Вода

36

Он потащил меня за собой до раздевалок. Дверь захлопнул, еще и закрыл. Я при этом оказалась между ним и той самой запертой дверью.

— Что. Ты. Делаешь?!

Сам он был какой-то растрепанный. Галстук болтался, воротник рубашки распахнут. Он дернул и за мою бабочку, снимая личину, да так резко, что я пошатнулась.

— Кит?!

Он вел себя... агрессивно! Я не понимала, что происходит, растерявшись и не зная, чего ждать от него.

— Объясни!

Он хлопнул рукой по двери рядом с моей головой, я снова дернулась от резкого звука.

— Что я должна объяснять?

— Не понимаешь?! Снова не понимаешь?! Ты никогда ничего не понимаешь!

— Кит, что с тобой? Ты не в себе...

— Это ты не в себе! — он повысил голос, чтобы заглушить мои слова. — Ты действительно гоняешься за ним?!

Сообразив, о ком он говорит, я пришла в полное замешательство, не зная, что сказать.

— Я думал, ты не серьезна была, когда увидел его фото, но это правда? Ведь так? Скажи?!

— Почему ты спрашиваешь? Снова спрашиваешь.

Он прикрыл глаза, словно пытался взять себя в руки.

— Ты совсем ничего вокруг себя не замечаешь? Ты хоть представляешь, сколько парней заглядываются на тебя? Из тех, кто здесь работает, хотя бы?

— Мне нет до них дела. Даже если ты говоришь правду.

— Вот как? Вся такая отстраненная, витаешь вечно где-то в своем мире. И я, как последний дурак, купился. Но и меня ты не замечала. Я справился, забыл. Но ты снова подала надежду! Сама! Зачем ты сделала это? Зачем заговорила со мной? Почему подпустила к себе?!

— Я ничего не делала!

— А тебе и не нужно ничего делать! Знаешь, как тебя называют за глаза? Нет, конечно! "Миия — тридцать секунд"! Ровно столько нужно парню, чтобы запасть на тебя.

Я молчала, не понимая, шутит он сейчас или нет. А он схватил в горсть свой болтающийся на одной завязке галстук и сдернул его. Поднес к моим глазам и отшвырнул:

— Наверное, если бы не эта штука, мы отгоняли бы толпы от бара каждую ночь.

— Кит, что ты говоришь? Послушай себя!

— Сейчас я тебя хочу послушать! Это правда?! Ты влюблена в этого...

Он явно сдержался, сжав губы и снова прикрыв глаза, чтобы не высказаться грубо.

— Даже если и так, тебя это не касается.

Его лицо застыло, он приподнял голову, глядя сверху вниз на меня, и что сейчас было в его голове, я понять не могла.

— Значит, правда, — процедил он.

Он оттолкнул меня в сторону и вышел, грохнув дверь так, что я подпрыгнула в очередной раз.

Что это? Что это такое? О чем он сейчас наговорил?! Я плюхнулась в кресло, обхватив голову руками. Не хочу этого знать! Зачем он заговорил об этом?!

И как бы мне ни хотелось стереть из своей памяти слова Кита, где-то в глубине души я понимала, что он говорил правду. Пусть не нужную мне. И она ничего для меня не меняла.