Глава 11

Проснулся я с диким криком, весь в поту, вся постель подо мной была мокрой. Дыхание было учащённым, и сердце билось в бешеном ритме. Рассвет ещё не наступил, но ложиться я больше не стал. Ни секунды больше не теряя, я решил покончить собой. Я не дам вырваться этому существу на волю. То, что я видел, это не просто кошмар — это конец цивилизации, и это надо остановить. Вытащив из своей сумки катану, вынув её из ножен, я схватил её за рукоять и направил конец в район сердца. Мысленно со всеми попрощавшись, я с силой вогнал её в… пол. Какая-то сила перехватила управление моим телом и, преодолевая мои усилия, она всё же смогла повернуть конец катаны в сторону пола, и вогнать её туда. А после я послышал голос в своей голове:

«— Ты что творишь, щенок?

— Кто это? — Испугался я. Сначала мне показалось, что это громко сказали наяву, и поэтому я спросил вслух, но следующая фраза всё прояснила.

— Кто, кто? Конь в пальто. Зови меня Маршан. На ваш язык моё имя не переводимо, но так будет очень похоже. И не надо кричать вслух, я тебя и так слышу, произноси про себя, что хочешь мне сказать, мне этого достаточно.

— Значит ты, тот вампир, что вселился в меня. — Проговорил я это про себя.

— Фу-у, как не вежливо, молодой человек, — пристыдил он меня, — я же не обращаюсь к тебе «млекопитающее». Ну да, я вампир, энергетический вампир, и что с того? Вон, у вас я кого только не заметил, воспользовавшись твоей памятью, и педиков, и педофилов, да и много кого ещё, но к ним же не обращаются так? Вот и мы давай будем придерживаться таких правил.

— Хорошо,… Маршан, — согласился я, — что ты хочешь от меня?

— От тебя? Да собственно ничего. Всё что мне нужно, я уже взял.

— Тогда почему просто не убьёшь меня? — Задал я ему провокационный вопрос. Не то, что я хотел умереть побыстрее, просто мне нужно было выяснить этот момент. Тем более, моя смерть для земли ничего хорошего не принесёт, Маршан-то, останется в этом случае, и даже попытаться остановить его будет некому. И вот ещё что, мысли мои, он видимо читать не умеет, только то, что я проговариваю про себя, поэтому я и не боялся думать и обдумывать план убийства.

— А зачем мне это? Знаешь, я столько лет был заточён в этом проклятом сосуде, и у меня иногда возникает чувство одиночества, и хочется с кем-то переговорить, так почему не с тобой? Не буду же я разговаривать с мясом, предназначенным в пищу. А ты для меня, всё равно, что говорящая коробочка. Потряси её, и она издаст какие-то звуки. Или ты торопишься?

— Не то, что бы я торопился, просто хотел выяснить это. Ведь тебе ничего не стоит избавиться от меня.

— Правильно думаешь. — Похвалил он меня удовлетворённо. — Избавиться от тебя я могу за считанные секунды. Для этого мне просто нужно обрубить каналы, питающие тебя, и выкинуть из моего уже тела. А ты молодец, так расшарить свои способности. Не знал, что человек способен на такое. Нет, остановку времени некоторые люди практиковали, но вот твоё ускорение — это что-то. Не думал, что можно так эффективно изменить тело простого человека, который не способен к магии. Я, конечно, покопавшись, увеличил твои возможности. В частности, теперь ты можешь использовать свои способности в остановке времени, практически не ограничивая себя во времени. Для этого пришлось увеличить число каналов в мозге отвечающих за психику, и теперь подзарядка идёт в режиме реального времени. О-о, а ты ведь не знал об этом. Я о том, что тебе мешает в использовании этой способности без ограничений. Ну, теперь будешь знать. Кроме этого, я добавил ещё одну очень вкусную способность. Она мне в скором будущем очень понадобится. Я включил возможность быть не видимым в физическом плане. Как это работает? Да просто преломление видео спектра. Достаточно произнести слово «спектр», и тебя будут все обходить стороной, совершенно этого не замечая за собой. Ничего заумного придумывать я не стал, а взял первое попавшееся слово в этот момент. Ведь важно не само слово, а то, на что это слово влияет. Я привязал к этому слову эту новую способность. Кстати, спасибо тебе, я не знал, что можно так делать, и для того, что бы активировать способности, требовалось какое-то время, а тут раз, и ты уже в дамках. Ваши-то учёные, недоумки, технически пытаются решить эту проблему, придумывают какие-то агрегаты, Что бы стать невидимыми, снимают об этом фильмы, из твоей памяти это я узнал, не удивляйся, а надо было просто внимательней поработать с головой. Хотя, если они не могут видеть как ты, то конечно у них ничего бы не получилось. А тебе просто не хватило знаний. А парни твои, своими изменениями, ты сделал их привлекательными для меня. У них увеличилась аура и энергетически, они, много сильнее простого человека. Молодец. Благодаря тебе, я быстрее окрепну. Твои парни мне в этом помогут.

— Что ты собираешься делать? — Забеспокоился я, похоже, сон был вовсе не сном, или не моим сном, или проекцией его желаний.

— А ты разве не догадался? Конечно же, сначала мы навестим твоего сына, у него батарейка чуть меньше твоей, но это и не важно. Мне эта энергия нужна, и я заберу её. Что бы полностью выпить его, мне понадобиться минут двадцать. Очень перспективный молодой человек. Потом мы с тобой развлечёмся с твоей семьёй, они у тебя тоже расшарены, и тоже имеют увеличенную энергетику. Затем мы поедем к тебе на базу, и пошалим там. А после пойдём в люди. Пусть они и не обладают таким количеством энергии, но их очень много.

— А ты не боишься, что я тебя уничтожу?

— Ты, меня, ха-ха-ха? Ты ещё ничего не понял? Да ты уже никто, и звать тебя никак. После сегодняшнего демарша, я тебя близко не подпущу к управлению, раб. Ты говорящая коробочка, запомни это. А если будешь надоедать, то я от тебя просто избавлюсь. Поэтому, не зли меня.

— А когда ты напитаешься, что ты будешь делать дальше? — Не стал я накалять обстановку, а то и впрямь избавится, он сможет.

— Я? Напитаюсь? Да я никогда не напитаюсь, придурок. Когда я выпью всех людей, я начну пить эту планету. К тому времени от этого тела уже ничего не останется, ну и от тебя, естественно, тоже. Я буду выглядеть как большой и светящийся шар. А выпив эту планету, я устремлюсь к следующей, ну и так далее.

— А в чём смысл твоего существования тогда? — Задал я компрометирующий вопрос. Мне действительно стало интересно, что он вообще хочет?

— А к чему тут смысл вообще? Хочется есть — и ты ешь. Хотя, может смысл и есть. Я стану очень сильным, и никто не сможет одолеть меня, даже создатель.

— Который создал тебя?

— Ты чего, дурак, да? Как он мог создать меня? Меня создали другие разумные, но они не учли, что в конечном итоге я стану представлять из себя. Сейчас их уже нет, а я есть, и очень хочу есть, ха-ха-ха. А теперь заткнись, — приказал он мне, отсмеявшись, — и не мешай мне».

После этого, он умылся, сходил в туалет, ворча, что человеческое тело очень неудобный инструмент, вечно ему что-то надо, то жрать, то ср… извиняюсь за выражение. А я сидел себе тихо и пытался его взломать. Ну как взломать, перехватить управление, но он очень легко отбивал все мои потуги.

— «Угомонись, — сказал он мне с угрозой, — или я тебя окончательно угомоню».

Пришлось прекратить на время свои попытки, но сдаваться я не собирался. Я блуждал в нейронах, которые перестали быть моими, и что бы облегчить себе работу в попытках перехвата, я представил себе узловой центр по управлению своим телом — домом, в котором сейчас хозяйничает захватчик, а я, истинный хозяин, стою за куполом, и пытаюсь проломиться сквозь этот купол, напичканный всякими датчиками. Наверняка, это укрепление, в смысле эту ограду, он возводил, пока я мог управлять своим телом. Видимо это дело тоже требует времени. А то, что я вижу, это не пустые представления, это визуализация того, что происходит в моём мозге. Да, адаптированная под меня, но довольно полная визуализация. В этом я убедился, когда попытался просунуть представляемую руку в это отверстие. Сработала сигнализация, и я видел, как сигнал от датчиков расположенных в самом кольце, пошёл по контрольному каналу в дом, в тело захватчика, и вместе с этим кольцо сжалось, вытолкнув мою руку обратно, после чего мне и поступил рык от Маршана. После этого я и перестал пытаться проникнуть внутрь. Да и сил на взлом практически не осталось. Энергии мне он выделяет сущую мелочь. Разве только на то, что бы, не развоплотиться и хватает. Остаётся только сидеть и копить ту энергию, что он мне выделяет, для последней отчаянной попытки. А ещё, обдумывать, что мне делать, когда я проникну внутрь периметра. С моим высохшим телом нечего и думать, что я смогу вышвырнуть его из дома. Это скорее он избавится от меня, выпив меня одним глотком до дна. Хотя, он говорил, что ему достаточно секунд, что бы уничтожить меня. Замечу, не секунды, а именно секунд. Что это может значить? А значить это может то, что по каким-то причинам, выпить он меня не может, потому что для этой цели ему достаточно и мгновения. Тогда что его держит? Вся эта его чушь про то, что он соскучился по общению, не что иное, как лапша, умело развешанная на мои уши. А я чуть не поверил. Тогда надо выяснить, почему он не может избавиться от меня мгновенно, и может ли он это сделать вообще?

Тем временем, Маршан вышел из мотеля, и направился к ближайшему кафе. Там, перекусив яичницой с ветчиной, и запив всё это чаем, он вышел, поймал такси, и направился в аэропорт. Он собирался лететь в Россию. Лететь собирался таким же способом, как это делал я сам. Кстати, мою сумку он захватил с собой, но не потому, что она могла ему пригодиться, просто человек без багажа, отправляющийся в аэропорт — очень подозрителен. А он пока не собирался привлекать к себе внимания. Ему нужно было тихонько окрепнуть, прежде чем он сможет кинуть вызов всему человечеству.

До аэропорта он добрался без приключений. Бобби больше не останавливали, да и двигался он в сторону города, а не обратно. В аэропорту же, выяснив, когда летит борт в Москву, пошёл в кафе. Там ожидание приятней, чем в зале. Тем более, что и ждать-то всего два часа.

Так, попивая лениво кофе, он дождался, когда объявят посадку на рейс до Москвы, и направился поближе к отлетающим пассажирам.

Рассказывать, как он попал на борт, не вижу никакого смысла. Потому что он использовал все мои наработки. Даже лежанку из багажа себе соорудил. Вот только, в отличие от меня, он не стал сооружать систему сигнализации, в случае внезапного проникновения постороннего в багажный отдел во время полёта. Не знаю, на что он рассчитывал, но думаю и на это у него была способность это дело предотвратить. Мне он ничего не говорил, а я его предупреждать об этом не стал. Вот ещё, может в этом будет шанс уничтожения этого существа. Напомню, что мы находимся в воздухе, а это чревато падением с высоты. Может быть, его это и не особо беспокоит, буде мы упадём на суше, а ежели в море? Вот то-то. Там найти для себя донора будет сложнее.

Пока я размышлял, Маршан, закрыв глаза, незаметно уснул. А я решил воспользоваться такой ситуацией, и попробовать сделать для себя лазейку, решив проблему с сигнализацией и командным модулем, а может и с исполнительным модулем что-то получится, то бишь, кольца.

Всякие мои попытки проникнуть внутрь пресекались, и я попробовал применить курс по электродинамике к этому кольцу. Ну а что? То, что я видел, эту ситуацию очень напоминало закон буравчика в электромеханике. Энергия в кольце протекала по часовой стрелке, а когда я пытался выбраться, то направление потока в моём поддерживаемом канале менялось в противоположную сторону, а в кольце направление потока менялось на противоположное и кольцо сжималось. И вот, что бы мне проникнуть внутрь, нужно сделать так, что бы это кольцо ни сжималось, а наоборот расширилось. Как это сделать? Если мы не можем воздействовать на это кольцо из нутрии, надо воздействовать на него с наружи. Я обмотал свой канал вокруг этого кольца так же по часовой стрелке, и движение потока в кольце увеличилось, одновременно расширяясь. После этого, я попробовал проникнуть за купол, движение в кольце замедлилось, но сжалось не значительно, и сигнализация не уходила к этому монстру. Я нашёл лазейку в его защите. Я стоял за куполом, по каналу подпитки также протекала энергия для поддержания моей жизнедеятельности, но я был связан с этим куполом. Целиком со своим каналом оказаться внутри периметра защиты у меня не получится, защита это пресечёт. Ну, что ж, пусть даже и так. Канал имеет такое свойство — растягиваться. Количество получаемой энергии при этом уменьшится, но для моей задумки должно хватить, на так называемый последний бросок. Это всё что я мог сделать своими урезанными возможностями. Я не рассчитывал остаться в живых после этого. Если честно, то я пока не представляю, как я с ним могу сразиться. Он сейчас очень силён, и меня в открытом бою он сделает — не запыхавшись, а кроме этого, он может подать сигнал на отсечение меня от энергетической подпитки, но стоять и смотреть, как он уничтожает всё, что мне дорого, я не буду. Буду импровизировать, это моё всё.

Убедившись, что я смогу проникнуть внутрь, я не стал действовать прямо сейчас. Во-первых, я сейчас очень ослаб, и мне необходимо накопить небольшой запас, а во-вторых, говорю же, что-то он слишком спокойно улёгся спать, наверняка продумал на этот случай какую-то защиту. И вот ещё, странно, ему вообще нужен сон? Как-то не увязывается это в голове. Энергетическая сущность — и вдруг спит. Хотя, что я вообще знаю об этих сущностях? Да ничего. Если спит — значит, нуждается в отдыхе. Выходит ночью, пока я спал, он готовил защиту от меня, строил этот купол, а утром просто выпихнул меня за него, а теперь отсыпается.

Аккуратно вернувшись за купол, я не стал убирать свою петлю, причина в том, что у меня значительно увеличился мой жизненный поток в канале. Кольцо-то, увеличилось в диаметре, и живительная энергия стала поступать ко мне в увеличенном размере. Вот я и решил использовать это время, для накопления сил для последнего противостояния. Когда проснётся, надо будет срочно всё возвращать, как было, иначе заметит — могут быть проблемы. Да просто откачает у меня до моего минимума, и я останусь при своих.

Вот вы наверно сейчас думаете, о чём он вообще? Какой дом в голове? А что мне ещё остаётся? Да, я вижу только каналы и узлы, остальное всё — это моя визуализация. Но все эти каналы и узлы — это реальность. Это то, что я вижу в данный момент. Напомню, что меня оторвали практически ото всех узлов, и я сейчас связан только одним каналом с ядром, одним со слухом и ещё одним со зрением. Ото всех остальных узловых центров он меня отрезал. Вот я и создаю вокруг себя мир, к которому привык. Так проще не запутаться.

Когда самолёт приземлился, Маршан открыл глаза, а я спешно размотал петлю вокруг кольца. Поток сократился до минимума. Но я всё же успел набраться сил и отдохнуть. Только всё равно сомнительно, что я смогу ему противостоять. Он-то связан с ядром множеством каналов, а я всего одним. Надо срочно придумывать тактику противостояния. Что его может уничтожить? И тут я вспомнил то, как он уничтожил своих конкурентов в сосуде. А уничтожил он их огромным количеством энергии за момент времени. И у меня созрел план. Но это было очень опасно, в первую очередь для моего сына. В любом случае, ничего больше я не смогу сделать, а так есть хоть один шанс. Один шанс из тысячи. Просто, я не уверен, получится ли это у сына. Всё-таки он пока ещё маленький и очень не опытный. И даже если у него и получится, то это может его убить. В любом случае, это единственное, что может его уничтожить.

Тем временем, Маршан дождался остановки лайнера, открытия двери багажного отделения и, остановив время, смылся с лётного поля. В город он не собирался, ему нужно было в Челябинск, поэтому он просочился в аэропорт, и изучил расписание полётов. До вылета борта в Челябинск время ещё было, и потратить он его решил в кафе. А я молился, что бы кто ни будь, случайно, прибил его. Всякое же бывает в жизни, официантка поскользнулась и уголком алюминиевого подноса случайно ударила в висок посетителя, или что бы он сам поскользнулся на свежее вымытом полу и ударился головой об ступеньки на смерть. Хотя, думаю, это ничего не даст, только некоторую задержку. Он просто покинет умершее тело и вселится в кого другого. Но память-то останется. И он всё равно поедет в первую очередь к моим родным. Нет, это не выход.

— «Что, переживаешь, небось? — Ехидно осведомился он у меня. — Планы строишь, как меня уничтожить, букашка.

— Да пошёл ты, сосунок. — Огрызнулся я.

— Но, ты, — оскорбился он, — ты чего себе позволяешь? Какой я тебе сосунок?

— Сосёшь энергию как вампир, стало быть, сосунок.

— Ты за словами-то следи, а то за бортом окажешься.

— А ты почему за своими не следишь? Если ты сейчас можешь уничтожить меня, то это ещё не говорит о том, что ты можешь меня оскорблять.

— Ой, какие мы нежные. Ладно, прощаю. Сам первый начал, осознаю. Так что, строишь планы?

— А ты что, решил помочь мне в этом?

— Слушай, Хват, ты часом не еврей?

— С чего бы? — Удивился я. — Ты и так всю мою подноготную знаешь.

— Да отвечаешь вопросом на вопрос. Ладно, что бы ты там себе не придумывал, постараюсь успокоить тебя. Не буду я мучить твоих, постараюсь побыстрее выпить. Вот только с сынком твоим не получится так быстро, богат он на резерв. Я тебе говорил, минут двадцать пить его буду, но думаю и за пятнадцать управлюсь, постараюсь во всяком случае. Это тебе подарок, за то, что не мешал мне отдыхать, пока я спал. Всю ночь ведь работал, защиту выстраивал. Как ты мог вообще без защиты жить? Вы люди такие беспечные. Была бы у тебя защита, и я бы в тебя ни за что не вселился.

— Облагодетельствовал, значит. — С сарказмом высказал я ему. — Лучше бы ты мне сказал, что ты передумал, и тебе надоела такая жизнь, и сейчас ты хочешь срочно развоплотиться. А по поводу защиты, я не знал, что существуют вот такие пиявки.

— Опять начинаешь? — С угрозой предупредил он меня, но так, для порядка, злости в этой фразе я не услышал. — И не передёргивай, давай. Развоплотиться, ишь чего удумал. Да и не смогу я. Нету у нас такой функции. А самое главное, не хочу. Жить в твоём теле, конечно, не сахар, но это всё временно. Скоро я тебя освобожу от своего общества, потерпи. И да, откуда же тебе знать, что существуют энергетические формы жизни? — С ехидством спросил он меня. — Тебе, который в этих энергиях купается. Ты что, думал, что это всё бесплатно? За всё надо платить, или защищаться. А иногда и нападать. Ладно, не суть. Не бери в голову, это я так, по-стариковски бурчу. В конце концов, если бы у тебя была защита, то сейчас скорей всего, я бы так и висел в пространстве. Ангелов-то у вас, я не заметил пока. А только они меня, кроме тебя, и смогли бы заинтересовать. Остальные слишком слабы, для того, что бы я смог тогда активироваться. Хотя не факт, что их здесь нет. Времени прошло слишком много с того момента, как нас создали, может просто они мне на глаза ещё не попали.

— А как их отличить-то, ангелов от людей? — Заинтересовался я, пусть и жить мне осталось немного, но я пока жив, и информация никогда не бывает лишней.

— Да светятся они сильно в магическом спектре. Ты, со своим магическим зрением, легко смог бы их различить. Но, просмотрев твои воспоминания, я не увидел, что бы ты встречался с ними. Тебе больше упыри попадались. Они мне тоже не нравятся. Выпить-то их можно, но вкус — всё равно, что жжёную резину жуёшь. Это тебе для сравнения.

— Хм, — усмехнулся я, — а я думал, что вы одного поля ягоды.

— Ты, вот что, — разнервничался он, — не хочешь разговаривать, так и скажи, но разговаривать со мной в таком тоне не смей, усёк?

— Да ладно, чего ты? — Пошёл я на попятную. Рано мне ещё в штыковую с ним идти, а вот информации у него надо побольше выкачать, тем более сам делится, без просьбы. — Я же не знаю практически ничего. Скорее просто не так вопрос задал. В чём у вас с ними разница?

— Я энергетический вампир, а они просто вампиры. Ну, не кровь пьют, как ты подумал, а скорее психическую составляющую. А богатство их, это сопутствующая составляющая. И чем больше они выпивают этой психической составляющей, тем больше её им надо. А это вампиризм. Ты наверно замечал, что таким людям быстро наскучивают всё, что они попробовали, и они пытаются разнообразить свои ощущения, причиняя вред людям и получая от этого удовольствие. Это и есть такой способ их вампиризма. Только они думают, что добиваются власти, но это не так, они идут на поводу своих потребностей. Таких людей не излечить, их нужно только уничтожать. И ты правильно делал, что стирал их. Это как блохи на теле собаки. И если их много, то могут и насмерть загрызть. Пользы они не несут ни земле, ни людям.

— Постой, а почему ты говоришь, что в моих воспоминаниях нет ангелов, — забеспокоился я, вспомнив о Погосте, — а как же Погост?

— Ах, да, Погост. Новорожденный ангел. Он ещё ребёнок. И энергии у него очень мало. Он ещё очень долгое время будет учиться, и становиться взрослым. А вот когда вырастет, вот тогда он и может меня заинтересовать. К сожалению, он не успеет к празднику. На его взросление может понадобиться до двухсот лет. А жаль. Очень вкусный кандидат.

— Слушай, Маршан, вот ты так много знаешь об ангелах, почему?

— Потому, что именно против них нас и создавали. Не знать врага стыдно. И опасно. Тебе ли не знать? — Укорил он меня. — Ладно, разговорились мы с тобой. Наш рейс объявляют. Теперь не мешайся мне».

Он встал, и пошёл к выходу на посадку. Там, проделав все трюки со временем, он оказался в багажном отделе самолёта, в момент, когда погрузка багажа уже почти закончилась. Привычно соорудив себе лежанку, он прилёг, но спать больше не собирался, а хотел осмотреть своё защитный купол, прибегая к моей тактике виртуализации окружающих узлов и нейронов. Не знаю, что конкретно он себе напредставлял, но если бы он поближе подобрался к куполу, то вполне мог увидеть меня не таким тощим, как должен был быть, по причине очень скупой подкормки. И я решил отвлечь его разговором:

— «Слушай, Маршан, а почему вы так не любите ангелов?

— С чего ты взял, что мы их не любим? — Очень удивлённо спросил он.

— Ну как, вы же их специально выслеживаете, уничтожаете.

— Ну, ты ващ-ще, ты чем слушал вообще? Как мы можем не любить ангелов? Вот ты, свиную отбивную любишь?

— Ну, да, что-то я не подумал. — Раскаялся я в тупом вопросе. — А как тогда получилось так, что вас капсулировали?

— Вот это хороший вопрос, но не знаю, стоит ли тебе на него отвечать? — Ненадолго задумался он. — А, ладно. Всё равно уже никто не сможет помешать. Когда-то, очень давно, много тысяч лет назад, нас создали маги. Да, вы не первая цивилизация на этой земле, и даже не третья, но не в этом суть. В общем, нас создали маги, для борьбы с ангелами. Ангелы очень сильно мешали им овладеть всем миром. Но они не учли одного, ангелы — это всё равно, что волки в лесу. Они не дают размножаться больным и заразным видам. Они как антибиотик уничтожающий болезнь. Всё было сбалансировано в том мире. Причём маги в большей степени и были той скверной. Не все, конечно, но больше половины магов были именно такими. Это как ваши упыри. Они позабыли обо всём, чему учили их в академиях, и возомнили о себе не бог весть что. В общем, они действовали как ваши упыри. Вот ангелы и боролись с ними. И всё бы ничего, сил хватало у ангелов для борьбы с ними, противовесов ни в одну сторону не было, а тут создают нас, и мы стремительно сокращаем численность ангелов. Ангелы тоже были не малыми детьми, и тоже уничтожали таких, как мы. Были у них способы борьбы с нами, но то, что маги могли очень быстро восполнять наши потери — всё и решило. В конечном итоге, всех ангелов перебили, а нас они капсулировали. Опасаясь, что мы можем пойти против них, или погубить всё живое вокруг. Впрочем, так и случилось бы, не поступи они так с нами. Не буду говорить, как им удалось нас капсулировать, тебе это всё равно ничего не даст, но капсулировали они не всех, всего десять особей. Остальных просто уничтожили. В итоге, они продержались после этого совсем немного. За несколько десятков лет они полностью истощили психическую составляющую поля земли, и уничтожили землю своими самыми мощными магическими наработками, воюя друг с другом. Погибло всё человечество. Об этом я узнал из информационного слоя ауры земли, сразу, как только освоился в твоём теле. Ну как, я ответил на твой вопрос?

— Хм, вполне. — Удовлетворился я, и вправду, очень интересная история. Я и раньше догадывался, что мы не первые на этой земле, чего стоят только находки на глубине залегания нескольких миллионов лет, которые, ну никак не могли находиться там, потому что, они бы больше подошли к нашему времени. Я имею в виду находки болтов и гаек, космического скафандра и многое другое, о которых говорили и показывали по телевизору, или печатали в газете. Понимаю, что многое могло быть и уткой, но не зря же говорят, что «в каждой шутке, есть доля шутки». А ещё меня устроило то, что он забыл о своём намерении проверить периметр, и успокоился в своём пространстве. — А как же так получилось, что ты сорвался с нарезов? И идеи у тебя — как у разрушителя, а сам говоришь, что упыри плохие и не одобряешь их.

— А кто меня сейчас может остановить? Даже ангел если объявится, так я его просто выпью и всё. Что бы меня остановить — нужно штук пять ангелов, тогда у них может возникнуть шанс. А после того, как я выпью твоего сына, так даже и они не смогут ничего сделать со мной. Разрушитель говоришь? Ну, пусть будет разрушитель. Мне по большому счёту, на весь этот мир чихать. Уничтожу этот, займусь следующим. Я как чёрная дыра в космосе, и насытить меня невозможно. Если я остановлюсь — то умру. А я этого не хочу, сам понимаешь. А упыри мне не нравятся, потому что они не вкусные, я тебе уже говорил. И чем меньше их останется, тем незаметней они станут за моим обедом. Ну, всё, ты меня утомил. Помолчи лучше, подумай о том, куда твоя душа отправится. Очень скоро вас там скопится очень много. И я тебе сочувствую, вернуться на землю в другой реинкарнации тебе уже не светит, потому как, земля уже будет не живой. Она станет такой как Марс. Всё, отдыхай пока».

«Как Марс говоришь? — Подумал я, — Ну, это мы ещё посмотрим. Рано делить шкуру не убитого медведя».

В Челябинск прилетели в молчании. Он о чём-то думал, а я был просто в угнетённом состоянии, и думать ни о чём не мог.

Самолёт он покинул так же, используя остановку времени. Так же выбрался и на остановку такси, где спокойно поймал такси и, сказав водителю адрес, отправился на сиесту, как он думал. Кстати, сумку мою он так и таскал с собой. Вот что значит стереотип мышления. Ну, мне это на руку. Очень не хотелось потерять свои вещи, особенно катану. Привязался я к ней. То, что я покончу с ним, я уже перестал сомневаться. А у меня нет другого выхода. Либо я буду точно знать, что покончу с ним, и это придаст мне сил в последней битве, либо буду сомневаться и проиграю.

Выйдя из такси, он направился в сторону дома. Из дверей дома выглянула Саша и, увидев его, кинулась навстречу. Ну, да, она же не знает, что это не я. Грим он снял, когда приземлялся, так что распознать своего мужа ей ничего не мешало. Следом появились родители и тоже направились навстречу. Он обнял мою жену, неуклюже поцеловал, и пошёл дальше. Саша осталась стоять в ступоре, совершенно не понимая, что сейчас произошло. Так у нас встреча никогда не происходила. Я подолгу носил её на руках, и мы жадно обнимались и целовались. Вот её и смутило такое поведение мужа, и очень обидело. С моими родителями он тоже быстренько поздоровался, маму даже обнял, и направился в дом. Из дома уже выбегал мой сын. Вот его он подхватил на руки и долго кружил вокруг себя. Даже какие-то эмоции проявились на его лице. С родителями Саши он просто сухо поздоровался и, не откладывая в долгий ящик, поспешил в свою комнату, так и не отпуская сына из рук. Сын, кстати, заподозрил что-то неладное, он очень внимательно разглядывал его, но не решался задать вопрос, который его очень заинтересовал. Родители же, и мои и Сашеньки, стояли в шоке. Такой встречи со своим сыном они никак не ожидали. Ну а я тем временем, спешно пробирался за купол уже известным мне способом, и продвигался к узлу, который отвечает за речь. Это сейчас именно то, что мне нужно. В силовой схватке всё равно я его не одолею, а вот с сыном переговорить — смогу.

Пройдя в свою комнату, он прикрыл дверь, но Саша тоже вошла в комнату. Тут он попросил её:

— Саша, оставь меня на полчаса с сыном, мне нужно очень серьёзно поговорить с ним. И не беспокой меня, пожалуйста. Через полчаса я вам всё объясню.

— Но, хоть, в общем, можешь объяснить мне, что случилось? — Забеспокоилась Саша. — Может надо документы собирать? Так мы хоть время терять не будем.

— Ничего не надо собирать. Мне просто надо переговорить с сыном наедине, в спокойной обстановке. Оставь меня, пожалуйста. — Грозно посмотрев на Сашу, рыкнул он. — Саша испугалась и, пустив слёзы, выбежала за дверь. Маршан закрыл дверь на щеколду. Когда он подошёл к сыну, тот его спросил:

— Папа, а почему у тебя сейчас красное пятнышко в голове? Раньше у тебя его не было.

— Красное пятнышко говоришь, пацан? Я тебе покажу красное пятнышко. Нету твоего папы, он уже почти труп, а вот ты скоро станешь им уже сейчас. — Сказал он зло, и воткнул свой энергетический щуп в ядро сына. Сын только открыл рот от неожиданности и непонимания, но ни крикнуть, ни сделать что-то ещё просто не мог. Сейчас он испытывал боль и шок. И в этот момент, я добрался до нужного мне узла, оборвал нужный мне канал, связывающий этот узел с захватчиком, и подсоединился сам. Попробовал пошевелить губами и что ни будь сказать, у меня получилось, а Маршан, увидев такое непотребство, устремился ко мне. Но это тоже дело не мгновенное. Он столько тут накрутил каналов, что сам себе создал препятствия.

— Сынок, это папа, — торопливо сказал я, — я жив, он меня ещё не убил. Слушай меня внимательно. Сейчас собери всю свою силу, и выплесни её в этого монстра через вот этот канал. Он толстый, выдержит. Сделай это, сынок, и мы сможем победить его.

— Но, папа, а как же ты? — Еле выговаривая, прошептал он, явно узнав меня.

— Не думай обо мне сынок, сделай, как я сказал, иначе он убьёт и маму, и папу, и всех людей. Это очень опасный монстр, сынок. — И тут Маршан, наконец-то добравшись до меня, обрывает мой канал связи, а меня, как кутёнка, выкидывает прочь из дома. Ох, и жуткий же вид. Красный, весь какой-то угловатый, с вытянутой мордой, как у собаки, с рогами на черепе, с шипами по всему телу. Даже стреловидный хвост присутствует. Только крыльев не хватает. Так бы вообще на Дракулу был бы похож. Кроме этого, из тела у него отходила огромное количество каналов, которые сообщались с узлами управления телом. Часть из этих каналов, была связана с ядром, по которым в данный момент протекала энергия из тела в ядро, но они были тоньше того, который уходил в ядро моего сына, много тоньше. Если бы их собрать вместе, то толщина была бы сопоставима. На этом-то я и хотел сыграть.

Тем временем, вышвырнув меня вон, Маршан подключился к голосовому узлу, и рыкнул на сына:

— Только попробуй, щенок. Иначе вообще без отца останешься. — Но я видел, что сейчас чувствует сын. Из нерешительного состояния его вывел этот рык, и он, поднатужившись, никогда ведь этого не делал, выдал всю свою энергию в этот канал, и тут же упал без чувств. А с Маршаном творилось страшное. Сначала, у него сгорели все каналы, связывающие его с ядром, моим ядром, затем выгорели каналы, связывающие его с узлами управления телом, а после этого, он очень сильно раздулся, и под жуткий крик — взорвался. Всё это происходило в один миг, но я смог различить это в подробностях.

Не мешкая, я подбежал к своему ядру, подключился к нему, ядро, кстати, не пострадало «Помогли тонкие каналы, связывающие монстра с ядром. От перегрузки, они просто сгорели, как предохранители, на это я и рассчитывал. Так же произошло и с каналами, связывающие его с узлами управления телом», а тонкий и неустойчивый канал оборвал, на данный момент он мне только мешал. После этого стал спешно подключаться к узлам управления телом, мне срочно нужно было всё это взять под контроль. Мой сын умирал, и если я не поспешу, то я его потеряю.

Когда я восстановил свою подвижность, я бросился к сыну, и стал подавать ему энергию в его почти пустое ядро. Я успел, успел!!! Сын стал приходить в себя. И когда я заполнил его ядро почти до конца, он открыл глаза:

— Папа? — Спросил он недоверчиво.

— Да, сынок, это я. Ты победил его, ты его убил. Теперь всё будет хорошо сынок. — Сказал я и вырубился. Не знаю, что на это повлияло, с ядром у меня всё было в порядке, но сознание оставило меня.

* * *

— Мама!!! — Закричал сын со всей мочи. — Папа умирает!

В дверь торкнулись, но так как она была закрыта на щеколду, дверь не открылась. Тогда в ход пошла тяжёлая артиллерия, в дверь стали ломиться со всей силы и, в общем-то, одного такого усилия хватило. В комнату влетела Саша и, увидев, что с сыном всё в порядке, устремилась к Александру. На её лице ещё были видны потёки туши от слёз, но это не остановило её. Всё же их связывали очень жаркие чувства, и забыть это всё из-за какого-то непонятного поведения мужа — она не могла. Но обида была очень серьёзная. Мало того, что при встрече повёл себя, прямо скажем, по-свински, так ещё и голос на неё повысил. Но в данный момент всё это ушло на второй план. Её любовь, её отрада, сейчас лежал на полу, и не подавал признаков жизни. Нащупав на кисти рук вену, она проверила пульс. Пульс был, но очень редкий и слабый. Как говорят медики — нитевидный, но это уже внушало какую-то надежду.

— Что случилось, сынок? — Спросила она у мальчика. — Что с папой?

— Мама, в папе был монстр, — рассказывая, Владимир тихо плакал, сам того не осознавая, — он захватил папу в плен, но мы с папой смогли его убить. Я его взорвал, мама, и поэтому папа сейчас не шевелится. Я ему что-то сломал, мама!!! — Вскрикнул он, и слёзы градом потекли у него с глаз. Саша прижала сына к себе, и стала его успокаивать. В дверях столпились все родители, и внимательно слушали то, о чём говорил внук.

— Не плач, сына. Папа жив. Посмотри на него своим взглядом, что ты видишь? — Гладя его по голове и вытирая слёзы, попросила она его.

Владимир отёр слёзы с лица, посмотрел на отца, и улыбка озарила его лицо.

— Он жив, мама, он жив! Его искорка там, в груди. — Показал он пальцем на грудь. — Но он сейчас без сознания. Искорка слабая, я поддержу его, мама. Он не умрёт. — И Володя направил в район его груди свою ладонь, и очень осторожно стал подавать свою энергию.

— Так, — ожил Виктор Стрелок, отец Александра, — я звоню в скорую. — Сказал он, и хотел уже бежать в зал, но внук остановил его.

— Не надо скорую, деда! — Крикнул он, — Тело у него здорово, у него неприятности с головой. Только тот, кто видит как он, или я, сможет ему помочь, а таких людей в больнице нет, деда. А я не могу пока, не умею. — Снова закапали слёзы с его глаз. — Но я помогу ему, я буду давать ему энергию. Он сам должен себя вылечить. Его искорка уже стала яркой. Но может быть он не сразу сможет очнуться, но лечить себя он сможет и, не приходя в себя. Деда, я не знаю, откуда это знаю, но я почему-то это знаю. Нельзя ему в больницу, деда, он там может умереть.

Дед встал снова в дверях, внимательно посмотрел на внука, и не знаю, что он увидел в его глазах, но только махнул головой и сказал:

— Хорошо, Владимир. Я думаю, что ты знаешь, о чём говоришь. — Очень серьёзно сказал он внуку. Мама Александра, наконец, придя в себя, кинулась на грудь своего сына и горько заплакала. Тут был и страх потерять сына, и радость, что этого не произошло, и благодарность за спасение внука. А Владимир осторожно поглаживал голову бабушки, и успокаивал:

— Всё хорошо, бабуль, он жив, и он будет жить. Папа у меня герой. Он узнал, как можно уничтожить монстра и, прорвавшись ко мне, подсказал, как это сделать, и мы вместе его сожгли. А потом он вылечил меня, поделился со мной энергией. Но ничего, бабуль, ничего, он выкарабкается. Он такой. Он сильный.

Толи слова внука так подействовали на мать Александра, толи она всё же выплакала ту горечь, что стояла у неё в горле, но через некоторое время она успокоилась. Вытерла слёзы и сказала:

— Спасибо, Володя. Да, он выкарабкается. Я знаю это, а плакала я от счастья. — Улыбнулась она внуку.

Когда всё разрешилось, они раздели Александра до нижнего белья, подняли и уложили его в кровать. Саша поцеловала его в лоб, провела ладонью по лицу, и укрыла одеялом. Убрала в угол сумку, которую Александр притащил с собой и бросил у порога, и позвала сына:

— Пошли сынок, пусть папа отдохнёт.

— Нет, мама, — покрутил он головой, — вы идите, а я посижу с папой, присмотрю за ним.

— Ладно, сынок. — Согласилась она с ним. — Посиди. Ну, а мы пока подумаем, что нам делать дальше. — И вышла из комнаты, увлекая за собой всех родителей.

— Ну, что будем делать? — Спросил глава дома.

— Как что? — Вопросом на вопрос, ответила его жена. — Надо срочно сообщить его начальству, что он у нас. Там же наверняка не знают, где он сейчас. И сколько он ещё будет без сознания?

— Но мы не можем говорить по этой лини, открыто, только попросить, что бы он нам перезвонил. — Вставил свои пять копеек Семён Николаевич, отец Саши.

— Постойте, — всполошилась Саша, — а как он разговаривал со своим начальством в пути? У него же должен быть мобильный телефон.

— Точно! — Встрепенулся отец Александра. — Дочка, посмотри там в его вещах, пожалуйста, может, найдёшь.

Саша встала и побежала в комнату с Александром, через пару минут она уже возвращалась с мобильником.

— Вот, — протянула она телефон свёкру, — но тут нет телефонных номеров. Адресная книжка пуста. И в истории пусто.

— Ещё бы не было пусто. — Пробурчал свёкор. — Чай это не для болтовни по пустякам игрушка. Я бы удивился, если бы там были номера. Но нам это и не надо. Нам главное сообщить, что бы на него перезвонили. А для этого у нас есть номер. — Сказал он, и потянулся к стационарному телефону.

— Ало? — Сказал он, после того, как с того конца подняли трубку. — Я по поводу Александра.

— Извините, — послышалось с того конца, — но он сей… Что?! — Вдруг, вскрикнули там. Ну, правильно, вопрос-то был не стандартный. Звучать вопрос должен был так: «Я могу услышать Александра?», а тут вдруг ни с того, ни с сего, по поводу интересуются. — Что вы хотели сообщить?

— Он сейчас у нас. — Сказал Виктор Стрелок. — Могли бы вы перезвонить на его телефон?

— Понял. — Ответили там. — Сейчас перезвоню.

Через несколько секунд раздался звонок с мобильного.

— Ало. — Ответил Виктор.

— Вы, я так понимаю, дядя? — Спросили с того конца.

— Что? Какой дядя? У Хвата нет дяди. Я отец.

— Очень хорошо, — уже более спокойно ответили там, — извините, это была проверка. Мало ли кто мог завладеть телефоном, а потом ещё и перезвонить, с вашего, стационарного.

— Я понимаю. Нормально всё.

— Что случилось? Почему он дома?

— Как бы это сказать-то правильно? — Задумался Виктор. — В общем, если говорить военным языком, то он ранен, но сейчас с ним всё в относительном порядке, но он пока без сознания.

— Что-о?! Как ранен? А как же… Постойте, если он ранен, как он до вас-то добрался?

— Дело в том, что пострадал он именно здесь. В общем, это сложно вот так объяснить. Я сам ещё не всё толком понял. Главное, что я хотел вам сообщить, что он сейчас находится дома. А если вы хотите узнать подробности, то приезжайте к нам. Может, к тому времени и мы поймём, что же всё-таки произошло.

— Хорошо, я понял. — Согласились там. — Как вас найти?

— Я вас встречу в аэропорту. Сообщите, когда вас ждать, и в зале ожидания мы встретимся.

— Так, — стали там что-то подсчитывать, — завтра в два часа по Москве я буду у вас. Рейс из Москвы?…

— Хорошо, я буду в тельняшке, думаю, не спутаете. Вряд ли в таком возрасте кто ни будь, будет одевать её, да ещё демонстрировать.

— Договорились. — Раздалось с той стороны. — До завтра.

— До завтра. — Ответил Виктор, и из телефона раздались короткие гудки.

Опознание на следующий день прошло нормально, Георгич сразу увидел пожилого человека в тельняшке и направился к нему, а Виктор сразу распознал цепкий и уверенный взгляд отнюдь не простого человека, и тоже направился на встречу. Встретились, поздоровались, познакомились, убедились, что это именно тот, кто нужен, и поехали в дом, к Хвату.

— Надо его в больницу везти. — Сказал он, увидев, после знакомства со всеми, Хвата. — Не в вашу. Я пробью нашу клинику. Там быстро его на ноги поставят.

— Нет, — сказал Владимир, — папу нельзя трогать. Ему никто не поможет. Ещё, он уже лечит себя сам. Я вижу это. Он восстанавливает свой мозг. Я помогаю ему, делюсь с ним энергией.

— Так ты тоже что-то можешь? — Удивился Георгич, больше даже не тому, что он обладает какими-то способностями, а тому, что такой малец, говорит таким взрослым языком.

— Я могу делиться с ним энергией, это ему сейчас очень нужно. Больше я пока ничего не могу. — Грустно повесил голову Владимир.

— Что же, всё-таки, случилось, — спросил Георгич у него, — ты мне можешь рассказать?

— Да. В него вселился какой-то демон. Я не знаю, как его ещё назвать, существо. Это существо не имеет тела, он как невидимое облако, вселился в папу, и выгнал его из головы. Но не убил совсем. Он управлял телом папы, и делал всё что хотел. Он хотел выпить у меня всю энергию, и начал уже это делать, но папа как-то смог на короткое время перехватить управление, и научить меня, как с ним бороться. Вместе мы смогли это существо убить. Я его взорвал, отдав всю энергию очень быстро, ну а сам упал. Папа смог перекачать в меня свою энергию, а сам упал без чувств. И с тех пор он без сознания.

— Охрен… Извиняюсь. — Быстро поправился Георгич. — Ну, ничего себе история! Что это такое было-то?

— Я так думаю, что это какой-то вид вампира, — выдвинула свою версию Саша, — энергетического вампира. Но вот, как он его поймал? Об этом мы можем узнать, только после того, как он придёт в себя.

— Но, как же, регенерация? Она разве не помогает ему? — Поинтересовался Георгич.

— Вы имеете в виду, — решил уточнить Владимир, — то, что помогает нам излечиться?

— Ну, да.

— Он очень сильно пострадал от взрыва, и этот участок пострадал тоже. Поэтому я говорю, что никакие врачи ему не помогут. — Дал авторитетное заключение Владимир. — Только я могу видеть, как он лечится. А помочь ему совсем никто не сможет.

— Хм, хорошо, раз так. — Согласился Георгич. — Но вы звоните мне, как у него идёт выздоровление. Эх, как же всё это не вовремя. — Махнул он рукой. — Ну, ладно. Что уж теперь. Надеюсь, что это не затянется на годы. Иначе у нас могут возникнуть очень большие неприятности, в связи с последними событиями. — Проговорился он, и тут же пожалел об этом.

— Какие неприятности? Что может произойти? — Забеспокоилась мама Хвата.

— Извините, Лидия Васильевна, — развёл тот руками, — но об этом я не могу говорить. Государственная тайна. И простите меня, что так ляпнул, сгоряча. Что-то я расслабился в последнее время. А что, кормить меня сегодня тут будут? — Технично увёл он разговор в другую плоскость.

— Ну, вы уж за невежд нас не держите, Сергей Георгиевич, — обиделась Лидия Васильевна, — всё уже давно на столе, только вас ждём.

— Вот и отлично, — потёр он руки, — а то, что-то проголодался я с дороги. И не обижайтесь, Лидия Васильевна, я вовсе не хотел вас обидеть.

— Да знаю, — улыбнулась она, — и не сержусь. Пойдёмте к столу…

Загрузка...