Последний из Братства. Трон Света

Глава 189

— Когда я узнала, кто твой дядя, я иначе представляла его дом.

Этель внимательно осматривала территорию, на которую въезжала машина, оценивая всё начиная с ограждения, заканчивая самим особняком, далеко не таким большим и богатым, как можно было ожидать от фигуры такого калибра. По сравнению с дядей Юли, её бывший работодатель был просто муравьём.

— Что, ожидала увидеть настоящий замок?

— Ну, я планирую построить себе собственный. Хотела узнать подробности.

Сидящие впереди сёстры переглянулись, не сумев сдержать улыбки — амбиции у их подруги по-настоящему королевские. Дома Бессмертного быстро растут, это настоящий феномен их региона и скоро, когда путь на вторую половину Райшила будет открыт, западноевропейская часть сервера наверняка тоже с ним познакомится.

Юля аккуратно заехала на небольшую стоянку, где уже были припаркованы машины её двоюродных братьев, зовущих этот особняк своим домом. Ну а их родители приехали сюда ещё два дня назад, после того, как узнали об очередном внеплановом пополнении в их семье.

— Выглядит довольно уютно, — высказалась Этель после того как вышла из машины и оценила территорию уже изнутри.

— Конечно. Мама старалась.

Женя возник, кажется, из ниоткуда. Испугавшаяся от неожиданности Вера, после секундного шока, отвесила ему пару тумаков за такое подкрадывание. А в открывающиеся ворота тем временем въехали последние гости сегодняшнего семейного празднества.

— Интересно это все ещё считается легковым автомобилем? — спросил Женя, потирая ушибленное место.

На территорию особняка заезжал огромный четырёхдверный пикап, в разы больше нормального автомобиля. Салон располагался так высоко над землей, что конструкцией была предусмотрена ступенька, чтобы туда вообще можно было забраться. Монструозное чудо инженерной мысли припарковалось на самом краю свободного пространства. Мощный двигатель затих и спустя пару секунд одна из дверей открылась и оттуда высунулся Маркус, на фоне которого автомобиль казался не таким уж и огромным. Наверное, в другую машину такой большой человек просто не поместился бы. Открылась дверь пассажира за спиной водителя и на землю спрыгнул Дагир. На его фоне автомобиль вновь приобретал свои вызывающие черты. С другой стороны хлопнула ещё одна дверь и вскоре к братьям присоединился и Тарас.

— Кажется все в сборе. Пойдём? — Маркус приветливо улыбнулся и указал на дорожку, ведущую к главному дому. Опомнившийся Женя зашагал первым в качестве гида, попутно объясняя, что ещё и где расположено на их территории. Этель слушала эту часть довольно внимательно, а вот Маркус и Дагир больше сосредоточились на том, что сами слышат и видят.

Внутри особняка их за столом уже ждало старшее поколение семьи. Реакция на вошедшего в комнату Маркуса была… предсказуемой. Когда рядом появляется кто-то на полметра выше и в плечах как два нормальных человека трудно не удивиться. Пришлось принести более подходящий предмет мебели для человека его габаритов. Дагир удивил остальных, когда снял маску, пусть и предупредил заранее о том, что им предстоит увидеть. Ужасные шрамы, оставшиеся от травм, едва не лишивших его жизни, резко изменили теплую обстановку за столом, сложившуюся после короткого приветствия Маркуса.

Семья немного расслабилась, когда Илья подметил, что возможно в этот раз ему не придется забирать домой кучу еды: трое братьев имели огромный аппетит. Так как правило о молчании во время еды Тарас и его братья соблюдали безукоризненно, большая доля внимания досталась другому новому гостю за семейным столом — Этель. Именно под этим именем она и представилась, кратко упомянув своё настоящее. Её необычная бизнес идея, вне всяких сомнений, успешная не могла не заинтересовать присутствующих, в особенности владельца дома. Дастриус показывал стремительный рост игроков, в него уже ежедневно играли миллионы людей и нет никаких признаков, ведущих не то что к сокращению их количества, а даже к уменьшению темпов роста игроков. Вне всяких сомнений виртуальная реальность через несколько лет станет неотъемлемой частью жизни огромной аудитории, что открывает множество возможностей для тех, кто готов их поикать. Этель свою возможность нашла и реализовала: используя свои достаточно скромные ресурсы она смогла построить бизнес, быстро вышедший на самоокупаемость, с приличным процентом прибыли, которую можно пустить на его развитие.

Данная тема обрела второе дыхание после того как к разговору присоединился Маркус, отложивший столовые приборы, которыми без устали работал добрых полчаса. Илья оказался прав: трое братьев съели, наверное, больше, чем вся остальная семья вместе взятая.

Видение Маркуса можно было назвать феноменальным. Он по достоинству оценил идею Домов Бессмертного ещё будучи во Франции, когда только узнал о них. А сейчас, познакомившись с их создателем, выкладывал ценные идеи и замечания одно за другим. Маркус в голове уже полностью представил, как бизнес Этель будет развиваться, какие подводные камни и проблемы могут возникнуть и как их решить или вообще сделать так, чтобы ликвидировать их ещё до появления. О многих вещах из этого списка Этель задумывалась совсем немного, а некоторые вообще стали для неё открытием. Такое глубокое понимание не мог не отметить и владелец дома, быстро нашедший общий язык с Маркусом.

Несколько раз Этель пыталась втянуть в разговор и Тараса, который с момента своего прибытия сюда, кажется, не произнес ни слова. Этель упоминала, что именно Тарас был тем, кто очень сильно помог ей в самом начале и дал множество ценных советов и рецептов, сделавших алхимию весомой статьёй доходов её бизнеса внутри игры. Все эти попытки разбивались об односложные, короткие ответы. Даже немой Дагир издал больше звуков, чем сидящий напротив него брат.

Он активнее включился в разговор после того, как за столом отошли от темы Домов Бессмертного в пользу самого мира виртуальной реальности. Дагир был тем, кто мог лучше любого другого оценить его по достоинству. В руках у него появился телефон, и он начал показывать сделанные в игре снимки. Каждый он сопровождал целой серией жестов, которые озвучивал Маркус. Дагир пытался объяснить чувства, которые он испытывал в тот момент, когда запечатлел эти кусочки Дастриуса. Для большинства людей, сидящих за столом это было чем-то очень захватывающим, но непонятным. Обычный человек часто не может описать собственные ощущения, даже когда он просто лежит неподвижно. Люди просто не задумываются об этом, не обращают внимания, а ведь каждую секунду человек испытывает целую гамму ощущений. Стук своего сердца, движение диафрагмы, наполняющей легкие воздухом, чувство собственного веса, ощущение потоков воздуха, улавливаемых кожей. И всё это лишь часть того, что человек может ощутить просто лежа на полу. Сколько же всего он может почувствовать, находясь в движении? В необычной среде? В экстремальной ситуации? Порой даже Маркус затруднялся с переводом жестов своего брата и тогда на помощь приходил Тарас, объясняющий все тонкости того, что хочет донести до слушателей его брат.

Дастриус действительно дарил целую гамму ощущений, которые невозможно или практически невозможно испытать в реальности. Обсуждение этих тонкостей плавно перетекло на не застекленную террасу. Весна уже полноценно вступила в свои права и на улице было достаточно тепло чтобы там можно было выпить горячий напиток с каким-нибудь десертом.

Такое «пиршество» не могло не привлечь внимание некоторых представителей местной фауны — на ограду террасы сел ворон, приглядывающийся к столу. Первым его заметил Дагир, быстро дав понять остальным, что не стоит прогонять или пугать птицу. Он взял блюдце, положил на него небольшой кусочек торта и поднялся из-за стола. Заметив приближающегося человека ворон сделал несколько коротких прыжков, одними лапами, в сторону, но улетать не спешил. Дагир не стал его преследовать, остановившись в паре метров от него. Блюдце с угощением он поставил на перила и медленно пододвинул в сторону ворона. Остальные с интересом наблюдали за происходящим.

Ворон несколько секунд вертел головой, приглядываясь к подошедшему человеку. Дагир замер на месте, оперевшись всем телом на ограду, держа в одной руке телефон. Птица сделала один робкий шажок в его сторону и сразу же замерла, готовая в любой момент взлететь. Дагир краешками пальцев пододвинул блюдце чуть ближе к ворону. Птица продолжила аккуратно приближаться, то и дело замирая с растопыренными крыльями, но человек не двигался. Таким способом птица и добралась до заветного угощения. Дагир не шевелился пока птица трапезничала, достав телефон лишь в самом конце.

Ворон доел последние крошки и бросил взгляд на человека — Дагир, тепло улыбнувшись птице, покачал головой. Будто поняв этот жест, ворон отвернулся, чуть опустил корпус, расправил крылья и взлетел. Парень ещё с минуту делал что-то в телефоне, а потом принес его за стол, показывая самые лучшие кадры на которых был изображен ворон. Дагир оставил лишь несколько снимков, но каждый — достойный того, чтобы быть в каком-нибудь журнале. И платой за них стал всего лишь крохотный кусочек торта.

— Ты выложишь это?

— Может быть, — озвучил Маркус короткий жест брата.

— Выложит куда? — поинтересовалась Верина мама и вскоре дочь с большим энтузиазмом показывала ей аккаунт Дагира в сети, где он выкладывал некоторые из своих снимков. Вскоре к нему прибавился ещё и аккаунт Маркуса, где он выкладывал свои рисунки. Что один, что второй, совсем иначе раскрылись перед новыми родственниками.

Пока все изучали красоту, созданную новыми членами семейства, Этель огляделась в поисках Тараса, который внезапно куда-то исчез.

— Он вышел пройтись по территории, — сказал Маркус, — не нужно, — добавил он, заметив, как девушка собирается встать, — дай ему побыть одному.

Противиться решению Маркуса Этель не стала: он знает Тараса куда лучше неё. Вскоре, вся компания распалась на несколько мелких групп. Илья, его отец и Маркус сели вместе обсуждать бизнес и финансы, Вера вместе с родителями, тетей и Дагиром продолжили изучать работы братьев, Женя отошел поговорить с кем-то по телефону, ну а Юля вместе с Этель отошли на край террасы. Последняя до сих пор была немного удивлена тем, что оказалась здесь на семейном ужине.

— Вот он, — неожиданно произнесла Юля, указав куда-то в сторону.

Этель проследила взглядом в том направлении и заметила идущую вдоль ограждения фигуру.

— И что он там делает? — спросила девушка, отпив из чашки.

— Ищет дыры в системе охраны.

Юля вздрогнула от неожиданности. Она повернулась и увидела стоящего прямо у неё за спиной Маркуса. Как человек таких габаритов вообще может подкрадываться?

— После его первого визита сюда дядя многое изменил, согласно замечаниям Тараса.

— Значит изменит ещё раз. В мире не существует идеальной системы защиты. А Тарас человек, который лучше любого другого может разглядеть эту не идеальность. Он будет находить пробелы и уязвимости в системе охраны каждый раз, когда будет сюда приезжать.

— Зачем? — спросила Этель, — Почему он бродит там один, вместо того чтобы быть тут с семьёй?

Маркус не спешил с ответом. Парень громко выдохнул, не отрывая взгляда от одинокой фигуры брата, что вот-вот исчезнет из виду за гостевым домом.

— Это больше похоже на его нормальное состояние, чем то, к чему привыкли вы. Когда мы только встретились, и он свободно… общался с вами я думал это эффект радости, праздника от нашей встречи. Я очень удивился, когда узнал, что это не временный эффект и он стал так общителен. Наше возвращение, видимо, подтолкнуло его назад, ближе к жизни в Яме, где он мог молчать, без преувеличения, неделями.

— Неделями? — с сомнением в голосе спросила Юля.

— Да, неделями. Тарас был мозгом большей части бунтов и попыток побега. Когда в плане появлялась на первый взгляд неразрешимая проблема, он мог неделями не разговаривать, обдумывая её пока не находил решение. Но он и до этого был молчаливым. Даже его имя — Лок — было дано ему за умение молчать.

— Так просто? За то что он молчаливый?

Тарас рассказывал им про имена в Яме. Они имели там очень большое значение и к вопросу выдачи имени подходили очень серьёзно.

— Нет, там всё было не просто, — Маркус прикрыл глаза и на его лице отразилась невыносимая печаль, — то был последний раз, когда появились отказники.

— Отказники?

Маркус кивнул и открыл влажные глаза.

— Да. Когда ты попадаешь в Яму с тобой будет ещё две-три сотни одногодок. К пятнадцати их в лучшем случае останется два десятка. И будь у тебя выбор, ты бы лучше зашел в газовую камеру, чем ступил на холодный песок против любого из них.

К тому времени ты столько испытал, столько пережил, ненавидишь Яму и её создателей так сильно, что готов вытерпеть всё: голод, жажду, лишение сна, любую боль, даже лишение воздуха — нет ничего, что могло бы заставить тебя выйти на бой и драться с братьями. Кроме одного.

Старшие защищают младших — это был главный закон в том кодексе правил, что мы для себя выстроили, чтобы не превратиться в животных. И именно он был причиной, по которой старшие продолжали сражаться. Все знали, что будет, если вы откажетесь сражаться друг с другом.

Но противостояние этому было в то время одной из главных идей: если они не смогут заставить нас биться, то что им делать? Нет ни ставок богачей, ни объективных результатов исследований. Нужно просто вытерпеть и система сломается.

Маркус понуро покачал головой.

— Это были Траск и Хавок. Они отказались сражаться. Не взяли оружие, просто сели друг на против друга. Судья при виде такого неповиновения только посмеялся. Помню, как в тот день в тюремный блок пришла сразу сотня охранников, за младшими, за теми, кто окреп достаточно чтобы вытерпеть истязание, но ещё не прошёл свой первый бой — им даже восьми не было. Старшие из нижней части блока пытались их подбадривать, объясняли зачем всё это и как проще пережить предстоящую боль. Их повели наверх, на арену, чтобы взбунтовавшиеся видели своими глазами цену своего решения, а в тюремный блок транслировались звуки оттуда. — пальцы Маркуса крепко сжали деревянные перила, затрещавшие под давлением такой силищи, — За непокорность старших всегда истязали младших, кто ещё не привык к пыткам. В тот раз, им сдирали кожу со спины.

— Господи…

Юля прикрыла лицо руками, пытаясь спрятаться от возникших в голове картин, пока Этель старательно рассматривала доски под ногами, преследуя ту же цель.

— Траск и Хавок продержались два дня. Два дня они слушали как кричат и плачут младшие братья, которые оказались там по их вине. За это время их успели один рас усыпить и накачать жидкостью и пищей, а потом снова бросили на арену, чтобы они проснулись под крики младших.

Никогда не забуду те два дня. Никто не спал. Мне было страшно, я боялся оказаться на их месте, что рано или поздно придут за мной. Помню, как эти мысли прервала тишина. Не беззвучная, из динамика слышалось сопение истязателя, этот противный, ужасный звук отрываемой кожи, но всё это казалось оглушительной тишиной после двух дней беспрерывных криков. Один мальчик смог вытерпеть. Не издать ни звука, чтобы облегчить муки совести для старших братьев. Доказать, что систему можно сломать.

— Тарас…

— Да, это был твой брат.

— А что было дальше?

— Через минуту Хавок раскроил Траску череп.

Обе девушки удивленно уставились на него.

— Подожди, разве не в этом и была суть вашего плана?

Маркус сделал длинный выдох и отпустил перила, оставив на них едва заметный след.

— Они поняли, что их план был обречен на провал. Даже если вдруг начнут появляться те, кто способен вытерпеть боль, им не дадут выжить, не позволят стать примером для других. В тот момент, когда они не услышали криков, всё и решилось: они либо начнут схватку, либо того мальчика наверху будут мучать пока не заставят его кричать или он не умрёт от полученных ран.

Ещё один из старших погиб. Но именно в тот день и появился Лок — один из будущих лидеров Ямы и, как выяснится позже, тот благодаря кому она будет разрушена.

Загрузка...