Я подарю вам хаос

Пролог

Разрешите представиться! Я, Эдмон Пикман, знатный прохиндей и большой любитель побездельничать, по роду деятельности меня можно назвать космическим мародёром или аферистом-конкистадором. Хотя к чёрту формальности! Я просто жулик с большой буквы Ж. Но не подумайте ничего плохого, у меня, как и у любого другого преступника, есть оправдание — меня заставили. Мой вид вынужден бороться за выживание, нас практически не осталось, мы призраки, которые изо всех сил пытаются спасти свою шкуру.

Представьте себе, у нас был свой небольшой рай, без изысков, но с комфортом и низкими налогами, никто никуда не спешил и каждый занимался своим делом. Кто-то может сказать, что у нас был недостаток амбициозности, и он будет совершенно прав, так уж исторически сложилось, что наше общество было чрезвычайно спокойным и прагматичным. Мы очень медленно обживали соседние планеты и дотошно изучали родной мир. И тут нам дьявольски повезло — мы откопали целых шесть грамм редкого радиоактивного элемента, который образовывался только при взрывах самых огромных сверхновых звёзд. Это был стабильный элемент с самым тяжёлым атомным ядром, который только мог существовать на практике.

При распаде этого вещества выделялось столько энергии в одной точке, что она разрушала пространство. На первой стадии происходило размягчение ткани вселенной, её можно было свернуть в бублик и прыгнуть на невероятные расстояния. Если же увеличить выброс энергии, то можно прожечь настоящую дыру в мироздании и провалиться в другую реальность, но это уже довольно тонкое искусство — нужно уметь направить разлом в нужную сторону и не переборщить с мощностью, иначе можно достигнуть дна и упасть в бездну, в нематериальный мир, где не существует привычных нам законов физики. Среди человеческой расы эта субстанция известна как элемент Вальмана-Штрасса, он же Е99, он же в простонародье Дохренариум (потому что все его характеристики максимальны).

Почти все цивилизации, которые открыли заветное вещество, использовали его для путешествия в другие миры, чтобы овладеть новыми ресурсами и территориями, чтобы распространить свой вид и обрести власть над другими. Как вы поняли, мы были из тех самых, которые не как все. Мы побродили по галактике, посмотрели на ближайшие планеты, задумались над огромными усилиями, которые нужны были для их терраформирования, обеспокоились о встречи с другими разумными цивилизациями и вернулись обратно. Наши технологии космических путешествий остались довольно паршивыми, зато мы стали активно изучать свойства энергии на субатомном уровне, особенно то, как она распространяется и переходит из одной формы в другую. Веками мы исследовали то, что для других рас было лишь вопросом фундаментальной физики, но, исходя из прошлого опыта, мы знали, что этот путь принесёт наибольшую выгоду.

В самом конце мы достигли настоящего триумфа, мы создали технологию дематериализации разума, мы совершили перерождение и стали другой формой жизни: чистая энергия, пульсирующая в пространстве, невидимая, неосязаемая, почти вечная, нестареющая, способная перемещаться, поглощать и управлять другой энергией. Главное — это заблаговременно создать подходящую оболочку, которую легко и удобно носить. На внешний вид тело может выглядеть как обычное живое существо, но внутри мозга должны быть импланты, способные принимать наши специфические сигналы извне. Процесс контроля над живым существом довольно сложная задача, требующая максимальной сосредоточенности. Фактически при этом происходит энергетическое сращивание нервной системы носителя с нашей сущностью. Обрыв такой связи, то есть смерть, причиняет нам сильную боль: это как потерять часть головы и потом долго отращивать новую. Эх, мы планировали усовершенствовать технологию, но потом случилась одна проблема.

На этом моменте я хотел бы задать вопрос в пустоту: что мы сделали неправильного? В какой момент мы должны были понять, что совершаем роковую ошибку? Может быть Боги, создавшие этот мир, были недовольны тем, что мы нашли дефект в их творении?

Мы никого не трогали и не искали встречи, неприятности сами нашли нас. Технологии на основе элемента Вальмана-Штрасса создавали огромные волны в нематериальном мире, которые засекли другие разумные существа. Они пришли к нам домой и стали угрожать оружием. На их взгляд, мы были цивилизацией-паразитом, мы могли плодиться, захватывать чужие тела, жить неограниченно долго и заполонить собой весь мир. Гости называли себя «Вселенским комитетом», но позже мы узнали, что это были просто громкие слова — миров великое множество, в них полно всяких разумных существ, они растут, развиваются, уничтожают себя и друг друга из-за алчности, это кипящий котёл, в котором иногда возникают всякие организации. Они появляются ради решения общих проблем или для наведения порядка, а потом распадаются на части. В этом океане всегда плавает крупная рыба и чудовища. Учитывая, что вначале нам выдвинули ультиматум и только потом уничтожили, то, наверное, мы встретились с акулой.

Как только мой кузен Рэд услышал про требования комитета, он сказал, что нужно рвать когти. Мы собрали оружие, технику, ценные ресурсы, ограбили пару лабораторий и магазинов, а потом вломились в Центр Управления Полётами. Мы убили всех на своём пути и завладели настоящим космическим кораблём. Кстати, моя первая профессия как раз лётчик-испытатель. Не успели мы слинять с планеты, как на неё сбросили бомбы с антиматерией, взрывы были такой силы, что горы скальной породы разбросало по космосу. Выброс электромагнитной энергии буквально стёр моих соплеменников из ткани вселенной. Нас осталось всего ничего, остатки выживших попытались скрыться от комитета, но эти мерзавцы твёрдо решили довести дело до конца. По нашему следу отправили армию киборгов и роботов, которые не знали усталости и могли преследовать нас до конца времён.

Потом, конечно, мне объяснили, что космос это жестокая штука, что уже произошла куча катастроф, когда «вселенские» организации через дипломатию пытались запретить опасные технологии и всё заканчивалось трагедией. Если нет быстрого результата, если не удалось найти общий язык на переговорах, то нужно сразу бомбить, пока никто не разбежался. Умом я это понимаю, но знаете ли, осадок всё равно остался! Теперь если кто-то огульно обвиняет целый народ, вид или страну, у меня в голове что-то переклинивает. Пускай другие цивилизации утверждают, что комитет проявил рассудительность и решительность, для меня это всё равно преступление. А мой кузен вообще относился к этому делу ещё проще, как-то раз он сказал, что это был всего лишь вопрос власти — когда комитет понял, что мы можем стать Богами, то наша судьба была предрешена.

Забавно, если так подумать, то Рэд мог спасти из всех своих многочисленных друзей и знакомых только меня, только я верил ему безоговорочно и мог поддержать сразу, вообще не задавая никаких вопросов. Рэд знал как устроен этот прогнивший мир, он видел чужие грехи насквозь, и поэтому его было просто невозможно обмануть или предать. И я до сих пор не понимаю, кем он работал на самом деле, то ли он был полицейским под прикрытием, то ли бандитом, который хотел захватить власть в целом городе.

В одно мгновение ока мы стали беглыми преступниками, которых приговорили к уничтожению на месте. Комитет распространил информацию по всем мирам, до которых только смог дотянутся. Ужасные слухи и пропаганда напугали развитые цивилизации и путь туда нам был заказан. В первое время мне было тяжело и непривычно, ведь я как обычный человек привык думать в рамках установленных правил, а теперь нужно было мыслить как преступник — больше не существовало никаких ограничений, нужно было делать всё, что угодно, чтобы выжить. И для меня это стало делом принципа, мы были просто обязаны сохранить правду о том, что произошло на самом деле, и пока существуем мы, существует и часть нашего вида, часть нашей цивилизации.

Мы прыгали по мирам, забегали на планеты второго эшелона, воровали технологии и ресурсы, устраивали хаос, отстреливались от киборгов комитета и снова меняли планету. Мы могли бежать, но не могли спрятаться — технологии на основе элемента Вальмана-Штрасса постоянно оставляли след, а у нас не хватало знаний и возможностей, чтобы добиться полной невидимости. Даже не знаю сколько времени мы убили на эту беготню, я просто перестал считать дни и года. Каких только глупостей мы не вытворяли, чтобы нас, наконец, не оставили в покое. Рэд пробовал прыгнуть в самые дальние и неизведанные миры, он использовал предельную энергию от элемента Вальмана-Штрасса и вплотную приблизился к нематериальному миру, откуда нет возврата. Не могу даже представить себе, что он там увидел, но его разум помутился. Его стали мучить кошмары, он просыпался в холодном поту и не мог понять, где находится.

Вскоре после изменений в рассудке, Рэд нашёл способ отделаться от киборгов и машин комитета. Мы высадились на планету, на которую сбросили бомбу на основе элемента Вальмана-Штрасса. Всё пространство вокруг эпицентра частично провалилось в небытие, оно бесконечно падало вниз, вызывая опасные аномалии, разрывы во времени, выбросы радиации и дыры в соседние миры. Это был опасный лабиринт, который позволил нам окончательно запутать следы. Конечно, отправляться туда было полным безумием, но нам было не привыкать. Приключение выдалось весьма трудным и очень долгим, но в конце концов мы смогли выбраться из аномалии и оказались на самом краю бытия. После стольких лет мы смогли вздохнуть с облегчением. В это было даже трудно поверить, мы несколько лет ждали возвращения роботов комитета, но нас уже никто не преследовал. Может быть они даже решили, что мы сгинули в том аду.

Нам захотелось скрыться, уйти как можно дальше от развитых цивилизаций, чтобы эта история больше никогда не повторилась. Если бы кто-то из «акул» узнал о нашем существовании, то они бы испугались и объединили свои силы с другими, чтобы уничтожить угрозу. В их глазах мы всегда будем паразитами, которые могут быстро размножаться и захватывать целые планеты. На самом деле это не правда, мы не можем почковаться или делиться как бактерии. Чтобы осуществить их сценарий, нам бы пришлось искать добровольцев, желающих пройти процедуру дематериализации сознания, нам бы пришлось выдумать идеологию, вести информационную войну и сражаться за умы живых существ. Я думаю, что вселенная не готова к такому подарку судьбы.

Так вот, вернёмся к нашим баранам, то есть к нам, мы решили найти какой-нибудь задрипанный уголок во вселенной, до которого ещё не добрались щупальца высокоразвитых цивилизаций. Далеко не с первого раза, но нам удалось откопать золотую жилу: целая серия одинаковых миров, расположенных рядом друг с другом. Одна и та же планета, один и тот же вид гуманоидов и очень схожая история. Чтобы перемещаться между этими мирами достаточно было использовать ничтожные доли элемента Вальмана-Штрасса, просто прожигай дыру и проваливайся на «этаж» ниже — а рядом уже будет мир-близнец. Для нас это было очень удобно, не нужно каждый раз приспосабливаться, изучать новые языки, традиции и историю. И что самое интересное, на этой планетке было немного руды с бесценным элементом.

Вот тут мы и расслабились, стали жить на широкую ногу и ни в чём себе не отказывать. И именно тогда я столкнулся со своей настоящей сущностью, до этого момента я просто не представлял в кого мы превратились. Мы ведь могли стать Богами для этих человеков, мы могли принести им свет высших цивилизаций, дать им передовые технологии, установить вечный мир и процветание, мы могли решить их проблемы, но что мы сделали вместо этого? Мы просто хотели разграбить каждую страну на своём пути, мы действовали как обыкновенные преступники, желающие получить самое вкусное и самым лёгким способом. Обычно мы маскировались под бизнесменов-инноваторов, выводили на рынок новые устройства, зарабатывали кучу денег, находили связи в правительстве и направляли людей на поиск нужной нам руды. Нам даже не хотелось возиться с обогащением редкоземельных элементов, мы подкидывали им изобретения, которые ускоряли прогресс, но только ради своей выгоды. Естественно, если кто-то вставал на нашем пути или хотел вывести на чистую воду, то мы устраняли его. Мы добыли столько трансурановых элементов, что у нас потекли слюнки. Жадность пересилила страх, мы вышли на ближайший галактический чёрный рынок и стали торговать избытками. Теперь у нас вообще было всё, о чём мы только могли мечтать (хотя это компенсировалось тем, что мы были ужасными транжирами).

Я занялся профессиональным гедонизмом, я искал новые удовольствия и способы развлечь себя. Из реальных дел меня интересовали разве что новые трюки, с помощью которых можно было быстрее выжать из туземцев ресурсы. Я не обращал никакого внимание на то, что творит Рэд, я заполнял пустоту внутри себя, я убивал то ли себя, то ли время. А когда я, наконец, открыл глаза, то было уже слишком поздно. Рэд принялся уничтожать миры туземцев, одну планету за другой, всё более извращённым и дьявольским способом. Это заставило меня пробудиться — даже для меня это было перебором. К этому моменту наши пути уже начали расходиться, мы окучивали разные миры и редко поддерживали связь, но когда я перемещался в поисках новой «добычи», то мог наблюдать результаты его трудов.

Наверное мне стоит извиниться за столь длинное начало, но не бывает истории без предыстории, я должен был рассказать всё это, чтобы вы могли почувствовать атмосферу наших безумных странствий. И не волнуйтесь, я не собираюсь оправдывать себя — для этого мне придётся посмотреть в зеркало и вспомнить все свои грехи, чего я делать точно не собираюсь. Я хочу поведать вам правду ради одной конкретной цели, которую вы сможете понять позже. К счастью для вас, я не профессиональный писатель, и никого не собираюсь мучить длинными описаниями или великими философскими идеями, я могу вспомнить только интересные вещи, ибо ничто другое в моей голове не оседает. Концовка будет просто охренительной. А ну стоять! Не перелистывать! Без середины вы ничего не поймёте! Поэтому постараемся следовать классической линейной схеме: от начала к концу.

И напоследок, я тот ещё барон Мюнхгаузен и поэтому можете смело уменьшать размах моих приключений в два раза, также я не очень хорошо ориентируюсь во времени, так как не пользуюсь часами, однако при всём этом градус безумия остался почти в точности таким же, каким он был на самом деле, но за вычетом нецензурной лексики. Так уж вышло, что я дал своим подружкам сие произведение на редактуру, и они убрали всю обсценную лексику (и мой самый последний недостаток — использование скобок, я искренне не понимаю почему их не любят писатели и редакторы, на мой взгляд они прекрасно помогают сдерживать все эти ненужные лирические отступления (но главное в этом деле не злоупотреблять)).

Загрузка...