Путешественник Книга 6

Глава 17 Новые магические способности

Парни стояли возле портальной арки, которую метеорит разнес вдребезги, и быстро трезвели. Они с ужасом смотрели на дело своих рук и молчали. Неподалёку лежали на земле начальник училища без сознания и ректор академии, превратившийся в подпаленную ледяную глыбу. Как так у них получилось, они и сами не знали. А вот что делать со статуей и полутрупом, нужно было срочно решать. Лишь в последний момент успели оттолкнуть стариков подальше в сторону, когда на то место, где стояли ректор с начальником, упал настоящий расплавленный метеорит, раскидав всех по сторонам. Жаль, что старики так и не успели отойти от портальной арки, теперь она превратилась в груду камней. Идти и бить рожи стало уже невозможно, портал отсутствовал, а значит, нужно было возвращаться назад.

Вернувшись в таверну и принеся на себе ректора и начальника, парни ещё до конца не осознали, что натворили.

— Кого из девчонок будем будить? — задал вопрос Морфей, созерцая в таверне сонное царство.

— Наверное, Клавдию, надо оказать первую помощь нашему начальнику. Кажется, ему стало очень плохо, когда мы применили новую магию, — сообразил Смирнов, что что-то у них пошло не так.

— Можно и Гаврилову заодно разбудить. Она хотя бы посоветует, что нам делать теперь с ректором, — предложил Татищев, глядя на обмороженного и подпаленного старика. В кусок льда его превратил Трубецкой, у которого неожиданно произошла инициация новой магической способности. У него же загорелись кулаки, покрывшись пылающим огнём, от этого стало сильно жарко и больно. Недолго думая, он пытался потушить огненную магию об замёрзшего ректора. Теперь на его одежде в нескольких местах виднелись подпалены.

А вот откуда прилетел горящий метеор, и кто его запустил, было три варианта. Это мог быть Ефимовский, Смирнов или Морфей. Два блондинчика крепко спали за столом вместе с девчонками, они ничем в серьёзной заварухе помочь все равно не могли. Поэтому на дело их решили не брать, оставили спать вместе со всеми.

В итоге парни разбудили двух умных девчонок, свалив на хрупкие плечи большую проблему.

— Какой идиот спровоцировал выход камней из почек нашего начальника? — Клавдия просканировала Ивана Гелиевича на наличие повреждений в организме.

— Так может, они сами решили выйти после серьёзного многодневного употребления, — попытался отмазаться Смирнов, не желая признавать за собой этот косяк. Именно он и его напарник атаковали с перепугу своего начальника.

— Ага, сами, тогда бы они спускались вниз по мочеполовой системе, а не пытались пробиться с верхние пищеварительные пути, — нахмурилась Клавдия, продолжая исследовать организм начальника, который серьёзно запустил свое здоровье. У целительниц он не появлялся давно, так как не хотел, чтобы его считали старым развалиной.

А ещё начальник уделался, у него произошёл отток жидкостей из организма. У Абрамовича пробудилась стихия воды, вот он и призвал на свою голову лишнюю влагу. Будить начальника было нельзя, пока целительница не восстановит ему здоровье. А вот привести Ивана Гелиевича в порядок, помыть и постирать вещи, Клавдия заставила горе-магов. У них стихийный дар проявился локально и воздействовал не на внешний мир, а на организм человека. Генетики снова могли налажать, создав теперь ребятам проблему.

Наталья Гаврилова осмотрела ректора академии, поставленного около входа в таверну. Он потихоньку оттаивал, стекая влажной лужицей на пол.

— Полагаю, что ему просто так оттаять нельзя. У него может вытечь нужная влага из тканей. Могут пострадать органы, а главное, мозг, так что стоит отправить его в холодильник. Криогенная заморозка должна быть снята таким же мгновенным способом. Не понимаю, зачем вы разбудили меня. Вам нужно было разбудить Кайлу, — Ромашка зевнула, прикрыв рот рукой. Морфей приступил к пробуждению третьей девушки.

— Поздравляю с активацией стихийной магии. А кто интересно его так приложил? — Кайла осматривала ректора со всех сторон. — Э нет, его приложили двое, — указала она на подпалены.

— Это я его заморозил мгновенно, но не могу понять, как это у меня получилось, — признался в своём косяке Трубецкой. — А горящие руки уже тушил об него Татищев.

— А от меня что хотите? Чтобы я его превратила в памятник? Вот только когда превращать буду обратно, он снова вернётся вот в это вот состояние, — Кайла пожала плечами и развела руками. — Не могу я преобразовать лед в обычное тело. Этому должен Максимилиан обучиться, после чего вернуть ректора академии в прежнее состояние.

Выходило, что решить проблему с кондачка не получится. А спросить совета больше было не у кого. Морфей посмотрел на двух спящих блондинов и снял чары сна. Но парни по-прежнему продолжали дрыхнуть, даже не собираясь просыпаться. Пришлось окатить их водой, которую Морфей уже не стал призывать из пространства, а пошёл на кухню и налил в кружку из крана. Мокрые эльфы открыли глаза, но долго не могли спросонья понять, где сейчас находятся. Абрамович подумал, что парни — прирожденные маги-стихийники и могли знать способ, как правильно разморозить ректора. А если сами не знали, то могли спросить совета у Хаски и Лиски.

Когда четыре разума посовещались между собой, то пришли к тому же выводу, что и девчонки. Простым способом размораживать человека нельзя, лишь при помощи мгновенной разморозки.

— Тогда давайте временно переместим ректора в большой холодильник, пока Трубецкой не научится работать со своим даром, — снова предложила Наталья самый простой вариант.

— К сожалению, переместить его никуда уже не получится, так как портала больше за городом нет, — Ефимовский опустил плечи, чувствуя свою вину. — У меня пробудился очень странный дар, теперь я могу швыряться метеоритами.

В команде Оболенского ребята перестали чему-либо удивляться давно, вот и сейчас отнеслись к новым способностям совершенно спокойно. Но проблему надо было решать, все посмотрели на Трубецкого. Если он заморозил ректора, то он и должен придумать, что делать с главой академии.

— Может, его обложить кусочками льда, пусть эльф создаст много кубиков, — других идей, видно, у Максимилиана не было.

— Нам нужен Оболенский, как никогда, а его, как назло, нет с нами рядом, — переживал и Серёга, который разрушил портал.

— Всё-таки придётся превращать замороженного в камень, пока наш командир за нами не вернётся, — приняла за всех решение Кайла, понимая, что когда восстановит ректора обратно, такое превращение ей ой как аукнется…

Мне не хотелось, чтобы маги академии оказались через три дня на месте сбора, где император Торнадо IV собирал армию. Но я обещал открыть туда портал, а свое слово Оболенские держат всегда. Вот только что там делать необученным магам, там архимаги и те не затащат. А ещё Бель начнёт набирать себе бесплатных гастарбайтеров. Не хотелось бы, чтобы подростки пошли под раздачу. Вот если бы ректора кто-то смог отвлечь или задержать, то тогда он не явился вовремя к ученикам и не смог бы провести через портал на место сбора. Но до этого ещё три дня, можно будет поговорить с начальником училища и устроить небольшую провокацию, спутав ректору все карты или дни недели.

Так я размышлял, сидя за мольбертом и рисуя портрет какого-то человека с натуры. Решил, что нечего тянуть котов за хвосты, проблемы никогда не закончатся, а мне нужно стать профессиональным портретистом за максимально короткий срок, чтобы открыть дар мага-иллюзиониста.

Бель уж сильно загорелась с постройкой своего храма-центра, который соединит между собой четыре мира и станет самой большой торговой точкой в отражениях. Если меня искал лишь древний архимаг, посылая ко мне тени, то с открытием такого центра, меня начнут искать все путешественники из нулевого отражения. Бель, конечно, сказала, что наши миры не смогут принять в себя более двух-трех путешественников за раз. Иначе они своими переходами туда-сюда разрушат окончательно ткань мироздания. Охота на меня обязательно начнётся, поэтому мне необходимо будет научиться скрываться. Источник у меня пока ещё запечатанный, так что светиться, как полярная звезда на ночном небосклоне, не буду.

Когда спросил, не разрушает ли ткань мироздания моя беготня по мирам, Бель отмахнулась рукой. Ты создал всего с десяток точечных переходов, через которые и шлындаешь со своим отрядом, не открывая новые. Путешественники так себя не ведут. Они, словно хозяева мира, могут оказаться в любом месте лишь по собственному желанию. И им не нужно запоминать более сотни привязок на местности, достаточно иметь хоть небольшой образ, куда желают попасть. Вот они за несколько лет могут из реальности создать сыр с дырами. После того как путешественнику исполняется сто лет, ему не место в своём отражении. Он должен вернуться в нулевой мир, где не сможет его разрушить своим присутствием, ведь тот изначален. Этим Бель немного меня успокоила. А ещё я создал портальную сеть для ребят, поэтому особо не переживал. Они смогут легко вернуться домой или в училище, стоит лишь активировать переход. Раньше чем через три дня я не появлюсь в поселении неудачников, надеюсь, что с ребятами ничего за эти дни не случится.

На второй день моего обучения живописи у меня засосало неприятно под ложечкой. Посмотрев на голубое сияние кольца Анастасии, понял, что если с одной девушкой все в порядке, то и с другими, по всей вероятности, тоже…

Две подруги, уходя от преследования демонов в третьем отражении, решили спрятаться, ну или просто отдохнуть немного в комфортных условиях в четвёртом отражении. На Земле Таисии нравилось находиться больше всего. Здесь она вообще не ощущала себя рабыней. Да и не преследовал ее никто, о существовании мага-теневика люди даже не знали. Анастасия тоже соскучилась по дому, хотя его у неё уже не было. Но все равно навестить отца и узнать, как у него дела после возвращения на трон империи, все же стоило. Когда они прошли сквозь портал сначала в училище, то Маркус с Чудом решили там и остаться. Кассандра и Гаспар уже вели уроки, вернувшись в учебное заведение ещё вчера. В отсутствие Ивана Гелиевича кто-то же должен был поддерживать обучение учащихся. Девчонки, увидев, что Оболенского нет дома, решили его поискать в том городе, окружённом монстрами. Анастасия вспомнила, как назывался город. Загринск был кодовым словом, для перехода через портал.

Путешествие по теням чуть не закончилось фатальным концом, девушки еле успели сбежать от преследующих монстров. Больше всех паниковал Орлов, решивший рассмотреть мир изнанки. Он опустил повязку с глаз и начал орать, чтобы все срочно вернулись обратно. Девчонки тоже их сняли и тоже стали паниковать. Тень начала злиться и материться, сказав, что выйти из тени нельзя абы куда. Есть чёткий вход и выход, куда она своей волей прокладывает проход. Если попытаться выйти посередине, то можно попасть в другую вселённую или вообще исчезнуть навсегда из мира. Поэтому она заставила всех успокоиться, взять себя в руки, прикрыть глаза и спокойно дойти до конца. Орлов, вновь нацепив повязку, попытался абстрагироваться, но у него стучали зубы, он продолжал нервничать. Таисия прибавила ходу и не стала говорить ребятам, что пасть одного из монстров чуть не откусила голову замыкающему парню. Орлов решил остаться в столице, чтобы сбросить стресс в своём ночном заведении. По факту он получил новые способности, смог их активировать, а дальше все он вертел на одном месте…

Анастасия весь день пробыла в своих апартаментах во дворце, будучи никем не замеченной. Таисия вновь её провела по теням, чтобы она смогла поговорить с императором. Вот только во дворце его не было. Как оказалось, из подслушанных разговоров, он вот уже несколько дней выезжает за город на рыбалку. Что-то изменило правителя империи, он больше не желал с утра до ночи заниматься государственными делами. Видно, понял, что и в его отсутствие небо не упало на землю, а империя не развалилась. Пока не было других дел, он вспомнил о простых земных радостях и использовал выпавшую возможность отдохнуть вдали от людей.

Только к вечеру слуги засуетились, правитель вернулся во дворец. Ему подали вкусный ужин, который он съел с большим аппетитом, после чего Анастасия все же решила поговорить с отцом.

— Пап, привет, это я, твоя дочь, правда, сегодня вот в этом обличье. А ты хорошо выглядишь, ушли мешки под глазами, — она не знала, как император отнесется к её самоуправству и тому, что она его временно свергла.

— Да, в последнее время хорошо высыпаюсь, ведь ты порешала все дела за меня. Теперь, чтобы я не делал, мне это кажется мышиной возней, чём-то мелким и незначительным, — пожаловался император на заниженную самооценку, рухнувшую ниже плинтуса.

— Ты хороший правитель, если не пытаешься управлять чужими судьбами и вершить правосудие. И я рада, что ты отдохнул, скоро у тебя будет, чем серьезным заняться, — впервые отец вёл себя не как правитель, а как простой человек, и даже не стал подключать к разговору с дочерью аналитиков. Анастасия прекрасно читала его мысли и видела, что он не злится на неё.

— И каким такими делами мне предстоит заняться? Со мной остальные государства после срыва двух помолвок вообще не хотят вести дела. Ты знатно так меня подставила, — все же отец её упрекнул, но уже отпустив ситуацию.

— А тебе теперь и не нужно искать выгодные связи, укреплять власть империи на мировом рынке. Совсем скоро весь мир будет просить о твоём снисхождении. И ты будешь выбирать, с кем тебе сотрудничать, а с кем нет. Ещё тебе необходимо построить международный аукционный дом в империи, в городе с большим аэродромом и, возможно, выходом в порт.

— Это ты сейчас, о чем говоришь? Зачем нам аукционный дом? — император собрался, снова вернувшись в прежнее состояние деятельного правителя, стремящегося к процветанию своей империи.

— Тетушка Бель, та что призвала демонов для защиты нашего мира, собирается организовать торговлю между отражениями. Оболенский создаст стационарные порталы, через которые и будет организован товарообмен. И все это будет происходить на земле нашей империи, в районе бывшего Питера. Как ты думаешь, сколько стран захотят теперь с нами сотрудничать, когда узнают, что могут получить вещи и знания, артефакты и ингредиенты из мира магов, монстров и демонов? — Алексей Николаевич почесал коротко стриженную бороду, прикидывая будущие перспективы России.

— Так нам, скорее всего, объявят войну, чтобы отобрать такую возможность. Многие, почувствовав серьезную выгоду, захотят завладеть уникальными ресурсами.

— Не смогут, там же демоны на охране. Да и Оболенский не идиот, вмиг прикроет портальную лавочку, — как раз с этим Анастасия проблем не видела. А вот с охраной аукционного дома, логистикой и размещением богатых мира сего — эти трудности нужно было решать заранее.

— Мне что же придётся переносить столицу ближе к зоне прорыва? — понял и император проблему с логистикой. Новосибирск и Санкт-Петербург находились в трех тысячах километров друг от друга.

— Есть один выход, как решить эту проблему. Но тебе он навряд ли понравится, — улыбнулась Анастасия.

— И какой же? Только не говори, что мне придётся обращаться за помощью к Оболенскому, — гордость императора этого ему не позволяла.

— Именно. Помнишь, я говорила, что с Оболенским нужно дружить, но ты мне не поверил. Если бы между вами не было конфликта, то он бы установил тебе портальную арку между двумя городами, решив таким образом всю логистику. А сейчас тебе нужно подумать, что предложить парню за эту услугу и за то, чтобы первыми иметь доступ к приобретаемым товарам без накрутки и НДС, — она видела, как император сильно задумался. Ведь предложить парню, у которого есть всё, очень сложно. Анастасия показала пальчиком на себя, намекнув, от чего Оболенский навряд ли откажется. Отец тяжело вздохнул, но понял намёк дочери. Они ещё немного поболтали, и цесаревна покинула дворец, желая снять гостиницу в городе, чтобы жить так, как ей вздумается…