Я украла личность своей госпожи и стала женой принца

Глава 19

Осознание того, что свадьба уже завтра, заставляет мой желудок сжиматься в неприятных спазмах. Рука дрожит. Нужно надеть перчатки, чтобы никто не смотрел на мой шрам.

Сегодня меня пригласила на чаепитие сама королева. Ненавижу чаепития. Интриги, сплетни, завуалированные оскорбления… Через всё это проходила принцесса Эллен. Из-за них я на чай смотреть не могу, даже запах его не переношу.

Зельда собирает меня, будто на битву. По сути, так оно и есть. Я чувствую, что она тоже волнуется, по нескольку раз перевязывает шнуровку на корсете. Вчера я весь вечер ходила с книжкой на голове, вспоминая упрёки и наставления Каса, а потом читала вслух с камнем во рту, чтобы натренировать дикцию. Нужно быть безупречной.

— Всё готово, госпожа. — Когда Зельда говорит это, в дверь кто-то стучится. Она уходит на пару минут и снова возвращается, вставая около двери. — Вас сопроводят к гостиной Её Величества королевы.

Я вхожу в душную, роскошно обставленную комнату. Она напоминает музей: на постаментах стоят какие-то антикварные вазы, стены украшают столь редкие в этом замке зелёные обои, увешанные картинами в золотых рамах. Всюду бросается в глаза герб королевской семьи. Меня уже подташнивает от него. Тяжёлые портьеры почти не пропускают дневной свет. В камине у дальней стены потрескивает огонь.

На диванчиках в середине гостиной сидят дамы в чайных платьях. Северные наряды отличаются пышными рукавами и более сложной фактурой тканей, обилием вышивки и меховых вставок. Те же чайные платья в Велмаре обычно были выполнены в светлых тонах, из лёгких тканей и кружева. Сразу видна разница менталитетов. Я хотела было одеться так же, как это сделала бы принцесса Эллен для чаепития при велмарском дворе, но Зельда, знакомая с северной модой, посоветовала мне выбрать более плотное и элегантное платье.

Она оказалась права. Сегодня все придворные дамы одеты в тёмные жаккардовые или бархатные наряды. Если бы не Зельда, среди них я бы смотрелась как белая ворона. Это было бы ошибкой с моей стороны.

Когда я вошла, женщины изящно повернули головы в мою сторону.

Ближе всех к королеве как обычно сидит леди Ранхейм. На днях я узнала, у неё имеется титул герцогини Эрондерской. Она главная скрипка в этом оркестре скрытых угроз.

Рядом с ней всегда находится её дочь, фрейлина Дорана Ранхейм. Она стреляет в меня своими раскосыми зелёными глазками, пряча презрение и ревность под маской улыбки тонких губ. Получается у неё не так хорошо, как у старшей герцогини. Я заметила, что она часто меняет причёски и наряды, видимо, надеясь привлечь внимание Его Каменного Высочества, хотя в этот раз фрейлина одета слишком просто, без украшений и излишеств. Не видит смысла стараться, если рядом нет кронпринца? К счастью, на её руках сегодня тоже белые перчатки. Значит, ко мне вопросов не будет.

— Ваше Высочество, — королева делает небольшую паузу после моего реверанса, — как раз вас мы и ждали. Присаживайтесь.

Она указывает мне на место по правую руку от себя. Не всё так плохо, она признаёт мой статус принцессы и не пытается его принизить. Стараясь держать идеальную осанку, я прохожу к роскошному дивану и осторожно присаживаюсь, поправляя подол. По идее, теперь слуги должны налить мне чаю. Но, к моему удивлению, королева сама подвигает чашку, берёт чайник и наливает мне горячий напиток. Её аура излучает всё тот же холод вперемешку со странной осторожностью. Словно гладь ледяного озера, покрытая трещинами: ступать по ней нужно очень осторожно.

Поначалу мы пьём чай в тишине. Фарфоровая чашка ощущается слишком хрупкой, будто край вот-вот треснет, а всё содержимое выльется наружу, прямо на моё платье. Жёлто-оранжевые эмоции придворных дам давят, хотя казалось, что за ужинами я уже привыкла к этому. Все эти женщины словно рой ос, ожидающих моей ошибки, чтобы ужалить. Они, как правило, копируют поведение и манеру леди Ранхейм. Аура герцогини вдруг приобретает более насыщенный оттенок.

Игра начинается.

— Ваше Высочество! — Обращается она ко мне своим кисло-сладким голосом. — Надо отметить, вы производите на двор Аркании впечатление своей красотой и умением держаться в свете. — Аккуратно поставив чашку на блюдце, женщина продолжает. — Право, никто не скажет, что вы выросли вдали от наших традиций и строгого арканийского этикета. Это ваша матушка, светлая ей память, научила вас?

Вот же стерва. Вопрос о покойной матери наверняка задел бы Эллен. Она почти никогда о ней не говорила, только хранила в ящике своего туалетного столика её платок и флакон духов. Герцогиня хочет выбить принцессу из колеи первым же вопросом? Как низко.

Услышав вопрос леди Ранхейм, королева тут же переводит стальной взгляд на меня. Её аура вдруг заколебалась.

— Моя матушка скончалась прежде, чем я достигла нужного возраста для полноценного изучения придворного этикета. Но она учила меня, что основа хороших манер — это уважение к дому, в котором ты находишься, и к людям, с которыми ты имеешь возможность разговаривать. Я стараюсь следовать этому правилу, а также учиться у лучших. — Мягкая улыбка с моего лица отправляется прямо к королеве, демонстрируя, что последняя часть моей фразы обращена к ней.

Эфир королевы успокаивается, так что мой ответ оказался верным. Я делаю глоток чая, чувствуя, как он мерзко обволакивает мой язык. Потом нужно будет снова выпить кофе.

Мой ответ, судя по всему, не устроил герцогиню, и спустя пару минут она пытается сделать ещё один укол. Но её опережает сама королева.

— Я слышала, в Велмаре даже чай подогревают с помощью магии. Такая магия называется у вас трансмутацией? Должно быть, это удобно. Хотя мне всегда казалось, что нет ничего лучше живого огня в камине.

— Верно, Ваше Высочество, магия трансмутации в том числе позволяет изменять температуру разных предметов, насколько мне известно. — О магии я стараюсь говорить ровно, не демонстрируя каких бы то ни было эмоций на этот счёт. Мне пока неизвестно отношение королевы к магии. — Насчёт чая же это скорее слухи. Если бы нам всякий раз приходилось звать слугу-мага, чтобы разогреть чай, они бы быстро закончились.

Одна из фрейлин захихикала, услышав мой ответ. Наверное, представила эту картину. Но леди Ранхейм тут же обернулась к ней, и девушка, кашлянув, выпрямилась под её взглядом. Остальные присутствующие, слыша о применении магии, навострились. Их ауры все как одна выражают презрение.

— Но нужно отдать должное, арканийский чай действительно обладает особым вкусом и ароматом. — Продолжаю я как ни в чём не бывало. Нужно сменить тему. — Такого прелестного чая на родине мне пить не приходилось.

Взгляд герцогини впивается в меня. Её лицо украшает улыбка, но аура женщины темнеет и тут же покрывается инеем. Она готовит очередной выпад.

— Эта гостиная навевает воспоминания, не так ли, Ваше Величество? — Она обращается к королеве. — Помните, как Его Высочество кронпринц и моя доченька Дорана играли здесь, будучи малышами?

Королева сдержанно кивает.

— Они были прямо не разлей вода! Дорана помогала кронпринцу собирать игрушки и вечно спасала его от неприятностей. — Леди Ранхейм показательно берёт свою дочь за руки, обращаясь ко мне. — Надеюсь, их крепкая дружба сохранится и после свадьбы. Если конечно Её Высочество принцесса Эллен не против.

Ну и дерзость. Я даже не знаю, как ответить на это, сохранив достоинство и не оскорбив герцогиню. Глоток чая, дающий мне право на небольшую паузу, сейчас кажется спасением. Скрывшись за чашкой, я смотрю на королеву. В её ауре мелькает искра любопытства.

— Детская дружба — это самая настоящая драгоценность. Многие с теплом вспоминают своих приятелей из детства. И конечно же, с ними нужно сохранять добрые отношения в рамках «строгого арканийского этикета». — Парировала я, чувствуя, как уголки моих губ содрогаются в лёгкой ухмылке.

Мне показалось, что на лице королевы после моих слов тоже промелькнула тень улыбки. Аура герцогини же побагровела, как и её декольте. Она всё ещё пытается сохранять маску вежливости, но с каждой секундой ей это даётся всё сложнее. Получила?

К счастью, герцогиня затыкается. Следующие полчаса проходят спокойно. Королева разливает для придворных дам новую порцию чая. В какой-то момент я даже начинаю чувствовать себя уютнее, хотя в осином гнезде это сложновато.

Чаепитие вот-вот подойдёт к концу. Некоторые леди начали прикрывать глаза в лёгкой полудрёме. Светские темы для разговоров уже исчерпали себя.

Королева оставляет свою чашку и отодвигает её в сторону. Её взор вдруг обращается прямо на меня. Она смотрит в моё лицо так внимательно, что кажется, будто сейчас она наклонится ко мне ближе, отчего мне становится не по себе.

— Ну что ж, принцесса. Я рада, что нам удалось познакомиться поближе и немного пообщаться перед свадьбой. Скоро вас ждёт много… — королева делает странную паузу, её обычно ледяная аура вдруг оранжевеет, — новых впечатлений. Вчера я была в своём любимом салоне и подобрала для вас, право, идеальный пеньюар. Свадьба ведь очень волнительное событие, а первая брачная ночь — ещё более волнительное.

Фрейлины вдруг краснеют. Я же продолжаю ошарашенно слушать слова королевы.

— Не стоит нервничать. Мой сын может и холоден снаружи, но уверена, вы найдёте в нём то, что сможет… Согреть вас. — Она улыбается.

Слова Её Величества холодным лезвием прошлись прямо по моему сердцу. Меня вдруг охватывает ужас. Улыбка маской застывает на моём лице. Почему я… раньше не думала об этом? Мне придётся не просто сидеть рядом с этим монстром на праздниках и трапезах. Мне придётся… делить с ним постель!

От мыслей о его холодных прикосновениях к моей коже у меня кровь стынет в жилах. Я отрываю чашку от блюдца, слегка задевая его. Фарфор громко звякнул. Взгляды придворных дам направлены на меня. Только бы не разлить чай…

Глоток.

— Вы очень добры, Ваше Величество, что беспокоитесь о таких… вещах. Я уверена, всё будет так, как должно быть.

Придворные дамы обмениваются любезностями и прощаниями, в то время как я пытаюсь допить мерзкий напиток.

Что же мне делать?