Сделка с драконом. Изобретая любовь

Глава 12. Карты раскрыты

– Какая милая безделушка, – пропела Ариэн, не сводя жадного взгляда с моего кулона.

Ее голос прозвучал сладко – слишком сладко, с едва уловимой насмешкой, будто она пыталась убедить себя, что действительно считает сапфир «милой безделушкой», а не завидует ему.

Сама драконица подготовилась к ужину на все двести процентов. Переоделась, надев алое платье с низким треугольным вырезом, рукавами‑фонариками и пышной юбкой, украшенной кружевами в тон платью.

Ткань выглядела дорогой – плотный атлас, переливающийся при каждом движении, словно покрытый тончайшей росой. Кружева были выполнены с ювелирной точностью: узор напоминал виноградные лозы, оплетающие стебли роз. На талии – широкий пояс с серебряной пряжкой, подчеркивающий изгиб бедер.

Но главным акцентом стал цвет. Алый. Яркий, насыщенный, почти кричащий. Он делал ее похожей на пламя, на то, чего хочется коснуться, но страшно обжечься.

Ариэн стояла, слегка наклонив голову, и ее улыбка – идеальная, выверенная – не достигала глаз. В них читалось что‑то холодное, расчетливое, ядовитое.

Я почувствовала, как напряглись плечи Хэла рядом со мной. Я чувствовала, что он хочет ответить, но молчит, давая мне возможность показать себя. Как я и хотела.

– Спасибо, – ответила я спокойно, чуть приподняв подбородок. – Мне тоже нравится.

Ариэн приподняла бровь, явно не ожидая столь нейтрального ответа.

– О, вы носите его с такой… скромностью, – продолжила она, делая шаг ближе. – Хотя, должна признать, сапфир прекрасно сочетается с вашим… простым стилем.

«Простой стиль». В ее устах это прозвучало как оскорбление.

Селвин, стоявший в стороне, хмыкнул. Он был в серо-голубом камзоле. Его взгляд скользил между нами тремя с явным интересом, как у зрителя, ожидающего кульминации спектакля.

– Скромность – добродетель, – мягко вставила я, позволяя себе легкую улыбку. – А вы, Ариэн, блистательны. Алое вам невероятно идет.

Драконица замерла. Не ожидала комплимента.

– Благодарю, – произнесла она наконец, но в тоне проскользнула нотка раздражения.

– Это все мило, но для начала бы неплохо нам представиться друг другу как положено, – вмешался Селвин.

Действительно, мы тут обмениваемся милыми фразами и ядовитыми улыбками и это еще без официального знакомства. Страшно представить, что будет после.

– Это мое упущение, – вмешался Хэл. – Простите. Давно не был в обществе и растерял свои и так скудные манеры. Позвольте представить, Элинор Монтейро.

Я улыбнулась, принимая это новое совершенно незнакомое имя. Но если Харольд его назвал, значит на то есть причины.

– Монтейро? – переспросил Селвин. – Вы случайно не родственница Калеба Монтейро?

– Дальняя, – произнес Хэл. – Младшая ветвь. Очень отдаленная.

Надеюсь, он знает, о чем говорит. Не хотелось бы, чтобы потом у этого Калеба Монтейро возникли проблемы из-за меня.

– Это Ариэн Хатер, единственная дочь Вилли Хатера, лучшего друга нашего отца. Моя младший брат Селвин. И, раз приветствия закончились, может пройдем к столу? – предложил Хэл, мягко направляя меня к дверям столовой.

Ариэн кивнула, беря под руку Селвина.

– Знаете, Элинор, – произнес молодой дракон, чуть понизив голос, – вы меня заинтриговали. Обычно Харольд живет совсем один и никого не принимает.

– Мы, кстати, не видели здесь вашу сопровождающую, – вмешалась Ариэн.

– Как и мы вашу, – тут же парировала я, не забыв мило улыбнуться.

Мы уже вошли в столовую. Хэл помог мне сесть за стол и сразу же приземлился рядом. Его брат с драконицей расположились напротив.

– Я давний друг семьи. Мне не нужна сопровождающая, а вы…

– А Элинор моя невеста, – раздраженно выдал Харольд, которому явно надоела вся эта ситуация.

Бум!

Кажется, я оглохла на мгновение, потому что тишина, воцарившаяся в столовой, была просто оглушительной. Будто весь мир замер, вслушиваясь в наши слова и готовясь к мощному взрыву.

– Невеста? – расхохотался Селвин, откинувшись на спинку стула, и захлопал в ладоши. – Вот это да! Уверен, матушка будет в восторге! Поздравляю, братец!

– Я бы не спешила радоваться, – прошипела Ариэн, сжимая в руках салфетку с такой силой, словно собиралась разорвать ее на части. – Ты уверен, что хорошо подумал, Харольд?

– Более чем.

– Брак – это весьма ответственное решение. Сколько вы знакомы? – продолжала допытываться молодая женщина, не сводя с дракона напряженного взгляда.

Меня она демонстративно игнорировала. И это хорошо. Это давало возможность прийти в себя. Чем я и занималась. Даже воды выпила, надеясь, что поможет прояснить разум. Я много чего ожидала от Хэла, но уж точно не этого.

– Иногда хватает мгновения, чтобы все понять, Ариэн.

– Мгновения? – зло расхохоталась она. – С каких пор ты стал столь сентиментален, Харольд? Ты же всегда думал, взвешивал, а уж потом принимал решение. Что изменилось на этот раз?

– Ариэн, тебе не кажется, что ты слишком остро реагируешь? – попытался вмешаться Селвин.

– Я просто пытаюсь понять, что твой брат нашел в этой… этой… пустышке! Она же даже не высшая. Слабая, никчемное создание.

«О да, и ты себе даже не представляешь насколько», – мысленно произнесла я, рассматривая рисунок на своей тарелке.

Кажется, ужинать сегодня никто не будет. Честное слово, у меня кусок в горло не лез, хотя блюда и аромат, который от них исходил, были очень аппетитными.

Странно, но слова драконицы меня совершенно не задевали. Наоборот, было интересно послушать, что же она на самом деле обо мне думает. Это так… воодушевляло.

– Осторожно, Ариэн, – прорычал Хэл, подаваясь вперед, – ты сейчас говоришь о моей невесте.

– Невесте? – расхохоталась она. – Эта замухрышка, которую не украсил даже сапфир от Кейдов? Чем она привлекла тебя, Харольд? Чем она лучше меня?

А вот и главный вопрос.

– Ариэн, – выдохнул Селвин, бросив на подругу разочарованный взгляд.

Кажется, он только сейчас понял, как глубоко ей безразличен.

– В этом и проблема, – тихо, но четко произнес Хэл. – Я не сравнивал. У меня даже в мыслях не было сравнивать тебя и Элинор. Потому что ты – это ты, а она…

– А она наглая тварь, которая решила заполучить наследника рода Эмирек! – вскакивая, рявкнула Ариэн. – И ты совсем с ума сошел, раз не понимаешь этого!

Хэл не успел ответить и как-то среагировать. Потому что в столовой вдруг раздался хриплый смешок, который почти сразу перешел в громкий, неудержимый хохот.

И смеялась я. Смеялась так, что не могла удержаться, чем привела спорящих в крайне удивленное состояние.

– Элли, – произнес Хэл, наклоняясь ко мне. Так переживал, что не заметил, как назвал меня настоящим именем. – Ты в порядке?

– Аха-ха-ха-хаха-ха-ха, – надрывалась я, не в силах остановиться.

Уже и слезы брызнули из глаз, и живот заболел, а я все не могла успокоиться.

– Ненормальная! Она ненормальная! – выкрикнула Ариэн, тыкая в мою сторону указательным пальцем. – И на этой ты собрался жениться?

– Эмирек, – наконец с трудом выдавила я. – Аха-ха-ха! Ты Эмирек!

– Элли…

– Ты зря старался, Хэл, – отдышавшись, прохрипела я, вытирая слезы. А внутри будто что-то медленно умирало. – Я не нужна тебе. Ты и так всего достигнешь. Заводы по переработке кристаллов, самоходные кареты, экспресс, хладники. Семья Эмирек будет известна далеко за пределами империи!

– О чем она говорит? – нахмурился Селвин.

– Я же говорю – ненормальная!

Хэл рывком поднял меня со стула, подхватил на руки и, несмотря на мое слабое сопротивление, вынес из столовой, бросив на ходу:

– Селвин, у вас есть полчаса, чтобы убраться из моего дома. Иначе я выкину вас отсюда сам! Ночуйте где хотите. Меня это не касается!

– Эй! – только и успела выдохнуть я, продолжая барахтаться в его руках, пытаясь вырваться. – Отпусти меня немедленно!

– И не подумаю, – шепнул он, прижимая меня к себе еще теснее.

– Ты мерзавец, Харольд Эмирек! – выкрикнула нам вдогонку Ариэн. – Это я здесь не останусь! Ни одной минуты!

Хэл принес меня в кабинет. Захлопнул дверь ногой и только потом отпустил на пол. И первое, что я сделала, – это занесла руку и со всей души влепила ему пощечину. С такой силой, что даже рука онемела.

Звук удара эхом разнесся по комнате. Хэл не шелохнулся. Лишь слегка поморщился, но не от боли – скорее от удивления.

– Полегчало? – тихо спросил он.

– Нет! Ты… ты не имел права!

– На что, Элли? На что я не имел права? – резко спросил дракон, шагнув вперед.

Я тут же отступила, теряясь от злости и боли в его глазах.

– На то, что скрыл свое имя? Так я сделал это специально, не хотел, чтобы оно стояло между нами. Да. Я был уверен, что имя Эмирек будет известно через семьдесят лет. И я оказался прав. Или, может, я не имел права называть тебя своей невестой? Надо было сначала спросить тебя, не так ли? Или, может, стоило назвать тебя истинной, Элли?

– Что? – пролепетала я.

– Ты знаешь, кто такая истинная для дракона, Элли?

Я на всякий случай мотнула головой. Я кое-что знала, но не была уверена, что все правильно. Слишком сильно оберегали драконы свои тайны, выдавая их по крупицам.

– Это его жизнь, – медленно, тщательно выговаривая каждое слово, произнес Хэл, глядя мне прямо в глаза и не давая даже возможности отвернуться. – То, о чем мечтает каждый дракон и чего боится, как огня. Потому что встреча с истинной… это как ловушка, из которой не вырваться. Это как болезнь, которая навсегда поселяется в сердце. Это чудо, свежий глоток воздуха, это… счастье.

Я застыла, ловя каждое слово…

– Хотя нет, я вру, – продолжил он, и в его голосе прозвучала горькая усмешка. – Избавиться от этого можно, если сила воли позволит. Надо ограничить общение, вырваться из плена той, чье существование становится важнее, чем собственная жизнь.

– З‑зачем? – прошептала я, чувствуя, как пересохло в горле.

– Зачем отказываться? А потому что встретить истинную можно, находясь в браке, имея детей. Лет двадцать назад некий граф Ваэлир бросил жену, двух взрослых сыновей, налаженную жизнь – и все ради обретенной истинной. Мне в этом плане повезло… я свободен. И я встретил тебя.

– Меня?

«Ох, скажи же что-нибудь умное, Элли! Не молчи, не переспрашивай!»

Но я не могла… просто не могла придумать слова.

– Я ведь сначала не поверил, – продолжал Хэл, и в его взгляде было что‑то уязвимое, почти беззащитное. – Никогда до этого истинная не встречалась среди людей. Всегда считалось, что это дар драконов. Я был уверен на миллион процентов! Уверен, что эта необъяснимая тяга к тебе – лишь интерес, вызванный твоими знаниями о будущем. Но с каждым днем это чувство становилось сильнее. Я просто… просто не могу тебя отпустить, Элли.

– Хэл, – простонала я.

– Пожалуйста, дай мне закончить, – тихо попросил он. – Немного осталось. Знаешь, когда я понял, что безоговорочно пропал? Когда решил использовать свою кровь для артефакта. Он подойдет не каждой, Элли. Не каждую девушку можно скрыть. Мой дракон, моя сущность закроет собой лишь истинную. Это и произошло. Этот артефакт не создал иллюзию, он сделал тебя частью меня. Спрятал, скрыл, защитил и подарил часть своего долголетия.

– Ох!

Столько информации, что голова пошла кругом.

– Мне надо было тебе сказать. Надо было. Но проблема в том, что есть один небольшой нюанс, Элли. Если ты не испытываешь того же, что я. Если истинность для тебя пустой звук. Если ты… просто так можешь уйти… А я… я не могу тебя отпустить. Прости. Но не могу. Ты можешь ненавидеть меня, презирать, ругать, но… я не смогу без тебя существовать. Ты мои крылья, Элли. Мое счастье и моя жизнь. Я люблю тебя, Элли. И прошу остаться со мной. В этом доме. В этом мире, – прохрипел он.

Сделал шаг вперед, схватил за руку и прижал ладонь к своей груди. Туда, где гулко стучало его сердце.

– Хэл… – простонала я.

– Только не говори, что не можешь, Элли. Не говори мне про твоих подруг. И не говори, что ничего не чувствуешь ко мне. Я не поверю. Я же вижу… я чувствую, что не противен тебе.

– Противен? – с тихим смешком переспросила я. Подняла свободную руку и коснулась его щеки: осторожно, нежно, как будто боялась, что он исчезнет. – Да я влюбилась в тебя!

Он выдохнул резко, судорожно, словно долго тонул и наконец глотнул воздуха. А потом на его губах расцвела такая счастливая улыбка, что будь я чуть более чувствительна, то непременно разрыдалась бы.

– Правда? – тихо переспросил Хэл, и в его голосе было столько самых разноплановых чувств: облегчение, радость, счастье, неверие и надежда.

– Не знаю, как это произошло и когда, но я влюбилась и совершенно не знаю, что с этим делать, Хэл.

– Будем справляться вместе. Ты и я.

– Но девочки… как я их брошу? – Я тихонько вздохнула.

– Они поймут, Элли. Если твои подруги действительно тебя любят, они поймут и пожелают тебе счастья. Кроме того, я уверен, что и они останутся здесь, а мне придется мотаться по лепесткам, создавая для них артефакты, – добавил он, лукаво улыбнувшись.

– Но артефакт же лишь для истинных.

– Вот именно, – многозначительно подмигнул мне Хэл. – Я уверен, что вы трое попали сюда не просто так.

– Думаешь?

– Да. – Дракон обнял меня, прижимая к себе, и принялся покрывать короткими поцелуями мое лицо, щеки, нос, глаза, виски, а в перерывах хрипло шептал: – Ну что, Элли… ты выйдешь… за меня… замуж? Станешь… моей… истинной? Отныне… и вовек?

– Да, – прошептала я, прежде чем его губы накрыли мои в пьянящем поцелуе.

И у меня не было и капли сомнения в том, что я поступаю правильно.

***

Пятого числа сразу после обеда к нам прибыли гонцы от Марианны. Целых четыре штуки, которые привезли с собой письмо и шкатулку для почтовых отправлений.

Внешность троих была непримечательной и довольно обычной, но один очень сильно отличался. Это был жуткого вида тип, высокий, широкоплечий, крепко сбитый и очень мрачный. Один взгляд его пронзительно-черных глаз – и мне захотелось спрятаться за Хэла. А еще у него были рыжие волосы, которые он заплел в тугую косу.

– Брык Аодхэн! – рыкнул он так, что у меня колени задрожали. – Мы за вами.

Мамочки! Он же на плечо закинет и унесет даже не спросив моего мнения!

– Элли остается здесь, – тут же произнес Хэл, вставая между нами.

Гонец мрачно хмыкнул и пробасил, обращаясь ко мне:

– Письмо. Шкатулка.

– С-спасибо, – пробормотала я, выхватывая у него конверт, и тут же отступила назад.

Внутри было письмо от Марианны. Я поняла это еще до того, как начала читать. Узнала ее почерк, в котором буквы то увеличивались, то уменьшались, словно пытались догнать друг друга. Парочка клякс, и даже нарисованное сбоку корявое солнышко. Так могла писать только она.

«Элли!!! Ты даже не представляешь, как я волновалась за тебя! Но Эдриан пообещал найти вас, и стало спокойней. Эдриан – это троюродный дедушка Леона».

Так, стоп!

Я моргнула, прочитала начало еще несколько раз.

Эдриан – это тот дракон, что приютил ее. Но Леон? Кто вообще этот Леон? Какой троюродный дедушка? Ох, Марианна ни капли не изменилась.

«Того парня, который стащил из лаборатории сублифатор…»

Чего-чего?

Я по слогам прочитала непонятное слово. Суб-ли-фа-тор… Но понятнее от этого не стало.

«…и экспериментировал у памятника. Из-за него мы здесь».

А-а-а-а-а, теперь стало чуть понятнее. То есть Леон – это тот блондин у памятника. А этот суб… чего-то там – та коробка в его руках! Так вот как мы оказались в прошлом! Из-за него! А я грешила на жреца.

«Но Леон не плохой, просто молодой и очень амбициозный. Кстати, жрец тоже здесь!»

Даже так? То есть жрец тоже виноват? Интересно!

«Тот, который попросил тогда помощи. Ты помнишь его? Только он сейчас молодой и приехал от Лиски. ДА! Лиска нашлась, она прячется в южном лепестке со своей истиной парой! Ты можешь себе представить?»

Лиска! Нашлась! Какое счастье! И тоже с истинной парой?

Я бросила короткий взгляд на Хэла, который терпеливо ждал, когда я дочитаю. Мой дракон вновь оказался прав.

«Но сейчас не об этом. У меня так мало времени! Начальник охраны Дааргов – Брык Аодхэн – уже собирается в путь. Едет за тобой! Он проследит, чтобы ты получила мое послание лично в руки, и привезет для тебя новый вариант почтовой шкатулки. Эти точно рабочие, таких еще ни у кого нет! Они ошибаются с адресатами только в сильную непогоду. Так что сразу мне напиши.

Так вот! Пишу я тебе, чтобы сказать, что Леон починил сублифатор и можно возвращаться домой. Надеюсь, тебя не обижают, а артефакт твоего Хэла поможет добраться до меня быстрее, чем мы могли представить.

Теперь, когда я тебя немного успокоила, пойду быстро напишу Лиске! Люблю и жду ответа.

Твоя Марианна!»

Я несколько раз прочитала письмо. Такое ощущение, что лично с подругой пообщалась.

– Все в порядке? – осторожно спросил Хэл.

– Да. Мне нужна шкатулка. Надо срочно написать письма.

Внутри лежала не только инструкция, но и адреса шкатулок: Марианны и Лиски.

Первой я села писать письмо Марианне.

«Моя дорогая Марианна. У меня все хорошо. Просто замечательно. Мы с Хэлом нашли друг друга, так же, как и Лиска со своим истинным. Да-да, я тоже истинная. Пишу и сама не верю.

Прости, но я не могу вернуться. Думаю, ты меня поймешь. Я люблю и любима.

А теперь хорошая новость: Хэл создал артефакт, который скрывает во мне человека. И он готов создать для вас такие же. Подробнее напишу позже.

Люблю тебя и страшно скучаю.

Твоя Элли».

Только я отправила письмо Марианне, как шкатулка призывно звякнула, сообщая, что мне пришло сообщение. От Лиски!

Какое счастье! Я теперь могла болтать с ними обеими! Хоть целыми днями!