Торговец мусором

Глава 4

6 июля 20** года.

Рассвет у Зеленой поросли.

Всю ночь я ехал. Медленно. Берег раненого Баара и подвеску "Амарока". Скорость — черепашья. Иногда останавливался, когда понимал, что засыпаю за рулем. Спал урывками, прислушиваясь к звукам степи. Баар стонал во сне, но талисман с кивающей головой из рук не выпускал, казалось, он приносил ему утешение.

Под утро, когда первые лучи солнца прорвали горизонт, окрасив небо в бледно-розовый и золотистый, мы наконец добрались до первых деревьев — не просто рощи, а кромки густого тропического леса, где стволы гигантов, обвитые лианами толщиной с руку, вздымались ввысь, теряясь в плотном пологе листвы, шелестящей на утреннем ветру. Я остановился у этой зелёной стены. Из джунглей мощным потоком несла свои воды река, я бы даже сказал — Река! До противоположного берега был километр не меньше. Река выходила из джунглей и скрывалась за горизонтом степи.

Я вышел из машины. Воздух здесь был влажным, тяжёлым, пропитанным сырой землёй, гниющими листьями и незнакомой, дурманящей сладостью, смешанной с пряным ароматом цветов, что цеплялись за штаны колючими шипами. В тени джунглей мелькали стайки ярких бабочек с крыльями, переливающимися, как осколки радуги, и низко жужжали крупные насекомые. Я начал осторожно пробираться сквозь густой подлесок — чтобы найти тропу, по которой можно проехать. Вскоре наткнулся на приличную тропинку и следы. Не следы тираннозавра, ежики мочёные. Человеческие — босые отпечатки с загнутыми пальцами. Тут явно шли такие же охотники, как Баар

Я вернулся к машине и осторожно потряс Баара.

- «Люди. Твои. Близко» — свои слова я сопровождал жестами.

Баар, несмотря на боль, мгновенно пришел в себя. Он указал рукой вглубь леса и начал издавать низкие, гортанные звуки, похожие на короткие команды. Я понял: он дает мне указания куда двигаться.

— Подожди, Торопыга! Я и сам хочу познакомится с твоей цивилизацией, но сейчас у нас есть важное дело! — жестами успокоил я Баара.

Я понимал, что время работает против нас: отёк на ноге Баара уже заметно усилился, кожа вокруг сустава натянулась лоснящейся, багровой пленкой, а пальцы холодели от сдавливания сосудов — классика посттравматического синдрома. Нужно срочно заняться вправлением. Я аккуратно раскрутил ту быструю давящую повязку, которую наложил у туши тираннозавра, чтобы не усугубить ишемию, и осмотрел повреждение. Применив базовые знания из армейской травматологии и курсов первой помощи (спасибо инструкторам спецназа и тем же YouTube-видео), я пальпировал голень и коленный сустав: проверил стабильность костей — исключил перелом по отсутствию деформации. Это сильный задний вывих — суставная капсула набухла. Прошло уже приличное время после травмы, риск отслоения хряща или повреждения сосудов при манипуляции возрос, идеально было бы рентген и хирург с наркозом, но тут нет ни того, ни другого. Рисковать придётся: без вправления — атрофия мышц и инвалидность для охотника; с вправлением — 60–70 % шанс на функциональное восстановление. Я начал объяснять Баару процедуру жестами: показывал на опухоль, изображал — «дернуть и зафиксировать», мимикой передавал «ОЧЕНЬ БОЛЬНО, но потом бегать как тигр!». Он не понимал по-русски, а пробовать английский или латынь (медицинские термины вроде «reductio luxationis») смысла не было — языковой барьер. «Мочёные ёжики! Придётся в "Крокодила" играть!» — усмехнулся я про себя, прыгая на одной ноге, как хромая утка, потом резко дёргая воображаемую конечность с гримасой боли и финальным «всё хорошо!». Через полчаса пантомимы Баар закивал, сжав кулаки в знак готовности терпеть. Я сделал глубокий вдох, совмещая переговоры с постоянным сканом окружения — память о тиграх и тираннозавре ещё пульсировала нервным тиком во всем моем организме. Надел стерильные перчатки из аптечки, зафиксировал Баара ремнями от рюкзака в положении лёжа на спине с выпрямлённой ногой, подложив импровизированный валик под колено для расслабления. Сжал зубы, зафиксировал бедро коленом, одной рукой стабилизировал голеностоп, другой взялся за верх голени — и резко, плавно потянул с лёгким поворотом наружу, одновременно надавливая большим пальцем спереди на сустав. Раздался влажный хруст — сустав встал на место с характерным «клацаньем», как будто вернулась пружина. Баар взревел, дико, по-звериному, глаза его налились кровью, полные ярости — взгляд тираннозавра в миниатюре, мускулы напряглись, как стальные тросы. Хорошо, что копьё и нож отобрал заранее, иначе бы проткнул меня на рефлексе. Сердце у меня заколотилось, ладони вспотели, но я удержал фиксацию, пока не почувствовал, что пульс на стопе восстановился, цвет кожи порозовел. Через минуту Баар осторожно пошевелил пальцами — они послушно дрогнули, — попробовал стопой: лёгкое сгибание без блока. И вдруг — улыбка! Широкая, облегчённая, с блеском в глазах. Он что-то пробормотал на своём наречии, хлопнув меня по плечу так, что плечо заныло. Я заново наложил эластичный бинт с умеренной компрессией снизу-вверх (чтобы не пережать лимфоотток), добавил холодный компресс из бутылки с водой и зафиксировал шину из подручных реек на 48 часов покоя. Жестами строго показал: «Не прыгать! Не бегать! Иначе, ёж твою медь, вывихнётся снова и ампутация светит!».

Баар кивнул. Ему было по-прежнему больно, но он понял, что теперь одноногим он не будет.

Вот теперь можно двинуться на поиски дома Баара. Я помог загрузится Баару в машину и сам сел за руль. "Амарок" медленно двинулся по еле заметной тропе, не знаю человеческой или звериной, но машина хоть с трудом, но пробивалась в глубь джунглей. Стволы деревьев смыкались над машиной.

Весь оставшийся день я продирался сквозь этот проклятый лес. Кроны деревьев смыкались над головой, и мы ехали в сумерках. Хорошо, что у меня мощные фары и я не постеснялся сразу врубить и дальний свет и противотуманнки. Я продвигался, насколько это вообще было возможно, вдоль берега большой реки. Ёж твою медь, это было настоящее испытание для "Амарока"! Ветки хлестали по кузову, каждый метр давался с боем, но я понимал: в этой гуще мы — легкая добыча и пешком идти по лесу гораздо опасней чем ехать в стальной машине. Наступило утро и вскоре прямо по курсу нашего движения появилась еще одна водная преграда. Приток в Большую Реку — Малая река.

Баар проснулся или очнулся и стал жестами мне показывать, что нужно теперь повернуть на 90 градусов вправо и двигаться в верх по этому притоку. Я жестами попытался выяснить, как долго нужно идти. Слов конечно мы друг друга не понимали, но так как я с друзьями в детстве, в Клубе «Лавина» часто играл в игру «Крокодил», где жестами нужно было показывать слова то сильно поднаторел в этом деле, стал «мастером спорта». Я махнул рукой в сторону куда показывал Баар, а потом пальцами изобразил шагающего человека в ту сторону. Потом показал на солнце и провел рукой, что солнце садится после этого стал показывать по очереди пальцы: один, два… Баар подумал и потом мне показал раскрытую пятерню… а потом еще два пальца, но второй раз не очень уверенно опять показал пять пальцев. Ну что ж все понятно, не менее пяти, но и не более десяти дней пехом по джунглям вдоль реки. Я еще раз глянул на джунгли, которые становились все гуще и гуще и понял, что на «Амароке» я туда явно не проеду или если себе буду пропиливать дорогу, то она займет не менее месяца.

«Надо найти место и сделать укрепленный лагерь, мочёный ёжик! Нужно место на то время, пока Баар будет выздоравливать. Вылечу его тогда все легче будет решить, что делать, мобильность наша возрастет. Да и четыре руки всегда лучше двух» — думал я.

Мы продвинулись на «Амароке» еще в верх по притоку, углубляться в джунгли было все труднее и труднее. И вот нам улыбнулась удача, мы доехали до удобного места. Это был выдающийся мыс, настоящий миниполуостров, который высокими обрывами вдавался в русло притока. А от основного леса его отделял только маленький, узкий перешеек, по которому спокойно проехала моя машина. Идеально!

Я загнал "Амарок" на середину этого мыса. Заглушил мотор, и тишина тут же обрушилась на нас, нарушаемая только тихими стонами Баара, все-таки тряска при езде ему очень была не приятна.

Смеркалось, я устал сильно, Баар тоже измучен болями в ноге и тряской на заднем сидении, поэтому мы решили ничего сейчас не делать, а просто поспать, утро вечера мудренее. Ночь мы провели тревожно. Баар немного поспал, но я так и не смог заснуть по нормальному. Каждый шорох в лесу на перешейке, каждый всплеск воды заставлял меня инстинктивно открывать глаза и вскидывать ружье. Я не выпускал его из рук, помня о зубастых тираннозаврах и саблезубых котятах.

7 июня 20** года. Утро в джунглях.

Мыс и Первая Крепость

Наконец, настало утро. Усталость была, жеванные ежики, но уже не такая сильная как вчера, все-же отдых в полудреме немного дал отдыха организму. Но устал, не устал — нужно действовать.

«Так. Утро. Баар, спи. Сначала — разведка, потом — укрепление. Нужно сделать этот перешеек максимально непригодным для любой местной пакости, которая решит зайти ко мне на огонек. Это должно стать моей крепостью, «бастионом Сан-Жермен» в этом, еж твою медь, новом мире» — буркнул я себе под нос и начал собираться на вылазку по округе.

Баара я закрыл в «Амароке», не броневик, но хоть какая защита пока меня нет.

Помповик, Макарыч, мачете на поясе. Я достал свой метровый Fiskars (лучший топор, который я мог привезти из своего старого мира) и приторочил его к маленькому рюкзаку. Ну что ж, я готов к мини разведке — посмотреть, что в метрах ста от перешейка находится, заодно и ресурсы разведаю, что потребуются для забора. Соблюдая осторожность, постоянно оглядываясь не забывал смотреть под ноги, да еще вверх. Короче косоглазие и шизофрения на основе жесточайшей паранойи. По-другому и не скажешь. В общем лес, странноватый как по мне. Хвойных нет, а вот пальмы есть, и они соседствуют со всякими лиственными деревьями чуть ли не березками. Есть еще деревья или высокие кусты все с листьями, как у пальмы, но похожи на хвостик у ананаса. В общем сразу понятно, что это «не наш лес». Но что приятно никаких страшных животных я не встретил — ни динозавров, ни тигров. Что меня сильно обрадовало.

Вернулся к машине. Баар уже тревожно оглядывался из салона автомобиля, видно меня потерял. Я подошел и успокоил его, все нормально. Жестами показал, что тираннозавра поблизости нет. На что мне Баар, как мог жестами показал, что динозавры в лес не заходят, только в степи живут, но как говориться #ноэтонеточно. Хотя логическое объяснение этому тоже есть: таким огромным тушам в лесу не развернуться, застрянут между деревьями.

Продолжили лечение Баара. Полное лечение вывиха требует комплексного подхода — RICE-протокол (Rest — покой, Ice — холод, Compression — компрессия, Elevation — возвышение). Аптечка у меня солидная: нашёл тубу с диклофенаком-гелем, нанес толстый слой на колено, растирая круговыми движениями снизу вверх для лимфодренажа, чтобы снять отёк, дал ему таблетку ибупрофена. Все эти процедуры проделал быстро и постоянно мониторил ситуацию вокруг. Пациент пусть идет на поправку естественным путем и пока временно забота о вывихе у меня уходит на второй план.

Сейчас у меня ситуация, как с кислородными масками в самолёте: сначала взрослый сам себе оденет маску — укрепить оборону, поесть, восстановить силы, — а уж потом ребёнку (Баару) маску надевать — продолжать лечить. Если «взрослого» кондратий хватит, ребёнку кирдык.

Так что сначала безопасность! Закинул помповик за спину и с фискарсом пошел рубить колья. Пока делал разведку рядом нашел идеальные деревья для будущего забора — что-то среднее между березкой и кленом. Ствол гладкий, как у березы, но листья мохнатые и резные, как у клена, очень здоровые правда листья, как лопухи. Ёж твою медь, что за флора тут растет! А ладно, главное, что стволы ровные, длинные и прекрасно подходят для кольев.

Я рубил их под два с лишним метра, заострял с одной стороны, как карандаши. Нарубил больше двух десятков.

«Теперь вколачивать, мочёные ёжики!», но подумав еще чуток, понял, что это будет трудновато и пошел за лопатой. Покопался в кузове «Амарока» и среди сельхоз инструмента, к удивлению обнаружил приспособление для копания ямок под столбы. Вспомнил, что когда нам делали забор вокруг коттеджа то прораб, с моего разрешения, купил данный девайс. Ну нет повода не порадоваться и не применить его по назначению. С этим приспособлением, мягкая земля джунглей копалась просто мгновенно. Не успел устать, а все лунки по перешейку вырыты. Между двумя кольями в середине сделал достаточное расстояние, чтобы проехал «Аморок». Тут я поставлю ворота.

Колья установлены. Следующий этап — колючая проволока. Какое счастье, что я приготовил ее для огорода рядом с дедушкиным домом! Купил моток пару лет назад, а все не мог разобраться с делами и огородить там деляночку под зеленушку. Так что большая бобина лежала в кузове, и вот дождалась, для использования по назначению.

«Вот и пригодилась, жеванный ёжик. Лучше бы я ее всю купил в том магазине, ведь продавец говорил, возьмите две, а то вдруг метра не хватит, а я все нос воротил. Ладно мы так тут все экономненько сделаем. Семь раз отмерь!» — с грустью подумал я, глядя на моток колючей проволоки. Хотя по виду он и не маленький.

Я в четыре ряда натянул проволоку поперек перешейка, обкручивая каждый раз вокруг кола. Колючки забивал обухом топора для большей крепости, хотя позже еще по гвоздику вобью, чтобы уж совсем железобетонно. Проход, где планировались ворота пока тоже проволокой затянул. Ворота потом, еще успею. Получилась довольно прочная, неприятная преграда в рост взрослого человека.

Но и этого мало. Если, зверь вроде тигра решит перепрыгнуть, он просто перемахнет через проволоку. Нужны противотанковые (или, точнее, противозвериные) заграждения. Я нарубил еще кольев покороче и заострил их с обоих сторон — это будут мои «ежи».

Каждый «еж» собрал из трех кольев, и скрепил обычной стальной проволокой, закручивая ее плоскогубцами до упора.

Что ж, получилась прекрасная штука. Сначала — забор с четырьмя рядами колючей проволоки. Сразу за ней пока редкий частокол из кольев, а затем, на земле, — ощетинившиеся ежи. Если враг или хищник попытается перелезть или перепрыгнуть, он напорется на них.

Лагерь укреплен. Крепость «Ёжик» готова к приему гостей. Теперь можно, наконец, заняться обустройством быта. Но это уже завтра, и сил нет и ночь наступает. Мы совершенно не ЗОЖевски с Бааром поужинали пряниками и запили водой. «А он такой же сладкоежка, как и я» — с этой юмористической мыслью я погрузился в тревожный сон.

8 июня 20** года.

Крепость-госпиталь «Ёжик».

Когда я вздрогнул и открыл глаза то увидел, что Баар уже проснулся. Он сидел не в машине, а рядом на земле, в руках его было копье (нашел в кузове) и по его лицу было видно, что нога болит, но он изо всех сил старается это скрывать. И явно он сейчас на посту бережет мой сон. «Респет, Баар!»

Он с интересом, но без единого звука, наблюдал за мной. Я быстро встал умылся, быстро почистил зубы. Зарядку не стал делать.

Я подошел к Баару.

— «Ну как твои дела, Баар? How are you?»

Он, конечно, не понял ни слова. Я показал на его опухшую ногу и поднял брови, изображая вопрос: «Как?»

Он сморщил лицо, четко показывая: «Больно».

Я успокаивал его, гладя ладонями по плечу: «Нормально, нормально. Скоро будет лучше».

Я быстро развернул свой походный быт. Достал из кузова раскладное кресло и предложил ему пересесть:

— «Лучше сиди здесь. Настоящий пляжный отдых, мочёный ёжик».

Баар с удовольствием сел в это чудо цивилизации, сразу расслабившись. Я же, пока есть время, растянул тент между «Амароком» и ближайшими деревьями. От солнца, хотя листва и без того густая, и от возможных дождей.

Затем — завтрак. Я достал складной стол, еще один стул. Установил газовую плиту, разогрел воду из бутылки, привезенной с Земли. Приготовил чай. Потом поставил кастрюльку отварить пару пакетиков гречки и с тушенкой навернуть. А то пряники конечно я люблю, но организм давно просит, еду посущественней в желудок закинуть. Да и для Баара нужна сытная еда, чтобы выздоравливать. Пока варится гречка. Я решил попить душистого чайку.

Я протянул Баару горячую железную кружку.

Он схватил ее, тут же выронил и отдернул руку. Лицо — шок.

— «Ох, ёж твою медь! Извини! Я не подумал!»

Я порылся в вещах и дал ему другую кружку — фаянсовую.

— «Не роняй, жеванный ёжик, разобьётся!» — сказал я, сопровождая слова жестами.

Он с благодарностью принял фаянс. Мы попили чая, навернули гречку с тушенкой. Тут ожидаемо тоже без цирка не обошлось, мой «Пятница» наотрез отказывался есть «коричневую кучку» в тарелке. Он даже, выглядел обиженным. Но я дал ему сначала понюхать… еле заставил. А потом сам стал наяривать кашу ложкой и поглаживать живот. В общем «дядька», который не «тетка» заставил Баара попробовать гречку… И после нескольких секунд раздумья, он схомячил свою порцию со скоростью снегоуборочной машины. В том смысле, что он ел руками. «Дикарис! Ну ничего со временем — приучу!» — с усмешкой смотрел на Баара и думал я.

Укрепились, отдохнули, поели, вот теперь можно и ногой заняться. Где там моя аптечка!