Зимние чары Эллис

ГЛАВА 5. Милые бранятся

Когда за Николасом захлопнулась дверь, Эллис в полной задумчивости осталась сидеть в приемной. Но поразмышлять о предложении внезапного гостя ей, естественно, не дали. В комнату ворвалась взволнованная сестра Сабри.

— Я его видела! — заявила она с порога. — И узнала! Чего хотел? Шантажировал? Просил денег? Или бесплатный абонемент на твои услуги? Или… неужели на свидание позвал?!

— Мимо, — растерянно отозвалась Эллис. — Хочет, чтобы я его брата заколдовала. Собственно, маме он не соврал, когда просил консультацию. Ему нужна помощь.

— Опять?! — крайне изумилась зельеварка. Поглаживая свою маленькую летучую мышку, сестра села в кресло, пождала под себя ноги и пробормотала: — Интересно, чем всем так не угодил этот несчастный. Почему все хотят его заколдовать.

— Он думает, что невеста его брата, госпожа Фостер, которая изначально просила проклясть именно Никкери, на самом деле чем-то одурманила жениха, — снова меланхолично отозвалась Эллис, упрямо о чем-то размышляя. — Иначе как объяснить, что братец, не пропускающий ни одной юбки, вдруг резко образумился и готов остепениться?

— Оу, ну да, есть в этом своя логика, — согласилась Сабри. — То есть он не будет подавать на тебя жалобу?

— Нет, просит просто помочь бесплатно. В качестве компенсации. Мне надо посмотреть на его брата, чтобы отследить любое магическое вмешательство, и дальше действовать по обстоятельствам.

— Вот и отлично! — обрадовалась сестра. — Я уж подумала, что маме придется рассказывать. Сама знаешь, чем все закончится…

В прошлый раз, когда Сабри накосячила со своим зельем и им выписали штраф, строгая родительница заставила дочерей перечитывать магический кодекс и перечислять все уловки, которыми пользовались ведьмы, чтобы его избежать. Ну и Сабри какое-то время приходилось отдавать все свои честно заработанные деньги в общую казну, чтобы возместить выплаченный оттуда штраф. В общем, больше попадаться никто, естественно, не хотел.

— Так что, когда приступаешь к делу?

— Договорились встретиться завтра…

— Эллис, да о чем ты так усердно думаешь? — возмутилась сестра, щелкая в сторону Эллис пальцами и посылая ей яркий всполох искр, от которых ведьмочка испуганно дернулась. — Не хмурься, морщинка появится!

— Точно! Морщинка! — вдруг встрепенулась Эллис. — Сабри, а у тебя остался бабушкин крем? Ну тот, который даже Викки расхваливала.

— Остался, — хитро кивнула зельеварка.

— Что за подозрительный взгляд? — моментально напряглась Эллис.

— Да так… Знала, что он тебе понравится… Симпатичный ведь мужчина. Еще целуется, поди, хорошо?

— Не поняла, — смутилась Эллис. — Времени на это не было. И вообще, что у тебя за мысли?

— Так повтори и распробуешь, — гаденько хихикнула Сабри, пулей вскакивая с кресла и поспешно убегая, потому что Эллис потянулась за своей метлой.

— Сейчас начнется, — грустно вздохнул ворон Фирч, мрачно кивая летучей мышке Мини, которая прилетела к нему на подоконник.

Фамильяры семейки Ларсон не особо ладили между собой, но когда их хозяйки начинали вести себя как дети малые, проявляли редкое единодушие и принимались перемывать им косточки. Вот как сейчас, например.

Наблюдая, как сестры бегают по приемной, смеются и бросаются друг в друга волшебными предметами, мудрый ворон мрачно заметил:

— Замуж их надо… Присмиреют.

— Согласна, — кивнула мышка. — А то совсем дурнеют… Погоду портят.

И где-то за окном, будто в подтверждение ее слов, завыл ветер, а внизу, в своей спальне, старшая ведьма Ровена подняла голову и, прислушавшись к шуму, покачала головой.

— Ох, неспокойно мне что-то на душе… Словно вот-вот что-то произойдет…

Ей было и невдомек, что все уже давно произошло. В тот самый момент, когда Эллис Ларсон применила свои зимние чары и судьба свела ее с Ником Томсоном.

***

Мороз крепчал, снег под ногами скрипел, ворон не унимался, беспрестанно каркая, и Эллис чувствовала, что вот-вот сорвется. Ее хладнокровие в последнее время дало трещину — пора, видимо, пить успокоительные настойки...

— Хозяйка, ты уверена, что он назвал именно этот адрес?

— Уверена.

— Прям сильно уверена или допускаешь, что могла перепутать цифру?

— Фирч…

— Понял-понял, молчу, но все же…

— Фирч!

— Ладно… Только страх перед тем, что ты выщиплешь перья, удерживает меня от еще одного маленького вопросика.

Эллис прикусила губу, чтобы ненароком не проклясть собственного фамильяра. На самом деле она и сама начинала сомневаться: Ник Томсон опаздывал на двадцать минут. Но не могла же она перепутать адрес! Он ясно назвал: Садовая, пятнадцать. Восемь вечера. И, судя по уютному кафе по этому адресу, все должно быть верно. Только вот стрелка часов неумолимо приближалась к девяти, а на ногах у Эллис были красивые кожаные сапожки на каблуке, абсолютно не подходящие для таких морозных прогулок. Она уже трижды обошла кафе, и прохожие начали подозрительно оглядываться. Где носит эту жертву ее магической ошибки?

— Эллис, добрый вечер! Рад, что вы все-таки пришли! — раздался голос у нее за спиной, и ведьма резко обернулась.

Рад, что она пришла? Серьезно? Как будто у нее был выбор! Или, может, все же стоило проигнорировать? Нет, конечно, — Ларсоны все-таки честные ведьмы, компенсацию всегда выплачивают, это не обсуждается.

— Обычно это девушки опаздывают на свидания, а не наоборот! — обвинительно заявила Эллис вместо приветствия. — Где тебя носит?! У нас пусть и не свидание, но некрасиво опаздывать на встречи. Холодно же!

— Мы уже на «ты»? — удивился мужчина, не убирая, впрочем, свою обезоруживающую белозубую улыбку. И тут же согласился: — Хотя да, мы ведь начали знакомство с поцелуя… Да еще такого… мм… В общем, какие тут уж формальности.

— Давайте без комментариев, — поморщилась Эллис, чувствуя, как румянец заливает щеки.

— А что смущает? — с интересом спросил Николас. — Нет, мне нравится твое простое отношение, не выкай… Слушай, а часто тебе такое приходится делать?

— Что делать? — не поняла Эллис, уже чувствуя, как начинает закипать. Почему он такой разговорчивый?

— Ну, проклятия поцелуями снимать, — пояснил Томсон.

Эллис пронзила Николаса недовольным взглядом, поджала губы и задумалась.

— Ты первый, — наконец признала она, покопавшись в памяти. И добавила: — Я никогда еще так глупо не ошибалась. Просто мой ворон пролил чернила на фотокарточку твоего братца, и мне пришлось обойтись только именем и адресом. Кто бы знал, что там живут два Ника… Что за имя такое — Никкери?!

— Согласен. Как мой дядя умудрился так его назвать? — усмехнулся Томсон и, согнув внезапно локоть в вежливом жесте, торжественно произнес: — Что ж, госпожа Эллис, приглашаю вас составить мне компанию… и проследить за этим самым Никкери. Он с невестой сейчас ужинает в кафе.

— Зачем следить? — возмутилась Эллис, скрестив руки на груди. — Мне достаточно просто взглянуть на твоего брата, чтобы понять, есть ли на нем вообще хоть какие-то чары. Дальше буду разбираться. Если нет, то мы попрощаемся. Если есть — буду расколдовывать. Или наоборот, заколдовывать. Иногда чужие чары рушатся, если на них воз…

— Давай обойдемся без лекций! — поморщился Николас. — Вижу, дело свое ты знаешь.

— Были сомнения? — моментально вскинулась ведьма.

— Ну…

— Ладно, не продолжай, — сразу же сникла Эллис. — Сама виновата. Так что, пойдем?

— Но мы же не можем просто подойти к моему брату и сказать: «Замри, несчастный, сейчас злобная ведьма просканирует тебя взглядом!» — разумно заметил Никкери, и Эллис поджала губы.

— Знаешь, я из последних сил сдерживаюсь, чтобы тебя не огреть. За «злобную» можно и получить…

— Прости, прости, я просто привел пример, — поспешил оправдаться Томсон и на всякий случай сделал шаг назад. — В общем, надо тайком.

— Хорошо, но, как я уже сказала, не думаю, что госпожа Фостер наняла еще какую-то ведьму, чтобы заколдовать Никкери. Она меня так благодарила за то, что я не помогла ей… Эй!

— Ш-ш-ш, — внезапно мужчина притянул Эллис к себе и увлек за угол здания. — Кто-то выходит. Может, это наша парочка. Что-то они рано…

И действительно, раздался звук дверного колокольчика, и по крылечку застучали женские каблучки, а затем Эллис услышала знакомый женский голос.

— Милый, кажется, последнее пирожное было лишним. Боюсь, что свадебное платье станет мало.

— Глупости, — промурлыкал мужчина, который, как поняла Ларсон, и был тот самый Никкери. — Твоей фигуре ничто не повредит.

— Тогда как насчет зайти за конфетами к госпоже Лоре? Мама их так любит!

— То есть если я преподнесу своей будущей теще такой подарок, то заработаю что-то вроде дополнительного балла? — смекнул жених, вставший на путь исправления, и Эллис едва слышно фыркнула.

— Подкаблучник, — тихо усмехнулся Томсон, стоявший так близко за ее спиной, что она чувствовала его дыхание на щеке.

От этой близости Эллис стало одновременно волнительно и неловко; в груди трепетало что-то странное и непрошеное. И чтобы скрыть это, она резко ткнула парня локтем в бок. Томсон удивленно охнул и отодвинулся.

— Госпожа Эллис, — сдавленно прошептал он, — ты сказала, что достаточно лишь взглянуть на моего брата, так что прошу…

Ведьма снова выглянула из-за угла и прищурилась. Парочка уже отошла на приличное расстояние, и свет от магического фонаря у дверей кондитерской больше на них не падал. Какая жалость.

— Придется следить, — нехотя признала она. И бросила своим спутникам: — Не отставайте!

Ворон и Николас удивленно переглянулись, затем Фирч с недовольством каркнул, а Томсон довольно улыбнулся, и оба поспешили следом за удаляющейся Эллис.

— Чувствую, что ты заразилась моим авантюризмом, — догнав ее, заметил Томсон.

— Глупости, — отмахнулась Эллис. — Я просто замерзла и хочу побыстрее с этим покончить. Подождем, когда они остановятся у фонаря или заглянут в кондитерскую. Тогда наложу на нас чары иллюзии, и спокойно зайдем следом.

— Я против чар!

— Ты магии боишься, что ли? Почему так против нее?

— Просто мне слишком часто приходится улаживать последствия ее неверного применения, — пожал плечами Николас. — И вообще, когда сам человек не владеет магией, он, естественно, старается с ней не связываться.

— Погоди. — Эллис даже запнулась от неожиданности, и Николас тут же придержал ее за локоть. — Ты обычный человек, что ли?

— Почему из твоих уст это звучит как оскорбление? — улыбнулся ее спутник, не убирая руки.

— Может, потому что я понятия не имею, каково это — жить без дара, — извиняясь, протянула ведьма. — Но, впрочем, ничего против не имею. Без таких, как ты, у меня бы не было работы.

— И опять звучит как оскорбление! — заметил Николас.

— Тебе кажется!

— Вовсе нет! Признайся, ты нас недолюбливаешь.

— Скорее, немножко жалею!

— Вот! Я же…

— Кар-р-р! — внезапно между ними вклинился ворон. — Эй, голубки, не хочу прерывать вашу милую перепалку, но… кажется, наша парочка уже скрылась из виду в неизвестном направлении.

— О чем он говорит? — сразу же заинтересовался Николас. — Знаешь, вот об этом я жалею. Очень хочу понимать язык зверей.

— Брось, это самый бесполезный дар! Мне лично хватает одной крайне ворчливой птицы, — со знанием дела заметила Эллис.

— Он ворчит? — удивился Николас.

— Еще как!

— Эллис! Кар! Говорю, возлюбленные смылись!

— Так о чем он каркает? — снова уточнил Томсон.

— Твой брат и его невеста скрылись в неизвестном направлении, — спокойно ответила Эллис, и мужчина удивленно начал озираться, только сейчас заметив, что совершенно забыл о цели своего присутствия.

Эллис и ее спутник растерянно переглянулись.

— Они не могли уйти далеко, — заметил Николас. — Если поспешим, то догоним.

— Я на каблуках! — отрезала ведьма. — Сам за ними бегай.

— Мм… А кондитерскую, где продавщицу зовут Лора, ты случайно не знаешь? — уточнил Томсон, не скрывая разочарования.

— Я что, похожа на ту, что заходит в кондитерские? — прищурилась Эллис.

Мужчина, окинув ее стройную фигуру, закутанную в тонкий и явно не подходящий для такой погоды плащ, изогнул губы в ироничной улыбке.

— Действительно, как я мог такое предположить. Ты, наверное, на десерт ешь жабью икру…

— Не смешно. Она, кстати, отвратительная на вкус…

— Серьезно?! Зачем ты ее ела?!

— Проспорила как-то сестре, — нехотя призналась ведьма, содрогаясь при воспоминании. — Она дала выбор: либо мозги нетопыря, либо жабья икра…

— Какой ужас, никогда не буду спорить с ведьмой.

— Да ты только что со мной препирался!

— Это совсем другое!

— Кар-р, да что такое! Вы опять за свое?!

— Твоя птица опять чем-то недовольна, — заметил Николас. Они с Эллис уже давно шли по людной дорожке, не озираясь в поисках бесследно пропавшей парочки. Со стороны казалось, что пара просто неспешно прогуливается по ночному городу, любуясь украшенными к празднику витринами и гирляндами, развешанными повсюду.

— Фирч призывает нас к порядку, — фыркнула Эллис и, спохватившись, нахмурилась. — Слушай, Николас, сейчас уже поздновато для поиска.

— А применить свои чары и отследить их ты не можешь? — Николас, кажется, совсем не хотел расставаться, и Эллис улыбнулась. Все-таки он тоже какой-то непоследовательный. Магии боится, к себе не применяет, а вот брата подставить, так запросто…

— У тебя есть какая-нибудь вещица брата?

— Увы.

— Тогда ничем не помогу. Перенесем мой должок на завтра?

— Ничего не остается, — легко согласился мужчина.

— Тогда жди на чай, — небрежно бросила ведьма, разворачиваясь было в противоположную сторону, но ее спутник быстро схватил девушку за запястье и непонимающе уточнил:

— Что, прости?

— Да что непонятного? — удивилась Эллис. — Вы же с братом вместе живете?

— Это так, но…

— Вот и приду в гости, — начала раздражаться ведьма. — Сразу надо было так сделать. Дневной свет подойдет лучше всего, я с одного взгляда смогу все определить. Представь меня своей клиенткой. Главное, чтобы невесты там не было. Договорились?

— Договорились, — кивнул мужчина, думая о чем-то своем.

— Тогда прощай.

— Но…

— Провожать не нужно, я призову метлу.

Щелкая пальцами и бормоча простенькое заклинание, Эллис услышала:

— А что приготовить тебе к чаю, раз ты не ешь конфеты?! Жабьей икры у меня нет!

— Нет, я его все-таки прокляну, — пробурчала ведьма, ловя свою помощницу и взмывая в воздух. — Как же он меня раздражает!

— Кар! А по-моему, он тебе очень нравится! — гаденько хихикнул ворон, ловко избегая подзатыльника от неласковой хозяйки.