Последнее дело комиссара полиции и актёра

Народный артист СССР Николай Симонов смертельно заболел одновременно со своим персонажем и так же мужественно боролся за то, чтобы довести до конца порученные ему дела


Николай Симонов сыграл немного киноролей, но каждая из них – запоминающаяся, филигранная, яркая, «штучная»: Пётр I в одноимённом фильме, отец Монтанелли в «Оводе», гениальный учёный в «Человеке-амфибии». Актёр не разменивался на неинтересные ему предложения.

Известный театральный критик Раиса Беньяш писала о Симонове: «В нём всё необыкновенно и как бы слегка преувеличенно. У него крупная, горделиво посаженная голова. Резкая лепка мужественного, очень выразительного лица. Снежная белизна рано поседевших волос. Часто вибрирующие, нервные руки. Стремительная и неожиданно лёгкая для такой массивной фигуры походка. <…> Вот уж о ком не скажешь, что его герои не героичны. Печать незаурядности метит их сразу, рельефно и чётко. Симонов просто не может (даже если бы захотел) спрятать яркую индивидуальность под покров будничного».

Последней работой Николая Симонова в кино стала роль следователя полиции в телефильме 1972 года «Последнее дело комиссара Берлаха». Эту последнюю его роль в кино можно считать роковой для Николая Константиновича.

…Комиссар швейцарской полиции Берлах – храбрый, волевой и умный, опытный профессионал – вступает в схватку с сильными противниками – скрывающимися под чужими именами нацистскими преступниками, врачами-изуверами, проводившими в годы войны чудовищные эксперименты над людьми: операции на брюшной полости без наркоза и др. Берлах едет в клинику к одному из врачей-садистов Эменбергеру (яркая роль Андрея Попова), чтобы разоблачить его фашистское прошлое и преступления в послевоенное время.

Сегодня этот фильм можно смело отнести к жанру нуар: мрачная, готическая атмосфера тёмных старинных зданий, пугающие пустые коридоры, торжественные и подавляющие аккорды органа в полутёмном костёле (натурные съёмки проходили в Риге), гулкие колокольные удары, странные лица, карлик-киллер… Киноведы отмечают нестандартность этой ленты в мейнстриме советского кино 70-х годов прошлого века; многие приёмы были заимствованы из арсенала кино 30—40-х годов: крупные планы лиц, игра света и тени, неожиданные ракурсы. Комиссар ведёт дело, зная, что он смертельно болен, – у него рак. То и дело его терзают приступы, он, бывает, теряет сознание. Его помещают в клинику, откуда он продолжает вести расследование, зная, что ему отведено от силы полгода, – метастазы пошли по всему организму. Палату, в которой он лежит, комиссар горько-шутливо называет «чистилищем перед переходом в другой мир». Берлах находит в себе силы и мужество довести до конца расследование своего последнего в жизни уголовного дела. Разоблачив нацистского преступника, он умирает.

Снимаясь в этой роли, Николай Симонов не знал, что точно такая же болезнь уже подтачивает его организм. Во время съёмок Симонов, как вспоминали члены съёмочной группы, то и дело закашливался. Ни он, ни его близкие поначалу не придали этому никакого значения – считали, что всему виной удушливое лето, пыль. Но когда Николаю Константиновичу стало трудно глотать пищу, его жена встревожилась и стала настаивать на визите к врачу. Симонов под любым предлогом оттягивал встречу с докторами, и всё же в декабре 1972 года сделал рентген. Сомнений теперь не было: опухоль в нижней трети пищевода. Врачи с огорчением признали, что оперировать поздно.

Николаю Симонову о диагнозе не сообщили.

24 декабря 1972 года Николай Симонов в последний раз вышел на театральную сцену в спектакле «Перед заходом солнца»; название пьесы можно считать символичным. В феврале 1973 года его поместили в клинику Военно-медицинской академии. Несколько раз он ненадолго возвращался домой, но потом силы его оставили. Николай Симонов умер 20 апреля 1973 года в два часа ночи. Как и герой его последнего фильма, актёр до конца выполнял свой долг и ушёл из жизни мужественно и с достоинством.

Загрузка...