потом сдался…

— Ага, есть все-таки что-то, в чем ты не хороша? — хмыкнул Николас и гаденько добавил: — Кроме полетов на метле, естественно.

— Я прекрасно летаю! Ладно, если хочешь, то попробую!

— Нет, спасибо, — отказался от участи быть подпаленным господин Томсон. Задумчиво оценив обстановку, он вдруг хлопнул себя по лбу, словно вспомнив о чем-то важном. — Точно, у тебя же есть целый летающий ворон. Отправь свою птичку за помощью. Или пошли весточку своей сестре. Уж наверняка у тебя в арсенале полно разных штучек, как можно с кем-то связаться.

— Кар! Можно я его клюну? — недовольно взвился Фирч. — Тоже мне, нашел посыльного!

— Полно, — согласилась Эллис, успокаивающе поглаживая фамильяра и соображая, как им быть. Метла не подавала никаких признаков жизни, словно обидевшись на хозяйку. Магия, после небольшого всплеска, тоже ненадолго затихла. Но Николас прав, у нее есть Фирч, и он наготове, но… — Нельзя.

— Почему? — несказанно удивился ее несчастный спутник. Во время полета у него слетела шапка, и сейчас его уши снова были ярко-красными, а волосы заледенели от холодного ветра. Так и простудиться недолго.

— Потому что мои родные очень любопытные, они не оставят моего спутника без заботы. А тебе внимания одной ведьмы уже через край, куда еще… В общем, пошли.

И Эллис решительно направилась в сторону того самого здания, которое она по ошибке приняла за театр. И как можно было так глупо ошибиться? Она ведь столько раз по столице летала. Замечталась, наверное, не иначе. Или это все Николас Томсон со своими объятиями сбил ее с мысли…

— Куда ты идешь? — Николасу ничего не оставалось делать, как последовать вслед за девушкой.

— Это трактир, — хмыкнула ведьма, махнув в сторону вывески, на которой крупными буквами значилось «Чернильный котел». — Надо высушить одежду, а потом попросить у хозяина артефакт связи. Скажешь брату, где находишься. Пусть поможет. Убьем двух зайцев сразу. Не переживай, я плачу. В качестве компенсации, так и быть…

Судя по сопению мужчины, Томсон не то чтобы обрадовался великодушию черной ведьмы, но и выбора у него не оставалось, а потому он, обогнав девушку, первый распахнул двери неуютного здания.

— Кар! Меня подождите! — разволновался ворон, залетая вслед за хозяйкой. — Эллис, кар, мне почему-то кажется, что здесь тебя ждут одни неприятности!

Но Эллис не слушала проповеди своего фамильяра, куда больше ее интересовало: найдутся ли в этом заведении две свободные комнаты?

Заведение, которое Ларсон по каким-то нелепым обстоятельствам перепутала с театром, выглядело именно так, как и полагалось добротному постоялому двору: просторный главный зал был оснащен теплым магическим светом, он отбрасывал тень на обшарпанные стены, на которых виднелись следы от бесчисленных бокалов, ударов ножей и даже таинственные символы, оставленные, видимо, прошлыми посетителями. В воздухе витал терпкий аромат специй, смешанный с ароматом древесного дыма и слабым, едва уловимым запахом трав, отгоняющих насекомых. Уловив знакомые горьковатые нотки, Эллис поморщилась, а перешагнув порог, так и вовсе замерла от чудовищного скрипа. На полу были разбросаны соломенные циновки, уже истоптанные сотнями сапог, и тут и там виднелись следы пролитого пива, от которых они стали шершавыми и темными.

Посетителей было на удивление много для буднего дня: за ближайшим столиком каких-то два типа азартно играли в карты; у дальней стены целая разношерстная компания увлеченно орала песни. Шум голосов и звяканье кружек сливались в гул, который заполнял помещение, и Эллис разу же захотелось применить заклинание тишины. Вздохнув, она, не обращая внимания на любопытные взгляды завсегдатаев, решительно направилась к стойке, за которой невысокий крепкий мужчина с густыми усами и острым, цепким взглядом насвистывал что-то под нос и вытирал сухим полотенцем стеклянные пивные кружки. Руки его были покрыты шрамами, а на одном запястье виднелась длинная татуировка в виде какого-то зверя, исчезающего под рукавом. Лишь раз взглянув на него, Николас рефлекторно шагнул вперед, загораживая собой Эллис, и этот жест вызвал у ведьмы снисходительную улыбку. Он что, забыл, что она ведьма? Да что ей это трактирщик с пугающей картинкой на руке… Будет хамить, она лишь щелкнет пальчиками.

— Вам повезло, — не тратя время на приветствие, хмыкнул трактирщик. — Осталась одна комната.

— Но нам надо две, — тоже не тратя время на вежливость, сразу оповестила хозяина Эллис.

Трактирщик, оторвавшись от своего занятия, удивленно окинул их взглядом. Видимо, никакого разумного объяснения не пришло ему в голову, поэтому он недоуменно спросил:

— Зачем влюбленным брать две комнаты? Кто-то из вас сильно храпит?

Эллис и Николас растерянно переглянулись. И если Николаса позабавило, что их приняли за пару, то Эллис почувствовала, как щеки заливает румянец. Какой ужас! Суровая черная ведьма стоит и краснеет…

— Понятия не имею, — огрызнулась девушка. — Я точно не храплю. Надеюсь, что и Николас тоже… Тьфу… Вернее, мне все равно. — Не удержавшись, она ткнула в бок своего спутника, который готов был расхохотаться. — Уважаемый, мы сильно промокли, как вы могли заметить, поэтому хотим высушить одежду и выпить чего-нибудь горячего. Так что, если можно, две комнаты…

— Выпить и поесть горячего — это запросто, — добродушно ухмыльнулся трактирщик в густые усы. — Но комната, как и прежде, осталась одна.

Эллис почувствовала, как рука сама собой сжалась в кулак.

— Кар! Эллис, держи себя в руках. Рядом стоит сотрудник магического контроля.

Но сотрудник магического контроля, то ли сам уставший, то ли временно снявший с себя обязанности, не сделал Эллис замечания. Напротив, он шагнул вперед и, доверительно наклонившись к трактирщику, тихо произнес:

— Господин, я бы на вашем месте не спорил. Эта девушка — ведьма.

— Правда? — заинтересовался мужчина. — А с виду нормальная…

— Еще не вечер, — загадочно бросил Томсон, неожиданно сжимая кулак Эллис своей рукой, словно успокаивая ее и безмолвно прося потерпеть.

— Хм… Ведьма… Одна из Ларсон, что ли?

— Кар! — ответил за нее ворон.

— О, точно, птичка… У одной из Ларсон действительно была такая. Ну что ж, рад за вас, господа. Ведьма так ведьма. Но комната по-прежнему одна. Разве что вы вторую сами наколдуете.

— Нет, — отказалась от идеи расширять пространство Эллис. Эту область магии она старалась избегать, как и некоторые бытовые мелочи. — Ладно. Сойдет и одна. Показывайте! И организуйте горячий ужин на двоих.

— В комнате? — деловито уточнил трактирщик, принимая монеты. — Подать сейчас? Или… через часок?

— Ну что за намеки, уважаемый, — с укором покачал головой Томсон. — Мы сами спустимся. А еще — сухих полотенец, два халата и чистую рубашку для дамы.

— Сухих полотенец им, — хмыкнул хозяин, но затем, обернувшись, крикнул в зал: — Эй, Данна! Проводи гостей! Сильно там не увлекайтесь, еду подадут через минут сорок, ваш столик у окна.

— Пойдемте, госпожа ведьма, — улыбнулся Николас, беря девушку за руку и следуя за невесть откуда взявшейся расторопной низенькой девчушкой.

— Почему меня сегодня все оскорбляют? — ворчала она всю дорогу. — По-вашему, ведьмы ненормальные? И если дама заходит в трактир с мужчиной, ее что, сразу надо во всем подозревать?

— Нет, конечно, но, признайте, вы бы тоже подумали о таком… — загадочно улыбнулся ее спутник, галантно распахивая перед Эллис дверь комнаты.

— О каком? — подозрительно прищурилась девушка, входя в номер и оглядываясь. Что ж, дешево, но чисто…

— Ну, о… таком… — снова туманно бросил Николас, с удовольствием снимая с себя мокрое пальто, затем пиджак и…

— Остановитесь! — вовремя спохватилась Эллис, чувствуя, как начинают алеть ее щеки.

— Так, может, просто отвернетесь? — фыркнул Томсон. — Или пройдете в ванную, которую я вам уступаю? Вам бы тоже не мешало раздеться…

Эллис мысленно простонала и закрыла глаза. Ну почему, почему с ним она перестает нормально соображать? И зачем так протягивать это слово… Раздеться…

Отогнать внезапные мысли помог фамильяр, который уселся Эллис на плечо и громко каркнул.

— Кар! Эллис, я прослежу, чтобы этот тип оставался здесь и даже не смел поглядывать в твою сторону.

— Передай своей птичке, что я хорошо воспитан, — фыркнул Николас, снова возвращаясь к тому, чем занимался, и Эллис лишь осталось резко отвернуться и пробормотать, что у нее с ним совершенно разные взгляды о воспитании. Разве можно так нагло смущать?! А плечи ничего так… широкие… Тьфу!

— Когда я отдам ему должок, то уйду в долгосрочный отпуск! Надоело мне все это! — бормотала девушка, с удовольствием скидывая с себя мокрую одежду и хватаясь за чистое сухое полотенце.

Пока Эллис переодевалась в необъятный халат и возилась с мокрыми волосами, Данна успела принести им артефакт связи и кувшин с горячим вином и сыром, бросив напоследок, что скоро будет готово и остальное. Когда Томсон начал связываться с братом, Эллис навострила уши. Неуловимый Никкери ответил родственнику только после долгих гудков, и голос был его весьма недовольным:

— Ник, что случилось? Ты отвлекаешь от важного занятия! Мы с невестой выбираем мне костюм!

— Разве ты не выбрал его на прошлой неделе? — явно озадачился Томсон.

— Выбрал, — снизился до шепота голос Никкери. — Но он не понравился моей крошке, так что я решил присмотреть другой. Красивый костюм никогда не будет лишним.

— Ну да, ну да… — иронично хмыкнул Ник. — Только вот шкаф у тебя не резиновый.

— Слышу осуждение, братец, это нехорошо, — снова зашептал Никкери. И сразу же припомнил: — Ты сам уже три пальто сменил за сезон.

— Они все на разную погоду!

На этом месте Эллис едва не рассмеялась. Значит, ей не показалось, что господин Томсон тот еще модник.

— Так, говори, что тебе нужно? — не выдержал его брат.

— Забери меня, пожалуйста, со мной произошла интересная история.

Затем последовало откровенное вранье и адрес. Хихикнув, Эллис перестала подслушивать. Все-таки, судя по разговору, братья Томсоны неплохо ладят — понятно, почему Николас так переживает за родственника. Было бы здорово, если он все-таки заглянет к ним, и тогда Эллис сможет одним глазком глянуть на парня и все выяснить. Другое дело, что на этом их с Николасом приключениям, скорее всего, придет конец — и этот факт неожиданно отозвался в груди ведьмы странной горечью...

Так, есть еще одна проблема. Как ей быстро высушить одежду? Похоже, придется взять у папы или у младшей сестры еще пару уроков. Бытовые чары все-таки иногда бывают очень полезны. Наконец, облачившись в необъятный халат, обмотавшись полотенцем, ведьмочка взяла ворох мокрой одежды и вышла из ванной. Ее спутник пребывал в крайне задумчивом состоянии. Неспешно потягивая вино, Николас растерянно поглядывал на свою одежду, аккуратно развешанную возле старого камина, работающего от нагревающего артефакта. Судя по температуре в комнате, камин едва-едва работал.

— Тебе помочь согреться? — осторожно предложила Эллис, и мужчина, как и следовало ожидать, подавился вином.

— Боюсь спросить, что ты имеешь в виду… — сдавленно прошептал Николас.

— О чем ты только думаешь? — осуждающе покачала головой ведьма и от души хлопнула его по спине. — Я имею в виду, что сушить одежду на человеке опасаюсь, ведь при этом может пострадать сам человек. А вот усилить действие этого допотопного камина я могу. Иначе мы будем ждать до утра, пока он высушит нашу одежду.

— А трактир при этом ты не подожжешь? — осторожно спросил он.

— Ты настолько сомневаешься в моих способностях? — обиделась Эллис. — Вот только не пойму, как ты вообще работаешь в этой сфере, если сам не обладаешь даром.

— Зато я магический кодекс наизусть знаю, — не без гордости отозвался Николас. — Да и меня зовут уже по факту, когда что-то случилось. Мне достаточно просто определить магический фон… В общем, без обид, ведьмочка, но пока у меня не было причин убедиться в твоей компетенции. То кого-то не того прокляла, то с полетом что-то не так…

У Эллис появилось желание порыться в сумке и достать сертификат, на котором черным по белому было написано, что она — потомственная ведьма и прошла домашнее обучение. Но делать этого она, конечно, не стала. Ведьма лишь досадливо поджала губы — доля правды в его словах действительно была. С ним все постоянно шло наперекосяк. Даже Фирч согласно каркнул — хотя кому, как не ему, должно быть известно, на что способна его хозяйка.

И вдруг ее посетила новая, неприятная мысль: Эллис никак не могла отделаться от ощущения, что ее спутник не так прост, как кажется.

— Ладно, я быстро высушу нашу одежду, — сказала девушка, пытаясь переключиться. Не слушая возражений, она направила раскрытые ладони на мокрые вещи, и от них тут же начал подниматься пар. Вскоре ведьма и сотрудник магического контроля разошлись в разные стороны, чтобы переодеться. Правда, несмотря на то, что одежду Эллис высушила, погладить ее она не смогла, и вид у парочки по-прежнему был не самый презентабельный.

— Что сказал твой братец? — спросила ведьма, крутясь возле зеркала и пытаясь совладать с растрепанными кудрями. Учитывая, что зеркало в комнате было одно и мужчине оно тоже зачем-то понадобилось, парочка то и дело толкала друг дружку, чтобы взглянуть на собственное отражение. — Он нам поможет?

— Уже нанял экипаж, — кивнул ее спутник, попросту зачесав ладонью густые пряди назад. Вид при этом у него стал еще более растрепанный. — Думаю, успеем все-таки перекусить… Ты так и не попробовала вино.

— Не пью, если знаю, что придется колдовать, — призналась Эллис, потянувшись было к его волосам, чтобы помочь, но в последний момент передумала, остановив взгляд на губах Николаса и опустив руку. Поспешно отвернулась. Кажется, Томсон разочарованно вздохнул.

— Почему? Магия даст сбой?

— Ага, и тогда тот полет на метле покажется тебе пустяками.

— Спасибо за предупреждение! Никакого алкоголя ведьме!

В главный зал они спустились, весело посмеиваясь и препираясь. Данна проводила их к столику, и Эллис, глядя на тарелку с горячим куриным бульоном и вазочку с сухариками, от которых исходил аппетитный чесночный аромат, внезапно ощутила зверский голод. Правда, нормально поесть ей не дали… Трактирщик, который, казалось бы, занимался своими делами, на самом деле все ближе и ближе подбирался к их столику и поглядывал на Эллис так, словно…

— Видать, по душу ведьмы, — первым сообразил Фирч, удобно устроившись на свободном стуле и неспешно клюя зерна, которые ему подсыпала сердобольная официантка.

— Ну вот, как обычно, я снова останусь голодной, — вздохнула ведьма, печально потянувшись за маленьким чайником.

— Ты о чем? — удивился Николас, аппетитно хрустя сухарями. — Вроде никто тебя не трогает.

— Ага, посмотри вон туда. Он уже совсем рядом, — хмыкнула ведьма, кивнув в сторону бородача, который подкрался почти вплотную.

Хозяин заведения, притворяясь, будто вытирает тряпкой стол, сделал еще один нерешительный шаг в сторону трапезничающей парочки.

— Уважаемый, вы что-то хотели? — обратил внимание на его странное поведение Николас.

Этот вопрос, видимо, послужил трактирщику сигналом. Оглянувшись на посетителей, как бы проверяя, не смотрит ли кто, как он общается с ведьмой, мужчина остановился рядом и, склонив голову набок, с опаской уточнил:

— Так вы правда ведьма?

Эх, сколько раз Эллис приходилось это слышать. Как правило, после следовала какая-то просьба. Чаще неприятная. Вздохнув, девушка отставила опустевшую тарелку. В общем-то, было вкусно, можно и помочь вместо оплаты.

— Что у вас? — спокойно осведомилась она, расслабленно опираясь на спинку стула. — Насекомых потравить? Кто-то ушел, не расплатившись? Надо сдобрить талисман на процветание и благополучие?

— О, так вы и это можете?! — Трактирщик, казалось, пришел в полный восторг. — А не могли бы вы перечислить свои услуги и озвучить цену, госпожа Ларсон? Или, быть может, сделаю вас навсегда своим почетным гостем? В любое время суток свободная комната и вкусный обед!

— Может, но не хочет! Кар! Скажи ему, что ты злая! — встрял ворон, подпрыгивая на плечо ведьмы.

— Мне есть где ночевать, да и дома неплохо кормят, — призналась Эллис, что, впрочем, было не совсем правдой. Готовить в их семье умели только Викки и папа. Сабри лишь хорошо варила зелья и кофе. — Да говорите уже! Сочтемся, если я смогу выполнить ваш запрос.

Трактирщик, задумчиво погладив усы, осторожно присел напротив нее и, помедлив, начал рассказ. Звали хозяина заведения Тодриком, трактир он получил в наследство от дедушки и владел уже почти десять лет. Готовили вкусно, за порядком следили. В общем-то, по словам Тодрика, трактир пользовался успехом и, учитывая количество гостей в еще не совсем вечернее время, Эллис готова была ему поверить. Но совсем недавно здесь начали происходить странные вещи: в погребе постоянно что-то шуршало, оставляло разбитые банки и погрызенные мешки с картошкой. Каждую ночь Тодрик (он жил в одной из комнат наверху) слышал тихие, приглушенные звуки, как будто кто-то двигался в темноте. Несколько гостей уже жаловались на странные шорохи, доносящиеся из-под половиц, и даже на чувство, будто кто-то невидимый следит за ними. Трактирщик побаивался, что это может отпугнуть посетителей.

— А капканы ставить не пробовали? — зевнув, уточнила ведьма. Гоняться за мелкими вредителями не входило в список ее услуг.

— И капканы, и отраву сыпал, даже мага-бытовика вызывал, чтобы тот охранку поставил… Но все без толку. Уже пару недель как кто-то шуршит и покоя не дает. Некоторые постоянные посетители отказываются брать ночлег. Помогите, госпожа ведьма!

— Думаете, это что-то… сверхъестественное? — с любопытством спросил Николас, покосившись на ведьму. — Эллис, только не говори, что примешься за это дело сейчас же.

— Кар! Ты плохо ее знаешь, парень! Она уже в предвкушении!

— Наверняка что-то мелкое и мерзкое, — пробурчала Эллис, которая вовсе не предвкушала заниматься чем-то подобным, но в тоже время не хотела идти на попятный, — но не удивлюсь, если без магии не обошлось. Ладно, — вздохнула она, поднимаясь, — покажите ваш погреб. Посмотрим, что там у вас завелось и чем его выгнать.

— Нет, Эллис! Сейчас не время! — простонал Томсон.

— Не то чтобы я рвалась в бой, — пожала плечами ведьма. — Но я согрелась и наелась, почему бы не отплатить за доброту? Ты можешь подождать меня здесь.

— Серьезно? А как же твоя табличка «Осторожно: злая ведьма»? — Мужчина был явно очень недоволен.

— Нет у меня никакой таблички, чего ты сочиняешь! — возмутилась девушка и, не обращая на него внимания, кивнула Тодрику, мол, веди, пока я сговорчивая.

— Госпожа Ларсон, какое счастье! Пойдемте, пойдемте, — засуетился трактирщик, боясь, что гостья передумает. Томсону ничего не оставалось, как последовать за ними, хотя всю дорогу он ворчал, что она не вовремя вспомнила о таком качестве, как доброта и отзывчивость.

Погреб, в который привел их хозяин, был освещен редкими свечами, и оттуда тянуло затхлым холодом. Эллис закатала рукава, подобрала юбки и сделала было первый шаг вниз по крутой лестнице, подозревая, что скоро ей придется познакомиться с каким-нибудь не очень приятным представителем магических существ, как наткнулась на неожиданную преграду.

— Я первый! — твердо сказал Томсон, отодвигая девушку. Эллис от растерянности часто-часто заморгала, а Фирч не то каркнул, не то крякнул — в общем, тоже удивился.

— Погоди-погоди, у тебя что, дар внезапно проявился? — Ведьма поспешно схватила мужчину за рукав.

— Нет, но я не могу позволить тебе спуститься туда первой. Мало ли что там.

— Ага, а потом мне объясняй твоим родственникам, почему вместо симпатичного парня я отдаю им останки в вазе, — фыркнула девушка, ловко обогнув мужчину и ступая на ступеньку.

— Погоди! — охнул Николас. — Возможен и такой исход? Тогда тем более я первый. Не хватало еще мне потом объясняться с Ларсонами. А вообще мне приятно, что ты считаешь меня симпатичным.

— Не обольщайся, это я просто к слову…

— Простите, госпожа Ларсон, а вы точно ведьма? Почему ваш спутник так за вас волнуется? — не выдержал трактирщик, наблюдающий за их перепалкой. — Я не могу так долго тут задерживаться, Данна одна не справится с гостями.

— Так идите, мы тут сами похозяйничаем, — нетерпеливо отмахнулась Эллис, но, заметив, с каким сомнением на них смотрит хозяин заведения, с улыбкой добавила: — Не переживайте, запасы не съем, пауков не подсуну, погреб не взорву.

— Кар! — поддакнул Фирч, хлопнув крыльями.

— Теперь мне еще страшнее уходить, — признался Тодрик.

— Да идите, я прослежу, чтобы она ничего тут не натворила, — вздохнул Николас, а затем, вспомнив, бросил вдогонку трактирщику, который все же решил уйти, хотя и постоянно оборачивался: — Если увидите моего брата, попросите его немного подождать. Эллис, стой! Я иду первым!

— Кар! Чего вы как дети малые! — не удержался от комментария Фирч.

Николас решительно двинулся в погреб, и Эллис, недовольно вздохнув, последовала за ним. В итоге вниз они спустились, держась за руки, совсем как влюбленная парочка. И если сначала Эллис это немного взбесило, то потом она подумала и решила, что ощущение своей руки в руке мужчины ей очень даже нравилось. Раз хочет, пусть держит.

Внизу было холодно и оказалось, что погреб озарен лишь несколькими мерцающими свечами. Стеллажи с банками, мешками и бутылками высились вдоль стен, а откуда-то из глубины доносился тихий, приглушенный шорох, похожий на звуки маленьких коготков. Эллис оглянулась и с неохотой выдернула свою ладонь.

— Мне нужно просканировать помещение, — объяснила она. — Ты можешь постоять здесь и не мешаться? А еще лучше вообще не смотри на меня.

— Как я тебе мешаюсь? — спросил Николас, с любопытством оглядывая полки. — Стою себе рядом, любуюсь банками с огурцами. Сканируй, пожалуйста.

— Дело в том, что… как бы это сказать… — Эллис запнулась, подбирая слова. Она не знала, как объяснить, что при некоторых чарах ее лицо и глаза начинают светиться, а это обычно пугает тех, кто не привык к магии.

— Кар! Становишься страшной! Так и скажи! — вмешался Фирч.

— Становлюсь пугающей, — поджав губы, поправила Эллис.

— Думаю, после полета на метле меня уже ничем не испугать, — ответил Николас. Скрестив руки на груди, он оперся о полки, всем своим видом показывая, что не сдвинется с места и будет стоять на страже и следить.

— Кар! Ошибаешься, парень! — хмыкнул Фирч, явно довольный.

— Фирч, помолчи! — Эллис сдерживалась изо всех сил, чтобы не взорваться. — Ладно, тихо! Николас, что бы ты ни увидел или услышал, не мешай мне и не отвлекай, а то превращу в лягушку! И не смей потом жаловаться!

— Вряд ли я смогу это сделать, будучи лягушкой… — пробормотал он, едва скрывая усмешку.

— Тихо! — рявкнула Эллис.

— Все-все… — примирительно поднял руки Николас, а затем, обращаясь к Фирчу, шепнул: — Почему она так нервничает?

— Кар! Парень, правда, лучше помолчи! — вздохнул Фирч, хлопнув крыльями.

— Понятно, значит, действительно лучше не мешать, а то заколдует… Фирч, а скажи мне, почему ведьмы так любят превращать кого-то в жабу? Это самое простое? Или у них нет фантазии? Можно, если что, превратить меня в дракона, например?

— Кар, Эллис, спасибо! Он ужасный болтун!

Эллис, тяжело вздохнув, мысленно посчитала до десяти и, стараясь не слушать, о чем говорит этот несносный мужчина (и почему он общается с ее фамильяром так, будто они закадычные друзья, при этом ловко догадываясь, о чем тот каркает?), закрыла глаза на мгновение, стараясь сосредоточиться на магии. Затем широко распахнула их, и черные зрачки вдруг поменяли цвет на зеленый. Николас не смог сдержать восхищенного возгласа, и ворон предупреждающе сел ему на плечо. Эллис меж тем осторожно развела руки в стороны, ладонями вверх, глубоко вдохнула-выдохнула, сосредоточилась и… внимательно посмотрела по сторонам. При этом глаза ее светились как у кошки.

«Итак, что тут у нас?» — думала она, изучая окружающее пространство и пытаясь разглядеть то, что обычным глазом не видно. О том, что в погребе притаился кто-то маленький и чуждый этому миру, она догадалась. Осталось его увидеть. Прищурившись, девушка наконец обнаружила свою цель — на нижней полке, среди мешков с картошкой, сидел взъерошенный зверь размером с крупного котенка. Выпирающие клыки, серая шерсть, оттопыренные уши, облезлый розовый хвост, злобные глазки-бусинки, запах серы… Да это же!

— Шорох! — радостно воскликнула она и ласково поманила зверя: — Иди ко мне! Божечки, какой милашка!

Когда она вытащила мелкую нечисть на свет, мгновение все удивленно молчали, а затем ворон каркнул, а Николас осторожно уточнил:

— Эллис, ты правда считаешь, что он милый?

— Неважно, — отмахнулась ведьма, ласково поглаживая существо. — Это Шорох. Маленький демон, из другого мира, между прочим.

— Он успел представиться? Правда из другого мира? Если честно, похож на обычную крысу, только гигантскую. Ты уверена?

— Уверена, — огрызнулась девушка. — Фирч прав, ты ужасный болтун.

— Так вот о чем он все время каркает! А я-то думал, что мы с ним поладили. Нет, все-таки похож на крысеныша.

— Да демон это! Я зачет по демонологии сдавала. В народе его прозвали Шорохом из-за шуршания, которое он издает по ночам. И на него не действуют никакие ловушки, капканы, отрава и даже магия. Он вполне безобиден, если не считать того, что питается чужой энергией. На самом деле он очень маленький и испуганный. Видимо, где-то был открыт портал, и он попал сюда случайно. Не знает, что ему есть и где его мама.

— И что ты собираешься делать?

— Отправить обратно, естественно, — удивилась Эллис. — Подержишь его?

— Нет, спасибо, — немедленно отказался мужчина, пряча руки за спину.

— Да чего ты, подержи его… Мне надо нарисовать круг… Черт, мела нет… Фирч, сле…

— Госпожа ведьма? — неожиданно в погреб спустилась уже знакомая им служанка Данна. — Меня отправил господин Тодрик. У вас все норм… Ой, мамочки! А это еще кто?!

От испуга девушка попятилась и, запнувшись, едва не полетела вниз с лестницы. Если бы не подоспевший вовремя Томсон, все могло закончиться плачевно. Однако избежавшая падения юная Данна радостно повисла на шее галантного мужчины и счастливо улыбнулась. Почему-то этот момент вызвал у Эллис странное чувство, словно ее окатили ледяной водой. Нахмурив брови, ведьма мрачно посмотрела на парочку; ее рука дрогнула, сдерживая магию. В этот момент маленький демон, которого задело искрой, дернулся, царапнув Эллис кожу. Девушка шикнула, а крысеныш меж тем ловко выбрался из ее пальцев, скользнул вниз по рукаву платья и прыгнул на пол.

— Фирч, держи его! — спохватилась Эллис, но куда там. Безошибочно определив выход из погреба, существо стремительно метнулось к лестнице, прошмыгнуло под ногами официантки и было таково…

— Черт! Кар! Эллис! Его надо ловить!

— Да сама знаю, — буркнула Эллис, на ходу закатывая рукава блузки. — Не уйдет!

В главный зал, подгоняемая каркающим вороном, Эллис примчалась за считанные секунды; следом за ней прибежал запыхавшийся Николас.

— Госпожа Эллис? — обеспокоенно вышел из-за стойки трактирщик. — Что произошло?

— Мы нашли того, кто живет у вас в погребе, — быстро начала ведьма. — Это Шорох. И сейчас он где-то здесь…

— А, Шорох… Кажется, это та большая крыса? — начал припоминать Тодрик, нахмурив брови.

— Ну, не совсем, — замялась Эллис. — Видите ли, он на нее лишь похож, а вообще-то это демон… Маленький, но все же демон.

— Как демон?! — ахнула подошедшая Данна, и все на нее дружно зашикали. Трактирщик, как и Эллис, знал, что демонов в Камелии не просто не жаловали — их смертельно боялись. Стоит кому-нибудь из посетителей услышать это слово — и начнется паника...

— Спокойно, — прошептала ведьма, снова призывая магию и, наплевав на стеснение (надо по-быстрому разбираться с этим Шорохом!), снова включила свое особое зрение. — Сейчас мы его найдем… Вон он!

Эллис метнулась под ближайший столик. Там, в тени ножек стола, затаился Шорох, свернувшись клубочком и испуганно глядя на нее блестящими, как пуговки, глазами.

— Тихо, тихо, малыш, не бойся… — ласково пробормотала Эллис, протягивая к руку, чтобы не спугнуть демона.

Но если существо Эллис не боялось, а лишь хмуро на нее поглядывало, то вот посетители, под чей столик она залезла, были не в восторге.

— У нее глаза светятся! — прошептал какой-то бугай, роняя карты.

— Ага, и еще она демона с собой приволокла, — мрачно осведомил его второй, решительно вставая с места и надвигаясь на Эллис. — Эй, ведьма, можешь колдовать в другом месте? Мы тут вообще-то отдыхаем.

Судя по развязному тону и шатающейся походке, гость «Чернильного котла» был явно навеселе, а иначе его неуважение к черной ведьме Эллис не могла объяснить. Девушка уже хотела было щелкнуть пальцами и применить свое любимое заклинание спотыкания, но неожиданно вмешался Томсон.

— Поуважительнее с дамой, — попросил он, загораживая собой ведьму, держащую в руках Шороха. — У нас важная операция по ловле потустороннего магического существа.

— Зря ты это сказал, — простонала Эллис, но было поздно. Завсегдатаи и так давно обратили на них внимание, а после слов Николаса началась настоящая паника. Со всех сторон раздавалось:

— Надо бежать, раз это демон!

— Нет, его же ведьма поймала, давай допьем!

— А мне кажется, что демон не так страшен, как эта женщина с зелеными глазищами, как у кошки!

Потом кто-то разбил бутылку, задел соседа, бугай надвинулся на растерявшегося Николаса, который не удержал равновесие и повалился на ведьму, а она вновь разжала руки и упустила Шороха… Крысеныш с радостным визгом прыгнул на поднос Данны, та завизжала, роняя демона вместе с посудой, и началось…

— Без паники! — пыталась докричаться до всех Эллис, прижатая к своему спутнику. — Я ведьма Ларсон, со всем разберусь! Оставайтесь на своих местах, и… Божечки, да куда вы все!

Поздно, в «Чернильном котле» начало происходить настоящее безобразие: посетители в панике вскакивали со своих мест, кто-то опрокинул кружку с элем, которая с грохотом покатилась по полу. Трактирщик отчаянно пытался удержать всех на своих местах, но его никто не слушал. Испуганный Шорох мешался под ногами. Ворон каркал с верхней балки, подгоняя беглеца, а Эллис и Николас, пытаясь поймать его, только усугубляли суматоху, натыкаясь на столы и случайных посетителей. Один из гостей споткнулся об опрокинутый стул, другой — зацепился за плащ, подброшенный в суете. Раздавались крики, грохот и ругань, создавая в трактире ощущение настоящего хаоса.

В какой момент в трактир ворвались стражи, Эллис так и не поняла. Тем более ее удивило, когда кто-то из них заломил ей руку и надел железный браслет. А когда Николас вдруг полез ей на выручку и влез в драку, она вообще подумала, что это все снится.

— Лети за Ларсонами, Фирч, — только и бросила она, когда ее заталкивали в открытый портал.

— Госпожа Эллис, не переживай! Я все улажу! — кричал ей вслед Николас, на которого тоже надевали наручники и утаскивали в другой портал.

Кто бы мог подумать, что в итоге этот насыщенный безумный день закончится в участке полисмагов… Да и вообще… она ведь так и не поймала демона! Бедный, бедный Шорох… затопчут ведь.