Свод Единства. Ломая судьбы. Том 2

Черный меч алхимиста

Группа медленно продвигалась вперед. Отчасти из-за того, что Жазэль не умела ездить верхом. Первый час в дороге Оррмарин беспрерывно объяснял и показывал ей азы управления лошадью. Начиная от того, какие элементы сбруи как называются и заканчивая мелкими нюансами управления. Прыгала она на седле невпопад. С этим пришлось провозиться дольше всего. Хотя, подстроиться под ритм лошади у девушки так и не получилось, но она хоть поняла, что к чему. Еще два часа она то ускоряла лошадь, то замедляла ее. Поворачивала, больше, чем нужно, влево или вправо. Девушка вся промокла от напряжения. Некоторые моменты, которые были ей совсем не понятны и которые не получалось понять даже после того, как Оррмарин объяснял их по несколько раз, поясняли ей другие члены группы. Эйр объясняла все просто. Наверное, Жазэль даже лучше ее понимала, чем Оррмарина, который давал лишнюю смысловую нагрузку. Говорил десятью словами то, что Эйр могла сказать одним. Ладно, двумя, ведь одно было ругательное. Клерк поняла, что вообще ничего не понимает в верховой езде. Как она проскачет несколько дней? И это при том, что сабазадонка заранее сказала, что к вечеру она даже не сможет ходить нормально. Жазэль уже была совсем не рада тому, что отправилась в такое рискованное путешествие. Здесь все чувства, на самом деле, перемешались. Сначала она была категорически против такого предприятия. Потом, когда узнала, что у врага есть бог, то страстно желала, чтобы меч раздобыли, как можно скорее. Но страх никуда не делся. Просто желание оказалось сильнее него. Потом Максуд назначил ее главной. Радость. И страх. Ответственность? Нет, ее давления девушка не ощущала вообще. Лишний раз не нужно было напоминать, что от их успеха может зависеть жизнь каждого воина в крепости. Наверное, когда ты постоянно под угрозой смерти, то такое давление рано или поздно перестает сковывать тебя страхом. Так что, давления от того, что ее назначили командиром, она не ощущала. Тем более, что в случае боевых действий командование переходит к Эйр. Именно поэтому ее и было решено подключить к операции. Эстэль хорошая Творящая, Румадэу прекрасный воин. Но Эйр — могла стать генералом. Так сказал Максуд. Жазэль в тот момент посмотрела на сабазадонку. Ожидала увидеть какое-то выражение лица, соответствующее такой похвале. Но ничего не увидела. Похоже, для самой Эйр это был не комплимент, а сухая констатация факта. Это немного успокоила Жазэль. Значит, на Эйр можно положиться. Хорошо. Так что, переживать ей не о чем. Когда все спокойно — она главная. Когда опасность — Эйр. Выполняй просто ее команды и все. Что тут сложного?

Жазэль больше переживала о том, что она сильно тормозит группу. Девушка ведь совсем не умела ездить верхом. И лошади казались ей… необычными. Красивыми, но такими, которыми лучше любоваться на расстоянии. Сейчас же она скакала на одной из них. Или просто пыталась удержаться в седле. Для нее пока это одно и то же. Но ее опасения оказались напрасными. По карте у них было задано направление. На местности же конкретный участок пути они могли пройти разными способами. Поэтому группа выбирала наименее опасный путь — через леса. Или по окраине леса. Быстро скакать там никак не получалось. Так что, обучение Жазэль вообще не мешало команде. Даже наоборот, вносило какое-то разнообразие и разряжало напряженную обстановку. Несколько раз Эйр заливалась смехом. Оррмарин брал перерыв, чтобы обдумать, как еще можно объяснить какой-то момент Жазэль. Эстэль иногда вставляла пару едких комментариев, но не обидных. В тему. Один только Румадэу держался молча. Но пару раз Жазэль удалось расслышать и его смешок или хмыканье. Впереди группы расположилась Эйр. За ней Эстэль. Жазэль и Оррмарин по возможности скакали рядом. И замыкал группу чемпион.

Пару раз Эйр останавливала команду и Эстэль зажигала глаза. Еще пару раз они углублялись в лес. В такие моменты внутреннее напряжение Жазэль достигало предела. Ей даже страшно было подумать, как она себя будет чувствовать, когда окажется в реальной опасности. Наверное, так же, как и тогда, когда она убегала вместе с армией из Минерино. Те события она помнит, как в тумане. И это хорошо. Лучше бы их вообще забыть. Девочку, быстрохода, амалионов, гравалионов…

Сабазадонка в очередной раз призвала остановиться всю группу. Она спрыгнула с коня и направилась в лес. Через десять минут ожидания, Эйр вернулась. Раздала всем сломанные веточки какого-то вонючего дерева. Приказала сорвать ягоды и растереть ладоши, шею и кисточки ног. Жазэль и Эстэль запротестовали.

— Вы хотите выжить или быть съеденными теми тварями? — насупилась Эйр. — Вы погубите всю группу. Быстро намазались!

Пришлось прислушаться. Черный сок из этих ягод вонял еще сильнее, чем листья и ветки.

— И не вздумайте выбрасывать ветки! — говорила Эйр. — Прикрепите их куда хотите, но они должны быть всю дорогу с вами. Я проверю.

Она запрыгнула на коня, прикрепляя ветки к своим сумкам. Все последовали ее примеру. Затем Эйр взяла круто вправо, и они снова пошли лесом. Жазэль видела маршрут на карте. Там присутствовали резкие повороты, но не так быстро. Совсем не так.

— А почему мы повернули? — спросила девушка. — Маршрут в начале пути более ровный.

— Как и твои извилины. Они более ровные. — улыбнулась Эйр.

— Она имеет в виду, что мы специально отклонились от маршрута. — пояснил Оррмарин. — И специально сразу же не замаскировали свой запах теми зловонными ягодами. Мы пустим врага по ложному следу.

— Нас будут преследовать? — чуть не сорвалась на крик Жазэль.

Как это? Они вышли ночью, их никто не видел. Кто будет за ними гнаться? Гнаться? Может, им уже наступают на пяты? Жазэль привстала в седле, чтобы оглянуться.

Сабазадонка увидела это движение клерка.

— Нет, нет. Засаду они сделают впереди. — сказала Эйр, улыбаясь сама себе.

Жазэль посмотрела на Оррмарина круглыми глазами.

— Она шутит. — тихо произнес воин. — Иногда шутки разряжают обстановку.

Ничего себе разряжают! Ничего себе шуточки! Сердце из груди Жазэль отчаянно рвалось на волю. Девушка вытерла холодный пот со лба. Она не трусиха. Но сейчас ей было определенно страшно. Очень. Почти, как от ужаса Творящих. Даже волосы взмокли. Тошнота подступила к горлу. От самой мысли о том, что за соседними деревьями могут скрываться амалионы, становилось не по себе. Жазэль вздохнула. Наверное, сегодня будет день вздохов. Девушка поерзала в неудобном седле, которое натерло уже все места. А еще оно скрипело. Жутко. Этот скрип начинал сводить с ума. Жазэль снова вытерла пот с лица.

Под утро Эйр велела всем остановиться. Жазэль снова вздохнула. Какой из нее командир? Пока передвигаются, Эйр берет командование на себя. Если начнется заварушка, то снова она будет командовать. Что же решала сама Жазэль? Вздох. Очередной. Почему Максуд назначил ее главной? Она ведь ней не являлась. Все люди в отряде в сто тысяч раз опытнее ее самой. И вообще, почему Максуд всюду берет ее с собой? Девушку снова начали одолевать негативные мысли.

— Слезайте. Привяжите коней. Чемпион, проверишь коня Жазэль. — Эйр первая спрыгнула с коня. — У нас есть немного крупы. Попробуем ее приготовить, пока есть возможность готовить. Припасы, которые можно есть на ходу, оставим на потом. Ясно?

Жазэль кивнула. Все логично. Оррмарин помог ей встать с коня, когда сам устроил своего возле тонкого высокого дерева. Он вынул из кармана небольшое яблочко и вложил в руку девушки.

— Спасибо. — улыбнулась Жазэль.

То, что ей сейчас было нужно. И подкрепиться, и фигуру не испортить.

— Это не тебе. Ему. — кивнул молодой человек в сторону коня клерка.

Жазэль покосилась сначала на коня, потом на Оррмарина. Тот еще раз кивнул.

— Дай ему сама. С рук.

Жазэль округлили глаза. Лезть в рот тому большому зверю? Она замотала головой. Оррмарин закивал в ответ. Она снова замотала. Воин взял ее под локоть и вытянул ее руку перед собой. Мягко подвел к коню. Девушка закрыла глаза. А, почувствовав теплое дыхание в руку и влажное прикосновение, чуть вскрикнула и отдернула руку. Она открыла глаза. Оррмарин качал головой, а конь довольно хрустел яблоком.

— Они любят угощения. — сказал Оррмарин.

— Все их любят. — подправила Жазэль.

— Хоть по тебе этого и не скажешь. — встряла Эйр. — Оррмарин, ты знаешь, как выглядит белое бездымное дерево для костра? Отлично. Насобирай. Я тоже пойду. Чемпион! Ты остаешься в лагере. Эстэль, ты тоже. Жазэль, выдели порции, миски, ложки и котелок.

Задания получены. Оррмарин и Эйр ушли в разные стороны. Эстэль села под дерево. Она и не думала помогать Жазэль с ее хлопотами. Чемпион сказал, что должен заняться разведкой, от лагеря отходить далеко не будет. Жазэль стало совсем страшно, когда они с Творящей остались одни. В этом густом лесу и так было неприятно находится. Но, когда большая часть группы разошлась, то это ощущение стало намного сильнее.

— Она правда аннэ? — спросила Творящая.

Жазэль поводила глазами. О чем это она спрашивает? Аннэ Сандрин Андрекорв как-то с этим связана?

— Кто? — спросила девушка, вынимая из сумки крупу.

— Сандрин.

— А почему ты у нее не спросишь? — подняла брови клерк.

— И что она мне скажет? Конечно, будет утверждать, что так оно и есть. — пожала плечами Ревиаль.

— Если ее все называют аннэ Сандрин Андрекорв, то, наверное, так оно и есть.

— Ага. Я знавала одну Творящую, которую называли Месть Ночи. Ты думаешь, что она за нее на самом деле мстила? — Эстэль вздохнула.

— Сандрин никогда не врала. Нет, врала. И часто. Но с корыстью. — подняла указательный палец Жазэль, как будто этот жест оправдывал Сандрин. — Но на счет своих заслуг она скорее могла преуменьшить, чем наоборот.

Эстэль рассмеялась.

— Сандрин? Такая с фиолетовыми глазами и волосами? Мы об одной и той же Творящей говорим? Творящая, которая преуменьшает свои заслуги? — Эстэль снова рассмеялась. — Надо будет рассказать Дэзирэ, посмеемся вместе.

Жазэль подняла взгляд на нее. У той спала улыбка с лица. Наверное, сказала по старой памяти. Повисла тишина. Только Жазэль цокала посудой. С Ревиаль они больше не говорили. Вскоре вернулся Оррмарин с приличной охапкой толстых веток. Эйр пришла чуть позже, когда он уже развел огонь. Солнце поднялось достаточно высоко, и Жазэль только радовалась, что они находятся в тени леса.

— А этот где лазит? Я же велела ему оставаться в лагере. — недовольно бурчала Эйр.

— Этот не отходил от лагеря далеко и прекрасно слышал, как два слона протянули ветки к нашему лагерю. — чемпион приближался к ним. — Я нашел воду. Можно пить, сколько влезет, а затем пополнить запасы.

Похоже, что сабазадонка за такую новость могла многое простить. Через десять минут котелок с водой уже грелся на огне. Два рогача сделал чемпион, планку, которую поместили на эти два рогача, принесла Эйр. Котелок висел как раз над костром. Жазэль удивилась тому, что дыма практически не было видно. А вот запах от костра она ощущала. Приятный запах благородных дров. Каждый костер пахнет по-своему. Когда она проходила мимо дорогих заведений в городе, где подавали горячую еду, то там пахло примерно так же. В дешевых заведениях воняло дымом. Поэтому она разделяла костры на благородные и не очень. Этот, по ее представлению, был благородным.

— Давай местами поменяемся. — предложил чемпион девушке.

Жазэль посмотрела направо. Там сидела Эйр. Конечно, сабазадонка слышала предложение чемпиона и теперь пристально смотрела на Жазэль. Румадэу вздохнул.

— Я вижу, как ты принюхиваешься к костру. — пояснил он. — А когда там начнет еще и едой пахнуть… Ветер в мою сторону. Не хочешь, сиди там.

Девушка улыбнулась и поднялась с места. Тем более, так она будет сидеть рядом с Оррмарином. Эйр недовольно смотрела ей в спину.

— Эй, ты не хочешь поменяться местами? — спросила она у Творящей.

Та покачала головой. И злорадно при этом улыбалась.

— Мне рядом с тобой сидеть неприятней. — сообщил ей чемпион, когда уселся по левую руку от сабазадонки.

— Это мне неприятнее. Я готова даже заплатить Жазэль деньжат, лишь бы она пересела обратно.

— А я готов подарить свой меч кому-угодно, лишь бы ты отсела подальше. — довольно провозгласил чемпион.

— Конечно, меч тебе ведь не нужен. Ты бесполезен, что с ним, что без него. Тогда я готова…

— Хватит вам! — перебила их Жазэль. — Сначала мерились, кому неприятнее сидеть друг возле друга, теперь меряетесь тем, на что готовы пойти, чтобы отсесть. Лучше посоревнуйтесь кто дольше промолчит или быстрее уснет. А лучше — и то, и то сразу.

Эйр подбросила дров в огонь.

— Вам нужно заключить союз.

Чемпион и сабазадонка наперебой принялись доказывать глупость такой идеи Жазэль.

— Тихо! — прикрикнула клерк. — Союз на один поход. На несколько дней. И все. Вернемся в крепость… и пусть дальше с вами Максуд разбирается. Мне такие проблемы ни к чему. Ясно? Поэтому прямо сейчас и здесь вы должны договориться. Не говорить плохих слов в адрес друг друга, не подначивать, не оскорблять.

— Все правильно. — добавила Эстэль. — Очевидно же, что вы друг другу будете спину прикрывать, если дойдет до драки. Лучше бы быть уверенным в том человеке, что стоит у тебя за спиной.

Эйр и Румадэу сидели молча. Жазэль хлопнула в ладоши.

— Так тому и быть. С вашего молчаливого согласия объявляю вас на время не враждующими членами нашей команды.

Клерк улыбнулась и потянула носом. Запах костра приятно обволакивал все ее надежды. Убаюкивал бдительность и смягчал беспрерывное ощущение тревоги. Румадэу оказался прав. Через пять минут, когда закипела вода и туда бросили крупу, запах стал еще слаще.

— Что разведал? — спросила Эйр.

Чемпион пожал плечами.

— Это же не я ходил в ту сторону, куда пролегает наш маршрут.

Сабазадонка помешала варево деревянной ложкой. Взяла немного воды и долила в котелок.

— Ну? — спросила Жазэль.

— Что, ну? — выгнула бровь Эйр. — Лес заканчивается в той стороне. Надо оставить здесь лошадей и сходить на разведку. Далее километров сто по степи. Или больше.

— Днем скакать опасно. — подала голос Ревиаль.

— А если только по ночам, то мы будем слишком долго добираться. — подумала вслух Жазэль. — Алхимист скакал двое суток. С перерывами. Но он точно не останавливался на целую ночь. Если мы весь день не будем скакать, то у нас дорога займет минимум трое суток. И еще трое обратно. И день возьмем в запас, на всякий случай. Выходит целая неделя. Сможет Максуд продержаться в крепости неделю?

Она обвела взглядом всех сидящих у костра. Никто ей не ответил. Все смотрели либо в костер, либо себе под ноги. У Жазэль сильнее забилось сердце. Целая неделя. Она еле пережила первую ночь, когда амалионы напали. Наверное, им не продержаться так долго. Двое суток туда и двое обратно. И минус запасной день. Только так. Все нужно сделать быстро, без проволочек. Только туда и только обратно.

— Поскачем днем. — сказала Жазэль, взвесив все «за» и «против».

— Слишком опасно. — покачала головой Эйр.

— А не слишком опасно оставлять их там без надежды? — спросила Жазэль. — Мы рискуем. Но и они там не молочко пьют в тени под деревом. Побеждает только тот, кто рискует.

И откуда у нее столько храбрости набралось? Жазэль еле сдержалась, чтобы не сказать: «Ух, вот это я даю!».

— Не знаю, что умеет их бог, но, думаю, меч Максуду пригодиться. — задумчиво произнесла Эстэль. — И, чем быстрее, тем лучше.

Эйр вздохнула. Они целую ночь удалялись от крепости. Маршрут был проложен так, чтобы не проезжать вблизи населенных пунктов. Крупных. Мелких на карте не было. Амалионам нечего делать в маленьких деревушках. Наверное.

— Ладно. Я тогда соберу других вонючих ягод. И еще возьмем про запас. — согласилась с ними сабазадонка. — Так и пойдем одной группой. Только чуть растянемся. Чтобы быть менее заметными.

— Можем держать дистанцию в километр. — предложила Эстэль.

— Нет. — отрицательно покачала головой Эйр. — Между первым участником группы и последним какое будет расстояние? Нам ни за что не собраться вместе, чтобы хоть какой-то отпор дать врагу. Поедем с дистанцией метров в сто, не больше.

Жазэль не знала, радоваться тому, что ее идею приняли, или нет. Если все получится, то она приняла правильное решение. Если это их только выдаст… тогда она ошиблась. Но до меча нужно добраться быстро — это сомнению не подлежало. Толку будет от той железки, если некому ней сражаться? Почему-то Жазэль была уверена, что совсем не каждый воин сможет убить вражеского бога тем мечом.

Каша получилась не очень вкусной. Соли нет, никаких заправок и всего сопутствующего вкусной еде тоже не было. Хоть так. Жазэль пришлось через силу затолкать в себя огромную порцию, чтобы не чувствовать голода еще длительное время. Эйр порылась в сумках с провизией и выдала каждому рацион на день. Только соленое мясо. Чтобы у каждого было при себе. Чтобы каждый мог подкрепиться, когда захочет. Ведь неизвестно, когда будет следующий привал.

И все же решили отдохнуть два часа. Эйр и Румадэу по часу должны отдежурить. Оррмарина планировалось привлечь на следующей стоянке вместе с Ревиаль.

Жазэль проспала почти все два часа. Рядом с Оррмарином было спокойнее. Она знала, что он во что бы то ни стало попытается ее защитить. А другого ей и не надо. Делать вид, что между ними ничего нет, она не собиралась. Прятаться от членов своей группы не имело смысла. Если кто еще и не знал, что они вместе, так это чемпион. Это ничего не меняло.

По степи скакать надо было быстрее. Заспанной Жазэль удавалось это хуже остальных. Ноги ныли. И не только ноги, почти все тело. Она думала, что сон пойдет ей на пользу, а оказалось, что ей стало еще хуже. Оррмарин посоветовал ей больше двигаться, разминая части тела и гоняя кровь по мышцам. Девушка первое время так и хотела поступить. Но спать она хотела сильнее. К обеду у нее уже затекли ноги и шея. Спина от постоянного напряжения, казалось, вот-вот треснет.

После обеда они вошли в лес. Старый привычный и такой безопасный. Ну, после степи он показался Жазэль очень безопасным. И здесь они держались рядом. А не так, как скакали полдня. Она постоянно оглядывалась и задирала голову, глядя вперед. Ее поставили в середине группы. и она боялась, чтобы группа не расплылась. Теперь все вместе. Оррмарин сказал, что коням нужен отдых. Часа два так точно. Чемпион отправился на поиски воды. Конечно у них с собой были запасы, но лучше их постоянно пополнять. Это Жазэль уже уяснила. Готовить есть никто ничего не планировал. Все время нужно пустить на отдых.

Оррмарин и Эстэль по часу выполняли роль часового. Воды найти не удалось. Это Жазэль узнала уже тогда, когда ее разбудили. В сон она буквально провалилась. Группа снова поменялась лошадьми. Уже во второй раз. Оррмарин объяснял, что это плохо, когда конь должен каждый раз привыкать к новому наезднику, но чемпион был настолько массивен, что нельзя было разрешать ему ехать всю дорогу на одном скакуне. Поэтому Жазэль уже второй раз предстояло приноровиться к новой лошади. Каждая скачет как-то не так. Что именно не так, Жазэль не могла сказать, но бег у лошадей отличался. У нее болели разные мышцы в разных седлах. Или это седла отличались?

Дальше они скакали по окраине леса. Эйр вышла вперед и оторвалась метров на двести. Остальная группа тянулась за ней. Край леса не имел четких границ и оказался какой-то переходящей зоной между степью и, собственно, лесом. Поэтому группа шла не по самому его краю, а немного углубившись, чтобы быть прикрытой редкими деревьями и кустами. Далеко впереди Жазэль видела холм. Или скалу, которая от времени сгорбилась. Она, как и все члены группы, могла изучить карту перед походом. На их пути не должно встретиться никакой горы. По левую сторону от их маршрута и правда размешалась какая-то возвышенность. Но она совсем не касалась к той черной линии, что указывала направление на карте. Поэтому девушка ожидала резкого поворота вправо в любой момент. Но этого не случилось. Когда до холма оставалось совсем не далеко, Жазэль направила коня поближе к Эйр.

— Почему мы сюда идем? — спросила она, когда приблизилась к сабазадонке.

— А почему бы и нет? — парировала Эйр.

— Потому, что на карте у нас другой маршрут.

Конечно, сейчас карта находилась у Эйр, но Жазэль хорошо запоминала увиденное на бумаге.

— А если за нами погоня? — спросила уже сабазадонка.

— И как нам поможет эта глыба?

— С этой глыбы мы сможем увидеть преследователей. — серьезно ответила Эйр.

Жазэль вздохнула. Перспектива увидеть за своей спиной отряд амалионов или гравалионов совсем ее не радовала. Она чуть отдалилась от Эйр, чтобы быть больше защищенной деревьями. И немного удивилась, когда Эйр повела их к горе не напрямую. Они объехали этот холм и, так сказать, с тыльной стороны собирались на него взобраться. На веревке к седлу Эйр был привязан огромный букет из веток с ягодами. Очередные несъедобные ягодки, которые будут вонять еще сильнее, чем предыдущие. Жазэль вздохнула. Поскорее бы они влезли на ту гору.

— Я останусь постерегу лошадей. — предложила клерк.

Сабазадонка усмехнулась и повернулась к ней:

— Это мы все можем остаться стеречь скакунов. А ты уж точно должна быть наверху.

Эстэль подняла брови. Как и Оррмарин.

— Если кто и увидит погоню, так это она. — пояснила Эйр. — Не знаю, как это работает, но орлы могли бы ей позавидовать.

Румадэу оценивающе окинул взглядом хрупкую девушку. Может, от нее хоть какой-то толк будет. Жазэль поджала губу и согласилась со словами сабазадонки.

Дорога наверх заняла многовато времени. Того самого, которого у них не было. Но Эйр уперто настаивала на том, что это нужно сделать. Наверное, когда-то этот холм был все же скалой. Со временем она начала рушиться, ее склоны заносились песком и землей. Кое-где виднелась каменная порода. Но в основном они поднимались по земляной почве, заросшей низенькой травой. Ничего необычного Жазэль на пути к вершине не заметила. На самом верху она присела отдышаться. Такой подъем серьезно ее вымотал. Лучше уж ехать на той лошади, чем вот так карабкаться вверх. Она вытерла лоб и тут же вспомнила, что руки у нее грязные. Принялась тыльной стороной ладони оттирать то место, к которому она прикоснулась.

— Зеркало дать? — спросила Эйр.

— Да. — закивала Жазэль, протягивая руку. — А у тебя есть?

Сабазадонка зацокала языком и неодобрительно покачала головой.

— Я никого не вижу. — сказал чемпион. — Если погоня и идет за нами, то на большом расстоянии.

— Не тебе об этом говорить. Зачем ты вообще вылез? — бросила Эйр. — Жазэль, давай, смотри.

Клерк поднялась. Эйр тут же схватила ее за руку и усадила обратно на траву.

— Ты сдурела? Мы здесь как на ладони.

Жазэль посмотрела на Оррмарина, Румадэу и саму Эйр. Все они сидели на корточках. А она подумала, что они просто отдыхают.

— Ладно. — сказала девушка, одергивая руку. — Куда смотреть?

— Туда, откуда мы пришли. — покачал головой чемпион, ведь как это можно не понимать?

— И откуда мы пришли? — нахмурилась Жазэль. — Тут все какое-то одинаковое.

Эйр вздохнула. Ну как можно вообще не ориентироваться на местности?

— Видишь лес слева? Мы по нему прошли. По самому краю. Вон там он заканчивается. Видишь тот здоровенный дуб. Широкий. Нет, за ним. Да, вот тот. Теперь посмотри вдаль. Синее поле. Видишь его? Вот это и есть наш путь. От синего поля до дуба. От дуба сюда.

Жазэль сосредоточилась. Сначала она провела взглядом по кромке леса вплоть до второго дуба. Если погоня совсем рядом, то ее нужно заметить совсем быстро. Поэтому в первую очередь она решила проверить прилегающую территорию. Затем степь. Конечно, далековато. И то поле, которое они проходили, вблизи вовсе не казалось синим. Как она могла догадаться о направлении, с которого они пришли? Жазэль вздохнула и всмотрелась.

— Группа солдат. Без коней.

Румадэу издал неопределенный звук и подался вперед, прищуривая глаза. Оррмарин тоже напрягал зрение. Эйр и не пыталась. Она прекрасно знала, что Жазэль может увидеть то, что другим не под силу.

— Сколько? Как далеко? — спокойно спросила сабазадонка.

— Они только выходят с синего поля. Еще идут. Надо подождать, пока все выйдут, тогда я скажу примерную численность. — не сводя глаз с горизонта, ответила Жазэль.

Через секунду Эйр не выдержала:

— Ну хоть примерно? Ты же уже их видишь. Сколько их? Уже вышло с поля сколько?

— М… может, человек пятьдесят.

— Они идут или бегут?

Румадэу повернулся к девушкам. Лицо его исказилось в изумлении. Неужели, она и это видит?

— Я бы сказала, что медленно бегут.

— Ладно, подождем. Две минуты ничего не решат. — сказала Эйр и отвернулась от того синего поля.

Внутри у нее все кипело. Но показывать этого было нельзя. Она посмотрела на двух других. Оррмарин выглядел спокойным. Его она считала проблемой. Защищать Жазэль еще как-то можно. И ей этого в какой-то степени хотелось, ведь они, можно сказать, подружились. А вот этот юнец? Зачем он вообще здесь? Ну, умеет он держать меч, и что? Это вовсе не значит, что он отличный воин и справится с дюжиной амалионов. Вся нагрузка ляжет на нее с чемпионом. И Эстэль. Оставалось надеяться, что она очень умелая Творящая. Конечно, в отряде Дэзирэ не должно быть откровенно слабых бойцов, но наверняка Эйр не знала.

— Вышли. — сказала Жазэль и поджала губу.

Девушка нахмурилась, вздохнула, повернула немного голову набок.

— Да говори ты уже! — вспылила сабазадонка.

— Может, сто. Примерно так. — ответила Жазэль.

— Спускаемся. — скомандовала Эйр. — Натремся ягодами. Обвесим ветками лошадей со всех сторон.

— Что будем делать? — спросил чемпион, спускаясь за остальными. — Устроим засаду?

— На сто человек? Ты с дуба рухнул? — не оборачиваясь спрашивала Эйр.

— Я и Творящая — это сила. Ты можешь проследить за этими двумя.

Эйр остановилась, Жазэль подхватила ее за руку и уволокла вниз за собой.

— Сначала меч. — заявила уверенно клерк. — Мы пришли за ним, а не за тем, чтобы драться. Попытаемся уйти от погони. Эйр, на сколько они отстают?

— Амалионы выносливее людей. Они могут долго бежать. Но отдыхать им все же нужно. Мы выигрываем минимум полдня. И движемся мы быстрее. Пока расклад неплохой. У нас еще есть время все обдумать.

— На обратном пути нам не миновать встречи с ними. — сказал чемпион.

— Если мы пойдем тем же маршрутом. — поправила Эйр. — У нас их три. Можем выбрать любой другой.

— И напороться на другие опасности.

— Ты ныть сюда пришел? — спросила Жазэль.

Эйр подняла брови и с уважением кивнула.

— Если мы решим уйти по другому маршруту, то так и сделаем. — поставила точку клерк.

Румадэу насупился. Когда это он ныл? Надо рассмотреть все возможные варианты. Он вздохнул. Хотя девка в чем-то права. Главная их цель — меч. Подраться он всегда успеет. Разве чемпион не найдет момент для славы в крепости, осажденной врагом? Румадэу нахмурился. Теперь уже не чемпион. Победитель. Десять отличий до чемпиона. Он потер лоб.

— Ну что там? — спросила снизу Эстэль, до которой еще предстояло спускаться.

Жазэль слегка улыбнулась. Творящие проявляли нетерпение?

— Погоня. Около ста врагов. — сообщила клерк.

— С черными мечами и щитами? — задала интересующий ее вопрос Эстэль.

Жазэль пожала плечами и покачала головой. С такого расстояния невозможно было разглядеть какие-то детали. Творящая кивнула.

— Они далеко. — пояснила Жазэль. — Эйр говорит, что отстают на полдня.

— Устроим засаду? — спросила Творящая.

— Я так и предложил. — подал голос чемпион.

— А я ответила, что наша первостепенная задача — меч. Именно за ним мы и пришли. — сердито повысила голос Жазэль.

— Значит, встретимся с ними чуть позже. — пожала плечами Эстэль и принялась напевать себе песенку под нос.

Жазэль наблюдала за ней, пока отвязывала своего коня. Беззаботная. Уверенная в себе. Или хочет такой казаться. С этими Творящими никогда не разберешь, что они на самом деле чувствуют. Они могут говорить одно, делать другое, а выглядеть при этом вообще не сопоставимо с тем, о чем говорят и что делают.

— Всем намазаться. Обвесить коней. Сейчас поскачем быстрее. Попытаемся сделать так, чтобы запаха осталось поменьше. — вводила в курс дела Эйр.

— Лошади устанут. — покачал головой Оррмарин, подводя своего скакуна к чемпиону.

— Через километров сорок будем пересекать ручей. Там и передохнут. — сабазадонка оставалась непреклонной.

Жазэль запрыгнула на своего коня. С помощью Оррмарина. Сама она пока еще и не пробовала. И высоко, и ногу нужно сильно задирать. Сложно. Девушка убрала руку молодого воина, которую тот, как бы невзначай, оставил на ее ноге. Солдат вздохнул и направился к своему коню. Группа была в седлах. Эйр поехала впереди.

Два часа они скакали чуть быстрее обычного. Жазэль посмотрела на небо. Далеко за полдень. Сабазадонка впереди остановилась у рощи. Она вынула карту и сверялась с ней. Остальные подошли поближе.

— Что там? — спросил чемпион.

— Поселение. У нас несколько возможностей. — говорила Эйр, все еще глядя на карту. — Сделать крюк и обойти его. Или попытаться пройти вблизи его незаметно.

— А почему бы не сделать маленький крюк? — спросила Эстэль. — Зачем большой?

Эйр вздохнула.

— Судя по карте, поселение находиться между рваных холмов. Или наполовину скал. Либо близко к нему, либо большой крюк.

— А если мы отправим разведчика? — спросил Оррмарин. — Так мы сможем сэкономить много времени.

— Или потерять его, если разведчик сообщит, что в поселении есть люди. — нахмурилась Эйр.

— Если там есть люди, то их нужно предупредить. — заявила Жазэль.

— И что ты им скажешь? — повернулась к ней Творящая. — В мире идет война, берите палки, а то скоро сюда придет сто тысяч амалионов! Хорошенько укрепите свои хижины и запаситесь едой. Так?

— По мнению Максуда все близ лежащие населенные пункты давно уничтожены. — Эйр складывала карту. — Когда армии стягивались сюда, чтобы взять нас в кольцо, вряд ли они оставили кого-то в живых.

— Тогда тем более следует отправить разведчика. — стоял на своем Оррмарин.

— Согласен. Разведчик будет полезен в любом случае. — кивнул чемпион. — Я могу пойти.

— Нет. — покачала головой Эйр. — Ты такой же незаметный как аленький цветочек на снегу.

— Надо, чтобы пошла Творящая. — предложила Жазэль. — Ты сможешь отправить нам крысу, если тебе нужна будет помощь?

— Лучше птичку. — скривилась Эстэль. — Не люблю тех с хвостами. Пусть они почти не настоящие.

— Все, решили. — остановила дальнейшие разговоры Эйр. — Ты на разведку. Оррмарин, покорми лошадей. Мы с чемпионом разойдемся в разные стороны на посты.

Жазэль была не против. Она осталась одна с Оррмарином. Минут десять они беседовали о том и о сем. Девушка наблюдала, как он вынимал корм и делил поровну для каждой лошади. Воин посоветовал ей наблюдать не за ним, а за возможным появлением птички. Тогда девушка сказала, что пусть он и наблюдает. На что Оррмарин ответил, что за одной прекрасной пташкой он уже давно наблюдает.

Прибыла Эстэль. Чемпион не спеша бежал за ней. Эйр тоже подтянулась.

— Никого. Вообще никого. Из живых, я имею в виду. Мертвые там есть. Старые. Молодых нет.

— Набрали себе пополнение и ушли. — опустила голову Эйр. — В путь.

У Жазэль куда и делось хорошее настроение, которое у нее разыгралось, пока они с Оррмарином были одни. Снова в путь. Девушка влезла в седло. Она сразу вынула соленое мясо. Сухое. Тоненькие кусочки. Взяла несколько в рот. Жазэль подумала, что после того, что она увидит в деревне, есть ей вообще не будет хотеться. Поэтому надо было подкрепиться прямо сейчас. Она жевала твердое мясо, наблюдая за прекрасной природой. Конечно, сейчас она совсем не казалась такой красивой, как раньше. Все эти деревья. Разноцветные поля из трав и цветов. Даже этот легонький летний ветерок. Сейчас Жазэль не видела в нем былого изящества. В другое время здесь приятно провести денек другой, любуясь чудесной природой. Но только не сейчас. Теперь она хотела только одного — побыстрее добраться обратно до крепости. Ни о каком чудесном путешествии речь не шла. Опасная вылазка. Рискованный поход. Вот как это называлось. Жазэль сглотнула. Мясо не лезло в горло.

Когда подъезжали к поселку, то Эйр приподнялась в седле, чтобы лучше рассмотреть. Жазэль хотела бы тоже так сделать, но не знала, удержится ли она в седле. Но когда она представила, что может там увидеть, то решила и вовсе отвернуться. Две минуты, и уже все позади.

А ведь здесь могло быть красиво. Поселение находилось внизу, и со всех сторон его обступали высокие холмы. Только в трех местах эти холмы разделялись и там шли дороги. Через два таких места они как раз и проезжали. Впереди завиднелся лес. Жазэль облегченно выдохнула. Еще никогда она так не радовалась тому, что придется уклоняться от веток, убирать их руками, выпутывать из волос мелкую кору или всяких паучков. Лучше уж так. Девушке показалось, что даже Эйр впереди поскакала веселее и чуть быстрее. Группа сократила интервалы. Наверное, сейчас подсознательно каждому хотелось быть ближе к своим. Жазэль не стала исключением. Она скакала по серединке, ее позиция являлась самой безопасной. Хоть это и ни капельки не успокаивало.

Лес. Вот он. Его густая темнота манила к себе. Хвоей пахнуть начало еще задолго до него. Наконец-то! И там будет не так жарко, как на этом палящем солнце.

Эйр почему-то замедлилась. Почти остановилась. Жазэль и остальные уже настигли ее. И тоже остановились.

Впереди на деревьях были прибиты несколько десятков человек. Именно прибиты. Руки задраны вверх и огромные гвозди торчали из их ладош. Глаза у всех выколоты. Дети и женщины тоже здесь висели. Большая половина людей были нагими. Множество порезов. У всех распороты животы. Кишки свисали до самой земли. Это при том, что ноги их находились выше уровня земли почти на метр. У некоторых людей имелись и другие надрезы. Их внутренние органы лежали под ними. У нескольких людей не было гениталий, ушей, носов. Жазэль вскочила с лошади и, немного отбежав, вырвала. Ее рвало снова и снова. Голова закружилась. Слабость ударила по всему организму. Она отошла немного в сторону и села. Подошла Эйр. Подала воды. Жазэль жадно отхлебнула. Сабазадонка взяла ее под руку и повела. Стала Эйр специально так, чтобы заслонить ту мучительную картину от глаз клерка. Но ведь конь был и в другой стороне. Жазэль подняла глаза. Нет, группа переехала и их коней перевели так, чтобы Жазэль могла спокойно ехать дальше. Эйр помогла девушке взобраться в седло, воду оставила ей.

— Они сначала умерли, а потом с ними сделали все то, что сделали? — схватила Жазэль сабазадонку за руку, пока та еще не отошла от нее.

Эйр поджала губы. Конечно. Жазэль и сама знала ответ. Она свободной рукой поискала маленький нож в карманах.

— Да, иногда лучше так, чем попасть им в лапы. — тихо сказала Эйр, мягко освобождаясь от хватки девушки.

Жазэль сглотнула и тут же еще отхлебнула воды. Нельзя сдаваться им. Она не хотела так же висеть на дереве. Сколько те бедолаги прожили, прежде, чем настала смерть? Сколько боли и отчаяния они испытали? Насколько далеко было слышно их крики? Голова закружилась. Жазэль отогнала от себя все мысли. Глубоко вдохнула. Только хвойный лес. Спокойный, угрюмый. Старый лес. Величественный. Высокие ели. Иногда встречались другие лиственные деревья. Возле одного невысокого деревца Эйр приказала всем остановиться. Она начала обламывать его веточки и мазать местами слома руки, шею, ноги. Потом ветки она вставляла в сумки на лошади. Остальные молча повторяли за ней. Даже Творящая молчала. По ее виду Жазэль не могла понять насколько сильно ее проняла увиденная картина. И проняла ли вообще. Но, судя по тому, что теперь она не снимала каменное лицо, какие-то чувства Творящая все же пыталась скрыть.

Лес выдался на удивление непроходимым. Слишком много поваленных деревьев, зарослей всяких кустарников, которые обрывала Эйр и раздавала все новые и новые порции веток. Но, надо отдать ему должное, мучил он группу не долго. Как-то быстро он закончился и начались поля. Наверное, к этим полям вела и обычная хорошая дорога. Кто-то же должен их обрабатывать? Но на карте такой не значилось, спросить было не у кого, а из группы, отправленной сюда Максудом, местных как-то не нашлось. Поля с пшеницей проскакали быстро. Только у края остановились. Там протекал ручей. Все спешились. Кони пили воду. Люди поочередно наполняли свои фляги с водой, пройдя выше по течению. Вода оказалась холодной. И Жазэль с удовольствие бродила по колено в этом ручью. Никто из него не выходил. Коням, как показалось девушке, было особенно приятно поболтаться в холодной воде. Еще бы, в такой-то жаркий день. Эйр о чем-то совещалась с Оррмарином и Румадэу. Жазэль подвела своего коня к ним.

— Что решаем? — спросила девушка.

— Эйр предлагает сделать большой привал днем. Чтобы потом продвигаться всю ночь. — пояснил Оррмарин.

— Мне кажется, что днем мы можем двигаться быстрее. — сказала Жазэль.

— Это правда. — кивнула Эйр. — Но днем легче заметить готовящуюся атаку. Наши дозорные смогут увидеть врага задолго до того, как тот подкрадется к нам. Конечно, если правильно выбрать место стоянки.

— Днем не так легко уснуть. — высказала свое мнение Эстэль. — А нам нужно хорошо отдыхать, чтобы быть готовыми к нападению.

— А ты что скажешь? — Жазэль повернулась к Оррмарину.

Воин пожал плечами.

— Днем быстрее. Но ночью опаснее спать. — поразмыслил Оррмарин. — Я за безопасность.

— Тогда и я тоже. — подавила улыбку девушка. — Значит, будем спать днем.

— Осталось только выбрать место хорошее. — Эйр уже запрыгивала на коня.

Она никуда не двигалась. Ей просто необходимо было сделаться выше. Сабазадонка привстала в седле. Она осматривала местность. За ручьем шли поля. Слева очень далеко виднелись холмы, покрытые растительностью. Справа все дальше и дальше уходил тот лес, из которого они недавно вышли.

— Ладно. — снова опустилась в седло Эйр. — Через пару километров стоит большое дерево. Прямо посреди поля. Там и станем лагерем. Дозорные попытаются влезть на дерево. Если кто заснет и свалится оттуда, пинайте на себя. — сабазадонка обвела всех хмурым взглядом. Причем, досталось даже Жазэль. — Еду будем готовить завтра. Сегодня поспать и ехать. Всем ясно?

Она, не дожидаясь ответа, направила своего коня к тому большому дереву.

Дуб. Широкий. Такому лет триста. Или больше. Жазэль смотрела на него с восторгом. Огромные и длинные ветви тянулись параллельно земли. Под таким целая армия может отдыхать в тени. Девушка присмотрелась к его коре и рельефу. Дозорным будет просто на него влезть. Только что оттуда можно будет увидеть? Там столько веток, что придется вылезти на самый-самый верх. Она вздохнула с облегчением. Хорошо, что она не воин.

Спать предстоит на земле. Травы под дубом почти не было. В такой густой тени даже трава не хотела расти. Оррмарин из некоторых сумок вытянул провизию, веревку и еще что-то. Одну такую освободившеюся сумку он протянул Жазэль. Вместо подушки. Девушка с улыбкой приняла подношение. Она не спешила ее класть на землю. Надо посмотреть, где ляжет Оррмарин. Или нет. Наоборот. Нужно самой первой лечь и посмотреть, как он себя поведет. Она так и сделала. Выбрала первое попавшееся место и улеглась. Сделала вид, что осматривает ветви дуба, а сама краем глаза следила за воином. Тот немного отошел и сел на землю поодаль от нее.

— Ты долго не выдержишь лежать на муравейнике. — улыбнулся Оррмарин.

Жазэль быстро вскочила. Отряхнула этих мелких кусачих тварей с одежды и подбежала к Оррмарину. Подушку бросила на землю рядом с его сумкой. Ладно, пусть хоть так. Зато вместе. Эйр сообщила, что первой дежурить будет она. Затем Эстэль, Оррмарин и чемпион. Никто не возражал. Четыре часа. Долгий отдых. Жазэль стало немного не по себе от того, что все эти четыре часа их преследователи не будут останавливаться. Насколько близко они смогут подойти? Будет ли видна погоня? Девушка тревожно обвела взглядом тех, кто попадал в ее поле зрения.

— Отбрось все мысли. — мягко сказал ей Оррмарин, ложась рядышком. — Так ты не уснешь. Сейчас все хорошо. Проблем нет. Сосредоточься на этом. Я здесь, и ты здесь. Нам нужно отдохнуть. Я, кстати, заметил изменения в твоей походке.

Жазэль пнула его локтем. Конечно, изменения. От этой верховой езды у нее все тело ломило, болело, зудело, ныло. А некоторые места еще и постоянно чесались. Так, отбросить все мысли. Рядом Оррмарин. Пусть все проблемы отойдут на задний план. Прямо сейчас и прямо здесь нет никаких проблем. А когда будут, тогда и нужно их решать. Не сейчас. Жазэль чуть ближе придвинулась к воину и закрыла глаза. Он подлез рукой ей под затылок и убрал сумку. Жазэль улыбнулась. На руке лежать удобнее, чем на той сумке, в которой находилось непонятно что и пахло не очень приятно.

Эйр запрыгнула на выступ на дереве. Старый сук, который сто лет назад отвалился. Ей не составило никакого труда взбираться вверх. Ветки росли с достаточной частотой, чтобы по ним было комфортно взбираться все выше и выше. Примерно, когда она достигла половины высоты дерева, зеленая листва уже стала не такой густой и перед ней открылось то направление, которое ее интересовало. Сабазадонка минут десять наблюдала. Потом поискала другие удобные места на дереве, чтобы осмотреть и другие направления. На вид все казалось спокойным. Хотя она точно знала, что за ними погоня. Конечно, кроме Жазэль больше никто ее не видел, чтобы подтвердить слова клерка. Но Эйр не нуждалась в подтверждении. Она была уверена. Сабазадонка вынула из кармана несколько кусков сухого соленого мяса. Достала карту из сумки, что болталась на спине. Почти половина пути. Несомненно, эти четыре часа отдыха их задержат. Но без этого никуда. И людям, и коням нужно пополнить свои силы. Она снова посмотрела вдаль. Никаких признаков опасности. И все же, она понимала, откуда они должны прийти. Останавливаются ли они, чтобы отдохнуть? Меняют свой темп? Как им удается так точно следовать за ними? Наверное, у них есть луксор. Ведь амалионы со своим нюхом не смогли бы их выследить, если принять во внимание все те ягоды и ветки, которые способны замаскировать их запах. Да, без луксора не обошлось. Если Эстэль увидит его и сможет убрать на расстоянии — это будет отлично. Если нет, тогда надежда на чемпиона. В ближнем бою с ним больше никто не сможет справиться. Главное, самому чемпиону об этом не говорить. Нечего его расхваливать. Жазэль настаивала, чтобы Эйр проявила к нему терпение? Так это она еще сдерживает себя. На этого чемпиона ей не так сильно хочется сорваться, как на других. Этого выперли из чемпионов. Он теперь победитель. На гуляку не похож. Там таких и не держат. Значит, имеет свое мнение. Тогда, получается, оно не всегда совпадает с мнением руководства, которое вдолбило себе в голову все те правила, что работали тысячу или больше лет назад. Сейчас время изменилось. Правила нужно тоже менять. Может, этот чемпион тоже так думает. Или он просто много болтает, не выполняет приказы командира и ведет себя вызывающе? Тогда бы его тоже выперли. Эйр вздохнула. Единство с этим чемпионом. Она снова поднялась и принялась выбирать места с лучшим обзором по другим направлениям. Затем снова вернулась на свое прежнее место. Снова достала пару кусочков мяса. Конечно, она могла есть и больше. Но, как научила ее жизнь, лучше экономить. Вскоре Эйр спустилась на землю и разбудила Эстэль. Сабазадонка хмурилась, ожидая, что ей придется настаивать на том, чтобы Творящая взобралась на дерево. Но та без напоминаний ловко запрыгнула на столетний сук, подпрыгнула, схватилась руками за выступ на другой ветке и, подтянувшись, влезла на дерево. Неплохо. На все про все пять секунд. Эйр легла на то же место, где спала Творящая. Уснула она быстро. Девушка давно приучила себя к тому, что даже двадцать минут можно и нужно использовать для сна. А тут у нее впереди было целых три длинных часа отдыха. Эйр расслабилась и закрыла глаза. Пусть эти синемордые пропадут пропадом. Им бы выжить, а об остальном пусть думает Максуд. Он не дурак. Он сразу понимал, что та армия, которая окружена в крепости, не сможет долго сопротивляться. Не говоря уже о том, чтобы перейти в атаку. Да, им удалось обхитрить противника в первом же сражении. Удалось нанести опустошающий удар по его элитным соединениям. Но теперь враг подготовится лучше. Единство с ними всеми. Эйр уснула.

Растолкала ее Жазэль. Эйр посмотрела по сторонам. Все уже сидели в седлах. Она выпучила глаза на клерка.

— Я хотела, чтобы ты подольше отдохнула. — объяснила девушка. — Мы все уже собрали. Тебе только на лошадь сесть.

Сабазадонка так и сделала. Они поскакали вперед. На ходу девушка вынула карту и еще раз с ней сверилась. Хоть Эйр и видела ее уже сто раз, но проехать даже пару лишних километров ей совсем не хотелось. Она скакала впереди, за ней расположились Эстэль и Жазэль. Мужчины замыкали группу.

— А у тебя есть одна из тех штук, что надевают на руки? — спросила клерк у Творящей.

Та подняла брови и оценивающе посмотрела на Жазэль.

— Я видела у Тревизо такую.

— Артефакт. — кивнула Эстэль. — У нас у каждой есть.

— А у Дэзирэ? — спросила Жазэль.

Эстэль замолчала. На целую минуту.

— Нет. У нее никогда не было. Фиолетовый артефакт не так-то просто раздобыть.

— Они по цветам различаются? У Селюстир был какой-то металлический. — припоминала Жазэль. — Я не видела на нем ничего зеленого.

Ревиаль улыбнулась. Впервые с тех пор, как они увидели ту ужасную картину возле деревни.

— Артефакт сам по себе бесполезен. Он работает на силе Творящих. Вернее, на той силе, к которой мы можем прикоснуться и перенести в наш мир. Материализовать, понимаешь?

— Ты имеешь в виду дымки? Артефакты работают на дымках?

Эстэль высоко подняла брови и закивала.

— Да. Некоторые на дымках. Некоторые могут работать прямо от источника силы.

— От Творящих. — догадалась девушка.

— Именно. — подтвердила ее догадки Ревиаль. — У меня синий. У Селюстир зеленый. Фиолетовый найти сложно. Я ни разу такого не видела. А на другие Дэзирэ не согласна размениваться. — Творящая опустила глаза. — Была не согласна. Теперь ей уже все равно.

— Не надо так о ней говорить. — покачала головой Жазэль. — Она ведь жива.

— Она не живет, она существует. — задумчиво произнесла Эстэль. — Даже не знаю, чтобы я делала, оказавшись в такой ситуации. Потерять все, что у тебя есть. Все, что ты заработала тяжким трудом. А вместе с этим ты получаешь еще и разрушенные мечты, будущего нет.

Творящая покачала головой еще сильнее и опустила голову.

— Она сильная. Я бы не выдержала. Уже прыгнула бы с моста.

Жазэль чуть приоткрыла рот. Она начала переживать за Дэзирэ. Ей она совсем не казалась такой сильной. А что, если Зимняя Творящая наметила себе такой же план. А Жазэль не поняла, не предвидела, не смогла помочь… Холодный пот пробил девушку. Она не хотела об этом говорить вслух. Но всерьез запереживала о Дэзирэ. Почему-то ее тянуло к Творящей. Хоть они совсем и не были подругами. Но, после Эйр, конечно, Дэзирэ для нее была самой близкой. Сандрин это Сандрин. Наверное, свою роль играла их длинная предыстория в отношениях. Отлично, мало того, что кругом война, войска в осаде, за ними погоня, так еще теперь думай о том, что ты не смогла вовремя помочь Творящей. Жазэль выдохнула. Одна проблема за раз. Сначала меч. На другие дела она пока никак повлиять не могла. Добыть меч. А все остальное — потом. Пусть уже Максуд решает, что там делать и как.

— Еще одно поселение. Через десять километров. — как-то совсем уныло произнесла Эйр.

И Жазэль прекрасно понимала почему. Она шумно выдохнула. Главное, отвернуться в нужный момент. Клерк заметила, как сабазадонка постоянно поднимается в седле. Наверное, выискивает очередной холм, чтобы они смогли оценить дистанцию до врага. То, что он идет за ними, не вызывало никаких сомнений. А, может, она что-то другое высматривала. Скоро стемнеет, вряд ли успеют взобраться еще на одну такую старую скалу, как тогда. Девушка еще немного понаблюдала за Эйр, потом не выдержала и догнала ее.

— Что ты все время смотришь? Давай, я посмотрю, что искать? — предложила Жазэль.

Эйр смерила ее взглядом. Ее серьезное выражение лица совсем не понравилось клерку.

— Я ищу признаки засады. — созналась Эйр.

— Засады? Как? Они же сзади! — удивилась Жазэль.

— Сзади. А ты знаешь, как распределены их силы на этом участке? Как происходит сообщение между вражескими частями? Может, о нашем приближении оповещена уже тысяча их солдат. — сабазадонка вперила взгляд в девушку и смотрела на нее, пока не убедилась, что та прекрасно поняла ситуацию. — Ищи что-то необычное. Вытоптанная трава, сломанные ветки. Конечно, найти плохо припрятанный воз или дюжину спящих солдат не стоит надеяться.

Жазэль кивнула. Что-то необычное. Она попыталась приподняться в седле. Мышцы отдали гулом. Но надо было обязательно хоть что-то увидеть. Чтобы успокоить себя в первую очередь. Девушка осмотрела медленно все, что находилось впереди нее. Скоро они дойдут до поселка. Его деревянные убогие низкие дома уже виднелись. Поля, иногда деревья. Здесь особо негде спрятать войско. Жазэль немного успокоилась. Если войска нет, то малочисленные отряды врага им не страшны. Наверное. Хотелось в это верить. Затем девушка приподнялась еще раз и оглянулась. На небольшой рельефной возвышенности далеко позади она заметила движение. Все внутри застыло.

— Идут? — спросила Эйр, видя выражение лица клерка.

Девушка закивала.

— Намного ближе. Чем раньше. — у нее во рту как-то быстро пересохло и слова вылетали с трудом.

Жазэль потянулась к сумке, чтобы вынуть флягу и попить воды.

— Так и должно быть. — больше самой себе сказала Эйр. — Мы чуть больше четырех часов не двигались. Может, за ночь оторвемся. Пока видно, нужно скакать быстрее.

Она сообщила все группе, что нужно ускориться. До темноты оставалось больше часа. И этот час предстояло проехать в хорошем темпе.

Никто не высылал разведчика к поселку. Все и так знали, что там увидят. Когда они проезжали вблизи поселения, то Жазэль жмурила глаза, отворачивалась, пробовала закрыть лицо рукой. Но все равно мельком увидела. Целый длинный ряд из трупов. Страшно изуродованных. Из того, что попало на глаза девушке, у некоторых отсутствовали конечности. Жазэль опасалась, что ей станет еще хуже, чем было в первый раз. Но ее опасения оказались напрасными. Наверное, организм как-то подстроился, чтобы такой шок больше не повторился.

Когда стемнело, Жазэль вздохнула с облегчением. Физическим. А вот морально ей становилось только хуже. Ночью все плохие мысли усиливаются в десять раз, а хорошие… куда-то деваются. Если Эйр была хоть чуточку права на счет того, что впереди их могли ждать неприятельские войска, то, вполне вероятно, они прямо сейчас идут к ним в лапы. Вон за тем деревом может находиться целая армия амалионов. Или гравалионов. Девушка еще раз вздохнула, отгоняя от себя страшные мысли. Всю ночь ей пришлось бороться с самой собой. Под утро она была как выжатый лимон.

Утром Эйр скомандовала сделать быстрый привал. Она и Оррмарин ушли за дровами. Эстэль развела огонь из тех веток, что нашла под деревом, где они все сели. Чемпион ухаживал за лошадьми. Творящая попросила его сделать два рогача и перекладину для котелка. Так что, когда Эйр и Оррмарин вернулись, вода уже прогревалась. Сабазадонка быстро добросила туда веток потолще и порылась в сумках, ища крупу. Бросать ее следовало в кипящую воду.

— К вечеру будем там. — сообщила сабазадонка.

— Дай посмотреть. — протянул руку чемпион.

Эйр вручила ему карту, показав пальцем то место, где они находились сейчас. Жазэль тоже взглянула. Они почти на месте! Осталось совсем немного.

— А почему к вечеру? — спросила клерк. — Судя по карте, мы почти на месте. Еще часов пять. Наверное. Или даже меньше.

— Видишь вот эти обозначения на карте? — подвинул чемпион карту немного ближе к Жазэль.

Девушка посмотрела. Штрихованные линии. Мелкий-мелкий штрих. Какое-то огромное пятно. И через него проходил их маршрут. И что? Она подняла брови и посмотрела на Румадэу.

— Так обозначают болота. — вздохнула Эстэль. — Мы будем идти по настолько заболоченной местности, что на карте это обозначено одним сплошным огромным болотом.

Болота? Жазэль округлила глаза. Прекрасно. Конечно, болота. Сзади их догоняют преследователи, а впереди находятся болота. Что может быть лучше? Стоп, такой вопрос нельзя задавать. Обязательно найдется еще что-то, способное ухудшить их и без того плохое положение. Она потерла руками лицо. Сейчас бы умыться. Но надо беречь воду. Девушка мельком посмотрела на чемпиона. Да, теперь он не отправляется искать источник воды. Бережет силы. Все понимают, что с врагом столкновения не избежать. Жазэль вздохнула. Зачем она нужна этой группе? Чем она может помочь в таком опасном походе? Почему Максуд направил ее сюда? Она ощутила, как ее немного потормошили за локоть.

— Все будет хорошо, не переживай. — успокоил ее Оррмарин своей улыбкой.

Жазэль улыбнулась в ответ. Через силу.

— Итак. — сказала Эйр, чтобы каждый ее услышал. — Впереди болота. Наш любимый алхимист, по чьей милости мы сюда и попали, любезно предоставил сведения, которых нет на карте. Ориентиры. Их не много. Но я хочу, чтобы каждый из вас о них знал.

— Зачем? — сразу спросила Жазэль.

Эйр спокойно и очень серьезно на нее смотрела.

— Возможно, назад мы будем возвращаться не в полном составе. Каждый должен знать, как перейти болота.

Эйр рассказала о том, что между всеми болотами есть проходы, но два будет найти не так и просто. Им необходимо искать красную рощу. Слева от нее и будет первый проход. Вход в него под ветками деревьев. Если этого не знать, то можно очень долго искать и ничего не найти. Второй проход будет возле старого разрушенного здания из камня. Возможно, какой-то древний форт. К нему подходить не нужно, напротив него будет озерцо. Оно, как бы внутри болота. Но именно по краю этого озера и можно пройти дальше. Потом будет рукой подать до полиота, куда им и предстояло добраться. Жазэль слушала все внимательно. Даже во второй раз, когда Эйр повторила еще раз все, что говорил ей алхимист. Она еще упомянула, что алхимисты, если они им встретятся, то могут быть враждебно настроены. Если им попадутся алхимисты с бледными лицами и черными кругами вокруг глаз, то им следует рассказать все, как есть. Обязательно упомянув Единителя. Если им попадутся другие алхимисты, особенно если полиот работает, как и раньше, то надо будет действовать по ситуации. Что значит «по ситуации»? Жазэль не знала ответа на свой вопрос и не хотела знать. Есть Эйр, Румадэу, Эстэль. Пусть они знают, как это, действовать по ситуации. Ей это не нужно. Девушка попыталась успокоиться, чтобы унять громко бьющееся сердце. Но ничего не помогало. Группа быстро поела. Костер никто закапывать не собирался. Враг шел за ними. Прятаться не было смысла. Но, когда они снова отправились в путь, Эйр в очередной раз нарвала веток с ягодами. Тех, что Жазэль считала самыми вонючими. Она хорошо замотала их в какие-то тряпки. Потом в сумку.

— А это зачем? — спросила Жазэль.

— Мы долго не прятали свой запах. Они от этого отвыкли. Если нам надо будет применить какую-то хитрость, то с этими ветками наши шансы увеличатся.

Жазэль сглотнула. Осознание того, что боя не избежать, вдруг накатило на нее. Дальше она ехала сама не своя. Ехали не быстро. Стало заметно, что лошади устали. Они фыркали и уже не так резво отзывались на управляющие команды наездника. Устали амалионы или нет? Жазэль этого не знала.

Через полтора часа выматывающего движения по заболоченным местам они увидели красную рощу. Эйр нашла нужное широкое дерево, под ветвями которого обнаружилась дорожка. Даже неимоверная вонь болот не могла отогнать негативные мысли от Жазэль. Комары и другие мошки тоже не очень хорошо с этим справлялись.

Группа продолжила движение. Еще через час прямо из болот выходил холм. Может, когда-то это было какое-то сооружение. Башня, может. Но за сотни лет она покрылась мхом, зеленью и наполовину разрушилась. Но все равно — это хоть такая, но возвышенность. Эйр кивнула Жазэль, и они вместе принялись туда карабкаться. Остальные остались ждать внизу. Девушкам пришлось хорошенько запачкаться, ведь Эйр запретила им лезть туда в полный рост. Двигались они почти ползком. Влезли на самый верх. Обе девушки лежали на зеленом мху.

— Вижу то разрушенное здание. — тихо сказала Жазэль. — А за ним, еще дальше, полиот.

Три высоких здания. Как и говорил алхимист. Ни стен вокруг них, ни каких-либо других зданий не было видно. Еще километров пять назад болота стали все чаще чередоваться с сушей. И становилось все больше деревьев. А дальше так и вообще целый лес вырос. Он и закрывал полиот от их взгляда. Еще правее от тех зданий находилось поселение. Может, город. Плохо. Там могут быть амалионы. Эйр цокнула языком и прикусила губу. Жазэль посмотрела на нее и потом проследила за ее взглядом. Смотрела сабазадонка ровно в другую сторону. Назад. На преследователей, которые подошли уже очень близко. Жазэль ахнула. Настолько близко? Их можно было всех сосчитать! Ее прошиб пот. Десять минут, и они будут здесь. Лицо ее побледнело, а руки начали трястись. Около сотни бойцов. Или больше. И есть огромные воины — луксоры. Они выделялись среди остальных. Среди амалионов в черных доспехах. Жазэль закрыла глаза. Черные доспехи. Эстэль будет бесполезна. Хотя под вечер спускался туман, или это от болот шло такое испарение, преследователей еще можно было рассмотреть.

— Спускаемся. — сказала Эйр.

Девушки медленно подались назад. Когда верхушка холмика оказалась намного ниже их, Эйр выпрямилась во весь рост и сбежала вниз. Жазэль повторила за ней.

— Совсем близко? — спросил ожидавший внизу чемпион.

— Впереди развалины. Там, где вторая тропа между болот. — не ответила на вопрос сабазадонка. — Устроимся там. Нам не оторваться. Они идут быстрее, чем мы.

Румадэу на это только улыбнулся. Сжимая и разжимая руки в кулаки. Эйр заскочила на коня и погнала его вперед.

— Может, нас укроет туман? — спросила Жазэль, взбираясь на лошадь.

— Нет, они нас ведь по запаху находят. — покачал головой Оррмарин.

Ехали они очень быстро. Быстрее еще никогда в жизни Жазэль не скакала. Всю дорогу до развалин она одной рукой проверяла тот меленький нож, что дала ей Эйр. Если он не пригодится против амалионов, то уж лучше она сама сделает дело, чем висеть там на деревьях и погибать в страшных муках. Снова тошнота подошла к горлу. Тошнота отвращения и страха. Жазэль набрала воздуха побольше. И выдохнула. Показались развалины. Она подняла голову вверх. Скоро стемнеет.

Эйр уже спрыгнула со своего коня и сорвала с него всю охапку недавно заготовленных веток с ягодами.

— Мажься, быстро! — прикрикнула она на Жазэль.

Девушка непонимающе окинула взглядом всю группу.

— Оррмарин, спрячь лошадей. Желательно не в той стороне, куда поедет Жазэль. Хотя, нет, лучше в той. Если они уловят запах, то будут думать, что мы просто прятали животных. Румадэу, станешь со мной на приеме.

Жазэль, быстро сдавливающая в руках ягоды и натиравшая ими все открытые участки кожи, не могла не подметить, что сабазадонка впервые назвала чемпиона по имени. Наверное, очень скверное у них положение, раз она так себя повела.

Эйр вручила клерку карту, сама достала щит из-за спины. Оррмарин собрал лошадей и уже поскакал в ту же сторону, куда предстояло двигаться Жазэль. Клерк еще мазалась соком ягод. Эстэль совала ветки во все места в сумках и на сбруе, чтобы Жазэль сама не тратила на это время.

— Ты пойдешь в развалины. — сказала Эйр, обращаясь к Творящей. — Поднимешься и будешь ждать. Мы станем так, чтобы тебе хорошо открылись их спины. Займем тропу. Она не широкая, сможем удержать. Нападешь по моей команде, поняла? И еще. У них черные доспехи.

Творящая тяжело вздохнула. И запрокинула голову, руками проверяя свой металлический меч за спиной.

— Все, гони!

Эйр шлепнула коня Жазэль по бедру, и тот рванул с места. Девушка понеслась в направлении дорожки. Ничего себе, не широкая? Метров пять минимум. А если еще и краями можно ходить, то все восемь. Но, об этом сейчас некогда думать. Она промчалась возле Оррмарина, помахав ему рукой. Он улыбнулся ей и поднял руку. Жазэль выдохнула. Теперь сама. С картой и ножом. Чего ей бояться? Если бы она сейчас шла своими ногами, то, наверное, они бы у нее подкосились. Даже сидя в седле девушка чувствовала, как они дрожат. В горле пересохло. Глаза заслезились. Ей до ужаса стало страшно. Она порылась в сумке на боку, ища флягу. Нащупала ее, но вынимать не стала. На такой скорости вряд ли ей удастся смочить горло. Девушка открыла рот, тяжело дыша. Паника. Еще эта ночь спускалась быстрее, чем она думала. Жазэль на несколько секунд зажмурила глаза, собираясь с мыслями. Она командир. Не зря ее Максуд послал на это задание. Он в нее верит. Нельзя его подводить. Девушка выдохнула. В каком направлении полиот, она прекрасно знала, ведь видела его с того холмика. Конечно, туман немного мешал ей. Конь сбавил ход, издав звук, который напугал Жазэль еще больше. Она резко одернула его, и они сменили направление. Туман усиливался, ночь спускалась. Болота повсюду. И внезапно пейзаж изменился. Под ногами у коня зашелестела галька. Или другие камешки. Широкая просека, вся усыпанная мелкими черными камнями. Или не черными, трудно разглядеть. Жазэль поднялась в седле, пытаясь разглядеть полиот. Деревья нависли над ней и не давали заглянуть за них. Впереди болота. Она направила коня вправо, обходя его. Большое болото. Повернула влево, чтобы вернуться на тот же путь. Стало еще темнее. Она слышала, как ноги коня с характерным звуком ступают по втягивающей тине болот. Она спрыгнула с животного. Так виднее дорогу. И так она сама может пощупать почву. Еще немного прошла влево. Компенсировала ли она тот крюк, что пришлось сделать? Жазэль не знала. Темнота обрушилась на лес. Здесь она казалась еще гуще. Лес. Значит, болото здесь не такое и непроходимое. Надо выбирать дорогу поближе к деревьям. Девушка одной рукой подняла какую-то длинную палку с земли. Кривая. Выбросила. Поискала другую. Ею можно прощупывать себе дорогу, чтобы не утонуть. Это все хорошо, но куда идти? От карты толку вообще никакого. Жазэль остановилась и вытерла лицо. Поджала губы. Надо успокоиться. И принять, что она полностью заблудилась. Полиот. Ей нужно к нему. Его не видно. Но к нему ведут дороги. В одну и другую сторону, еще там еще есть городок. Значит, если она приблизительно правильно выберет направление, то выйдет на дорогу. Скакать влево или вправо, она уже решит на той самой дороге. Главное, не сомневаться, что она найдет выход. Главное, быть уверенной в себе. Главное, не попасться в руки этим тварям.

Жазэль еще долго ходила по лесу, обходя те места, где палка глубоко входила под воду. Конечно, пару раз ей пришлось до пояса и самой намочиться. Ведь основное в ее плане — это идти прямо. Если она начнет петлять, то рано или поздно сильно собьется с намеченного пути и вообще может начать ходить кругами. Поэтому нужно стараться идти прямо. Так, как она ощущала, что будет прямо. Зато теперь ее по запаху точно не найдут. Жазэль и сама прекрасно слышала, как от нее воняет болотом. Во всем есть и свои плюсы. Но, это как-то абсолютно ее не успокаивало. Проблуждав по лесу еще с час, девушка сдалась. Она заблудилось окончательно и бесповоротно. Наверное, она неправильно выбрала первоначальное направление. Обходя то большое болота, так и не вернулась на правильный курс. Девушка подняла голову к небу. За темными кронами и ветвями деревьев, даже неба не видать. Еще этот туман. И так ничего не видно. Рука болела. Та, которой она несла палку. Ведь было так темно, что палкой приходилось не только почву щупать, а еще и постоянно приподнимать ее вверх и нести перед собой, чтобы не выколоть себе глаза о какие-то колючие кусты.

Жазэль стояла на месте. Идей не было. От слова «совсем». Помощи ждать неоткуда. Может, ей стоило остаться там, в сторонке, дождаться, когда Эйр и остальные победят, а потом вместе с ними отправиться в полиот? Эйр бы что-нибудь придумала. Обязательно придумала. А теперь, даже если они найдут полиот, то кто найдет ее саму? Жазэль тихо заплакала. Она не хотела плакать. Слезы предательски сами катились по ее щекам. Конец всем надеждам. Только черная тьма вокруг. А если у них есть луксоры и они победят, то могут найти ее по запаху. Вполне возможно, что это вонючее болото не собьет их с пути. Тогда она не доживет и до утра. А ей так хотелось увидеть рассвет. Если бы она знала, что сегодняшний рассвет был для нее последним, то попыталась бы ним напоследок насладиться. Она бы целый час не сводила глаз с солнца. Жазэль закрыла глаза. Как же ей хотелось увидеть рассвет. Хотелось увидеть Эйр и остальных. Оррмарина. Ей хотелось увидеть даже Сандрин. Может, она просто хотела жить? Жазэль резко открыла глаза.

Стоп. Хочется. Ей хочется жить. Самая последняя и самая смелая ее надежда разгоралась в сердце. Девушка пошарила по карманам и нашла, что искала.

Куб.

— Я хочу жить. Жить! Слышишь. Дай мне жизнь! Я хочу выжить! — повторяла и повторяла Жазэль.

Стрелка немного качнулась, сделала оборот и установилась в одном направлении. Как девушка не крутила куб, стрелка все время показывала в одну сторону. Жазэль рукавом вытерла слезы, потом нос. Раз ничего другого нет, придется положиться на древний артефакт.

С новыми силами девушка взялась за палку и пошла по указанному направлению. Она шла долго. Часа два. Расстояние прошла небольшое, но движение ночью по заболоченному лесу требовало больших временных затрат. Жазэль увидела три высоких здания полиота. Лес расступился, и она смогла разглядеть отблески луны на их крышах. Девушка улыбнулась и вздохнула. Возможно, это и вправду было спасение. Она вытерла лицо уже в сотый раз. Наверное, оно сейчас от этого стало только грязнее. Жазэль пошла вперед, ведя за собой коня. Огромные темные здания все приближались. Через пять минут она уже отчетливо видела стены полиота. Конечно, как их можно не заметить в свете костра? Волосы на затылке зашевелились. Дыхание замерло. Глаза перестали моргать. Когда момент абсолютного ужаса остался позади, Жазэль вдохнула. Тихо-тихо. Закрыла глаза и снова открыла. Костер. Синемордые. Человек, прибитый к дереву. Девушку бросило в пот. Она посмотрела на полиот. Раскрытые нараспашку двери. Туда можно пробраться. Но не сейчас. А сколько ждать? Вполне возможно, что по ее пятам идут враги. Впереди другие враги. Еще этот бедолага. Конь рядом фыркнул. Жазэль чуть не подпрыгнула. Услышали ли этот звук амалионы? Она быстро развернулась и повела коня назад. Его нужно привязать, а самой понаблюдать. Девушка обернулась. Вход в полиот прямо напротив нее. Справа костер и амалионы. Она отвела чуть дальше коня и привязала его. Снова пошла вперед, ближе к стене. Что же ей делать? Ей нужно выжить. Жить, точно, куб! Это он ее сюда привел. Жазэль вынула его из кармана и прикрывая рукой взглянула на его слегка светящуюся стрелку. Подняла глаза. Покачала головой. Снова посмотрела на куб. Затем она сместилась левее, чтобы никаких двояких трактовок его направления не было. Она сглотнула. Стрелка ясно указывала на того человека, что висел на дереве. Не на полиот. Полиот слева, человек прямо. Стрелка тоже прямо. Жазэль вздохнула. Может, ей просто нужно в ту сторону? Она прокралась вправо, затратив на это много времени, чтобы ступать осторожно. Изредка наблюдая за стрелкой. Она указывала все время на того человека. Вот Единство! Кругом одни враги. Жазэль вздохнула в очередной раз. Ее путь к спасению лежит через того человека, что совсем скоро должен умереть. Девушка уже довольно долго здесь находится. Она слышала все шутки и оскорбления амалионов в адрес того бедолаги. Слышала все их обещания о том, что они собирались с ним сделать. Она не придавала им значения, ведь иначе ей бы стало дурно. Жазэль присмотрелась к нему. Острый нос. Темные глаза. Растрепанные средней длины волосы. Темные. Наверное. Странное выражение лица. Такое, как будто он не понимал, что находится в пяти минутах от смерти. Его тело. Голый до пояса. Весь в крови. Даже со своего места Жазэль видела десяток порезов. Все они кровоточили. А руки прибиты над головой к дереву. Сколько ему осталось жить? И как это он так держится, не кричит? Может, он мертв? Нет, амалионы бы с ним не разговаривали. Она сосчитала их. Десяток синемордых. Девушка присела. Сейчас нужно было все обдумать.

Возвращаться? Там ее ждут враги. Идти домой другой дорогой? Без меча? Меч нужен. Сможет она его сама добыть? Нет. У нее не хватит физических сил это сделать. Еще этот куб, который показывал путь к спасению. И этот путь ясно проходил через бедолагу на дереве. Что бы сделал Максуд на ее месте? Нет, Максуд мужчина. Что бы сделала Сандрин?

Жазэль открыла рот и широко распахнула глаза.

Идея.

Наверное, она умрет.

Она и так, и так умрет.

Девушка быстро выдохнула. Амалионы засуетились, им надоело прижигать раны человека горящими ветками с костра. Один из них достал нож. Жазэль тоже достала нож. Маленький в ножнах. Одно движение и ножны упали на землю. Она пошарила в сумке и положила под ноги себе флягу с водой. Крепко сжала нож в руке.

Свободной рукой Жазэль крепко схватилась за волосы. Несколько секунд ей понадобилось, чтобы максимально коротко обрезать свои волосы. Благо, нож Эйр был очень острым. Фляга с водой. Она вылила ее себе на голову. Вынула из кармана пузырек, который ей дала Дэзирэ. Извини, подруга. Открыла его и быстро вылила на голову. Втерла все его содержимое себе в волосы. Жазэль пыталась сделать это равномерно, но не знала, насколько хорошо или плохо у нее получается. Она посмотрела на руку. В темноте не понять. Схватила нож с земли и сунула в карман. Ножны где-то потерялись.

— Ты уже нам надоел. — говорил амалион раздраженным тоном. — Не ноешь, не просишь, не умоляешь. Даже не кричишь.

— Да, толку такого мучить? Я сразу говорил, что надо его прибить и дело с концом. — сказал другой синемордый.

— Та тебе всех прибить. А развлекаться как мы будем? Сколько нам тут торчать? — послышался голос еще одного амалиона.

— Эй, смотрите!

Вдруг один из амалионов выхватил меч и повернулся спиной к пленнику. Другие повернули головы в ту сторону, в которую он смотрел.

Творящая вышла из темноты. Каменное лицо, огненно-рыжие волосы, задранный подбородок. У амалионов челюсти отвисли. Что она тут делает?

Несколько долгих мгновений тишину нарушал только треск костра.

Творящая улыбнулась.

— Люблю, когда убегают не сразу, а сначала дергаются. — она вытянула руку вперед и разжала ладонь, на которой засветился какой-то предмет. — Поиграем?

Амалионы бросились в рассыпную, перепрыгивая друг через друга. Умереть в глуши от стрелы Творящей не хотел никто.

Человек шагал по земле. С любовью. Можно, оказывается, даже шагать с любовью. Все эти цветущие травы вокруг. Этот чудесный пейзаж. Необъятная степь раскинулась перед ним, изредка населенная невысокими деревьями. Они, как островки в море, размешались то тут, то там. Человек улыбнулся. Красота. Он вдохнул полной грудью. Подставил лицо солнцу. Закрыл глаза. Постоял так добрых пять минут. Затем принялся обувью ковырять землю. И еще сильнее улыбаться. Как маленькие дети, когда они находят для себя новую забаву.

Человек наклонился к земле. К той, что только что исковырял. Он вдохнул ее запах. Затем еще раз. И еще раз.

— Ты дерьмо там раскопал?

Человек закрыл глаза и наслаждался запахом земли.

— Я серьезно. Хватит уже. Ты и так странный.

Человек поднялся. Он точно знал, куда будет лежать его путь. Он пошел. Идти далеко, поэтому он не торопился, хорошо рассматривая все вокруг и экономя силы. Он шел по степи. Мелкая травка не доходила ему выше щиколотки. Она не мешала ему идти. Чего не скажешь о маленьком зверьке, который шел той же дорогой. Какой-то дивный вид маленькой лисицы. С длинными ушами. Зверьку трава доходила до живота и лапки путались в ней.

Человек впереди остановился. Он запрокинул голову, любуясь солнцем. Зверек, не обратив внимание на то, что человек прекратил движение, подошел поближе.

Резкий удар ногой и зверек взмыл в воздух, отлетая на десяток метров.

— Ах ты… — донеслось издали.

Человек улыбнулся и с чувством выполненного долга зашагал дальше. Степь он прошел за день. У реки пришлось сесть отдохнуть. Он попил воды прямо из реки. Не вкусная, но ничего. Силы необходимо пополнять. Воды пить нужно много.

— Водохлеб несчастный.

Небольшая крыса села на берегу реки. Одной лапой она почесала затылок и зевнула. Человек поднялся. Реку необходимо преодолеть. Он вошел в воду и поплыл. За ним в воду плюхнулась небольшая уточка с четырьмя лапами. Обсыхать на другом берегу нужды не было. Солнце еще светило, летом не бывает таких холодов, чтобы необходимо было просушивать одежду.

Два дня человек шел. Останавливался только ночью на несколько часов. Детеныш волчонка сопровождал его всю дорогу на некотором отдалении.

— Ну и вонище.

Человек остановился. Болота. Нужно быть осторожным. Первое время он шел без опаски. Участки суши попадались достаточно большие. Но потом пришлось подобрать длинную ветку и прощупывать себе путь. Он двигался вперед. Лишь однажды понадобилось возвращаться, чтобы выбрать другое направление. Большой паук с дюжиной лап не отставал.

Болота ненадолго закончились. Небольшой участок лесополосы. И она была разделена широким ручьем из мелкого камня. Гладкий черный камень. Человек поднял глаза, чтобы посмотреть на высокие столбы.

— И твой скелет там будет висеть.

Несколько столбов были утыканы костьми разных животных. Даже людскими. Человек осмотрелся. Рядом никого. Он пошел дальше. Через пару сотен метров снова начались болота. Палку он не выбрасывал. Знал, что еще пригодится.

По пути он обошел небольшой городок. Болотистую местность пришлось проходить еще полтора дня. Потом лес. Степь. Огромное озеро. Человек расстроенно покачал головой. Такое обходить нужно несколько дней. Он заметил вдалеке парусную лодку. Пошел в ее сторону. Небольшой котенок с длинными лапами следовал за ним.

— Тебе не надоело? — спросил человек.

Ответа не последовало.

Возле лодки находилось несколько человек. Двое мужчин средних лет стояли в деревянной посудине. Около десятка женщин толпились с большими сумками и ящиками на берегу. Человек посмотрел на солнце. Утро. Наверное, они спешат на рынок.

— Ох, сейчас будет умора. Давно я ждал.

Человек направился прямиком к лодке. Женщины недовольно бурчали, плохо отзываясь о тех людях, что находились в лодке. Они сердились. Человек понимал этот язык. Он понимал все языки.

— Тебе тоже на ту сторону? — спросил один из драйтлов на лодке, когда человек подошел совсем близко.

В ответ человек кивнул.

— Это стоит денег.

— Да каких денег? — выкрикнула одна женщина. — Чтобы мы застряли посреди озера? Ты-то на себя посмотри. Худой какой. Тебе одному нас не переправить.

Человек посмотрел на двоих в лодке. Один держался за живот. Наверное, ему нездоровилось.

— Так что по деньгам? — еще раз спросил драйтл.

— Ну же, ответь ему. Ну давай. Ответь, ответь, ответь, ответь…

Человек покачал головой.

— Чего тогда пришел?

Женщины продолжили высказывать свое недовольство.

— Ладно. Хватит вам уже. Два раза в неделю вас перевожу. Уже столько лет. Хоть бы раз вы улыбнулись и сказали «спасибо».

— Так ты деньги такие дерешь, за что говорить? — сказала полненькая девушка.

Другие поддержали ее шумными возгласами. Драйтл в лодке поднял руки и покачал головой. Потом посмотрел на прибывшего человека.

— Шестом когда-то работал? — спросил он.

Человек кивнул.

— Хорошо. Если поможешь, то приму твою помощь в счет уплаты. Идет?

Человек кивнул.

— Ты говорить то умеешь?

Человек вздохнул.

— Ладно. Помоги этим ворчливым курам погрузить вещи и отправимся.

Погрузка заняла не больше пяти минут. Еще два часа они плыли озером. Парус почти не пригодился. Всю работу делал драйтл и человек, отталкиваясь от дна длинными шестами. Озеро оказалось не так и широким. Но обходить его пришлось бы долго. Оно имело вытянутую форму. Впереди себя человек увидел противоположный берег. А вот слева и справа — нет. Человек ловко работал шестом, словно занимался такими перевозками всю жизнь. Он заметил маленькую мышь, которая спряталась в одной из сумок. Судя по тихому хрусту, что оттуда доносился, она нашла что-то вкусное. Когда лодка начала подплывать к другому берегу, то стало заметно рынок. Длинная линия торгашей. Вдоль озера. Чуть дальше виднелись постройки. Город.

— Тебе надолго? — спросил драйтл.

Человек пожал плечами.

— После обеда, когда этим, с позволения сказать, дамам, надоест продавать свои никому не нужные товары, мы будем идти обратно. Если согласишься помочь, поедешь бесплатно.

Человек кивнул.

— Так что, мне искать кого-то или на тебя стоит рассчитывать?

Человек подумал. А куда ему еще идти? Его ничто не держит. Он ничего не чувствует. Может делать, что хочет. Но жизнь научила его, что совпадений случается очень мало. Если ему предлагают ехать обратно, то нужно согласится. И он кивнул.

— Хорошо. — сказал довольный драйтл. — Моему напарнику плохо сегодня. Вчера замуж выходила его племянница. Выпил чуток лишнего. Помощи от него сегодня не жди. А ты, я смотрю, хорошо управляешься. Раньше доводилась плавать?

Человек кивнул.

— А с девушками раньше доводилось знакомиться? — раздался женский голос.

Женщины в лодке засмеялись.

— Такой мужик и нужен. — сказала другая. — Работящий и молчаливый. Полная противоположность тебе, Марфус.

Тут же поднялся щебет, который раздул эту мысль до масштабов вселенной.

Город обойти не составило труда. Направление нужное человек знал. Конечно, он слегка выделялся среди остальных. Старомодный плащ, растрепанные волосы, очень острый нос, сам высокий. Но никто не обращал на него внимания. Грязная кошка всюду бежала за ним.

Он вышел из города. Туда, куда ему следовало направиться, дорога не вела. Вообще в ту сторону не было никакой дороги.

— Что-то ты давно не пил. Надо с собой носить бутыль.

— Заботишься обо мне? — спросил человек и улыбнулся.

— Нет. Хочу, чтобы не сдох сразу, а помучился.

Человек улыбнулся еще шире. Он пошел по траве. Впереди виднелся жиденький лес. Все же лучше, чем болота.

Часа два у него ушло на то, чтобы добраться до нужного места. Этим местом оказались старые развалины, заросшие кустарниками и покрытые мхом. До половины эти развалины находились под землей.

— Эта та самая гробница?

Человек вздохнул и постоял немного, собираясь с мыслями. Затем он обошел это разрушенное строение. Нашел вход. Он забрался внутрь. Темнота не сильно мешала ему. Он быстро нашел нужную комнату. Остановился и сел на землю. Перед ним зияла выкопанная яма. Метра два в глубину с давно обрушившимися краями.

— А ты ее не чувствовал? Зачем тогда шел?

— Потому, что помнил, где она. — ответил человек.

Он прислонился спиной к холодной стене и просидел так еще некоторое время. Почему он здесь? Того, что он искал нет. И он не чувствует ее. Зачем он здесь? Человек поднялся. Надо успеть на корабль.

— А потом что?

Человек вышел из старого места захоронения скелета и отправился снова в город. Надо попить воды. Можно из озера. Только отойти, чтобы драйтлы не видели. Лишние расспросы ему ни к чему.

Попив воды, он без труда нашел ту же лодку, на которой и прибыл сюда. Ее хозяин, хоть и старался этого не показывать, очень обрадовался, что ему самому не придется править лодкой. Женщины в лодке вели себя веселее. Наверное, удачная торговля. Когда лодка причалила, то одна из девушек подошла.

— А где ты остановился? — Спросила она. — Я могу сдать комнату.

— Ой, комнату она сдаст. У тебя всего одна комната в доме. — покачала головой проходящая рядом женщина.

Человек улыбнулся и покачал головой.

— Со мной бы ты заговорил. — стараясь выглядеть загадочной, произнесла все та же девушка.

Человек поклонился и, не удостоив ее взгляда, отправился своей дорогой.

Куда теперь идти? Все планы, что у него были, оказались выкопаны в той старой могиле. Яма свежая. Лет пятьдесят. Максимум сто. Он ее не чувствовал. Что делать дальше? Почему он здесь? Может, он зря ушел? Надо вернуться. Может, там будет хоть какая-то подсказка.

Снова лес, степь, болота.

— Ты кто такой?

Человек остановился. Два драйтла с белыми лицами приближались к нему. В руках одного из них заблестел меч.

— Ты зачем пришел в наши земли? Не знаешь, что бывает с теми, кто решил зайти к диким?

Один из самых молодых языков, что понимал человек.

— Отвечай, когда тебя спрашивают! — крикнул другой драйтл.

Оба они продолжали приближаться.

— Я ему просто башку снесу. Видел тот столб? Там старые кости совсем уже рассыпались. Пора бы уже заменить. — сказал драйтл уже на другом языке, более древнем.

— Пора бы им ответить.

Зеленая ящерица потирала лапки.

Драйтл сделал вид, что поворачивается к своему другу, а сам резким выпадом набросился на человека. Тот прытко отскочил.

— Хррбркфаа. — сказал он.

— Чего? — спросил драйтл. — На каком это языке?

— Аха-ха-ха. Всегда люблю эти моменты. Великий и могучий, но говорить не умеет!

— Я не хочу причинять вам зла. — повторил человек.

— Ты хоть слово понимаешь? — спросил один драйтл у другого.

— Наверное, он нам угрожает. — ответил драйтл и тоже вынул меч.

— Угрожает, аха-ха-ха.

— Они вдвоем с двух сторон пошли в наступление. Человек уклонился от двух их ударов. Перехватил руку одного драйтла и коленом выбил меч, который тут же подхватил другой рукой и отбил удар вооруженного драйтла. Короткая схватка и второй меч оказался на земле.

— Краабужкремоа. — сказал человек, бросая свой меч.

Два драйтла молчаливо стояли. Оба не сводили с него взгляд, лишь изредка поглядывая на тот меч, что лежал поближе к ним. Человек развернулся и ушел.

— Странный он. — сказал один драйтл другому.

— Не то слово. — согласился с ним второй.

Человек шел дальше. Он чувствовал себя злым. Почему они напали? У него ведь не было никаких злых намерений по отношению к ним. И вообще, они должны быть ему благодарны.

— Куда идем?

Человек не ответил. Этот голос всюду его преследовал. Иногда он отвечал, иногда нет. В основном, если уж совсем было скучно, то можно что-то и сказать.

— Туда, откуда начали?

Человек снова не ответил. Это же очевидные вещи. Больше некуда. Пару часов он пробирался по болотам. Совсем стемнело. Ночью идти здесь не удобно. Он вздохнул, нашел дерево, возле которого росло побольше травы, и сел. Восстановить силы. Через час он услышал шорох. Он вскочил, но понял, что попался, когда на него набросились с разных сторон. Он сражался, как мог. Убил одного, еще парочка получила болезненные удары. Но после того, как ему по голове заехали чем-то тяжелым, он потерял сознание.

Очнулся от боли. Не самой сильной, что он испытывал, но от того не менее неприятной. Человек открыл глаза. Перед ним горел костер. Справа стена. Длинная. Распахнутые ворота. Он задрал голову и посмотрел вверх. Руки прибиты к дереву. Ноги привязаны к тому же дереву. До пояса его раздели. Тело покрылось кровью. Мелкие раны.

— О, очнулся! — сказал один из синемордых.

— Сейчас начнет кричать. — улыбнулся другой.

Этот амалион вынул ветку из костра и прижег одну из ран на теле человека. Его брови взлетели вверх. Он взял другую ветку и повторил свои действия. Ничего.

— Может, ты его слишком сильно по башке стукнул?

— Как обычно стукнул. Хочешь, покажу? — ответил откуда-то другой амалион.

Синемордые засмеялись.

— Подожди, он пока еще не понял, что к чему. Дай ему немного времени. До утра еще долго.

Амалионы закивали, предвкушая интереснейшее развлечение. Они перекидывались шутками, потирая руки. Решали, кто и что будет делать с пленником. Спорили о разных способах причинения боли. Самые серьезные решили оставить на потом, чтобы человек не умер раньше положенного.

— Да проснись же ты! Как это вообще возможно? Ты здесь, но это не ты! Давай! Ты что, совсем никого не чувствуешь?

Человек отрицательно покачал головой.

— Но как это возможно? Ты же здесь! Ты должен чувствовать! Не может быть иначе. По-другому просто не бывает! Ты мне врешь? Решил разыграть?

Подошел один из амалионов и с садистской улыбкой на лице показал нож. Он водил им прямо у лица человека, очевидно, ожидая увидеть ужас в его глазах. Потом амалион сжал зубы. Улыбка исчезла. Он сделал аккуратный надрез на боку пленника. Кровь тонкой струйкой потекла вниз.

— Ты и правда ничего не чувствуешь. Ты умрешь. Что тогда будет…

Амалионы еще около часа издевались над человеком и мучили его. Все время смотрели на его выражение лица, но так и не смогли добиться хоть капли проявления ужаса, страха или волнения. В конце концов им это все надоело. Они решили закончить с ним.

Один из амалионов подпрыгнул на месте, доставая меч. Другой хмыкнул. Но все же повернулся, чтобы посмотреть, что так всполошило его друга. Он услышал шаги. Отчетливые шаги по сухим мелким веткам. Через секунду уже можно было разглядеть фигуру. Тощая не высокая девушка. С красными волосами. Или рыжими. Короткие волосы, чудная прическа. Слишком чудная для обычного человека. У амалиона челюсть отвисла. Здесь? В этих забытых Сводом болотах? Единство ее подери! Он оглянулся, стараясь понять, что будут делать другие амалионы.

Творящая не сбавляла шаг. Ее непроницаемое лицо не предвещало ничего хорошо. Они всегда так выглядят, когда хотят убить. Или что-то узнать. Или поесть. Они вообще странно выглядят. Творящая улыбнулась, медленно останавливаясь, не доходя до них нескольких шагов.

— Люблю, когда убегают не сразу, а сначала дергаются. — рыжеволосая выставила одну руку вперед со сжатой ладонью. — Поиграем? — спросила она и разжала кулак.

Как только амалионы заметили светящийся предмет у нее на ладони, все сомнения на счет ее желания убить их моментально развеялись. Страх смерти окутал их с головой. Они бросились убегать так далеко, как только могли. В эту сторону лучше не возвращаться. Застать врасплох Творящую невозможно. А вот умереть, даже не поняв, что ты умер, — это они могут устроить.

Человек посмотрел на нее. Та выдохнула и закрыла глаза. Поместила куб в карман и вытерла лицо. Осмотрелась. Человек наморщил лоб.

— И зачем ей такое представление? — тихо спросил он, ему не сильно хотелось ее пугать звуками своей речи.

Возможно, она его спасет. Хотя, зачем ей это? Зачем она вообще сюда пришла? И просить о помощи он тоже не мог.

— Плохо, когда говорить не умеешь.

— Ого, так ты актер? — спросила девушка. — И что же ты решил показать амалионам, что они тебя за это на дерево прибили?

Человек нахмурился. Еще сильнее. Он не совсем понимал, о чем она толкует.

Девушка подошла поближе. Только теперь он понял, насколько сильно она напугана. Пальцы ее так дрожали, что, наверное, она не смогла бы поднести и ложку ко рту.

— Кто здесь и актер, так это ты, маленькая обманщица. — опустил голову человек.

— А ты бы предпочел, чтобы я их не обманывала? Знаешь, я могу и уйти. — девушка выгнула брови. Она страшно хотела оглянуться, но ситуация требовала другого.

— Она тебя слышит? То есть, понимает?

— Может хватить уже говорить о себе во втором лице и другим голосом? — проявила негодование девушка с огненными волосами.

— Она… она… и меня слышит?

— Ты сможешь меня освободить? — спросил человек.

Девушка осмотрела его. Она быстро вынула нож и срезала веревки на ногах. До рук ей никак не дотянуться.

— Подставь к дереву вон тот пенек, что принесли амалионы.

Снова этот голос. Девушка внимательно посмотрела на прибитого к дереву человека. Затем все же оглянулась. Пошла и прикатила тот пенек, о котором говорил голос. Она встала на него и попробовала дотянуться до рук человека. Еле-еле, но она доставала.

— И как мне их…

— Подковырни. Ему не больно. Вернее, больно, но нам все равно. И сделай это побыстрее, пока амалионы не вернулись с подкреплением.

Девушка в ужасе отпрянула.

— Подковырни. — кивнул головой человек. — Думаю, что гвоздей нужной длины у них не нашлось. Прибили, чем смогли. Это не должно быть сложно.

Огненно-рыжая шевелюра тряхнулась в кивке. Девушка повиновалась и принялась подставлять нож между шляпкой и ладонью. Конечно, после пары минут она поняла, что у нее ничего не выйдет. А еще она поглядывала вниз, где ноги человека стояли на том же пеньке.

— Прижми нож максимально сильно к гвоздю под его шляпкой и просто держи. — сказал ей пленник.

Девушка так и сделала. На лице человека проявилось выражение крайнего напряжение. С каким-то странным звуком он смог выдернуть руку. Девушка еле удержалась на пеньке. Он поднес руку ко рту, схватил зубами шляпку и потянул. Выплюнул гвоздь.

— Дай нож. — потребовал человек.

Девушка секунду мялась. Раз уж пришла его спасти… все равно она ним не умеет работать. Девушка отдала нож и спрыгнула с пенька. Человек подставил нож под шляпку на другой руке. Несколько секунд ему понадобилось, чтобы освободиться. Он облегченно вздохнул и спрыгнул. Бледная кожа резко контрастировала с красной кровью, которая покрывала все его тело. Он вынул гвоздь и посмотрел на девушку. Та, увидев его взгляд, тут же применила каменное лицо.

— Ты не Творящая. Не надо притворяться. — сказал человек, протягивая ей нож. — Кто ты?

— Меня зовут Жазэлизэ. — сообщила девушка.

Человек окинул ее с ног до головы и задержал взгляд на ярко оранжевых волосах.

— Надо было замаскироваться. Знаешь ли, у хрупкой девушки не так много шансов победить десяток амалионов. — услужливо пояснила Жазэль.

Человек кивнул. Он пошел к тому месту, где амалионы оставили его вещи. Одел сорочку. Сверху плащ.

— И все? Ты не спросишь, как она тебя слышит? Как она меня слышит?

Жазэль сердито нахмурилась. Человек спокойно поправлял одежду. К нему поближе подбежала крыса.

— Ты совсем чокнутый? Кто она такая? Нас никто не может слышать!

Девушка закричала. Крыса повернулась, сверкнув глазами в свете костра. Жазэль готова была поклясться, что на ее морде сияла улыбка.

— Она еще и видит меня? — глаза крысы увеличились, а то место, где должны быть брови, слегка приподнялось. — Юх-ху!

Крыса подпрыгнула и сделала полный оборот в воздухе. Затем стала на задние лапы и выпрямилась.

— Позвольте представиться, о милейшая госпожа. — крыса поклонилась. — Кризис.

Жазэль уже немного отошла от потрясения. Говорящая крыса! Она незаметно ущипнула себя. Не спит. Выдохнула. Вот это поворот. События сегодняшней ночи она надолго запомнит.

— Что кризис? — спросила девушка.

Крыса посмотрела на человека, потом на девушку. Снова на человека.

— Это его имя. Кризис. — пояснил человек. — Я его называю заноза. Чаще всего в заднице. Но это еще не самое худшее для него место.

— Я Кри-зис! — затрясла крыса лапками, поднимая их к верху и задрав голову к небу.

— За-но-за. — повторил почти таким же тоном человек.

— Что ты понимаешь в нас? Мы созданы для высших целей! — огрызнулась ему крыса, затем повернулась к Жазэль. — Как там ты говорила тебя зовут?

Девушка открыла рот, чтобы ответить.

— Не важно, в общем. Я Кризис. Ты не встречала моих братьев? Апокалипсиса, Армагеддона, Катастрофу?

Жазэль надула щеки и покачала головой.

— Нет, не встречала. — ответил за нее человек. — Зато она будет вспоминать о тебе каждый раз, как только в ее пальце окажется заноза.

— Так, подождите. — Жазэль опустила голову. — Незнакомый человек, который, похоже, не чувствует боли. Говорящая крыса. Это очень… очень… удивительно.

— Как и девушка, которая выдала себя за Творящую. — сказал человек. — Кстати, смелый поступок. Зачем ты это сделала?

Жазэль пожала плечами. Она никак не могла поверить в происходящее. Но, после того как видела богиню, наверное, говорящие крысы совсем не такая и диковинка.

— Я хотела выжить. Подумала, что лучший способ это сделать — напасть на амалионов. — девушка улыбнулась.

— Нет, это не лучший способ. — покачал головой человек. — Лучший способ выжить — это где-нибудь спрятаться.

— Идиот. — крыса очень эмоционально отреагировала на слова человека. — Она так шутит. Деревянная твоя башка.

Человек хмыкнул, прокручивая слова Жазэль в памяти и пытаясь понять, где именно она вставила шутку.

— А как тебя зовут? — подняла бровь девушка.

— Да, давай, скажи ей. — крыса уселась спиной к дереву и заложила ногу за ногу. Ой, лапу за лапу. А передней лапой поковырялась в зубах какой-то мелкой скалкой.

— Демостэносаиоз Димитриоз Дендроз.

Жазэль изменилась в лице. Такое имя ей ни за что не запомнить. Разве что, кто-то предложит ей целое состояние. Она подняла брови и опустила взгляд.

— А если я буду называть тебя Оз? У тебя все те имена заканчиваются на «оз».

У крысы отвисла челюсть, и тоненькая деревяшка выпала на землю.

— И почему я до такого не додумался? Где ты была все эти годы?

Девушка пожала плечами.

— Они вернутся? — спросила она.

— Амалионы? Что они вообще здесь делают, на болотах? — спросил в свою очередь Оз. — Они ведь любят жить в городах. На просторах.

— Ага, на просторах. — печально согласилась Жазэль, вспоминая степь перед крепостью.

— Что ты тут делаешь? — растянул свои слова Оз. — Кто ты на самом деле?

Жазэль нахмурилась, выгнув одну бровь. Почему он так странно говорил? То, что с ним не все гладко, это вообще ясно, как светлый день в середине лета. Но это последнее предложение. Девушка бросила взгляд на крысу. Та вытянула морду и застыла, готовая первой поймать каждое выпорхнувшее из нее слово.

— А почему ты так странно говоришь? — шепотом спросила Жазэль.

Крыса покатилась по земле от хохота. Она распласталась на земле и била по ней передними лапами, дергая в разные стороны задними.

— Ты слышал? Почему… почему… — крыса заливалась смехом. — Странно говоришь…

Человек в плаще выпрямился.

— Тебе показалось, человек.

Жазэль еще сильнее нахмурилась. Ладно, теперь пора переходить к делу, пока она еще не окончательно вышла из образа Творящей.

— Я могу рассчитывать на твою помощь. Ты мой должник. Я спасла тебя. Если ты помнишь.

Оз склонил голову чуть вперед, ожидая продолжения ее мысли. Жазэль не заметила никакой другой реакции на ее слова. Расположен он к беседе в подобном ключе, или считает ее притязания беспочвенными? Непонятно.

— Мне нужна помощь. Помоги мне достать одну штуку, и мы будем в расчете. — девушки испытывающе смотрела на него.

— Достать одну штуку? — поднял брови Оз. — И что это за штука, и откуда ее нужно достать?

Крыса уже пришла в себя и снова сидела, прислонившись к дереву. Она потянула носом и одной лапой почесала себе бок.

— Это полиот. — показала Жазэль рукой влево, не сводя глаз с Оза. — Там кое-что есть, что мне нужно. Пойдем, возьмем это, и все. Можешь идти куда хочешь.

— О, точно. Куда же ты хочешь пойти… Оз? — спросила крыса.

— Тебе некуда идти? — продолжила задавать вопросы девушка.

Человек не ответил. Жазэль не стала развивать тему. Сначала она посмотрит, как у них пойдет дело в полиоте. Потом она пример решение.

— Я действительно твой должник. В чем именно заключается твоя просьба? — человек выпрямился и подал лицо вперед, намереваясь выслушать просьбу девушки.

Жазэль снова показала на распахнутые ворота.

— Полиот. Пойдем. — она развернулась и зашагала прямиком в ночь.

Как же ей было страшно. Страшно еще от того, что она осмелилась выйти на амалионов. Страшно от того, что этот человек был немного… страшным. Не в плане внешности. Хотя, и в плане внешности тоже. Еще та крыса. Что-то здесь творилось вообще не понятное. Но самое страшное не это. А то, что она сейчас обернулась к нему спиной. Но ей надо было пережить этот момент. Правильно себя поставить. Если она начнет показывать свой страх или меньжеваться, то Оз быстро перехватит инициативу. А ей никак нельзя было такого допустить. Только не в ее абсолютно безнадежной ситуации. И если этот куб ошибся, то она потом задаст этой Сандрин.

Девушка шла по ночной прохладе, щупая ее своим лицом. Позади нее слышались шаги Оза. Пот градом катился по ее лицу. Крыса бежала впереди. Жазэль как можно тише сделала глубокий вдох. Ворота. Она не прошла и трех шагов внутрь полиота, как нашла то, за чем сюда пришла. Статуя. Величественная и высокая. В свете луны она казалась еще массивнее и от того у Жазэль пробудились какие-то странные чувства, которые она не могла объяснить. Сзади подошел Оз.

— Надо разбить пьедестал. — показала девушка рукой на статую.

— И как ты это предлагаешь сделать?

Жазэль подняла голову. Крыса сидела на самом верху статуи.

— Это ведь не простой памятник, а, Оз? Так ведь говорю?

Человек в плаще подошел поближе и присел. Он провел рукой по пьедесталу. Жазэль прикусила губу, понимая, что человек с пробитыми ладонями вряд ли будет ей хорошим помощником. Она почесала затылок. Положение ухудшалось, а время шло. От этого ее положение еще быстрее ухудшалось.

— Сейчас попробуем. — Оз встал и направился к одному из зданий.

Через минуту он пришел с большим камнем. Несколько ударов по пьедесталу. Никакого результата. Он сел.

Жазэль обошла статую. На самого Алхимиста она не смотрела. Ей было совершенно не до этого. Ей нужно поторапливаться. Девушка обошла еще раз вокруг статуи. Она внимательно осмотрела пьедестал. Идеально ровный. Только в одном месте каменная улица чуть наплывала на него. В остальном — все идеально, как будто только вчера сделано. Как и статуи инквизиторов. Жазэль подняла глаза. Нет, это точно не статуя одного из них. Алхимист, как и рассказывал Единитель.

Оз снова ушел. Через минут пять он пришел с какой-то металлической трубой. Попробовал разбить пьедестал. Безрезультатно. Так же, как и в первый раз. Жазэль, даже хорошо присмотревшись, не смогла увидеть никаких следов, которые мог бы оставить такой акт вандализма. Она покачала головой.

— Попробуй здесь. — девушка поманила его пальцем. — Здесь камень находит на пьедестал. Если удастся его раздолбать, то, возможно, можно начать отсюда бить и сам пьедестал.

Человек в плаще последовал за ней. Она нагнулась и показала пальцем то место, о котором она говорила. Оз тоже согнулся, чтобы рассмотреть. Он покачал головой, давая понять, что никакого наплыва камня он не видит. Жазэль вздохнула.

— Тогда просто бей вот сюда. Видишь? Где мой палец. Только подожди, чтобы я его убрала. Запомнил место?

Оз ударил. Сильно. Раздался хруст. Маленькая трещина. Жазэль ее отчетливо видела. Она хотела обрадоваться и попросить Оза продолжить, но трещина с таким же хрустом начала расползаться. От нее отделялись трещины-веточки, от них еще такие же трещины-веточки. Все это сопровождалось хрустом.

— Ой-ой. — донеслось сверху.

Человек в плаще быстро сообразил, что к чему и, схватив Жазэль за плечи, уволок ее в сторону. Через пять секунд статуя завалилась. Поднялось небольшое облачко пыли. Из этого облачка пошатываясь вышла крыса.

— Убить меня вздумал? Тебе это не под силу.

Жазэль бросилась к статуе. Она принялась руками разгребать остатки статуи и пьедестала, пытаясь найти в них хоть что-то. Она рылась минуты три, пока не заметила, что Оз просто стоит в стороне.

— Может, поможешь? — спросил девушка, вытирая лицо.

— Это здесь нужно достать штуку? — спросил он.

— Нет, я просто так развлекаюсь по ночам, рушу древние статуи. Такая у меня черта характера.

Оз остался на месте.

— Ну, идиот, она снова шутит! Конечно штука должна быть там. — помогла крыса. — Девка, у него с шутками совсем того. Все, что скажешь, воспринимает прямо в лоб.

Жазэль кивнула, она уже и сама догадалась. Она вопросительно посмотрела на Оза. Тот подошел и принялся помогать ей рыться в обломках. Через минуту он уже вытащил каменный длинный ящик. Или что-то на него похожее. Длиной около метра. В ширину и толщину сантиметров тридцать. Жазэль облегченно вздохнула и не могла сдержаться, чтобы не усесться на холодный камень. Она его нашла. Хвала Своду.

Оз поднялся, отпуская каменный ящик. Он поправил одежду. И зашагал прочь. Жазэль смотрела ему вслед. Потом взялась за ящик. Какой же он тяжелый! Она попыталась сдвинуть его с места. Это у нее получилось. И о том, чтобы унести такую тяжесть самой не было и речи.

— Стой! — выкрикнула девушка.

Шаги в темноте замерли.

— Что там на счет того, что тебе некуда идти? — закинула удочку девушка.

— Я найду, куда мне пойти. — донеслось из темноты.

— А ты знаешь, что началась война?

— Войны никогда не заканчиваются. — ответ прилетел мгновенно.

— Эта не такая. Война человеков против амалионов. — не сдавалась Жазэль.

— Многие из великих войн были такими.

— Ты спрашивал, что амалионы здесь делали? Они захватывают мир. Раньше здесь жили драйтлы. Алхимисты. Это статуя одного из них. Абсолютного. Синемордые опустошили уже многие города и продолжают наступление по всем направлениям.

Жазэль не знала, удалось ли ей заинтересовать Оза. Она секунду молчала, пока не услышала его шаги. Он удалялся. Она закрыла глаза. Не для того ее сюда направил Максуд, чтобы она сдалась уже тогда, когда меч почти у нее в руках.

— Помоги! — взмолилась она. — Мне одной не справиться.

Шаги. Все дальше и дальше. Последняя попытка.

— На их стороне бог! Он убьет всех! И тебя тоже!

Жазэль прислушалась. Тишина. Неужели он ушел так далеко, что она уже не слышит его. Девушка склонила голову и заплакала. Одной рукой она держала этот каменный ящик. Сомнений, что меч там, у нее не возникало никаких. Вот она рядом с ним. Вот удачный итог ее миссии. И вот вся ее безнадежность. Что она сможет сделать с этим тяжеленным предметом одна посреди ночи, когда враги окружают ее?

— Расскажи подробнее. — раздался голос Оза совсем близко.

Жазэль быстро вытерла глаза и утерла нос.

— Мы в крепости тысячи фонтанов. Коалиция. Человеки, драйтлы. Разные драйтлы. Мы объединились, чтобы сражаться против амалионов. — протараторила Жазэль. — У них есть бог.

— Ты его видела?

— Нет. Но я видела Первую. Она была этим… немного напугана. Сказала… что попытается придумать, что с этим делать.

— Тебя послала Первая?

Отлично, значит, он знает, кто такие Первые. Иначе бы ей пришлось сильно изгаляться, убеждая его в существовании Первых и, собственно, богов.

— Нет. Максуд не очень с ними ладит.

— Кто? — спросил Оз.

— Максуд. Наш маршал. Он… интересная личность. — Жазэль пока так решила ограничить свой рассказ о нем. — С нами Единитель. Абсолютный алхимист.

Девушка вздохнула. Дальше надо было рассказать о черном мече. Поверит ли он?

— И что?

— Ты слышал когда-нибудь о черных мечах, которые могли бы убить бога? — попыталась Жазэль.

— Их семь. — ответил Оз.

Девушка облегченно вздохнула. Затем насторожилась. С одной стороны, хорошо, что он так много знал. А с другой, откуда это он так много знал?

— Все они уничтожены. — поведала ему Жазэль.

— Без мечей человекам не выстоять. И с мечами у обычного человека нет шансов, а без них… — Оз покачал головой. — Ты уверена, что у них есть бог? Это должно ощущаться.

Оз закрыл глаза, словно пытался отсюда ощутить бога.

— Уверена. — заявила девушка. — Мы всерьез всполошились. Тут и родилось предположение, что один из мечей уцелел. Максуд это отрицал… — Жазэль прикусила язык, понимая, что незачем говорить то, что сам Максуд их и уничтожил. — Но мы решили рискнуть.

— Мы? — спросил человек в плаще.

— Да. Я и моя группа. Нам пришлось разделиться, чтобы отразить нападение амалионов.

— Они так же сражаются, как и ты? — поднял брови Оз.

— Краской и ножом?

Оз нахмурился. Жазэль вздохнула.

— Точно. Никаких шуток. Нет, они не так сражаются. Сын генерала, чемпион, сабазадонка и Творящая. Вот моя группа.

Брови человека в плаще взлетели до небес.

— А ты думал? — хмыкнула Жазэль. — Все серьезно. Мы пришли сюда, чтобы раздобыть меч. И вот он здесь. И его нужно доставить в крепость. Я бы хотела тебя попросить…

— Хватит сидеть. — перебил ее Оз. — Идти далеко?

Он наклонился и взял тяжелый ящик. Водрузил себе на плечо. Жазэль только рот открыла. А быстро она его смогла убедить. Правда, она и сама не поняла, как именно. Но это не важно. Сейчас самое главное — это доставить меч. Если с этим Озом что-то не так, пусть Максуд сам разбирается. У нее была задача доставить меч, она ее выполняла всеми доступными средствами. Девушка вскочила и побежала вприпрыжку за Озом, который быстрым шагом выходил за пределы пустого полиота.

— Стой, стой. Нужно сделать еще кое-что. Я обещала абсолютному.

Человек в плаще остановился. Он сбросил ношу на землю. Камень с глухим стуком упал на землю. Жазэль повернулась левым боком к нему.

— Так. Если стоять лицом к статуе, то слева длинное здание. Вторые двери. Там коридор. Тоже вторые двери.

Девушка повернулась к Озу. Конечно, ей совсем не хотелось оставлять меч в одиночестве, но идти самой — это выглядело еще похуже. Она поманила человека в плаще рукой и тот пошел за ней. Она бросила взгляд на его руки. Кровь почти не текла.

— Я первый. — сказал Оз, заходя в открытые двери.

Ничего против этого девушка не имела. Жазэль протиснулась за ним. Она обернулась, крысы не было видно. Только длинноухая маленькая лисица.

— Чего смотришь? — гавкнула она.

Девушка покачала головой и вошла в комнату за Озом. Темнота. Абсолютная. Вообще ничего не видно. Она услышала шаги. Оз, похоже, лучше ориентировался в темноте. Жазэль слышала, как он остановился, принялся открывать ящики стола. Через несколько секунд он зажег лампу. Жазэль стояла в дверях и смотрела на человека, который сгорбился возле лампы. В руке она крепко сжимала нож.

Эйр встала возле Румадэу. Не совсем близко. Метра два. Эстэль взбиралась в развалины.

— Что, плохо без своих лат? — спросила девушка.

— Ты думаешь, моя сила в них? — усмехнулся воин.

— Я думаю, твоя сила с ними связана. — выдвинула предположение сабазадонка.

— Знаешь, победители ведь не носят таких лат. — спокойно ответил чемпион.

— Да, они носят другие. Латы. — сделала ударение Эйр на последнем слове.

Чемпион вздохнул. Как бы он не хотел казаться спокойным, а до каменного лица Творящих ему было далековато. Эйр не сомневалась в его умениях. Чемпионами не становятся просто так. И моральное состояние у них всегда на высшем уровне. Почти, как у сабазадонцев.

— И сколько тебе осталось отличий, чтобы снова вступить в ряды железных болванов?

— Мм… Я не сильно продвинулся. — ответил Румадэу.

— Значит, десять.

— Около того. — кивнул чемпион. — Плюс, минус.

— И как ты собираешься их раздобыть? Ты же не встал на путь истинный, чтобы держаться подальше от тех дровосеков?

Чемпион покосился на Эйр. Девушка выдержала взгляд. Он отвернулся, спокойно ожидая приближения врага.

— Они не разрешат тебе с ними сражаться. И с человеками ты сражаться не станешь. — размышляла вслух сабазадонка. — К Творящим примкнуть или дробителям — об этом нет и речи. Заклинатели и мрачные — особый контингент. Может, ты умеешь водой управлять? Нет? Тогда и к водоносам тебе путь заказан.

— К чему ты все это говоришь? — перебил ее чемпион.

— К тому, что твой единственный выход — быть рядом с Максудом. Он всегда в центре всех событий. Вообще всех. Вообще всегда. Если ты не заметил. С ним можно получить отметки. Думаю, если ты доставишь меч, то это будет первая.

Ненадолго они погрузились в вечернюю тишину.

— Зачем ты мне все это говоришь? — задал вполне резонный вопрос Румадэу.

— Чтобы поднять твой боевой дух. Я же знаю, как сражаются чемпионы. Не хочу, чтобы мне пришлось краснеть за тебя перед амалионами.

Она широко улыбнулась. Чемпион тоже.

— В два раза. — сказал он.

— Что в два раза? — не поняла девушка.

— Я убью больше тебя.

Эйр хохотнула.

— А ты и считать умеешь? Я теперь серьезно пересмотрю свое отношение к чемпионам.

Румадэу размял шею. Эти сабазадонцы только говорить и умеют. Как доходит до драки, то становится понятным, что все рассказы о них — сплошная выдумка. Чемпион обернулся. Сзади подходил Оррмарин.

— Иди к развалинам. Творящей понадобится помощь. — кивнула ему Эйр.

— Творящей? Помощь? — округлил глаза воин.

— Черные доспехи. — сказала сабазадонка.

Оррмарин вздохнул. Он побежал в ту сторону, где пряталась Эстэль.

— Я одного не могу понять. — сказал Румадэу, когда человек достаточно удалился.

— Только одного? Нет, мне точно придется менять о вас мнение.

— Смешно. Но не очень. — серьезность в тоне чемпиона заставила Эйр выслушать его. — Вот мы тут стоим. Прикрываем эту дорожку. Впереди Творящая. Амалионы поймут, что мы решили защищать узкий участок. Если у них не получится сразу пробить нас, то они обойдут вон с той стороны. — он кивнул влево, но Эйр не повернулась, а он испепелил ее взглядом. — Ты видела. — кивнул он сам себе, сделав выводы. — Ладно. Тогда второй вопрос. Мы разделены. Когда они нападут на Творящую, то мы не сможем ей помочь. А она нам. По раздельности у нас меньше ш…

Он осекся и умолк. Чемпион повернулся к ней в пол оборота и поднял брови. Сабазадонка стояла неподвижно, смотрела прямо перед собой. Она все это знала? Сколько у нее было времени оценить обстановку? Она только и делала, что раздавала команды, когда же она успела подумать о том, что…

Первые амалионы выскочили из леса и, не сбавляя скорости, продолжили бежать вперед. Затем раздалась команда, и амалионы изменили направление движения, чтобы выйти прямо на Эйр и Румадэу в лоб. Они растянулись чуть шире и все-таки чуть сбавили шаг. Но только для того, чтобы потом взять разгон.

— Смелые ребята. — улыбнулась Эйр.

— Именно такие и погибают первыми. — кивнул Румадэу.

Сабазадонка заметила, как у чемпиона перестроилась шея. Рука. Другая рука. Он был готов. Но мечи пока не вынимал. Эйр, наоборот, нетороплива высунула свой меч из ножен на спине. Отвела руку вправо и назад для широкого замаха. Краем глаза она проверила расстояние между собой и чемпионом, что стоял слева от нее. Должно хватить.

Два воина молча ждали нападения в спускающейся ночной темноте. Ни слова из уст. Синемордые понеслись на них с диким воем. Запах быстрой победы вскружил им головы. Возможность легкой добычи заставила их глаза гореть. Черные мечи. У некоторых присутствовали и щиты. Эйр слегка повернула голову вправо. Чтобы всем телом вложиться в замах. Вернее, ей нужно было, чтобы амалионы так подумали. Румадэу неодобрительно бросил взгляд на сабазадонку, которая раньше времени обнаружила свои планы. Придется ему приглядывать за ней в бою.

Расстояние между защитниками и нападавшими быстро сокращалось. Первые ряды амалионов, скалясь и вопя, уже заносили мечи для смертельных ударов. Каждому хотелось отличиться. Такая армада могла просто снести двух несчастных воинов на своем и пути. Любых двух. Но только других.

Уже совсем близко. Чемпион мгновенно высвободил два своих меча. Эйр крутанулась вправо вокруг своей оси, направив удар меча с той стороны, с которой его вовсе не ожидали два амалиона, что первыми к ней подоспели. Оба с разрубленными шеями по инерции двигались еще какое-то время. Эйр сделала два шага назад. Чемпион раскроил черепа двоим синемордым и еще двоих убил другим способом. Но остаться на месте не представлялось возможным, вражеские солдаты напирали всей своей массой. Он медленно отступил, чтобы выровняться с Эйр в одной линии. Румадэу метнул взгляд на ряды амалионов. Гравалионов среди них не было. Хорошая новость. Но пару человек заметно выделялись своими размерами. И амалионов оказалось намного больше сотни. Он рубил мечами направо и налево с такой скоростью, что еще с десяток амалионов, обуреваемых жаждой смерти, полегли всего за несколько секунд. Бросил взгляд на Эйр. Ей, конечно, досталась меньшая часть суши для обороны. Но держалась она молодцом. Широкие размашистые движения. Возможно, у нее не хватало сил, чтобы сражаться с мощными воинами врага на равных. Но она с лихвой компенсировала это другими своими действиями. Скорость. Траектория рубящих и колющих движений. В основном, ее техника ведения боя состояла из круговых движений, в которых она набирала необходимую инерцию и пробивала защиту амалионов. Эти же круговые движения позволяли ей отбивать удары врага и уклоняться от их атак. В сочетании с хирургически точными движениями и потрясающей ловкостью она становилась смертельной машиной по уничтожению врагов. Румадэу поймал себя на мысли, что пытается в каждую свободную полусекунду посмотреть на нее. Ее манера боя сильно отличалась от его. Но была не менее устрашающей. Враги падали вокруг нее с потрясающей скоростью. Сам Румадэу орудовал двумя мечами. Двумя очень тяжелыми мечами, как для человека, так и для амалиона. Ему было просто продавливать вражеских солдат, разбивая их защиту. Конечно, он уже получил пару легоньких ран. Царапины, случайны отскоки мечей. Интересно, Эйр еще не ранена?

Бой кипел не шуточный. Теперь амалионы, поняв, что быстрым наскоком не получится снести этих двоих сопротивляющихся, выпустили вперед тех, кто был вооружен еще и щитами. Интенсивность сражения уменьшилась, опасность быть поверженными для сабазадонки и чемпиона возросла в несколько раз. Теперь Эйр пришлось пустить в ход некоторые свои хитрости и наносить удары во все незащищенные части амалионов, к которым она могла безопасно для себя дотянуться. Теперь она не стеснялась наносить не смертельные раны, а те, которые получится. Для чемпиона же кардинального изменения не произошло. Только в каждый удар надо было вкладывать еще больше силы. Чтобы щиты противника прогибались. Чтобы они опускали руки, оголяя жизненно важные участки тела. Но врагов было много. Медленно они отступали. Румадэу поглядывал то на Эйр, то на развалины. Сабазадонка пока и не думала звать на помощь. Чемпион сглотнул, уклоняясь от одного из ударов амалионов. Он тут же отсек руку синемордому, чтобы другим было не повадно нападать исподтишка. Еще один из подлых уколов врага повредил ему ногу. Другой разрубил бы ему колено, если бы нога в этот момент удачно не перестроилась. Простое везение. Он снова посмотрел на пыхтевшую Эйр. Не каждый командир чемпионов обладал таким железным самообладанием. В смертельном бою, когда ты можешь умереть буквально каждую секунду, не позвать на помощь силу, которая только и ждет твоей команды. Чемпиону вспомнился Гертиро. Наверное, единственный из командиров, кто перед смертью требовал бы, чтобы ему доставили еще больше врагов. Нет, все чемпионы были хорошо обучены. Все имели высокий боевой дух. Он за всю жизнь не увидел ни одного труса в их рядах. Но Эйр… Они сейчас сражались вдвоем против целой долбаной армии. И их шансы были не высоки.

— Еще не пора? — сквозь зубы прошипел чемпион.

— Нет. — тяжело дыша, ответила сабазадонка. — Нужно их остановить. — зарычала девушка, ускорившись и вихрем налетев на ближайших врагов.

— Ладно. — как смог выкрикнул Румадэу.

Чемпион напрягся. У каждого воина есть свой арсенал самых любимых и самых опасных, по его мнению, приемов. Пришло время их применить. Румадэу зарычал и… перешел в наступление. Он вклинился в ряды врага так быстро и неожиданно для них, что несколько амалионов упали замертво на землю даже не успев понять, как следует защищаться против этого огромного воина. Чемпион улучил момент, чтобы зацепить парочку амалионов и со стороны Эйр. Сабазадонка, мгновенно прочувствовав момент, тоже ринулась в атаку. Румадэу видел, как ее техника абсолютно изменилась. Моментально. Она перешла в совершенно близкий бой против противника и теперь движения ее стали похожи на укусы змеи. Короткие, быстрые. И смертельные. Практически без рубящих ударов. Одни уколы. Она интересным образом вкладывала вес в свой каждый удар. Один из амалионов успел подставить щит и ее укол заставил его потерять равновесие и свалиться в воду. Румадэу ухмыльнулся, делая оборот вокруг себя в гуще врагов. Его два меча пронеслись с огромной скоростью, и он расчистил себе место для дальнейшей обороны. Эйр выровняла линию с ним. А эта сабазадонка успевала за самим чемпионом!? Румадэу был крайне удивлен. Амалионы резко остановились и перестали нападать, немного попятившись назад и освобождая пространство. Они стали плотнее, прикрываясь щитами. Короткая передышка для чемпиона и сабазадонки — как раз то, что им и было нужно. Эйр быстро бросила взгляд на чемпиона, оценивая степень тяжести его ранений. Румадэу с этой же целью осмотрел Эйр. Глазами они не встретились. Не было нужды. Серьезных видимых ран не было заметно ни на поверхности тела, ни по осанке и способе держать меч. Оба удовлетворенно уставились на своих врагов.

Сейчас последует очередная попытка врага продавить их оборону. Эйр ногой уперлась в камни. Она посмотрела под ноги. Несколько камней. Амалионы накатили. Девушка отбивала атаки врага, уперев носок правой ноги в такой небольшой камень. Его можно поддеть и швырнуть в случае надобности. Девушка обратила внимание, что чемпиона стоял ближе к ней, чем того требовала ситуация. С одной стороны — это хорошо. Но теперь воин вряд ли мог оборонять дальний край узкого прохода, в котором они сражались. Один из амалионов по самому дальнему его краю обходил Румадэу.

— Ты близко! — крикнула сквозь зубы Эйр.

Чемпион чуть сместился влево. Амалион уже был готов напасть за его спиной. Настал момент. Эйр сгруппировалась, чтобы бросить камень. Хлопок заставил Румадэу обернутся с занесенным мечом. Амалион держался одной рукой за разбитую голову, сквозь его пальцы сочилась голубая кровь. Чемпион одним махом отсек ему и руку, и голову. Снова вступил в бой с теми, что нападали спереди. Сражение продолжалось еще несколько секунд. Чемпион понимал, что им нельзя отступать, как бы тяжело не пришлось. Эйр что-то задумала и ее план требовал стоять намертво. Синемордые снова отпрянули. И дали время защитникам отдышаться. Сколько они еще так протянут? Он не привык жаловаться, но силы не бесконечные.

Впереди амалионы принялись разделяться. Большая группа отправилась налево от обороняющихся в попытке обойти их с тыла. Румадэу бросил взгляд на Эйр. Амалионы двигались той самой дорогой, о которой он говорил Эйр перед боем. Надо было отступать, чтобы раньше них прийти на развилку. И избежать окружения. Сабазадонка осталась стоять на месте, не сводя глаз с тех врагов, что стояли со щитами в трех метрах. Амалионы впереди них не спешили нападать. Умирать не хотел никто. Они ожидали, пока их бойцы обойдут этих воинов сзади. Румадэу снова посмотрел на Эйр. Что она задумала? Синемордые слева от них уже обходили озеро. Сколько у них осталось времени до полного окружения? Очевидно, Эйр считала, что еще много. Амалионы слева нашли тропку. Они уже начали пересекать болото.

— Не забыл, как командой действовать надо? — спросила Эйр. — Эстэль! — громко заорала девушка.

Она тут же набросилась на первого врага, ногой подбив ему щит вверх и вогнав меч прямо в сердце. Румадэу моментально бросился за ней вперед. Но не прямо перед собой. А в ту брешь, что проделала Эйр. Он ураганом заскочил внутрь строя амалионов. И на мгновение улыбнулся, распознав в их глазах страх. Они уже знали, что умрут. И знали, что ничего не смогут сделать против взбешенного чемпиона. Несколько круговых движений.

— К развалинам! — скомандовала Эйр.

В этот момент сразу несколько синих стрел вылетели с вершины старого разрушенного здания. Два амалиона закричали. Эйр и Румадэу перешли в сумасшедшую атаку, сметая уже не такие стройные и совсем не многочисленные ряды врага. Тем более, что многие из амалионов обернулись, встречая новую угрозу в лице Творящей. Оррмарин с криком напал на них у подножья развалин. Чемпион быстро прорубил себе путь. Он оглянулся. Как и ожидалось, Эйр уже стояла рядом, вытаскивая меч из очередного поверженного амалиона. Группа почти воссоединилась.

— И займись этим. — бросила сабазадонка.

Чемпион нахмурился, но, услышав резкий громкий рев, выругался. Луксоры. Вот что это за два больших воина в рядах амалионов. Один из них сейчас расталкивал синемордых. Румадэу вздохнул. Конечно, луксор представлял для него опасность только в одном случае — если зверь застанет его врасплох, и он пропустит удар его могучей лапы. Но не заметить такую громадину было бы сложно. Даже в вечерних сумерках. Синие стрелы пролетали над головами сбитых с толку амалионов. Чемпион рванулся к луксору, отгоняя амалионов. Они стали друг напротив друга. Луксор взвыл, поднявшись на двух лапах. Зверь напал, размахнувшись лапой. Румадэу на его замах ответил двумя своими. Встречные замахи. Только вот у чемпиона в руках крепко сидели два меча. О перерубил лапу зверю в двух местах. Два куска мяса свалились на землю раньше, чем зверь взвыл, здрав голову. Румадэу расценил это, как сигнал к атаке. Чемпион подпрыгнул, раскрутившись в воздухе. Оба его меча сильно полоснули по шее зверя. Он не убил его сразу. Но сомнений быть не может — он умрет. Луксор попятился назад, держась одной лапой за кровоточащее горло. Кровь рекой текла по его шерсти сквозь пальцы. Амалионы отступали.

Эйр почти пробилась к развалинам. Это не так и сложно было сделать. Большинство амалионов из этой группы они убили. Те, что остались, находились между нескольких огней. Творящая выпускала стрелы и им приходилось все время держать ее в поле зрения, Оррмарин нападал с той же стороны. Еще разъяренный чемпион, с которым, судя по всему, этой группе раньше не приходилось встречаться. И сама Эйр. Так что, через жиденькое построение синемордых можно было пробраться без проблем. Она уже стояла у подножья развалин, с которых Эстэль пыталась убить защищенных от ее смертельных стрел амалионов. А вот когда на Эйр помчался луксор, то сабазадонке понадобилось призвать все свое самообладание, чтобы обдумать, что можно сделать. И никаких мыслей, кроме тех, которые твердили о побеге, у нее не возникало. Ровная местность, от луксора нигде не укрыться. Эта тварь может быстро двигаться, если захочет. Она приготовилась припасть к земле и попытаться ранить его лапу, чтобы он стал не таким подвижным. Тогда у нее появятся шансы. Секунда до нужного момента. Эйр выставила меч в нужном положении. Внезапно луксор сместился с намеченной траектории. Чемпион врезался в него всем весом, смещая в сторону. Обе громадины пролетели в сантиметре от сабазадонки и завалились на землю. Эйр сразу же запрыгнула на одного из них и принялась колоть луксора в жизненно важные зоны. Сперва шея. Три быстрых укола. Затем грудь. Голову она вряд ли бы пробила. Чемпион под ней тоже тыкал своими мечами поверженного зверя.

Румадэу ощутил странные чувства. Очень странные. Какое-то изменение в организме. Амалионы, отойдя от первоначального шока, попытались на них наброситься. Эйр принялась защищать оказавшегося на земле Румадэу. Но поняла, что это будет сделать сложно. Черные платки закрывали лица амалионов. Специальные отряды. Хорошо подготовленные воины. Всего несколько секунд им понадобилось, чтобы оттеснить ее. На плече у нее уже зияла рана. Две пары амалионов подавали друг другу знаки, о которых она, к счастью, знала. Это немного помогло ей выжить. Где чемпион? Эйр мельком взглянула на него. Тот не мог подняться. Одной рукой он отбивался от амалионов, другую держал в лапах умирающий луксор. Эйр никак не могла ему помочь. Чемпион яростно сражался левой рукой, не давая приблизиться к себе амалионам. И те сильно наседали на него, в свою очередь, не давая времени высвободить ему правую руку. Кто-то из амалионов пожертвовал собой, чтобы обездвижить рабочую руку Румадэу. Он подставился под меч и ухватился за него обеими руками, когда тот вошел ему в живот. Румадэу напрягся. Еще один амалион схватился за руку. Его словно разрывали на части. С одной стороны луксор все еще тянул левую руку, амалионы тянули правую. Двое синемордых уже направили мечи к его груди. Эйр застыла на долю секунды, не в силах оторвать взгляд от чемпиона. Она не могла ничего предпринять, чтобы спасти его.

И тут оба меча достигли груди Румадэу.

Ничего не произошло. Амалионы остановились, затем попробовали еще и еще уколоть чемпиона. Луксор, наконец-то, испустил дух. Чемпион освободил правую руку и одним замахом перерубил двоих амалионов, что тыкали в него мечами. После другого замаха и его левая рука стала свободной. Чемпион рванулся в сторону Эйр. Вдвоем они быстро покончили с элитными амалионами. Другие нападать остерегались, прячась от стрел Творящей.

— Там узкая дорожка, в той стороне. — Эйр побежала вперед. — Спускайся! — крикнула она Ревиаль.

Эстэль выпустила еще несколько залпов синих стрел, разя амалионов, пока абсолютно все капли у нее из запястья не преобразовались в стрелы. Она быстро сбежала вниз и припустила за сабазадонкой. Чемпион и Оррмарин тоже быстро отступали. Амалионы растерялись. Их осталось не так и много, чтобы попробовать разбить внезапно окрепший отряд обороняющихся. Большая их часть еще занята обходом болота. Еще эта Творящая. Откуда она взялась? Конечно, на них были надеты латы и у некоторых имелись щиты, но открытое лицо и шея давали прекрасные шансы умелой Творящей их убить. Та не гнушалась стрелять даже в ноги. Теперь амалионы ждали свою вторую группу, чтобы вместе напасть. Люди же убегали.

Оррмарин бежал за Эстэль, у которой глаза горели ярко синим огнем. Он поравнялся с ней, оставив позади чемпиона.

— Эйр! Эйр!

— Что?

— Я их уведу. — кричал Оррмарин. — Прячьтесь.

Сабазадонка сбавила ход.

— Мы будем держаться вместе.

— Нет. Вместе мы только умрем. Их много, они нас возьму в кольцо или мы сами утонем в болотах, убегая, куда глаза глядят. Уже почти ночь. Ночью им будет проще.

С этим не поспоришь.

— Что ты предлагаешь? — спросила Эйр, все еще не останавливаясь и на бегу отводя рукой ветки, что так и хотели попасть ей в лицо.

— Прыгните в болото. Спрячьтесь. Я уведу их и попробую обмануть. У вас будет шанс.

Эйр прикинула, к чему это может привести. Шанс действительно у них появится. Потеря Оррмарина с точки зрения оборонительной способности группы не сильно скажется на них. Чемпион, Творящая и сабазадонка. Человек здесь не сильно строил погоду. Значит, они практически ничего не потеряют, зато обретут шанс на спасение.

— Хорошо. За мной. — приказала Эйр.

Она еще немного пробежала, подыскивая такое место, где ветки деревьев склоняются к самой этой туманной вонючей жидкости. Их так будет хуже видно. И в случае необходимости можно схватиться за ветки, если трясина начнет их утаскивать. Конечно, это выглядело очень рискованным мероприятием. Если их учуют, то они станут легкой добычей. Через пару десятков шагов Эйр увидела подходящее место. Спрыгнула в воду и погрузилась в вонючую жижу с головой. Вынырнула и кое-как подлезла под ветки. Оррмарин бежал со всех ног. Чемпион и Эстэль без раздумий прыгнули вслед за сабазадонкой. Каждый старался войти в болото так, чтобы издать меньше шума.

— С головой. — прошептала Эйр.

Ее приказ тут же выполнили. Под ветками места оказалось достаточно. Густые темные с широкими листьями. Спускающаяся темнота и плотный туман укрыли их от глаз амалионов. Эйр опасалась только на счет запаха. Она снова нырнула. Вынырнула и осторожно подняла руку из-под воды. Девушка показала указательным пальцем вниз, не двусмысленно требуя от своих членов команды сделать то же самое. Совсем рядом над их головами послышался топот ног. Эйр замерла. Только сердце у нее в груди бешено колотилось. Либо они уйдут, либо остановятся и тогда прощайся с жизнью. Когда последний амалион пробежал над ними, сабазадонка еще раз нырнула и другие последовали ее примеру. Они еще просидели в болоте минут пять. Дна ногами никто не ощущал. Но старые стволы деревьев, которые находились под водой, не давали им утонуть.

Выбраться на берег оказалось не таким и простым делом. Тем более с мечом в руках. Чемпион вообще держал два. Эйр вылезла первой. Она помогла выбраться Эстэль. Затем они вдвоем подхватили чемпиона. Самое важное сейчас — вытереть насухо мечи. Чем они и занялись. Затем вложили их в ножны. Эстэль быстро залечила их глубокие порезы. До мелких никому не было дела. Пошли обратной дорогой. Когда доходили до развилки, то услышали голоса. Стало понятно, что там амалионы. Судя по тому, что над ними никто в другую сторону не пробегал, пока они прятались в болоте, можно было сделать вывод, что это новая группа. Может, и не так, но предположения нужно строить, основываясь на худших вариантах развития событий. Эйр посмотрела вправо. Она махнула, и вся группа пошла за ней.

Они уходили все дальше и дальше. Периодически Эйр останавливалась и все по очереди опускались в тину, чтобы запах болота окончательно мог свести их с ума. Эйр не могла припомнить, чтобы от нее хоть когда-то так воняло. Но, в данных обстоятельствах это только приветствовалось. Сабазадонка хорошо ориентировалась на местности и имела прекрасное чувство направления. Она понимала насколько они отклонились. После двух часов ходьбы, было принято решение остановиться на отдых. До рассвета. Бродить по болотам ночью — одно из самых пренеприятнейших занятий, нужно сказать. Они еще раз по очереди окунулись в вонючую жижу, оставив мечи на суше. Теперь им предстояло отдыхать. Эйр вызвалась первой нести стражу.

Как только стало светать, группа направилась в нужную сторону. Несколько часов им пришлось блуждать по болотам, обходя непроходимые места. В середине дня они выбрались из болотистой местности и дошли до широкой полосы из черных мелких камней. Их внимание привлекли столбы. Высокие и тонкие они были обвешены скелетами животных. И не только. Под одним из таких столбов и уселась Эстэль. Ее абсолютно не смущали кости, которые касались ее спины.

— Что будем делать? — спросила она.

— Выживать. — хмыкнула Эйр.

— А Жазэль? Мы всю ночь шли в обратную сторону. Это значит, что мы не попытаемся найти меч?

Эйр покачала головой. В болотах, где могут находиться сотни амалионов, а, может, и тысяча, бродить несколько дней и ночей… Нет. Им ни за что не найти тот меч. Тем более без карты. Она понимала, в какую сторону им идти домой. Наверное, смогла бы снова найти ту красную рощу. Но она, как и все остальные, прекрасно понимала безнадежность такой затеи. Сабазадонка вздохнула.

— Без меча нам не так рады будут. — опустила голову Творящая. — И та девка нравилась Максуду.

Все немного помолчали. Затем первой тишину нарушила Эйр.

— Пойдем уже. Путь не близкий. Без коней нам понадобиться несколько дней, чтобы добраться до крепости.

Сабазадонка развернулась и направилась в нужном направлении. Чемпион повернулся и пошел за ней. Через десять шагов они остановились.

— Ты чего там сидишь?

— Вы всю ночь ходили, как две надутые жабы. Еще несколько дней в такой атмосфере определенно не пойдут мне на пользу. — сообщила им Эстэль. — Вы сейчас и здесь выскажете друг другу все, что у вас там накипело. Только тогда я пойду.

— Отлично. Не забудь улыбаться, когда амалионы придут за тобой. — Эйр отвернулась и зашагала прочь.

— Творящая — это сильная боевая единица. Как ты объяснишь Максуду, что потеряла ее? — спросил Румадэу.

— Почему ты ее поддерживаешь?

— Я поддерживаю целостность группа, а, значит, и наши шансы выжить.

Сабазадонка посмотрела на Творящую. Та закрыла глаза, выставила руки чуть в перед в одной из поз для медитации, и мурлыкала какой-то мотив себе под нос.

— Я так долго могу. — сказала Эстэль, почувствовав, что на нее смотрят.

Эйр вздохнула. Еще таких разговоров ей не хватало.

— Хочешь услышать, иди сюда.

Эстэль моментально вскочила и направилась к ним. Сабазадонка скривилась, сжала зубы, потом вздохнула.

— Ладно. — наконец, сказала она. — Я была не высокого мнения о чемпионах. Считала вас зазнайками и уставными выскочками. Раньше я никогда не встречала чемпиона. Сегодня увидела, что ты отменный воин. Мнение о твоем народе придется пересмотреть. — она замялась. — И… — прикусила губу и вздохнула. — спасибо за то, что спас меня.

Эстэль открыла рот. Ни о каком каменном лице сейчас и речи быть не могло.

— Я тоже не ожидал, что ты окажешься таким умелым бойцом. — кивнул Румадэу. — И умным командиром. Очень умным. Твои решения нас сегодня спасли не один раз. Раньше я тоже не встречал сабазадонцев. Считал вас обычными людьми, которые мнят себя великими воинами, а сами толком и меч держать не умеют. Все рассказы о вас не совсем правдивы. Если бы у тебя была комплекция чемпиона, ты могла бы стать одной из лучших среди нас. — он переступил с ноги на ногу, опустив голову. — И спасибо, что спасла меня.

Эстэль даже шаг назад сделала от изумления.

— Вы совсем ненормальные? — выкрикнула она. — От вас только и слышно было, какие чемпионы тупые, какие сабазадонцы неумелые. А каждый из вас никогда в жизни не видел хоть одного из тех, о ком говорил? — Творящая поводила взглядом с одного на другого, убеждаясь в правоте своих слов. — Ненормальные. А чего вы всю ночь злились? Когда все плохо, вы злитесь. Теперь же, когда каждый из вас спас жизнь другому и все хорошо, вы тоже злитесь. Что это еще такое? Что с вами не так?

— Хватит кричать. — успокоила ее Эйр. — Береги силы.

— Заткнись. — оборвала ее Эстэль. — И отвечай.

Сабазадонка в очередной раз вздохнула. Повернулась к чемпиону.

— Если у меня в отряде есть воин, который может отбивать мечи голой задницей, я бы предпочла об этом знать заранее, чтобы прикрываться этой самой задницей.

— Если бы я знал, что мечи амалионов не смогут меня пробить, я бы тебе сказал. — вперил в девушку взгляд чемпион.

Воцарилась тишина. Эйр резко повернула голову к Эстэль.

— Зажги глаза.

Творящая подняла брови, но выполнила просьбу. Эйр медленно вынула меч и одним резким ударом нанесла укол чемпиону в руку. Меч отскочил от руки, как и чемпион от Эйр. Свой меч он не выхватил. Румадэу замер, глядя на свою руку. Сабазадонка подошла ближе и еще пару раз уколола его в разные места.

— И что это значит? — спросила Эстэль.

— Это значит, что тебе нужно хорошенько запомнить этот вопрос и задать его тому, кто сможет на него ответить. — Эйр вложила меч в ножны у себя за спиной.

— Максуд. — догадалась Творящая. — Ты думаешь он специально направил Творящую на это задание?

— Не просто Творящую. — покачала головой Эйр. — А Творящую с профильным синим цветом. Видела, как Делорис усиливает мрачных? Тревизо так же действует на заклинателей. А ты… на чемпионов.

— И на дробителей. — подхватила эстафету девушка. — Хорошо, капитан. Что будем делать? — вытянулась по струнке Эстэль.

Капитан? Эйр улыбнулась.

— Пойдем домой. У меня тут осталось мясо завернутое. Но после болота его есть нельзя. — сабазадонка вытянула из кармана моточек, на всякий случай понюхав его.

Тряпка с мясом сразу же отправилась в ближайшие кусты.

— Бежать не будем. Идти далеко. Если найдешь воду, сразу говори. — сказала она чемпиону. — Может быть, придумаем какие-то капканы для зверей, если будем останавливаться надолго. Все, пошли.

Группа отправилась в долгий путь. В середине дня к ним прилетел орел. Огромная птица спикировала прямо на Эстэль. Эйр и Румадэу вынули мечи, но Творящая остановила их жестом. Она выставила руку и орел сел на нее. В ту же секунду он превратился в белую дымку и развеялся в лучах солнца. В руке у Творящей осталась записка.

— Сандрин спрашивает, как у нас дела. — поведала им Ревиаль, прочитав записку.

Эйр почесала затылок. Надо рассказать все, как есть. Не самые лучшие новости, но какие уже есть. Максуд должен знать правду. Эстэль вынула вонючие, но высохшие листики бумаги. Еще перо, которое работало на дымке, и села на землю. Она коротко описала ситуацию и вызвала птицу. Маленькой веревкой привязала записку к лапе пернатого и сбросила его с руки. Птица полетела. Творящая не потушила глаза.

— Любовнику еще хочешь написать? — усмехнулась Эйр.

Эстэль выставила руки в ее сторону и синие капли зажужжали вокруг ее запястий. Чемпион и сабазадонка застыли. Еще мгновение и стрелы сорвались с руки Творящей.

Они пролетели в нескольких сантиметрах от Эйр. Творящая улыбнулась.

— Кто приготовит нам поесть?

Румадэу оглянулся. Небольшой серый заяц еще дергал ногами. Эйр улыбнулась и порылась в карманах, нащупывая огниво. Теперь целый день они смогут не думать о пище.

Костер развели быстро. Чемпион разделал добычу и вскоре заяц уже готовился на вертеле.

— Жаль, соли нет. — поджала губы Эстэль.

— Не беда. — сказала Эйр, махая перед ними пучком травы. — С этим и соль не нужна.

Дальше до позднего времени шли без перерывов. Эйр сказала, что ночью тоже нужно идти. Никто с ней не спорил. Часа четыре они отдыхали. После полуночи снова отправились в путь. О Жазэль никто не говорил. Чемпион и Творящая почти не знали ее, а Эйр было больно вспоминать о худенькой молодой девушке, с которой она успела подружиться. На войне не обходится без потерь. Зато, можно было вспоминать разные ситуации, которые были связаны с клерком. Начиная от самого их знакомства. Эйр часто вздыхала на пути домой.

— Там дальше моя лошадь. Попытаемся закрепить как-то эту штуковину. — предложила девушка.

Оз не стал с ней спорить. Жазэль хорошо помнила, где она оставила коня, поэтому найти его не составило труда даже в темную ночь. Человек в плаще нес каменный ящик. Сколько он весил, Жазэль даже подумать было страшно. Хоть бы конь выдержал. Им ведь всем нужно на нем разместится.

— А можно разбить этот… эту коробку? — спросила девушка.

— Нет. — покачал головой Оз. — Она сотворена. Алхимистом. Ее не разбить.

Клерк внимательно осмотрела каменный ящик. И с чего он взял, что его создал сам алхимист и, что его нельзя разбить? Но спросить об этом девушка не отважилась. Оз хорошо закрепил тяжелую ношу позади седла коня. И к ней примастерил кое-что еще. Затем закашлялся и упал. Жазэль выпучила глаза, не зная, как ему помочь.

— Чего стоишь? — вытянула и без того длинную морду маленькая лисица. — Вода есть?

Жазэль кивнула. Она быстро вынула флягу из своей сумки. По весу поняла, что там ничего нет. Точно, она всю вылила себе на голову.

— Пусто? Сразу видно — девка! — бросила лиса и умчалась. — Чего стоишь? — донеслось издалека. — Давай за мной.

Девушка вздохнула, посмотрела на Оза, который скрючился на земле и продолжал кашлять. Оставлять меч без присмотра не хотелось. Но как она могла его защитить без Оза? А с ним? Жазэль еще раз вздохнула и поплелась в ту сторону, откуда продолжал доноситься голос загадочного зверька. Она несла флягу с собой. Вся вода у нее ушла на то, чтобы намочить волосы и спасти человека в плаще. Так что, нечего тут на нее наговаривать. Если бы не эта вода, Оз был бы давно мертв. Или еще мучился бы. Неизвестно еще, что лучше.

Она снова вошла в полиот. Серые здания в свете луны казались такими мрачными, что ей пришлось крепко держать себя в руках, чтобы не выбежать отсюда. Снова зверек ее позвал. Она пошла на голос. Открытые двери у какого-то крохотного здания.

— Тут бочка. Ты так и будешь стоять?

Жазэль поспешила. Она набрала полную флягу воды. Они пошли обратно. Оз лежал на земле. Стало совсем ясно, что ему по-настоящему плохо. Жазэль пришлось влить ему воду в рот, сам он пить не мог.

— Еще. Этого мало. Очень. — вертелась вокруг нее лисица. — Если бы те не была такой худой, то смогла бы его оттащить туда.

Делать ей больше нечего, как тащить на себе огромных незнакомых мужчин.

— Я схожу еще по воду. — сказала девушка и быстрым шагом направилась к знакомой бочке.

Ей пришлось сходить еще два раза, пока человек в плаще более-менее пришел в себя. Лисица сказала, что нужно отвести его к бочке. Жазэль поднырнула под руку Озу и кряхтя помогла ему дойти. Это оказалось сделать на удивление сложно. Он был тяжелый, как целая гора. Поэтому, когда она дотянула его до бочки, девушка села прямо на каменный пол и прислонилась спиной к стене, тяжело дыша. Восстанавливать дыхание пришлось долго. Но это долго показалось ей малюсенькой секундочкой по сравнению с тем временем, что Оз пил из бочки. Он пил и пил, пил и пил. Терпение у Жазэль уже давно лопнуло, но она продолжала молчать. А он пить. Разве можно столько пить? Она уже встала и походила немного. Заглянула в двери. Он пьет. Жазэль выпучила глаза, покачала головой и еще немного походила. Через минуту он вышел, вытирая рот.

— Пойдем.

Хоть бы «спасибо» сказал. Какой не благодарный человек. Девушка быстро проскочила в здание. Уровня воды в бочке в темную ночь конечно не видно. Она полезла рукой. Осталось меньше половины! Хотя бочка была почти полной! Не может этого быть! Жазэль быстро потопала ногами вокруг нее. Звуков, которые должны были сигнализировать о том, что на полу много воды, она не услышала. Жазэль сжала зубы. Воду в свою флягу набирать из этой бочки ей совсем не хотелось. Девушка развернулась и вышла, догоняя Оза.

Когда подошли к коню, Оз нашел длинную ветку.

— Иди за мной. — сказал он.

— Ты не пробудился? — спросила лисица. — Проснулся, но не пробудился. Эх, идите за мной. С этой палкой вы будете здесь целую ночь петлять.

Зверек побежал трусцой вперед. Жазэль запрыгнула на коня. У нее уже лучше получалось. Человек в плаще шел впереди. Она последовала за ним. Разговоров не было. Почти все время Жазэль занималась исключительно тем, чтобы не свалиться с седла. Нужно было постоянно удерживать равновесие, уклоняться от веток, колючек, пригибать голову, отцеплять ветки от каменного ящика, который все время за что-то да зацепится. Под утро она уже совсем выбилась из сил. Когда она спала последний раз?

— Мы выбрались из болот. Куда нам дальше? — спросил Оз.

Жазэль не сразу сообразила, что он от нее хотел. Сказывалась скопленная усталость. Она запустила руку за пазуху и вынула карту. Протянула ему. Без слов. Тот развернул ее. Девушку интересовало только одно — чтобы он понял, где они находятся и в какую сторону идти. И чтобы ей не пришлось это объяснять.

— Хорошо. — кивнул человек в плаще. — Ложись. Прямо на лошадь. Человекам нужно спать.

Жазэль подняла брови.

— Я тебя привяжу к лошади, чтобы ты не свалилась. За уздечку буду вести скакуна сам.

Может, и нужно было поспорить. Или не разрешить себя привязать. Но Жазэль так вымоталась, так устала. Ей сложно было даже просто держать глаза открытыми. Поэтому она не сопротивлялась. Веревок, конечно, не нашлось. Он попросил нож. Девушка отдала и его. Тогда Оз распустил одну из пустых сумок и связал из нее подобие веревки. Как-то по-хитрому продел ее вокруг Жазэль, вокруг седла и каких-то элементов из сбруи коня. Наверное, не первый раз он такое проделывал. Хорошо это или плохо? Надо об этом подумать. Потом. Жазэль свалилась на шею лошади.

Оз закончил свои приготовления.

— Теперь вперед. — сказал он и похлопал коня.

Человек в плаще быстрым шагом направился в нужную сторону. Карта была у него. Ориентиры он видел. Через некоторое время он перешел на бег. Но Жазэль этого не знала. Она крепко спала.

— Зачем ты меня спас? — спросил он.

— Это ты кому, коню? — лисица, что бежала рядом, зевнула.

— Нет. Тебе. Ты нашел воду. Ты вывел нас с болот.

— Я себе помогал. — все так же безразлично говорил зверек.

— И визжал, когда думал, что меня убьют. — сказал Оз.

— Что это ты удумал? К чему ведешь? — скривилась лисица.

— К тому, что ты ко мне привык и не хочешь моей смерти. — сделал логическое умозаключение человек в плаще.

— Тупой идиот, вот кто ты. — покачал головой пушистый зверек. — Я помогаю себе.

— Твоя задача — чтобы я был мертв. Разве не так? — поднял брови человек в плаще.

Лисица молча бежала впереди.

— Думай, как хочешь.

— Признай.

— Нет.

— Признай.

— Не-е-ет.

— Да.

— Заткнись уже.

Лисица припустила вперед, отрываясь от Оза.

— Да! — крикнул он ей вслед.

— Идиот. — прилетело к нему откуда-то спереди.

Дальше человек в плаще бежал молча. В таком темпе он провел полдня, пока Жазэль не проснулась. Девушка не с первого раза открыла глаза. Потом застонала. Тело все ломило от неудобного положения. Еще и все это время она находилась в седле. Оз увидел, что Жазэль проснулась. Он остановился сам и придержал коня. Развязал девушку, чтобы та могла свободно двигаться. Она изъявила желание слезть с коня. Жазэль попыталась встать сама, но ноги ее затекли, и он помог ей. Еще минуту она держалась за его руку. Клерк тряхнула головой в разные стороны. Расправить волосы. Старая привычка. К новой прическе еще привыкать и привыкать. Жазэль взяла одну из самых длинных прядей волос и посмотрела на нее. К цвету такому тоже нужно привыкнуть.

— Тебе нужно поесть. Человеки должны есть. — закивал Оз.

Странный он. И говорит странно. А как еще говорить, после того, как выпил целую половину бочки воды? Жазэль пожала плечами и отпустила его руку. Теперь, кажется, она уже могла самостоятельно стоять. Она размяла шею, руки, ноги. Он все время смотрел на нее. Ей стало не по себе.

— Я хочу пройтись. Можешь ты теперь сесть на лошадь.

— Мы так будем слишком медленно двигаться. — ввел ее в курс дела человек в плаще.

— Если человеки долгое время проводят в одном положении, то могут умереть. — возразила Жазэль.

Оз не стал спорить. Он ловко запрыгнул на коня. Жазэль с завистью посмотрела на него. Она так не могла. Особенно, когда сзади торчала та каменная штуковина. И один рулон, который вообще сильно выступал по обе стороны от лошади. Он-то и мешал закидывать ей ногу. А ему нет.

— О, ты жива? — удивилась лиса, когда подбежала поближе.

— Кто ты такая? — спросила Жазэль.

Девушка нахмурила брови. Ночь прошла, опасность миновала, теперь бы получить ответы хоть на некоторые вопросы.

— Я не она! — зло гаркнула лисица. — Я — Кризис!

На эти слова она запрокинула голову, растягивая свое имя. Жазэль больше было это похоже на завывание.

— И о чем мне это должно говорить? — спокойно спросила девушка, начиная идти вперед. — А куда нам? — спросила она, повернув голову к Озу.

Тот молча указал рукой направление. Жазэль кивнула и немного повернула.

— Ну так, кто ты такой? — обратилась она к лисе.

— Ты совсем тю-тю? Я — Кризис. Я знаменую собой славную эпоху богов. Которую люди ждут уже много лет.

— А браться твои, как там их… Апокалипсис, Катастрофа…

— Катастрофа — это сестра. Ты вообще ничего не понимаешь? — зло сверкнула глазами лиса.

— Они тоже знаменуют эпоху? — спросила Жазэль.

Зверек довольно закивал головой. Девушке показалось, что он даже улыбался.

— И имена у вас такие… такие…

— Какие? — подняла брови лиса.

— Ну такие, что сразу понятно — наступит что-то хорошее. Кризис, Катастрофа, Армагеддон. — Жазэль посмаковала слова. — Мм… аж хочется, чтобы побыстрее это все наступило.

— Видишь? — повернулась лиса к Озу. — Один ты баран, ничего не понимаешь.

— Ага! — Жазэль аж присела и тыкала пальцем в сторону лисицы.

— Что «ага»?

— Ты тоже шуток не понимаешь. — злорадно улыбнулась рыжеволосая.

— А-ну, а-ну. Пошути разок. Если хочешь, я тебе шутку подскажу.

— Ты мне подскажешь шутку, чтобы потом над ней самому и посмеяться? — нахмурилась Жазэль.

— А что тут такого? — пожала плечами лиса. Или девушке так показалось.

Клерк почесала лоб. Ладно, с чокнутой лисой разобраться не получилось. А могло? С говорящей лисой? Нет, это выше ее сил.

— А ты кто такой? — спросила девушка. — Что водохлеб, это я уже поняла.

— Я не водохлеб. — запротестовал человек в плаще.

— Ты воду хлебал? Значит, водохлеб. — кивнула Жазэль.

— Если следовать твоей логике, то все люди водохлебы. И звери. И птицы. И…

— Ох, и нудный ты.

— Почему? Обоснуй свою точку зрения. — обратился к ней Оз.

— Вот видишь! Еще одно доказательство.

Оз резко оглянулся, потом посмотрел по сторонам.

— Где? — спросил он.

Жазэль вздохнула.

— Что «где»?

— Доказательство. Ты сказала «вот видишь». Я не вижу.

Девушка хлопнула себя по лбу и протянула рукой до подбородка. Глубоко вдохнула. Сколько там им еще до крепости? Интересно, человек может проспать пару тройку дней?

— Я требую объяснений. — не унимался Оз.

— Да успокойся ты уже. — бросила ему лиса. — Понимаешь, э… как там тебя?

— Жазэлизэ.

— Да, Жальз, Жазл, тьфу, какое отвратительное имя. — лиса в прямом смысле слова плюнула себе под ноги.

Жазэль подняла брови.

— А у него имя получше? — спросила девушка в недоумении.

— Демостэносаиоз Димитриоз Дендроз? Обычное имя. Уж точно, получше, чем у тебя. И запомнить легче. — лиса закивала с таким видом, как будто ей было невдомек, как такое можно не понимать.

— Жа-зэль. — сказала по слогам девушка.

— Жа-зэль. — повторил зверек. — Язык сломать можно.

— В языке нет костей. — донесся голос Оза. — Его нельзя сломать.

— Да-да, мы поняли. — перебила его лиса. — Спасибо.

— Так что ты там хотел сказать? — спросила Жазэль у лисы.

— Только то, что нашему другу не хватает общения. Совсем. Поэтому он странный. И говорит странно. И еще странно то, что ты его понимаешь. И меня. Это вдвойне странно. Сколько там уже странностей я назвал? Так вот, весь вопрос в том, кто ты такая?

— Я кто? — раскинула Жазэль руки в стороны. — И это у меня спрашивает говорящая лиса? Которая путешествует с вдвойне странным человеком, который странным образом смог выпить столько воды? Я достаточно раз упомянула слово «странный»?

Еще десять минут не утихал спор о том, кто из них страннее. В ход пошел и довод о рыжих наспех обстриженных волосах. Жазэль оправдывалась, говоря, что если бы она этого не сделала, то не спасла бы их. На что получила ответ, что то, что она их спасла, странно. Закончилась все тем, что девушка схватилась за голову и велела всем замолчать. Естественно, лиса нашла такую реакцию девушки странной.

Хоть они и спорили еще час обо всем на свете, как-то Жазэль чувствовала себя уютно. Вот это и было по-настоящему странно! Ей интересно было узнать точку зрения… лисы. Тот зануда тоже иногда говорил умные вещи. И конечно они вдвоем со зверьком специально вставляли в разговор побольше метафор, чтобы их занудный друг все время переспрашивал и поправлял их. Это забавляло Жазэль. Забавляло до такой степени, что она даже очнуться не успела, как начало темнеть. Это она прошагала несколько часов по пересеченной местности? Своими ногами? Девушка сильно этому удивилась. Она порылась в кармане. Мяса уже нет. Пару часов назад она съела последний кусочек. Оз сказал, что был сыт. Конечно, столько воды влить в себя. Лиса… у него Жазэль не спрашивала. Пусть поймает себе что-нибудь.

— Тебе нужно поесть. — сказал Оз. — Если я приеду без тебя, меня могут не пустить в крепость.

Жазэль уже открыла рот, чтобы объяснить ему несколько вещей. Во-первых, не все так просто. Крепость окружена и подойти к ней будет не так-то просто. Во-вторых, они должны пройти по ступеням из скал, которые должен создать алхимист, которому должна сообщить об этом Творящая, которую должна поставить в известность об их прибытии другая Творящая. И в-третьих, и самых главных, единственная причина, по которой она должна выжить — это чтобы его пустили? Девушка надула щеки, но ничего не сказала. Еще передумает ехать.

— Да, поесть бы мне не мешало.

— Я нарою тебе корней. — предложил Кризис.

— Фу. — скривилась Жазэль.

— Почему нет? — спросила лиса, высунув язык набок.

— Потому, что ты будешь нести эти корни в своей пасти.

— И что?

Жазэль открыла рот. Потом закрыла. Снова открыла:

— Корни я есть не буду. — с обреченным видом выдавила она из себя.

— Ох, разбаловали тебя. — покачала головой лиса. — Пойду поищу тебе что-нибудь.

Оз слез с коня. Они пошли вместе к ближайшему дереву. Лошадь он вел за узду. Впереди виднелся лес, но ночью туда идти совсем не хотелось. Поэтому они решили дожидаться темноты в степи. Человек в плаще привязал коня, снял с него тяжелый каменный ящик и тот свернутый рулон.

— А ты есть не хочешь? — спросила девушка.

— Пока нет. — покачал головой Оз.

Жазэль порылась в сумках и вынула одеяло. Одно. Только ей. Оз пусть спит на земле.

— Я лучше в другую сторону! — мимо промчалась лиса с огромными глазищами.

Девушка посмотрела на Оза. Тот молча пожал плечами. А уже через минут двадцать лиса вернулась. С зайцем в зубах. Жазэль улыбнулась. Сегодня ей предстоял вкусный ужин. Она ни капельки не сомневалась, что Оз сможет его приготовить.

Рано-рано утром они собрались в дорогу. Жазэль сидела на коне, а Оз приготовился бежать.

— Ты только с такими выпученными глазами не бегай, как Кризис. А то моему коню страшно становится. — улыбнулась девушка.

— Страшно ему. — буркнула лиса. — Посмотрел бы я на него, если бы это его чуть не убила Творящая.

Немая сцена. Оз и Жазэль просто оцепенели.

— Да не бойтесь вы так, они не собирались на ночь оставаться.

— Они? — спросила Жазэль, и грея теплую надежду добавила. — Четверо?

— Трое. — ответила лиса. — Какая разница. Все, некогда тут с тобой беседовать.

— Стой! — остановила его девушка. — Творящая. Цвет? Синий?

— И что?

— Кто еще там был?

— Громила. Который без лат. Странно видеть их без лат.

— Чемпион. — сказала себе под нос Жазэль. — А еще?

— Девка с белыми волосами. Противнющая. Почти как ты.

— Эйр. Нам нужно их догнать. Это моя группа. Мы вмести шли за мечом. — выпалила Жазэль, повернувшись к Озу, а затем снова обратилась к лисе. — А еще воин с ними был? Красивый такой, статный, молодой?

Лиса покачала головой. Внутри Жазэль все похолодело. Где же Оррмарин? Что с ним произошло? Девушка крепко пообещала себе не делать преждевременных выводов. Только когда она все расспросит у Эйр, тогда и можно о чем-то думать.

— Они на конях? — спросил человек в плаще.

— Да какой там. Нет, конечно. — зевнула лиса.

— Творящая чуть не убила тебя стрелой? — спросила Жазэль.

— Взглядом! Она на меня та-а-ак посмотрела. — словно выругался Кризис.

— Взглядом нельзя убить. — покачала головой Оз.

— Заткнись ты. Если бы она на тебя так взглянула, то тебя и бочка воды не спасла бы. Понял? У этих Творящих убийственный взгляд.

— Никогда не слышал о такой их способности. — продолжал недоверчиво относится к его словам Оз.

— А ты… ну… можешь их найти по запаху? — спросила Жазэль, не зная, обидный она вопрос задала или нет.

— Совсем сдурела? Что я тебе, собака какая-то?

— Но можешь стать. — наклонился человек в плаще.

— Ненавижу вас. — крикнула лиса и помчалась вперед, прячась в траве.

Оз махнул Жазэль и тоже побежал. Девушка вздохнула. Она пришпорила коня и поехала за этой парочкой. По лесу Оз бежал так ловко, что Жазэль показалось, как будто он и не заметил, что степь уже закончилась. Самое трудное, как всегда, досталось именно Жазэль. Уклоняйся от веток, выбирай такую траекторию, чтобы ящик и рулон ни за что не зацепились. Мука, а не продвижение вперед. Разговоров не было. У нее совсем не получалось скакать рядом с Озом. Все-таки у человека и коня немного разные способы передвижения. И дорогу надо выбирать разную.

Часов через пять такого бега прибежала собака.

— Они стоят лагерем. Меньше километра.

— Отлично. — обрадовалась Жазэль.

Ей станет в сто раз спокойнее, когда рядом будут ее друзья. Хотя… Хм. Жазэль на секунду призадумалась. Почему-то она себя хорошо чувствовала в компании этих двоих. Никакого страха. Или недоверия. А по вечерам у костра — ощущала даже уют. Все равно вместе будет безопаснее для всех. Подмога в лице сабазадонки и чемпиона дорогого стоит. О Творящей и говорить нечего. Она — это вообще чуть ли не единственный способ попасть внутрь крепости.

— Жазэль. — обратился к ней Оз. — Я не очень разговорчивый.

— Да? — удивилась девушка, припоминая все их споры.

— Да. С тобой — другая история. Больше ни с кем говорить я не хочу. — серьезным тоном заявил человек в плаще.

Собака поблизости засмеялась.

— Придумай что-то, чтобы это объяснить своим друзьям. — закончил мысль Оз.

Жазэль вздохнула. Если есть одно единственное в мире слово, которым можно охарактеризовать Оза и его… спутника, то это слово «странно». Девушка кивнула. Тогда они продолжили путь. Кризис показывал дорогу, припадая мордой к земле и тем самым вызывая улыбку у Жазэль.

— Я все вижу, человек! — бурчал зверь, сопя прямо в зеленую траву.

Девушке показалось, что дорога заняла у них целую вечность. Сердце так и рвалось из груди, а в голове застрял один вопрос. Всего один. Что с Оррмарином?

Когда они подходили к лагерю, то все трое их ждали на ногах. Двое с мечами, одна с зажженными глазами. И это не у Эйр светились глаза от счастья. Оз остановился, собака тоже. Только Жазэль подъехала ближе.

— Вы тут не видели ту прекрасную девушку, что выполнила задание? — спросила клерк, слегка наклоняясь в седле. — Ну ту героиню, которой достанутся все почести.

Эйр не улыбалась. Как и другие. И она не сводила глаз с ее огненно-оранжевых волос.

— Сколько нужно времени амалионам, чтобы сделать из человека своего соратника? — спросила сабазадонка.

— Несколько дней. — ответил Румадэу.

— А сколько отсутствовала Жазэль?

— Дай-ка я посчитаю. — Румадэу сделал задумчивое лицо и принялся загибать пальцы. — Как раз несколько дней.

— А где Оррмарин? Он на разведке? Или дрова собирает? — без запинки протараторила Жазэль.

Конечно, она боялась об этом спрашивать и оттягивала этот момент. Но больше терпеть сил у нее не осталось.

— Он… — замялась Эйр.

— Пропал. — сказала за нее Эстэль. — Увел амалионов, чтобы спасти нас. Больше мы его не видели.

— Вы убежали, а его оставили там? — обозленно обвинила их Жазэль.

— Ты знаешь, сколько их там было? — спросила Эйр. — Мы сражались с сотней, а потом пришло еще столько же. И это только те синемордые, которых мы видели. Ночью в лесу на болотах остаться — это значит умереть.

Жазэль обернулась.

— И не думай. — предостерегла ее Эйр, покачав головой. — То, что ты выжила — и так вызывает массу вопросов.

— Я — не амалион. — со слезами на глазах сказала Жазэль.

— У них кровь не красная. Покажи свою. — Эстэль все еще угрожающе раскручивала синие огни вокруг запястий.

Клерк быстро вынула нож и полоснула себя по ладошке. Красные капельки начали собираться очень быстро.

— А это кто? — спросила Эйр, кивая в сторону Оза.

— Его зовут Оз. — сказала Жазэль, поникнув. — Он почти не говорит. Если бы не он, то я бы не нашла ни дороги назад, ни меча, ни вас. Он друг.

Жазэль спрыгнула с коня и отдала поводья Озу.

— Это там сзади то, что я думаю? — спросила сабазадонка, кивая на каменный ящик.

Клерк кивнула.

— А что с твоими волосами? — спросила Эстэль. — Они прискачут за тобой на другой лошади?

Ревиаль улыбнулась и потушила глаза.

— Видишь, какая страшная! — сказал Кризис, обходя Творящую так, чтобы между ними стояла целая лошадь.

— Твой пес? — спросила Эйр у человека в плаще.

Тот кивнул.

— Ну и громкая же тварь. — сабазадонка вложила меч в ножны у себя за спиной, затем немного прищурилась, глядя на Оза. — Где я могла тебя видеть? Ты мне кажешься знакомым.

Тот лишь брови поднял вверх. Эйр еще долгую секунду смотрела на него, потом махнула рукой.

— Ну, рассказывай.

Жазэль выложила им все от самого начала и до самого конца. Как она помчалась прямиком в темную ночь абсолютно одна, как обратилась за помощью к кубу. Как она за день до похода обменялась с Дэзирэ безделушками и как решилась на эту авантюру с волосами. Затем рассказала, как они нашли меч. Про воду и про говорящую собаку Жазэль, конечно, тактично умолчала. И про то, что Оз совершенно не понимает шуток и не может отличить прямой текст от метафоры. Во время разговора человек в плаще держался чуть поодаль. Кризис же крутился вокруг Жазэль и постоянно вставлял острые комментарии, чем сильно отвлекал девушку от разговора. Пару раз Эйр прикрикивала на него, чтобы пес не лаял. Жазэль только улыбалась на это, выслушивая очередную ругань в адрес сабазадонки.

Пообщавшись минут десять, Эйр сказала, что у них еще привал. Примерно часа два. Хорошо бы, что-то поесть. Она попросила Эстэль попробовать поохотиться. Жазэль улыбнулась и наклонилась к собаке.

— Ну что, попробуешь утереть ей нос? — тихо спросила девушка.

— Что? Я? Не втягивай меня в эти грязные человечьи игры. — залаяла собака.

— Не расстраивайся. — так же тихо сказала Жазэль. — Ничего зазорного нет в том, чтобы бояться выступить против Творящей. Я бы и сама не попробовала.

— Чего? Ты сравниваешь себя со мной? Смотри и учись. — потом пес улыбнулся ехидной улыбкой. — Она точно ничего вам не принесет.

— Если ты будешь ей мешать, она может выпустить стрелу и в тебя. — предостерегла девушка Кризиса от его задумки.

У собаки вытянулась морда и округлились глаза. Наверное, Кризис представил, как синяя молния проходит сквозь него.

— Она что, удивилась? — согнулась рядом Эйр, глядя в огромные глаза собаки.

— Идиотка идиотная! — огрызнулся на сабазадонку Кризис и умчался прочь.

Жазэль осталась довольной. Теперь у них точно будет что поесть. Эйр сунула ей какой-то листик зеленой травы. Широкий.

— Приложи к руке. Потом попроси Эстэль, чтобы затянула рану. На ладошке такая рана — очень неудобно меч держ… Ну, все равно не удобно.

— А почему от вас так воняет? — спросила клерк.

— Во-во, все запахи мне сбили! — донесся лай собаки.

— Мыла с собой не взяли, пришлось пользоваться тем, что под руку попало. — отмахнулась сабазадонка. — Что, костер будем разжигать? Сегодня поедим?

— Ну а как же?! — улыбнулась Жазэль и пошла за своим одеялом.

Сидеть на сырой грязной земле — признак невоспитанности. Всего через две минуты Жазэль услышала истошный крик.

— Я певый. Идела? Я! Не Тоящая!

Кризис нес в зубах зайца. Похоже, у него была любовь к этим зверькам. Или здесь больше ничего не водилось? Девушке было все равно. Она погладила псину по голове.

— Еще раз так сделаешь, я тебе руку откушу! — выплюнул добычу пес, мило улыбаясь.

— Умничка. Хорошая собачка. Молодец. Дай лапу! — протянула руку Жазэль и еле успела ее одернуть, прежде, чем Кризис сомкнул челюсти.

— Иди, блох погоняй. — Эйр бесцеремонно ногой пнула псину.

Жазэль рассмеялась, выслушивая ответ Кризиса. Он еще долго ворчал, но далеко отходить не стал. Клерк давно заметила, что он все время держался к ней ближе, чем к Озу. И это было странно. Она мысленно добавила это «странно» в список других «странно» на самую странную страничку своего воображаемого блокнота.

— Эстэль! — крикнула Эйр. — Собака лучше тебя! Давай, иди сюда!

Кризис промолчал. На этот раз он не высказал ругательств. Жазэль снова улыбнулась. Эйр повернулась к ней и резко дернулась.

— Никак не привыкну к твоему новому образу. — покачивая головой, сообщила сабазадонка.

— Мне идет? — спросила до тошноты уравновешенным голосом Жазэль, нацепив каменное лицо.

У Эйр челюсть отвисла. Перед ней сидела Творящая. Ни дать, ни взять.

— Клянусь Сводом, если бы я тебя не знала, то приняла бы за одну из этих сумасшедших. А ты можешь так стать напротив Сандрин?

— Тебе интересно, кто из нас первый моргнет? — засмеялась Жазэль.

— Или у кого глаза первой загорятся. — улыбнулся чемпион, который уже разделывал зайца.

Подошла Эстэль. В руках у нее не было никакой добычи. Увидев это, Кризис довольно забурчал что-то о том, насколько он превосходит всех человеков вместе взятых. Творящая приблизилась к Жазэль и попросила ее встать. Затем подошла еще ближе и стала напротив нее. Тридцать сантиметров. Два каменных лица.

— Брезгливость. — сказала Эстэль.

Жазэль едва дернула верхней губой, позволяя лицу чуть-чуть скривиться.

— Снисхождение. — дала Творящая новую задачу.

Клерк едва заметно повела одним уголком рта. Но главное изменение произошло в ее глазах. Они словно насмехались над всем и вся. Эстэль довольно улыбнулась. Она отвернулась только лишь затем, чтобы набросится на Жазэль. Глаза Творящей горели огнем, лицо было искажено выражением ярости. Она замерла в сантиметре от лица Жазэль. Каменного лица. Но клерк изменила свое выражение. Слегка. Теперь оно означало, что, по ее мнению, Эстэль сейчас совершила огромную глупость и она, Жазэль, будет напоминать ей об этом всю ее жизнь. Будет рассказывать всем встречным об этом вопиющем эпизоде еще пятнадцать лет, а сама Эстэль умрет от стыда в страшных муках.

Даже Эйр не смогла сдержать смех и дружеский возглас одобрения. Чемпион вяло похлопал в ладоши. Эстэль улыбнулась:

— Ты сможешь одурачить кого-угодно. Прекрасная работа. Ты теперь наполовину своя.

Жазэль пренебрежительно подняла одну бровь. Как будто насмехалась над словами Ревиаль.

— Не переигрывай. — похлопала Творящая девушку по плечу.

Эстэль выбрала себе местечко и села на траву.

— Там справа, метров сто, есть вода. Сходи, посмотри на себя. — предложил ей чемпион.

Жазэль подняла глаза на Эйр. Та кивнула.

— Оз, хочешь воды?

Человек в плаще встал.

— Еще кто-то пойдет? — спросила Жазэль и обвела взглядом Эйр и Румадэу.

Чемпион был занят готовкой пищи, Эстэль вынула черный меч и принялась его точить. Сабазадонка покачала головой. У Жазэль чуть глаза из орбит не повылазили. Сабазадонка не против остаться с чемпионом? Это точно та самая сабазадонка перед ней?

— Скажешь хоть слово… — угрожающе посмотрела на нее Эйр.

Жазэль усмехнулась.

— Я, как командир отряда, рада, что все члены моей команды нашли общий язык. — девушка гордо задрала голову и пошла в указанном ей ранее направлении.

Кризис потрусил впереди, а Оз, наоборот, шел сзади. Новые члены ее команды представляли для нее интерес. Конечно, с ними не все так просто. Но после дробителей, мрачных, заклинателей, водоносов, теневиков и сияющих амалионов говорящая собака не казалась такой уж странной. Нет, лисица. Хм. Это животное определенно было чем-то другим. И Жазэль предстояло узнать, чем. Еще этот Оз. Водохлеб.

Когда они дошагали до ручья, то человек в плаще сразу же склонился над ним и принялся жадно пить. Кризис специально стал выше по течению и прыгал по ручью во все стороны. Жазэль пошла еще чуть выше. Она склонилась над водой. Яркие рыжие волосы. Короткие. Ей показалось, что поменялась не только прическа. Но и сами волосы. Теперь они были послушными и прямыми. Как у Сандрин. Жазэль расчесала их пальцами. Да, с такими волосами и расческа не нужна. Каждый волосок отдельно. Как приятно к ним прикасаться. Она всмотрелась в свое отражение и сделала каменное лицо. Вылитая Творящая. Эх, еще бы глаза уметь зажигать. Девушка вздохнула. Она умылась, стараясь сделать это так, чтобы ни одной капли не попало на волосы. Жазэль ведь не знала, насколько хорошо и долго будет держаться краска. Потом она попила воды. Кризис лег напротив нее по другую сторону ручья. Жазэль слегка улыбнулась. Потом начала смотреть на себя в протекающей воде. Ей и самой нравилось.

— Ты красивая? — спросил Кризис.

Жазэль пожала плечами. Конечно, она красивая. Вот только кавалеры что-то не выстраивались в долгую очередь у ее порога. А единственный, кому она действительно понравилась… Жазэль вытерла нос и перестала об этом думать. Иначе она может просто расплакаться.

— Даже если и красивая, то мало кто это замечает. — опустив голову, ответила девушка. — Почему ты спрашиваешь?

— Ты так смотрела на себя. — пес положил голову на лапы. — Как будто тебе все не нравится. Мне бы с такой рожей тоже не понравилось бы ходить. Я тебя понимаю.

Жазэль изменилась в лице. Ее глаза горели яростью.

— Если мне что-то не нравится во мне, — продолжал Кризис. — я тут же переделываю. Вот смотри.

Он укоротил себе нос, сделал уши чуть длиннее и улыбнулся, оскалив зубы. Жазэль не выдержала и залилась хохотом. Настоящим смехом. Когда она в последний раз так смеялась?

— Дура ты. — бросил ей Кризис. Он встал и развернулся. — Тебе-то с твоей мордой всю жизнь ходить.

Пес деловито пошел ниже по течению. Жазэль села на землю и еще несколько минут смеялась. Потом смех медленно перешел в слезы. От того, почему у нее так сложилась жизнь. Почему она в смертельной опасности. Почему Оррмарин погиб. Сколько они еще смогут протянуть в той крепости. Ей казалось, что все их усилия направлены только на то, чтобы отстрочить одно ужасное событие, что неминуемо должно было произойти.

И как же она была права.

В лагере вся группа поела. Кости бросали собаке. Кризис, к большому удивлению Жазэль, их все сгрыз, сказав, что это его успокаивает. Оз отказался от еды. Оно и не удивительно. Похоже, его основной пищей была вода. Жазэль попросила Эстэль заживить ей руку. Творящая сделала это за несколько секунд. Жазэль прятала улыбку. Раньше о том, чтобы какая-то Творящая по ее просьбе стала бы ей помогать, не могло идти даже речи. Клерк не могла подумать о таком даже в самых смелых своих мечтах. А теперь она жила в одной комнате с двумя такими. Хорошо ладила с Селюстир. Достаточно неплохо с Эстэль. Милизен она знала хуже. А вот Дэзирэ… Жазэль захотелось поскорее ее увидеть. Наверное, ей было жаль Творящую. Жаль, что с ней произошла такая трагедия. Девушка порылась в кармане, нащупала пустой флакон из-под краски и крепко его сжала.

Отправились в дорогу. Клерк сидела на лошади. Она часто поглядывала на каменный ящик. Ее заслуга. Она не воин и не Творящая. Но этот меч добыла она. Жазэль пыталась гордиться собой, но как-то не получалось. Ведь она сделала то, ради чего ее отправил сюда Максуд. Ни больше, ни меньше. Ну еще кое-что алхимисту прихватила. Теперь нужно это все доставить в крепость. Тогда и можно будет вздохнуть свободно.

Кризис держался подальше от Оза, но оба они старались не отходить далеко от Жазэль.

На следующий день они увидели крепость. Утром. Группа еще немного прошла, выбирая себе укромное место, чтобы спрятаться. Решено было идти в крепость ночью. Амалионы в это время будут заняты предполагаемым штурмом. Или приготовлениями к нему. Такой вывод сделала Эйр из тех сообщений, что приходили от Сандрин каждый день. Эстэль отправила свое сообщение. Написала, что этой ночью их нужно встречать.

Это был самый длинный день для Жазэль за последние несколько лет. Нужно было не высовываться и просидеть целый длинный огромный день на одном месте. Конечно, в основном все спали, восстанавливая уйму потраченных сил. Дежурили по очереди. Даже Оз был задействован. Все, кроме самой Жазэль. Ближе к вечеру в лагерь к ним зашел гость.

Эйр встретила его с мечом в руке. Эстэль зажженными глазами, а Жазэль бросилась ему на шею. Хоть от него и воняло болотом, он был не брит, весь уставший. Но от этого поцелуй показался ей еще слаще. Оррмарин рассказал, что ему удалось убежать. Он чудом спасся на болотах, обнаружив тайную тропку, по которой ему и удалось уйти. Амалионы, которые его преследовали потонули. Или вернулись. Он еще долго блуждал по лесам и болотам, пока не набрел на те развалины, возле которых они сражались. Так он и нашел путь обратно.

Жазэль просто светилась от счастья и ни на шаг от него не отходила. А сам Оррмарин первым делом проверил каменный ящик. Он осмотрел его со всех сторон, попробовал, сколько тот весит.

— Ты уверена, что это именно то, что мы искали? — спросил он у девушки.

— Ага. Очень приочень уверена. — лепетала Жазэль. — Только открыть его сможет не кто иной, как наш Единитель. Другим, я так понимаю, не под силу.

Оррмарин вздохнул и оставил каменный ящик в покое.

— А почему ты не спросишь о моем новом образе? — сказала Жазэль, качая головой в одну и в другую сторону.

— Хм. — сделал задумчивое лицо Оррмарин. — Глаза подвела?

Девушка в шутку стукнула его рукой. Он рассмеялся.

Через десять шагов от них сидела Эйр и Эстэль.

— У тебя остались листики? — тихо спросила сабазадонка, не поворачиваясь к Ревиаль.

Творящая едва заметно кивнула, в свою очередь, тоже не поворачивая к ней головы. Эйр усмехнулась. Эстэль знала, как сделать что-то незаметно.

— Надо кое-что отправить Максуду. — прошептала сабазадонка.

Эстэль совсем отвернула голову от нее, оглядывая местность. Творящая словно наслаждалась видом. А затем произнесла:

— Мне кажется, они за нами наблюдают.

— Полдня. — Эйр нагнулась ближе к земле, как будто что-то там ее заинтересовало. — Я их тоже чувствую.

— Что передать?