Глава 10

Из здания выбирался через окно второго этажа. Не стал я из дверей выходить, кто его знает, что могло произойти. Вдруг он там уже под присмотром. На ускорении я, конечно, оторвусь, но мне надо ещё операцию закончить, и силы мне ещё нужны. И правильно сделал, как выяснилось. Когда я выпрыгнул со второго этажа, и спрятался между домами, так, что бы, меня не было заметно со стороны, я заметил, как к зданию стали подходить люди, очень специфической наружности. Нет, одеты они были в цивильное, как и большинство народа тут, но их выправка и манера двигаться, меня навела на мысль, что это ещё одна диверсионная группа УСО. Они не были насторожены, и шли вполне спокойно, значит, о том, что происходило недавно внутри, они не ведают. Но подтянулись они видимо из-за того, что произошёл взрыв в СИС. Но как-то быстро они появились, ещё и десяти минут не прошло после взрыва, значит, они где-то неподалёку расположились. Вот было бы весело, появись они на пятнадцать минут раньше. Мне было бы очень грустно. Застали бы со спущенными штанами фактически. В очередной раз повезло. Как бы, не сглазить удачу.

Прятаться больше не имело смысла. Я в цивильной одежде, в парике, с накладными усами, и в очках. В таком виде я похож на кого угодно, только не на боевика. Просто вышел на центральную улицу, и поймал такси. Попросил отвезти меня на улицу Уайтхолл. В начало улицы. И оставить меня на перекрёстке. Или у перекрёстка. Таксист на меня покосился, но ничего не сказал. Видимо я как-то не так выразился. Да и не суть важно. У меня последнее дело, и скоро меня здесь не будет.

У самого перекрёстка он меня не высадил, проехал чуть дальше, объяснив, что остановиться можно только там. Пока ехали, я заметил следы погрома, а проезжали мы очень близко от здания СИС. Тут и там валялся строительный мусор, остатки уничтоженного здания. Стёкла у некоторых зданий были выбиты взрывной волной, а у некоторых зданий были следы попадания инородных предметов. И это в полутора километрах от эпицентра взрыва. Что творилось в непосредственной близости — оставалось только предполагать. О самом здании СИС можно вообще забыть.

Выйдя с такси, я пошёл в сторону Форин-офиса. Нашёл закуток недалеко, и стал осматриваться, где мне можно переодеться. Нашёл густой кустарник рядом с входом в здание, и переместился туда в ускорении. В этих кустах, (а залез я именно внутрь кустов, оказывается, там было довольно просторно, и ничего не мешало, а с наружи выглядит как неприступная крепость) я и переоделся. Кусты были высокие и ухоженные. Что творится внутри кустов, снаружи не видно, а вот изнутри — можно было свободно наблюдать. Впрочем, наблюдать долго мне не понадобилось, в здание кто-то направлялся, и я воспользовался этим моментом и, остановив время, просочился внутрь.

Попав внутрь, я заметил, что охраны здесь значительно меньше, чем было в ЦРУ, ну так это и не разведуправление. Найдя ответвление от основного коридора, в котором не было людей, я вывалился в нормальное течение времени, и зашёл в первый же попавшийся кабинет. Мне нужна была информация, где находится премьер министр, и получить её я рассчитывал у этого бедолаги. А то, что бедолага — он ещё не знал. В кабинете сидел какой-то очкарик, и перебирал бумаги. Когда хлопнула дверь, он оторвался от бумаг, посмотрел в мою сторону, и застыл с открытым ртом. Вид мой был, очень уж устрашающий. Понимаю. Да и происходящее вокруг радости не представляло. Вот и застыл работник.

— Где мне найти премьер министра? — Спросил я у этого немолодого работника.

— А-а, эм-м… — Замычал он. — Что?

— Премьер министра, говорю, мне, где найти?

— Так, на последнем этаже. Там только его резиденция. Подниматься нужно по северной лестнице, остальные лестницы ведут в другие кабинеты. Только он называет себя Директором, очень он уж уважает свои возможности, и сравнивает себя с ЦРУ. Извините, а вы только его ищите? — Придя в себя, довольно спокойно спросил он.

— А что, вы тоже торопитесь сократить свою жизнь?

— Нет, что вы. — Смутился он. — Просто… Я много слышал о вас, и знаю, что вы не оставляете свидетелей. Я ведь не ошибся, вы именно тот, о ком я говорю?

— Я не оставляю в живых мерзавцев и врагов моей страны, — выплюнул я, — вы к какой категории относитесь?

— Ни к одной из них. — Быстро нашёлся он с ответом. — А Россия мне очень нравится. И как раз сейчас я работаю с документами по смягчению санкций в отношении вашей страны.

— Ну и живи тогда спокойно. — Успокоил я его. — Вот только немножко отдохни от трудов праведных. — Сказал я и, подойдя поближе, вырубил его импульсом. Как бы он не относился к моей стране, но оставлять за спиной возможную опасность я не собирался.

Камер видеонаблюдения в здании не было, ну а чего им бояться? Секретов они здесь не держат, нападений никогда не было, так чего им бояться? Да даже мысли у них не возникало, что им необходимо видеонаблюдение. Для чего? Вот и я думаю, правильное это решение. Есть у вас на входе охрана, ну, так и хватит этого. А мне сейчас это очень в тему.

На последний этаж поднимался в режиме остановки времени. Камер, конечно, нет, но изредка люди проходили мимо, и воспользуйся я обыкновенным ускорением в тесных коридорах здания, это могло насторожить людей, ведь при перемещении в ускорении создаются завихрения воздуха. Меня не увидят, но вот эти завихрения могут насторожить, поэтому и не стал рисковать. Это на улице можно пользоваться этим свободно, а в помещениях ветра не бывает. Или, если бы мне надо было действовать прямо сейчас, то я бы и не заморачивался, но мне нужно было сначала проникнуть в кабинет к премьер-министру незаметно, а уж после можно было и похулиганить.

До дверей приёмной добрался нормально, и теперь, что бы попасть в неё, надо было дождаться посетителей, и с ними проскочить в кабинет. Напротив приёмной располагался открытый зальчик для ожидания, там был большой кожаный диван, пара кресел и журнальный столик перед ними. На столике лежала стопка каких-то журналов, вероятно, что бы скрасить ожидание перед приёмом у премьер-министра. Ожидающих, на данный момент, не было, и я спрятался за этим диваном, пустив время в нормальное русло, стал ждать. Впрочем, недолго. В приёмную чуть ли не влетели два субъекта, так они торопились. У одного из них, старикана с лысой головой и огромных очках, в руках был какой-то предмет, напоминающий сосуд, с вытянутым горлышком. Эх, если бы я знал на полчаса раньше, что это были за посетители, и что у них с собой в руке, я бы начал действовать немедленно. Нет же, мне нужны были сенсационные материалы, что бы, поступить также, как и в Америке. Была такая возможность, для этих целей я даже купил видеокамеру. Но тогда, не случилось бы и всей дальнейшей истории. Но, по порядку.

Я воспользовался моментом, и, остановив время, просочился в приёмную. Так же потом просочился и в кабинет к премьер-министру, который почему-то называет себя директором. Разглядывать его, не было времени, мне нужно было найти укромное место, с которого было бы видно происходящее в этом самом кабинете. Такое место нашлось за толстой портьерой, которая опускалась до самого пола. Аккуратно, что бы, не потревожить шторку, я проник за эту портьеру, и сделал небольшую дырочку, позволяющую мне наблюдать за действом. После этого, пустил время в нормальное русло. Незначительное шевеление портьеры не привлекло внимание премьера, он смотрел на входящих, и нетерпеливо мерил кабинет шагами. Когда посетители вошли, он успокоился и пригласил посетителей садиться.

— Полагаю, Джек, — заговорил Директор, оглядывая посетителей, — знакомить вас не надо, раз вы вместе вошли?

— Нет, сэр, не надо. — Ответил Джек, старичок на это только улыбнулся. — Профессора Зимбельрмана я знаю довольно хорошо, только я не могу понять, как профессор археологии может помочь в нашем деле?

— Может, — махнул Директор головой, — во всяком случае, я в это очень сильно верю. Доказать пока это не возможно, всё только теоретические выкладки, но очень обнадёживающие выкладки. ЦРУ, видишь, ничего не помогло, сомневаюсь я, что они не подготовили встречу этим варваром, наверняка что-то, да придумали, и где они сейчас? — «Это точно.» — Подумал я. — «Ещё как придумали, и придумка их чуть не сработала, за мгновение ведь успел» — Нет, надо действовать по другому, очень аккуратно. Они пытались его поймать, а нам этого совершенно не надо. Нам надо, что бы, этих людей совсем не было, что бы, они не могли мешать нам в наших делах. Вот из этого и будем исходить. И я вижу, что вы принесли, что я просил, профессор?

— Да, конечно. — Замотал он головой как болванчик, даже возникло такое ощущение, что сейчас голова у него отвалится. — Вот никогда не думал, что вас это может заинтересовать. — Увидев поднятую руку Директора, профессор замолчал.

— Чуть позже, профессор, чуть позже. — Остановил Директор его. — Давайте пока посмотрим новости, как раз сейчас передают свежие новости, взрыв СИС не единственное происшествие за сегодня. — И он включил телевизор, который был закреплён на противоположной от окна стене.

В этот момент, на экране показывали развалины здания СИС. Неплохо так взорвалось. В центре взрыва была глубокая воронка, а по краям здания местами сохранились даже стены. Не на все этажи, разумеется. Это как больной зуб, в центре разрушенное кариесом воронка, а по краям останки зуба. Вот так и выглядело здание СИС на данный момент. Близлежащие строения, дома и прочее, пострадали не меньше. Некоторые здания, что находились очень близко, были полностью разрушены, у тех, что стояли дальше — были выбиты все стёкла и местами даже порушены стены. Крыши же, в радиусе двухсот метров, были порушены у всех зданий, вероятно от строительного мусора, что падал с высоты. По первоначальным подсчётам, как гласило объявление официальных лиц, погибло до трёх с половиной тысяч человек. Тут и сотрудники СИС, и те, кто находился в близлежащих строениях, а также проезжающие мимо автомобили и те, кто находился в них. Среди этих пассажиров были и туристы. Как мне стало известно позже, наших туристов в этот момент там не было. Не потому, что они игнорировали эти достопримечательности, а потому, что в аэропортах был введён дополнительный план по недопущению выезда наших граждан в страны Америки и Великобритании, план назывался «Троян». Троян, судя по всему, это я. То есть, Путилин уже тогда догадывался, чем грозит моё выступление в этих странах, и заранее подстраховался от случайных жертв, среди граждан нашей страны. Это помимо плана «Сито», что был введён раньше, который очень эффективно помог наполнить бюджет страны и не дать покинуть страну преступникам.

Возможно, среди пострадавших были и те, кто покинул нашу страну гораздо раньше, бывшие граждане, но я не считаю их гражданами моей страны. Для меня они уже иностранцы. Может быть, они и не имеют ничего плохого против России, и даже в какой-то мере хорошие люди. Вот только, я считаю, что если ты удрал в Великобританию в тяжёлое для страны время, не стал бороться, а подхватив свои сбережения, вложил их в развитие совсем другой страны — то и подпадаешь под статью иностранец. С чем тебя и поздравляю. Теперь вернуться в Россию будет очень затруднительно. Если уехал из-за притеснений — это одно дело, и тебя скорей всего примут обратно, а вот если уехал по причине того, что тебя, твои же друзья воры государственных денег заказали — то это совсем другой случай. Да и не сунутся они обратно, у таких — голова на эту тему очень хорошо работает. Ну и бог с ними, лишь бы нам не мешали. А будут мешать, так у нас на таких деятелей управа найдётся, и океан нам не помеха.

Вот, наконец, стали показывать и здание УСО, и то, что происходило внутри. Там сейчас работали следователи, идентифицировали покойников. Вот что интересно, у нас репортёров на такую картину не пропускали, а тут в порядке вещей. Под ногами разве только не мешались, снимая весь ужас произошедшего, крупным планом запечатлевая отрубленные головы. Тут в кадр попадает один из сотрудников СМИ, не выдержавший увиденного, обильно орошая съеденным недавно пол в здании, на что, один из следователей сильно ругался и погнал его прочь. И не только его, всех репортёров выставили вон из здания. И тут, в кадр попадает диспетчер, и один из репортёров бежит к нему. Следом бегут все остальные.

— Извините, — влезла одна из репортёров, — это вы, единственно оставшийся в живых?

— Да, я. — Не стал отнекиваться диспетчер. Да его и не ограничивали в том, что он может сказать. После того, как его допросили следователи, его отпустили, задумчиво почёсывая затылки. А потому, что кроме этого, он сказал и об ультиматуме, произнесённым мной. Я же ему так и сказал. Говорить это всем, кто будет его спрашивать об этом случае, или допрашивать. Вот он и рассказал. Следователи пока не решили, что им делать с такой информацией.

— Как вы объясните то, что вас «Белая Стрела» не убила как остальных?

— Он это сделал преднамеренно, для того, что бы я передал послание нашему обществу. Ну а то, что он оставил в живых именно меня — это просто счастливый случай для меня. Он мог оставить в живых любого из тех, кто был там, но выбрал меня. — А молодец. Выкрутился. Не стал рассказывать, что помогал мне во взрыве СИС. Никто об этом не знает, кроме его и меня. В живых не осталось никого, так и зачем рассказывать об этом?

— А что за послание он просил вас передать? — Не успокаивалась та же репортёрша.

— Он мне сказал, что бы я сказал это дословно. Вот это послание: «Вот так вот, и так теперь будет каждый раз, когда ваши задумают очередной трюк с террористическим актом или манипуляцией общественным сознанием. Средств массовой информации у вас много, а станет в этом случае мало. Ты ведь догадываешься, за что я уничтожил две телевизионные станции в Америке? Молодец, значит не такой тупой. Так вот, передай своим СМИ и тем, кто попытается тебя допросить, всё слово в слово, то, что я тебе только что сказал. Ты понял меня?». Это весь текст. Думаю, что я не ошибся, у меня очень хорошая память.

— Скажите, а как он выглядел? — Задал вопрос уже другой репортёр. Та, что задавала вопросы первая, сейчас стояла в ступоре, и не решалась задать другой, наиболее интересный вопрос, который поднимет рейтинг её телекомпании. Как она поняла, «Белая Стрела» слов на ветер не бросает, и следующей жертвой может стать и она, или вообще телекомпания. Вот и стояла она в нерешительности. Теперь следовало следить за своими вопросами и обвинениями.

— Он был во всём чёрном, как показывают фильмы про ниндзя. За спиной у него была закреплена сабля.

— Наверно катана? — Перебил его репортёр.

— А? А-а, может и катана. Я не разбираюсь в холодном оружии. И двигается он так, что я его совершенно не видел. — Вероятно, он вспомнил тот момент, когда я вырубал машинистов.

— А больше он ничего не сказал? — Не унимался репортёр.

— Всё, что он сказал, я вам передал. Не хотите погибнуть, не лепите сенсацию из лжи и подлогов, в отношении этой страны, и всё будет хорошо.

— Но, это же, кошмарно! — Вскрикнул он. — Убивать только за то, что кто-то немножко нафантазировал. Это ущемляет наши права и свободы.

— Я не тот, кто это сказал, но одно я уяснил точно. — Твёрдо сказал диспетчер. — Какие права? Право грабить соседа под предлогом внесения демократии в страну? А свободы вас никто не лишает. Хотите попробовать себя в роли мученика? Так вперёд, вас никто не удерживает. Можете прямо сейчас начинать. А я пас. Всё, больше я вам ничего не скажу. Прощайте. — Сказал он и, развернувшись быстро убрался от репортёров. Впрочем, они его не преследовали, а стояли и размышляли. Недолго. Потом появилась на экране другая картинка, и Директор выключил телевизор.

— Ну, и что вы думаете по этому поводу? — Поинтересовался он у присутствующих.

— Это невыполнимо. — Высказался Джек Прэстон. — У нас же вся политика на этом держится. Как мы будем восполнять ресурсы? Да у нас их собственно и нет на острове. Все освоенные месторождения скоро закончат своё существование из-за оскудения, а Россия — прекрасный заменитель. Нам нельзя бросать попытки овладеть её богатствами.

— А как же «Белая Стрела»? Ты не боишься, что они доберутся до нас?

— Но, вы же, сэр, что-то придумали? И наверняка это нам очень сильно поможет.

— Ну, поможет или нет, — разочарованно вздохнул он, — вопрос не правильный. Скорее, это наш последний шанс. И теперь, профессор, расскажите нам о нём. А для начала, активируйте его.

Что-то мне подсказывало, что надо действовать именно сейчас, не дать возможности активации этого непонятного артефакта. А то, что это артефакт — это было написано на самом сосуде. Нет, не так. Я понял это, увидев какие-то надписи на сосуде на непонятном языке. Сначала я думал, что это рисунки, но приглядевшись, увидел, что это не так. Они были похожи то ли на иероглифы, то ли ещё на что, но ни на один из современных языков он не был похож. Руны, так будет правильней. Так вот, весь сосуд был в этих рунах. На вытянутом горлышке сосуда были кольца из металла, очень похожие на бронзу. Они находились друг над другом, и тоже были исписаны рунами. Колец было десять. И у них была возможность вращения на этом горлышке, друг относительно друга. И вот, видя, как профессор вращает эти кольца, составляя определённую комбинацию из этих колец, моя интуиция кричала, надо остановить это, пора вмешаться, но разум говорил, что надо подождать, это может быть очень интересно для меня. Тем более что они не знают, что я нахожусь уже здесь.

И вот, когда он собрал эту комбинацию, он сказал:

— Ну вот, всё готово. Теперь, если нас потревожит этот разбойник, то ему останется недолго здравствовать.

Я, на всякий случай, посмотрел на этот сосуд своим магическим взглядом, и понял, что этот артефакт излучает какую-то энергию. Даже не так, он не излучает, а впитывает энергии из вне, и при этом имеет свою энергетическую оболочку. Больше ничего интересного я не заметил. Но я почувствовал, что самочувствие у меня почему-то стало ухудшаться.

— Как оно работает? — Спросил Директор.

— Вопрос не совсем корректен. — Поправил Директора профессор и, сведя свои ладони вместе, уставился в потолок, для лекции. — Это не механизм. Это живое существо. В этом сосуде находятся сейчас девять сущностей. Энергетических вампиров. Этот сосуд был обнаружен ещё нашими предками, пару столетий назад, и лежал в наших запасниках, как неизвестный артефакт. До тех пор, пока я не натолкнулся на него. Мне удалось расшифровать то, что на нём написано. Кстати, предупреждая ваш вопрос, сообщу, что этот сосуд никому не удалось разбить или сломать. Материал тоже не удалось идентифицировать, просто невозможно взять пробу материала. Ну, так вот, сейчас я выпустил на волю одну из этих сущностей. Смысл существования этой сущности, является в потреблении энергии, живой энергии. Оставшиеся сущности, покинуть сосуд не могут, для этого нужно собрать определённую комбинацию этими кольцами. Сам сосуд экранирует всякие излучения, и блокирует эти сущности в этом сосуде. Кроме этого, этот же сосуд и поддерживает их существование. Он обладает свойством поглощать энергию, что бы подпитывать сущности в сосуде.

— Э-э, — завис Директор, — вы только что выпустили вампира, и так свободно говорите об этом?

— Не переживайте, та энергия, что излучаете вы, нашему вампиру совершенно не подходит, во всяком случае на начальном этапе. Для активации сущности, ему необходим человек с очень сильной энергетикой, а до этого он находится в стазисе. И сейчас эта сущность находится где-то в этой комнате, в застывшем виде. Как взведенная мина.

Услышав это, я внимательно осмотрел пространство вокруг, но ничего не заметил, никаких сущностей в воздухе не висело, но самочувствие у меня падало с поразительной быстротой. Я стал чувствовать слабость, и если я и дальше буду тут стоять, то очень скоро могу просто тут и остаться. Надо было действовать, и действовать немедленно. А с этой сущностью будем разбираться уже в более спокойном состоянии.

Не выходя на сверхскорость, я вышел из-за портьеры, что бы увидеть композицию «не ждали», из трёх действующих лиц. Сказать, что они были ошарашены — это ничего не сказать. На лице так называемого Директора, застыла маска ужаса, впрочем, Джек Престон тоже выглядел так же, только профессор проявил спокойствие. Поначалу-то тоже испугался, но испугался только тому, что я появился неожиданно, а потом пришёл в себя и внимательно меня рассматривал.

Я подошёл к ним поближе, и что произошло потом, я так и не понял. Неожиданно моя рука поднялась в направлении того самого сосуда, и из ладони выплеснулся сгусток энергии, как плазма. Сосуд оплавился, и перестал излучать энергию. Всё это происходило так быстро, что могло показаться, что была применена сверхскорость, но это только в моём воображении. На самом деле всё происходило медленно и спокойно. Даже осмотр содеянного магическим взглядом, делал не я. Я был как сторонний наблюдатель. Через мгновение, ко мне вернулось управление своим телом. Профессор в ужасе закричал:

— Что вы наделали? Это же наследие наших предков, его нельзя было уничтожать! Его не возможно уничтожить. — Но посмотрев на сосуд, дополнил уже спокойным голосом. — Не возможно было уничтожить, мы пробовали. Даже пытались сжечь. Как вам это удалось?

Директор и его аналитик в это время стали приходить в себя, и попытались покинуть наше общество. Не хорошо это, не вежливо. Я не позволил так поступить с нами. Ведь разговор с профессором ещё не закончен, а они демонстративно показали, что не одобряют наше общество. Ну и смахнул им головёнки. Пусть хоть так, но останутся с нами. Профессор при этом не стал истерить. Он посмотрел на этих типов и изрёк:

— Я приблизительно так и думал, что всё это закончится чем-то подобным. Меня вы тоже обезглавите? — Спросил он меня совершенно спокойным голосом. Великолепная выдержка.

— Если ответите мне на несколько вопросов, то останетесь жить.

— Хорошо, что уж теперь. Я вот только не могу понять, как вам удалось выжить?

— Что вы этим хотели сказать профессор?

— Ну как же? — Всплеснул он руками. — Ведь в вас однозначно подселился вампир, а он должен был вас выпить, выпить вашу жизненную энергию. Хотя… — Задумчиво произнёс он.

— Что хотя, профессор? — Нетерпеливо спросил я, одновременно вытирая катану, одеждой покойных.

— Он мог использовать вас как носителя. Возможно, этой сущности понравилось ваше тело. В этом случае, он будет перехватывать управление, и в конечном итоге вытеснит вас. Не знаю, как много это займёт времени у него, но это произойдёт, так или иначе.

— Что значит, «перехватит управление»?

— То и значит. Вы не сможете делать то, что захотите. Вы будете делать то, что нужно этой сущности. Даже этот демарш с уничтожением сосуда, я так понимаю, это выходка этого существа? Решил разделаться с конкурентами.

— Что ждёт меня дальше, проф?

— Ну, сначала вас лишат управления своим телом, потом, когда полностью подчинят ваше тело — будут использовать ваши воспоминания, и искать таких же энергетически сильных людей, что бы питаться. Это же вампир, и ему постоянно нужна жизненная энергия. Это как раковая клетка. Та тоже питается телом человека, в котором живёт. Когда она выпьет всех известных вам сильных людей, примется пить всех, до кого может дотянуться. Тут уже не будет смотреть на силу энергетики. Скорей всего, она будет стараться находиться там — где много людей, что бы беспрерывно питаться. И чем больше она их выпьет, тем больше ей будет нужно. Это оружие. Оружие против ангелов. Его изобрели очень давно, и вот сейчас оно сработало.

— И вот так спокойно вы мне говорите об этом, проф? — Стал закипать я. — Зная всё это, вы не побоялись выпустить на волю этого монстра?

— Не боялся, потому, что у меня был метод борьбы против этого. Почему был? Потому, что я рассчитывал, что он тебя просто выпьет, а пока он этим занимается, я бы его изолировал. Дело в том, что те руны, что были изображены на сосуде — это не простые руны. Точнее, не все руны, что там были. Определённая комбинация, но именно они создают защитный купол, который может изолировать энергетическую субстанцию, какого бы размера она не была. Вот, — он вытащил платок довольно большого размера, исписанный набором рун, расправил этот платок, положил на пол, и перекатил тело Директора на этот платок, после этого соединил противолежащие концы так, что бы совпали руны, и платок принял форму кокона, — видите, как это происходит? Поэтому я был полностью спокоен. То, что он решил использовать ваше тело, был один шанс из тысячи. И он его использовал.

— Проф, а меня вы сможете так изолировать? Пока я не стал пить всех подряд? — Я потрогал кокон, он был очень твёрдым, и что-то мне говорило, что его не возьмёт, даже моя катана. Эх, если бы не этот цейтнот, это же идеальный материал. Можно было бы делать отличные лёгкие корабли, и настолько же прочные. Проф, что, не догадывался, что это же величайшее открытие?

— Вы думаете, он мне даст это сделать? — Усмехнулся профф.

— Профессор, а почему вы, имея ТАКОЕ открытие, не попытались стать миллиардером? Это же стратегический материал.

— Эх, молодой человек. — Укоризненно пристыдил он меня. — Почему вы все, всё мерите деньгами? Ну, куда мне, старому, больному человеку деньги? Да и не в деньгах счастье. Даже то, что я согласился на эту авантюру, это лишь ради того, что бы посмотреть на этот эксперимент. Увидеть это воочию. Извините меня. Я не рассматривал вас как человека, я рассматривал вас как объект эксперимента. Вот такой я циник. А материал, — он передал мне свой дневник, — возьмите, возможно, вам он принесёт много больше счастья, чем мне. Видя ваш вопрос, отвечаю, нет, никому об этом не известно. Я никому не рассказывал об этом удачном эксперименте. А за этот кокон не переживайте. Через несколько минут он исчезнет, растворится в пространстве. Вместе с содержимым. Я туда дополнительно вставил одну руну, которая и уничтожит этот кокон. В блокноте, что я вам передал, всё есть. И теперь это открытие есть только у вас. Почему я не раскрыл эти знания этим господам? Потому, что с этим открытием, они просто уничтожат землю. Они не достойны, а вам я верю. Вы не способны причинить вред просто за то, что вам так захотелось. А все эти смерти, что происходят вокруг вас, что ж, наверно они этого заслужили своей политикой. Я не одобряю методы их работы. Я ответил на ваш вопрос?

— Вполне, — махнул я головой, — и спасибо вам, профессор.

— Из-за меня вы попали в скверную ситуацию, и вы же меня ещё и благодарите? — Изумился проф. — Не надо благодарностей. Пусть это будет возмещением принесённого вреда. И прощайте. Думаю, что вам надо уходить. Сомневаюсь, что вы сейчас сможете полностью использовать свои способности, хотя, может сущность ещё не полностью овладело вами.

— Прощайте, профессор. — Сказал я, и, остановив время, устремился вниз. Хм, работает пока. Стоило мне подумать об этом, как я сразу вывалился в нормальное время. И это в моём чёрном костюме. Хорошо хоть в этот момент никого не оказалось в поле видимости, и я ни перед кем не засветился. Представляю, что бы сейчас началось.

Пока я судорожно решал, как поступить дальше, время опять остановилось, но я к этому не прилагал никаких усилий. Это произошло против моей воли. Но произошло во время, потому что, из-за угла показался человек, и он не успел меня увидеть. Я быстро преодолел пространство до выхода на улицу, но двери были закрыты, а вы знаете моё отношение к закрытым дверям. Пришлось прятаться от взглядов неосторожных свидетелей. Такое место нашлось за одной из колонн. С трёх сторон от неё были глухие стены, так что у меня был шанс остаться незамеченным. Минут десять пришлось обождать, пока один из посетителей не стал покидать эту резиденцию. Дальше, я попробовал активировать остановку времени и у меня получилось. Медлить было нельзя, и я устремился в приоткрытую для посетителя выходную дверь. Миновав дверь, я сиганул в свои кусты, туда, где я оставил свою одежду. Одежда была на месте. Переодевшись, я аккуратно вышел из своего схрона, и задумался, что мне делать дальше. То, что мне заказан путь назад, я ничуть не сомневался. Я не собирался рисковать своими близкими и друзьями, а то, что там случится сущая вакханалия, я ничуть не сомневался. Что бы что-то решить, мне нужно было всё это обдумать в спокойной обстановке, и поэтому, поймав такси, я попросил водителя, что бы он отвёз меня на окраину Лондона, в придорожный мотель. Документов у меня нет, попробую устроиться на ночёвку, используя прошлый опыт. Водитель не стал меня ни о чём расспрашивать, а молча, покатил туда, куда знал только он. То, что он едет на окраины Лондона, было и так понятно, поэтому я и не беспокоился. Казалось бы, произошёл крупный теракт, все люди должны быть насторожены и взвинчены, но это не относится к Лондонцам, а может и вообще к англичанам. Какие-то они слишком спокойные. Индифферентные. А вот бобби на улице было много. Проверяли, чуть ли не каждую машину. Даже мы удостоились проверки дважды. Но что они могли у нас найти? Да и на каком принципе шла проверка? Это остаётся загадкой для меня.

Когда происходила первая проверка, один из бобби потребовал от меня, что бы я предъявил ему документы, на что, я совершенно ничего не понимая, протянул ему туристический буклет, который находился в кармашке чехла пассажирского кресла, и сказал, что меня зовут Патрик Финниган, и что собственно происходит?

— Простите, сэр, — сказал бобби, рассматривая буклет, переворачивая страницы, — идёт тотальная проверка, в связи с террористическим актом. Вы разве не знаете о том, что произошло?

— О-о, это ужасно, сэр. — Подыграл я ему. — Так это разве террористический акт? Я слышал, что это было неаккуратное обращение с взрывчатыми средствами.

Весь диалог с бобби происходил под жуткую головную боль, и с каждой минутой боль усиливалась. Не знаю, что это было, но бобби протянул мне буклет обратно, и сказал:

— Всё нормально, сэр, можете ехать дальше. А по поводу взрыва — сейчас идёт тщательное расследование, официального обращения пока не было, так что, всё может быть. Будьте счастливы, сэр. — Попрощался он со мной, а у меня потекла кровь из носа. Этого бобби уже не увидел. Я быстренько утёр кровь носовым платком, и этого оказалось достаточно, кровь перестала течь, и головная боль стала проходить. Водитель поехал дальше.

«И что это было?» — Задал я сам себе вопрос. — «Судя по всему, сейчас произошёл случай внушения. Он очень внимательно рассматривал этот буклет, ничуть не сомневаясь, что это мой паспорт. Я сам не обладаю такими способностями, тогда, получается, это действовала эта сущность. Это она использовала меня, мой мозг, что бы внушить определённую мысль тому бобби. Она меняет мой мозг. Подстраивает под себя. Хоть это и вампир, но это существо гораздо древнее современного человека, и знаний в области магии и возможностей человека этому существу знакомы не понаслышке, раз оно так легко меняет меня. И эта способность, как же она называется?» — И тут в моём мозге всплывает совершенно не известное для меня понятие, «суггéстия», вот как это называется. — «Ого, вот те и раз. О таком я даже не читал. Это не мои знания. Это мне сейчас подсказало это существо».

В этот момент, нас остановил ещё один бобби, и процедура повторилась с точностью до «запятой», вот только кровь из носа у меня больше не пошла, и голова уже так сильно не болела. Привыкаю, однако.

Довёз меня водитель до какого-то непримечательного мотеля, сказав, что дальше если ехать, то условия проживания он не гарантирует, а в этом мотеле всё очень удобно, самому приходилось останавливаться здесь из-за поломки. Спорить с ним я не стал, а смысл? Я ведь не знал об этом мотеле вообще ничего. Если он так говорит, поверим. Ему мне тоже нет особого смысла врать. Расплатившись с водителем баксами, на местную валюту-то я не разменивал, на что водитель не очень охотно согласился, но когда я добавил к запрашиваемому ещё столько же, он от радости даже улыбку продемонстрировал на своей постной физиономии. А я уж думал, что он робот. Нет, человек, но всё равно, какие-то они чёрствые, что ли? Англичане, в смысле.

В мотеле, существо взяло управление на себя, и повторило фокус с документом, захватив брошюрку из такси. Я, к слову, в этот момент никак не мог повлиять на ситуацию. Да и не особо старался. Пока идёт всё по моему плану, поэтому расслабился, и стал наблюдать за его действиями. Со стороны никак нельзя было отличить — я это говорю, или кто-то другой моим голосом. Если бы на это смотрели мои друзья, в смысле. И это очень опасно. Для моих друзей опасно, ну и для меня естественно. Поэтому, мне очень была нужна спокойная обстановка, что бы разобраться со своими способностями и вообще способностью управлять ими.

Консьерж, заполнив карточку, выдала мне ключи, и я направился в свою комнату. Комната не впечатлила. Ну а что ты хотел? Это тебе не фешенебельная гостиница, а место для отдыха перед дальней дорогой. Именно с такой целью и строятся такие мотельчики. Кровать есть, телевизор есть, есть даже отдельный санузел, а кроме этого присутствует стол и стул. Даже одёжный шкаф есть. А большего и не нужно.

После того, как я зашёл в комнату, управление телом опять завладел я. Хмыкнув, я огляделся внимательней, и увидел на столе телефон и рекламную брошюрку от изготовителей пиццы с телефоном. Недолго думая, я заказал пиццу в номер, и пока её везут, решил сполоснуться в душе. Душ в санузле присутствовал. Сполоснувшись, и почувствовав лёгкую расслабленность, я хотел уже прилечь, что бы лёжа дождаться пиццы, но не успел дойти до кровати, в дверь постучали. Это доставили пиццу.

После быстрого перекуса, лёжа на кровати, я стал размышлять над своей не простой ситуацией. А ситуация была аховой. Я не знал, что мне теперь делать. Профу я поверил полностью, да и как не поверить, если я уже почувствовал на себе, как меня отстраняют от управления самим собой? Это очень неприятное чувство. Ладно бы, если бы это был друг, так нет же. Как раз наоборот. А хуже всего, что я ничего не могу с ним сделать. Попробовал осмотреть себя магическим зрением, но у меня это не вышло. Ни взгляд ЭМИ, ни что-то ещё у меня не получалось активировать. Телом пока я управлял, как обычный человек, но только и всего. К тому же я стал ощущать упадок сил. Сущность очень активно откачивало мою энергетику. Вот только не понятно, куда всё это девается? И неужели оно не понимает, что уничтожив меня, оно уничтожит и себя? Хотя, побыстрее уничтожило бы. Такой подарок я однозначно домой не повезу. Пора наверно задуматься о способе самоубийства. А вот даст оно мне сделать это, или нет, ещё вилами по воде писано.

Так и не додумав свои безрадостные думы, я провалился в сон. Снился мне кошмар. Как я своими руками убиваю сначала своего сына, выкачав его как губку, потом всю свою семью, потом еду на базу, и там выпиваю всех, кто находился там. Аппетит у меня увеличивается, и мне хочется ещё больше, и я еду в Москву, прохожу в толпу, и начинаю выпивать каждого, кто мне попадался на пути, одним прикосновением руки. Надо уточнить, что этого было достаточно. Энергия перетекала от объекта ко мне с поразительной быстротой. На одного человека хватало полминуты, и за мной стелился шлейф из мёртвых людей. Но меня при этом никто не видел. Люди оборачивались, не понимая, что происходит, и падали замертво. Много людей, очень много. Вот, наконец, поднимается паника, и люди бегут от непонятного. Кому-то это удаётся, кто-то уже никогда не сможет подняться. А я, смещаюсь туда, где больше всего находится людей, и продолжаю питаться. И жажда от этого у меня только увеличивается. Мне уже не нужно прикасаться к человеку, я могу пить их на расстоянии, направляя на них свои энергетические щупы, исходящие из рук, и это приносит ещё больший урон в людях. Люди падают десятками. Я же, пытаюсь бороться с этой сущностью, но ничего мне не помогает. Все мои попытки блокируются им, и я чувствую себя в клетке.

Загрузка...