Глава четвертая

За четыре года до падения

Майев и ее Стражи медленно крались по горячим камням. Огромные валуны отбрасывали длинные тени под палящим солнцем полуострова Адского Пламени. Обратный путь из Зангартопи выдался долгим; ехали быстро, но все мозоли окупятся с лихвой, если удастся застигнуть Иллидана врасплох. Зачем Майев Акама, если всего-то нужно ударить по Предателю, когда тот почти не ожидает нападения?

Аниндра вскинула руку и показала три пальца. Майев подползла к ней и, выглянув из-за гребня холма, убедилась в правоте своей помощницы: впереди их поджидало три орка Скверны – здоровенные и мускулистые краснокожие твари с горящими глазами. Как и все орки, они сильно горбились; напряженные мышцы выдавали едва сдерживаемую ярость. Двигались орки Скверны угрюмо, дергано; им явно не терпелось сразиться с кем-нибудь.

Что ж, Майев даст им бой. Ей нужно занять позицию с видом на дорогу к Цитадели Адского Пламени, когда по ней поедет Иллидан.

Призвав на помощь силу, Майев совершила скачок и в мгновение ока преодолела расстояние до врага. Едва слышно хлопнул вытесненный воздух, и она оказалась за спиной у самого крупного орка. Один удар – и его голова отделилась от шеи. Майев прыгнула на второго орка и вонзила клинок ему в грудь. Перекатилась дальше. Третий орк попытался схватиться за топор, но Песнь Теней ударила его ногой под колено. Орк упал, и Майев поспешила перебить ему яремную вену.

Управилась она за считаные мгновения – Аниндра только успела натянуть лук. Затем Майев жестом подозвала своих воинов и оттащила трупы в тень под валуном, где их не заметили бы наездники на ветрокрылах.

Потянуло запахом крупной кошки: Сарий тоже присоединился к Майев в ее укрытии. На этот раз друид принял облик пантеры необычного окраса. По пустыне он шел вдоль изгибов бурой тропы, в полном молчании, никому не попадаясь на глаза, однако храня строжайшую бдительность. Зарычав в знак приветствия, друид направился к краю гребня. Майев бесшумно проследовала за ним на выступ скалы и взглянула на Цитадель Адского Пламени.

Как и все орочьи крепости, построена она была грубо и безыскусно, но отличалась еще и необычно крупными размерами. Казалось, Цитадель, сложенная из неотесанного красного камня и костей животных величиной с гору, способна была вместить армию исполинов. Ее башни напоминали гигантские пальцы, готовые вцепиться в небо, от стен веяло магией, и даже с такого расстояния Майев ощущала их злую ауру. Впрочем, не крепость привлекла ее внимание, а процессия, что двигалась по дороге к ней.

Плотная колонна из десятков тысяч орков Скверны протянулась на многие лиги; она перемежалась отрядами демонов, несущих стяг Иллидана. В авангарде ехали на птицеподобных скакунах эльфы крови, возглавляемые своим принцем. Кель’тас следил за исполинской колесницей, впряженной в двадцатку копытней. Чтобы животные не паниковали, на них надели наголовники с шорами.

Майев поняла, к чему такие предосторожности, когда взглянула на клетку в колеснице: в ней сидел властитель преисподней Магтеридон. Во много раз превосходящий ростом иного эльфа, он сотрясал прутья решетки из оскверненной стали руками размером с древесные стволы. Даже издали Майев ощутила исходящую от него ауру силы; она поражала, словно вонь от десяти тысяч горящих тел. Властитель преисподней был прикован к колеснице цепями, способными удержать на приколе огромнейший из боевых кораблей. Звенья их скрепили заклинаниями такой мощи, что ее хватило бы остановить дрейф континентов.

В колеснице ехал и Иллидан – расправив крылья и победно подбоченившись, не выказывая ни капли страха. В другое время он смотрелся бы на фоне властителя преисподней, как белка рядом со зловепрем, однако из-за ауры магической силы Предатель выглядел гигантом под стать Магтеридону.

Не только Майев следила за процессией: вдоль гребней скал собирались кланы орков и другие любопытные. Все они пришли засвидетельствовать, как прежнего владыку Запределья везут в Цитадель Адского Пламени – в цепях. В душе Майев полыхнула испепеляющая ненависть.

«Наслаждайся триумфом, Предатель, – подумала она. – Это твоя последняя победа».

Рядом упала на живот Аниндра. При виде победоносной процессии глаза у нее округлились, а пальцы на тетиве ослабли. Сарий издал тихий, похожий на скулеж, рык. В небе, расправив покрытые коростой крылья и ловя теплые восходящие потоки воздуха, кружили падальщики.

Майев подумала: орки Скверны наверняка не ожидают нападения. Еще немного – и солнце опустится за горизонт. Иллидан, скорее всего, намеревался прибыть в цитадель засветло, но самоуверенность сделала его небрежным: двигался он слишком медленно. Можно приказать Стражам рассредоточиться у клетки, прикрыть ее, Майев, а она нападает на Предателя. Один быстрый удар – и тот лишится головы. Ослепленный гордыней, Иллидан и не заметит приближения Стража.

Майев позволила себе слабость: предвкушение момента, когда она покажет всем отрубленную голову Предателя и швырнет ее в толпу орков. Ее и саму убьют на месте, но смерть стоит того, чтобы прервать проклятую жизнь Иллидана. Если старый враг первым отправится в небытие, Майев умрет спокойно. Она скривила губы в усмешке, мысленно хватая голову Предателя за шелковистые волосы и поднимая ее, глядя, как из разрубленной шеи сочится кровь.

Не так уж это и невозможно. Майев совершит скачок прямо к Иллидану; несобранная толпа орков и демонов даже понять ничего не успеет. Свое приближение глава Стражей скроет отвлекающими и маскирующими чарами. Там, внизу, не сыщется никого, кто сравнился бы с ней в этом искусстве: ни Кель’тас, ни Вайш, ни Иллидан такого не умеют.

Аниндра коснулась руки Майев, и та поспешила избавиться от посторонних мыслей.

– В чем дело?

– Страж Песнь Теней, я уже спрашивала тебя, что нужно Предателю от пленного властителя преисподней. Он, кажется, был охотником на демонов, так для чего ему живой враг?

Майев взяла себя в руки, и бушующее пламя ненависти медленно утихло. Эльфийка отодвинулась от края обрыва. А ведь она чуть не скомандовала наступление. Заманчивая мысль о том, чтобы погибнуть в сиянии славы, уничтожив врага, чуть не заставила ее совершить ошибку. Вдруг что-то пошло бы не так? Вдруг Предатель сумел бы бежать, оставив Майев и ее малочисленный отряд своим легионам?

«Нет, все прошло бы, как надо», – сказала себе Майев и глянула на руку: ни тени дрожи. Затем она сосредоточилась на вопросе помощницы, а он, надо сказать, не был лишен смысла. На что понадобился Иллидану живой властитель преисподней? Могущественное создание вроде Магтеридона не заставишь служить, как малого демона. Даже Иллидан не настолько безумен, чтобы тешить себя ложной надеждой и пытаться его сковать.

– Зачем Предателю это создание? – переспросила Аниндра, как будто Майев не расслышала ее в первый раз. Видно, помощница очень хотела получить ответ или же просто думала отвлечь Майев от цели.

– Для жертвоприношения или угрозы, – пробормотала Майев. – Кто знает, что творится в голове у этого безумца?

– Зачем же приносить в жертву Магтеридона? Что ему с этого?

– Откуда мне знать? – покачав головой, сердито проговорила Майев.

Аниндра спокойно выдержала ее взгляд.

– Ты всегда повторяла: охотник должен понять добычу.

Сарий снова зарычал: похоже, и ему хотелось знать ответ на этот вопрос. Майев подальше отодвинулась от края обрыва. Сердце ее колотилось с бешеной скоростью, дыхание сделалось прерывистым. Майев еще раз, украдкой, глянула на Иллидана: он стоял в колеснице, такой уверенный в собственной неуязвимости. Вот бы стереть эту улыбку с его губ, втоптать его лицом в грязь.

Сарий коснулся когтем ее правой руки. Майев сразу поняла, что хочет сказать друид: Иллидан смотрел в их сторону. Туда же обратились взоры его армии. Ну нет, с такого расстояния он не сумел бы разглядеть Майев и ее спутников. Никак не сумел бы.

Майев поспешила прочь от края, Аниндра и Сарий не отставали. Во рту пересохло, и эльфийка напряглась всем телом в ожидании, что вот-вот раздастся разъяренный вопль, с которым орки Скверны кинутся в погоню.

Майев лежала на спине, глядя в небо. Никто не заревел, не подал сигнала тревоги. Возможно, Иллидан и видел Майев, но решил, что угрозы она не представляет. Какое оскорбление!

Скатившись вниз по склону, туда, где ее точно не заметили бы, Песнь Теней вскочила на ноги.

За ней медленно последовали ее угрюмые воины. Они нарушили дисциплину, забыли о тактике. Полагалось выставить часового и следить, чтобы на них не напали, как сами они недавно напали на троих орков Скверны. Только Майев раскрыла рот, готовясь отчитать эльфов, как заметила на себе их взгляды.

Аниндра сжимала и разжимала пальцы на рукояти клинка – она всегда так поступала, желая скрыть сильное волнение. Сарий снова принял свое истинное обличие. Его резко очерченное лицо оставалось спокойным, тогда как плотно сжатые губы напоминали тонкий шрам; прищурившись, друид пристально смотрел на главу Стражей. Идеально гладкий лоб его избороздили морщины.

Майев присмотрелась к эльфам: некоторые побледнели, покрылись испариной – и отнюдь не только из-за жары. Прочие озирались по сторонам, словно мыши в ожидании, что с залитого лунным светом неба на них вот-вот обрушится сова.

Ночные эльфы боялись.

Майев с трудом верила глазам. Они ведь Стражи, их выбрали за смелость и стойкость. И прежде они безропотно проходили с ней через опасности, бесконечное число раз, но вот отряд, похоже, готов был сдаться и бежать.

Бойцы стояли перед ней полукругом.

– Нам не победить, – сказал один.

Майев изо всех сил боролась с гневом. Хотелось кричать на Стражей, бранить их за трусость и неверие, однако ее могли услышать враги – бесчисленная армия, марширующая по дороге внизу.

Майев нехотя позволила себе признать: возможно, ее эльфы правы. Закрыв глаза, она вознесла молитву Элуне, а когда снова осмотрела отряд, то не увидела Стражей, гордых и дисциплинированных солдат, которые покидали с ней пещеры под Хиджалом. Вместо них перед Майев стояла толпа грязных ночных эльфов, потерявшихся в чужом жестоком мире, вдали от дома, где им противостоят могущественные армии. Иллидан сокрушил самого сильного демона в Запределье и поставил его легионы себе на службу. Так, может, воины Майев правы, и им не одолеть Предателя?

Стражи смотрели на нее с терпением. Даже сейчас они ждали приказа. Нельзя было их подвести.

Майев глубоко вдохнула:

– Да, нам его не победить.

Некоторым ее слова явно пришлись по душе, других поразили. Последние не могли поверить, что Майев Песнь Теней произнесла такое, и она их прекрасно понимала, поэтому продолжила севшим голосом:

– Нам его пока не победить, но это еще не значит, что Предатель может нас больше не опасаться.

Двое эльфов закивали, словно Майев озвучила их собственные мысли.

– Он не сбежит от нас, преступления не сойдут ему с рук. Мы – карающая длань калдорай и принесем погибель Предателю. Один раз мы его поймали, и он бежал, освобожденный коварными союзниками. Во второй раз этому не бывать. На нашей стороне правда, на нашей стороне правосудие. Духи мертвых взывают к отмщению. Требуют, чтобы Предатель заплатил за свои злодеяния.

Мы слишком далеко зашли, слишком многим пожертвовали и не можем упустить свой шанс. Если мы хотим вернуться в Дарнас с высоко поднятой головой, то должны либо привести с собой Предателя, либо принести его тело. Иначе мы предадим доверие собственного народа. Вы сами видите, что здесь творится: Иллидан собирает силы. Мы обязаны исполнить долг перед Азеротом.

Одна эльфийка судорожно сглотнула и утерла слезы. Майев сжала кулаки. Она тщательно, будто исполняя танец, следила за своими движениями.

– У всего есть конец, и вот конец приходит Иллидану. Вы знали это, когда отправились за мной, и я клянусь не обмануть вашей веры. Не позволю Предателю уйти от ответа. – Она выдержала многозначительную паузу. – И я пойду до конца. Даже в одиночку.

Помолчав еще немного, чтобы смысл ее слов дошел до всех, она продолжила:

– Вы поклялись следовать за мной, и каждый знает цену своему слову. Так спросите же себя: готовы ли вы хранить верность клятве или уподобитесь ему? Истинные ли вы сыновья и дочери Элуны, или такие же бесчестные предатели, как Иллидан? Ответ лежит в глубине ваших душ – загляните туда, познайте себя. Когда наступит момент истины, никто подле меня не должен сомневаться. Лишь вы можете решить, кто встанет рядом со мной, когда я свершу правый суд над Иллиданом Предателем.

Кое-кто из эльфов отвернулся, не в силах встретиться с нею взглядом, однако большинство, как не без гордости отметила Майев, смотрели на нее. И на лицах у них она прочла возродившуюся решимость. Их вера питала ее собственную; сомнения ушли.

– Я с тобой, – сказала Аниндра, опускаясь на колено и протягивая к Майев клинок.

– И я, – сказал Сарий, повторяя жест Аниндры. Один за другим Стражи проделали то же самое, заново принося клятву верности своему командиру, даже те, кто поначалу сомневался, – просто следуя примеру друзей и товарищей, не желая остаться без поддержки в чужом мире. Майев удовлетворенно кивнула. Сегодня она одержала одну маленькую победу.

– Что дальше, Страж Песнь Теней? – спросила Аниндра.

– Нам нужны союзники, – ответила Майев. – В этом мире без них не обойтись. Нужен кто-то посмелее Акамы.

Загрузка...