школа для чудовищ

— Кстати, да, — процедил Роланд, старательно игнорируя вызванное ядом жжение в боку.

Роланд сделал несколько шагов назад, развернулся, и направился к ящеру, только что закончившему заглатывать Арабеллу, и теперь замершему в ступоре, закрыв глаза. Его живот колыхался, ящер поглаживал его передними лапами и, приоткрыв рот, довольно кряхтел. Шаг за шагом рыцарь неумолимо приближался к цели, взявшись за рукоятку меча обеими руками, и отведя лезвие в сторону для замаха.

— КРОТРИКС! — завопил Мирт изо всех сил, чуть не сорвав голом.

Этот отчаянный вопль, наконец, достиг ушей ящера. Веки закрытого глаза резко открылись, глаз с вертикальным зрачком повернулся в сторону надвигающейся угрозы как раз вовремя, чтобы в последний момент увидеть, как на него опускается лезвие меча.

Через мгновение меч Роланда перерубил толстую шею одним ударом, отделив глупую голову Кротрикса от его огромной туши. Тело ящера стояло еще пару секунд, затем завалилось навзничь, распластавшись на земле. Огромный живот колыхнулся из стороны в сторону.

Роланд обошел упавшую тушу и точным движением аккуратно надрезал живот концом меча. Края раны тут же разошлись и наружу вывалились внутренности, из которых, кашляя и задыхаясь, выбралась Арабелла, обнаженная, бледная, но вполне живая.

Мирт наблюдал за этим, застыв на месте, понимая, что ничего не сможет сделать.

Это конец! — пришла в голову простая и очевидная мысль.

Тем временем Иви Беренгер обвела взглядом сражающихся. После удара молнией фея куда-то подевалась, хотя и не погибла. Иви чувствовала ее магию и этим чутьем, словно внутренним радаром, точно знала местоположение магической твари. Просто фея находилась вне линии прямой видимости, спрятавшись в одном из окон дома, около которого все происходило, а в арсенале Иви немногие заклинания могли работать без указания видимой цели. Волшебница Орсаны решила обратить внимание на идущее сражение, ведь ее основная роль в бою — баффер, поддерживающий союзников полезными заклинаниями. Швыряться молниями в верткую одиночную фею слишком расточительно.

Помощь нужна раненому Оргилафу. Иви простерла посох в его сторону, выкрикивая заклинание сквозь шум битвы. Голубое свечение охватило кузнеца, и ему практически немедленно полегчало — рана в боку затянулась, магия придала новых сил. Вознеся мысленную благодарность волшебнице, не забывшей о том, что ей полагается делать во время драки, Оргилаф решительно атаковал волка, с которым сражался. Внезапный резкий и короткий выпад молота пришелся тому в живот, и только кожаные доспехи не позволили волку немедленно выблевать внутренности. Маки согнулся, и Оргилаф, размахнувшись, как следует, врезал молотом снизу вверх, страшным ударом опрокинув противника на землю.

Хищник был еще жив. Оргилаф подошел, играючи вращая в руках громоздкое оружие, размахнулся, и с силой опустил молот на голову поверженному врагу, с хрустом проломив Маки череп.

Иви вздрогнула и, брезгливо скривившись, отвернулась, чтобы не видеть, как на брусчатку брызнули мозги. Но девушке тут же пришлось перехватить посох и встать в защитную стойку — внутренний радар подсказывал, что проклятая фея снова приближается.

— Кья-а-а-а!

Лапис по прежнему была размером не больше крупной стрекозы, но магия действовала безотказно. Огненный душ окатил Иви Беренгер, словно струя зажигательной смеси из огнемета. Волшебница успела выставить защиту, и огонь стек вниз по ее голубоватому магическому щиту, словно вода по стеклянной колбе. Фея заложила вираж, и немедленно вышла из зоны поражения, скрывшись до того, как Иви смогла ответить.

Волшебница презрительно ухмыльнулась. Заклинания феи делали ее идеальной на роль контролера, которому надлежало ослаблять Роланда и его воинов. Но упрямо пытаясь достать Иви через практически непроницаемую защиту, фея эту роль упорно игнорировала. Иви это устраивало — так ее соратникам проще одержать победу. Ради этого она готова сдерживать атаки феи сколько сможет. Вот только запас магии в таком интенсивном бою — и на фею, и на помощь союзникам — сжигался с умопомрачительной скоростью, так что лучше бы сражению закончиться победой побыстрее.

Воспользовавшись паузой, Иви поспешно сделала несколько глотков из фляги с зельем маны.

Последней оставалась только Ироя. Она сражалась с Алиатаном, но убийца постоянно ускользал, поддерживая некоторую дистанцию, и все время делал ложные выпады, вынуждая девушку становиться в защитную стойку. Дуэль тянулась и тянулась, и амазонка слабела от потери крови, которая текла не останавливаясь. Противник не давал ни секунды передышки, чтобы остановиться и обработать рану, выпить какое-нибудь медицинское зелье.

Постепенно Ироя стала настолько слаба, что уже не могла поддерживать боевую форму. Мускулистая бабища сдулась , на глазах превращаясь обратно в обычную человеческую девушку. Рану в боку приходилось постоянно зажимать, орудуя мечом одной рукой, но это не помогало.

Ироя понимала — это конец. Честь и заветы Богини не позволят ей сдаться или отступить. Ее ждет смерть. И готовясь к этому моменту, отражая ложные выпады противника, девушка шептала молитвы своей Богине, вознося благодарность за ее покровительство в течение короткой, но насыщенной жизни, прославляла имя Небесной Покровительницы, и добавляла скромную просьбу позволить ей в следующей жизни снова возродиться амазонкой, чтобы иметь возможность послужить госпоже Артемиде снова.

Она закончила молиться как раз когда боевая форма окончательно пропала и, поняв, что хищница совсем ослабла, Алиатан пошел в последнюю решающую атаку. Мощный замах двумя мечами обрушился на амазонку. Одним лезвием убийца сбил в сторону ее меч, которым Ироя из последних сил пыталась блокировать удар, а второй меч опустился ей на шею, глубоко войдя в плоть и разрубив шейную артерию.

Сознание амазонки стремительно угасало, и когда Алиатан выдернул меч, девушка сползла на брусчатку, и умерла, еще раз прошептав на прощание имя своей Богини. Она лежала, обратив к небу прекрасное лицо, стекленеющие глаза были широко раскрыты, а из разрубленной шеи растекалась ярко-красная кровь, заполняя канавки между камнями брусчатки.

Лапис наблюдала за всем этим ужасом, зажимая ладошкой приоткрытый рот. Ее товарищи погибли, а Мирт куда-то запропастился! Это уже не охота, просто какой-то кошмар! Что же теперь делать?!

— Мирт! Ми-и-ирт! — отчаянно позвала крылатая девушка, надеясь, что вожак их стаи еще жив, и его амулет еще работает.

— Я жив! — послышался голос из камня на ее собственном амулете. — Остальные погибли!

— Я видела! Что делать? Я не подписывалась сражаться с такими врагами одна! Что делать, Мирт?!

— Нужно уходить! Встреть меня на крыше здания!

Лапис выглянула из окна комнаты, в которой пряталась. Люди не собирались никуда уходить.

— Окружить дом, — ревел Роланд, обводя полукруг окровавленным мечом. — Мирт все еще где-то в нем! Нужно найти его! Найти и убить!

Фея выпорхнула из окна и взлетела на крышу, как раз когда Мирт выбирался из окна мансарды.

— Как будем выбираться? — деловито осведомилась фея, немного отходя от пережитого стресса. — Я-то могу просто перелететь, а ты?

— А ты можешь. перенести меня? — с надеждой спросил Мирт, подумав.

— Могу. Но для этого нужно тебя уменьшить до подходящего размера.

Это предложение лису сильно не понравилось. Первое правило Карвонны — всегда избегай существ, которым ты можешь поместиться в рот. Глотать или не глотать? Неизвестно, как взбредет фее в голову ответить на этот вопрос, когда Мирт будет беспомощно зажат у нее в ладошке.

— А я могу тебе доверять? — спросил он, подозрительно сощурившись.

Фея округлила глаза в притворном удивлении, хоть она, конечно, сразу поняла, о чем спрашивает обеспокоенный лис.

— Не, ну, конечно, ты можешь спуститься на улицу и там доверять Роланду, — насмешливо сказала она. Затем посерьезнела. — Но, вообще, нам еще, как я понимаю, отчитываться за все перед Арэтом, и мне ОЧЕНЬ не хочется делать этого одной.

— Да, действительно, Арэт. Черт! — погрустнел Мирт, отчего его стоявшие торчком рыжие уши опустились, прижавшись к голове.

Но к зданию уже подтягивались стражники, их голоса слышались в комнатах и на лестницах, в том числе и на той, которая вела к мансарде. После недолгих препирательств был найден компромиссный вариант и через пару минут Мирт и Лапис отбыли по воздуху — фея размером с небольшую сову несла, обхватив обеими руками, Мирта размером с лисенка. Так лис мог быть уверен, что проглотить его сразу она не сможет, но все равно нервно сжимал рукоятку последнего кинжала, смазанного ядом наги, а то мало ли что.

Пока внизу еще продолжалось, постепенно угасая, проигранное сражение, предводители воинства хищников скрылись в неизвестном направлении, оставив большую часть своих воинов на милость озлобленных людей.

— Победа! Мы победили! — торжествующе вопил, пробегая мимо, один из стражников.

— Победили? — переспросила Ивонна, не веря собственным ушам.

Вся группа авантюристов так и оставалась на той площадке с баллистой, заменив собой полегший расчет, от которого остался только старший баллистарий. Они наблюдали сражение с расстояния в несколько сот метров, тщетно пытаясь определить по мельтешению то тут, то там, различных баннеров, что именно происходит.

Но вот добрая весть разносилась по городу, достигая все большего числа защитников. И все чаще слышались радостные возгласы, смех облегчения и даже слезы. Хотя на передовой драка местами еще продолжалась, но теперь подкрепления уходили на помощь своим не с угрюмо-обреченным выражением лица, а с улыбками на лицах. Даже гражданские: женщины, дети и старики, которым не хватило мест в подземных укрытиях, вылезали из тех мест, где прятались, выходили из домов, выглядывали из окон, открывали запертые на засовы ворота складов, артелей или магазинов. Всем хотелось услышать добрую весть.

Потом пришел

лесник рыцарь и всех разогнал, повелев гражданским возвращаться в укрытия, а стражникам — к исполнению обязанностей. Айдемару, Тугору, Ивонне и Герунтиусу рыцарь поведал немного подробностей. По приказу Роланда лорд Элиас Банги провел внезапную контратаку на другом фланге, там, где хищники даже не пытались штурмовать баррикады. Выделив часть резервов, лорд лично Элиас повел копья рыцарей в атаку и снова захватил площадь возле проломов в стене, отрезая хищников в городе от пути к отступлению и от подкреплений. Окруженная орда подвергалась ударам со всех сторон, и без руководства Мирта оказалась довольно быстро перебита. Большая часть хищников была уничтожена, остальные рассеялись среди улиц города. Это уже не имело решающего сражения — лорду Роланду удалось отстоять Блейдвелл, и теперь у хищников не осталось даже шанса захватить город.

— Не пропадайте после завершения сражения, приключенцы, — сказал рыцарь на прощание, перед тем, как уйти. — Вас будут ждать во дворце городского Совета. Подвиг, который вы совершили сегодня, не останется без щедрого вознаграждения!

— Благодарю Вас, господин, — проговорил Айдемар, вежливо кланяясь.

— Это мы все благодарим вас, приключенцы! Ваш вклад в победу трудно переоценить, — добродушно пробасил из-под шлема рыцарь, после чего отправился по своим делам дальше.

— Победа! — крикнула Ивонна, когда рыцарь ушел. — Мы все будем жить!

На радостях девушка даже обняла Герунтиуса, плотно прижав молодого мага к груди так, что тот лицом уперся ей в сиськи.

— Ага. — глупо ухмылялся Герунтиус, чувствуя мягкую теплую грудь на своей щеке, отчего быстро терял способность соображать.

— Что ж, хвала Богине, что сегодня вступилась за нас. Мы доказали ей, что достойны ее покровительства не меньше хищников! — пробормотал Айдемар.

Воистину, день складывался неплохо. Сражение, завершившееся победой без потерь для группы, подвиг, за который их ждет награда. что может быть лучше?

— Это лучшая работа в мире! — сказал Айдемар, глядя на город.

— Это лучшая работа в мире, — спокойно согласился с ним Тугор.

— ЭТО ЛУЧШАЯ РАБОТА В МИРЕ! — радостно выкрикнула Ивонна, по щекам девушки бежали слезы облегчения.

— Уфф! — пропыхтел Герунтиус, пуская слюни в девичью грудь.

Вильям шел по улице, старательно обходя трупы и лужи крови, хоть и не всегда сделать это было легко — в некоторых местах они были навалены буквально кучами, особенно там, где хищники прорывались через баррикады. В самом сражении Вильям не участвовал — его приказы напрямую запрещали убивать без смертельной опасности для него самого. Поэтому он просидел весь день в одном из убежищ, не сводя с входной двери ствол винтовки. Оружие и сейчас было у него в руках, заряженное и готовое немедленно открыт огонь. Хотя защитники уже, технически, одержали победу, в разных частях города продолжались стычки с недобитыми отрядами хищников. Отрезанные от проломов в стене и других возможных выходов, запертые внутри крепостных стен, чудовища обреченно сражались, а люди старались уничтожить их как можно больше, чтобы замедлить восстановление популяции дикарей в округе. Некоторые из тварей прятались поодиночке, и стража прочесывала каждый дом комнату за комнатой, осматривая каждый угол. Довольно крупный отряд врага вскрыл одно из убежищ и захватил в заложники горожан, простых женщин и детей. Сейчас хищники выторговывали за их жизнь безопасную дорогу обратно в джунгли.

Вильям нашел Роланда стоящим посреди заваленной трупами площади. Владыка Блейдвелла хмуро глядел на небо, где в недосягаемой вышине величественно парил огромный дракон. Прогрессор тоже поднял голову, провожая взглядом неторопливый полет чудовища. Спускаться Арэт не стал — достаточно было разглядеть с высоты, чьи баннера развеваются над всем городом, замком, городской ратушей и на каждой уцелевшей башне.

Описав несколько кругов, дракон взмахнул крыльями, набирая скорость, и улетел на запад, туда, откуда пришла в Блейдвелл орда Мирта.

— Все, как вы и говорили, — произнес Роланд устало.

Вильям отметил про себя, что, хоть он и приближался совершенно бесшумно, герой каким-то неведомым полузвериным чутьем узнал о его появлении. Здесь, в этом безумном мире, каждому нужно стараться развивать подобные чувства, если он хочет дожить до каких-то преклонных лет.

— Мои источники в Датиане были совершенно надежны, — сказал Вильям. — Начальство давно уже скупило половину военных и чиновников города. Хорошо, что вы послушали меня, и как следует подготовились.

Роланд кивнул. Действительно, Вильям оказал неоценимую помощь не только в предоставлении важных сведений, но и в подготовке обороны города. Невзирая на весь жизненный опыт, накопленный Роландом, иномирянин принес с собой военный опыт армий множества других миров, армий, которым приходилось сражаться с самым различным врагом. И некоторые из придумок, которыми пользовались люди других миров, пригодились сегодня при обороне Блейдвелла, не только позволили одержать уверенную победу, но и сохранили множество жизней.

— Мы очень сильно благодарны вам, Вильям, и вашим людям, которые сделали все, чтобы подготовить нас к битве с хищниками.

— Ну, не все.

— А что можно было сделать еще?

— Если бы мы дали вам современное оружие. Безоткатные пушки, даже простейшие, разнесли бы осадные машины врага без особого труда, картечь выкосила бы его ряды.

— И вы можете дать нам такое оружие? — с надеждой в голосе спросил Роланд. — Хищники не оставят нас в покое никогда. Даже, если бы мы раз за разом доказывали, что город так просто не взять, фанатичные последователи Артемиды все равно натравливали бы на нас одну армию за другой! Или же Тамите просто надоело бы играться в политику, и она послала бы Сэйджа и Арэта попросту сжечь город.

— Ну, сомневаюсь, что она бы так сделала. С коровы трудно получать молоко, если ты ее убил.

Вильям мимолетно улыбнулся шутке, но затем нахмурился.

— Если вы хотите жить в безопасности, то на это есть только один путь. Сейчас в регионе начинаются сильные политические и военные изменения. Вы можете присоединиться к создаваемой коалиции против хищников и, если дело выгорит, не будет больше ни Тамиты, ни Сэйджа, ни Арэта!

— А если не выгорит?

Вильям развел руками.

— Ну, вы же сами все понимаете.

— Датиан просто не оставляет нам выбора, — угрюмо ответил Роланд. — Мы потрепаны, стены разрушены, много воинов погибло, а Мирт сбежал. Если Тамита пошлет свою армию против нас, то ее штурма мы уже не сможем отбить. Придется идти ва-банк! Мы присоединимся к вам, если вы дадите нам свое волшебное оружие, и научите им пользоваться!

— Вот и славно, — подытожил прогрессор, — а наше оружие лучше, чем волшебное! Ведь пользоваться им сможет любой фермер, не нужно рождаться с особым даром, чтобы его применять. Ждите, я сообщу своему руководству о вашем согласии. Разбирайте завалы, убирайте трупы и лечите раненых. А к нашему разговору мы еще вернемся!

Лапис донесла Мирта до нужной поляны, которая была достаточно велика, чтобы вместить Арэта в его самой крупной форме. Посреди поляны лежал огромный валун, на плоской верхушке которого, словно на столе, могло выстроиться до сотни человек. На него-то фея и опустила лиса, и сама плюхнулась рядом, растирая уставшие руки и тяжело дыша.

— Надо было еще тебя уменьшить, — пожаловалась она.

— Не надо! — отрезал Мирт.

Препираться времени не оказалось. На мгновение валун накрыла огромная тень — великий дракон описывал в небе круг, примеряясь на посадку. Лапис торопливо увеличила себя и Мирта до обычного размера, и оба хищника вскочили на ноги.

Заходя на посадку, Арэт расправил могучие крылья, и воздушная волна подняла в воздух пыль, опавшие листья и ветки. Меньшим хищникам пришлось прикрыть глаза, чтобы в них ничего не попало. Мгновение спустя дракон грузно плюхнулся перед валуном, когтистые лапы взрыхлили землю.

— Мирт, — пророкотал он громогласным голосом.

— Господин Арэт, как здорово видеть Вас в добром здравии. — угодливо залепетал Мирт, кланяясь нависшей над ним громадной туше.

— Не могу тебе ответить тем же, — недовольно прорычал дракон. — Скажи мне, Мирт, как так получилось, что Блейдвелл до сих пор не взят, твоя армия полегла, а ты, при этом, находишься в добром здравии?

Уши Мирта прижались к голове, от страха хотелось скулить. Он оглянулся было на Лапис, но фея лишь согнулась в подобострастной позе, да и вопрос был обращен конкретно к нему. Разговаривать с Арэтом сейчас, оправдываясь за поражение, оказалось куда тяжелее, чем в прошлые разы, когда они просто спокойно обсуждали нюансы стратегии и предстоящего сражения.

— Защитники понастроили множество укреплений в самом городе, куда мы не могли подтянуть осадные машины! — затараторил лис. — Пришлось пробиваться через баррикады, неся большие потери! Мы попытались завалить Роланда, чтобы подорвать боевой дух защитников, но он буквально НЕПОБЕДИМ, господин!

Мирт, Мирт. — благодушно сказал дракон, практически обычным спокойным тоном, отчего лис немного расслабился, облегченно выдохнув. — А ведь ты обещал, что все эти нюансы возьмешь на себя. Обещал, что мне не о чем беспокоиться. Что достаточно дать тебе катапульты, оружие и снаряжение, и ты сделаешь все, как надо! А в итоге. Твоя армия разбита, практически уничтожена, потеряно драгоценное современное оружие, которое легко подскажет Роланду, откуда простые дикари получали помощь. Думаю, за такой провал полагается некоторое. наказание.

— Мой господин.

Арэт не дал ему договорить, резко прижав к валуну передней лапой. Присев перед валуном на задние лапы, дракон принялся когтями срывать с лиса кожаную броню.

— Подождите, господин! — закричал Мирт, извиваясь. — Я еще могу перегруппировать свои силы! Блейдвелл устоял, но его защитники на пределе! Позвольте мне собрать оставшиеся когорты и атаковать снова!

Просьбы сменились мычанием — дракон быстро и без усилий обнажил тело лиса, счистив с него одежду, словно шелуху с арахисового орешка, после чего спокойно отправил плута в пасть. Лапис продолжала стоять, боясь шелохнуться. Бежать бесполезно, сражаться тоже — от шкуры великого дракона ее магия будет отскакивать, как горошины от крепостной стены.

— Мммхррр. — дракон испустил полумычание-полухрип, смакуя рыжую вкусняшку.

Лапис слышала, как он причмокивает, перекатывая Мирта на языке. Челюсти немного двигались, иногда на секунду приоткрываясь. И в один из таких моментов Мирт сумел развернуться и высунуть голову из пасти.

— Господин! Я смогу! Я справлюсь! Прошу, дайте мне шанс!

— Хммм. — вместо ответа Арэт просто слизнул лиса обратно в пасть язком, и челюсти снова сомкнулись, донося до Лапис истошные придушенные крики.

В память феи врезалась всклокоченная шерсть Мирта, слипшаяся от густой слюны и его выкаченные от ужаса глаза.

Дракон закинул голову и гулко глотнул — по его длинному горлу спустился вниз комок. Он на секунду замедлил скольжение вниз, вероятно, Мирт изо всех сил уперся в стенки пищевода, возможно, хватаясь за них когтями. Хищник не чувствовал боли, только небольшой дискомфорт и затрудненное дыхание. Поморщившись, Арэт провел лапой по горлу, проталкивая комок дальше, и тот скользнул вниз, опустившись в желудок. Брюхо дракона лишь слегка колыхнулось и все, трепыхаться с видимым эффектом, как это делала Арабелла в желудке Кротрикса, у Мирта не получится — такой живот мог без труда вместить десяток человек, и только тогда начинал выпирать.

Дракон довольно вздохнул и испустил короткую отрыжку.

— Вот постоянно такое! — пожаловался он Лапис, стоявшей перед ним сцепив руки и трясясь от страха. — Казалось бы, заветы нашей Богини просты и понятны: ты или хищник, и съедаешь добычу — или ты добыча, и тебя съедают другие! Но каждый раз находится те, кому приходится это объяснять! Устал уже.

— В-в-вы п-п-правы, г-господин. — пролепетала перепуганная фея.

— Ну, а ты, я так понимаю, выполняла его приказы?

— Д-д-да, г-господин.

— Хорошо, я тебя не виню за этот провал. Ты можешь быть свободна. Или, если хочешь рискнуть, как он, то можешь попытаться перегруппировать те уцелевшие силы, о которых он говорил. Если сумеешь собрать хотя бы две сотни охотников, то через десять дней жди меня у этого камня — буду вести с тобой дела дальше. Штурмовать Блейдвелл снова не придется — я не садист, и подберу тебе посильную задачу. Если же, когда я прилечу, тебя не будет, то тогда удачи тебе на твоем жизненном пути, каким бы он ни был, пусть присмотрит за тобой Богиня. Ты все поняла?

— Д-да, господин! — ответила фея, немного придя в чувство и даже сумев выдавить из себя уверенный тон.

— Отлично! До встречи через десять дней! Или нет.

Взмахнув крыльями, сытый дракон взмыл в небо, обдав Лапис листьями и пылью на прощание. Прикрывшись рукой, фея смотрела, как он улетает, затем со вздохом опустилась на камень — ноги подкосились. Крылатая девушка задумалась, ведь ей предстояло сделать выбор, особенно трудный после того, что только что случилось с Миртом на ее глазах.

— Надо подумать.

Глава 55. Штурм Лиската - 1

Террадайн взмахнул мощными крыльями, набирая высоту, словно самолет, заходящий на цель. Внизу под ним кипело сражение — кобольды и ящеролюди, отрядом которых командовал молодой дракон, вели осаду лагеря орков, последнего из почти десятка тех, которые удалось обнаружить.

Эта иномирная зараза довольно широко распространилась по малозаселенной части региона, вдали от основных торговых маршрутов и поселений дикарей. Казалось, что орки не могут выживать на Карвонне, ведь они слишком примитивны, чтобы сопротивляться серьезным хищникам. Им бы уже давно попасть под покровительство каких-нибудь Защитников, или подвергнуться уничтожению.

Однако зеленокожие упорно продолжали сопротивляться неизбежному, проявляя удивительную изобретательность в этом вопросе. За последние годы их число значительно возросло, что позволило занять большие территории, успешнее конкурировать с дикарями, компенсируя слабость против многих видов хищников многочисленностью и свирепостью воинов, готовых биться до последнего вздоха, защищая стойбища. Помимо этого, орки принялись заключать сделки и союзы с другими существами, с которыми другие расы не общались, считая слишком дикими или агрессивными. Орочьи кланы принимали к себе огров, дварфов, бигфутов и прочих нелюдимых отшельников. Кланы также принялись приручать и дрессировать некоторое количество простых неразумных монстров, чем обычные обитатели Карвонны не занимались. Хищники сами, по большому счету, являлись монстрами, а людям приручать чудовищ не удавалось, по очевидным причинам. Теперь орки вальяжно разъезжали на волках, крупных ящерах, летали на вивернах. Иногда в их подчинении можно было заметить довольно экзотические и редкие виды.

Всю эту ораву нужно было кормить. Орки, в полном соответствии с установившимися на Карвонне порядками, жрали разумных существ, причем не только Зеленых, но и вообще любых, которых могли победить. Вот только они не проглатывали их целиком, а вполне обычно разделывали на куски, жарили над кострами или варили в котлах. Таким образом, одна жертва могла накормить сразу довольно много орков, и потому их большое количество не сильно просаживало численность живущих в Диких Землях Зеленых. пока что. А помимо этого, для себя и своих боевых зверей, орки научились разводить мясной скот, в особенности свиней. Этими свиньями оказались те самые генетически модифицированные иномирные животные, которых завозили прогрессоры, пытаясь решить проблему дефицита альтернативных источников питания среди местных хищников. И решили, на свою голову — в заселенных орками землях свинофермы росли, словно грибы после дождя, создавая обширную кормовую базу, на которой стремительно увеличивалась численность самих орков и прирученного ими зверья.

Увеличение численности приводило к захвату новых земель, на которых орки планомерно уничтожали всех конкурентов, полностью заселяя захваченные территории, после чего следовал очередной захватнический поход. Распространение ареала обитания этой, доселе незначительной расы, только сейчас стали замечать Защитники и другие развитые фракции. Пока это вызывало у них лишь смутное беспокойство, большинство не понимало, почему вдруг орки начали чаще всплывать в донесениях, и каким образом стали представлять опасность. Ответ же был прост — зеленокожая цивилизация постепенно развивалась, становясь многочисленнее и сильнее, и закономерно начав продвигаться вверх по пищевой цепочке, из низкоуровневой угрозы, с которой без усилий может справиться кто угодно, превращаясь в по-настоящему опасных хищников, грубую варварскую цивилизацию, живущую набегами и войной.

Тэррадайна вопросы развития цивилизаций беспокоили мало. Ему нужно лишь угодить воле деспотичного отца, если он не хочет вылететь из списка наследников на трон замка Таронна. При мысли о том, что его полукровный братец может однажды подсидеть его и стать властителем по праву принадлежащих роду Таронна земель, у молодого дракона сводило челюсти и спирало дыхание так, что на некоторое время становилось просто невозможно пользоваться одним из основных преимуществ огнедышащих драконов в бою — выдыхать на врагов огонь.

Широко расправив крылья, дракон парил в вышине, мрачно осматривая простирающееся под ним поле битвы. Поселение застраивалось хаотично, как попало. Удобные подходы к поселению перегораживал частокол, за которым возвышались башенки с лучниками орков. За частоколом дракон разглядел примитивную шахту-копанку, сооруженную над подходящими близко к поверхности рудными жилами. Вероятно, в ней орки добывали бронзу, железо и, возможно, немного золота. Руда обрабатывалась в кузне неподалеку, где производились улучшения юнитов орочьи мастера учились лучше ковать железо для мечей и создавать более крепкие доспехи для воинов. Для строений требовалось много дерева, и лес позади деревни был вырублен и распилен на небольшой лесопилке, образовав уродливую проплешину в безбрежном зеленом океане девственно чистой природы. Получившийся пустырь с пеньками теперь занимали свинофермы, снабжавшие свининой обитателей деревни. Сама же деревня кучковалась вокруг большого строения Зал Вождей, где проживал, соответственно, вождь. Рядом с этим зданием располагались казармы, а вокруг ютились хаты простых орков и огромные насыпные холмы, в которых проживали существа покрупнее, вроде огров.

Все это Тэррадайну и его армии предстояло разрушить и сжечь, и убить как можно больше этих странных зеленых дикарей, решивших, что они могут построить на Карвонне что-либо, заметное издалека, и остаться в живых при этом.

Изначально задача казалась дракону довольно простой — найти и уничтожить бандитский лагерь, расположившийся слишком близко к землям Таронна и доставивший неудобства посланникам Защитницы Датиана. Найти его сразу Тэррадайн не сумел — орки, вероятно, покинули стоянку к тому времени, как карательная экспедиция до нее добралась. Возвращаться к отцу, не выполнив поручения, молодой дракон не посмел, поэтому с тех пор потратил недели на то, чтобы выследить ускользнувшую добычу и уничтожить ее, как и было приказано.

Тогда-то Тэррадайн и сделал удивительное открытие — за пределами относительно густо заселенных дикарями территорий, там, где начинались действительно нетронутые земли, обнаружились сразу несколько поселений орков! Они могли быть разного размера, от средних до совсем крошечных, в пару десятков домиков. Но это были не временные стоянки кочующих племен, а самые настоящие постоянные поселения.

Армия Тэррадайна сжигала их одно за другим, рассвирепевший дракон приходил во все большее раздражение каждый раз, как оказывалось, что пока он разорял одну деревню, разведчики умудрялись находить еще две, выслеживая беженцев, которым удавалось спастись. Идя по их следу, дракон и его армия уничтожали все, что видели. И если вблизи земель Таронна орки соблюдали полагающуюся маскировку, пряча маленькие деревни глубоко в лесной чащобе, окружая их ловушками и непроходимыми зарослями, то по мере удаления от земель драконов орки строились, уже не таясь. Серьезные разумные хищники редко бывали в этих местах, опасных зверей зеленокожие истребили или приручили, а растущая численность населения постепенно делала невозможной полноценную маскировку — деревням требовалась древесина, ресурсы, жизненное пространство, множество крупных построек. Находить крупные деревни орков оказалось значительно легче.

Поход продолжался неделями, большая часть времени уходила на переход армии от одной деревни к другой, сам Тэррадайн мог бы облететь все нужные места всего за три-четыре дня. При обнаружении очередного поселения следовал штурм и уничтожение всех, кто решался сопротивляться. Орки-воины погибали почти до последнего, исступленно сражаясь, пока пеоны и самки с детенышами скрывались в чаще леса. Затем армия кобольдов разрушала как можно больше построек, и двигалась дальше, к следующей цели. Сначала Тэррадайн думал, что большая часть беженцев станет добычей местных хищников, и закончит свой путь в их желудках. Однако орки, похоже, уже довольно сильно зачистили местную хищную фауну (за исключением тех мест, где обитали пока еще непосильные для них монстры), и большинство беженцев успешно преодолевали джунгли, добираясь до следующего поселения, разнося весть о нависшей опасности.

Каждый раз сопротивление становилось все ожесточеннее, орочьих воинов появлялось все больше, как и крупных существ, союзных с ними или прирученных. В конце концов, Тэррадайн решил, что уже хватит — его поход сжег не менее десятка деревень, и наследник Таронна был уверен, что достаточно обезопасил свои будущие владения от этой неожиданной угрозы.

Добьем эту деревню и все — домой! — решил Тэррадайн, продолжая наблюдать за ходом осады.

Штурм, на который дракон взирал сверху, проходил с переменным успехом. Армия кобольдов и ящеров поредела и подустала за время похода, несмотря на то, что Тэррадайн пополнял ее дикарями, нанимая их за деньги в поселениях, или принудительно рекрутируя. Сам же дракон сильно потратился, помогая своему войску пробиться через аванпосты, расставленные орками в труднопроходимых местах. Теперь в специальном мешке внутри его тела, где скапливалась липкая горючая жидкость, получавшаяся в результате особенностей пищеварения дракона, ее оставалось совсем немного. Можно дыхнуть огнем еще буквально несколько раз, и это должны быть старательно выверенные разы, после которых орки лишатся самых важных укреплений и самых сильных воинов.

Тэррадайн определил подходящие цели. Ими оказались удачно поставленная башенка, с которой простреливалось значительное пространство перед частоколом, крупный отряд воинов, ожидавший рукопашной схватки, и пара дварфов — крупных, ростом в несколько метров, бородатых великанов, любой из которых мог, теоретически, бросить ему вызов в бою.

Можно приступать, но сначала надо отдать еще пару приказов жалким кобольдам, безуспешно пытавшимся продвинуться под градом стрел с нескольких башенок. При виде этих жалких попыток Тэррадайну захотелось сплюнуть — большинство мелких разумных он бесконечно презирал. Кобольдов молодой дракон презирал тоже, только без нужды этого не показывал. По крайней мере эти ящеролюды в полной мере осознавали свою ничтожность перед величием драконов, и стремились угодить им любым образом, верно служили в качестве помощников, надсмотрщиков и основной пехоты.

Тэррадайн прищурился, затаив дыхание. Время словно бы замедлилось, в ушах зашумело. С высоты драконьего полета, он нашел взглядом баннер нужного отряда и его командира. По велению дракона в паре метров над землей возникла призрачная лапа, покрытая зеленой чешуей. Она подлетела к командиру кобольдов и выставленным указательным пальцем ткнула того в плечо. Рослый кобольд дернулся от неожиданности, но быстро оправился.

— Д-да, господин? — услышал Тэррадайн его голос так же четко, как если бы кобольд находился рядом.

В словах ящеролюда слышались полное подобострастие и страх — во время боя Тэррадайн мог впадать в неистовство, становясь опасен и для врагов, и для собственных воинов.

—Туда атакуйте, — пробурчал Тэррадайн.

Кобольд проследил взглядом, как видимая только им двоим летающая лапа подлетела к участку частокола и ткнула в него пальцем.

— Конечно, господин! — незамедлительно пришел ответ.

Дальше Тэррадайн уже не слушал и не смотрел, предоставив кобольдам самим разбираться, как выполнять полученный приказ. Дракон выбрал то место для атаки не случайно — фортификационная наука орков находилась еще в зародышевом состоянии, защитные конструкции очень часто были расставлены попросту как удобно , повторяя природный ландшафт. Именно так оказалось, что имеется участок частокола, который не прикрывает ни одна башня с лучниками. С высоты этот просчет оказалось довольно легко заметить, и теперь атака станет развиваться намного успешнее, чем до этого. Тэррадайну осталось лишь уничтожить намеченные цели, что предрешит окончательный разгром вражеского поселения.

Сложив крылья, дракон рухнул вниз, уходя в стремительное пике. Он заходил на башенку с лучниками, решив уничтожить ее первой, чтобы прекратился обстрел его кобольдов, пока они будут добираться до указанной точки. Огненное дыхание сметет ее вместе с воинами, в этом нет сомнений! Струей Тэррадайн мог достать башню с расстояния около пятидесяти метров, а плевком, напоминавшим огненный шар волшебников, мог попасть и со ста метров.

Вдохнув поглубже, дракон несся вниз, в уголках его пасти уже виднелся дым и языки пламени — к выстрелу готов!

Заметив, что на них заходит Красный хищник, орки на башенке запаниковали. Часть беспорядочно пускала стрелы, хотя с такого расстояния они не имели шанса даже оцарапать толстую чешую. Остальные принялись покидать строение, торопливо спускаясь по лестнице, или просто сигая вниз с двадцатиметровой высоты. Тэррадайн плюнул огнем, пылающий шар врезался в башню, языки пламени протянулись во все стороны. Деревянное сооружение не выдержало удара — то, что не разлетелось обломками, рухнуло вниз, когда четыре опоры, на которых стояла площадка для лучников, подломились. В разные стороны разлетались горящие и вопящие лучники.

Заложив вираж, Тэррадайн ушел в сторону. Раскинув крылья, он скользил над землей, и успел изрыгнуть пламя на орочьих пехотинцев. Следующим движением, пока в лагере царила суматоха, дракон грузно приземлился рядом с частоколом, в том месте, куда приказал командиру кобольдов двигать его отряды. Он прыгнул вперед и толчком мощных лап сокрушил частокол — бревна не выдержали тарана многотонной туши. Большая часть частокола рухнула, орки даже не сделали его сегментированным! Образовалась брешь длиной в три десятка метров, куда хлынула уже подошедшая пехота тароннцев. И пока кобольды врывались на территорию деревни, орки все еще пытались перегруппировать разметанных Тэррадайном воинов.

Но во всей этой суматохе еще оставались те, кто не поддался всеобщей панике. Дварфы, ставшие союзниками орков, и сами обладали не последним рангом среди хищников, и их не особо впечатлило устроенное Тэррадайном разрушение. Все то время, пока дракон сжигал простых орочьих воинов и уничтожал фортификации, два великана, подхватив заготовленные для частокола заостренные бревна наподобие метательного копья, прицеливались для броска.

Развернувшись, после разрушения частокола, Тэррадайн успел увидеть, как в него, тесаным концом вперед, летит запущенное с сотни метров бревно! В последний миг дракон успел увернуться, припав к земле, и смертоносный снаряд пролетел над ним, не причинив вреда.

Взревев, Тэррадайн рванулся вперед, стремясь добраться до дварфов и разобраться с ними. По земле он передвигался не так стремительно, как на крыльях, и второму дварфу хватило времени метнуть еще одно бревно, от которого Тэррадайн также успешно увернулся.

Первый дварф с ревом несся на него, вздымая над головой дубину из толстого древесного ствола. Дракон дохнул на него струей огня, и боевой клич сменился воем боли. Противник позабыл о драке, бросил дубину и покатился по земле, пытаясь сбить пламя.

Остался всего один серьезный противник — последний дварф. Он медленно приближался к Тэррадайну, проявляя осторожность после того, что произошло с его товарищем. Вокруг двоих великанов уже бушевало сражение — кобольды и орки схлестнулись в битве. Отовсюду раздавались боевые кличи, крики боли, звон скрещиваемого оружия.

Противник Тэррадайна был хорошо вооружен — в правой руке дубина, а в левой — большой щит из стянутых вместе бревен. Концы бревен тоже оказались заточены, чтобы щитом можно было бить, словно оружием. Одежду великана составляли сшитые вместе шкуры крупных животных, в которые для дополнительной защиты были вплетены пластины из тесаных бревен.

Подпустив дварфа ближе, дракон выпустил в него струю пламени, которую противник принял на щит. Огонь ударил в бревна, но гореть они будут долго — струя вышла откровенно слабой. Слишком долго Тэррадайн прожигал сегодня дорогу для своего чешуйчатого воинства, на всех врагов не хватило. Струя ослабла, последние пылающие капли ушли в землю, а из горла молодого дракона вырвался мокрый кашель и хрип — полость с горючей жидкостью опустела.

Выглянув из-за охваченного огнем щита, дварф злобно осклабился, поняв, что Тэррадайну теперь придется сражаться врукопашную. Он повел себя увереннее, перейдя на бег, и стремительно сокращая расстояние.

Дракон спокойно ожидал, пока противник приблизится. Конечно, в любой момент он мог взлететь и избежать опасности, но проблему это не решало. С расстояния поражать его больше нечем, а дварф мог в любой момент начать крушить ряды кобольдов, и переломить ход сражения в пользу орков, сражаться же с ним с лету непрактично — придется подставлять брюхо и рисковать быть сбитым на землю ударом дубины.

Приняв решение встречать врага на земле, Тэррадайн встал на дыбы — поднявшись на задние лапы, выставив передние перед собой, убрав крылья за спину, чтобы не мешали, и чтобы не травмировать их в бою. Выпустив длинные кривые когти, Тэррадайн оказался в боевой стойке. Раскрыв пасть в сторону набегающего дварфа, дракон угрожающе заревел, перекрывая шум идущего сражения.

Дварф приблизился и атаковал незамысловатым размашистым ударом. Дубина описала горизонтальный полукруг, целясь Тэррадайну в морду, но дракон успел втянуть шею, и удар прошел мимо.

Ответной атакой ящер размахнулся когтистой лапой, собираясь располосовать противника, дварф вскинул все еще частично горящий щит, закрываясь. Когти дракона оставили на бревнах щита глубокие борозды, вырвав несколько крупных щепок, разлетевшихся в разные стороны. Столь примитивная защита не продержится долго — еще несколько таких ударов разломают щит на отдельные бревна!

Пытаясь победить противника до того, как это случится, дварф снова взмахнул дубиной, на этот раз, ударом сверху вниз, пытаясь проломить дракону череп. И снова безуспешно.

Так дело не пойдет! — решил Тэррадайн.

Ковырять щит слишком долго, поэтому наследник замка Таронна решил оставить противника без оружия. Воспользовавшись тем, что дубина снова промелькнула перед ним, дракон попытался ухватить державшую ее руку клыкастой пастью. Дварф успел отдернуть руку, и зубы Тэррадайна только клацнули в воздухе. В ответ Тэррадайн чуть было не получил щитом по морде, в последний миг отскочив назад.

В груди дракона клокотала ярость. Да что же это такое, в конце-то концов?! Как смеет этот первобытный дикарь бросать вызов Красному хищнику, одному из самых сильных на Карвонне?! Раньше все, на что способны были эти дикари при виде опасности — убегать, завывая от ужаса, или стоя на месте угрожающе реветь, вырвав с корнем ствол какого-нибудь дерева и беспорядочно им размахивая. К Тэррадайну пришло осознание того, что вооруженный и обученный сражаться дикарь стал почти так же опасен, как серьезный хищник.

Я вешу в несколько раз больше него! — пришла в голову новая дельная мысль. — Нужно навалиться и задавить! Дубиной особо не размашешься в партере! Я его сомну!

Тэррадайн с ревом бросился вперед, пытаясь навалиться на противника всей тушей. Дварф сделал шаг назад, отмахнувшись щитом, и снова Тэррадайн был вынужден замедлиться, чтобы не рисковать получить по морде тяжелыми бревнами. Сократить расстояние не удалось, и дракону пришлось снова отступать, чтобы увернуться от очередного взмаха тяжелой дубиной.

Видя, что обученного сражаться великана не взять грубой силой, дракон решил применить хитрость. Он сымитировал несколько коротких выпадов в сторону врага, и каждый раз осторожный дварф закрывался щитом, внимательно следя глазами за противником. Дикарь ни на секунду не забывал, что малейшая ошибка может стоить ему жизни.

Тэррадайн раскачивался из стороны в сторону, имитируя удары, его огромная многотонная туша двигалась плавно и стремительно, как у многих ящеров. Сделав несколько сбивающих с толку движений, он перешел в очередную решительную атаку. Качнувшись влево, дракон вытянул шею, словно собираясь схватить дварфа зубами. Дикарь немедленно отреагировал, повернувшись так, чтобы снова закрыться щитом. И в этот момент Тэррадайн хлестнул противника по ногам длинным толстым хвостом. Не удержавшись, дварф с гулким стуком опрокинулся на спину.

Тэррадайн подавил желание торжествующе зареветь (в полной верформе часто проявлялись ее анималистические черты) — с противником еще не было покончено, следовало немедленно воспользоваться получившимся преимуществом. Дракон прыгнул вперед, помогая себе взмахом крыльев. Дварф как раз перекатился в сторону и пытался подняться на ноги, уже встав на одно колено. Выпрямиться полностью он уже не успевал, и в последней попытке защититься снова закрылся щитом, который не выронил при падении, поскольку тот был пристегнут к его руке.

Многотонная туша дракона обрушилась на дикаря, сминая щит. Бревна, из которых щит был сколочен, разлетелись в разные стороны, левой лапой Тэррадайн пригвоздил к земле правую руку дворфа, чтобы тот не мог размахнуться дубиной. Когти дракона глубоко впились в плоть великана, и тот заревел, выгнувшись под драконом в отчаянной безуспешной попытке его сбросить. Крик боли быстро перешел в предсмертный хрип — Тэррадайн вцепился поваленному врагу в глотку и, стиснув мощные челюсти, вырвал тому горло. Хлынула кровь, дракон отпрянул, с отвращением сплюнув на землю — карвонийские хищники не любили лишний раз ощущать этот противный привкус, предпочитая глотать добычу целиком, чисто и с изысканным вкусом гладких тел человеков или пушистым кроличьим мехом. Но война есть война, и на ней порой приходится замараться не только в крови. Побежденный великан бился в агонии, безуспешно пытаясь зажимать руками разорванное горло. Одного взгляда хватило, чтобы понять, что противник обречен, и Тэррадайн перенес внимание на ход сражения вокруг него.

Пока дворф и дракон бились друг с другом, вокруг них образовался круг свободного пространства. Рядовая пехота, как кобольдов, так и орков, благоразумно держала дистанцию от увлеченных поединком великанов, которые в запале боя могли смахнуть одним ударом сразу десяток существ поменьше. В целом, по оценке Тэррадайна, штурм деревни развивался вполне успешно — орков теснили по всем направлениям, а элитное подразделение кобольдов, состоявшее из лучше всего экипированных ветеранов, уже пыталось пробиться к вождю орков. Вел этот отряд лично кобольд-командир, которому Тэррадайн отдавал приказы.

Приняв решение ему помочь, дракон двинулся в сторону вражеского строя. Он перемещался по земле, не пытаясь взлететь, рассчитывая массой сокрушить мелких существ. Вражеские солдаты принялись разбегаться перед ним, на пути дракона встало лишь около десятка самых стойких.

Тэррадайн вытянул лапу, обрушив удар на ближайшего воина. Орк инстинктивно попытался закрыться щитом, но увесистая лапа легко смяла его в лепешку вместе с доспехом. В дракона попало несколько стрел, но ни одна не смогла пробить толстой, защищенной природной магией и амулетом высшего порядка, чешуи. Тэррадайн попытался раздавить лапой еще одного воина орков. Тот поднял меч острием кверху, надеясь проткнуть кожу на лапе, но это ему не помогло — дракон ощутил лишь сильный укол боли, от которой дернулся и раздраженно зашипел. Следующего пехотинца он сбил боковым ударом лапы, опасаясь случайно получить мелкое, но ненужное ранение, от которого мог бы, например, захромать и лишиться части боевых возможностей.

Среди орков оказался пикинер с длинной пикой, имевшей железный наконечник. Пока Тэррадайн расправлялся с мечниками, пикинер попытался ударить его в грудь, но амулет защитил дракона, вспыхнув голубым светом и погасив силу удара. Не пробив чешую, лезвие бессильно соскользнуло в сторону, и через мгновение Тэррадайн смахнул пикинера в сторону, всего за несколько секунд уничтожив половину выступившего против него отряда.

Больше желающих попробовать Красного Хищника на прочность не оказалось, пространство вокруг дракона окончательно расчистилось, и кобольды смогли пробиться к предводителю орков. Теперь кобольд-командир, опытный мечник ветеран, атаковал вождя деревни, молодого и сильного орка. Кобольд носил кожаный доспех со стальными вставками. Он был вооружен мечом и щитом, произведенными из композитных материалов. Его противник противопоставил опыту и качественному снаряжению огромную силу и лютую свирепость. Вождь орков сражался с голым торсом, на руках и животе бугрились огромные мускулы. На груди висело ожерелье из ушей и пальцев поверженных врагов, а вооружен вождь был железным щитом и длинным двухметровым мечом с широким зазубренным лезвием. Противники как раз сошлись в поединке, и Тэррадайн замер, отвлекшись от боя и принявшись с интересом наблюдать, кто же именно победит.

Вождь орков с грозным ревом замахнулся огромным мечом. Кобольд предвидел этот удар, и тщательно закрылся щитом, сделав шаг назад, чтобы выйти за пределы досягаемости лезвия. Орк промахнулся, и ветеран войска Таронна перешел в контратаку. Для начала он нанес целую серию коротких слабых отвлекающих ударов, рассчитывая разболтать защиту противника, разбалансировать его, чтобы попытаться нанести точный смертельный удар. Невзирая на всю силу и череду побед, одержанных вождем орков в предыдущих сражениях, ему редко приходилось сражаться против по-настоящему тренированных и имеющих боевой опыт мечников, потому он либо не распознал намерения кобольда, либо попросту проигнорировал их, снова попытавшись нанести удар, замахнувшись мечом из-за плеча.

Кобольд принял удар на щит, затем движением руки отбил лезвие орочьего меча в сторону, открывая возможность приблизиться к цели. Простым обманным выпадом ветеран вынудил зеленокожего выставить щит в сторону, затем резко изменил направление удара и сильно ткнул лезвием меча орку в грудь, нанеся глубокую рану.

Орк отпрянул, взревев от боли. Тэррадайн одобрительно хмыкнул — подобный удар намертво свалил бы кобольда или волка, или большинство других низкоранговых хищников. Орки уже не раз оказывались физически более сильными и выносливыми, чем представители других рас, а этот, к тому же, был довольно крупным и сильным. Наблюдавший за схваткой дракон оценил как нанесенный удар, так и то, что орк перенес его, оставшись на ногах.

Впрочем, здоровье у орка было уже не то. Кровь хлестала из глубокой раны на груди, но вождь игнорировал боль. Рыча от ярости, он снова попытался достать кобольда, надеясь расквитаться за полученный болезненный и унизительный удар. Орк промахнулся, и ящер тут же ответил, но зеленокожий успел закрыться щитом, на котором удар лезвием заводской заточки оставил глубокую борозду.

Снова удар, и лезвия мечей со звоном скрестились. Кобольду нужно было скорее заканчивать поединок победой — орк, в конце концов, истечет кровью и рухнет без сил, но это будет потом, а пока ближайшие несколько минут он еще будет оставаться на ногах, поддерживаемый повышенной выносливостью своего организма и предельной яростью по отношению к напавшим на его деревню врагам. Ящер снова перешел в атаку, тщательно примеряясь нанести очередной сокрушительный удар, и на этот раз наученный горьким опытом противник закрылся щитом и отступил, решив не испытывать судьбу дважды.

На этот раз удар вышел рубящим. Снова вскрыв защиту противника несколькими обманными движениями, предводитель кобольдов полоснул орочьего вождя по торсу, поперек груди. На этот раз тяжелая рана и вызванный ею болевой шок опрокинули зеленокожего богатыря на землю, лезвие меча выскользнуло из слабеющих рук.

Это был конец, никто не придет побежденному вождю на помощь — все время, пока продолжался поединок, дракон находился рядом, с интересом наблюдая за кровавым развлечением, и приблизиться к нему, оставшись в живых, было решительно невозможно. А теперь еще и наседающие кобольды оттеснили поредевший строй орков дальше, окончательно лишив зеленокожего вождя шанса не то, что на победу, а и на спасение.

Командир кобольдов поклонился Тэррадайну, и тот благосклонно кивнул.

— Заканчивай! — глухо рыкнул дракон, давая понять, что не желает брать в плен бесполезных в качестве пищи или рабов дикарей.

Кобольд снова развернулся к противнику, перехватив меч обратным хватом. К его удивлению, вождь все еще пытался встать на ноги, нащупывая рукой рукоятку меча. Подтянув оружие к себе, орк с усилием поднялся в сидячее положение. Но это бесполезно — противник полностью здоров и полон сил, не считая некоторую усталость, вызванную длительным сражением. Новый удар меча пронзил грудь орка насквозь, противно хрустнули сломанные лезвием ребра. Меч снова выпал из руки вождя, испустившего предсмертный хрип, и когда ящер выдернул меч, орк завалился на спину, теперь уже мертвый.

— Хорошая работа! — довольно рявкнул Тэррадайн. — Как всегда, ты не подводишь меня, воин. Будь уверен, твои заслуги во время этой кампании не остались незамеченными!

— Спасибо, господин! — Кобольд благодарно поклонился снова.

Тэррадайн огляделся. Деревня пала, пеоны и женщины с детьми давно сбежали, воины орков отступали в лес, часть из них осталась прикрывать отход, став, фактически, смертниками, жертвующими собой, чтобы остальные их сородичи смогли спастись.

— Гоните орков до леса и убейте, сколько сможете! — распорядился дракон. — Потом возвращайтесь. Пусть твои воины заберут что хотят в захваченных домах. Я полечу к обозу и пожру че-нибудь, чтобы восстановить пламя. После этого вернусь и помогу вам сжигать деревню!

— Слушаюсь, мой господин! Все будет сделано, как вы приказали!

— Вот и отлично!

Взмахнув крыльями, Тэррадайн взмыл в воздух. Его участие бою больше не требовалось, с остатками сопротивления кобольды справятся и сами. Молодой наследник Таронна отправился отдыхать и восстанавливать силы перед обратной дорогой, твердо решив, что эта деревня — последняя. Прошедшей карательной экспедиции хватит, чтобы несколько поколений зеленокожих дикарей шепотом рассказывали своим детям ужасные сказки про драконов и их огненную ярость. По крайней мере, Тэррадайн на это надеялся. А завтра — домой. Хватит с него этих проклятых джунглей и этих зеленокожих, полусъедобных и противных на вкус дикарей. Пришла пора возвращаться в цивилизацию, к плодам которой молодой дракон, выросший уже в эпоху современного Датиана, привык с самого детства, и очень ценил.

Лениво взмахивая крыльями, молодой дракон парил в небесах, по пути домой наслаждаясь прохладным встречным ветерком. Изнурительный поход закончен! Наконец-то, позади недели ночевок под открытым небом, дожди и слякоть, плохая еда, колючие или ядовитые растения, постоянная опасность, зверье, орки и вонючие дикари. Тэррадайну осточертело это все до последней степени, и он сгорал от нетерпения оказаться дома, откиснуть в наполненном горячей водой бассейне, проглотить пару-тройку кроликов, чтобы утолить разыгравшийся голод.

Воинство кобольдов дракон оставил позади, приказав добираться домой собственными силами. Армия была достаточно многочисленна, чтобы ничего не бояться по пути домой. Командир отряда, опытный кобольд, в поединке одолевший орочьего вождя, получил от Тэррадайна публичную похвалу и обещание повышения. Наследник престола Таронна собирался полностью сдержать данное воину слово — авторитет среди бойцов дорого стоил, а благодарность командира превратится в верность. Офицер не забудет, кому обязан повышением, кто строгий с подчиненными, но справедливый командир. И, возможно, однажды этот авторитет придется обналичить. Великий Таронн, отец Тэррадайна, не вечен. Конечно, по человеческим меркам он может протянуть еще довольно долго, однако для долгоживущих драконов все может случиться уже скоро . И тогда потомкам предстоит делить наследство и, традиционно, право наследования, завещания, договора и различные юридические формальности соблюдаются не слишком строго, ведь всегда есть соблазн переиграть их в свою пользу, если ты силен и могуч, а за твоими плечами армия.

Тэррадайн был старшим из сыновей, чистокровного происхождения, рожденный от настоящей великой и высокородной драконицы. Невзирая на крутой нрав, отец все же не отступал от традиций, воспитав старшего сына как наследника и главного предводителя армии Таронна. Остальные потомки Великого Таронна тоже занимали различные важные посты, не только в самом замке, но и были рассеяны по всему региону Датиана, а также за его пределами. Как и Тэррадайн, они были чистой крови, и только Каррас, грязный полукровка, занимал слишком высокий для своего происхождения пост.

Карраса Тэррадайн не переносил. Тот выглядел не как настоящий дракон, вел себя, не как настоящий дракон. Он поддерживал ровные отношения со всеми в замке, вплоть до рядовых кобольдов и даже добычи. Отец сделал Карраса советником, сказав, что у полукровки есть мозги и талант . Тэррадайн про себя поклялся, что первое, что он сделает, став полноправным владельцем замка — убьет или, как минимум, изгонит проклятого выскочку.

После нескольких часов полета вдали показались земли Таронна, и вскоре стал виден и сам замок. Тэррадайн уверенно летел в его сторону по прямой линии, не утруждая себя отмечаться на пограничных пунктах. Появление неопознанного дракона вызвало кратковременный интерес со стороны пограничной охраны. Несколько раз к Тэррадайну приближались гарпии-стражницы и кобольды верхом на вивернах. Впрочем, они издалека опознавали принца, в основном по яркому красному гребню, и почтительно убирались с пути, возвращаясь обратно на посты.

Вскоре дракон ухнул вниз, на обширную посадочную площадку на крыше замка, в падении принимая антропоморфную форму. Многотонная туша мгновенно уменьшилась до размера примерно двух человеческих ростов. Лапы превратились в руки и ноги, длинные когти, способные рвать броню броневиков Содружества, стали длинными кривыми ногтями. Крылья тоже уменьшились, но их размера оставалось достаточно, чтобы продолжать удерживать Тэррадайна в воздухе. Расправив их резким взмахом, Тэррадайн затормозил падение, и плавно приземлился на каменный пол на глазах у стражников кобольдов, охранявших дверь на лестницу, ведущую в жилые помещения замка.

— Приветствуем Вас, господин! — вежливо склонились стражи, когда наследник престола приблизился к ним.

— Отец дома?

— Да, господин!

Это все, что нужно знать — дракон прошел мимо подобострастно согнувшихся стражей, не удостоив их лишним взглядом, и направился вниз. Спустившись в просторный холл, перед дверью ведущей в тронный зал он увидел ненавистного Карраса.

— Тэррадайн, ты вернулся! — сказал тот, жестом давая понять, что хочет поговорить.

Тэррадайн скрипнул зубами. Полукровка видел, как он подлетал к замку, и сразу поспешил сюда, чтобы перехватить молодого наследника до того, как тот войдет в тронный зал и встретится с отцом.

— Отвали! — раздраженно рыкнул чистокровный дракон.

— Послушай, нам надо поговорить! — этот жалкий слабак даже сложил руки в просящем жесте. Тьфу. — Случилось кое-что очень.

— Мне не о чем с тобой говорить, придурок! — теряя терпение, взревел Тэррадайн. — Все, что мне нужно сделать или узнать, мне скажет отец. Ты в качестве посредника нам НЕ НУЖЕН! Иди, займись чем-то более полезным, чем просто досаждать мне. И сойди, наконец, с дороги!

Тэррадайн махнул рукой, намереваясь отодвинуть Карраса в сторону, но тот привычно успел отступить назад и не получить тычка, который мог оттолкнуть его, а то и сбить с ног. Ссориться с братьями Каррас не любил, считая это непрактичным, поэтому, по возможности, избегал конфликтов. Зачем драться, когда делаешь одно дело? Разве не лучше объединить усилия?

Выбросив надоедливого полукровку из головы, Тэррадайн подошел к дверям в тронный зал и толкнул створки. Стража по обе стороны проема не остановила его, стучать наследник тоже не собирался, грохот и скрип отворяющихся дверей и без того разнесся по всему тронному залу, отец просто не мог не услышать его.

И действительно, когда Тэррадайн вошел Великий Таронн тут же принялся сверлить его пристальным взглядом.

— Отец.

— О, ты вернуться изволил?

— Да, отец, — покорно ответил Тэррадайн, насторожившись. По тону старшего дракона он понял, что Великий Таронн снова не в духе, и очень сильно. — Как ты и приказал, я разобрался с угрозой орков на западе нашего королевства. Я не только уничтожил тех, кто посмел напасть на посланников госпожи Тамиты, но отправился дальше, и разорил не меньше десятка их стойбищ, чем обезопасил наши земли, и заполучил признательность жителей тех деревень дикарей, которых орки угнетали.

— Да кого интересуют твои поганые орки! — взревел Таронн, окончательно выходя из себя.

Тэррадайн потрясенно замолчал. Конечно, отец порой бывал раздражительным, но ведь он, Тэррадайн, действительно добился довольно серьезного результата, как его отец и хотел, лично послав его выполнять эту задачу.

— Тебя не было демоны знает сколько времени! — рычал Таронн, потрясая кулаком. — И пока ты разбирался с вонючими орками с таким пафосом, словно побеждал вражеский клан, вчера среди бела дня ДЕМОНЫ АТАКОВАЛИ ЛИСКАТ!

Глава 55. Штурм Лиската - 2

Атака началась рано утром, когда солнце уже встало довольно высоко. Поскольку большинство хищников отлично видели в темноте, командование землян решило проводить боевые операции при свете дня.

Ночью проводились только операции разведывательных отрядов с позывными Сталкер . Они просочились на земли Лиската под покровом темноты, высадившись с броневиков на границе патрулируемых стражами города земель. Подобравшись к местам расположения противника, Сталкеры устроили ловушки на патрули, рыскавшие по дорогам.

Ни ночное зрение, ни острый слух или обоняние не помогли стражам Лиската против правильно организованных опытными оперативниками засад. Большую часть хищников спецназовцы перестреляли, используя оружие с глушителями. Такая же судьба постигла и заставы, расставленные по нескольким ведущим в Лискат дорогам, которые связывали свободный город с остальным регионом. Те немногие отряды хищников, что избежали полного уничтожения, сумев вырваться и сбежать, ринулись в сторону Лиската, пытаясь предупредить город. Одна застава сумела передать сигнал тревоги с помощью связного амулета.

Но, даже при довольно своевременном предупреждении о готовящемся нападении, у властей города оставалось предельно мало времени на реагирование. Артиллерия землян открыла огонь с закрытых позиций, находящихся на расстоянии в несколько десятков километров, где у лискатийцев не было даже шанса ее обнаружить, а колонны бронемашин уже двигались к городу, сопровождаемые несколькими танками.

Разрывы 155-мм снарядов вспыхивали огненными цветами посреди городка с внешней стороны крепостных стен, где лискатийцы позволяли селиться искавшим убежища дикарям. Парящие высоко в небе разведывательные дроны корректировали удары по давно обнаруженным целям, методично уничтожая возведенные укрепления и бараки с вражескими воинами. Разбуженные грохочущим огненным штормом дикари выскакивали наружу и в панике метались среди пылающих строений. Некоторые из них успели схватить оружие, но мечи и луки некуда было применять в этом аду.

Правители города, большей частью сильные хищники, выбежали на балконы или крыши своих домов в центральном районе, расположенном за изгибом реки, и в ужасе смотрели, как рушатся возводимые в течение нескольких недель укрепления, вместе с надеждами не позволить демонам атаковать город. Они не могли понять, что происходит, откуда исходит магия, творящая подобные разрушения. Ожидая атаку настоящих демонов, власти города предприняли все возможные меры защиты против именно этого вида противника. Город окутывала плотная пелена защитной магии, от которой даже архимагам Орсаны было бы трудно сотворить какие-либо простейшие заклинания, не говоря уже о чем-то настолько разрушительном.

Но корректируемым с помощью беспилотников снарядам оказалась безразлична защита против магии, и они продолжали перепахивать городок дикарей, убивая десятки хищников и разрушая строения. Обстрел прекратился тогда, когда разрывы стали подбираться близко к городским стенам, за которыми начинались кварталы простых Зеленых жителей города. Как и во всех городах Карвонны, Лискат повторял одну из нескольких социальных моделей, свойственных этому миру. Здесь хищники находились на вершине социальной пирамиды, обладали всей полнотой власти и практической монополией на насилие, предоставляя Зеленым защиту , и взамен живя с их труда и используя в качестве пищевого ресурса. От остальных городов региона Лискат отличался тем, что не признавал власть Защитницы, предпочитая независимость, и потому мало контактировал с другими Безопасными зонами и вообще не получал товаров из других миров. В итоге, пока Датиан превращался в современный мегаполис-миллионник, Лискат так и остался средневековым городом-государством.

Зная, что за стенами большую часть жителей составляют Зеленые, которых Федерация намерена освободить, командование землян не стало проводить артподготовку в самом городе, ограничившись уничтожением прилегающей к нему полосы, где проживали дикари-беженцы. Лискатийцы готовили из них боевые отряды, которые будут отражать ожидаемое нападение демонов совместно с войсками Лиската, из-за построенных дополнительных деревянных укреплений. Теперь все эти планы пошли прахом — всюду полыхал огонь, царили паника и хаос.

Обстрел прекратился, и жители города стали потихоньку отходить от шока. Во все стороны понеслись гонцы с приказами, отряды стражи, уже поднятые по тревоге, принялись занимать стены и улицы, простые жители спешили в укрытия или хватали оружие. Ворота города распахнулись, и стражники отправились на помощь пострадавшим дикарям, пытаясь восстановить порядок, организовать какое-то подобие боевого строя, и оказать помощь раненым и заваленным обломками. Пока они эти занимались, послышался рокот множества моторов, и из леса стали выезжать боевые машины землян. Лискатийцы и дикари, которые до этого не видели ничего подобного, с изумлением смотрели на черные, лязгающие и рокочущие коробочки, смутно понимая, что это и есть враг, и что он совсем не тот, которого они ожидали. Издалека машины еще не производили ужасного впечатления, рокот их двигателей напоминал грозное рычание раздраженного тигра, но не более.

Головной танк колонны остановился. Пока позади него остальные машины разворачивались в боевую линию, выстраиваясь вдоль опушки и высаживая пехоту, танк водил стволом, выбирая цель. Вот башня на секунду замерла, затем грохнул выстрел, на конце ствола пушки на мгновение вспыхнуло пламя. Снаряд просвистел над головами дикарей, и врезался в одну из воротных башенок, разнеся ее верхушку, отчего в разные стороны полетели обломки камней. Раздались крики ужаса, поутихшая паника началась снова. Хищники заметались, крики пытавшихся восстановить порядок командиров тонули в воплях перепуганных солдат и грохоте пушек и пулеметов. Линия машин Федерации двинулась вперед, накатываясь на стену города подобно приливной волне, медленно, но неотвратимо. Так начался штурм Лиската.

Ворон и Заяц осторожно продвигались вперед по улице, стараясь держаться ее середины, чтобы никто не смог выскочить на них из-за угла. Штурмовики шли по обе стороны от медленно катившегося вперед броневика, которым управляли Толик и Ярик. Башенка с пулеметом на крыше машины вращалась из стороны в сторону, выискивая цели. Остальные бойцы их взвода тянулись следом, либо по параллельным улицам, разделившись на несколько штурмовых групп при поддержке бронемашин — такой была тактика подразделения Хищник , часто действовавшего малыми силами. Солдат учили решать боевые задачи ограниченным набором огневых средств, приучая сражаться и выживать практически самостоятельно. Разрозненные группы связывала вместе тактическая сеть, которой из командного центра управляли офицеры-тактики. Отдавая приказы подчиненным подразделениям, они могли быстро перемещать и сосредотачивать большое количество подобных боевых групп и стремительно наращивать огневую мощь на выбранном участке, делая войска спецподразделения гибкими и способными действовать в любой ситуации.

Радио: Сталкер-три, Перекресток .

Радио: Передавайте сообщение .

Радио: Сталкер-три, сообщаю — впереди по линии вашего движения замечена неопознанная группа, вероятно противник. Здание с красной крышей, повторяю, с красной крышей!

Радио: Сталкер-три принял, мы будем готовы .

Радио: Действуйте по обстоятельствам, но помните — установленные правила ведения боя предписывают, по возможности, избегать столкновения с местными гражданскими и ненужных жертв среди них .

Радио: Мы помним, отбой .

Последняя фраза от командира отряда прозвучала с ноткой недовольства. Командование хотело захватить город так, чтобы пострадало как можно меньше Зеленых, людей и кроликов, рассчитывая завоевать симпатии благодарного местного населения. Однако, полагая, что на Лискат напали настоящие демоны, многие Зеленые организовались в наспех созданные ополчения. Женщины и дети наглухо запирались в своих домах, за толстыми дверями и ставнями, а мужчины толпились на улицах, вооруженные импровизированным оружием. Ни нормального оружия, ни подготовки у них не имелось, однако они с мрачной решимостью бросались на федеральных солдат, если те появлялись у них в поле зрения.

Координация между такими отрядами отсутствовала, какая-то связность имелась лишь у регулярной гвардии Лиската, поэтому ополченцы жались к своим домам, не понимая, что им делать, и чаще всего отвечали на появление чужаков слепой агрессией. Командование распорядилось блокировать и обходить подобные отряды, продолжая двигаться к центру города. А сделать это иногда оказывалось трудно, поскольку воины хищников тоже могли смешиваться с населением.

Беспилотник облетел улицу впереди пару раз, однако вряд ли заметил все цели, поэтому следовало проявлять осторожность. Командир третьего отряда Сталкеров знаками приказал первой двойке выдвинуться, чтобы проверить обстановку.

Броневик Толика остановился перед углом здания. Короткая перебежка, и Заяц в Вороном укрылись за его броней, выглядывая из-за капота и контролируя угол, за которым находилось указанное в донесении тактика здание. Для этого задания оба штурмовика вооружились оружием ближнего боя: Ворон держал в руках пистолет пулемет р-99 с расширенным магазином, лазерным прицелом, прицепленным под стволом и индикатором угроз — небольшим прицельным экраном, на котором маленький компьютер дорисовывал цели, позволяя различать силуэты противников в условиях практически любой видимости. Заяц вооружился автоматическим дробовиком ева-8 с восьмизарядным барабаном. Два вооруженных подобным образом штурмовика могли зачистить полную хищников комнату буквально за три секунды.

Радио: Десять Давидов, Сталкер два-один и Сталкер два-три подавили противника на позиции Эйбл-3, теперь продвигаемся вперед, чтобы достичь позиции Бета-3 .

Радио: Сталкер два-Актуал, обратите внимание — вам следует расположиться вокруг Беты и ждать сигнала для начала боя, как только другие Сталкеры и Охотники выполнят свои задачи на Эйбл и направятся к Бетам .

Радио: Десять Давидов — контроль, Сталкер два — копирование всех. Достигните Беты и ждите сигнала для начала боя. Сейчас идет процесс .

Двое их товарищей из другой машины осторожно двигались вдоль стены с противоположной стороны улицы, направив стволы винтовок в направлении предполагаемого противника.

И противник не заставил себя ждать.

— Движение в окне!

В воздухе прошелестела арбалетная стрела, и звякнула о каменную стену дома — солдат успел отреагировать и уклониться.

Пехотинцы тут же открыли огонь на подавление по зданию, загрохотали выстрелы и трассера протянулись в сторону окон, где засели вражеские лучники и арбалетчики.

— Перемещаемся! — крикнул Ворон, срываясь с места.

Заяц последовал за ним, и бойцы перебежали к углу здания, которое закрывало их от стрелков противника. Прильнув к стене, Ворон раздвинул приклад автомата, и упер его в плечо, поднимая оружие в положение для стрельбы. Отклонившись от стены, боец выглянул из-за угла. Здание с красной крышей, на противоположной стороне улицы открывалось перед ним, по мере того, как Ворон приставными шагами медленно выдвигался из-за угла, внимательно сканируя через прицел попадавшие в поле зрения окна — такая техника называлась нарезка пирога , и позволяла своевременно заметить угрозу, а не выскакивать под пули, очертя голову.

Есть противник! На мгновение в черном провале окна на третьем этаже промелькнул чей-то силуэт, очертившись в экранчике индикатора угроз насыщенным красным цветом. Ворон не раздумывая втопил спусковой крючок. Пистолет-пулемет затрещал длинной очередью, выплюнув весь магазин менее чем за три секунды. Пули высекали фонтанчики пыли из стены дома, вдребезги разбили оконное стекло. Трудно сказать, попал ли он во что-нибудь, силуэт больше не показывался.

Радио: Мы просуваемось впэрэд! Готуйтесь до штурму!

Бавовнятко взревело мотором и выкатилось на небольшую площадь, образованную перекрестком двух улиц. Заняв центр этого перекрестка, бронемашина остановилась, создавая дополнительное укрытие для солдат. Толик развернул пулеметную башенку в сторону занятого хищниками дома, и открыл огонь. Пулемет загрохотал, на конце торчащего из башенки ствола звездочкой расцветало пламя. Сыпались гильзы, трассеры пуль хаотично метались туда-сюда — Толик не стремился действительно попасть во что-то, только подавить противника, заставить в ужасе отпрянуть от окон и разлетающегося стекла.

— Пошел! Пошел!

Едва успев заменить магазин, Ворон снова бежал вперед, Заяц следовал за ним.

В этот момент улицу накрыла огромная тень. Мужчины инстинктивно пригнулись на бегу, а над их головами, низко над крышами домов, прошел, расправив крылья, огромный темно-зеленый дракон. Шум поднятой им воздушной волны на мгновение заглушила грохот канонады и треск пулеметных и автоматных очередей. Гигантский ящер проигнорировал пехоту и броневики на улицах, взмахнул крыльями, набирая высоту, и заложил вираж в сторону дворца правителей Лиската, над которым поднимался столб густого черного дыма.

Их перебежка закончилась за броневиком, ни одной стрелы противник так в них и не пустил. Справа от них штурмовая группа уже подобралась к одной входной двери. Ворону и Зайцу останется вторая дверь, которая находилась в торце здания.

Радио: Десять Дэвид, Сталкер три-два! — кто-то из бойцов позвал по радио офицера-тактика.

Радио: Десять-Дэвид на приеме .

Радио: Десять-Дэвид сообщаю — в здании находятся гражданские лица, мы слышим, как плачут женщины и дети. Вероятно, заперты в подвале .

Радио: Все принял. Напоминаю, действующие правила боя запрещают применение тяжелого вооружения по позициям с подтвержденным присутствием гражданских. Штурмуйте здание пехотой, мы будем вести вас с дрона, пока можем. Работайте в клозе, но не зарывайтесь, прием .

Радио: Плюс-плюс, Сталкер все принял .

В наушнике Ворона раздался щелчок, лидер отряда выходил на назначенный для его бойцов канал.

Радио: Все три элемента Сталкера задействованы, в нашем здании находятся гражданские цели, действующие правила поведения запрещают использование тяжелого вооружения. Мы будем действовать в ближнем бою, обыскивая помещение за помещением. Никаких взрывчатых веществ, никаких осколочных гранат. И НЕ выдвигайтесь слишком далеко, иначе вас могут окружить!

Ворон внимательно выслушал все, хотя лидер, фактически, продублировал уже полученный по общему каналу приказ.

— Толик, ты принял? Мы заходим первый этаж, работай не ниже второго!

Радио: Плюс!

Ворон махнул рукой, и они побежали к двери, через которую предстояло проникнуть внутрь. Все окна первого этажа были закрыты ставнями и, как уже выяснили земляне, часто оказывались забраны крепкими решетками, чтобы нельзя было проникнуть внутрь даже выломав ставни. Двери укреплялись не так сильно, но их делали из очень толстых досок с железной обивкой, а изнутри дверь запиралась на большой засов.

Ворон немедленно вспомнил об этом, стоило только подбежать к двери и пнуть ее ботинком. Тщетно — дверь даже не шелохнулась, она весила почти четверть тонны.

— Ну, и как они хотят, чтобы мы ее открывали без взрывчатки?

Радио: Зараз мы допоможем! — раздался голос Толика.

Броневик подъехал к зданию, поравнялся с дверью, Ярик выкрутил руль, заворачивая машину в ее сторону. Кенгурятник, прикрученный перед решеткой радиатора, сработал как импровизированный таран, многотонная машина с легкостью проломила деревянное препятствие. Дверь с треском смялась, осыпаясь обломками, только на петлях остались болтаться куски. Едва броневик отъехал назад, освобождая проход, Ворон с Зайцем уже находились по обе стороны дверного проема, с оружием наизготовку.

Ворон осторожно заглянул внутрь — никого. За дверью начинался небольшой холл, из которого в разные стороны расходились коридоры. В их стенах виднелись двери в крошечные квартирки, в которых ютились Зеленые жители Лиската.

Ворон кивнул напарнику.

— Давай!

Заяц шагнул внутрь.

— Третья двойка внутри! — шепнул Ворон в рацию.

Радио: Штурмовая группа вошла через главный вход! Соблюдайте дисциплину открытия огня, не подстрелите своих!

— Все принял. Внимательно там, Сань, ты слышал?

— Слышал.

Внутри, за закрытыми дверями и ставнями, оказалось темно. Хищников это не волновало, ночное зрение позволяло им отлично видеть в темноте. В шлемах проникших в дом штурмовиков включился режим ночного видения, непроглядная мгла сменилась зеленым полумраком. Ворон слышал голоса товарищей из соседнего коридора. Мгновение спустя черные фигуры бойцов показались на пороге холла. Все они осторожно пробирались вперед, держа оружие на изготовку и проверяя каждое возможное место для засады. У некоторых горели прикрученные к стволам винтовок инфракрасные фонарики, отчего по темному помещению плясали лучи призрачного света.

Радио: Смотрим углы, не расслабляемся! Противник все еще где-то здесь!

Из двух других коридоров, примыкавших к холлу, раздался шорох и чье-то глухое рычание.

Радио: Контакт!

Рычание перешло в яростный рев, из занятого противником коридора вылетело копье и, промелькнув через холл, сбило с ног одного из солдат.

Радио: Огонь! Все огонь!

Загрохотали выстрелы, вспышки сгоравшего пороха были особенно заметны для чувствительной оптики прибора ночного видения. Солдаты федералов рассредоточились по одной стороне помещения, больше похожего на крытый внутренний дворик. Бойцы укрывались за подпиравшими крышу колоннами и спинками нескольких каменных лавочек.

Ворон и Заяц оказались отрезаны от остального отряда, им оставалось только прильнуть к стенам в том коридоре, в котором они находились. Бойцы видели темные проемы коридоров, которые обороняли хищники, но не могли обстреливать их с такого угла.

На глазах Ворона один из штурмовиков встал на колено за спинкой лавочки, положил на нее ствол винтовки и открыл огонь в темноту. Замелькали вспышки выстрелов, из стен вылетали фонтанчики пыли, кто-то из хищников взревел от боли в темноте, там, куда не доставал без инфракрасной подсветки прибор ночного зрения.

В ответ вылетел, оставляя дымный след, снаряд, в котором Ворон безошибочно распознал бутылку с торчащей из горлышка горящей тряпкой. Коктейль Молотова! В этом мире тоже умели их делать!

Солдат с винтовкой дернулся слишком поздно. Он не успел пригнуться, бутылка разбилась о каменную лавочку, и вспыхнувшее содержимое частично выплеснулось на солдата.

— Бля-я-я! — закричал человек, его голос одновременно разносился по комнате и звучал в наушниках шлема.

Штурмовики засуетились, двое из них отвлеклись, чтобы оттащить охваченного огнем товарища. На мгновение плотность огня ослабла, чем немедленно воспользовался противник — в комнату с торжествующим ревом хлынула целая толпа хищников!

Среди них находились как быстрые стройные охотники, так и здоровенные крупные хищники. Некоторые были вооружены и защищены доспехами, некоторые шли в бой, полагаясь только на то оружие, которым одарила их природа, намереваясь рвать противника зубами и когтями.

Земляне встретили этот рывок в рукопашную кинжальным огнем автоматов и дробовиков. Хищники падали под градом пуль, но их было много, а физическая выносливость многих из них значительно превосходила способности человека. Теряя бойцов, противник рвался вперед, за несколько секунд преодолев половину разделявшего стороны пространства.

Радио: Десять Давид, Сталкер три! Мы под сильным обстрелом, здание кишит вражескими пехотинцами! Пришлите подкрепление НЕМЕДЛЕННО!

— Валите их, валите! — кричал командир, хотя дополнительной мотивации и не требовалось, все хорошо понимали, что будет, если такая толпа доберется до рукопашной.

Радио: Шо там робыться?! Ворон, доповидай!

Отвечать было некогда. Когда атакующие поравнялись с коридором, в котором укрывались двое штурмовиков, Ворон вскинул автомат, поймав в прицел силуэт одного из противников. Перекрестие прицела привычно легло на подсвеченную красным фигуру полуобнаженного волка. Прогремела очередь, и хищник споткнулся на бегу, с воем покатившись по полу.

Ворон продолжал стрелять, но из-за угла высунулась медвежья лапа с длинными кривыми когтями, и с легкостью выбила автомат у него из руки. Неслышимый в грохоте стрельбы, враг подкрался вдоль стены!

Следом за лапой высунулась и медвежья морда. Ворон отпрянул назад, и мощные челюсти сомкнулись буквально у него перед лицом. Заяц замешкался, не решаясь стрелять, чтобы не попасть в напарника.

Ворон схватился за пистолет, но вытащить его из кобуры не успел — медведь протяну вторую лапу и ухватил бойца за разгрузку. Когти рвали ткань разгрузки, скрежетали по металлу магазинов и нагрудной бронеплиты. Ранить человека, закованного в штурмовой бронежилет, практически не оставлявший открытых участков тела, медведь не сумел. Но он потянул Ворона за разгрузку на себя, вытащив из коридора на открытое пространство, и швырнул на пол с такой легкостью, словно бросил не тяжелого пехотинца, а тряпичную куклу. Кувыркнувшись через голову, Ворон упал на спину. Рюкзак со снаряжением смягчил удар, но тело все равно пронзила резкая боль.

— А-а-а!

Медведь навис над упавшим человеком, протягивая когтистые лапы и раскрыв жуткую пасть, готовый убивать.

БАМ!

В этот момент грохнул выстрел из дробовика — Заяц, наконец, получил возможность открыть огонь. Медведь взревел, дробь вырвала клок шерсти и мяса из его бока. Взбешенный хищник развернулся, готовый броситься на нового противника.

БАМ! БАМ! БАМ! БАМ!

Автоматический дробовик в руках Зайца стрелял снова и снова, перед глазами Ворона, словно в замедленной съемке, летели светящиеся красным гильзы, угасая после падения на пол — сгорающий в момент выстрела порох раскалял докрасна пластиковые стенки.

Медведь споткнулся, ошеломленный градом свинца. Сделав неуверенный шаг, он покачнулся и медленно завалился на бок, рухнув на пол в шаге от бойца с дробовиком — Саня расстрелял врага буквально в упор.

Радио: Сталкер три, десять — Дэвид! Дополнительные силы переброшены на вашу позицию! Держитесь крепче, помощь уже в пути! Отступите наружу, если сможете, и встретьтесь там с подкреплением.

Радиосообщение потонуло в царившем бедламе — хищники прошли через поставленный плотный огонь и сумели сблизиться со штурмовиками федералов. Вокруг Зайца и валявшегося на полу Ворона завязалась рукопашная, в ход шли пистолеты, дробовики, ножи, кастеты и специально выданные для таких ситуаций короткие мечи. Враг использовал когти, зубы, мечи, топоры и копья. Мелькнул хвост наги, хлестнувший по ногам одного из штурмовиков. Грохотали выстрелы, раздавались крики людей, поддерживавших друг друга, азартный рев атакующих монстров, истошный визг и скулеж раненых.

Заяц едва успел завалить медведя, как на него кинулся следующий противник. Напарнику Ворона пришлось отступать, отстреливая оставшиеся в барабане дробовика патроны. Фигура хищника рухнула на пол рядом с тушей медведя, а Заяц отпрянул обратно в коридор, чтобы перезарядиться.

Радио: Толик, скорее!

Ворона отвлекла пронзившая ногу боль.

— Ай!

Один из волков, встав на четыре лапы, словно обычный зверь, а не разумное существо, ухватил землянина зубами за щиколотку. Он не смог прокусить кевларовую штанину, но сильно стиснул ногу человека челюстями, причиняя боль. Хищник замотал головой из стороны в сторону, словно пытаясь оторвать ногу, но боец оказался слишком тяжел, а бронированная ткань никак не поддавалась. Рыча, волк попятился, волоча орущего и матерящегося Ворона за собой.

Боец вспомнил про пистолет в кобуре и, изрыгая проклятия, наконец, вытащил его.

Бам!

Один выстрел в лоб, и волк повалился на пол, разжав челюсти. Но привлеченный звуком выстрела прямо за спиной, обернулся еще один хищник. Он только что отшвырнул в сторону одного из штурмовиков, и теперь его безумные глаза уперлись в лежащего на полу Ворона. С оскаленных клыков капали кровь и пена, бешенство полностью затмило все разумное, что в этом существе было.

Бам! Бам! Бам!

Ворон не стал дожидаться, пока в него вцепится еще один противник. Схватив пистолет обеими руками, он четко отстрелялся техникой мозамбик — два выстрела в тело, чтобы ранить и сделать цель небоеспособной, и третий, чтобы добить наверняка, в голову. Хищник рухнул на пол.

Нарастал рев мотора. Разогнавшись, броневик Толика вломился внутрь на помощь штурмовикам. Многотонный броневик сумел проломить стену, пожертвовав смятым кенгурятником. В помещение ворвался дневной свет, посыпались куски кладки, рычащий капот машины надвигался на хищников, вызвав у них панику и замешательство. Раздался отчаянный скулеж — кого-то переехало колесами броневика.

Ситуация переменилась в пользу землян. Испуганные хищники отпрянули назад, и между противниками вновь образовалась дистанция. Теперь штурмовики снова могли пользоваться преимуществами огнестрельного оружия, поражая противников без ущерба для себя.

Второго шанса у хищников не было — перекатывая Бавовнятко взад и вперед, Ярик не давал возможности снова сблизиться. Солдаты федералов вновь контролировали ситуацию. Теперь они расстреливали монстров, словно мишени в тире.

Видя, как грохочущее оружие демонов выкашивает их товарищей, хищники попытались спастись, теперь они думали только о бегстве. Фары броневика ярко освещали оба коридора, в которые лескатийцы пытались сбежать. Штурмовики расстреливали их почти в упор, медленно приближаясь приставным шагом. Хищники падали один за другим, те, кого не задело свинцом, спотыкались о павших. Спастись удалось немногим, значительно благодаря тому, что некоторых из их товарищей охватывала ярость берсерков, и они бросались на людей до последнего вздоха, на короткое время отвлекая на себя огонь.

Радио: Сталкер три, я Сталкер четыре! Мы подходим к вам на помощь! Доложите статус!

Радио: Мы отбились! Еще бы чуть-чуть и конец. Броневик появился так вовремя — Толик просто бог тайминга!

Радио: Ой, та ладно, от шо ты начинаешь сразу. — голос Толика звучал очень довольным похвалой.

Радио: Десять-Дэвид, Сталкер три отразил нападение, есть потери! Нужны команды медиков для эвакуации раненых!

Радио: Десять-Дэвид все принял! Мы мобилизуем резервы Хартбита!

Радио: Десять Давид всем элементам, позывной Сердцебиение ! Перенаправьте ваши доступные подразделения на текущую позицию Сталкера-3 ! Я передаю эстафету. Окажите помощь в эвакуации раненых, пострадавших в ходе ближнего боя, так как Сталкер-3 попал в засаду вражеских сил!

Радио: Сердцебиение принимает все сигналы. Я начну распределять свои ресурсы прямо сейчас .

Ворон перекатился на живот, отжался от пола и с трудом поднялся. Он заковылял к броневику, отмахнувшись от подошедшего бойца с медпакетом. Нога не прокушена, перевязывать нечего. Рука с пистолетом висела вдоль тела, автомат где-то тут на полу. Тяжко вздохнув, Ворон присел на ступеньку на дверце броневика. Яростная рукопашная схватка длилась меньше двух минут, но напряжение всех физических и волевых сил может сильно вымотать человека даже за такой короткий промежуток времени.

Вокруг суетились остальные бойцы, раненым помогали выходить, или оттаскивали в сторону, вскрывались мед-пакеты, разворачивались носилки. Оказывая первую помощь, раненым бинтовали пострадавшие конечности, останавливали кровотечение жгутами, вкалывали обезболивающие препараты.

— Ты цел? — Заяц подошел, убедившись, что его помощь больше не нужна. — Что с ногой?

— Все нормально. Пожевали только немножко и все. Наверное, невкусный.

— Да уж, вот это жесть была!

— И не говори.

— Готов продолжать? Или в тыл поедешь с Хартбитами?

— Продолжать, конечно же! На кого я вас одних покину?

— Хе-хе.

Венди уверенным шагом шла по улице, держа в руках оружие. Она была совсем одна, но помощь не требовалась. Ствол дробовика смотрел в землю, приклад небрежно закинут на плечо. Полутораметровый Мастифф длиной почти равнялся длиной росту своей текущей хозяйки. Если бы Венди опустила ствол еще чуть-чуть, то он бы цеплялся за землю, и она бы об него споткнулась.

Остальное вооружение составляли автоматический пистолет, в кобуре на бедре, и боевой нож в ножнах, пристегнутых к поясу. В защите Стальной Страж полагалась на мобильность, и потому носила легкую черную форму в комплектации диверсант . На руках и ногах имелись наколенники и налокотники, не только чтобы смягчать падения или упоры в землю, но и бить локтями или коленями в рукопашной. Тяжелые армейские ботинки с толстой подошвой имели свинцовый утяжелитель в носке, чтобы наносить более чувствительные удары — так Венди старалась компенсировать недостаток массы тела против. буквально большинства противников.

Пустынная улица, на которой кроме Венди не виднелось ни единой души, вела в речной порт, за которым начинался самый укрепленный район Лиската. Венди шла по ней одна, полностью полагаясь на свои боевые возможности. Но войска федералов находились неподалеку — во вставленной в ухо радиобусинке звучали голоса командиров подразделений ротного уровня — Венди подключилась к Золотому каналу, где общались офицеры. Генерал-лейтенант оставалась в курсе всех происходящих событий и четко представляла общую картину проходящего боя.

С параллельных улиц доносилась беспрерывная стрельба — там пробивались в сторону реки штурмовые отряды Охотников. Встретив в нескольких домах значительное сопротивление, федералы задействовали еще один козырь, которым обладали — автоматизированные пехотные отряды брд-01 Спектр. Эти пехотные роботы ростом с человека массово производились и использовались в тех боевых ситуациях, в которых Федерация ожидала понести серьезные потери. Зачистку домов с вражескими пехотинцами переложили на них.

Слева от девушки работал танк. Она слышала, как все громче ревет его мотор и лязгают гусеницы. Источник звука перемещался — танк ехал вдоль улицы, следуя за подразделениями пехоты к разведанному укреплению лискатийцев. Затем рев и лязг прекратились. Танк остановился, и через несколько секунд оглушительно грохнуло его орудие, вероятно, обрабатывая очередное здание.

Ситуация складывалась для Лиската откровенно плохо. Оказалось, что демоны обладают страшным громовым оружием, способным мгновенно убивать на расстоянии большинство живых существ, кроме самых выносливых. Защитникам пришлось отступать, ища укрытия в городской застройке, спешно строить укрепления и организовывать засады.

Первое время эта тактика приносила плоды, и несколько групп федералов понесли потери, пытаясь стрелковым оружием, без применения тяжелого вооружения, выбить защитников из занимаемых домов. Но командование землян быстро скорректировало ситуацию. Теперь на штурм в первых рядах шли Спектры, а сами дома обрабатывали выстрелами танков, выкатывая их буквально перед самым домом — лискатийцам было нечего противопоставить бронированным машинам. По мере того, как солдаты Федерации занимали все больше улиц, оборона становилась очаговой, ее связность прерывалась. Изолированные группы защитников не могли рассчитывать продержаться долго, и это стало началом неизбежного конца.

Лискатийцы пытались это изменить. Понимая, что пассивная оборона не принесет успеха, защитники пытались ходить в отчаянные банзай-атаки, каждая из которых становилась чистым самоубийством. Стоило только толпе рукопашных воинов показаться из-за укрытия, как их сметал шквал свинца. Бронемашины скашивали хищников целыми рядами, и уцелевшие противники в панике убегали. Зона контроля Федерации расширялась, и уже вот-вот должна выйти к реке, за которой начинался элитный район города, обнесенный отдельной крепостной стеной. Там проживала знать и зажиточные горожане, находился дворец правителей Лиската, и район станет последним рубежом обороны города.

Венди вышла на очередной перекресток, за которым начинался, собственно, порт. Дома в этом района были расположены очень близко друг к другу. Грязные и обшарпанные, они стали прибежищем городской бедноты. Сюда попадало мало солнечного света, особенно в ненастный осенний день.

Война не обошла стороной и этот уголок города. На перекрестке лежала опрокинутая бронемашина, дверца с водительской стороны была вырвана и отброшена в сторону. Крови нигде не виднелось, и Венди понадеялась, что экипаж сумел спастись. Невзирая на преимущество Федерации, хищники Лиската имели в своих рядах существ настолько сильных, что могли опрокинуть пятнадцатитонный мрап. А некоторые из монстров оказывались еще и неуязвимы для пуль, и их могло остановить только тяжелое оружие.

По мере того, как девушка пробиралась все дальше, чувство тревоги постепенно нарастало и, в конце концов, сменилось четким ощущением опасности. Это уже интереснее — Венди поудобнее перехватила дробовик. Район продолжали удерживать силы противника, и Стальному Стражу предстояло сразиться с ними.

— Ган-ката.

Дрейк сделал паузу, чтобы София смогла записать название сегодняшней лекции. Они находились в комнате для брифингов, где офицеры обычно решали текущие оперативные вопросы. Сейчас комната не использовалась, и в ней царил столь любимый Стальными Стражами полумрак. Помещение временно исполняло роль учебного класса, а София была здесь единственной ученицей. Только над ее столиком горела одинокая лампочка. В присутствии Дрейка, у девушки по коже бежали мурашки, и она чувствовала необъяснимые тревогу и тоску.

— Путем анализа тысяч записей перестрелок Клерики Грамматона первыми определили, что геометрическое распределение противников в огнестрельном бою является статистически предсказуемым элементом, — неумолимо продолжал надиктовывать материал лекции генерал. — Ган-ката рассматривает огнестрельное оружие в качестве универсального средства поражения, каждая позиция создает максимальную зону поражения, что позволяет наносить максимум урона максимальному числу оппонентов, в то же время, уводя стрелка в сторону с традиционных траекторий ответного огня.

София старательно записывала, в гробовой тишине слышалось только шуршание бумаги, на которой писали простой шариковой ручкой. Генерал Паркерсон прохаживался перед ее столиком, заложив руки за спину.

— Освоение даже базовых навыков ган-ката, повышает эффективность стрельбы подготовленного стрелка не менее чем на 60 процентов. А повышение эффективности огня на 150 процентов делает из мастера ган-ката противника, которого ни в коем случае нельзя недооценивать.

Сделав очередную паузу, Дрейк глянул в ту сторону, где, скрытая полумраком, наблюдая, как идут дела у ученицы Шаан, лениво привалилась к стене комнаты генерал-лейтенант Венди Майер. На ее лице не было ни тени улыбки, глаза поблескивали жутковатым голубым светом.

Чувство опасности стало совсем нестерпимым, и Венди вскинула дробовик в готовность к стрельбе. Противник уже где-то совсем рядом, и он вот-вот нападет!

Они полезли из-за укрытий с нескольких направлений сразу. Бой против вооруженных автоматическим оружием людей длился всего полдня, но хищники стремительно обучались и приспосабливались. Они уже выяснили, что стрелков можно победить, если напасть из засады и окружить с нескольких сторон — никто не сможет стрелять в разные стороны одновременно. Используя эту тактику во время своих отчаянных контратак, хищники смогли изолировать, окружить и убить некоторое количество оперативников.

В воздухе мелькнуло копье, брошенное крупным хищником с такой силой, что могло пробить человека в бронежилете насквозь. Венди шагнула в сторону, пропуская его мимо себя, и выстрелила из Мастиффа в ответ. Дробовик она снарядила зажигательными патронами драконье дыхание с магниевыми элементами, и первый же выстрел произвел целый фонтан искр и огня. Горящая дробь попала в бросившего копье хищника, искры полетели во все стороны, а противник с воплем упал — дробь не только ранила его, но и нанесла страшные ожоги.

Хищники не сдавались, они по-прежнему пытались достать землянку своим примитивным оружием. Стрелы из лука, арбалетные болты, копья и дротики — все это летело в сторону Венди с расстояния около двадцати метров. Девушке пришлось использовать блинк — возможность мгновенно перемещаться в пространстве. Пользоваться этой способностью постоянно не получалось, ведь необходимо вести и ответный огонь. Кроме того блинк лучше всего не перегружать без острой нужды, делая хотя бы пару секунд передышки, иначе расход запаса Силы начинал расти в прогрессии. Но Венди привыкла вести подобный бой. Под дождем смертоносных снарядов она словно танцевала, уклоняясь, делая шаг в сторону или блинкуя на несколько метров и вынуждая противника перенацеливаться.

Она выстрелила еще несколько раз, попала в одного из противников, подпалила какие-то деревянные ящики. Патроны в дробовике быстро закончились, и Венди вытащила следующие из бандольеры, пристегнутой к стволу Мастиффа. Быстрым отработанным движением девушка перезарядила оружие, засовывая в приемник сразу по два патрона.

Как раз вовремя! Пауза в стрельбе длилась всего несколько секунд, за которые хищники попытались воспользоваться ситуацией и броситься на девушку. Она успела вскинуть дробовик и выстрелить в ближайшего из противников. Брызнули искры, атакующий волк заскулил, падая на землю. Магниевые заряды подожгли на нем шерсть, и хищник с воем катался по брусчатке, пытаясь сбить пламя.

Следующий хищник — крупный серый волк — перескочил через товарища, и Венди выстрелила снова. Но этот враг не упал! Он взревел, превозмогая боль, на нем загорелась только броня из нескольких слоев дубленой кожи. Волк продолжал двигаться вперед! Венди стреляла снова и снова, сделав еще три выстрела. Противник был уже так близко, что последние два окатывали девушку дождем искр, когда заряды попадали в тушу волка. Понадобилось четыре заряда дроби, чтобы свалить чрезмерно выносливое существо. Но его место тут же занял следующий противник.

Третий волк подскочил с ножом в руке. Венди попыталась довернуть на него ствол Мастиффа, но хищник перехватил его рукой, невзирая на жар, исходивший от ствола, и дернул на себя, пытаясь вырвать оружие из рук человека.

Венди не отпустила дробовик, но рывок был такой силы, что девушка качнулась вперед, на противника. Волк тут же взмахнул рукой, нанося удар сверху ножом. Венди смогла провернуть Мастифф так, чтобы подставить оружие под руку врага, блокируя удар. Пару мгновений противники боролись за превосходство, вцепившись руками в дробовик. Затем Венди призвала на помощь Силу. Глаза девушки вспыхнули голубым огнем, и сокрушительным пинком ноги она отбросила волка на несколько метров в сторону. вместе с дробовиком, который хищнику удалось вырвать из ее рук.

Чертыхаясь, Венди вырвала из кобуры пистолет, передернув затвор, и прицелившись в барахтающегося на земле противника. Выстрелить она не успела — чутье опасности снова безошибочно предупредило ее о том, что удар вот-вот нанесут сзади.

Венди блинканула в сторону, избежав взмаха мечом, который должен был разрубить ее пополам. Резко развернувшись, она дала очередь из пистолета в лицо дернувшемуся за ней мечнику, и тот опрокинулся навзничь.

Теперь она смогла осмотреться, и поняла, что еще больше хищников, жаждущих крови, выскочило из-за укрытий. Когда началась рукопашная, стрелки поспешили на помощь волкам, обнажая клинки, выпуская когти или раскрывая зубастые пасти.

— Проклятье!

Сначала Венди пыталась отстреливаться, и смогла свалить одного из атакующих. Второй выдержал почти полмагазина в грудь, и все равно продолжал идти. Оставшиеся патроны Венди засадила крепышу в колено, отчего нога подломилась, и хищник упал на землю, обездвиженный.

Затвор лязгнул в последний раз, застыв в отведенном положении. Патроны кончились, и Венди швырнула ставший бесполезным пистолет в голову ближайшему противнику. Перезаряжать времени не было, пора работать кулаками! Хищник отпрянул, получив чувствительный удар в глаз, и в следующее мгновение Венди уже оказалась перед ним — напитанный Силой до голубого свечения кулак врезался монстру в живот, согнув существо пополам. Еще удар коленом, дополненный весом всего тела, свалил хищника на землю.

Драка продолжалась. Хищники кидались на Венди с разных сторон. Девушка блокировала удары или уклонялась, а там, где защититься было трудно, использовала блинк. Ответные удары руками и ногами, усиленные с помощью магии, приходились чаще всего точно в цель, и вырубали противников одного за другим, отправляя их в нокаут, а некоторых сразу на тот свет.

Невозможно было уследить за всеми угрозами сразу, и даже Венди не отреагировала вовремя, когда чешуйчатый хвост обвился вокруг ее талии. Крупный наг подобрался незаметно и стремительно атаковал. Способность блинка как раз находилась в откате , и ему удалось схватить и сильно сдавить торс человека.

— А-а-ай!

Давление крупного удава было очень сильным. Магия Стражницы стремительно расходовалась, защищая тело человека, не давая сильному хвосту сломать ребра и конечности, и раздавить внутренние органы. От приложенных усилий глаза девушки светились все ярче, стиснутые зубы походили на злобный оскал. Нужно что-то делать! И тут как раз закончилась перезарядка блинка.

Кризис в такой ситуации использовала бы волну Силы, чтобы разорвать кольца нага и освободиться из захвата. Хищник был бы тяжело травмирован многочисленными разрывами мускулов и переломами костей, или даже убит. Венди полагалась на скорость и маневренность, ее приемы выходили более экономными и изящными. ВСПЫШКА! И девушка исчезла из змеиных колец, появившись в воздухе прямо над нагом. Подобного маневра тот не ожидал, и вскинул руки к голове, в тщетной попытке защититься. Бесполезно — под действием силы тяжести и придавая дополнительную энергию с помощью магии, Венди обрушилась на него сверху, буквально вбив человеческий торс хищника в каменную брусчатку улицы. Наг треснулся о камни затылком, и затих.

В это время волк, который вырвал у Венди Мастифф, уже поднялся с земли и отшвырнул бесполезный дробовик в сторону. Некоторое время он переводил дух, и приходил в себя, глядя, как Венди одного за другим вырубает его собратьев. К тому времени, как Венди схватилась с нагом, волк уже составил представление о ее технике боя. Перехватив нож хватом от себя, он решительно двинулся вперед, намереваясь довести начатое дело до конца.

Чутье снова предупредило Венди о приближении противника. Она отпрыгнула от слабо шевелившихся колец нага, вовремя повернувшись к новому врагу. Волк оказался уже рядом, добравшись до девушки за пару прыжков. Он полоснул ножом, но Венди парировала удар, подставив предплечье левой руки. Правой рукой она стремительно выхватила нож, и ударил им волка в ответ. Тот отпрыгнул слишком поздно — на груди хищника появилась длинная кровавая полоса, с которой принялась сочиться кровь.

Волк зарычал, приходя в ярость. Он снова бросился в атаку, и Венди, пригнувшись в низкую стойку, медленно отступала, парируя стремительные удары. Лезвия ножей звякнули несколько раз, скрещиваясь друг с другом, после чего хищник попытался нанести сильный удар, надеясь пробить защиту этой странной, невероятно сильной и опытной в драке человеческой девушки.

Венди подставила скрещенные предплечья под сокрушительный удар противника. Но сказался малый рост и вес, который не в полной мере компенсировало даже использование магии. Девушка покачнулась, и пришлось приложить дополнительные усилия, чтобы увести нож волка в сторону.

Чтобы хищник не успел воспользоваться этим, Венди быстро ударила наотмашь, по лицу. Волк отклонился назад, лезвие скользнуло мимо. Хищник тут же наклонился к ней, раскрыв пасть, откуда девушку обдало его горячее дыхание. Она успела подставить руку и упереться волку в грудь, и зубастая пасть клацнула буквально в сантиметре от ее лица. Волк навалился всем телом, вынудив ее выставить ногу назад, чтобы не оказаться поваленной на спину. Напряжение магических сил помогало ей, сорокапятикилограммовой девушке, удержаться на ногах. Ботинок скрипел, скользя по брусчатке, волк медленно передавливал, и раскрытая пасть становилась все ближе. Правую руку с ножом противник занес для удара.

— Гррр!

Зарычав, словно сама была хищником, Венди быстрым движением всадила лезвие ножа волку в шею. Тот взревел, выронив собственный нож, и вцепившись в руку Венди. Его напор резко ослаб, и девушка воспользовалась этим, повалив врага на спину. Вырвав нож из его шеи, она снова и снова всаживала его волку в грудь. Рев ярости и боли сменился предсмертным хрипом, хватка хищника ослабла окончательно, и через пару секунд волк уже был мертв.

Сбоку раздалось глухое рычание. Венди отпрянула от поверженного противника, обернулась и обомлела. Из-за угла вышел новый участник драки — крупный медведь-гризли, обернувшийся в верформу. У него было шесть лап и, мягко переступая ими, хищник стремительно приближался, обходя убитых и раненых товарищей. Уцелевшие хищники медленно отходили или отползали подальше от места схватки, каждый, кто испытал ярость Ночной Тени на себе, в новую драку с ней вступать не хотел. Появление медведя остановило их бегство. Лискатийцы замерли, взволнованно наблюдая за происходящим.

Ох, блин, с такой тушей справиться будет трудно! — размышляла генерал-лейтенант.

Хватит играться! Пришло время воспользоваться серьезным оружием. Венди завела руку за спину, сунула ее в небольшой тубус, и ее пальцы обхватили рукоятку фазового клинка.

Не доходя до намеченной жертвы несколько шагов, медведь встал на задние лапы и заревел, разведя в стороны две пары верхних конечностей. Венди не шелохнулась.

Медведь кинулся на нее, занеся верхнюю правую лапу для удара. Кривые когти могли располосовать грудь человека, но Венди выхватила из-за спины фазовый клинок. Нажатие кнопки — и белое световое лезвие описало дугу, начисто срезав атакующую конечность.

Отрубленная лапа шлепнулась на землю, медведь заревел от боли. Он быстро пришел в себя, и опустившись на оставшиеся лапы, принялся медленно красться перед Венди, оставаясь вне досягаемости клинка.

Контратака! Венди использовала блинк, исчезнув в яркой вспышке и возникнув рядом с медведем, сбоку от него. Уже занесенный для удара световой меч опустился хищнику на шею, отрубив голову одним движением. Туша медведя шлепнулась на землю.

Этого зрелища уцелевшие лискатийцы уже не перенесли. Венди предстала перед ними маленьким чудовищем в черной форме, чьи глаза светились голубой яростью, а удивительное оружие — ослепительным белым светом. Окончательно растеряв всю храбрость, хищники бежали, кто как мог, торопясь убраться от верной смерти, которой казалась Стальной Страж.

— Сдавайтесь и, возможно, вам сохранят жизнь! — крикнула Венди им вслед. — Те, кто продолжит сопротивляться, будут уничтожены!

Ее не слушали, и через несколько секунд на улице остались только мертвые и смертельно раненые хищники. Световой клинок погас, и Венди со вздохом вернула его на место. Улица захвачена ею, пора звать бойцов, чтобы передать территорию им и отправиться дальше.

В наушнике громко зазвучал голос тактика, руководившего операцией, когда Дрейк и Венди находились в поле :

Радио: Все станции в этой сети! Противник разгромлен, и оставшиеся подразделения отступают к реке. Все подразделения Охотников и Сталкеров должны направить половину своих сил на преследование и занятие позиций на берегу реки в рамках подготовки к дальнейшему наступлению.

Венди решительно зашагала дальше, представив в голове текущее расположение своих и чужих войск, и определив следующее место, где ее присутствие принесет больше всего пользы.

Глава 55. Штурм Лиската - 3

Дрейк осматривал город со смотровой площадки одной из крепостных башен. Все еще постоянно раздавалась стрельба, эхо от очередей проносилось по улицам. Глянув вниз, генерал отметил, что тяжелые пехотинцы отделений Охотников, продолжают осматривать прилегающие дома, оттаскивать трупы и брать в плен уцелевших хищников, сгоняя их в кучу в углу двора. Охотники прибыли сюда вместе с Дрейком, и сразу принялись за дело, пока генерал поднялся на башню, чтобы с ее высоты собственными глазами оценить происходящее. Могло ошибочно показаться, что это тяжелые пехотинцы сопровождают своего командующего в его прогулке по территории еще продолжающихся боевых действий. Но это впечатление было обманчивым — это Дрейк сопровождал Охотников, так же, как и в случае с Венди, Стальной Страж не нуждался в боевом охранении.

Повернувшись в сторону реки, генерал оценивал результат прошедшего сражения. Лискатйцы потерпели поражение на этом берегу реки. Преимущество Федерации в стрелковом оружии и боевых машинах оказалось для их сил чрезмерным. Теперь защитники отступили в последний район, остававшийся под их контролем, и подняли мосты, рассчитывая, что водные преграды в виде излучины реки и крепостных рвов задержат атакующих.

Но командование федералов предусмотрело этот очевидный вариант развития событий, и теперь инженерные роты наводили понтонные мосты через крепостные рвы, пока стрельба из пушек бронемашин и танков отгоняла противника. Пехота накапливалась в прилегающих к берегам реки домах и улицах, готовясь к последней атаке.

Донесшийся сверху рев привлек внимание генерала. Дрейк повернул голову, голубые глаза сфокусировались на мечущихся по небу фигурах. У Лиската имелись свои Красные хищники, хоть их было немного, и они были не самыми сильными по сравнению с Красными из подконтрольных Триумвирату Датиана населенных пунктов. Пятьдесят оттенков хищников.

Одну из самых серьезных сил в распоряжении защитников представляли собой два брата вирма Красного ранга. Эти змееподобные драконы умели летать, были сильны и выносливы. Эти вирмы не умели дышать огнем или использовать какую-либо магию, обычно доступную драконам. Однако они все еще оставались Красными хищниками и причиняли проблемы атакующим почти весь день. Вирмы носились над полем боя, неуязвимые для стрелкового оружия. Время от времени они ныряли вниз, сминая очередной броневик или пытаясь растоптать пехоту. От пусков зенитных ракет ловкие твари легко уворачивались и успели наделать бед, пока их не начали отгонять плотным огнем нескольких зенитных установок. Когда бой перешел в городские кварталы, вирмы окончательно утратили свое преимущество. Они кружили над городом, вне досягаемости зенитного огня, и остервенело атаковали любые беспилотники, принимая их за летающих демонов . Так продолжалось, пока не появилась Роксана.