школа для чудовищ

— Что проведя?

— Изучила территорию, говорю. Так вот, красным на этой схеме обозначены опасные зоны. Это места на значительном удалении от любой активности студентов и преподавателей, скопления подходящих помещений в корпусах, укромные места в зарослях. Синим отмечены места, где достаточно часто находятся люди и практически всегда есть преподаватели. На карту также нанесены относительно безопасные маршруты передвижения, проходящие через максимальное количество синих зон, и минимально возможное количество красных. Если как следует изучить эту карту, то становится видно, что синие и красные зоны перемешиваются друг с другом. Создатели Сакуры сделали так, чтобы существовал баланс , дающий и хищницам, и добыче равные возможности на успех. К сожалению, моя карта пока не закончена. У меня нет достаточно свободного времени, чтобы изучать все уголки Сакуры. На текущий момент, я отметила только наше общежитие, корпуса, в которых мы учимся, маршруты между ними и путь на выход к воротам. Тебе нужно будет это выучить.

— Выучить? Как ты себе это представляешь? У меня от твоей карты в глазах рябит!

— Ты хочешь выжить или нет?

— Хочу, конечно! Но другие же девушки как-то справляются без карты.

— А потом каждую неделю кто-то из них выпускается досрочно, когда ее бейджик и одежду в корзине находят. Не заставляй меня устраивать тебе экзамен! Хотя. Это отличная мысль! Решено — буду принимать у тебя экзамен по знанию местности и прочим вещам, которым я пытаюсь тебя тут научить. Ответишь неправильно один раз — заглочу наполовину. Второй неправильный ответ. ну, извини!

— Ты же несерьезно, да?

— Не рекомендую проверять серьезность моих утверждений. Никогда. — Шаан грозно посмотрела на Софию.

— Ладно, ладно! Я буду учить, только не сердись!

— Хорошо, тогда на сегодня хватит. Карту я перенесу на твой ноутбук, а ты обязательно скопируй ее на смартфон.

Шаан ткнула в клавишу последний раз, и монитор перешел в режим ожидания. На нем загорелась мешанина из изображений, передаваемых камерами в их квартире, коридорах общежития, в подъезде и во дворе. Шаан щедро понаставила свои шарики практически везде.

— Осталась еще одна насущная проблема.

— Какая?

— Мисс Кроуфорд требует, чтобы я охотилась.

— А в чем тут проблема?

— В том, что я не охочусь, очевидно же!

— А почему ты не охотишься, Шаан?

Услышав этот вопрос, нага недобро прищурилась и София почти физически ощутила, как от нее повеяло холодной угрозой.

— А ты, что, хочешь, чтобы я охотилась, София?

Девушка побледнела. Следующие слова стоило подбирать очень осторожно. Охота для Шаан явно весьма болезненная тема.

— Не пойми меня неправильно, Шаан, я очень ценю, что ты не охотишься на меня. Ты проявила ко мне милосердие, но. Ты же все равно хищница! Ты же не сможешь прожить без охоты. Говорят, что так у хищников устроены и метаболизм и психология.

— Ну, и как? Моя психология хищницы сильно заметна?

— Ну.

— Говори четко, не мычи.

— .

— И что бы ты сказала, если бы однажды я заявилась домой с раздутым хвостом?

— Я. Я не посмею ничего тебе сказать в таком случае. Но я бы боялась тебя до ужаса. И мне было бы очень жалко съеденную девушку. Но. я бы. приняла это. Мы живем с тобой вместе, я ценю твою помощь и защиту. И пока это не я или кто-то из дорогих мне людей, я готова понимать и принимать то, что ты хищница и должна охотиться. Ведь ты тоже заслуживаешь право на жизнь, а для этого тебе предстоит отбирать жизнь у других. Конечно, добыча тоже хочет жить, но если ее съели, то, что ж. так получилось, счастья для всех не бывает. Таков наш мир, это даже больше, чем традиция. Всем нужно есть. Так уж получилось, что люди — еда для других видов. Я не могу этого изменить, никто не может. Остается только смириться и жить дальше, радуясь, что мое время еще не пришло. Ну, и стараться отдалить тот самый момент как можно дальше.

София выдохлась и со страхом уставилась на Шаан, ожидая ее реакции. Нага задумчиво смотрела на человеческую девушку, некоторое время в зале висела тишина.

Какая пламенная речь. Голос дрожит, но ты все равно впервые осмелилась так разговаривать со мной. А я и не ожидала от тебя такой. рассудительности в этом вопросе .

— Ладно, забей, — наконец махнула рукой Шаан. — Да будет тебе известно, что я охочусь в Диких Землях по выходным, и делаю это каждую неделю. Поэтому можешь начинать бояться прямо сейчас. А вот жалеть тех, на кого я охочусь, не рекомендую.

— Мне все понятно, Шаан.

— Тогда хватит об этом. Пойдем лучше на кухню и приготовим что-нибудь. Я опять жрать хочу.

И нага метнула на девушку голодный взгляд, такой же, как утром. София вскочила с дивана и засуетилась.

— Давай, конечно! Я помогу тебе готовить.

Смотри-ка, как мои безобидные подколы тебя мотивируют .

Дальше вечер проходил, как и положено обычному вечеру в студенческом общежитии. Девушки приготовили себе ужин. Шаан расслабилась, поедая горячий супчик, София тоже повеселела. Она щебетала, рассказывая все интересное, что произошло на выходных и нага ухмылялась, а иногда и смеялась над особо веселыми моментами.

Попутно они делали домашние задания. София не сильно разбиралась в математике и других точных науках, но старалась подняться до уровня хотя бы средней ученицы. Хотя у нее была девичья память, которая регулярно ее подводила, но логика и острый ум позволяли с лихвой это компенсировать. Шаан с удивлением отметила про себя, что это не обычное зубрение материала, которым страдают многие отличницы , а настоящее изучение и попытка разобраться в предмете. Сама нага разбиралась в математике еще хуже, и в итоге София не просто помогла ей решить примеры, но и понять принцип их решения.

Дальше пошел факультатив по безопасности. София учила отмеченные на карте зоны и маршруты. Шаан же в это время составляла для себя списки хищниц, как в их группе, так и в параллельных. Материала для того, чтобы чувствовать безопасность за Софию, было ужасающе мало. Один только их факультет насчитывал несколько тысяч студентов, среди которых было несколько десятков хищниц. Машинально Шаан еще продолжала составлять список, с каждой минутой все более отчетливо понимая, что предусмотреть все случайности будет невозможно. Плюнув, Шаан решила ограничиться теми, с кем им предстоит находиться в ежедневном контакте.

Напоследок она устроила Софии обещанный экзамен. Обошлось без заглатывания и прочих экстримов — ответы девушки оказались правильными. Успокоившись, что ее подопечная не заблудится в лабиринтах корпусов и не забредет в чье-нибудь логово, Шаан объявила о завершении обучения на сегодня.

Это дело они отметили, наготовив еще закуски, открыв пакет сока и рассевшись на диване перед телевизором. Переключая каналы, они уже довольно по-приятельски беседовали, смотрели музыкальные выступления и познавательные передачи, новости, узнали, как делают плюмбус. Один раз София попросила переключить на некую передачу. Шаан с удивлением уставилась на красный значок в углу экрана, изображавший открытую пасть.

— Это канал для хищников же?

— Да.

— А что ты хочешь здесь увидеть?

— О, сейчас должны начаться первые Голодные Игры в этом сезоне! Я хочу посмотреть, что будет происходить.

Реклама закончилась и на экране появилась студия, в которой комментаторы приветствовали зрителей, рассказывали о расписании соревнований. Экран показал турнирную таблицу, в которой Шаан ничего не поняла, кроме того, что игры проходят по системе система однократного выбывания.Это означало, что участник соревнования выбывает после единственного поражения.

— Все верно, проиграть можно только один раз, — с готовностью объяснила София. — По этой причине делать одну таблицу на всех глупо, потому что если из сотни человек должен будет остаться только один, то это будет чистое самоубийство. Поэтому то, что ты видишь, это не таблицы отборочных туров, а собственно уже сами турниры. Один большой турнир разбит на много мелких, где участвует по восемь человек. При этом призовых мест четыре, с различными размерами призового фонда. Каждый соревнуется с каждым, потом по количеству набранных очков определяются победители. Таким образом, шанс поражения составляет пятьдесят на пятьдесят, что уже приемлемее, чем один из нескольких десятков.

Камера на экране вновь сменилась, и теперь показывала участников. Под звуки торжественной музыки и под ярким светом софитов их представляли одного за другим, и Шаан обратила внимание, что все они относятся к видам Добычи.

— Разумеется, это же соревнования для добычи. Те конкурсы, которые основаны на соревновании силы или скорости движения и реакции, у людей просто нет шанса выиграть против хищников.

— А что будет с теми, кто проиграет? — спросила Шаан, в чьи мысли начало закрадываться черное подозрение.

— О-о-о! Они будут съедены.

— Тьфу, блять! Как знала!

— Ну, так в этом же и смысл! Огромный риск за огромные призы придает играм ту самую остроту, за которую они так популярны. А из самого съедения организаторы делают шоу не хуже, чем сами соревнования. Например, когда под медленную музыку и светошоу, красивая нага танцует в своих кольцах, пока поглощает жертву.

— Мы не будем это смотреть! Лучше на плюмбусы повтыкаем еще раз, — раздраженная нага принялась нашаривать пульт от телевизора.

— Ну, почему?

— Потому, что я так сказала!

— Да, мамочка. — разочарованно пробормотала София, когда нага переключила на какой-то музыкальный канал. Девушка обиженно уткнулась в экран своего ноутбука, и не заметила кривой ухмылки, которой ее одарила Шаан.

— Заодно напомни, кто мне затирал утром, чтобы я про свои охоты не рассказывала?

София покраснела.

— Ну, так это охоты! А здесь все участники — добровольцы, они знают, на что идут.

Каждая из них уткнулась в свой ноутбук. Шаан шарила по различным сайтам местной Сети, София же чатилась с подружками и смотрела приколы и котиков, которые они ей присылали. На улице уже давно стемнело, телевизор бубнил, отопление работало вовсю, компенсируя начавшуюся ночную прохладу. Под конец вечера Шаан закончила переписываться с собеседником в одном из своих личных чатов, проследила по камерам, как стайка девушек вернулась в общагу и разошлась попарно по своим комнатам. Вдруг Шаан ощутила давление в бок. Повернув голову, нага увидела, что София, убаюканная равномерным стуком клавиш, заснула и завалилась набок, доверчиво прижавшись к своей сожительнице. Чешуйки, конечно, не подушка, и девушка, недовольно замычав во сне, подтянулась повыше, положив голову на живот наги.

Вздохнув, Шаан закрыла ноутбуки, выключила телевизор, потушила свет. Из источников освещения в комнате остался только настенный монитор, на котором камеры наблюдения продолжали показывать свои картинки в ночном режиме.

Осторожно взяв Софию на руки, Шаан двинулась в их спальню. София не проснулась — змеедева двигалась бесшумно, без усилий неся легкую девушку и плавно ползя вперед, покачиваясь из стороны в сторону, отчего девушка убаюкивалась еще больше.

Уложив Софию в ее кровать и накрыв одеялом, Шаан с полминуты смотрела как та спит.

Хардкорная ты моя выживальщица. Как же мне тебя спасти?

Тихонько вздохнув, нага забралась под свое одеяло, и уже через минуту погрузилась в сон.

Глава 5. Посетитель

Город Датиан хоть и располагался в мире полном опасностей, все же не находился в полной изоляции. До других Безопасных Зон было довольно далеко, и хотя сеть дорог соединяла как сами Зоны, так и множество поселений, расположенных вокруг них, значительную часть внешних связей составляли иные миры. Как это часто бывает в полных магии мирах, сообщение между ними можно осуществлять при помощи могущественных заклинаний, артефактов или стабильных переходов, сформированных как естественным, так и искусственным образом. На Карвонне основным способом перемещения между мирами были врата — огромные конструкции, которые требовали постоянного поддержания в рабочем состоянии как в том мире, откуда шла отправка, так и в том, где производилось получение.

Чтобы возвести врата, сначала требовалось провести множество расчетов, большую и ресурсозатратную подготовительную работу. Могущественному магу надлежало рассчитать и затем материализовать проход в другой мир, после чего отправиться в него самому или послать одного из своих соратников для завершения расчетов и ритуалов на том конце. Далее разворачивался крупный строительный проект по возведению врат на другой стороне.

Долгое время, невзирая на редкую возможность достигать других миров, народы Карвонны не предпринимали особых усилий по колонизации новых земель. Карвонна страдала обычной болезнью всех социумов, живущих архаичными видами общественного устройства — отсталостью. Мир, в котором одни едят других и при этом все постоянно враждуют со всеми, был разобщен настолько, что не мог позволить себе сколь-либо серьезных проектов по освоению новых жизненных пространств. Тем более, что свободной земли на самой Карвонне было хоть отбавляй. Неосвоенные территории представляли собой постоянный источник опасности, но в то же время таили в себе различные сокровища, и добавлять сюда еще и опасности неизведанных миров не имело никакого практического смысла.

И все же, подчиняясь исторической неизбежности, контакты с другими мирами потихоньку начали устанавливаться. Конечно, большинство других цивилизаций с отвращением относились к миру, в котором поедание разумных существ считалось допустимой нормой. Но находились и те, кто был готов терпеть подобных соседей и представляемую ими опасность в обмен на различную выгоду, коммерческую и политическую.

Так на Карвонну хлынул торговый поток, который начал серьезным образом менять застоявшуюся цивилизацию. Местным жителям стали доступны технологии, искусство, необычные фрукты, генетически модифицированный скот, машины и роботы для различных работ и многое другое. В обратную сторону шли собственные товары Карвонны, в особенности уникальные ресурсы, которые почти в любом мире находились в ограниченном количестве. Мир хищников медленно, но верно преображался, Безопасные Зоны превращались из средневековых городов-государств во вполне современные мегаполисы, в которых имелось электричество, беспроводная связь, водопровод, канализация, социальные и экстренные службы, развитая транспортная сеть и компьютеризация.

От других миров Карвонна перенимала не только товары и технологии, но и культурные особенности. Так появилась характерная для большинства человеческих миров семидневная неделя и тридцатидневные месяцы, которые заменили собой множество местных, неудобных и странным образом привязанных к сезонам календарей. У каждого народа и в каждой Безопасной Зоне раньше был свой календарь с разным количеством дней в месяцах, смена месяца привязывалась к каким-то определенным датам, неравномерным по времени сезонам. Теперь же вся Карвонна имела единый календарь, который вообще не попадал ни в какие сезоны. Наступление зимы или весны отныне просто прогнозировалось, как обычная смена погоды.

Сильно изменился и язык коренных обитателей, переняв огромное количество новых слов, понятий и концепций, для которых раньше не имелось определений. Появляясь из другого мира, такие предметы и понятия назывались так же, как и в мире-экспортере. К примеру, смартфон, который теперь был в кармане у каждого обитателя Датиана, так и назывался — смартфон , поскольку аналогов ему никогда не существовало в местном языке. Иностранные языки соседних миров преподавались в высших школах, а в обиходе, параллельно с коренным диалектом, появился пиджин — новояз со множеством привнесенных слов, названий и терминов, служивший как для повседневного общения, так и для переговоров с гостями из другого мира.

Многое изменилось на Карвонне с течением времени, но только социальное устройство оставалось таким же. Хищники, которые безоговорочно правили этим миром, вовсе не собирались уступать свою власть. Ни подкупы, ни увещевания, ни угрозы не смогли изменить этого положения. Никакими материальными посулами не получалось заставить хищников перестать быть хищниками. Сильные продолжали есть слабых, проглатывая их живьем, и не спешили отказываться от подобной привычки. Ведь человеческие тела так хорошо пахнут, сочны и питательны, а отчаянные трепыхания жертвы, заживо перевариваемой в желудке, распространяющей по всему телу волны наслаждения и усиливающееся чувство сытости, так приятны. Конечно, пока хищнику хорошо, съеденная им добыча умирает в агонии, но кого это интересует? Проблемы слабых никого не волнуют, так сложилось исторически, и на тех, кто попытается рассказать дракону, что кролик имеет какие-то там права, будут смотреть как на законченных идиотов.

В настоящее время в центре Датиана, рядом со скоплением построенных врат, раскинулся большой посольский квартал. Невзирая на гарантии безопасности со стороны Защитников и городского Совета, он со всех сторон был обнесен высокой бетонной стеной. Внутри к зданиям посольств прижимались различные торговые представительства и офисы, туристические агентства и гостиницы для новоприбывших. Вход в квартал осуществлялся через несколько КПП, где с одной стороны стояли полицейские Датиана, а с другой — вооруженная до зубов охрана из солдат соседних миров. Если желающий войти не относился к Зеленой — безопасной — категории, то ему надлежало пройти досмотр, четко изложить цель своего визита и назвать имя человека, к которому он пришел. Постоянные посетители получали пропуск.

Дрейк прошел КПП без проблем. Он являлся человеком, что было бы очевидно не только при поверхностном осмотре, но и при детальном лабораторном обследовании. Тем более он имел при себе пропуск. Дрейк предъявил его солдату в вагончике для оформления документов, получил разрешение на вход и отправился дальше.

Он двигался к своей цели, сливаясь с обитателями квартала. Его длинный черная плащ не только защищал от пасмурной погоды, но и скрывал полевую одежду — жилет с кармашками, брюки, водостойкие армейские ботинки. Оставалось неприкрытым только его лицо с голубыми глазами и светлыми, коротко подстриженными волосами.

Дрейк шел по улицам, с удовлетворением глядя по сторонам. Буквально все здесь было сделано для людей. Здания, построенные из бетона, металла и пластика, улицы, по которым ездило немного машин и даже ходила пара рейсовых автобусов, жилые комплексы для путешественников, кафе, различные сувенирные магазины и аттракционы. Практически ни одного представителя хищной расы нельзя было увидеть на улицах, хотя для туристов существовали аттракционы, где они могли пересекаться с ними в предельно безопасной обстановке.

За перекрестком двух основных улиц человека ожидало обнесенное забором, с собственной охраной и сторожевыми системами посольство Медианского Содружества, включавшего в себя несколько миров. Содружество не скупилось на затраты ради безопасности. Даже здесь, в центре защищенной Законом Безопасной Зоны.

— У меня назначена встреча с господином Клейтоном, — сообщил Дрейк подтянутому сержанту охраны в воротах.

Тот сверился со своими записями и утвердительно кивнул.

— Все верно, сэр, проходите. Я сейчас распоряжусь, чтобы Вас к нему проводили.

Последовала короткая проверка по компьютерной базе. Звонок за подтверждением записи посещения. Рамка металлодетектора. Изъятие личного оружия. И вот один из охранников привел Дрейка к кабинету посла Джонатана Клейтона. Охранник постучал и, услышав короткое да , открыл дверь. Просунув голову внутрь, перебросился несколькими фразами с находившимся в кабинете человеком. Эти несколько секунд Дрейк откровенно скучал, лениво разглядывая картину на стене коридора.

— Входите, сэр, господин Клейтон уже ждет.

Дрейк вошел и дверь закрылась за ним, а охранник вернулся на свой пост.

— С возвращением, мистер Паркерсон, — поприветствовал его посол. — Прошу, присаживайтесь. Выпьете?

— Нет, спасибо, — ответил Дрейк, садясь в кресло для посетителей.

— А как насчет чайвы?

— Нет, спасибо.

— Ладно, тогда перейдем к делу, — улыбнулся посол.

Вежливость соблюдена, можно приступать к серьезному разговору. Их встреча была неофициальной, поэтому протокол не соблюдался, стенография не велась. Просто два человека встретились, чтобы обсудить свои личные вопросы.

— Я не ожидал увидеть вас снова. Я приношу вам свои соболезнования в связи с потерями.

Дрейк слабо ухмыльнулся. Сожалеть на самом деле было не о чем. Все прошло как надо. Хозяева Карвонны крайне ревниво относились к чужакам на своей территории. Разумеется, кроме чисто деловых отношений существовали и другие интересы. Различные экспедиции, археологические, геологоразведочные и прочие регулярно запрашивали разрешение на проход за пределы охраняемой законами Защитника зоны. Существовало два основных варианта развития событий: в первом заинтересованная сторона практически полностью финансировала материальное обеспечение экспедиции, и тогда, после долгого обсуждения маршрута, экспедиция уходила к цели — небольшое количество ученых в сопровождении солидных сил местных рейнджеров, которые обеспечивали безопасность. Во втором случае экспедиция получала отказ в помощи. Изредка Совет города, которому, собственно, и так плевать на то, что будет с людьми в джунглях и лесах Карвонны, мог выдать бумагу с разрешением на экспедицию и снятием с себя всякой ответственности.

Именно по этому пути и пошел Дрейк с помощью Джонатана Клейтона. Посол не терял времени даром и использовал выделяемые ему средства Содружества на создание и укрепление связей в управлении города. Сторона, которую представлял Дрейк, предоставила Клейтону солидные суммы и посол пробил получение разрешения на проведение экспедиции по третьему варианту — на свой риск. Все это проводилось под эгидой Содружества, чтобы не раскрывать истинную принадлежность отправляемых в поход сил. Через межмировой портал со стороны Содружества прибыло небольшое количество специалистов-ученых и солидный контингент весьма круто выглядевших бойцов, снаряженных по последнему писку военной моды. Эти спецы притащили с собой большие гусеничные вездеходы, полные снаряжения и боеприпасов, различное тяжелое вооружение. Они бегали и суетились в приготовлениях, пытались нанять проводников среди хищников Датиана. Разумеется, практически никто не захотел с ними связываться. Хищники прямо говорили людям, что отправиться вот так в джунгли — чистой воды безумие. Их не слушали.

Маршрут был утрясен, найдена пара отчаянных проводников, чьи инстинкты самосохранения затмила жадность при виде огромных сумм денег, предлагаемых за их услуги. Три с половиной месяца назад экспедиция вышла в путь на нескольких огромных вездеходах с десятком мелких бронемашин сопровождения, без происшествий миновала примерно треть контрольных точек согласованного маршрута. и благополучно пропала без вести. Датиан снарядил группу, проводившую поиск довольно формально и не обнаружившую ни следа исчезнувшего конвоя. Власти качали головами, ясно демонстрируя, мол, мы же говорили , и дело было забыто.

И вот Дрейк Паркерсон, дергавший за все ниточки организации данного предприятия, с чьей подачи Клейтон подкупал чиновников, вписывал различных мутных личностей в документооборот своего посольства и совершал прочие вызывающие вопросы вещи, сидит здесь перед ним. Сколько Клейтон не изучал лицо посетителя, он не находил на нем ни капли эмоций по поводу проваленной затеи. Огромные деньги, море серьезного снаряжения, полторы сотни человеческих жизней были загублены в бесплодной попытке, а Дрейк не испытывал ни капли сожаления.

— Мне снова нужна ваша помощь, Джонатан.

— Помощь какого рода? Только не говорите, что еще одна экспедиция! Организовать такое повторно уже за пределом моих возможностей.

— Нет, нет, про походы в лес вы можете смело забыть, — отмахнулся Дрейк.

Вот так вот. По-прежнему ни капли сожаления или гнева о погибших людях.

— На самом деле, я решил прозондировать почву на предмет формального соглашения с Защитницей и Советом Датиана. Мы готовы заключить определенный договор, но хотели бы добиться особых условий.

— О, да! Каждый хочет добиться наилучших условий для себя, и в этом у меня есть определенный талант.

— Не талант, а купленные личности в Совете.

— Лоббирование интересов с помощью материальных поощрений ответственных лиц — древний и весьма уважаемый обычай всех народов во всех мирах.

— Так вы можете в этом помочь?

— Вы готовы принимать условия, которые Совет ставит всем, кто хочет открыть с ними какие-либо отношения? — очень серьезным тоном спросил Клейтон.

— Расскажите мне о них.

— Кхм. Скажите, а у вас есть дети?

Брови Дрейка удивленно поднялись вверх. В первый раз хоть какое-то проявление эмоций.

— Нет.

— А семья вообще?

— Какое это имеет отношение к переговорам с Датианом?

— Видите ли, правящие виды этого мира отчетливо осознают свою уникальность. Вокруг них существуют вселенные, в которых правят в основном люди и где поедание разумных существ безоговорочно является преступлением. Здесь же, на Карвонне, бал правят хищники, и они хотят, чтобы так оставалось и дальше. Защитница и Совет не подпустят к Датиану тех, кто может представлять для них угрозу, и пресекут любые действия по изменению сложившегося здесь баланса.

— Например?

— Ну, были попытки увещевания хищников, обещания всевозможных ништяков за отказ от своей людоедской диеты. Провалились. За ними последовали попытки улучшать шансы рас Добычи на выживание. Людей и прочих Зеленых пытались эвакуировать с Карвонны. Подобные действия тут же пресекли. Зеленым пробовали раздавать оружие, учить выживать и всерьез сопротивляться охотникам. Это закончилось самым кровавым образом. И так далее. Более-менее показали результат только методы непрямого воздействия.

— Какие?

— Из того, что можно вспомнить. В торговый оборот с Датианом был включен довольно большой перечень товаров низкого технологического уровня. И технологии их производства были переданы датианцам. У нас в Содружестве подобные товары миллионами производят простейшие сборочные линии. Суть трюка в том, что как раз сборочных линий в Датиане и нет — собственная промышленность еще в довольно зародышевом состоянии и все эти товары им приходится собирать вручную, для чего требуется большое число рабочих рук.

— Дайте угадаю, таким образом, вы создали потребность перевести некоторую часть населения из категории пища в категорию рабочие ?

— И довольно значительную часть, прошу заметить. Это, разумеется, временное решение проблемы, к тому же не сильно облегчившее положение Зеленых, но все же. Оно стоило нам лишь небольшого субсидирования этих ручных мануфактур и изъятия крошечной порции аналогичных товаров из нашего внутреннего оборота. Датианцы, к счастью, подвоха не уловили. Для них идея, что кому-то может быть интересно благополучие Зеленых, чужда и непонятна.

— Очень хитроумно придумано.

— Эти хитрые трюки и есть те единственные способы воздействовать на этот мир. Как только появляются желающие открыть дипломатические отношения, Защитница и Совет тут же выставляют основное условие — безоговорочное принятие местных законов и обычаев. Дипломаты и бизнесмены должны проживать здесь вместе со своими семьями, подчиняться местным правилам беспрекословно. По эту сторону порталов законы Датиана имеют абсолютный приоритет над законодательствами партнеров. Даже здесь, в посольском квартале, все подчиняются требованиям местных властей.

— Примеры?

— Ловушки для туристов — различные казино и им подобные заведения, где шансы на победу совершенно очевидным образом подкручены в пользу заведения. Проиграть там очень легко, а кто не может расплатиться по долгам немедленно — отправляется на стол в ближайшее кафе для монстров . На туристов некоторое время буквально охотились, заманивая в такие казино обещаниями легкого выигрыша. Посмотрите, как толпу с помощью подставного игрока разводит наперсточник, и вы сразу поймете суть проблемы. Так вот один парень сумел вырваться из такого кафе и добежать до посольского квартала.

— И за ним пришли? — Дрейк снова удивился.

— О, еще как! Дело не в том, что единичный раз добыче удалось сбежать, а в том, что попраны обычаи и законы Датиана и такое не спускают никому, тем более иномирцам.

— И что, его отдали им на съедение?!

— Отдали бы, если бы датианцы его нашли. Но посол парня действовал быстро и решительно. Он приказал беглецу немедленно бежать к порталам, пока до них не дошла новость о его побеге. Тот несся быстрее собственного визга и таки успел. Не найдя его, датианцы потребовали выдачи кого-нибудь другого. Но тут все остальные посольства проявили солидарность, пригрозив что уйдут в свои миры и перекроют порталы. Блеф, конечно, но он сработал. Поскольку Датиан уже достаточно сильно зависит от связей с другими мирами, Защитница вмешалась, и все обошлось выплатой значительной суммы денег.

— Были ли предприняты какие-нибудь меры для обеспечения безопасности туристов?

— Основную часть достопримечательностей перенесли в посольский квартал, где туристические агентства могут присматривать за их работой. И разрешены только безопасные развлечения. Теперь, чтобы стать тем идиотом, который в местном казино проиграл собственную тушку на мясо, нужно проигнорировать подробный инструктаж, сбежать из-под надзора гидов и пройти через КПП в город. И ведь все равно находятся те, кто это делает!

— Слабоумие и отвага косят наши ряды.

— Именно так, — рассмеялся Клейтон.

— И все же. Представителям партнеров приходится жить здесь, безоговорочно подчиняться всем законам. А в чем фишка с семьями?

— Ах, да. Дело в том, что Датианцы буквально зациклены на семьях. В мире, где все друг друга жрут, единственная серьезная гарантия выживания рода — большое количество потомства. Если в семье меньше 5-6 детей, то с ней точно что-то не в порядке. Тем более, что город выплачивает солидный материнский капитал на каждого ребенка Зеленых, а для девушки беременность — гарантия неприкосновенности.

— Хищники поощряют свою добычу размножаться, — произнес Дрейк с видимым отвращением.

— Совершенно верно. Поэтому в большинстве семей легко насчитывается больше пяти детей и датианцы смотрят на нас, с нашими одним-двумя детьми на семью, с жалостью и презрением.

— То есть, без своей семьи с детьми мне будет трудно вести переговоры?

— Практически невозможно, я бы сказал. Люди и так второй сорт на Карвонне, а те, у кого нет детей, вообще субпродукт. Дети — это будущее, гордость и ценный капитал. Им стараются дать наилучшее образование, чтобы они могли получить хорошую работу или должность и увеличить потенциал семьи. Ваша личная ценность всегда определяется тем уровнем, которого достигла ваша семья. Поэтому всем нам, в том числе и мне, приходится в этом участвовать.

— Ваша семья здесь?

— Разумеется. И в ближайшее время моя дочь начнет посещать одну из высших школ — Сакуру. Она среди лучших в своем классе в школе более низкого порядка. Закон и обычай требуют, чтобы она поступила в высшую школу. Отвертеться не получится. Эта дорога с движением только в одну сторону.

Дрейк отметил про себя, что впервые в голосе Клейтона проступила нервозность. Его дочери вот-вот придется испытать на себе обычаи Датиана. Одно дело рассуждать о смирении перед местными законами, но совсем другое, когда учеба в одной группе с монстрами-людоедами станет повседневной реальностью для молодой девушки из цивилизованного мира, в жизни не видавшей хищников вне пределов зоопарка.

— Во всех высших школах Датиана разрешена охота на людей. Вы готовы подвергать свою дочь смертельной опасности? — мягко спросил Дрейк.

— Нет такого преступления, на которое не пошел бы капитал ради пятисот процентов прибыли.

— Пятисот процентов!

— Да, все товары, продаваемые в Датиан, окупают себя в пять раз. А ценнейшие ресурсы мы получаем от них чуть ли не по цене грязи. Датианцы пока еще не осознали, насколько велика разница, и какую прибыль они упускают. Им трудно тягаться с акулами корпоративного бизнеса, охватившего десяток миров. Но это, конечно, не навечно — нужно ковать железо, пока горячо.

— И ради этого вы отдаете свою дочь учиться в Сакуру? Вы хоть понимаете, что это практика взятия заложников, чтобы держать вас всех в узде?

— Выбор невелик. Нелли понимает, что ей предстоит сделать ради нашей семьи.

— Хммм. А если, предположим, у меня появится возможность до некоторой степени влиять на события происходящие в Сакуре? Что вы скажете, если шансы вашей дочери немного увеличатся? Если найдутся внимательные глаза, готовые за ней присмотреть и сильные руки, готовые поддержать?

— А что взамен? Моя безоговорочная лояльность, я полагаю? Ведь это, по сути просто отдать Нелли в заложники вам, вместо Сакуры.

— Ну, ведь лучше я, чем они, правда? — криво усмехнулся посетитель. — Я же не ем детей. И я обещаю, что не буду использовать ее, чтобы заставлять вас делать что-либо неприемлемое. Я готов ей помочь вне зависимости от степени нашего сотрудничества. Я не воюю с детьми, мистер Клейтон.

— Тогда я с радостью приму вашу помощь.

— Договорились. И все же я не могу поверить, что кто-либо добровольно готов отдать свою собственную дочь на эту скотобойню!

— Я тоже не могу в это поверить, мистер Паркерсон, — улыбнувшись, ответил Клейтон.

Дрейк несколько секунд недоуменно смотрел на него, силясь понять, что посол имел в виду. И, кажется, понял.

Ах ты ж хитрая жопа!

— Ла-а-адно, — протянул Дрейк, — тогда нам с вами осталось обсудить последний вопрос.

— Какой?

— На случай, если мои попытки переговоров ни к чему не приведут, и мы с Тамитой не сможем найти компромисса, рассматривало ли ваше Содружество варианты военного решения?

— Воевать с Карвонной? А зачем? — Клейтон изобразил вежливое удивление. — Конечно, у министерства обороны есть военные планы на любой случай жизни, в том числе и на этот, но в их осуществлении нет практического смысла.

— Нет смысла? Миллионы людей превращены в мясной скот. Они наш собственный вид, мистер Клейтон.

— Да, да, это я все знаю. Но кроме этого, каковы могут быть причины? На Карвонне такие порядки? Пора навести демократию? Ой, ради богов — мы все знаем, что это лишь оправдания для вторжения в другие страны и миры, когда нужно прикрыть истинные корыстные мотивы.

— Тогда как насчет корыстных мотивов? При захвате этого мира победитель получит доступ к огромным жизненным пространствам, множеству ценных ресурсов, развитой сети межмировых врат.

— Большая часть из перечисленного достается нам практически за так. ну, кроме жизненных пространств. Но пространств у нас хватает. У Содружества есть с полдесятка пустых миров без разумной жизни, ожидающих колонизации, которая задерживается, потому что требует огромных ресурсных вложений с нашей стороны. Снова кроме праведного гнева у нас нет повода для войны, которая унесет огромное количество жизней и будет стоить немыслимое количество ресурсов и денег. А местные люди, зеленые ? Думаете, они оценят наши старания и поддержат нас? Не обманывайте себя — перед вами поколения отрицательного отбора. Всех, кто когда-либо сопротивлялся, давно уже пожрали местные монстры, а остальные смирились с их владычеством. У населения, живущего под хищниками сейчас, инициативы в жизни не больше, чем у домашней коровы. А Датиан — это один огромный коровник.

— Люди — не коровы, мистер Клейтон. Просто они утратили надежду на победу ввиду подавляющего превосходства своего врага. Сейчас люди вынуждены приспосабливаться к навязываемым условиям, покорно подставляя шею под ярмо. Сложившееся равновесие можно разрушить мощным внешним толчком. Если найдутся те, кто ясно покажет, что шанс на сопротивление реален, что за спиной у них многие миры с мощными армиями, готовыми сражаться и победить, тогда власть чудовищ пошатнется, их жертвы воспрянут духом, и вы увидите совсем другую Карвонну, мистер Клейтон.

— Возможно. Но только если вы продемонстрируете реальные успехи на ратном поприще, я смогу порекомендовать своему правительству рассмотреть заново силовые варианты и создание коалиции с другими мирами против Карвонны. Но я сомневаюсь в вашей способности это сделать, а метрополия не захочет рисковать конфликтом, в котором шансы на победу не определены.

— Вы не верите в возможность победы? — Довольно прохладно уточнил Дрейк. — А ведь вы еще даже не пробовали.

— Миры с магией чужды нашей технологической цивилизации, у которой магия почти не используется. Нет возможности точно просчитать, каковы шансы на победу наших солдат, оружия и техники против различных тварей, ангелов, демонов, колдовства и артефактов.

Клейтон даже наклонился вперед, ближе к посетителю, очень внимательно глядя ему в лицо.

— Если вы никогда не видели, как огромный огнедышащий дракон за один заход сметает пламенем колонну бронетехники. — посол выдержал драматическую паузу, затем горько усмехнулся. — То я пришлю вам видео.

— Присылайте. Мне будет интересно изучить боевые возможности вероятного противника.

Выйдя на площадь перед посольским кварталом за пределами КПП, Дрейк погрузился в мрачные раздумья. Если верить тому, что он услышал сегодня от Клейтона, то правители Датиана четко осознают проблематику отношений с партнерами, которые в городе считались бы добычей , и выстраивают свою политику подобным образом, чтобы все, кто желает с ними сотрудничать, признавали их образ жизни целиком и полностью. Дрейк рассматривал переговоры в качестве компромисса, нацеленного на получение взаимовыгодных уступок. Его сторона была готова предложить одни из лучших условий. Все, что требовалось в ответ — подвижки в образе жизни с ограничением, а лучше — полным исключением из своей диеты разумных существ.

Если план с компромиссом провалится, останется только силовой вариант решения проблемы. Для его уверенного воплощения необходимо создание коалиции из миров, граничивших с Карвонной. И с ней, похоже, также будет непросто. Другие миры не желали впутываться в эту борьбу, чувствуя себя в безопасности на своем конце врат.

Путешествия через врата и порталы вообще странная штука. В отличие от полетов через космос с помощью космических кораблей, где исследователь перемещается от одной звезды к другой в строгой последовательности, встречая фактических соседей, врата соединяли миры вне зависимости от расположения в пространстве. Ты не мог быть уверен, что соседи , к которым ты можешь перенестись через врата в одно мгновение ока, находятся с тобой хотя бы в одной галактике, одной реальности, одном времени, наконец.

Отсутствие фактических границ меняло представления о географии. Для того, чтобы не сломать мозг в попытке осознать, кто где находится, составлялись карты, на которые известные миры наносились в виде рисунков с указанием стрелками какой мир с каким соединяется. Карта исследованных врат напоминала схему метро большого мегаполиса с разноцветными линиями связанных вместе кластеров и точек на них, обозначавших отдельные миры.

Подобная ситуация регулярно приводила к тому, что многие фракции, имевшие доступ к сети порталов и зная, что никто из соседей не находится рядом физически, не чувствовали необходимости слишком глубоко участвовать в межмировой политике. Товары шли через врата, принося прибыль. В случае опасности их достаточно просто закрыть на своем конце. Прибыль пропадет, ну и ладно. Только некоторые полисы, вроде того же Содружества, занимали несколько миров и всерьез выстраивали свою торговую сеть между ними. И даже они не желали влезать в ненужную им драку с Карвонной. Политика обычного пространства, когда ты вынужден участвовать в разборках соседей, создавать и контролировать сферу влияния, демонстрировать военное присутствие, создавать военные и экономические блоки, просто чтобы не проснуться однажды утром и не обнаружить, что вражеские войска ведут вторжение по всему периметру твоих границ — все эти принципы слабо работали здесь.

Ввиду всего этого, перспективы сколачивания коалиции, достаточно сильной, чтобы свалить хотя бы Датиан, казались Дрейку довольно призрачными.

Кажется, придется переходить к плану Б .

— Э-э-эй, привет! Чего ты такой грустный? — внезапный оклик отвлек человека от его мыслей.

Дрейк оглянулся и увидел девушку-хищницу. Ею оказалась стройная лисичка в легкой нарядной блузочке и короткой юбке, которые скрывали только самый необходимый минимум ее изящного тела, дразня воображение. Из анималистических черт она обладала мехом на предплечьях, пушистым хвостом из-под юбки и лисьими ушками, торчавшими из светло-каштановых волос.

— Нравится? — довольно спросила она, неверно истолковав внимательный взгляд Дрейка.

— В казино не пойду, — спокойно ответил тот.

— А я и не зову, — слегка обиделась лисичка. — Чего ты? Или ты из тех, кого там за стеной до коликов запугали? Зачем тогда за стену выбрался? Между прочим, у нас в Датиане полно всего интересного и помимо казино. А в азартные игры пинками никого играть не заставляют.

— Извини, у меня еще множество дел, — ответил Дрейк совсем уже ледяным тоном.

Лисичка поняла и с равнодушным видом пожала плечами.

— Как хочешь, милый, как хочешь.

И они разошлись как в море корабли. Спокойный, словно кусок гранита, человек в длинной черной куртке растворился в толпе нарядных горожан. Он брел через людской поток, который расступался перед ним, обтекая странного человека с обеих сторон, а мысли его были мрачны и полны жестокости.

Глава 6. Книжный голод

Подчиняясь распоряжению мисс Кроуфорд, Шаан и София расселись по разным местам, причем преподаватель сама выбрала им места. Теперь соседкой по парте у наги оказалась еще одна человеческая девушка. Она смотрела на Шаан со страхом: всем известно, что сидеть за одним столом с хищницей — плохая примета. Хищница видит и запоминает тебя, изучает твои повадки, чует твой запах. Это буквально провоцирует ее на охоту. Если вдруг завести приятельские отношения не получится, то жди беды от собственной соседки по парте.

Но Шаан не смотрела на сидящую рядом девушку и не замечала страха в ее глазах. Их место находились все время в задней части любой аудитории, чтобы анаконде было где разместиться, а ее высокий рост не заслонял доску сидящим позади девушкам. Вся группа была у Шаан как на ладони, и нага могла наблюдать за Софией, которую проклятая преподаватель усадила рядом с черненькой нэкой по имени Рина. А сидеть за одной партой с хищницей, как известно. Шаан скрипела зубами и молча бесилась.

Впрочем, постепенно все пришло в норму. За пару дней началось привыкание и вхождение в рутину. София потихоньку сошлась со стайкой, Шаан начала чаще разговаривать с другими хищницами в своей группе. Нага все еще приглядывала за своей подопечной, но София быстро осваивалась и делала все правильно. Шаан стала спокойнее относиться к их вынужденной разлуке и внезапно обнаружила, что у нее даже появилось больше свободного времени для своих дел. И самым приоритетным из них для Шаан стали запретные книги из библиотеки.

Вы хотите, чтобы я охотилась? Давайте попробуем .

Сидя за своим ноутбуком, нага задумчиво рассматривала профиль одной из студенток. Получить доступ к нему не составило труда. Шаан вставила зараженную флэшку в один из публичных терминалов библиотеки, вирус с легкостью проник через дырявый бесплатный фаерволл и незаметно распространился по всей системе, заразив даже главный сервер в подвале административного корпуса. Шаан получила доступ вообще ко всему, что когда-либо было занесено в компьютеры школьной сети. Правда, в базе оказался далеко не весь докуменооборот, часть документов по-прежнему оформлялась на бумаге, да и времени перелопачивать гигабайты информации у Шаан не было. Она просто нашла список учащихся магического факультета.

Девушку, которую она искала в этом корпусе, звали Мэдди. В данных профиля Шаан вычитала расписание занятий ее группы и заявилась как раз к концу одного из них.

Когда Шаан вошла в аудиторию, находившиеся в ней девушки тут же замолчали, подозрительно глядя на хищницу не из их группы и даже не с их факультета. Вместе с Мэдди в комнате оставалось еще трое. Шаан уже знала, как опытные стайки ведут себя. Даже если лишь одной из них нужно чем-то заниматься, а остальные просто теряют время, они все равно ждут и никуда не уходят, чтобы не бросать девушку из своей стайки в одиночестве. Эта круговая порука работает во все стороны и является основой выживания. Нага с интересом наблюдала, как при ее появлении девушки разошлись по разным углам комнаты подальше друг от друга, а одна из них начала бормотать себе под нос какое-то заклинание. В этом тоже была своя тактика. Одна хищница не сможет схватить сразу всех четверых, да еще в разных углах комнаты. Хоть кто-то да вырвется и позовет преподавателя.

— Всем привет, — сказала Шаан как можно дружелюбнее. — Я ищу Мэдди.

— Это я, — удивленно отозвалась одна из девушек. — Зачем я тебе? Ты, что охотишься за мной?

— Нет, нет, расслабься! Просто хочу поговорить.

— Говори.

— Наедине.

— Исключено! — тут же воскликнула девушка.

— Слушай, я правда не собираюсь тебя есть. Это не хитрый трюк, чтобы выманить тебя одну.

— Я тебя даже не знаю! Поэтому нам нечего обсуждать наедине. Если ты хочешь о чем-то поговорить, то можешь сделать это и в присутствии моих подруг.

— Нет, как раз этого я сделать не могу, — пробормотала Шаан себе под нос.

В ее голове быстро прокручивались варианты возможного выхода из ситуации. Через Мэдди нага хотела добраться до тех книг, что не выдавались на руки в библиотеке, а чем меньше народу будет знать об этом, тем лучше. Теперь оставалось лишь уговорить подозрительную студентку встретиться с книгами наедине, что внезапно оказалось непростой задачей.

— У тебя ведь есть мобильный? — осенило вдруг Шаан. — Вот мой номер. А вот, чтобы тебе легче было решиться, сотня ангелов. Позвони мне после занятий.

Не приближаясь к студенткам, нага положила на ближайшую парту листок со своим номером и стопку золотых чеканных монет номиналом в десять ангелов каждая.

— Вот. Часто хищницы, которые на тебя охотятся, дают тебе денег?

— Мне — нет. Но вот в кафе для монстров денег добыче дают регулярно.

— Мы не в кафе. Тем более на охотничьих угодьях давать добыче деньги — это только потерять их.

— Если, конечно, ты не рассчитываешь получить их обратно после успешной охоты.

— Так раздай их своим подругам! — рявкнула Шаан, теряя терпение. — Это просто залог и все. Чтобы ты позвонила, и мы могли договориться о встрече.

— Хорошо, за сотню ангелов я тебе позвоню.

— Вот и замечательно! А теперь я ухожу, чтобы не нервировать вас больше, чем нужно, — Шаан действительно отправилась к двери, но, прежде, чем покинуть аудиторию, оглянулась. — Мэдди, не выднуждай меня приходить еще раз, хорошо?

— Я позвоню.

После занятий Шаан и София занимались готовкой. София весело рассказывала последние новости, о которых постоянно щебечут девчонки, Шаан с напускным интересом слушала. Внезапно ее телефон зазвонил.

Всё уже сказано и сделано

Все прекрасные песни уже спеты

Так что, думаю, сейчас — ещё одна.

— Алло? Это Шаан.

— Это Мэдди. Ты заходила к нам сегодня.

— Да, да. Ты не ляпнула ничего преподавателям?

— Нет.

— Хорошо. Когда мы встретимся? Назначай время и место.

— На площади перед посольским кварталом. Сейчас. Иначе, если я буду долго колебаться, то не решусь потом.

— Я буду в течение часа.

Шаан сбросила вызов и оглянулась на с интересом смотрящую на нее Софию.

— Мне нужно сходить в город.

— Опять? — София удивленно подняла бровь.

— Да, опять.

— А я как раз тоже иду. Не переживай, я буду с нашими девчонками.

Лицо Шаан приняло недовольное выражение. Сойдясь со стайкой, София вошла в их круг общения, начала дружить с некоторыми из девушек и вместе с ними после школы ходить гулять в город. Там они ходили по торговым центрам, посещали кафешки и парки развлечений, иногда собирались в гостях у кого-то из девчонок дома. Шаан не протестовала, только попросила, чтобы София ни при каких обстоятельствах не выходила или возвращалась по территории Сакуры одна, без стайки. Они договорились, что в таких случаях София будет звонить Шаан, чтобы нага ее проводила. Как следует подумав, нага согласно кивнула.

— Сегодня я могу быть поздно. Если ты будешь возвращаться одна, то обязательно дождись меня, не вздумай переться в одиночку от ворот до общаги! Поняла?

— Твоя нага идет за нами, — недовольно прошептала Виктория.

Стайка из дюжины студенток торопилась пересечь территорию школы от общежития к воротам как можно скорее. Девушки шли быстрым шагом, держась как можно ближе друг к другу. Позади, метрах в тридцати, неторопливо ползла Шаан. Вот только ее неторопливо с легкостью приравнивалось к скорости девушек, которым, если бы они хотели идти еще быстрее, пришлось бы срываться на бег.

— Она не моя, смотри не вздумай при ней что-нибудь такое ляпнуть! — тихо огрызнулась София в ответ. — Это я — ее питомец. Шаан очень ясно дала это понять.

— И тебя это устраивает? — задумчиво спросила Шауна, девушка-кролик, чей талант к рисованию восхищал всех без исключения.

— Ну, сначала у меня не было выбора. А теперь. устраивает, — другие девушки захихикали и София покраснела. — Только ничего такого не подумайте!

— Меня больше беспокоит, что она идет за нами, — упрямо гнула свое Виктория.

— Ну, и что? Мы же стайкой идем.

— Ага, только в школе и на территории давно уже никого нет, если она бросится на нас, что сможет сделать стайка, когда некого позвать на помощь?

— Она не бросится, Шаан не такая! — воскликнула София, внезапно почувствовав обиду.

— Да у нее взгляд порой, словно она готова пятерых сожрать!

— Я с ней вторую неделю живу и она меня до сих пор не сожрала! Шаан не охотится. У нее даже проблемы с деканатом из-за этого.

— Впервые слышу, чтобы у хищницы были проблемы из-за того, что она отказывается на охоту ходить, — удивленно произнесла Шауна.

— Это потому, что ты впервые слышишь про хищницу, которая н них не ходит. Всех остальных приходится осаживать, особенно таких, как Умбра, которая считает, что школа — это бесплатный буфет. Все охотятся, а Шаан Софии лапшу на уши вешает.

— Почему ты так решила?

— А куда, по-твоему, она идет в такое время? В кафе для монстров, однозначно!

— Шаан даже Голодные Игры не смотрит! — продолжала протестовать София.

— Да ты чо? Как так? Даже добыча смотрит Голодные Игры! Там же супер шоу, интереснейшие соревнования.

— Шаан сама не смотрит и мне не дает, — пожала плечами София.

— Странная она у тебя какая-то, — задумчиво произнесла Эрика, второкурсница и подруга одной из девушек-первокурсниц.

— Может, и не совсем. Шаан говорила, что охотится в Диких Землях.

— Да? Ну, тогда, пока Шаан живет в Датиане, я в Дикие Земли ни ногой, — заявила Виктория и остальные девушки рассмеялись.

— Ну, в любом случае, вот выход.

Все вздохнули с облегчением, переступив через красную черту, проведенную в воротах школы. Эта черта разделяла два мира. В одном, хищники и жертвы жили по соседству, работали в одном офисе, дружили семьями и так далее. И буквально рядом одни получали право охотиться и поедать других. Например, в школе человеческая девушка держалась поближе к своим, надеясь, что нэко-одногрупница не застанет ее одну. А за порогом они могли нормально общаться и даже быть подругами. До следующего учебного дня.

Оказавшись в городе, стайка отправилась в самый центр. Городок, откуда приехала София, даже и близко не имел таких развлечений, как огромный и стремительно развивающийся мегаполис. Возле посольского квартала образовались целые улицы, полные магазинов, кафешек, развлекательных и торговых центров. Девушка наслаждалась прогулкой по улицам, ярко освещенным фонарями, огнями рекламных щитов, светом из окон многочисленных заведений.

В развлекательном центре, который подружки посетили первым, постоянно тусовалась молодежь. На втором этаже стояли игральные автоматы, не те, в которых можно проиграть все, включая себя, а обычные — бросаешь жетон и играешь в игру. Набрав жменю жетонов, они разбрелись по залу. София и Эрика уселись за один из таких автоматов, опустили в щель по жетону, и каждая выбрала понравившуюся игру. У Софии эта игра — Приключения Кобольда .

Как и все иномирные культурные товары, игра прошла через жесткую цензуру, прежде чем попасть в Датиан. Изначальный герой, человек-паладин, был заменен на кобольда, искавшего приключений в полных сокровищ подземельях, а монстры, с которыми он сражался, превратились в зомби, скелетов и прочую нежить. Монстры-боссы были заменены на различных демонов. Поскольку Защитники-ангелы не любили демонов и регулярно с ними враждовали, считалось допустимым выставлять их в качестве плохишей в книгах, фильмах, а теперь и в видеоиграх.

София играла увлеченно, управляемый ею кобольд ловко рубил мечом наседавших со всех сторон скелетов, собирал выпадавшее из поверженных врагов золото, находил новое оружие. София пока никак не могла дойти до конца, хотя играла уже не первый раз, выучив большинство уровней, расположение секретов с мощным оружием, сильные и слабые стороны противников. Вот и теперь она уверенно прошла первый уровень, одолев в конце группу мелких бесов, которые находились здесь в качестве босса . На экране зажглась надпись, требующая вставить следующий жетон, чтобы перейти ко второму уровню. Девушка вздохнула, потянувшись в карман курточки.

Вот бы мне быть сильной и ловкой, хотя бы как простой кобольд . — подумала она с грустью.

Сама того не осознавая, София пристрастилась к играм, появившимся в Датиане сравнительно недавно. В них она могла быть героем, преодолевать вызовы и трудности, с которыми не справилась бы в жизни, повергать врагов, которые в реальности могли бы разорвать ее на куски. Погружаясь в этот мир грез, где она была кем-то больше, чем простой человеческой девочкой, София постепенно превращалась в обычного задрота. Вместо решения настоящих проблем, девушка сбегала в экран от реальности и отчаянно завидовала героям-монстрам видеоигр, будучи не в силах представить себя на их месте и еще острее ощущая беспомощность человека перед настоящими хозяевами мира. Прогрессоры Медианского Содружества напились бы с горя, узнав об этом, ведь по их хитрой задумке игры должны были доносить идею, что если за что-то взяться, то можно многого добиться. Что с достаточной решительностью и целеустремленностью можно бороться и побеждать своих врагов. София же продемонстрировала бы им прямо противоположный результат.

— Эй, а ты хорошо играешь! — раздался вдруг сзади восхищенный голос.

София быстро обернулась, не забыв поставить игру на паузу, и увидела молодого парня, примерно своего возраста. Она на всякий случай хлопнула себя по боку, чтобы убедиться, что ее сумочка все еще у нее на плече.

— Привет, — смущенно выдавила она, наконец.

— Привет! Я — Маркус. Сегодня с друзьями гуляю. Я тоже люблю поиграть.

— Меня зовут София.

— Как насчет сыграть вместе, София?

Девушка с интересом посмотрела на нового знакомого. Парень как парень, ничего необычного. Она пожала плечами.

— Давай, почему бы и нет.

Время побежало быстрее. Маркус и София перепробовали почти все автоматы в зале, сыграли на пару в Приключение Кобольда , когда к первому кобольду добавлялся второй, и можно было проходить уровень вдвоем. Было весело, но София быстро выяснила, что играть против Маркуса у нее не хватает мастерства. В гонках и файтингах парень буквально разрывал ее чуть не с сухим счетом.

— Мда-а-а, — разочарованно вздохнула София, отрываясь от автомата после очередного поражения.

— Ну, не расстраивайся! У тебя очень даже неплохо получается. для девочки.

— Ха-ха, — насмешливо ответила София, обидевшись еще больше.

— Слушай, хочешь, я тебе чего перекусить куплю? В качестве утешительного приза, так сказать?

— Ой, а где-то тут моя стайка! Мы же собирались потом в кафешку пойти!

София оглянулась и увидела, что Эрика и Шауна машут ей рукой. Остальные девчонки уже собрались вместе, наигравшись и проголодавшись. Вместе со своим новым знакомым она подошла к своим подругам.

— Кто это с тобой, София?

— Привет, я Маркус!

— Привет, Маркус, а у тебя девушка есть? — игривым тоном спросила Виктория.

— Виктория! — воскликнула Эрика. — Ты нашла о чем спросить.

— Эээ. Девушки пока нет, — смутившись, ответил Маркус, а София покраснела, когда среди девушек раздались смешки.

— Ну, а ты здесь один?

— Не, с одногруппниками. Мы тоже в кафе собирались. Пойдем вместе?

Через пятнадцать минут шумная компашка уже разместилась за столиками ближайшей кафешки, заказав различных закусок. На десять девчонок приходилось шестеро ребят, но ничего страшного — у части девушек уже были парни, с которыми они встречались. Оказалось, что все ребята — студенты Метеора, школы для юношей, находившейся от Сакуры в паре кварталов.

София и Маркус, понятное дело, сели за один столик.

— Ну, и как там в Метеоре? — спросила София.

— Нормально. Учимся, на секции ходим.

— А есть секция по видеоиграм?

— Ха-ха, очень смешно. На самом деле я в команде по рэгби.

— Ты-ы-ы?

— Что, не похоже? Скажи ей, Дэн!

— Он состоит в команде по рэгби, — скучающим тоном подтвердил Дэннис, высокий нэко с серой шерстью, заказавший себе только напитки.

— Вот это поворот.

— Дэн, а ты только молоко пить будешь? — спросила у кота Эрика.

— Ну, я ж человеческую еду не ем почти, а мышей при девушках глотать не хочу. Я в кафешку вообще за компанию отправился, так-то мы собирались по играм весь вечер ходить.

— Понятно, а кроме мышей?

— Если ты про охоту спрашиваешь, то я не охочусь в Метеоре.

— Почему?

— Потому, что у меня много друзей-одногруппников, и это было бы. некрасиво. Желтые в Метеоре часто с Зелеными дружат и стараются соблюдать приличия .

— Мда, вот бы у нас так было.

— У вас так потому, что женской дружбы не бывает, — уверенно ответил Эрике Дэннис.

— София, а ты как, нормально с Дэном? — тихо спросил Маркус.

— Я все слышал.

— Все хорошо, — быстро сказала София, — я с нэкой за одной партой сижу.

— Красивая? Познакомишь? — во взгляде Дэна появился интерес.

— Ээээ.

В разговорах с Маркусом и Дэном София и Эрика провели почти два часа. Девушки и парни постепенно расходились, и София спохватилась только когда они с Эрикой остались вдвоем. Вся их стайка уже отправилась в общежитие, на улице стало уже совсем темно.

— Нам пора, Маркус, а то моя соседка по комнате меня задушит.

Парень кивнул, а София почувствовала стыд, поскольку так и не рискнула признаться, что живет с нагой.

— Еще увидимся? — спросил Маркус, многозначительно держа в руке смартфон.

— Да, — покраснев, ответила София и продиктовала свой номер.

— Тогда до встречи, София! Береги себя!

— Ты тоже.

Парни разошлись, а София и Эрика отправились в сторону Сакуры.

— Так, отличный был вечер, — произнесла Эрика, когда они остановились перед воротами. — Теперь осталось только добраться до общежития и не умереть.

София неуверенно посмотрела в сторону ворот. Все дорожки освещались фонарями, но это ничего не значило — ряды кустов, тянувшихся вдоль дорожек, скрывались во мгле и угрожающе шелестели.

— Думаешь, кто-то из хищниц охотится до сих пор?

— Вероятность этого мала, не каждый же вечер девчонки так поздно ходят. Ну, что? Рискнем?

— Не-а, мне нельзя. Шаан меня прибьет, когда узнает.

— А как она узнает?

София поколебалась, не зная, рассказывать ли Эрике про то, что Шаан вдоль ведущих от общаги к выходу дорожек везде понаставила свои камеры, потом решила, что не стоит.

— Узнает.

— И как же мы домой тогда попадем? Мне одной тоже страшно идти.

— Давай, я Шаан позвоню? Она нас проведет.

— София! Да ты в своем уме? Шаан, может быть, проведет тебя. А что будет со мной?

— Она не такая, Эрика, правда!

— У меня только одна жизнь и я очень не хочу ее лишиться, проверяя, такая твоя соседка или нет.

— Шаан?

Нага развернулась на голос. Мэдди подходила к ней со стороны посольского квартала. Девушка не боялась Шаан сейчас, за пределами школы, и теперь они могли спокойно поговорить.

Для этой встречи Шаан оделась в нечто цивильное — простую блузу, легкую куртку и черную юбку. Ничего не напоминало школьную униформу или тот зеленый жилет, который Шаан обычно носила.

— Спасибо, что пришла. Пойдем, найдем место, где можно посидеть и поговорить, желательно в тишине.

— Куда именно?

— У меня есть тихое место на примете, но ты можешь выбрать сама, если хочешь, чтобы тебе было еще спокойнее.

— Меня, в принципе, все устроит, пока это не кафе для монстров.

— Тогда идем.

Девушки отправились в небольшое кафе, расположенное неподалеку. Здесь располагалось обычное заведение для туристов, переживающее не лучшие времена с тех пор, как основной туристический поток стал проходить внутри посольского квартала.

Усевшись за столиком в дальнем углу, Шаан позволила молодой волшебнице первой сделать заказ. Официантка попыталась предложить ей меню для хищниц, но нага вежливо отказалась, сообщив, что будет человеческую еду. Последнее замечание вызвало удивленный взгляд Мэдди, но студентка ничего не сказала. Через десять минут тарелки стояли перед ними на столе. Ни одна из девушек не была голодна, поэтому их заказ состоял в основном из соков, чая и сладостей.

— Итак, давай поговорим, Мэдди.

— Давай. Для начала скажи, откуда ты меня знаешь?

— Это не столь важно. Важно то, что мне нужна твоя помощь. Я хорошо за нее заплачу.

— А помощь будет заключаться в чем?

— Мой клан ищет определенные знания. Магические знания. Я хочу просмотреть магические книги из библиотеки нашей школы, но, как оказалось, у меня нет к ним доступа. Чтобы любую из них можно было хотя бы просмотреть в читальном зале, нужно быть студентом магического факультета. Ты учишься на таком факультете и регулярно заглядываешь в нужные мне книги. Принеси мне их, и я заплачу тебе пятьсот ангелов.

— Магические книги? Шаан, это не так просто, как кажется! За такое могут не просто отчислить.

— Тысяча.

У Мэдди отвисла челюсть.

— Ты можешь вот так просто взять и отвалить тысячу ангелов за посмотреть книги ?

— Я — богатая сучка. Ну, так что?

— Я. я не знаю.

— Тысяча двести, и я не превращаю твою жизнь в кошмар каждый день. Это мое последнее слово.

— Отказаться я не могу, да?

— Можешь, но. — Шаан наградила собеседницу пристальным взглядом, не предвещавшим ничего хорошего. — Ты можешь сейчас уйти и молчать о нашем разговоре, а можешь принести мне книги и получить тысячу двести — столько зарабатывают в Датиане за год, либо за два месяца на Охотничьих Землях, смекаешь?

— Годичный заработок за пару часов? Смекаю, конечно.

— Решайся.

Мэдди решалась больше пятнадцати минут, пытаясь пить сок и размышляя. Ее лоб морщился от мысленных усилий, время от времени она косилась на Шаан, сидевшую с непроницаемым лицом.

— Какие у меня гарантии, что ты не обманешь? — спросила она, наконец. — Что помешает тебе просто охотиться на меня и съесть, вместо того, чтобы заплатить?

Шаан ухмыльнулась, глядя на встревоженное напряженное лицо девушки. Медленно и неторопливо нага достала из внутреннего кармана своей куртки пару звякнувших металлом мешочков. Оглянувшись и убедившись, что в немноголюдном заведении никто не смотрит в их сторону, Шаан открыла защелки, заменявшие традиционные веревочные завязки, и принялась ме-е-едленно отсчитывать монеты по десять, двадцать пять и пятьдесят ангелов, откладывая их из одного мешочка в другой. Мэдди завороженно наблюдала за этим процессом и, заметив это, губы наги растянулись в улыбке. Отсчитав пятьсот ангелов, Шаан протянула Мэдди кошель с золотом.

— Задаток. Бери, — добавила она настойчиво, увидев, что девушка колеблется.

Мэдди протянула руку и взяла кошель, он приятной прохладной тяжестью лег ей в ладонь.

— Остальное завтра, когда покажешь книги. И после этого ты меня больше не увидишь и не услышишь.

Мэдди кивнула и потянула кошель к себе, но Шаан вдруг резко ухватила ее за запястья.

— Заложишь меня преподавателям, обманешь или выкинешь еще какой-нибудь конык — не проживешь и двух дней, понятно? — угрожающим шепотом прошипела Шаан. — Если я до тебя не доберусь прежде, чем меня отчислят, то мой клан точно позаботится, чтобы ты этим золотом подавилась.

— Я поняла. Какие книги нужны?

— Вот эти.

— Ого, — девушка пробежала глазами по списку, который Шаан дала ей. — Это. очень серьезные книги. У меня есть далеко не все из них. Некоторые мне даже не дадут.

— Почему?

— В твоем списке есть очень серьезные труды, поштучные копии которых хранятся в разных местах. В Сакуре такие книги не выдаются никому, кроме профессоров с письменного разрешения ректора школы. Некоторые из этих книг очень опасны, поэтому несанкционированный доступ к ним наказуем.

— Какой прок от магов, которые не читали нужных книг?

Мэдди пожала плечами.

— Нас учат не тому, что написано в этих книгах. Мы — артефакторы, зельевары, составители предсказаний, сотрудники лабораторий. Большая часть студенток даже не владеет магией.

— .

— Разве у тебя в группе нет хоть пары девушек, которые могут колдовать?

Шаан медленно кивнула, вспомнив про Нагису.

— И почему они не на магическом факультете? Да потому, что там не учат тому, что нужно им. Девушка с задатком магических сил часто может устроиться в жизни получше, если пойдет на специальность, не имеющую отношения к магии вообще. А природные способности ей поможет развить наставник-репетитор, нужные знания передадут семья или клан, включая фамильные секреты, вроде особенно могущественных заклятий.

— Звездец. Чем же вы занимаетесь там тогда?

— Ну, наша работа будет выглядеть так, например: при помощи долгих ритуалов в полнолуние заряжают почву, засевают особыми сортами травы, которая вырастает, неся в себе эссенцию магии. Эту траву собирают, сушат и перетирают в порошок, который затем используется для варки зелья, повышающего мужскую потенцию. Настоящей серьезной магии будут обучать только лучших из наших выпускниц в особых закрытых академиях.

Кажется, завтра я потрачу тысячу двести ангелов зря .

— Принеси те книги, которые сможешь достать. Я заплачу, как договаривались. Не подведи меня. И будь осторожна по пути в библиотеку. Тебе есть с кем пойти?

— Моя стая пойдет со мной.

— Не говори им ничего.

— Хорошо.

— Что ж, ты можешь идти. Встретимся здесь же завтра.

Мэдди кивнула и потянулась к сумочке за кошельком с бумажными кронами.

— Не нужно, — остановила ее Шаан, — я угощаю.

Мэдди ушла, а нага некоторое время сидела в раздумьях, перебирая свои записи. Осложнения в ее поиске появлялись одно за другим, что начинало раздражать. Шаан редко была терпелива в своих исканиях, если это не охота на живую добычу в лесах и джунглях. Там нага могла лежать в засаде по нескольку дней, если понадобится.

Всё уже сказано и сделано.

Все прекрасные песни уже спеты.

— София? — спросила Шаан, поднеся телефон к уху.

— Шаан, я готова возвращаться в общежитие, только стайка уже ушла.

— Что? А почему ты задержалась?

— Ну. Мы встретили. классных ребят и.

Шаан вздохнула. Ну, конечно, ребята. Она все еще забывала, что ее подопечная всего лишь молодая девчонка, у которой в жизни есть соответствующие интересы, а не только учеба.

— Я поняла, скоро буду. Жди меня возле входа, внутрь не заходи.

Сбросив вызов, Шаан помахала рукой официантке, требуя счет.

Когда Шаан прибыла к входу, было уже совсем темно. Две девушки взволнованно глянули на нее, когда нага подползла поближе.

— Вот и я, идемте, — Шаан начала двигаться в сторону Сакуры, но остановилась, осознав, что за ней никто не последовал. — Ну? Чего встали?

— Шаан, — заискивающим тоном начала София, — скажи, а можно Эрика пойдет с нами? Она тоже живет в общежитии, только в соседнем здании.

— Можно, не бросим же мы ее тут.

— И ты ее не. ну.

Шаан метнула на Софию гневный взгляд.

— Чего ну ? Говори прямо, не тяни!

— Ты же не съешь ее, правда? Эрика переживает и я тоже, ведь на территории школы у тебя есть право охотиться.

— Когда я решу начать охотиться и соберусь проглотить кого-то, София, то я точно не буду делать этого у тебя на глазах. Тем более ты вроде и так достаточно боишься меня, и дополнительная мотивация пока не требуется. Поэтому сегодня Эрика может пойти с нами, и я обещаю, что ничего ей не сделаю. Довольны?

София глянула на Эрику и та слегка кивнула, хотя взволнованное выражение не сходило с ее лица.

— Да, я верю вам, мисс Шаан.

— Тогда вперед, скоро спать пора, а мы еще тут топчемся.

Эрике понадобилось усилие воли, чтобы переступить через красную черту. Черта была почти невидима в темноте, но каждая девушка в Сакуре быстро училась шестым чувством знать, где она проходит, ведь черта разделяла два мира — спокойной жизни и разрешенной охоты. Правила охоты — закон, который никто и ничто не может отменить. Все обещания, договоренности, устные или письменные, не имеют здесь никакой силы. Ничто не помешает Шаан развернуться через двадцать-тридцать метров, обвить человеческую девушку своими кольцами, разделить свою челюсть, невероятно широко раскрыть рот и затолкать в него кричащую и плачущую Эрику, проглотив ее живьем.

Но Шаан упрямо ползла вперед, мерно покачиваясь из стороны в сторону, а София шла между ними, успокаивающе держа Эрику за руку. Но только когда дверь ее общежития закрылась за ней, второкурсница вздохнула с облегчением.

— Спасибо, Шаан, — искренне поблагодарила София, когда они остались одни.

— Ты знаешь, надеюсь, настанет день, когда ты будешь воспринимать мое поведение как должное, — улыбнулась Шаан, но, вспомнив свой разговор с мисс Кроуфорд, снова помрачнела. — Хотя, возможно, и нет.

Они благополучно добрались до собственного жилища, заперли дверь и опустили роллету. Шаан проверила монитор безопасности и с удовлетворением убедилась, что беспокоиться не о чем. Никому из них не хотелось есть, поэтому девушка и нага просто развалились на диване, включив телевизор на пару часов перед сном.

— Ну, давай, рассказывай, что там за парни? Я сгораю от любопытства!

— О? Это? Ну. — София смутилась и покраснела, вспомнив Маркуса и их общее веселье.

— Колись! — потребовала нага, легонько ткнув ее в бок кончиком хвоста.

Глава 7. Случайная охота

Шаан огляделась, чтобы убедиться, что находится в раздевалке одна. У их с Софией группы сейчас свободная пара. Стайки отправились на улицу или в кафетерий, хищницы отправились либо с ними, либо за ними, зорко высматривая, не отделится ли кто от своих одногруппниц по какой-то причине. Шел обычный день в обычной Сакуре, как и всегда.

Шаан решила воспользоваться тем, что их корпус будет практически безлюден и ускользнула из группы, чтобы поставить еще несколько датчиков, расширяя площадь наблюдения. Она была уверена, что многие заметили ее уход. Вчерашние приключения Добыча обсуждала вполголоса, но нага все слышала. Девушки перемыли все косточки вчерашним парням, хихикая и отмачивая шуточкиа, а Эрика рассказала, как София и Шаан провели ее по территории. Непонятно, на что она рассчитывала, но этот подвиг не встретил понимания у стайки.

— Спятила, ты просто спятила! — твердила Виктория, Шауна качала головой, а остальные просто взволновано перешептывались. Слова Эрики не прибавили доверия к наге, и Шаан знала, что на нее будут, как и прежде, смотреть с опасением и страхом.

Плевать! — решила нага, доставая из кармашка очередной шарик-камеру.

Покрутив его в руках, она задумалась ненадолго. Желание защитить Софию приобретало слишком широкий размах. Не становилось ли это навязчивой идеей? Действительно ли нужно придавать такое значение тому, выживет эта девушка или нет? Шаан вспомнила сегодняшнее утро. Пока София возилась на кухне, нага быстро просмотрела вчерашние записи камер, включавшихся при срабатывании датчика движения. И на одной из них наблюдала во всей красе, как прошла успешная охота у одной из кошек со второго курса. Как открылась дверь пустого помещения, и огромная нэко, обернувшаяся в верформу в два раза больше своего обычного размера, втащила внутрь отчаянно, но напрасно сопротивлявшуюся девушку. Не шелохнувшись, Шаан смотрела, как нэко одной рукой зажимала ей рот, а другой срывала одежду и как затем проглатывала ее живьем: рот и глотка хищницы в верформе становились такими же эластичными, как у змей. Закончив свою страшную трапезу, нэко собрала одежду и с трудом вышла из комнаты, ее раздутый живот колыхался, жертва внутри отчаянно барахталась, тщетно пытаясь вырваться. Но это был ее конец. Нэко ускользнет куда-нибудь, чтобы отоспаться и переварить свою добычу, ускоренный метаболизм буквально к концу дня переработает человеческое тело в питательные вещества, равномерно распределив их по поверхности тела. Огромный живот пропадет, и можно будет сбросить верформу, превратившись обратно в милую кошкодевочку с хвостиком и симпатичными ушками. И никто ничего не узнает, кроме Шаан. Нага смотрела на экран, ее глаз нервно дергался, а в висках гулко стучала кровь. Страх за Софию смешивался с возбуждением и азартом, древний инстинкт бушевал, стремясь вырваться из-под контроля.

Она очнулась, когда София позвала ее завтракать, и нажатием пальца отключила просмотр. На кухне София улыбалась и опять щебетала про вчерашнюю прогулку, про то, как она благодарна за помощь Эрике и прочие глупости. Но Шаан, пребывая в дурном расположении духа, наорала на нее из-за какой-то мелочи, и на занятия они шли почти как обычно — мрачная насупленная нага и ее надувшийся от обиды питомец.

Шаан оторвалась от тревожных воспоминаний, снова вернувшись в реальность.

Нет, только не ты! Ни за что! Шариков у меня много, а София только одна!

Она толкнула дверь раздевалки и заползла внутрь. В прошлую пятницу здесь встретили свой конец сразу три девушки, а из хищниц опознали только Умбру. Еще двоих так и не раскрыли, а Черная Мамба никому ничего не скажет, она скорее умрет, но не сдаст своих подельниц.

Найдя подходящее место на потолке, откуда предполагался хороший обзор, Шаан поднялась вверх на своем хвосте, воткнув острие крошечной камеры в мягкий пластик навесной панели. Прозрачный шарик, в котором вращался объектив высокого разрешения с датчиком движения и режимом ночной съемки, будет записывать происходящее на встроенную память и передавать информацию раз в сутки, либо в постоянном онлайн режиме, используя антенну, встроенную в крепежный штырь.

Опустившись, Шаан проверила работоспособность камеры со своего наруча. Маленький экран показывал картинку, значит, камера работала. Нага уже собралась уходить, когда уловила вибрации пола — кто-то шел по коридору за стеной торопливым шагом. Снова глянув на свой наручный монитор, Шаан увидела в объективе одной из камер спешащую девушку. Она регулярно оглядывалась назад, проверяя, нет ли слежки, но практически не смотрела вперед, завернув за угол не убедившись даже, что за ним ее никто не ждет.

Шаан почувствовала, как нарастает возбуждение. Девушка свернула как раз в тот коридор, который вел к раздевалке, где она сейчас находилась. Перед глазами вставала увиденная утром сцена поглощения добычи. Шаан тряхнула головой, отгоняя видение, но оно никак не хотело уходить. Сердце наги учащенно заколотилось, а рот вдруг наполнился слюной, которую она нервно сглотнула.

Уходи , — мысленно взмолилась она к добыче, — Не входи сюда, не искушай меня .

Но ее мольба оказалась напрасна. Шаги раздались уже буквально за дверью, и Шаан нырнула в угол помещения, свернувшись там в клубок. Дверь резко отворилась, и девушка вошла в комнату, даже не заглянув в нее предварительно, иначе увидела бы притаившуюся в углу опасность.

Идиотка!

Нага распрямилась в резком рывке, выбросив свою верхнюю человеческую половину вперед. Уловив движение краем глаза, девушка успела повернуться, но и только — Шаан врезалась в нее словно несущийся по трассе грузовик, прижав к шкафчикам и зажав рот рукой. Прежде, чем жертва смогла что-то предпринять, Шаан подтянула свой хвост и несколько раз обвила его вокруг тела пойманной добычи.

Только когда жертва оказалась плотно схвачена по рукам и ногам, не имея возможности позвать на помощь, Шаан принялась рассматривать, кого же она собственно поймала. И с потрясением узнала собственную одногруппницу.

Нага с трудом вспомнила имя девчонки — Меррил. С первого дня две недели назад они практически не пересекались и ни разу не разговаривали. У Меррил была своя стайка, где-то пять-шесть девчонок, с которыми она ходила.

Черт, черт, черт! Ну почему из нашей группы?

Девушка слабо трепыхалась, стараясь вырваться из железной хватки чешуйчатых колец. Она пыталась мотать головой, в надежде вывернуться из-под зажавшей рот ладони и закричать.

— А ну прекрати дергаться! — зашипела Шаан ей в ухо, плотнее прижимая к ряду шкафчиков.

Осознав бесполезность своих усилий, та прекратила вырываться.

— Сейчас я уберу руку, и мы поговорим. Но, если ты попробуешь заорать, то тебе капец! Поняла?

Меррил кивнула, уставившись на хищницу дикими глазами.

— Итак, почему ты здесь совсем одна, м?

— Я только на минутку вернулась за своими вещами, только и всего! Пожалуйста, Шаан, отпусти меня!

При звуке своего имени по телу наги словно пробежал разряд.

Ты помнишь, как меня зовут .

— Ты спятила? Идти одной в Сакуое вообще куда угодно? Чем ты думала?

— Я. Я была осторожна! Я все время проверяла, чтобы за мной никто не шел!

— Да? Ну, и так как же получилось, что мы с тобой оказались вот в таком положении? Когда ты вся такая здесь передо мной, сидишь в моих кольцах и. так. вкусно пахнешь.

В последние слова Шаан хотела вложить издевательский сарказм, но запнулась, ведь Меррил действительно хорошо пахла молодым и здоровым девичьим телом, отчего снова пришлось сглотнуть набравшуюся в рот слюну. Шаан постаралась сделать это незаметно, но слишком нервничала, и скрыть ее волнение не получилось.

— Не надо! Пожалуйста! Отпусти-и-и, — девочка заскулила от охватившего ее ледяного ужаса.

— Надо, Меррил, надо, — с сожалением ответила Шаан, — мне тоже нужно кушать. Прости.

Губы наги разошлись, ее грустная улыбка исчезла, сменившись провалом огромного рта. Складки между губами, спрятанные до этого за щеками, растянулись невероятно широко, когда могучие мышцы потянули челюсть вниз, отсоединив ее от черепа. Шаан нависла над добычей, слюна капала с ее губы, запах бил в нос, инстинкты захватывали ее все больше и больше. Из последних сил сохраняя рассудок, Шаан пыталась оценить свои действия.

Я должна это сделать! Это законно, по правилам. Если я не сделаю, то в понедельник мисс Кроуфорд придумает еще какую-нибудь гадость для нас с Софией, а я не могу этого позволить. Меррил сама виновата! Сама отдала себя мне. А теперь она просто еда, моя законная добыча.

Пока хищница колебалась, забыв обо всем, кроме собственных мыслей, Меррил воспользовалась последним шансом, что у нее был — она завопила. Очень громко, до боли в голосовых связках, надеясь, что хоть кто-то ее услышит и позовет преподавателей на помощь.

Ее вопль вывел Шаан из ступора, и, резко наклонившись вперед, нага накрыла голову Меррил своим широко раскрытым ртом.

Чпок! Вопль превратился в задушенное мычание, когда лицо жертвы оказалось вдавлено в покрытый слюной язык. Рецепторы тут же впитали вкус человеческого тела, посылая в мозг хищницы импульс, от которого мышцы наги рефлекторно сократились, и кольца сдавили трепыхавшуюся жертву сильнее. Шаан замычала, сначала удивленно, затем от удовольствия. Она забыла обо всем на свете, отдавшись восхитительному ощущению поглощения живой трепещущей добычи. Сопротивление только усиливало хватку колец, инстинкт, казалось, давно забытый и похороненный, диктовал решительные действия. Шаан сильнее наклонилась вперед, и голова Меррил проскользнула в ее рот целиком, растянув глотку, чьи мышцы отозвались собственным спазмом удовольствия.

Прикрыв глаза, нага кайфовала, наслаждаясь поеданием. Последняя связная мысль, промелькнувшая где-то на краю сознания, была о том, что мисс Кроуфорд все же оказалась права. И эта мысль обожгла Шаан, словно пламя.

— Когда ты собираешься ее съесть, наконец?

СУКА!

Шаан замерла, мгновенно приходя в себя. Она осознала, что Меррил уже не вырывается, безвольно вися в ее кольцах. Шаан почувствовала на языке соленый привкус.

Это. слезы .

Простые человеческие слезы отчаяния. Она даже расслышала полузадушенные всхлипы из собственной растянутой глотки. Феерические ощущения исчезли, сменившись стыдом и отвращением к самой себе. Возбуждение погасло, оставив только боль в растянутых мышцах.

Я. не могу. Так нельзя! Это не выход!

Ухватив девушку за плечи, Шаан потянула, вытягивая ее голову из своей глотки, затем изо рта. Оказавшись на свободе, Меррил задышала, хватая ртом воздух.

— Если заорешь еще раз, мы тут же продолжим, поняла?

Добыча отчаянно закивала. Шаан чуть ослабила хватку колец, потащила девушку в сторону душевых и отвернула кран у раковины для рук.

— Умойся.

Трясущимися руками Меррил принялась смывать слюни со своего лица и длинных каштановых волос. Прическа была растрепана, и Шаан пришлось извлечь из сумки добычи косметичку, достать расческу и кое-как привести волосы Меррил в порядок, а также смыть потекшую косметику. Через некоторое время Меррил стала походить на нормального человека.

— Ладно, на этот раз я тебя отпущу. Но знай, если раскроешь меня — я тебя со свету сживу. Ни перед чем не остановлюсь, поняла? Молчи как рыба о том, что здесь между нами произошло! Ни полслова преподавателям или другой добыче!

— Я буду молчать, никому не скажу!

Девочка едва шептала, вероятно, все же сорвав голос. Шаан смерила ее подозрительным взглядом и решила поверить в ее искренность. Если она не готова ее съесть, то что еще остается?

— Потом все тело будет болеть от моих колец, — пообещала нага. — Что-нибудь болит прямо сейчас? Ни одна кость не сломана?

— Нет.

— Ладно, тогда идем. Я выведу тебя из корпуса.

Они прошли по пустым коридорам, наге приходилось поддерживать девушку, у которой начался шок — ее ноги подкашивались, она плохо реагировала на окружающее и не делала попыток вырваться.

На выходе из здания они наткнулись сразу на несколько групп первокурсниц с преподавателями, включая группу 1а, в которой вместе учились. Шаан чертыхнулась при виде десятков уставившихся на них одногруппниц: Виктория, Шауна, Рина, Амелия, Нагиса, Джаана, Кинзе и другие. Больнее всего резанул взгляд Софии — стеклянный, с застывшим в глубине зрачков страхом.

— Скажешь что-то — убью, порву прямо у всех на глазах, — шепнула Шаан, усаживая девушку на лавочку.

Студентки сгрудились вокруг них полукольцом, слушая, как мисс Кроуфорд переговаривается с пострадавшей. Ванесса, помогавшая вести группу, внимательно посмотрела на Шаан, встретившись с ней взглядом и Шаан, не выдержав, отвела глаза.

— Мисс Меррил, вы видели, кто напал на вас? — спрашивала мисс Кроуфорд.

Шаан напряглась, но Меррил лишь отрицательно помотала головой.

— А вы видели, мисс Шаан?

— Нет, не видела. Думаю, мое появление спугнуло нападавшую.

— Ладно. Ванесса, отведи группу на следующую пару, а я провожу Меррил сначала к медсестре, а потом к общежитию. На сегодня я вас отпускаю, мисс Меррил, можете отдыхать. Поздравляю с чудесным спасением, — елейным тоном сказала мисс Кроуфорд, одарив Шаан пристальным взглядом.

— Так, шоу закончилось! — принялась командовать Ванесса, когда куратор и пострадавшая студентка отправились прочь, — обсуждать будете потом, а сейчас — марш на занятия!

Оставшиеся до конца дня пары прошли как обычно. Шаан так и не вызвали в деканат, и нага сидела на своем месте, хмуро, но методично записывая лекции и выполняя работу на практических занятиях. Все с интересом косились на нее — и хищницы, и добыча. Ведь это же такая интрига! Обычно хищницы либо не раскрыты, и ты не знаешь, охотятся они или нет, или уже занесены в списки действующих, и тогда никакого удивления новости о том, что они кого-то съели, не вызывают. Здесь же ситуация была совершенно непонятна.

— Это она, точно вам говорю! — разорялась Виктория на длинном получасовом перерыве между парами. — Видела, Эрика? Шаан чуть не сожрала ее, только что-то случилось по дороге, и ей пришлось прерваться. А ты и София просто идиотки, что верите наге!

— Она не такая, — монотонно твердила София, не веря собственным словам, а Эрика подавленно молчала.

— Мы и так держались от нее подальше, как и от прочих хищниц, — рассудительно сказала Шауна. — Это самый верный способ. Какая бы она ни была, ты не узнаешь этого, если не будешь связываться с хищницей без нужды.

Эрика кивнула, вынужденная согласиться с мнением большинства, тем более, что подозрение действительно падало на зеленую нагу. София же подавленно промолчала, угрюмо размышляя над произошедшим. Девушка украдкой поглядывала в сторону Шаан, которая не отрываясь смотрела в свои тетради. Рядом сидела бледная Диана, стараясь не привлекать внимания хищницы, которая, как рассуждала Диана, будет только еще больше голодна после неудачной охоты.

— Это правильные мысли, — подтвердила Рина, — вот и я все думаю, как сделать так, чтобы отсесть за другую парту от Софии. Мало ли что взбредет в голову ее хозяйке!

София смолчала на обидные слова. Ведь действительно, разве не так обстоят дела? Шаан правит у них дома по праву силы, обладая возможностью превратить Софию в кучу навоза, если захочет. Каждый раз, как у них что-то начинало походить на нормальные отношения, София грезила, что сможет подружиться с грозной нагой, но реальное положение вещей напоминало о себе оглушительным ударом.

Мэдди тихонько пила шейк через трубочку, исподлобья поглядывая на Шаан. Сидевшая напротив нага методично перелистывала принесенные талмуды, сканируя каждую страницу каким-то устройством. Из длинного списка из двадцати четырех книг, Мэдди достала восемнадцать, что было, в принципе, неплохо. Но шесть оставшихся самых ценных книг не выдавались на руки студентам. Только маги-профессора с разрешения ректора могли получить к ним доступ, чтобы проводить в удаленной лаборатории свои эксперименты.

— Ты все сделала хорошо, — сказала вдруг Шаан, не отрываясь от сканера. — Я уже почти закончила. Вот остаток обещанных денег. Пересчитай.

Мэдди взяла брошенный нагой на стол кошель, туго набитый золотыми монетами, и послушно принялась пересчитывать содержимое. Она уже поняла, что с Шаан лучше не спорить, и тогда останешься в добром здравии. Сумма оказалась именно такой, какой и должна — семьсот ангелов. С учетом пятисот ангелов задатка, Мэдди получила за свой поступок одну тысячу двести золотых монет. Это неслыханные деньги для студентки из обычной человеческой семьи.

— Что теперь?

— Я уже закончила копировать страницы. Твоя задача завтра же вернуть книги в библиотеку. Никому ничего не говори. Вообще ничего! Любая информация может привести к тому, что тебя могут поймать на вранье. Просто отдай деньги, скажи спасибо и все. Вот мой запасной номер телефона.

Шаан протянула листок бумаги с записанными на нем цифрами.

— Сохрани его в своем телефоне и подпиши как-нибудь, но только не моим именем. Если когда-нибудь в твоем присутствии зайдет речь о книгах и библиотеках. позвони мне сразу же, ты поняла?

— Да.

— Хорошо. Как я и обещала, я больше не потревожу тебя. Приходить к тебе, и обращаться с такой просьбой было не совсем правильно, но у меня не было выбора.

— Ты ведь все равно не получила всех книг, которые хотела?

— Это уже не твоя забота, Мэдди. Просто держи язык за зубами и все будет хорошо. Прощай.

— Прощай, Шаан.

Девушка сложила в баул все восемнадцать книг, тщательно проверив наличие каждой, затем встала из-за столика и покинула кафе.

Шаан осталась сидеть за столиком, размышляя. Для Мэдди сделка была выгодна — с полученных денег она сможет помочь своей семье оплатить налог на гражданство. А это значит, что ее родителям, братьям и сестрам не придется рисковать, отправляясь на работу за пределы города, в Охотничьи Угодья. Это шанс прожить еще год, не трясясь за свою шкуру. Когда Мэдди поняла, что Шаан не нужна ее плоть, а только те книги, что она может достать — согласилась сразу же. Таким способом к сотрудничеству можно привлечь довольно большое число горожан, сделав из них послушных марионеток, готовых выполнить любую посильную прихоть.

Нага достала телефон и принялась набирать текстовое сообщение:

Кому: НочнаяТень; ХолодноеПламя.

Получила, но не все. Осталось шесть. Указания? И дайте еще шариков .

От: НочнаяТень.

Оставайся на месте, продолжай искать доступ к шести.

З.Ы. Ты, что, жрешь их там, что ли?

Кому: НочнаяТень.

Сегодня не смогла сожрать одногруппницу — буду жрать теперь шарики, да .

От: НочнаяТень.

ыыы

Даже через бубнеж новостной программы из телевизора София услышала, как поднимается роллета и звенят ключи в дверном замке. Девушка вскочила с дивана, опрокинув лежавший на коленях ноутбук. Она встала посреди зала, взволнованно дыша.

Шаан появилась в дверном проеме и соседки по квартире уставились друг на друга. Пристальный немигающий взгляд потихоньку лишал Софию душевного равновесия.

— П-привет, — пискнула она, собрав остатки смелости. — Я. Я на кухне ужин тебе приготовила. Твое любимое.

— Спасибо.

Через пару минут на кухне Шаан медленно и задумчиво жевала приготовленное Софией угощение, поглядывая на нервно суетящуюся человеческую девушку. Эта нервозность не укрылась от ее взгляда.

— Ну? Все? Будем теперь бояться меня, да? Спать начнем в разных комнатах? А ведь говорила, что примешь это, — в голосе наги слышались горечь и обида, отчего Софии стало стыдно.

— Я стараюсь! Прости, пожалуйста, просто мне нужно совсем немного времени, чтобы привыкнуть.

— А ведь я ее еще даже не съела, — хмыкнула Шаан.

— Спасибо тебе за это.

— Не за что. Ты же понимаешь, что это не навсегда? Что однажды все равно это случится? Что я приду вот так, а через чешую хвоста будет проступать человеческий силуэт. Что тогда?

— Мне будет очень страшно. Я думала, что я храбрая, что смогу справиться со страхом. Но на самом деле я просто глупая.

— Горе ты мое. Меррил разболтала? Или ты сама догадалась?

София отрицательно помотала головой.

— Догадалась. Многие догадались, Шаан. Не знаю, рассказала ли Меррил мисс Кроуфорд, но в группе она не сказала никому.

— Если бы она стукнула преподавателям, то я бы уже пояснения в деканате давала. А завтра все старосты объявили бы своим группам о занесении меня в список действующих. И моя жизнь превратилась бы в мучение. Мне категорически нельзя попадать под надзор.

— Тогда почему ты не. съела ее, — рискнула спросить София. — Ты ведь не могла быть уверена, что она тебя не раскроет.

— Она заплакала.

— Заплакала?

— Да! — сказала Шаан и добавила с сарказмом. — Перед тобой грозная хищница, которую можно разжалобить слезами, София.

— О. Спасибо, что ты не. Меррил хорошая девушка.

— Но не приспособленная к Сакуре, как и ты. Большинство людей, которых жрут хищники — хорошие. Но если ты спросишь любую хищницу, то они ответят тебе что-то вроде кого-то же надо есть . Как проще был бы устроен мир, если бы в нем было полно мучающих котят подонков, которых можно глотать без угрызения совести, правда?

— Ха-ха, это да.

Девушки поужинали, сделали свои домашние задания и немного посидели перед телевизором с ноутбуками на коленях и хвосте. Страх потихоньку отпустил Софию, и они уже непринужденно беседовали, пока не настало время ложиться спать.

— София.

— Да?

— Раз все всё поняли, то и мисс Кроуфорд тоже. Я облажалась у нее на глазах. Я не только не охотилась, но даже когда добыча сама шла ко мне в глотку, я сплоховала — не стала есть. Этим я пошла против желания преподавателя, а значит, в понедельник будут последствия. Будь морально готова. Я тебя не брошу, чтобы ни случилось.

— Я буду готова. Спасибо, Шаан. Я. доверяю тебе.

Со стороны кровати Шаан послышался тяжелый вздох.

— Овца всю жизнь боялась волков, а съел ее пастух.

— Ч-что?

— Ничего.

Через пять минут.

— Что ты там крутишься? Спи, блин!

— Я пытаюсь придумать, что мне говорить завтра, когда все в группе начнут выпытывать, узнала я что-нибудь или нет.

— Хотят что-то узнать — пусть спрашивают у меня! А ты шли всех нахер.

Глава 8. Последствия

Отряд рейнджеров двигался по своему обычному маршруту патрулирования на краю Охотничьих Угодий. В их задачу входил поиск браконьеров, которые вылавливали больше добычи, чем требовалось для личного пропитания, а также останавливать хищников из Диких Земель, которые не были гражданами города и не платили налог за право охотиться на Добычу. Сами рейнджеры состояли исключительно из хищников. Устав запрещал им охотиться на подопечных, Зеленых и Желтых, приезжавших работать в полях и фермерских хозяйствах, а также на многочисленных предприятиях, разбросанных вокруг Датиана. Свою потребность в охоте рейнджеры удовлетворяли за счет пойманных браконьеров. Их добычей являлись другие хищники.

Отряд, шедший в нынешнем патруле, был почти в два раза больше обычного. В последние месяцы нарушения в Охотничьих Угодьях значительно участились. Все больше и больше хищников из Диких Земель набирались смелости пересекать границу владений Защитника, даже зная, что опытные тренированные рейнджеры во всем превосходят их, и что в случае поимки нарушителей ждет смерть. Командование рейнджеров пока не придумало, как справиться с возрастающим потоком проблем и даже не могло определить причину подобного поведения диких.

Пока прения по этому вопросу продолжались, в качестве первой меры противодействия патрули были усилены, что вызвало недовольство личного состава. Бойцы ворчали и огрызались друг на друга, заранее конкурируя за право получить пойманного преступника, а количество и жесткость вынесенных дисциплинарных взысканий зашкаливало. Со временем оказалось, что в новых условиях преступников хватит на всех, даже усиленные патрули ловили достаточно браконьеров, чтобы прокормить весь свой личный состав. Хищники-рейнджеры хорошо питались, и боевой дух подразделения был высок как никогда. Только вот начальство хмурилось, да ветераны качали головами. Увеличение количества диких означало миграцию оных откуда-то еще, а это, в свою очередь, предвещало беду, которая согнала их с собственных угодий, вынуждая нападать на Охотничьи Земли Датиана.

Умгал, вервольф и командир патруля, вел свой отряд, внимательно осматривая территорию. Дикие, проникавшие в Угодья поодиночке, парами или маленькими группками и предпочитавшие бежать, а не сражаться, быстро закончились, и в последнее время стали встречаться действительно опытные и опасные противники, организованные и готовые к драке не на жизнь, а на смерть. В любой момент отряд могла ждать засада, ловушка или отравленные стрелы из кустов. Враги знали: именно рейнджеры отделяют их от охраняемых поселений Зеленых и Желтых, и чужаки всячески старались, чтобы стан защитников хорошенько поредел. Это война, скрытная и подлая, но самая настоящая. Пока что командование держало ситуацию под контролем, имея достаточно бойцов, чтобы замещать потери и усиливать свое присутствие на границах с Дикими Землями. Однако эскалация конфликта продолжалась.

Вдруг до ушей Умгала, мгновенно вставших торчком, донесся громкий звук. Впереди и слева, со стороны Диких Земель, кто-то, не скрываясь, ломился сквозь чащу леса, шурша кустами и ветвями. Умгал подал знак, и рейнджеры двинулись вперед. Половина отряда расположилась полукругом на пути у нарушителя, готовая броситься на него, а вторая половина распределилась в тылу. Если неизвестный окажется всего лишь приманкой, посланной, чтобы отвлечь на себя рейнджеров, то может последовать основная атака от крадущихся следом браконьеров. Тогда-то второй отряд и должен будет вступить в бой, обрушившись на противника. А чтобы помощь не задержалась, отделение своего основного соперника, сержанта Гедеона, Умгал взял с собой, не желая вводить того в искушение опоздать в решающий момент и стать лейтенантом. Разумеется, когда командир погибнет. И Умгал, и Гедеон относились к Золотой категории, однако в своих верформах легко могли потягаться с Оранжевыми. Решительность, ум, смекалка и боевые способности позволяли им командовать даже Оранжевыми товарищами, большинство из которых безоговорочно признавали их авторитет. Соперничество длилось уже довольно долго, но пока ни одному из них не представился шанс окончательно обозначить свое главенство. Хуже того, поскольку борьба между хищниками за первенство в стаях не прекращалась никогда, Умгалу и Гедеону часто приходилось объединяться и полагаться друг на друга, когда они сталкивались с кем-то, кто мог угрожать позиции обоих командиров.

Нарушитель приближался, и наконец вывалился из зарослей. Умгал с удивлением рассматривал его. Это оказался обычный кобольд из Диких Земель, одетый в кустарного производства штаны из шкур животных и старую потрепанную куртку с заплатами. Он был тяжело ранен и шел из последних сил, покачиваясь. Рука, оторванная по локоть, перетянута жгутом, множество рассечений, рана в боку.

Гедеон удивленно присвистнул и Умгал раздраженно зашипел на него, требуя не выдавать присутствие рейнджеров.

— Да ладно тебе! Смотри, он на ладан дышит. И он точно не приманка, скорее сам от кого-то убегает.

Скрепя сердце, Умгал был вынужден согласиться. Он подал знак, и Гедеон проревел приказ. Отделение ринулось вперед, выскакивая из кустов перед бредущим кобольдом. Тот даже не стал сопротивляться, остановившись и буквально рухнув на землю. Половина отделения прошла дальше, чтобы убедиться, что за нарушителем никто не следует. Умгал, Гедеон и еще пара рейнджеров остались, чтобы осмотреть пойманного.

— Плоховат улов, — поморщился Гедеон, — весь в ранах и крови. Будет противно во рту.

Тяжело дышащий кобольд с трудом разлепил свои челюсти.

— У меня. родные в Датиане, — хрипло сообщил он, — они заплатят.

Да, так иногда бывало. Если кому-то из диких удавалось устроиться в городе, они могли выкупать своих, если тяжесть преступления не была слишком велика. Так рейнджер мог получить больше денег, чем стоила добыча. Впрочем, по поводу этого конкретного дикаря у Умгала были сомнения. Кто захочет платить за однорукого калеку?

— Что случилось? Кто сделал это с тобой?

— Демоны, — прошептал кобольд прежде, чем потерять сознание.

Умгал и Гедеон переглянулись. Они не были дураками и оба подумали об одном и том же. Защитниками Датиана и нескольких других Безопасных Зон на западном конце континента были ангелы. Они регулярно враждовали с демонами, чьи Безопасные Зоны находились на востоке. Шаткое перемирие позволяло сосуществовать, но если за миграцией диких стоят демоны, то это совсем неспроста.

— Похоже, демоны напали на его деревню или группу, а ему удалось сбежать. Командование должно услышать об этом и иметь возможность допросить его в качестве свидетеля. Окажите ему медицинскую помощь — возьмем его с собой.

— Эй, Умгал, — радостно окликнул лейтенанта Гедеон, — это же будет первая ценная информация по тому беспределу, что у нас здесь творится! Как думаешь, за его поимку мы получим повышение?

Пока рейнджеры возились с раненым, Умгал хмуро размышлял. Как и Гедеон, лейтенант позволял себе думать о вещах, о которых по званию ему думать было не положено. Так он мог лучше ориентироваться в происходящем и повысить шансы на выживание себе и своим рейнджерам. А также, благодаря осведомленности, часто замечал возможность выслужиться перед начальством, приближая свое следующее повышение. Сейчас предчувствие беды полностью захватило Умгала, в голове вновь и вновь эхом слышалось то слово, которое произнес раненый кобольд: Демоны .

В понедельник Шаан и София вели себя очень внимательно и осторожно, не зная, какой именно подвох может устроить им преподаватель по истечению ультиматума. Они держались поближе друг к другу на всех занятиях, никуда не отлучаясь из группы без нужды.

Меррил уже присутствовала на парах, немного отойдя от шока за выходные. Но каждый раз, встречаясь с Шаан взглядом, человеческая девушка менялась в лице, а ее тело сотрясала мелкая, едва заметная дрожь. Она избегала нагу, пытаясь затеряться в своей стайке и, в конечном итоге, когда на одной из перемен добыча собралась вместе, София сумела переговорить с ней.

— Привет, — неуверенно начала София, не зная, как разговаривать с той, кто пострадала от внимания ее соседки по комнате, — ты как? Чувствуешь себя лучше?

Меррил в ответ глянула испуганными глазами.

— Все хорошо, все отлично! Я никому ничего не говорила, честно-честно, — взволнованно залепетала она.

Хотя их со всех сторон кольцом окружали другие девушки, которые слышали каждое слово, никто не придал значения этим неловким оправданиям. Все в группе и так были уверены в том, что это Шаан атаковала Меррил, посему добыча благоразумно предпочитала избегать зеленую нагу так же, как и других хищниц. А пока Меррил открыто не обвинит Шаан в нападении, нага остается вне списка.

Разница состояла в том, что при официальном занесении в список, за хищницей устанавливался соответствующий надзор со стороны администрации: нельзя отлучаться без разрешения, любая подозрительная активность сразу же вызывает живейший интерес преподавателей или дежурных по этажам. В случае, если преподаватель оглядывалась и вдруг не обнаруживала действующей в поле зрения, начинались звонки на телефон с требованием вернуться или розыск. В таких условиях вести охоту становилось намного труднее. Раскрылась — страдай.

Свободным же хищницам было проще. Иди, куда хочешь, делай, что пожелаешь. Только на глаза не попадайся с полным брюхом. На обширной территории и в многочисленных корпусах можно было найти множество мест, чтобы отоспаться, и многие хищницы даже обустраивали постоянные логова. На краю школьной территории существовал специальный хостел, вход в который осуществлялся по студенческому бейджику-карте. Там, будучи в полной безопасности, хищницы могли провести неограниченное количество времени, переваривая добычу. Об этом знали только персонал самого хостела и ректор школы, господин Гидеон Брандт, у которого был туда доступ, но пришедших в хостел хищниц не раскрывали; считалось, что охотница успешно скрылась , если достигала его дверей незамеченной.

Опытные преподаватели, среди которых были и хищники, легко замечали охотниц среди нераскрытых по различным очевидным признакам. Но Правила созданы для того, чтобы задавать условия учебного процесса для девушек, изучающих свое наследие, а не чтобы по-настоящему препятствовать охоте и раскрывать хищниц. Подобное буквальное толкование Правил и приводило к гримасам бюрократии вроде подселения Софии к Шаан, когда злой умысел доказать трудно.

— Ты прости мою соседку, если что, — попробовала утешить девушку София. — Мы с ней поговорили, и я уверена, что она больше не будет так делать, поэтому тебе не обязательно бояться ее. Она не будет специально за тобой гоняться.

— Спасибо, — Меррил даже испустила облегченный вздох.

— Кстати, София, ты так и не рассказала, о чем же таком ты говорила с Шаан? — спросила Виктория, сгорая от любопытства. — Она хотя бы тебе поведала, что случилось?

— А какая разница? Все вокруг и без того уверены, что знают всё о том, что произошло.

— Знают, да не всё! Например, почему Меррил все еще с нами, а не лежит куском мяса у Шаан в хвосте?

— Виктория! — воскликнула Эрика, заметив, как Меррил снова начала вздрагивать. — Следи за языком! Ну должно же быть хоть какое-то чувство такта!

Виктория равнодушно пожала плечами.

— А что, вы за третью неделю еще не привыкли? Когда Умбра появляется со вздутием на хвосте, которое еще и шевелится, вроде бы никто больше в обморок не падает. Видели, как преподаватели и другие хищницы к этому относятся? Если девочку съели — она теперь просто еда, даже если они с ней разговаривали пять минут назад или планы строили на будущее.

— Мы не преподаватели и не хищницы, — раздраженно ответила Эрика. — Это ведь нас могут съесть, в том числе и тебя. Будь добра, проявляй хоть немного уважения и сочувствия к тем, кому чудом повезло спастись.

Пока они спорили, София вдруг крепко задумалась. Слова Виктории заронили в ее сердце новый леденящий страх. Если ее, Софию, все же съедят, как Шаан к этому отнесется? Просто выкинет ее из головы потому, что она теперь обычная еда? Была соседка, а стала котлетка.

— Ладно, ладно! — отмахнулась Виктория от Эрики и поддержавших ее остальных девушек стайки. — Ну, София, так что же Шаан тебе сказала?

— Сказала, чтобы те, кто хочет что-то узнать, спрашивали ее сами. Только наедине, где-нибудь в укромном уголке, — злорадно ответила София, глядя, как вытягивается лицо Виктории под смешки одногруппниц.

— Не, ну нафиг, я лучше обойдусь.

Шаан, Нагиса и Ванесса со стороны наблюдали за тем, как девчонки щебечут друг с другом. Остальные хищницы в лекционной аудитории не обращали на добычу внимания, ну, или делали вид. Однако у каждой из трех наг был свой интерес. Две из них следили за своими питомцами. Помимо Софии, где-то недалеко тусовалась и Амелия: веселая девушка легко заводила подружек и состояла сразу в нескольких кружках и клубах. Невзирая на это, у нее не было своей стайки — постоянное присутствие рядом Нагисы и нескольких других хищниц отпугивало потенциальных партнерш. Ванесса же во время своих свободных пар помогала присматривать за порядком среди первокурсниц.

— И все же, почему, Шаан? — лениво спросила Ванесса, отклонившись назад и оперевшись локтями на подоконник.

— Говорю же вам, я только спугнула хищницу.

— Ну, допустим. А почему ты не сделала дело вместо нее? Та хищница точно не стала бы звать преподавателей.

Нагиса с интересом прислушивалась к этому разговору, переведя взгляд на Шаан и ожидая ее ответа.

— Не захотела, — отрезала Шаан. — И не спрашивай почему, у меня свои резоны.

— Это из-за Софии, да? Ты переживала о том, что она подумает? А почему тебе так важны ее чувства? Вы, что, спите вместе?

Нагиса прыснула, но тут же замолчала, заметив, какой жгучий взгляд метнула Шаан на рыжую нагу.

— Вместе, ага. В одной комнате.

— А в одной кровати?

— Ты на что намекаешь? — прищурилась зеленая.

— Просто пытаюсь понять мотивы твоих действий.

— С чего ты вообще взяла, что девушки меня привлекают. в этом смысле?

— А почему нет? — Ванесса пожала плечами. — Многие хищницы становятся бисексуалками.

Шаан уставилась на нее. Выражение Да ладно! легко читалось у нее на лице. Нагиса захихикала и покраснела.

— А что такого? — спокойно ответила рыжая. — Мы все так жаждем молодых красивых сочных девичьих тел, обнять их покрепче, прильнуть губами. Трудно оставаться строгими традиционалистами при этом.

— Я. Не. Такая, — отчеканила Шаан. — И мы с ней спим в разных кроватях.

— Конечно, кто же признается. Но тогда я вообще не понимаю тебя. Ты странная, Шаан.

— Это только мои проблемы, — холодно ответила зеленая, уползая за Софией в сторону стаек, рванувших в аудиторию по звонку на следующую пару.

После занятий София и Шаан вдвоем сходили на занятия по хору, где нага уселась на задних рядах неподалеку от Ванессы, слушая выступление девушек, в том числе Амелии и Нагисы. После занятия девушки, не мешкая, отправились в свое общежитие. И только когда роллета опустилась у них за спиной, Шаан позволила себе вздохнуть с облегчением.

К сожалению, радость оказалась преждевременной. Девушки готовили себе ужин, расслабившись и непринужденно беседуя, когда раздалась резкая трель звонка входной двери. Они удивленно переглянулись, не понимая, кто мог бы прийти к ним в такой час после занятий. Шаан осторожно приблизилась к двери и посмотрела на монитор камеры над входом. За дверью была целая делегация во главе с мисс Пирс и мисс Кроуфорд!

— Кто там? — спросила Шаан, лихорадочно соображая, что следует предпринять.

— Мисс Шаан? Откройте, пожалуйста! — раздался голос их куратора. — Госпожа декан проводит инспекцию общежития.

Об этом Шаан слышала впервые, но была уверена, что все гости тщательно проинспектируют их жилище, еще и в индивидуальном порядке.

Бля, бля, бля, палево-то какое. — нага в ужасе осматривала зал, где кучами лежало то, чего преподаватели ни в коем случае не должны увидеть.

— Подождите минутку, я совсем не одета! — крикнула она проверяющим, ожидавшим за дверью.

— Откроешь дверь через минуту, делай, что хочешь, но продержи их на пороге еще хотя бы секунд тридцать! — прошипела Шаан на ухо Софии.

София кивнула, а Шаан кинулась разгребать и прятать свое добро. Она вырубила монитор на стене, захлопнула ноутбуки, сгребла со стола в сумку свои шарики-камеры, спешно набросила покрывало на кучу сумок в углу. Из коридора послышался звук поднимающейся роллеты, затем раздались приглушенные голоса. Еще несколько судорожных рывков по комнате, и Шаан большей частью скрыла следы своей жизнедеятельности . Нага оправила на себе одежду и встала посреди зала, ожидая, пока гости войдут. И они не заставили себя долго ждать.

— Вот, сюда, пожалуйста! — София первой вошла в зал, делая приглашающий жест.

Следом появились преподаватели. Первой вошла драконица мисс Пирс, декан их факультета, за ней размеренным шагом проследовала мисс Кроуфорд, куратор группы, а также мисс Хоуторн, нэко и учитель биологии, и большая зеленая тетка-тролль, которую Шаан с сомнением опознала, как миссис Грундину, медсестру. Нага вежливо поклонилась им всем.

— Та-а-ак, давайте посмотрим, как вы поживаете, мисс Шаан, — благодушно сказала декан, обводя заинтересованным взглядом помещения.

Шаан похолодела, только сейчас осознав, что в спешке она забыла про самый главный и самый интересный для пришельцев предмет, который висел на стене, спрятанный в своем чехле. За такую оплошность не было прощения, и Шаан уже мысленно прокляла саму себя до седьмого колена, но все же постаралась успокоиться.