В дороге я, кажется, засыпаю, несмотря на бурю эмоций в моей груди. И когда меня бросает вперёд, мне требуется некоторое время, чтобы прийти в себя. Не сразу понимаю, что происходит, когда вдруг слышу жуткий треск, а после испуганное ржание лошадей. Карета останавливается.
- Не выходите, госпожа! – кричит мне Томас.
Как это не выходить? Судя по голосам и крикам снаружи, на нас напало целая толпа разбойников. А охранник у кареты только один. Сомневаюсь, что Томас обладает магией настолько высокого уровня, чтобы отбить атаку.
Я слышу звуки начавшегося сражения, и осторожно выглядываю из окошка. Вижу, как охранник укрывается щитом. На него нападают сразу четверо. Томас тоже укрыт щитом, но таким слабым, что он рушится под первой же атакой. Мужчину отбрасывает назад.
Если я не вмешаюсь, его могут убить. Я не могу этого позволить. Я смело открываю дверцу кареты, и тут же сталкиваюсь с одним разбойником.
- Ух, какое сокровище, - мерзко улыбаясь, говорит он и тянет ко мне руку, но тут же получает атакующим заклинание в грудь.
От силы удара он отключается. Эх, какая я – молодец. Профессор Роквуд может мной гордиться!
Другие разбойники меня не замечают. Их товарищ даже не пискнул, когда падал на землю. Я не могу не воспользоваться этим преимуществом, поэтому воздушными плетьми отбрасываю от охранника кареты двоих противников. Двое оставшихся разбойников удивлённо оглядываются, не понимая, что происходит, и теряют драгоценные секунды.
А вот охранник не теряется. Первым заклинанием он связывает цепями одного противника, вторым – сносит с ног второго.
Когда он смотрит на меня, его лицо искажается от страха.
- Леди!
Да только уже поздно. Меня атакуют в спину. Заклинание прилетает ровно между лопаток, и я лечу вперёд, больно приземляясь на руки.
- Лучше бы сидела в карете, - доносится до меня хриплый мужской голос. – Осталась бы целой.
- Если бы вы были настоящим мужчиной, то не стали бы атаковать девушку со спины, мистер, - говорю дерзко, быстро поднимаясь на ноги. – Посмотрим, кто из нас останется целым в честном бою.
- Я и честный бой – понятия несовместимые. Можете не пытаться давить на мою совесть, леди.
Передо мной стоит высокий мужчина в грязном, местами порванном чёрном камзоле. Его волосы затянуты в тугой хвост на затылке. Лицо грязное, испещрённое шрамами. Когда он улыбается, я вижу гниль на зубах, и меня передёргивает от отвращения.
- Хорошо, можете позвать на помощь ещё кого-то.
- Я? Позвать на помощь?
- Да.
- Думаешь, не справлюсь с девчонкой в одиночку?
- Сомневаюсь, раз напали со спины.
Его лицо перекашивает от гнева. В меня летит первое атакующее заклинание, которое я с лёгкостью блокирую. Тут же набрасываю на себя щит, он покрывает моё тело как вторая кожа. Я долго тренировала его с профессором Роквудом. И сейчас у меня получается создать его всего на пару секунд.
Мой противник хмурится. Видимо, не ожидал от меня такого. И пока он пытается обдумать дальнейший ход, я действую. Закручиваю вокруг него смерч, пускаю в него молнию, заряжая воздушные током.
Разбойник кричит, получая первый удар.
- Отпусти! – требует он.
- Да сейчас, - усмехаюсь я. – Уже не такой смелый?
Меня чуть пошатывает, когда в спину прилетает новая атака. Щит выдерживает. Даже не нагревается.
- Я смотрю, у вас тут вся компания таких смелых и отважных. На девушку со спины нападаете?
- Ты сейчас не девушка, а противник.
- Как удобно…
Я делаю взмах рукой, и главарь разбойников падает на землю, сама резко поворачиваюсь и атакую того, кто ударил меня со спины. Но мою атаку ждали. Её ловко блокируют.
И я с удивлением вижу перед собой не разбойника, а профессора Роквуда. Он широко улыбается и аплодирует мне.
- Не тот ты путь выбрала, Роксана, не тот, - говорит он, подходя ближе. – Щит выдержал. Я приятно удивлён.
- Что вы тут делаете?
- Узнал, что ты уехала и отправился следом. Мне тоже нужно в столицу, так что я сопровожу тебя.
- Я сама отлично справляюсь.
- Я думаю, со мной на вас просто никто не рискнёт напасть.
- Да я…
- Роксана, ты боишься меня?
- Нет.
- Тогда почему отказываешься от моей компании? Боишься, что чувства вспыхнут вновь? – с очаровательной улыбкой спрашивает профессор, а я задыхаюсь от возмущения.
Да что он о себе возомнил?