Может быть, Света до сих пор думала, что Рома дорог ей так же, как и Миша, но её пятеро спутников уже поняли, что её сердце выбрало Мишу. Об этом говорило всё – взгляды, улыбки, жесты. Влюбленные бывают очень наивны, когда думают, что их чувств никто не замечает. На самом деле поведение Светы говорило красноречивее слов. И пусть они с Мишей всячески делали вид, что они просто друзья, окружающие знали, что эти двое обожают друг друга.
Видя их счастливые лица и улыбки, которыми они обмениваются, Рома сгорал от ревности, ненавидя Мишку. Он никогда не был глупцом, но любовь к Свете напрочь лишила его не только покоя, но разума. Если бы сейчас его спросили, что он выбирает – обычную жизнь, в которой не будет Светы, или вечное заточение в подземелье, но с ней, он бы выбрал последнее.
Еще раз глянув на шедших впереди Мишу и Свету, он достал из кармана небольшой пластиковый предмет и сжал его в пальцах.
Глава 25
Ревность, предательство, любовь
День пролетел незаметно, и молодые люди уже не опасались погони. Они далеко ушли от преследователей. Тем более, единожды изменив маршрут, они ещё пару раз шли в разных направлениях, чтобы сбить погоню со следа. Никто из бандитов не отыскал бы их в этих зарослях.
Смеркалось. Идти ночью без фонарей и факелов было глупо – горы таили в себе множество опасностей. А зажечь огонь было ещё глупее – преследователи могли заметить издалека свет и тогда не миновать еды. Но горные склоны были щедры на глубокие выступы и небольшие пещеры, которые очень хорошо подходили для ночлега. В одной из таких небольших пещер ребята решили устроиться на ночь.
Спать пришлось на голых камнях, но это уже никого не смущало – последний месяц они только и делали, что спали на камнях, так что им было не привыкать.
- Эх, хорошо-то как! – восхищенно заметил Лёшка, растягиваясь во весь рост. Перевернувшись на бок, уставился в быстро темнеющий вход в пещеру. – После дневного перехода приятно поваляться! – и погладив себя по животу, добавил: - А ещё не мешало бы поесть, а то кишки марш играют!
- Под звуки марша лучше идти в ногу, - рассмеялся Миша и полез в рюкзак, доставая жалкие остатки хлеба и консервы. – Королевского ужина не обещаю, но заморить червячка удастся.
Открыв банки со свиной тушёнкой и килькой в томатном соусе, поставил их на землю. Запах консервов собрал всех возле еды. Миша отрезал каждому по ломтю хлеба и поровну разделил между всеми содержимое банок. Спрятав остаток хлеба, он подумал, что завтрак будет очень скудным. И если в ближайшее время они не выйдут к людям, то придётся поймать какую-нибудь живность. Правда, без огня тогда не обойдёшься – готовить надо на костре. Но выбора не было – есть сырое мясо невозможно, а умирать от голода не хотелось.
После еды ребята завалились спать. Пещера была маловата, и если вначале они улеглись в рядок, то в процессе сна кто-то воспользовался боком друга, как подушкой, а кто-то выбрал для себя руку соседа в качестве одеяла. Пусть это «одеяло» почти не грело, но так было намного приятнее, когда кто-то родной прикрывает тебя от холода.
Мише не спалось. Ответственность за друзей не давала покоя. Он знал, что где-то рядом бродят хищники, готовые напасть и растерзать. Это заставило его аккуратно убрать свою руку с Иры, и, вооружившись фонариком, сесть у входа в пещеру. Он знал, что если звери попробуют напасть, то внезапно зажженный свет фонаря спугнёт их. Но главное – не заснуть самому. Луна серебрила окрестности, тусклым отсветом проникая в пещеру.
Глаза юноши, привыкшие к темноте, отыскали белокурую голову Светы, покоящуюся на плече Герки. С каким удовольствием Миша обнял бы к себе её хрупкое тело, согрел бы её руки. Судорожно вздохнув, он посмотрел на Герку, который во сне уже сделал то, о чём только что подумал Миша – он обхватил Свету, прижавшись к ней. Миша улыбнулся, понимая, что так им обоим теплее. Теперь она не замёрзнет. Рядом заворочался Лёшка, пытаясь скинуть с себя ногу Иры, распластавшейся частично на нём, частично на Ромке.
Миша отвернулся и снова стал вглядываться в лесные заросли. Ночь была довольно холодной, и он подтянул к себе колени, чтобы хоть как-то согреться. Хотелось спать, но сохранить жизнь друзей хотелось ещё больше, поэтому Миша тряхнул головой, чтобы прогнать от себя нежелательную дрёму.
В лесу раздался хруст веток. Миша вскочил на ноги. Поскрипывали ветви деревьев. Послышались шаги. Затаив дыхание, Миша замер, понимая, что эти шаги не могут принадлежать животному.
Слабый свет фонарей пробился сквозь листву, освещая путь группе людей. Кто они – друзья, или враги? Этот вопрос взорвал мозг парня, потому как ответ на него слишком многое означал. И тут он услышал голос Васьки:
- Они хде-то сдесь. Зуб даю!
- Смотри у меня! – шёпотом пригрозил ему Костя. – А то пожалеешь, что связался с ними.
- Тише вы! – шикнул Игорь. – Ещё не хватает, чтобы они услышали нас.
- Какая разница, услышат они нас, или нет? – не понял Васька. – Всё равно мы их найдём.
Миша вжался спиной в холодные камни, надеясь, что бандиты пройдут мимо. Хотя надеяться на это было глупо – слишком уверенно они шли к цели.
В глаза Миши ударил свет фонаря, и громкий вопль Даши прорезал ночную тишину.
- Я нашла их! Сюда! Ко мне! – пронзительно заорала она.
Сонно щурясь на яркий свет, из пещеры появились заспанные лица, с каждой секундой становясь всё озабоченней и испуганней. Перед пещерой возникло несколько тёмных силуэтов, держащих в руках фонари. Бандиты окружили полукругом вход в пещеру, отрезав пути к побегу. Сзади подошли ещё люди с факелами. Неровные блики заплясали по ветвям деревьев, делая их живыми свидетелями происходящей трагедии. Фонари погасили, оставив горящие факелы.
- Ба, знакомые все лица! – воодушевлённо произнёс Костя, не скрывая ехидства. – Какими судьбами в наших краях? Насовсем, или проездом?
- Судя по всему – насовсем, - глухо хохотнул Дядя-Шкаф, тучная фигура которого казалась пляшущей в дрожащем пламени факела. – Надеюсь, вы оценили наш радушный приём, и согласитесь погостить у нас ещё немного! Мы всегда рады нашим милым друзьям!
Эти слова прозвучали, как приговор. Его голос, как предвестник великого горя, звенел в ушах Светы, когда она почувствовала, как кто-то стоящий рядом отодвинул её, чтобы пройти вперёд. Его чёрный силуэт чётко вырисовался на фоне ярких огней, и Света поняла, что это Рома. Он сделал ещё шаг вперёд и приветливо помахал бандитам.
- Васька, а ведь ты оказался прав – маячок чётко сработал, - хохотнул Рома, доставая из кармана передатчик. Он демонстративно нажал на кнопку, отключая его из-за ненадобности. – Это надо же, с какой точностью он привёл вас к нам!
- Рома?! – в ужасе вскрикнула Ира, не смея поверить в происходящее. – Как ты мог предать нас?!
Он не ответил, и лишь удовлетворённо улыбнулся. Однако его триумф длился недолго. Миша набросился на Рому, со всей силы врезав ему в живот. Резко выдохнув, Рома согнулся, жадно ловя воздух ртом. Не дожидаясь, когда он распрямится, Миша ударил его локтем по спине. Рома упал. Миша навалился на него и принялся дубасить кулаками по лицу.
Трое бандитов оттащили рассвирепевшего Мишу от жертвы. Повалив на землю, стали избивать. Герка с Лёшей кинулись на помощь, но четыре дула пистолетов остановили их. Когда бандиты оставили Мишу, он попытался встать, но тут же свалился на колени, кашляя кровью.
Света и Ира бросились к нему.
- Стоять! – рявкнул кто-то. – А то пристрелю его, как бешенную собаку!
Девушки замерли, рыдая в голос. Покачиваясь, Миша поднялся. Разбирая губа кровоточила, а дыхание было хрипло-свистящим.
- Не бойтесь за меня, я сильный, - улыбнулся он друзьям, пытаясь ободрить.
Он прошёл к сгрудившимся у пещеры друзьям и встал лицом к противникам. Затянувшееся молчание угнетало, но тут раздался презрительный голос Герки.
- Рома, зачем тебе это нужно?
Рома к этому времени уже поднялся на ноги и встал в один ряд с теми, кого ещё недавно считал своими врагами. Его ответ ошарашил.
- Из-за полученной свободы вы все вконец отупели. Неужели только я один понимаю, какие сокровища хранятся в пещерах, и что без изумрудной звезды их не отыскать? Поэтому я принял решение вернуться.
- Это ты классно придумал, недоумок, - огрызнулся Герка.
Рома яростно раздул ноздри, но ничего не ответил. Зато Ира молчать не стала.
- Вот и валил бы сам искать золото дураков. А мы здесь причём?
- Без Светы изумрудную звезду не найти. А без карты не добраться до сокровищ. Так что все мы заинтересованы в сотрудничестве.
Его слова покоробили слух друзей Ромы. Вернее – бывших друзей, потому что кроме ненависти к нему у них чувств не было.
- Продажная ты шкура, Ромка, - презрительно заметил Лёшка. – Как ты мог так поступить с нами? Неужели ты продался за горсть монет этим ублюдкам.
- Но-но, поаккуратнее с выражениями, - выкрикнул Васька, мелькнув в свете факелов своей неизменной дубинкой. – Ромка хороший парень. Он вначале не хотел так поступать, но потом Светка променяла его на Мишку, и он решил вернуть её. Шоб не повадно было.
От такой новости опешили все, включая бандитов. Они-то думали, что Рома хочет податься в кладоискатели. А он всё затеял из-за девчонки.
- Что? – переспросила Света, осознавая всю подлость Ромы. – Не хочешь ли ты сказать, что этот гад, - она презрительно глянула на Рому и вновь перевела взгляд на Ваську, - предал нас, чтобы наказать меня?
- Отчего же «наказать», дорогая? – язвительно ухмыльнулся Рома, сделав ударение на слово «дорогая». – Я лишь хочу доказать, что ты сделала неправильный выбор. Ты можешь быть счастлива только со мной и скоро поймешь это!
- Ты мне противен, - фыркнула Света, ощущая приступ тошноты. И как этот мерзавец мог нравиться ей? Она подошла к нему, с презрением глядя в ухмыляющееся лицо парня, и сказала: - Ни за что и никогда не прощу тебя. Я ненавижу тебя! И это чувство намного сильнее любви, которую я когда-то испытывала к тебе.
Взгляд Ромы стал серьезным и даже жестоким. Он неотрывно смотрел на девушку, ставшую для него роковой любовью. Чем больше она пыталась отдалиться от него, тем больше он хотел завоевать её.
- Мне всё равно, что ты чувствуешь и что хочешь, - заявил Рома под размеренные удары своего влюблённого сердца. – Всё равно ты будешь моей.
- Это мы ещё посмотрим, - злобно бросила в ответ Света.
Рома схватил её за руку и дёрнул на себя. Миша, Лёша и Герка, как один, ринулись на Рому.
- Стоять! – раздался крик Игоря, а следом оглушающий выстрел в воздух. – Перестреляю всех!
На мгновение все замерли, а Света метнулась к пещере. Но Рома удержал её.
- Всем стоять! – ещё раз рявкнул Игорь, наводя дуло пистолета на Мишу. – Ещё один шаг, и буду стрелять.
Не обращая внимания на угрозы, Миша злобно процедил сквозь зубы:
- Рома, оставь Свету в покое.
Вместо Ромы ответил Костя:
- Ромка теперь один из нас, и на правах хозяина будет делать то, что ему вздумается.
- Да, он действительно станет достойным членом вашей банды, - отметил Лёшка.
Костя набычился, глядя на Лёшу так, будто сейчас набросится на него и перегрызёт горло.
- Если ты не заткнёшься, то следующее, что вылетит из твоего рта, будут зубы, - прошипел он, сжимая кулаки.
- Совсем сдурели? – заорала Света, пытаясь выдернуть руку из цепких лап Ромы. – Только и знаете, что кулаками махать! – Шумно выдохнув, она вперила взгляд в Рому и сказала: - Если ты мстишь мне, то причём здесь наши друзья? Отпусти их, и я пойду с тобой в пещеру. Помогу найти клад. Обещаю, что не сбегу.
Тёплые капли заскользили у неё по щекам. Она посмотрела на Мишу, на лице которого отразилось невероятное отчаяние.
- Я не отдам тебя ему! – глухо произнёс Миша и ринулся на Игнатова, не обращая внимания на пистолеты, направленные на него.
- Стой! – Герка с Лёшкой повисли на нём, не позволяя сделать глупость. – Они убьют тебя!
- Мне всё равно, - проорал Миша, продолжая вырываться.
- Но мне не всё равно, - прошептала Света, взглядом умоляя его остановиться.
В этот момент Рома схватил её за плечи и развернул к себе. Посмотрел в глаза и резко выдохнув, впился губами в её губы. Она забилась в его руках, как рыба, выброшенная на берег.
- Нет!!! – истошно заорал Миша, но Лёша с Геркой навалились на него.
- Тебя убьют! – прокричал Герка.
Эти слова донеслись до Светы, словно сквозь сон. Ненавистные губы терзали её, высасывая жизнь. Рома решил воспользоваться своим правом хозяина. Он волен был делать всё, что хочет. А Света обязана была покориться его воле.
* * *
Светало.
Убедившись в прочности веревок, связывающих Мишу, Лёшу и Герку, предводитель бандитов подпихнул их в сторону леса, напутствуя:
- Не советую убегать.
- Они и не смогут, - злобно рассмеялась Даша, презрительно глядя на пленников. – Пашка их хорошо связал. Идти еле смогут, а не то, что бежать!
Игорь удовлетворённо кивнул, и сказал:
- Предупреждаю сразу: Света нам нужна, чтобы отыскать камень. Но вторая ваша девчонка не представляет для нас никакой ценности. Так что мы убьем её, если хоть один попробует бежать.
Миша хотел, было, что-то сказать, но получил тычок в бок от Лёшки и понял, что лучше помолчать. Он не в том положении, чтобы огрызаться. Его слова могут лишь сотрясать воздух, не влияя на решения и действия бандитов. А если проявит непокорность, его убьют. Но кто тогда спасёт Свету? Поэтому Миша твёрдо решил, что должен жить, чтобы отомстить за друзей и освободить Свету. Ведь мёртвым он уже ничем не сможет помочь.
Даша и Васька двинулись вперёд, указывая дорогу. За ними шли Света и Ира, подгоняемые Пашкой. Рома держался возле Светы, игнорируя её ненависть. При этом он обещал себе, что заставит её полюбить себя вновь. Трое связанных парней еле шли, мужественно терпя боль от тугих пут. Сзади них шли шестеро головорезов, с пистолетами.
Васька явно гордился собой, рассказывая Даше подробности ночной операции.
- Мы с Ромкой долго не могли заснуть после того, как узнали про камень. Мы оба думали, шо надо действовать быстро. Ромка вначале думал уговорить друзей вернуться. Но я сразу уразумел, шо ему ничяго не удастся. Вот мы с ним и условились, шо я должен сбежать и вернуться за вами, чёбы мы заставили их показать нам, где камушек-то находится. Я дал Ромке поисковый маячок и велел включить.
- Да, Васька, ты молодец, - похвалила Даша. – Теперь точно клад отыщем.
Солнце позолотило макушки деревьев, наблюдая за тем, как пятеро пленников, подгоняемые бывшим другом и бандитами, шли по горной тропе, возвращаясь в подземное царство безнадёжности.
Глава 26
Душевные терзания
Ноги заплетались, а дыхание сбивалось, но Света продолжала идти следом за лысой Дашей и Васькой, чувствуя, что Ира, так же как и она, совсем выбилась из сил. Рома, видя, что Света принципиально игнорирует его, присоединился к Игорю, пытаясь обрести статус полноправного члена банды.
Игорь замыкал шествие. Он хмуро глянул на подошедшего к нему юношу и кивнул головой, мол, «чего надо?». Несмотря на свой преступный образ жизни, Игорю, видимо, не были чужды понятия чести и совести. Судя по всему, он не одобрял поступка Ромы и поэтому Игнатов чувствовал себя неуютно рядом с предводителем кладоискателей. Однако теперь ему надо было заслужить доверие новых друзей, раз уж прежних он предал с такой бездумной лёгкостью.
- Может, зря мы ребят так крепко связали? – попытался завязать разговор Рома, поглядывая на Герку, Лёшу и Мишу. Причём на последнем он задержал взгляд, пытаясь понять, что в Мишке есть такого, чего нет в нём самом?
- Связали, говоришь? – усмехнулся Игорь. – Убегут ведь.
- Да никуда они не денутся, - заверил Рома. – Без девушек не убегут.
- Возможно, - согласился Игорь, склонив голову. – Но пока они связаны, мне спокойнее.
Печально вздохнув, Ромка еще раз глянул на связанных друзей, и гнетущее чувство одиночества накрыло его с головой. Он уже пожалел о содеянном, но изменить что-либо не мог. Как он посмел предать друзей? Что он за человек такой?
- Жалеешь, что поступил так с друзьями? – прочёл его мысли Игорь. Пристально глянув на парня, добавил: - Я могу быть великодушным, но лишь с теми, кто относится ко мне с уважением. Так что делай выводы. Если примешь как должное мою власть, и будешь жить согласно законам нашей общины, то не пожалеешь, что перешёл на нашу сторону. Но если ослушаешься…
Игорь многозначительно замолчал.
Рома сохранил беспристрастное выражение лица и почувствовал, как всё его существо воспротивилось подобными условиям. Однако он сам сделал свой выбор, став добровольным рабом Игоря.
Света, Ира, Миша, Герка и Лёша шли, понуро опустив головы, не обращая внимания на своего бывшего друга. Его поступок был слишком подлым. Ни жажда приключений, ни поиски клада, ни безумная любовь не могли послужить оправданием. Рома хотел разлучить Мишу со Светой и заслужить её любовь, но вместо этого обрёл лишь девичью ненависть. Презрение, написанное на лице Светы, говорило красноречивее всех слов.
Шли весь день. Несколько раз делали привал. Пленники периодически огрызались, но бежать не пробовали – нацеленные на них пистолеты вселяли смирение. Рома начал вживаться в роль члена банды. Ему нравилось, что к нему обращаются, как с равным. Но он и не догадывался об истинных причинах благодушия бандитов.
Игорь прекрасно понимал, что привести его к кладу может только лишь изумрудная звезда. Но её местонахождение известно только Свете. Поэтому Игорь рассчитывал, что Рома сможет уговорить Свету показать, где спрятан камень. Что ни говори, а Рому с пленниками связывало общее прошлое, в котором все они были друзьями.
* * *
Смеркалось, и было решено остановиться на ночлег. Игорь не знал, как поступить с Ромой – довериться ему, или связать, чтобы не сбежал и не освободил друзей. Весь день Игорь наблюдал за тем, как парень мучается запоздалыми угрызениями совести, периодически пытаясь заговорить со Светой. При этом каждый раз он наталкивался на холодную стену девичьего презрения.
Игорь не доверял Роме, но показывать этого не хотел. Поэтому решил продемонстрировать напускное расположение, чтобы убедить Рому в том, что его приняли за своего.
- Разожжем костёр, и будем дежурить возле него по очереди, – распорядился Игорь. – Каждая смена через полчаса. Первым заступает Рома, потом я сменю его. Когда отдежурю своё время, разбужу Пашу.
- Ты уверен, что мы можем доверять Роме? – не сдержался Пашка, недоверчиво поглядывая на нового члена банды.
- Конечно, уверен! – твёрдым голосом заявил Игорь, специально вложив в него всю силу убеждения. – Рома теперь один из нас.
- Ты что, не понимаешь, что он может развязать своих друзей и бежать с ними? – зашипела на него Даша, надеясь, что Рома её не слышит.
Игорь тоже зашептал, но с другой надеждой – что Рома прислушивается к каждому их слову.
- Даша, да пойми ты, что он, так же как и мы, хочет отыскать клад.
- Но он может пожалеть друзей и отпустить их, - проявляла упорство Даша, которое делало её неимоверно подозрительной. – Если они сбегут, то мы не отыщем клад.
- Ромка свой парень, - всё тем же заговорщическим шёпотом уверил её Игорь. – Он знает, что мы не причиним вреда его друзьям, хоть и грозимся. Мы кладоискатели, а не убийцы. Если всё пойдёт хорошо, то через пару недель все вернутся домой. А Ромка на правах члена нашей группы обогатится. Полагаю, что именно это ему очень нужно.
- Ты, правда, настолько наивен? – усомнилась девушка в искренности слов Игоря. – Для него сокровища ничего не стоят. Единственное, чего он хочет – это вернуть любовь своей девчонки.
Услышав за спиной недовольное сопение Ромки, Игорь убедился, что тот всё прекрасно слышит, и продолжил говорить с Дашей, делая вид, что не подозревает об этом.
- Эх, Даша, Даша, - вздохнул Игорь, - неужели ты не понимаешь, что поиск клада сплотит этих двух голубков и вскоре наша хранительница пятиугольного камня вновь воспылает к Роме любовью.
- Ты думаешь? – с сомнением в голосе спросила Даша, бросив быстрый взгляд на Свету. – По-моему она его слишком сильно ненавидит, чтобы воспылать любовью.
- Это временное явление, - заверил её Игорь, будто не Света, а он сам решал, кто к кому и как должен относиться. – Теперь Ромка хозяин положения и ненависть девушки не должна тревожить его. Отныне ему не нужно спрашивать у неё разрешения на поцелуи или секс. И в этом вся прелесть его нынешнего статуса. Рано или поздно её чувства к нему вернутся. Как от любви до ненависти один шаг, так и от ненависти до любви, - философски закончил Игорь, полагая, что сказал всё, чтобы Рома уверился в правильности своих действий.
Игорь сумел надавить на тайные пружины, уничтожившие намерение Ромы бежать вместе с друзьями. Теперь он думал только о Свете и о желании вернуть её любовь. Игорь самодовольно улыбнулся, понимая, что Рома не даст сбежать пленникам.
Треск разожженного костра огласил окрестности, а яркие всполохи огня оживили мохнатые ветви деревьев, окружившие усталых путников. Воздух наполнился запахом дыма. Вскоре к нему примешался запах жареного мяса. Ужин получился вкусным и сытным.
На всякий случай Игорь незаметно перезарядил пистолет холостыми патронами и передал оружие Роме, доверительно подмигнув.
- Умеешь пользоваться? – усмехнулся он. – Надеюсь, тебе не придётся воспользоваться им, но места тут дикие и волки могут напасть. Поэтому стреляй в них, не задумываясь!
Рома утвердительно качнул головой, мол, понял.
Бандиты связали Свету и Иру, чтобы девушки не убежали и добавили веревок к ногам и рукам троих юношей.
- Неужели непонятно, что мы не сбежим без девчонок? – недовольно спросил Миша Батулин, ненавидящим взглядом испепеляя Костю, который со знанием дела вязал узлы.
- Понятно, - заверил Костя. – Да только если вы освободитесь, то развяжете ваших подружек. Так что в этом деле предосторожность не может быть излишней.
- Костя, не спорь с ним, - вмешался Рома. – Я прослежу, чтобы никто никуда не делся.
Костя с недоверием уставился на Рому, переводя взгляд с его лица на пистолет в руке. Если сомнения и одолевали молодого бандита, то он предпочёл держать их при себе, чтобы не вызвать гнев Игоря, который, судя по всему, доверял Ромке.
- Конечно, Костя, не спорь со мной, - ядовито бросил Миша. – Ведь у нас на страже Великий и Ужасный Рома, который застрелит каждого, кто осмелиться бежать!
- На твоём месте, Батулин, я бы не нарывался, – вспылил Игнатов, уставившись на ненавистного Мишу. – Будь уверен, что я сделаю всё возможное, чтобы ты продолжал находиться в связанном состоянии.
Услышав это, Игорь улыбнулся: чаша весов, колеблющаяся в душе Ромы, качнулась в сторону коварных замыслов, для осуществления которых Роме была необходима дружба и поддержка кладоискателей. Теперь можно было спокойно ложиться спать, не заботясь о том, что Рома поможет пленникам. Но всё же Игорь собирался следить за ним, чтобы исключить предательство новоиспеченного члена группы.
Глава 27
Пленница любви
Убедившись, что все заснули, Рома крадучись подошёл к Свете и присел на корточки. Мерцающий свет костра отбрасывал пляшущие тени на её лицо, заставляя дрожать девичьи ресницы. Подавив желание поцеловать изящный изгиб любимых губ, Рома в отчаянии обхватил свою голову руками и пропустил волосы сквозь пальцы. Совесть снова принялась глодать его, но он отмахнулся от неё, напомнив себе, в ближайшее время Света будет вынуждена находиться с ним. Что бы Света не думала о нём, но отныне он, а не Мишка будет держать её в своих объятиях.
Игнатов нежно коснулся золотого локона, упавшего на лицо Светы. Как же он любил эти волосы, эти губы, эти длинные ресницы. Он еле сдержался, чтобы не обнять девушку, и вновь погрузился в размышления.
Её внезапное увлечение Мишей было для него загадкой. Неужели один поцелуй в лесу мог всё изменить? Рома и не подозревал, что за поцелуем последовали страстные и проникновенные ласки.
Рома считал роман Светы с Мишей мимолётным увлечением, забывая, что его отношения со Светой тоже нельзя было назвать длительными. Он почему-то думал, что именно его любовь является настоящей.
Очнувшись от раздумий, глянул на часы. Время дежурства давно закончилось. Он встал и пошёл к Игорю, который очень убедительно изображал спящего.
- Просыпайся, - негромко позвал Рома и потряс за плечо.
- Уже пора? – зевнул Игорь, протирая глаза. – В лагере всё спокойно?
- Да, - коротко сообщил парень, приваливаясь возле Игоря, и протянул ему пистолет. – На, забери, он не понадобился.
* * *
Ночь прошла быстро и без происшествий. Утром, сняв верёвки с девушек, Даша не забыла развязать и ребят. Потирая затёкшие запястья, Миша посмотрел на Свету долгим пронзительным взглядом. Почувствовав, что на неё смотрят, Света оглянулась. Увидев Мишу, улыбнулась. Тоскливо-щемящее чувство заставило её тяжело вздохнуть.
- Перестань смотреть так на Мишу, - предостерегла Ира, бросив скользящий взгляд на Рому. Хорошо, что он ничего не видел. – Зачем беду кликаешь? Неужели неясно, что если Ромка рассвирепеет, то добра не жди? Ты хоть Мишу-то пожалей! Ему ведь точно достанется за вас двоих!
Света вздрогнула и тут же отвернулась от Миши, вызвав удовлетворённый кивок Иры.
- Так-то лучше, - подтвердила подруга, поёживаясь на холодном утреннем воздухе, пропитанном свежестью и запахом ельника.
- Ир, ты даже не представляешь, как я переживаю за Мишу, - посетовала Света. – Он был ранен и организм ослаб.
Ира ничего не ответила, злобно покосившись на Рому. Будь её воля, она изрядно попортила бы ноготками его смазливую физиономию!
- Нечего рассиживаться, - поторопил девушек Васька. – Пора идти, а вы чё-то шепчетесь.
Света с Ирой, как по команде, зыркнули на беспризорника. Света скривила губы в брезгливой гримасе.
- Ты бы хоть помолчал, предатель! – упрекнула Света.
- Кто бы говорил! – взбунтовался парень, яростно раздувая ноздри. – Ты лучше за собой последи, - он недовольно фыркнул и, кивнув сначала на Рому, потом на Мишу пояснил: - Вначале с Ромкой шашни крутишь, а потом с Мишкой милуешься! Вот так преданность!
Света охнула, поражаясь его наглости. Обиднее всего, что он был прав. Но она не желала признавать это.
- Васька, не лезь в мои дела, коль ничего в них не смыслишь, - посоветовала девушка. – Что тебе вообще известно о любви? Неужели неясно: то, что сделала я, и что сделал Рома – разные вещи?
- А, на мой взгляд – одинаковые, – рассудил по-своему Васька. – Ты тоже предала его, так шо теперь вы квиты.
Она задохнулась от негодования и хотела, было, продолжить пререкаться, но её перебила Ира.
- Ты думаешь, что сдать друзей бандитам, как сделал Ромка – это нормально? – Ира еле сдерживалась, чтобы не заорать на Ваську.
- Да ни чё я не думал, - буркнул в ответ Васька. – Ромка хочет найти клад, который всем позарез нужен.
- И для чего тебе он нужен-то клад этот? – не поняла Ира.
- Дом себе куплю и жить в нём буду, – бесхитростно сообщил Васька. – А то мне и жить-то негде, кроме как в пещере.
Его слова прозвучали настолько доверчиво, что на этот крик души и ответить было нечего. Ира поперхнулась своими же обвинительными речами, готовыми сорваться с губ. Света печально потупила взгляд, понимая, что для парня клад являлся путёвкой в жизнь.
- Здесь у каждого своя беда, - заверил Васька. – Зря думаешь, шо все просто так клад ищут.
Но Свете было всё равно, что кроется за поступками бандитов.
- Что бы ни случилось в жизни каждого из вас, это не даёт повода похищать нас, - она гордо вскинула голову и добавила, сверкнув глазами: - А поведение Ромы я и вовсе не могу оправдать.
- А его и не надо оправдывать, - как-то по-взрослому и рассудительно сказал Васька. – Он и сам себя оправдать не может.
* * *
Было не так легко преодолеть густой лес, покрывающий склон крутой горы. Кусты норовили изодрать одежду путников в клочья, а ветви деревьев нещадно хлестали по лицу.
Убедившись, что никто из пленных не пытается сбежать, бандиты позволили Ире и Свете идти рядом с Мишей, Геркой и Лёшей. Света, воспользовавшись моментом, уцепилась за руку Миши.
- Светка, да ты с ума сошла, - зашипела на неё Ира. – Ромку не стоит злить. Ели он заметит…
Но предостережения Иры запоздали: Рома всё увидел. Он подошел к Свете и бесцеремонно дёрнул на себя.
- Не трогай меня, - завопила Света, дёргаясь в его руках.
- Отпусти сейчас же! – Миша ринулся на выручку, но чуть не упал из-за верёвок.
- Замолчите оба! – рявкнул Рома, сверля ненавидящим взглядом Мишу. Оттащив Свету в сторону, он зашептал ей на ухо: - Может, хватит бесить меня своим поведением?
- А ты не бесись, - презрительно бросила в ответ Света, даже не удостоив Рому взглядом.
- А ты не хами, - предостерёг он, стискивая зубы в бессильной злобе.
Запоздало Света подумала, что не стоит ей при Роме демонстрировать свои чувства к Мише. Чтобы поддержать своего нового дружка, бандиты могут избить Мишу. Отныне ей нельзя даже смотреть на любимого! Пусть лучше её душа обливается кровью, чем из-за побоев кровью будет залито Мишино лицо.
Чтобы утихомирить ярость Ромы, Света судорожно искала оправдание.
- Я чуть не упала, и потому ухватилась за руку Миши, - сказала она первое, что пришло на ум.
- Тогда держись за меня, - велел он с недобрым огнём в глазах.
Это было не предложение, а приказ, ослушаться который было невозможно. Изобразив на лице покорность, Света сунула свою ладошку в руку Ромы, чем вызвала улыбку на его лице.
- Так-то лучше, - заметил он, против своей воли вспоминая то время, когда эта же самая ладошка точно так же лежала в его ладони не по принуждению, а потому, что её хозяйка сама мечтала об этом.
Впрочем, Свете не пришлось жалеть о том, что она уцепилась за руку Ромы, так как подъем оказался крутым и тяжелым. Связанным парням было неудобно идти, но развязывать их никто не собирался. Так что им приходилось падать, подниматься и снова падать, но продолжать идти, чтобы не вызвать негодование своих конвоиров, настроение которых и так нельзя было назвать доброжелательным.
Даша была чернее ночи, косясь на задерживающих движение парней. Она сплюнула себе под ноги и ругнулась сквозь зубы. Костя тоже глядел на них ненавидящим взглядом.
- Надо было пришить их, а с собой забрать только Светку, чтобы показала, где камень лежит, - сказал он Даше. Та кивнула.
Услышав это, Света нервно сглотнула. Того и гляди, что бандиты осуществят задуманное.
Ира тяжело пыхтела, карабкаясь вверх. После того, как она свалилась в очередной раз и разбила коленку, Васька взял её «на буксир». Молча ухватил за рукав, а затем завладев грязной и поцарапанной ладонью спутницы.
- Отстань, - дёрнулась она.
- Не ерепенься, - шикнул он, а потом заговорщически добавил: – Я тебе не враг. Как клад найдём, я выведу вас из пещер.
Ира насторожилась. Нет уж, второй раз она не поверит ему! Ишь ты, сыскался Сусанин. Но следующая мысль оказалась более здравой: а что, если бандиты найдут клад, но не захотят отпускать пленников? Тогда не стоит ругаться с Васькой. Он – парень ненадёжный, но может оказаться полезным.
- Спасибо, - шмыгнув носом, поблагодарила Ира.
- Не за шо, - бросил в ответ, улыбнувшись своей пугающей чернозубой улыбкой.
Уж лучше бы он напрочь позабыл о возможности улыбаться, чем каждый раз выставлял напоказ свои полусгнившие зубы. Ведь если исключить его улыбку и представить, что вместо засаленной шевелюры у него чисто вымытые волосы, то его можно было назвать симпатягой. Худоват, правда, но сало на костях – дело наживное.
Через несколько часов отряд достиг чёрного зева пещеры, тщательно скрытого густым кустарником и деревом, решившим примоститься прямо у входа в подземное царство. Раздвинув ветви колючего куста, Дядя-Шкаф ринулся внутрь. Свет его фонаря забегал по неровному своду тоннеля, уходящему вглубь гигантской горы. Один за другим все вошли в пещеру и двинулись вперёд, освещая путь факелами.
Если бы раньше Свете кто-то сказал, что подземные ходы бесконечны, а пещеры громадны, она бы не поверила. Но после того как провела под землёй больше месяца, она узнала, что подземный мир огромен и разнообразен, и если бы не особые обстоятельства, то прекрасен. Но при этом не хотелось возвращаться в его жуткий сумрак, сотканный из переживаний и тревог. Она бы с великой радостью вернулась домой к родителям. Но реальность диктовала свои суровые правила игры, в которых девушка была пешкой. А вернее – пленницей чужих желаний. Пленницей Роминой любви.
Глава 28
Ультиматум
Вернувшись в лагерь, кладоискатели затолкали своих «гостей» в самые лучше «апартаменты» - крепкие и надёжные, сбежать из которых без чьей либо помощи было невозможно.
Если раньше девушки обитали в одной клетке с юношами, то теперь пятерых пленников поселили в большую камеру, разделенную на две части решётчатой перегородкой. Таким образом, они оказались в одной камере и в то же время порознь. Они могли видеть друг друга и даже прикасаться, но холодная сталь не позволяла им объединиться. Зарешёченное помещение, выдолбленное в скале, находилось на довольно большом возвышении, куда вели крутые ступеньки.
Ромка обрёл статус «любимчика главаря банды». Ему досталась отдельная ниша, где хватило места на широкий матрац и сундук с вещами. Игорь всячески подбадривал его и опекал. Ромка гордился своим положением, даже не подозревая, что вся его «величественность» была фальшивой. На самом деле Игорю было выгодно держать его возле себя.
Несколько раз Ромка пытался уговорить Свету разделить с ним его спальню, но лишь натыкался на девичье презрение. Конечно, он мог заставить Свету подчиниться, но она воспротивилась, объявив, что если Рома насильно заберёт её из общей клетки, то она никогда не покажет, где спрятала изумруд.
Игорь понимал, что Света в любой момент может заартачиться, и потому торопился. В первый же день, как пленников вернули в пещеру, он позволил им немного отдохнуть, а на второй день повёл Свету в пещеру, где должен был быть изумруд. Однако на их пути оказался завал. Игорь долго матерился и пинал камни, выпуская злость.
Теперь надо было найти другой ход в ту пещеру, либо разобрать завал. Только на это могло уйти несколько недель или месяцев. Как объяснил Николай Иванович, смещение земного пласта во время последнего землетрясения повлекло за собой обрушение части перегородок между высохшими руслами подземных рек, и теперь тоннели осыпались. Оказывается, немаловажную роль сыграли заброшенные шахты. По словам седовласого учёного, конструкции, подпирающие своды шахт завалились, из-за чего шахты стали рушиться.
Пока кладоискатели пытались найти другой проход, Свету вернули в клетку к Ире. Ненавистный сумрак подземелья казался ей душным и беспроглядным. Тишина, нарушаемая отдалённым треском костра, угнетала. Сдавалось, что вся жизнь превратилась в один сгусток неприятностей. Впрочем, памятуя о событиях последних дней, можно было с уверенностью сказать, что так и было. Судьба жестоко посмеялась над девушкой и её друзьями, подарив два дня свободы с надеждой на спасение, после чего снова наступил ужас затворничества. Дни тянулись скучной чередой, и отчаяние Светы усиливалось.
Отношение бандитов к пленникам изменилось. С ними стали обращаться намного хуже, чем прежде. Похлёбка, на которую раньше можно было рассчитывать регулярно, теперь давалась раз в сутки. Тёплые куртки отобрали, выдав какие-то шерстяные лохмотья, отдалённо напоминающие свитера. В соломе, на которой спали пленники, водились мыши и пауки. Более ужасного положения и не придумать.
Полуголодная жизнь и постоянные измывательства бандитов делали своё чёрное дело – лица пленников осунулись, под глазами пролегли синяки. Ночи были холодными, и ребятам приходилось кутаться в ветошь, выданную в качестве одеял. Но они мало грели и Света с Ирой прижимались друг к другу, чтобы хоть как-то было теплее. Лёшка, Герка и Миша тоже кучковались, забившись в солому.
Днём трое пленных парней вместе с кладоискателями отправлялись на расчистку завала. Рома тоже участвовал в общем деле. А Ире со Светой приходилось мести и мыть полы в общей пещере, чистить котлы от копоти, штопать и стирать одежду. Даша взяла на себя труд присматривать за девушками и орала на них по всякому поводу. А вот Рита оказалась более человечной – не придиралась к пленницам и сама готовила еду.
Через неделю после возвращения в пещеру, пленные юноши стали больше походить на шатающиеся тени. Иваныч тут же поругался с Игорем, заявив, что если их не кормить хорошо, то помрут. Его слова возымели действие – Игорь смягчился и велел увеличить порции. С тех пор вопрос с едой был закрыт.
Ночи стали избавлением от изнурительного туда и все спали, как убитые. Хоть из пушки стреляй, парни не проснулись бы.
Однажды ночью Света проснулась от неясного шума. Её внимание привлёк звук шагов. Заметив возле решётки движение, она притворилась спящей: кто-то из бандитов обходил темницы.
- Света, ты спишь? – позвал её приглушенный голос надсмотрщика, в котором девушка тут же распознала шёпот Ромы.
«Да!!!», - подумала она, стараясь выглядеть как можно убедительней в образе спящей. – «И чего ему нужно от меня?», - рассердилась девушка, вспоминая, как Игнатов всю последнюю неделю только тем и занят, что ходит рядом, пристально глядя на неё.
Она услышала звук открывающейся решётки и вздрогнула всем телом. На её лицо упала тень. Света постаралась выровнять дыхание.
- Я же вижу, что не спишь, - вновь услышала она голос Ромы. – Твои ресницы дрожат.
Притворяться дальше не имело смысла. Света открыла глаза, встретившись с карим взглядом юноши. Ира заворочалась, но не проснулась. Миша, Лёша и Герка тоже спали.
- После того, как ты начал громыхать замком, спать стало невозможно, - ворчливо заметила девушка. – Чего тебе нужно?
- Свет, прости меня, - хрипло произнёс Рома, садясь радом.
- Ты шутишь! – изумлённо прошипела она, не веря своим ушам. Его извинения стали настолько неожиданными, что Света села и уставилась на Рому. – Вначале ты сделал всё возможное, чтобы моя жизнь превратилась в ад, а сейчас решил, что достаточно попросить прощения?
- Я и сам не знаю, что на меня нашло, - признался он. – Когда я понял, что теряю тебя, то готов был пойти на что угодно, лишь бы ты осталась со мной.
- И к чему это привело? – недовольно фыркнула девушка, испепеляя взглядом ночного гостя. – Тебя все ненавидят. Неужели ты думал, что предательство сойдёт тебе с рук?
- Да ничего я не думал…
- Это заметно, - перебила его Света, не дав договорить.
- Не дерзи, - грозно сдвинул брови. – Не забывай, что после того, как Игорь получит изумрудную звезду, многое может измениться!
Света вскинула на собеседника удивлённые глаза.
- Ты намекаешь на то, что наша жизнь за решёткой станет более мучительной? – в словах прозвучали нотки издёвки. – Неужто такое возможно? Мы с Ирой и так сидим здесь безвылазно. Хотя нет, я забыла, Рита с Дашей выпускают нас, чтобы мы отчистили кастрюли, подмели, постирали. А про Мишу, Лёшу и Герку и говорить не приходится – твои новые дружки каждый день гоняют их на расчистку завала. Ребята устают так, что жизнь им не в радость.
- Кто-то должен расчищать завал, - хмуро заметила Рома. – Все мы трудимся одинаково – и наши друзья и… - он запнулся, не зная как назвать бандитов.
- Не смей моих друзей называть своими, - озлобленно рыкнула Света и покосилась на спящих, боясь разбудить. Но никто не проснулся – после дневных работ все спали, как убитые.
Рома не стал огрызаться. И так ясно: после всего, что натворил, он потерял доверие и дружбу.
- Если не разобрать завал, то Игорь заложит взрывчатку. Мы с Костей еле отговорили его от этого. Динамит разнёсёт все эти пещеры к чёртовой матери.
- Возможно, это к лучшему, - свирепо бросила в ответ Света, и отвернулась от Ромы, чтобы не видеть его лица. – Уж лучше умереть, чем жить в затхлой темнице, зная, что как только я отдам Игорю изумруд, он моментально расправится со всеми нами, - и дерзко глянув на Рому, добавила: - Ну ты, конечно, составляешь исключение, тебя-то он не тронет!
Рома замер на секунду и стиснул зубы. Немного помолчал и холодно сказал:
- Если хочешь, чтобы Игорь со своими ребятами оставил всех в покое, ты должна изменить своё отношение ко мне.
Его слова прозвучали твёрдо, как ультиматум. Стальной блеск глаз оттенил жёстокую фразу. Света задохнулась от такого нахальства, и уставилась на парня ненавидящим взглядом. Придя в себя, гордо вскинула голову и с вызовом бросила в ответ:
- Изменить к тебе своё отношение? Извини, но я не знаю, как можно изменить его, ведь ненавидеть тебя больше, чем я ненавижу уже просто невозможно.
Парень засопел, гневно раздувая ноздри. Язвительный ответ породил желание схватить её за руку и утянуть к себе в спальню. А сопротивление лишь распалило бы страсть, бушующую в Роминых чреслах. Он глубоко вздохнул, чтобы не осуществить задуманное. Таким путём он получит её тело, но всё остальное потеряет. Хотя, её сердце и так принадлежит другому. Да и в душе кроме презрения тоже нет ничего.
- Зря ты так, - отметил Рома. – Чем покладистей будешь, тем лучше и тебе и остальным. Да и вообще, вам всем не хватает смирения.
Глаза Светы округлились от услышанного.
- Ты хочешь сказать, что мы должны вести себя дружелюбно с людьми, которые держат нас в плену, грозят убить, и каждый день заставляют выполнять непосильную работу? Ты только посмотри на наших ребят, - она кивнула в сторону решётки, за которой находились Герка, Миша и Лёша. – Да они просто с ног валятся каждый раз, когда приходят с раскопок. Если так будет продолжаться, они долго не протянут. Миша ещё не оправился после ранения, а его гоняют на каторжные работы.
После её слов глаза Ромы налились гневом. Он взбешёно глянул в сторону бывших друзей и недовольно произнёс:
- Если бы он не забывал о том, что ты – девушка его друга, то наша с ним дружба была бы до сих пор жива. Пусть винит во всём только себя!
- Ты не справедлив к Мише, - зашипела на него Света. – Если кто и виноват во всей ситуации, то только я! И нечего обвинять его во всех бедах.
Рома понял, что говорить со Светой бесполезно. Она всё воспринимает в штыки. Тогда он перешёл к другой теме.
- Свет, а ты хочешь, чтобы Ира, Герка, Лёшка и твой ненаглядный Миша вернулись домой?
Вот так вопрос! Света подозрительно прищурилась, не понимая, для чего её об этом спрашивают, когда ответ очевиден.
- Ты к чему клонишь? – уставилась на собеседника девушка.
- К тому, что я могу помочь им бежать.
Слова Ромы зависли в тишине, заставив Свету вытаращиться на собеседника.
- Твои обещания не внушают доверия, - призналась она. При этом почувствовала, как в душе зародилось счастье. Неужели Ромка поможет им бежать?
- Ты же знаешь, что я не стал бы обещать того, чего не смог бы сделать, - его голос прозвучал вкрадчиво, масляно, словно собрался проникнуть в самые потаённые уголки девичьей души и втереться в доверие.
Света задумчиво замолчала, пытаясь понять, почему Рома предложил ей такое.
- И для чего ты мне это говоришь? – Она вскинула на него удивлённые глаза. – Хочешь помочь бежать, так помоги. Для чего сотрясать воздух пустыми обещаниями?
Рома немного помолчал и уткнулся взглядом в пустоту перед собой.
- Мне кое-что нужно взамен, - чрезмерно тихо проговорил он, будто пытался открыть невероятную тайну, знать о которой никому не следует.
- И что именно? – уточнила Света, затаив дыхание. Она опасалась очередного подвоха.
Её опасения тут же подтвердились.
- Мне нужна ты, - глухо ответил он, и жадно впился глазами в любимое лицо девушки.
- Почему я-то не удивлена, – печально отозвалась Света. Немного помолчав, попробовала внести ясность в поступившее предложение. – И как ты себе представляешь наш побег? Ты хочешь, чтобы после него я осталась с тобой?
- Свет, ты не совсем правильно меня поняла, - тут же заметил Рома. – Я не говорил, что мы сбежим все вместе. Я сказал, что я помогу сбежать нашим друзьям, но мы с тобой должны будем остаться здесь.
Света яростно выдохнула, догадываясь, какой план созрел в голове Ромы.
- То есть ты хочешь сказать, что четверо наших друзей станут свободными, если я соглашусь разделить с тобой постель?
- Ага, - кивнул он.
По гневному дыханию и судорожно вздымающейся груди девушки, Рома понял, что находится в доле секунды от отказа, а, может, и пощёчины. Но Света сумела взять себя в руки и понять: предложенное Ромы – единственный шанс на спасение друзей. Она сделала ещё несколько глубоких вдохов, чтобы совладать с собой и сказала:
- А почему я должна тебе верить?
- Да потому, что если я тебя обману, то ты опять будешь презирать меня, а мне этого не хочется.
«Будто, если я соглашусь, то моё презрение куда-то денется», - подумала девушка, но благоразумно промолчала.
- Если я соглашусь, где гарантия того, что ты выполнишь свою часть договора? – ругая себя за излишнюю доверчивость, спросила Света.
- Да ты с ума сошла? Какие гарантии? Ты что, договор подписываешь, чтобы оговаривать пункты форс-мажорных обстоятельств? Я просто обещаю, а тебе остаётся лишь верить.
Света еле сдерживалась, чтобы не нахамить Роме и не прогнать его.
- И что мне делать, если я всё же не верю? – в её голосе засквозило сомнение, смешанное с нежеланием становиться разменной монетой.
- Тогда ты останешься со своей гордостью наедине, глядя как Лёшка, Герка и Мишка изнывают от тяжёлой работы. А когда найдём клад, ещё неизвестно, захочет ли Игорь отпускать их. Он такой, что и убить может. Живые свидетели ему не нужны.
Света задохнулась от отчаяния. Перспектива была ужасающей.
- Как ты себе представляешь эту ситуацию? – сдалась Света под натиском пугающего будущего.
- Ты притворишься, что любишь меня, что будто Миша для тебя ничего не значит, и переедешь жить ко мне.
- Да не собираюсь я переезжать к тебе! – возмутилась Света, причём сделала она это настолько импульсивно, что Ира шевельнулась во сне, но, к счастью, не проснулась.
- Не собираешься, а придётся.
- Я не согласна! – она даже замахала ладонями. Ей страшно было представить себя в объятиях Ромы.
- Ну что ж, раз не согласна, значит, пусть остаётся всё, как есть. Это твоё право, - медленно произнёс Рома, давая Свете возможность передумать.
- Я не желаю терпеть твоё общество! – продолжила отнекиваться Света, не забывая при этом говорить очень тихо.
- Не думаю, что ты разочаруешься, оказавшись в моей постели, - ухмыльнулся Рома и, подмигнув, добавил: - Поверь, тебе понравится.
Подумав о сексе, Света залилась краской. Она еле сдержалась, чтобы не прогнать нахала. Но свобода друзей была для неё важнее собственной жизни. Совладав с собой, перешла к дальнейшим переговорам.
- И как я ни с того ни с сего вдруг признаюсь Мише, что он для меня ничего не значит, и повисну у тебя на шее?
Рома небрежно подёрнул плечами, мол, это твои трудности. А вслух добавил:
- Но со мной же этот трюк ты уже провернула, так что теперь и с Мишкой сможешь. Опыт у тебя есть, - голос Ромы выдал издёвку.
Света зыркнула на парня со всей ненавистью, на которую только была способна.
- Ира всё поймёт и скажет Мише, что всё это – комедия.
Рома понял, что Света уже почти согласилась. Сладкий привкус мести ощущался во рту. Рома возликовал от мысли, каково будет Мише, если Света бросит его. Но вот если Ира догадается о договоре, то Ромина победа будет омрачена.
- Ира ни о чём не должна знать, - твёрдым голосом произнёс Рома, давая понять, что это главное условие их сделки. – Всё должно выглядеть правдоподобно. Если хочешь, чтобы твои друзья выжили и обрели свободу, ты должна сделать всё так, как я сказал.
Света посмотрела стеклянным ничего не видящим взглядом в сторону, где спал Миша, и почувствовала, как слёзы заскользили по её щекам. Она не имела права рисковать жизнью друзей и должна была сделать всё возможное, чтобы избавить их от плена. Молча, кивнула Роме в знак согласия и отвернулась, давая понять, что разговор окончен.
Глава 29
Жертва во имя любви
Проснувшись, Игорь, Даша, Рита и Костя куда-то засобирались. Видимо случилось что-то срочное, потому как четверо бандитов спешно покинули пещеру и нечаянно забрали с собой ключи от входной решётки. Таким образом, в заточении оказались не только пятеро друзей, но и все остальные члены банды. Благодаря этому разбор завалов был отложен из-за невозможности добраться до этих самых завалов.
Молчаливый Шурик выпустил из клетки Свету и Иру, небрежно бросив пару слов:
- Пока нет Даши с Ритой, вам надо будет что-то приготовить.
Ну да, кому-то надо накормить оставшихся взаперти кладоискателей и их пленников. Девушки почистили овощи, разделали мясо, и поставили кастрюлю на буржуйку. Когда варево закипело, по пещере разнёсся аппетитный запах.
- Ай да молодцы, - похвалил Николай Иванович, жадно втягивая носом ароматы снеди. – Сразу видно, что хозяюшки. Ох, и повезёт же вашим муженькам! Придут домой с работы, а дома их такая чудесная пища ждет!
Ира улыбнулась Иванычу, а Света наполнила его миску рагу. Рядом с ней замаячил Рома и заговорщически подмигнул.
- Ты не забыла о нашем уговоре? – шепотом поинтересовался он, делая вид, что заинтересован исключительно едой и протянул девушке пустую миску.
- Нет, - гневно ответила она, плюхая в плошку Ромы аппетитную пищу.
- Тогда не вижу смысла медлить, - ухмыльнулся он в предвкушении.
- Я… – запаниковав, замялась Света.
- Не скажи, что передумала, - грозно прошипел Рома, испепеляя девушку взглядом.
Она помотала головой.
- Нет, - коротко бросила в ответ, с ужасом втянув голову в плечи, словно на неё должно было обрушиться цунами.
Света поняла, что дать обещание изобразить влюблённость, было намного легче, чем исполнить его. Стало страшно. Набрав в лёгкие воздух, как перед прыжком в воду, она резко выдохнула. Отчаянно глянула на решётку, за которой находились Миша, Лёшка и Герка и повернулась к Роме. Сглотнув застрявший в горле ком, решилась выполнить задуманное. Она лучезарно улыбнулась Роме, словно боготворила его. Глаза заиграли любовью, дыхание участилось. Улыбка выглядела естественной и непринуждённой, а главное – обаятельной.
У Иры, стоявшей рядом, глаза полезли на лоб.
- Ты что, с ума сошла? – зашипела она, бросая короткие взгляды то на Рому, то на ополоумевшую подругу. – К чему так улыбаться Игнатову? И вообще, что это на тебя нашло?
Увидев, что Рома насупил брови, Ира моментально замолчала, но её резкие движения и презрительные взгляды говорили о недовольстве.
- Рома, если захочешь добавку, то скажи, - чуть ли не пропела Света, начав свою опасную игру.
Она источала очарование, откровенно заигрывая с Ромой. Это удивило окружающих.
- Не забудь своих друзей покормить, - напомнил Шурик, изумлённо вскинув бровь, при виде неприкрытой девичьей любезности. А когда Света отмахнулась от него и, как бы невзначай коснулась руки Ромы, и вовсе опешил. – Ну и ну, - осуждающе пробормотал он себе под нос. – То у них любовь, то война, то опять любовь.
Стараясь не обращать внимания на замечания Шурика и тревожные взгляды Иры, Света положила в котелок три порции еды и понесла Лёшке, Мише и Герке.
- Светик, с тобой всё в порядке? – заботливо поинтересовался Лёша, пока Света пропихивала котелок меж прутьями решетки.
- Конечно, - беззаботно кивнула она и поймала на себе испытывающий взгляд Миши.
- Спасибо, - поблагодарил Миша и, просунув руку сквозь заграждение, ухватил Свету за локоть. – Что случилось?
- Всё хорошо, - заверила она как можно более беззаботным голосом и, на удивление Миши и его сокамерникам, попыталась освободиться от Миши.
- И это ты называешь «хорошо»? – уточнил он, прищурившись. – У меня ощущение, будто тебя подменили. Еще вчера ты заворожёно смотрела на меня и шептала о любви, а сегодня вырываешься, будто я тебе противен.
- Не придумывай, – напряжённо улыбнулась девушка. – Тебе всё кажется.
Но произнесла она это так, чтобы было понятно, что Миша не зря подозревает неладное.
- С тобой что-то не так, - сообщил очевидное Герка, переводя взгляд на Мишу, глаза которого почернели от догадки.
Против воли Миши его лицо отразило всё, что происходило в душе: тревогу, непонимание, отчаяние, боль.
- Ты решила принять ухаживания Ромы? – глухо спросил Миша, полоснув, как ножом, по сердцу девушки.
Услышав неприкрытый упрёк, Света чуть было не задохнулась от подступивших слёз. Ею овладела безысходность. Однако, не смотря ни на что, ей предстояло с достоинством доиграть до конца эту чудовищную комедию. Душа разрывалась от горя. Подавив слабость, Света поняла, что эгоистичная любовь Ромы жаждет новых жертв и успешного завершения задуманного. И тогда Света осмелилась нанести ужасный удар по чувствам Миши, растоптав при этом и свои.
- А почему бы мне не принять его ухаживания? – голос девушки зазвенел бездушием, отчего она стала противна самой себе. – Ещё в лесу я сказала вам обоим, что вы дороги мне в равной степени. Так чему ты удивляешься, если сейчас я поняла, что Рома стал мне несколько дороже, чем ты?
- Но после того разговора кое-что изменилось, - напомнил ей Миша, всё еще не веря в действительность происходящего.
- Что именно? – задала Света дурацкий вопрос, который сорвался с её губ ещё до того, как она подумала над его содержанием.
На неё тут же уставились три пары изумлённых глаз, наполненные недоверием и немыслимым разочарованием. Эти взгляды ранили девушку ещё больнее, чем слова обвинения. Но тишина была недолгой.
- Ну, ты даёшь, - протянул Лёшка, и, не особо стесняясь в выражениях, добавил: – Светка, я всегда думал, что ты умная девчонка, а как выходит на деле – дура дурой! Пустой фантик от конфеты! Обыкновенная стерва и сука.
На секунду остолбенев, Света подавила стон отчаяния. Но что бы она не испытывала, надо было продолжать играть. Она нацепила на лицо маску наглости и презрительно фыркнула:
- На твоём месте, Лёшка, я бы помолчала.
- Вот и помолчи, - посоветовал Герка Барсов.
Света чуть не зарыдала от незаслуженной обиды, но роль ветреной вертихвостки заставила её изобразить улыбку.
- Герка, а чего ты лезешь не в своё дело? – Света вызывающе упёрла руки в бока. – Тебя это не должно касаться.
Но Герка не успел ничего ответить, так как Свету перебил Миша.
- Неужели моя любовь для тебя ничего не значит? – хмуро спросил он, ища на её лице хоть какие-то остатки прежних чувств.
- Почему же «не значит»? – нарочито кокетливо спросила Света. – Мне приятно твоё внимание, но не больше. Ты уж прости, но я поняла, что люблю Рому.
Тоска и боль, отразившиеся в глазах Миши были сродни тем же чувствам, которые терзали Свету, но она не могла позволить себе проявить слабость. Слишком многое поставлено на кон. От её убедительности зависела свобода её друзей, одного из которых она любила больше жизни.
Гордо тряхнув волосами, Света заносчиво вздёрнула подбородок и пошла вниз по ступенькам под осуждающие взгляды друзей. Ира, слышавшая обрывки фраз, догадалась о происшедшем и вперилась в подругу ничего непонимающим взглядом.
- Ты чего, с ума сошла? – напустилась она на Свету, погладывая на самодовольно ухмыляющегося Ромку, который, судя по всему, тоже пригрел уши на чужом разговоре.
- Да отстаньте вы все от меня! – не выдержала Света, чуть ли не прокричав это. – Почему каждый считает своим долгом вмешаться в мою жизнь, дать пару дельных советов и осуждающе поцокать языком? Неужели не ясно, что ничего этого мне не нужно! Ира, я и так прекрасно обойдусь без твоих замечаний. Хватит! Надоело!
Не дожидаясь реакции Иры, Света убежала в коморку Ромы. Она изнеможённо плюхнулась на соломенную подстилку. Уткнула лицо в ладони и дала волю слезам.
Рома наблюдал за происходящим с нескрываемым удовольствием, понимая, что для пущего эффекта, ему бы следовало подойти к Свете с попытками утешить. Но такая игра на зрителей могла вызвать агрессию обезумевшей от горя Светы. Поэтому Рома не осмелился подойти к ней. Он-то прекрасно понимал, чем вызваны её слёзы, и догадывался, что творится в её душе. Только ему не было жаль Свету. Чувство самоудовлетворения вызвало его улыбку. Огромное счастье накрыло Рому с головой.
Не менее сильные чувства, но менее радостные охватили Мишу. Он исступлённо смотрел, как Света убежала в нишу, в которой отныне будет спать с Ромой, и видел, как вздрагивают её плечи. Невыносимая боль утраты заполнила его душу. Эта боль не давала дышать, она лишала разума и отбирала желание жить.
«Лучше умереть, чем знать, что она связалась с этим поддонком», - подумал Миша. От этой мысли ему стало не по себе. Всё счастье жизни, все мысли о возможном освобождении моментально покинули его, оставив горечь потери самого дорогого человека.
Заметив на себе самодовольный взгляд Ромы, Миша отвернулся и прошёл в дальний конец камеры. Взлохматив рыжие волосы, попытался привести мысли в порядок. Но обнаружил, что единственная мысль, которая огромным сгустком боли пульсировала в мозгу, сводилась к тому, что он готов пожертвовать всем на свете, лишь бы вернуть любовь Светы. Взвыв, как раненный зверь, навалился спиной на холодную неровную стену. Заскользив по ней, он осел на корточки и обхватил голову руками.
* * *
Ликованию Ромы не было предела. Он чувствовал себя королём положения. Соперник повержен, возлюбленная рядом. И не важно, что она принадлежит ему вопреки своему желанию. Её слёзы вовсе не трогали парня. Он свято верил, что горе Светы скоро пройдёт. И вскоре она вновь станет искренне улыбаться и подставлять ему губки для поцелуя.
Ира же, в отличие от Ромы, вовсе не понимала происходящего. Для неё такие резкие перемены в поведении Светы были шоком. В памяти Дибровой были живы события предыдущего вечера, когда Света, пользуясь тем, что кладоискатели увлеченно что-то обсуждали, припала к прутьям решётки, разделяющей девушек от парней, чтобы коснуться Мишиной руки, дотянуться до его губ. Эта сцена была слишком трогательной и настоящей, чтобы сейчас Ира поверила бы в тот спектакль, который разыграла Света.
Как только девушки оказались в своём отсеке камеры, Ира смерила Свету удивлённым взглядом.
- Что это ты вытворяешь? – тут же напустилась она на подругу, не смотря на то, что Света не была расположена к разговору. – Мне плевать, что у тебя плохое настроение и что ты не считаешь нужным объяснять всем и каждому о своих желаниях. Твои вопли и истерики вовсе меня не впечатляют, поэтому завязывай со своей меланхолией и рассказывай, что с тобой происходит.
Света вскинула на Иру влажные от не просыхающих слёз глаза и устало вздохнула.
- Тебе этого не понять, - попыталась она отделаться от Иры незамысловатой фразой.
- Да где уж мне понять-то? – кивнула Ира, но так быстро сдаваться, явно, не намеревалась. – Если бы я не знала что ты чувствуешь к Мише, если бы не видела, как вы смотрите друг на друга, то поверила бы в то, что ты его больше на любишь. Но я слишком хорошо знаю тебя и потому не верю тебе и твоим лживым словам о том, что ты вновь влюбилась в Ромку.
- Мне нет дела до того, во что ты веришь, - призналась Света, откидываясь на солому. – Просто мне уже изрядно надоело быть арестанткой.
- За это можешь сказать спасибо своему распрекрасному Ромео, - язвительно бросила в ответ Ира.
- Не будь такой злой.
- И какой же мне быть? – глаза Иры полезли на лоб от удивления. Привалившись рядом со Светой, Ира ухватилась за руку подруги. – Ну не верю я в то, что ты так резко изменила своё отношение к Мише. Я же вижу, как горят твои глаза, когда ты смотришь на него. А твои слёзы, которые ты льёшь весь день, говорят очень красноречиво о твоей любви к Мише.
- Иринчик, ты поменьше верь своим наблюдениям, - вздохнула Света и принялась объяснять своё поведение, чтобы развеять сомнения подруги. – Миша мне дорог, не буду спорить, но как друг, а не как возлюбленный. Мои чувства к нему зародились во время его ранения на почве жалости, а жалость – плохой фундамент для любви.
- Ой, как мы умно и красиво заговорили! – чуть ли не воскликнула Ира, но тут же поспешно перешла на шёпот, чтобы ребята не слышали их разговора. – Если Мишка узнает об этом, он возненавидит тебя.
- И пусть ненавидит, - перебила её подруга. – Мне всё равно. Просто первый поцелуй с Мишей был последним желанием умирающего, и я не смогла ему отказать в этом. Потом я слишком долго ухаживала за ним, когда он болел, и переживала за него. Тогда-то я и почувствовала к нему привязанность, которую приняла за любовь. Мы тогда не знали, выживем, или нет. Отсюда и спонтанные чувства. Все эти внезапные поцелуи, новые отношения, ситуации, в которые мы попадали, стали причиной моей растерянности. Я даже не поняла кто мне дороже – Миша или Рома.
- Ну да… - задумчиво протянула Ира, вспоминая, как Света плакала в её объятиях, рассказывая о том, что оба парня нравятся ей одинаково. – И всё же я не понимаю, как можно любить Ромку после того, что он сделал с нами.
- А что он сделал? – как можно более наивно спросила Света. – Временно вернул нас в пещеру? И что из этого? В отличие оттого, что мы бродили по тоннелям без надежды на спасение, сейчас мы знаем, что вскоре окажемся дома. И за это я очень признательна Роме. Именно он вместе с Геркой наткнулся на Игоря, Костю и Пашу. Если честно, то кладоискателям мы обязаны тем, что до сих пор живы. Если бы они не спасли нас, то неизвестно что было бы с нами сейчас.
- Что-то я не пойму тебя, Света, ты что, действительно испытываешь благодарность за то, что нас держат в клетках, как опасных животных?
- Просто я знаю, что как только клад будет найден, мы обретём свободу. Рома всё правильно сделал, что решил помочь нашим спасителям.
Ира тихонечко ойкнула от неожиданности, услышав такое, и перевернулась на бочок, чтобы по губам Светы определить, произнесли ли она вправду такую идиотскую фразу, или ей это только послышалось.
- Свет, ты думаешь, что Роминому поступку есть оправдание? – голос девушки наполнился таким недоверием, что Света поняла, что надо быть ещё более убедительной, чем она была до этого.
- Конечно! Благодаря нему мы сможем помочь тем, кто помог нам.
- Но они издеваются над нами! – вскипела Ира.
- Они не заставляют нас делать того, чего не делают сами, - встала на защиту бандитов Света. – Они так же, как и наши друзья, ходят на разбор завалов и устают ни чуть не меньше Миши, Лёши и Герки. Даша и Рита вместе с нами готовят, стирают, убирают. Так что всё справедливо.
- Справедливо?! – воскликнула Ира, сомневаясь в искренности Светы. – Ты что, действительно думаешь, что бандиты во всём правы? Или может, ты забыла, что они за каждое неповиновение грозятся убить нас?
- Ира, ты тоже не забывай, что мы сбежали и поэтому нам теперь не доверяют.
- Ты меня извини, но после того, что я только что услышала, я не доверяю тебе, - пренебрежительно фыркнула Ира, метая молнии из-под ресниц.
- Это твои проблемы, - Света отвернулась, чтобы скрыть боль, которую причинял ей этот разговор. – Нравится тебе это, или нет, но я не могу приказать своему сердцу. Я люблю Рому и разлука с ним для меня слишком мучительна, и я не знаю, как мне жить без него. Я понимаю, что с Мишей поступаю очень некрасиво, но я не могу больше обманывать его.
С этими словами Света свернулась клубочком. Она старалась не разрыдаться, но упрямые слёзы наполнили её глаза, не спрашивая разрешения у Светы.
- Что-то не очень твой возлюбленный заботится о тебе, - заметила Ира, глотая обиду, комом застрявшую в горле. – Если бы он любил тебя, то забрал бы отсюда к себе под крылышко.
- Он собирался, - прошептала девушка, пытаясь придумать оправдание тому, что она наотрез отказалась сегодня переселяться к Роме, - но вначале я хотела поговорить с тобой.
За этой ложью стояло осознание того, что завтра, не зависимо от её желания, ей придётся покинуть Иру и переселиться к Роме, так как это было главным пунктом его условия. Представив себя в объятиях Игнатова, Света подавила приступ тошноты, внушая себе, что Рома не такой плохой, как ей кажется, и что все его действия направлены на спасение её друзей.
Глава 30
Большие перемены
Бессонная ночь, проведённая в слезах, давала о себе знать – глаза Светы припухли, и вдобавок ужасно болела голова. Но это было мелочью по сравнению с тем, что ожидало девушку. Она со страхом думала о том, что сегодня ей придётся покинуть Иру. А самым нестерпимым было то, что ей придётся под осуждающие взгляды друзей любезно общаться с Ромой. Ира, Миша и Герка могли сдержаться, чтобы не выказывать своего отношения к Светиному поступку. А вот Лёшка не скрывал своего презрения. Невыносимо было смотреть, как он хмурит брови и брезгливо кривит губы, глядя на Свету.
Миша со своим благородством старался не показывать того, что твориться с ним. Превозмогая душевную боль, он нашел в себе силы вести себя так, будто ничего не случилось. Он всем своим видом демонстрировал, что с ним всё в порядке. Да и что он должен был делать? Устраивать сцены ревности? Бросать в адрес Светы упрёки? Такое поведение было неприемлемо для юноши, и он стойко держал удар.
Света тоже не могла найти душевного покоя. Безразличие Миши больно ранило её. Но если кого она и могла винить в происходящем, то только себя. Душа рвалась в клочья. Она подошла к решётке и, прижавшись к ней, сказала:
- Миш, прости меня, пожалуйста!
Ответом ей послужила красноречивая тишина, нарушаемая только лишь треском костра. Миша как лежал, так и не шелохнулся.
- Отстань от него, - решила вмешаться Ира. – Для начала сама себя прости.
Услышав это, Миша сел на соломе и пронзительно посмотрел на Свету.
- Света, я не в обиде на тебя, - сказал он, пытаясь изобразить улыбку. Получилось довольно вымученно и натянуто. – Ты ни в чём не виновата. Если кого и надо винить, так это меня. Я воспользовался тем, что ты была в растерянных чувствах.
Девушка потупила взор, и чуть было не разревелась от обиды. Из-за эгоистичной любви Ромы ей приходилось рушить отношения, которые были ей дороги. Она печально посмотрела на Мишу, но вспомнила, что ей нужно вести себя по-другому. Поэтому тут же отвернулась и ответила:
- Скорее всего, ты прав. Во всём виновато то положение, в котором мы тогда оказались.
- Ты даже не понимаешь, что делаешь, - посчитал своим долгом вставить Лёшка. – Дура ты.
И тут Света не на шутку рассердилась на него.
- Лёшка, а ты бы помолчал. Помнится, что ты всегда пытался влезть туда, куда тебя не просят. Когда только мы попали под завал, ты всячески лез в мои отношения с Ромой. Так вот знай, я больше не позволю тебе вмешиваться в мою жизнь!
Девушка даже не заметила, как к их темнице подошёл Рома. Став свидетелем последних разногласий, он тут же поддержал Свету.
- Правильно говоришь, дорогая, - с нескрываемым удовольствием произнёс он. – Этого ворчуна необходимо поставить на место, чтобы не встревал туда, куда его не просят.
Лёшка уставился на бывшего друга с нескрываемой враждебностью, но в ответ только фыркнул, хотя многое мог сказать Роме. Однако впервые за всё время решил проявить благоразумие и промолчать, чтобы не навлечь на себя и друзей гнев новоиспеченного приспешника бандитов. А то запросто можно схлопотать дубиной по хребтине, или получить пулю в лоб.
- Ты чего припёрся? – недовольно бросила Ира Игнатову.
- Уж точно не для того, чтобы выслушивать тебя, - заверил её Рома, и, обращаясь к Свете, добавил: - Светик, надеюсь, что сегодня ты покинешь эту компанию. Пока Игоря нет, Шурик здесь за главного. Я поговорил с ним, и он позволил тебе перебраться из этого клоповника ко мне.
- Для того чтобы поменять клоповник на свинарник? – не сдержалась Ира и тут же захлопнула рот из-за Светиного сердитого взгляда.
В любой другой раз Света с удовольствием поддержала бы подругу, но не тогда, когда каждое неосторожно обронённое слово могло повлечь за собой наказание друзей. А с Ромой лучше было не шутить: он начал вживаться в роль хозяина положения и становился ничем не лучше того же самого Пашки, который при каждом удобном случае демонстрировал своё превосходство и не скупился на тумаки и угрозы.
Теперь Свете надо было изображать безумную любовь к Роме и всячески поддерживать его. Поэтому она, скорчив недовольную гримасу, напустилась на Иру.
- Не знаю как тебе, но лично мне уже надоело спать на затхлой соломе, питаться помоями и сидеть за решёткой. Поэтому я любыми способами выберусь из этой клетки, - заявила она, гордо вскинув голову. – И мне всё равно, что ты думаешь об этом.
Ира остолбенела от этих слов и даже приоткрыла рот от удивления.
- Ух-ты! – разочарованно выдохнул Герка, который всё ещё пытался сохранить нейтралитет, но поведение Светы упорно заставляло его принять сторону Лёши.
Одарив друга надменным взглядом, Света отвернулась, чтобы улыбнуться Роме.
- Я рада тебя видеть, - прощебетала она. – Мне не терпится поскорее уйти отсюда, чтобы не выслушивать нравоучения.
Пытаясь открыть решётку, Рома чертыхнулся, так как дрожащие от волнения руки не давали ему попасть ключом в замочную скважину.
- Да не трясись ты так, Рома, - хмыкнул Лёшка, не сдержавшись. – Уже через минутку твоя ненаглядная будет таять в твоих объятиях!
Игнатов ничего не ответил, чтобы не напрягать обстановку, в то время как Миша потупил взгляд, стиснув зубы. Ему больно было смотреть на то, как Света выпорхнула из клетки и прижалась к Роме, чтобы ни у кого не осталось сомнений в её любви.
- Ты тоже выходи, - небрежно бросил Рома Ире, будто совсем недавно она не была его подругой. – Обед надо будет приготовить.
- Ах, да! Точно! – всплеснула руками Диброва, драматично закатив глаза. – Света одна не справится! Ей же теперь не положено стоять у плиты, помешивая еду. Не господское это дело!
- Не говори глупостей, - одёрнула Света, понимая, что её отношения с Ирой теперь сложно будет назвать дружелюбными.
* * *
К моменту, когда обед был готов, вернулись Даша, Костя и Игорь. Риты с ними не было, но, видимо, её отсутствие было временным. Сухо поздоровавшись со всеми, Игорь уселся на скамейку, стоящую возле стола, собрав рядом своих друзей.
Рому никто не позвал, но он и не претендовал на звание всеобщего любимчика. Ему вполне хватало того, что рядом с ним была Света и всячески старалась изобразить благодушие, хотя Рома и понимал, что её улыбчивость и показная жизнерадостность – лишь плата за освобождение друзей.
Девушка даже не подозревала, что Рома, дав слово устроить побег Ире, Мише, Лёше и Герке, не собирался выполнять обещанного. Он знал, что осуществить задуманное невозможно. Для того чтобы вывести их из пещер, нужно знать маршруты подземных ходов, а Рома их не знал. Но он вознамерился держать Свету в неведении, чтобы она продолжала верить ему. Вдобавок Рома был уверен в своём обаянии и верил, что в его объятиях Света скоро забудет своего рыжеволосого кавалера. А ничего другого Роме и не было нужно.
Улыбнувшись своим мыслям, он прислушался к тому, о чём говорили кладоискатели. Они склонились над ветхой картой, и речь шла о сокровищах. Хоть до бандитов было далековато, но Рома хорошо слышал их разговор, хоть и не видел, что начертано на карте.
- Пока мы не доберёмся до места, сложно делать выводы, - проговорил Николай Иванович, судя по всему, являясь мозгом операции. – Все эти линии, скорее всего, означают план тоннелей. Но символы, изображённые на ней, недоступны моему пониманию. Ясно лишь одно, что изумрудная звезда, о которой идёт речь в записях, является ключом ко многим загадкам.
- Иваныч, - обратился к нему Игорь, - ты уверен, что мы сможем раскрыть загадки карты?
- Ничего не могу сказать, - пожал плечами седовласый мужчина. – Без звёздного камня искать клад бесполезно.
- Ничё, скоро мы расчистим завал и доберёмся до неё, - заверил его Васька и, кивнув в сторону Светы, сказал: - Ромка времени зря не терял. Переманил девчонку на нашу сторону.
- Как я погляжу, тут у вас скучно не было, - Даша с любопытством уставилась на Рому со Светой, вовсе не задумываясь о том, что такое пристальное изучение может им не понравиться. – Эти двое снова вместе?
- Ага, - кивнул Васька. – Они никак не разберутся, кто с кем дружит, кто кого любит.
Большая часть собравшихся засмеялась, вызвав хмурый взгляд Ромы. Игорь сохранил серьезность, и, увидев недовольство Ромы, тут же осадил друзей.
- Хватит забавляться. Ромка уже член нашей компании, так что нечего потешаться над своими же. – Ещё раз посмотрев на Рому, повысил голос, обращаясь к новенькому: - Иди к нам. И подружку свою захвати.
Рома не спешил выполнить указание, так как не был уверен, что они со Светой приживутся в бандитском коллективе. Но выбора не было. Игорь ждал, когда они присоединятся. Встав с вороха свежей соломы, Игнатов помог подняться Свете. Они подошли к кладоискателям. Света опасливо присела на край скамьи, надеясь, что Даша перестанет разглядывать её так, будто увидела впервые в жизни.
- Теперь вы одни из нас, - произнёс Игорь, - поэтому чувствуйте себя свободнее. Ничего не стесняйтесь, участвуйте в жизни нашей группы.
- Сложно чувствовать себя одной из вас, когда вы держите взаперти моих друзей, - тут же сказала Света, не задумываясь о том, что может сама впасть в немилость.
Игорь посмотрел на неё и задумчиво произнёс:
- Я понимаю тебя, но ты должна понять меня. Если бы вы с друзьями не сбежали, то на данный момент у нас с вами были бы иные отношения – более доверительные и дружелюбные.
- Дружелюбные? – задыхаясь от негодования, переспросила девушка. – Да вы только тем и озабоченны, чтобы избить нас, или заставить работать на себя.
Хмуро сдвинув брови к переносице, Игорь перевёл взгляд на Рому и спросил:
- Ты уверен, что твоя подружка не прибьёт тебя посреди ночи и не переметнётся обратно к своим друзьям? Уж больно воинственно настроена.
- Конечно, уверен, - закивал парень, пиная Свету под столом, чтобы она поумерила пыл. – Мне тоже не нравится, что мои друзья взаперти, но это же не означает, что я причиню кому-то из вас вред.
- Как знать, - осклабившись, бросил в ответ Костя.
- Надо больше доверять друг другу, - примирительно заметил Иваныч, похлопав Рому по плечу. – Без этого в нашем деле никак нельзя.
- Но они не имеют права претендовать на наш клад, - тут же взвилась Даша, вызывающе глядя на Свету, отчего у той мурашки пробежали по спине. И продолжали говорить о Свете с Ромой так, будто их здесь нет. – Я не желаю делиться с этими двумя. Мало того, что примазались к нам, так ещё и клад хотят?
- Никто и не собирается претендовать на него, - тут же сообщил Рома, надеясь, что на этом обсуждение клада закончится.
Но не все оказались столь же дружелюбны, как Игорь с Николаем Ивановичем. Дядя-Шкаф недовольно глянул на новеньких и заявил:
- Игорь, не внушают они мне доверия. Непонятно, друзья они нам, или враги. То мы их дубасим по чём зря, то чуть ли не лобызаемся. Странно как-то.
То, что всё это странно, заметил не только он. Игорь и сам понимал всю нелепость ситуации, но ничего с этим поделать не мог. Если раньше всё было понятно, и пленники находились за решёткой, то с тех пор как Рома переметнулся на сторону кладоискателей, приходилось воспринимать его как члена группы. И его девушку тоже следовало принять в компанию. Но она, видимо, питала к своим друзьям более трепетные чувства, чем Рома, поэтому и пыталась отстоять их права. И неизвестно к чему всё могло привести
Игорь решил поставить все точки над «i».
- Отныне Рома со Светой являются полноправными членами нашей команды, - объявил он.
- Но как же насчёт клада? – не унималась Даша, проявляя верх беспокойства и жадности. – Мы уже два года, как пытаемся отыскать сокровища, а они только пришли и уже должны быть с нами наравне?
- А ты не забыла, что именно Света должна передать нам камень, без которого поиски клада невозможны? – внезапно заступился за девушку Николай Иванович, заговорчески подмигнув Свете.
- Она и так отдала бы его нам, - упрямо твердила лысая вредина, алчно поблёскивая глазами.
- Не будь такой, Даша, - поддержал Иваныча Васька. – Если клад большой, то от нас не убудет.
- А если там мало ценностей? – не сдавалась Даша.
- Тогда и говорить будем, - поставил точку в прениях Игорь. – А пока всё будет так, как я сказал: к Свете с Ромой надо относиться согласно их новому положению. Остальные пленники остаются за решёткой. Наказания за мелкие провинности отменяются.
- Так они совсем зазнаются и перестанут слушаться, - вмешался Паша.
Игорь хмуро посмотрел в сторону камеры с узниками, которые, скорее всего, слышали каждое слово, произнесённое им и его друзьями. Что ни говори, а Паша прав. Если они почувствуют вседозволенность, то ничего хорошего из этого не выйдет. Безнаказанность несёт с собой беспредел.
- Наказания применять только в крайних случаях, - нехотя проговорил начальник разношерстной группы.
Глава 31
Игра чувств
Рома забрался в свою небольшую пещеру, вырубленную в скале. Её пол был устлан толстым слоем свежей пахнущей соломы. Парень был в предвкушении того, что теперь его спальное место с ним должна будет разделить Света. Он улыбнулся своим мыслям, ощущая великое счастье.
Глядя на Свету, которая хлопотала на пару с Дашей возле костра, он с нетерпением ждал, когда она освободится. Хрупкая, нежная с шелковистыми золотыми локонами Света была для него ангелом. Он заметил перемены в ней: поняла, что надо быть покладистой с ним и вела себя очень приветливо, не огрызаясь и не хмуря бровки. Теперь его надежда на то, что Света вновь полюбит его, могла стать явью, что приятно грело душу парня.
Закончив все дела, Света убежала в душ. Мыться приходилось за занавеской в небольшой нише, где наверху висела бочка с водой. Под холодными струями особо не расслабишься, но выбора не было. Хорошенько намылившись, она ополоснулась и надела короткий трикотажный халатик, который дала ей Даша. В пещере было тепло, и в халате оказалось комфортно. Выйдя из душа, Света пошла в «спальню» Ромы. Улыбаясь, он смотрел на длинные ножки возлюбленной.
- Сегодня уже можно отдыхать, - заметила Света, садясь на солому рядом с парнем.
Ничего не ответив, Рома притянул к себе девушку и поцеловал в макушку. Почувствовав, как напряглась Света, Рома погладил её по голове и, отпустив, откинулся на спину. Света осторожно последовала его примеру, слегка отстранившись от Игнатова.
- Иди ко мне, - поманил он её и подсунул плечо в качестве подушки, от которой Света не рискнула отказаться.
Когда златокудрая голова легла на его плечо, Рома обнял Свету и поцеловал в лоб. Держать её в объятиях было для него верхом блаженства. Он с жадностью вдохнул аромат её волос.
Ниша, в которой расположились Рома со Светой, была хорошо видна из камеры узников и Света ощущала, что за ней наблюдают. Несомненно, это были Ира и Миша. Страшно было думать о том, что они сейчас испытывают.
Душа Светы сжалась в комок. Девушка отогнала от себя образ рыжеволосого парня с печально-пронзительным взглядом. Она судорожно вздохнула, чтобы усмирить учащенное сердцебиение. А чтобы скрыть свои непрошенные слёзы, зарылась лицом в грудь Ромы. Он прижал к себе любимое трепещущее тело, догадываясь об истинных причинах такой неожиданной близости.
Рома нежно коснулся губами щеки девушки. Она вздрогнула и откинула голову назад. Её длинные ресницы задрожали. Рома убрал локон с её лба и, обхватив ладонями её лицо, впился губами в девичьи губы. Света отчаянно забилась, пытаясь освободиться. Рома выпустил её.
- Не трогай меня! – злобно выдохнула она, откатываясь в сторону.
Света уставилась в потолок и слёзы заскользили к вискам.
- Мне кажется, что ты забыла о нашем договоре, - вкрадчиво отметил Рома, и его голос не предвещал ничего хорошего. – Если ты будешь сторониться меня, то пойдёшь в клетку к Ире, а Мишку я сгною. Выведу из пещеры, отведу подальше и прибью. Никто даже не узнал где он подохнет.
Света задохнулась от такого заявления.
- Да как ты смеешь? – напустилась она, еле сдержавшись, чтобы не добавить что-то ругательное.
- Смею, и всё тут, - рявкнул Рома. – Мне надоели твои ужимки. Я хочу получить твою любовь.
- Дурак ты, Ромка, - ляпнула Света, даже не подумав, что может последовать за её словами. – Думаешь, что любовь можно обрести силой?
- Ничего я не думаю, - ответил он. – Но этой ночью я получу то, о чём мечтал.
- Это ты о моей ненависти? – съязвила Света.
- Нет, о твоём теле, - зашипел он и навалился на девушку.
Его губы принялись терзать её губы, щёки, шею.
- Прошу тебя, не делай этого! – прошептала Света.
- Заткнись! А если будешь дёргаться, я убью Мишку, и потом покажу тебе его труп.
Света замолчала, обречённо откинувшись на солому. Подавить ненависть было невозможно. Но надо было смириться.
- Нас все видят, - смущённо заметила Света. – Задвинь занавеску.
- Задвину, но чуть позже. А для начала я задвину в тебя кое-что иное.
Света покраснела.
- Противно тебя слушать, - отметила она, а про себя добавила: «да и видеть тоже».
- Мне всё равно, что тебе противно, а что нет, - разошёлся Рома, бесстыже шаря руками по желанному телу. – До того, как мы сбежали от кладоискателей, ты готова была отдаться мне прямо на полу клетки, где помимо нас были все наши друзья. Или ты забыла, как я ласкал тебя? Ты не сопротивлялась. Так что сейчас тебе придётся вспомнить, что близость со мной может доставлять радость. Расслабься. Я хочу, чтобы ни у кого не осталось сомнений, что ты принадлежишь мне.
Света чуть не разрыдалась от ужаса. Мало того, что он собирается овладеть ею, так ещё и хочет, чтобы все знали об этом. Как можно быть таким негодяем? Ему настолько необходимо, чтобы все знали о его власти над Светой, что он готов был опозорить её.
Рома посмотрел на неё. Изумрудные глаза Светы безучастно уставились в потолок, губы приоткрыты, грудь высоко вздымается, волосы разметались вокруг, создав золотой ореол.
- Ты такая красивая, - не смог сдержать восхищения Рома.
«А ты такой омерзительный», - подумала Света, но промолчала.
Рома провёл кончиками пальцев по её лицу. Она стиснула зубы, чтобы не закричать и закрыла глаза. Она не хотела видеть того, кому должна была отдаться против воли. Рома торопливо расстегнул несколько верхних пуговиц на халате и приоткрыл его. Увидев чёрный кружевной бюстгальтер, нетерпеливо дёрнул его наверх, и девичьи грудки выскользнули наружу. Света всхлипнула, а Рома затаив дыхание, уставился на упругие холмики. Он давно мечтал коснуться их, помять в руках.
Осторожно, словно боясь раздавить, парень взялся за розовые соски и покрутил их в пальцах. Они затвердели и слегка увеличились в размерах. Света еле сдержала стон омерзения.
- Грудки, как нарисованные, - с отметил Рома и припал губами к правому соску.
Он его тискал губами, лизал, посасывал. Затем переместился ко второму соску и принялся нежно ласкать его языком. Потом подул на него и сосок напрягся.
Рома аж застонал от удовольствия, а Света сильнее стиснула зубы.
- Ты вся напряжена, - заметил парень. – Расслабься. Иначе я не могу. Ощущение, что я тебя насилую.
- Это не ощущение, - не сдержалась Света.
Рома отпрянул и сел. Раньше он думал, что ему всё равно, что испытывает Света, но теперь понял, что ему необходимо её согласие. Одной покорности ему было мало.
- Я так не могу, - повторил он.
- Меня это радует, - фыркнула Света.
Она опустила лифчик, спрятав груди, и тоже села. Стыдливо запахнула халат и обхватила себя за плечи. Ощутила, как по щекам скользят две тёплые капли, и торопливо смахнула их.
Рома встал и подошёл к входному проёму. Он понял, что минуту назад все обитатели пещеры наблюдали за ними. Быстро глянул на клетку с пленниками. Рома готов был поклясться, что видел, как кто-то отпрянул от решётки. Но сейчас никого не было: все сгрудились внутри своей темницы.
Он демонстративно задвинул занавеску и вернулся к Свете. Сел рядом. Улыбнулся при мысли о том, что все знают, что должно произойти за занавеской. Это была его месть Мише. Пусть помучается.
Рома перевёл взгляд на Свету и нахмурился. Она сидела в той же позе – ноги полусогнуты, руками обхватила себя, словно холодно.
Он погладил её по коленкам, а потом провёл ладонью по нижней части бедра. Света даже не шелохнулась. Оттого, что ноги были полусогнуты, Рома смог добраться до интимной зоны. Погладив её через трусики, он немного отодвинул их и провёл пальцем по горячей щелке. Она была влажной, но Рома не сомневался, что это не от возбуждения, а оттого, что Света только что приняла душ.
В джинсах ему стало тесно от налившегося похотью органа. Не терпелось вынуть его, погрузить в горячие недра девичьего тела. Но неподвижность Светы отбивала всякое желание. Хотелось, чтобы она тоже горела страстью, ласкала его и изнывала от влечения.
- Либо ты расслабишься и отдашься мне по доброй воле, либо я верну тебя в клетку к Ире, - заявил Рома, стискивая зубы. – И тогда будем считать наш уговор расторгнутым.
- О, нет, - прошептала Света непослушными губами.
Она поняла, что тогда её друзья так и останутся пленниками. Хорошо ещё, если их отпустят после того, как найдут клад. А если нет? Ведь бандитам не хочется иметь живых свидетелей тому, что происходило в пещере. К тому же никто их искать не будет – все и так думают, что они погибли под обвалом. Участь её друзей была предсказуема и незавидна. Их убьют. Света не сомневалась.
- К тому же, - вновь заговорил Рома, - не зависимо от того, захочешь ты сейчас секса, или нет, все будут думать, что мы трахались. Чего ты ломаешься, как девственница? От тебя же не убудет!
Света печально посмотрела на него и обречённо легла на спину. Пусть делает что хочет. Ей уже всё равно. Рома навис над ней. Света поняла, что надо делать то, что от неё требуется. Она погладила его по бедру, и особое внимание уделила напряжённому уплотнению между ног. Парень застонал от возбуждения. Нервными движениями расстегнул Светин халат и распахнул его. Перед ним лежало точёное девичье тело. Мраморно-белое, упругое, с идеальными линиями плавных изгибов.
Так же, как раздевают маленького ребёнка, Рома снял со Светы халат. Расстегнул и стянул лифчик. Она лежала такая соблазнительная, что он чуть не набросился на неё. Но сдержался. Крепко обнял девушку, прижав к себе её полуобнажённое тело.
Ему захотелось прикоснуться к бархату её кожи своим обнажённым торсом. Одним рывком он скинул с себя свитер. Глядя на его поспешность, Света чуть не завыла. Но в желании спасти друзей, она решила пойти до конца. Не он первый, не он и последний мужчина в её жизни. Она подумала, что надо бы хоть как-то расслабиться. Наверное, следует представить, что с ней рядом любимый. Так будет легче стерпеть ненавистную близость. Тут же вспыхнул и угас образ Миши. Света застонала от разочарования, что лежит не в его объятиях.
Но Рома воспринял её стон, как наслаждение. Это завело его. Член ещё больше оттопырил джинсы, будто собирался разорвать их и вырваться на волю. Рома сел верхом на бёдра возлюбленной и провёл ладонями по её животу.
Света поняла, что пора подыграть ему. Изобразив страсть, посмотрела на него из-под полу прикрытых век. Прикусила нижнюю губу.
- Ммм… - протянула она. – Какое у тебя рельефное тело.
Если бы Рома был в состоянии мыслить, он бы услышал фальшь. Невозможно за несколько минут сменить ненависть на сексуальное влечение. Но ему было не до наблюдений. Мозг отключился, передав бразды правления возбуждённому органу.
Света заскользила ноготками по упругому животу Ромы и несколько раз обвела пальцем вокруг пупка, закрутив волоски по спирали. Продолжая нежно касаться его кожи, прошлась пальцами по тёмной дорожке волос, скрывающейся в джинсах. Вот и всё. Дошла до точки не возврата. Стоит сейчас выпустить «Джина из бутылки», как он будет выходить на прогулку каждую ночь.
Тяжело вздохнув, Света игриво посмотрела на Рому, а сама принялась расстёгивать ремень на джинсах. Вслед за ним занялась «молнией». Только снять джинсы не получилось – Рома сидел верхом на её бёдрах, а в такой позе расправиться с одеждой не удалось бы. Поняв это, он перекатился на спину и, приподняв зад, стянул с себя остатки одежды. Возбуждённый член замер вертикально. Света повернулась и приподнялась на локте, чтобы сымитировать восхищение.
- Ничего себе гигант! Теперь я хочу знать, как он умеет делать девушек счастливыми.
Она взялась за мощный ствол и сделала несколько движений вверх-вниз. Рома шумно выдохнул и закрыл глаза. Пользуясь тем, что он её не видит, Света брезгливо поморщилась и опустилась ртом на горячую головку. На вкус и по ощущениям она не вызывала отвращения. Если бы не психологическая неприязнь, то всё не так уж и плохо. Прогнав от себя ненависть к Роме, Света принялась посасывать и облизывать внушительный орган. Он был слишком длинный, чтобы уместиться во рту и Света помогала себе руками, поглаживая и массируя нижнюю часть члена и яички.
Рома блаженно дышал, и гладил Свету по голове. Чрезмерно перевозбудившись, он засопел. Света поняла, что сейчас он кончит, и приготовилась выпить его семя. Но Рома дёрнулся и ушёл от девичьих ласк. Несколько глубоких вздохов, и он завалил её на спину.
О, чёрт, он так и не удосужился снять с неё трусики! Кружевной треугольник на соблазнительных бёдрах прятал под собой потаенные уголки, к которым так влекло Рома. Он нетерпеливо сдёрнул трусики со Светы и отбросил в сторону. Судорожно выдохнув, провёл рукой по податливым губкам. Раздвинув их, коснулся клитора.
Света вздрогнула, и Рома решил, что от возбуждения. Он пощекотал чувствительный бугорок и, раздвинув малые губки, посмотрел на розовую плоть. Больше терпеть он был не в силах. Навалился на Свету, подмяв под себя хрупкое тело, и резко вошёл в неё до самого конца. Не сдержавшись, она громко вскрикнула. Но тут же закрыла сама себе рот обеими руками. Она с ужасом поняла, что её голос был слышен далеко за пределами их «спальни».
Погрузившись в пучину девичьих глубин, Рома замер, наслаждаясь пребыванием внутри вожделенного тела. Он отодвинул руки Светы, прикрывающие рот и впился губами. Он глубоко проник в неё языком, лаская губы и язык возлюбленной. Если бы это был поцелуй любимого, то Света застонала бы от удовольствия. Но сейчас поцелуй дарил ей не счастье, а муку. Только при этом надо было изобразить страсть. Вот она и принялась ласкать его губы своими и заигрывать языком.
Рома повёл бёдра наверх, и могучий поршень стал медленно выползать. На мгновение задержавшись, снова ринулся вниз. Света застонала от отчаяния.
- Я знал, что тебе понравится, - прошептал Рома, с силой вдавливаясь в лоно девушки.
Света закинула ноги ему на спину и, взявшись за мужские ягодицы, стала прижимать к себе Рому при каждом его толчке. Большой и горячий член входил глубоко внутрь, вгрызаясь в податливую плоть. Стараясь не думать о своей ненависти, Света попробовала отдаться на волю секса, раз уж не может избежать его.
Её сексуальный опыт был мал, но его хватило, чтобы понять, что секс по принуждению не приносит наслаждения. Раньше она достигала оргазма очень быстро. Он проходил бурно, и поэтому девушка обожала заниматься любовью. Но сейчас процесс не доставлял ей удовольствия. Как ни пыталась она прогнать от себя неприязнь к партнеру, но так и не смогла приблизиться к оргазму.
- Тебе не приятно? – вдруг спросил Рома и приостановился.
Света опешила и поняла, что ведёт себя как заводная механическая кукла, сухо подмахивая. Ни стонов, ни страсти. Надо срочно спасать положение! Она замотала головой и выдохнула с нотками вожделения:
- Очень приятно, но сдерживаюсь, чтобы не застонать.
- Не сдерживайся, - попросил Рома и принялся ещё яростнее вдалбливаться в сокровенную глубину.
Света закинула руки за голову и тихо застонала. Она кусала губы, словно в порыве страсти, мотала головой, впивалась ногтями в спину партнёра. Рома от подобного представления обезумел. Резкими напористыми движениями он завершил половой акт и шумно выдохнул.
Девушка почувствовала, как мужское естество упёрлось в неё, импульсно заполняя спермой. Испустив протяжный стон, дёрнула несколько раз бёдрами и замерла в изнеможении. Она надеялась, что Рома поверил в её оргазм. На сегодня пытка была закончена.
Глава 32
Дни шли своей чередой, ничего не меняя в укладе жизни. Всё так же по утрам мужчины уходили на разбор завала, а девушки оставались на хозяйстве в пещере. Даша и Рита сменили гнев на милость и оказались довольно приветливыми. Так что Ира со Светой ощущали себя с ними на равных.
Общее дело сдружило пленников и бандитов. Уже не чувствовалась былая враждебность. По вечерам мужчины ели все вместе и обсуждали предстоящие поиски клада. Но ночью Лёшу, Мишу и Герку всё же запирали, а вот Иру запирать перестали. Солому в темнице пленников заменили на свежую, и дали подушки и тёплые одеяла.
- Жизнь налаживается, - заметил Лёшка, с наслаждением заваливаясь на мягкое ложе.
Он перестал донимать Свету упрёками, словно она и не была любовницей врага. Миша тоже делал вид, что не замечает, как Рома при любом удобном случае демонстрирует свои отношения со Светой. Каждую ночь Рома с победоносным видом уводил девушку за занавеску и терзал её своей любовью. Ей ничего не оставалось, как отдаваться ему.
Она давно поняла, что Рома не собирается устраивать побег её друзьям. Но как только Света захотела вернуться к Ире, Рома напомнил, что устроит Мише несчастный случай, после которого тот не выживет. Сомневаться в его подлости не приходилось, поэтому девушке предстояло терпеть его поцелуи, ласки, секс, и делать вид, что получает удовольствие.
Света с замиранием сердца ждала месячные, но те не начинались. С ужасом она поняла, что беременна. Но от кого? С Мишей секс был лишь раз, а вот с Ромой регулярный. Вывод напрашивался сам собой. Света не находила себе места от мысли, что отец ребёнка Рома. Даже если и так, то она решила скрыть от него эту новость. И думать противно, как он объявит всем о своём отцовстве. Правда, ещё оставалась надежда на выкидыш, но она могла не оправдаться. Света изводила себя переживаниями о предстоящем материнстве и проклинала Рому.
Горестные раздумья Светы слегка отступили на второй план, когда однажды мужчины вернулись с разбора завала и огласили радостную новость – проход расчищен! На следующее утро Света в сопровождении Игоря, Васьки и Ромы побывала в пещере, где месяц назад ухаживала за раненным Мишей, даже не подозревая тогда, как сильно изменится её жизнь и их отношения.
Оказавшись в той пещере, Света сиротливо окинула взглядом обитель, подарившую ей столько переживаний и радостей. Всколыхнулись тёплые чувства, взбудоражив память. С каким бы удовольствием она вернулась сюда с друзьями, но без Ромы. Она бы с радостью осталась жить здесь навсегда, лишь бы не быть игрушкой в постели красивого, но подлого парня.
Забрав изумрудную звезду из тайника, она передала её Игорю. Он долго рассматривал интересную вещицу, а потом заметил:
- Даже не знаю, как она поможет нам в расшифровке карты. Я думал, что на самом камне есть какие-то надписи, подсказки.
- А что, сильно затейливая карта-то? – спросил Рома. Его глаза полыхнули в предвкушении поисков клада. – Никогда не предполагал, что стану кладоискателем. Думал, что такое только в книгах возможно.
- В книгах, несомненно, всё куда интереснее, но и в жизни всякое бывает, - хохотнул Игорь и подмигнул парню. – Как увидишь карту, так и вовсе голову потеряешь.
Потом долго шли назад, и Света изрядно устала. Когда вернулись в жилую пещеру, Игорь вскинул вверх руку со звездой и крикнул:
- Мы нашли её!
Все возбуждённо загалдели. А Иваныч – хранитель карты – тут же развернул её на столе.
Сгрудившись вокруг неё, кладоискатели впились глазами в давно знакомые завитки, буквы, цифры, знаки, начертанные на большом куске тонкой кожи.
- Идите сюда! – позвал Игорь сидящих у костра Лёшу, Герку, Мишу и Иру. – А то делаете вид, будто вам совсем не интересно! Вместе будем карту разгадывать. Чем скорее найдём клад, тем скорее домой вернётесь.
Хорошее обещание! Только знать бы наверняка, правда ли он решил опустить их, или всё же убьёт. Хотелось надеяться на лучшее.
Четверо друзей подошли к столу. Туда подтянулись Рома со Светой. Наконец-то они тоже увидели карту, из-за которой столько хлопот.
Это был потемневший от времени старый кусок кожи, испещрённый непонятными знаками и закорючками. В центре была нарисована маленькая звезда, а вокруг неё веером расходились завитки и линии, отчего карта больше походила на кружево, или паутину.
- Здесь вот написано на греческом, что разгадать тайну клада может только лишь звёздный камень, - пояснил Иваныч и потыкал пальцем в буквы, названные им «греческим».
- А по мне, так закорюки простые, - проворчала Даша, недоверчиво косясь на старинные письмена.
Иваныч пожал плечами – ну что ей объяснять? Она и русские буквы едва знает, так куда уж ей до иностранных!
- Изумрудная звезда намного больше той, что изображена на карте, - отметила Света и, поморщившись, добавила: - Она не имеет никакого отношения к кладу, а вы нас из-за неё в плену держите.
- Не торопись с выводами. Не зря в карте про звёздный камень сказано,- задумчиво сказал Герка и потянулся к карте.
- Ну-ну, - недовольно каркнул Пашка и отпихнул руки Герки. – Лапами не трожь.
- Как скажешь, - фыркнул Герка, - а то я думал, что тебе интересно узнать, что надо сделать с картой, чтобы найти клад.
Глаза Пашки загорелись, и он более миролюбиво сказал:
- И что, у тебя есть какие-то идеи?
- Представь себе, - Герка поймал на себе взгляд Игоря и его одобрительный кивок, поэтому взял карту и начал сворачивать. – Вот смотрите, если центр карты – нарисованная звезда, то надо попробовать как-то загнуть карту в нескольких местах, чтобы из маленькой звезды получилась большая.
- Интересная мысль, - оживился Иваныч и подвинулся, давая место Герке.
Тот, не отрываясь от карты, перелез через скамью и сел. Глядя, как он мнёт карту, можно было подумать, что он решил уничтожить её. Каждый раз линии вокруг звезды складывались в новую звезду. Но она была либо иной формы, чем изумрудная, либо другого размера. Однажды получилась очень похожая звезда, но когда Даша приложила изумрудную, то линии немного не совпали. Герка продолжил терзать карту и вдруг замер.
- Кажется, получилось, - недоверчиво произнёс он, словно сомневаясь в себе.
- Приложи камень сюда, - сказал Васька Даше, ткнув грязным ногтем в получившуюся звезду.
- Дай-ка, - Даша полезла к карте. Изумруд лёг на место, будто и не покидал никогда карту.
- Ух ты! – зачарованно выдохнула Рита.
Часть карты скрылась в складках, а оставшиеся фрагменты приняли иные очертания. Раньше зигзаги, линии и завитки ажуром украшали карту, а теперь обрели смысл. Появились стрелки с направлением север-юг, проступили римские цифры ХII и V. А ещё завитки сложились в слово: ανωμαλία.
- Ничего себе, - зачарованно прошептала Ира, касаясь карты. – Что всё это значит?
Иваныч тут же ринулся объяснять:
- Это греческие буквы: альфа, ню, омега, мю, – называя их, он тыкал в каждую, словно это было жизненно необходимо. – Снова альфа, потом лямбда, йота, и, наконец, альфа.
- Больше на ругательство похоже, – насупилась Даша, непонимающе глядя на Иваныча.
- Дашенька, раз у нас получилось слово, - перебил её Иваныч дрожащим от возбуждения голосом. – Это значит, что карту правильно свернули! Ключ найден! Мы на верном пути!
В глазах окружающих зажглись искры интереса и алчности.
- Да ты прав, Ивыныч, - Пашка аж привстал от нетерпения. Словно так он мог разгадать все тайны и ринуться за сокровищами. – Если карту свернули бы не так, то не получилось бы слова! Только что оно значит-то?
- Написанное слово в переводе означает «аномалия», - заключил Иваныч с видом человека, доставшего звезду с неба. Он сиял от гордости и счастья, будто только что нашёл сокровища.
- Так что надо искать аномалию, - заметил Миша, впившись глазами в карту.
- Где? – спросил молчаливый Шурик, и тоже уставился на карту. – Теперь тут всё сильно изменилось. Раньше хоть были нарисованы зверушки, да всякие символы, а теперь появились новые, а старые исчезли.
- А ну-ка, - снова Герка полез к карте и велел: - Ира, придержи звезду, чтобы она с места не сдвинулась.
Ира взялась за изумруд, а Герка осторожно растянул карту так, что все складки выпрямились.
- Что ты наделал? – взвизгнула Даша и схватилась за голову. – Символы исчезли!
- Зато появились новые! – заметил он, кивая на карту.
И впрямь, там, куда указывали лучи звезды, были пять знаков: песочные часы, полумесяц, рисунок озера, точка в начале извилистых линий и знак бесконечности.
- Что-то я запутался, - признался Костя, таращась на карту. – К чему всё это?
В ответ все выразительно промолчали. Наконец заговорил Игорь.
- Давайте подведём итоги, чтобы знать, с чем работать. Итак, у нас есть ключи: направление на север-юг, слово «аномалия», цифры ХII и V. Ещё есть полумесяц, озеро, знак бесконечности, песочные часы, и жирная точка, от которой отходит длинная извилистая линия.
Иваныч потёр ладони. Видимо, ему не терпелось разгадать карту. Его переполняли мысли и догадки. Одна из них показалась ему достойной внимания. Он вскинул указательный палец и заявил:
- Я думаю, что озеро и точка в извилистых линиях – это начало и конец пути!
- Согласен, - кивнул Игорь, задумчиво поглаживая подбородок. – До этого все линии на карте были сами по себе, а теперь мы знаем, откуда начинается путь к кладу.
- То есть? – не понял Рома, и посмотрел сначала в карту, а потом на Игоря. – Ты хочешь сказать, что тебе стало ясно откуда надо приступать к поискам? Это же всего лишь точка! Даже если она означает начало пути, то где искать этот тоннель никто не знает!
- Не совсем так, - пробасил Дядя-Шкаф, и, выдержав паузу, заявил: – Мы давно нашли двенадцать тоннелей, которые заканчиваются тупиками, а на стенах тупиков всякие рисунки, как в египетских храмах. Зверушки, линии, люди и везде натыканы звёзды. Красиво, конечно, но толку никакого. Мы не знаем, что с этим делать.
Миша оживился и спросил:
- А далеко эти рисунки? Посмотреть бы!
- Успеешь, - ответил за всех Рома. Ему и самому было интересно посмотреть, но осадить Мишу было куда важнее.
- Завтра покажу, - ответил Мише Игорь. – Сегодня устали уже. Так что пока подумаем над картой, чтобы завтра начинать поиски. А теперь расскажу то, что знаю сам. Итак, - начал он, словно намеревался открыть величайшую тайну в мире. – Маленькая звезда, которая нарисована на карте – это наша пещера. Если убрать все загородки, занавески и решётки, то её форма очень напоминает звезду. Теперь, когда мы знаем, где на карте север, а где юг, - он развернул карту согласно ориентиру, - то становится всё ясно. – Он ткнул пальцем в жирную точку возле луча изумруда и пояснил: - Завтра отправимся в этот тоннель и подумаем что делать. Там много иероглифов и надо понять, что они означают. А ну-ка, Дашка, тяни фотки.
Девушка подскочила и умчалась к столу, где всегда хозяйничал Иваныч. Порывшись, она принесла стопку бумаг и положила на стол. Иваныч кивнул в знак благодарности и принялся разбирать.
- Вот они, - заявил он, и стал выкладывать на стол снимки.
На всех были запечатлены наскальные рисунки и барельефы. Чего тут только не было! Странные завитки, изображения людей, животных, символы и звёзды.
- И как во всём этом разобраться? – подал голос Лёшка.
- Теперь у нас есть кое-какие разгадки! – возбуждённо заметил Иваныч.
- Предположим, звезда нам показывает начало пути, - Рита ткнула пальчиком в точку в начале лабиринта, - и знаем конец, - она переместилась на рисунок озера. – Но что означают оставшиеся три? – её пальчик запрыгал от знака бесконечности к полумесяцу и к песочным часам.
- С полумесяцем всё ясно, - вдруг заявила Даша. – Ночью надо начинать искать клад.
- А какая, на фиг, разница? – буркнул Васька. – Думаешь, что у клада есть определённые часы приёма?
- Не горячись, - осадил его Герка. – В этом что-то есть. Когда мы были на экскурсии, гид показал розовое озеро, которое закипало по ночам. Там подземные пласты нагреваются и остывают раз в сутки. Может, и тут есть какая-то закономерность.
- Согласен, - кивнул Иваныч. – Значит, остаются непонятными только песочные часы, да знак бесконечности. Только песочные часы какие-то странные. Больше похожи на римскую II, только с вогнутыми палочками.
В воздухе повисло гнетущее молчание. Все напряжённо думали, как всё состыковать, чтобы головоломка сложилась.
- Может, имеет смысл подключить знаки, которые мы получили при сложенной карте? – подала голос Света и, не дожидаясь, пока все вникнут в суть сказанного, продолжила: - Мы знаем, что надо искать нечто аномальное, а ещё есть число двенадцать и цифра пять. Надо их применить к тому, что имеем.
- Насчёт пятёрки на ум приходят лишь пять лучей звезды, - фыркнул Костя, ткнув в изумруд. – Ещё есть по пять пальцев на руках и ногах, да и вообще, пятёрка – счастливая цифра.
- Ну, со звездой-то всё понятно, - заметил Пашка. – А вот всё остальное – бред.
- Отчего же? – вступилась за Костю Рита. – Ничего и не бред! – и ткнула пальчиком в одну из фоток, разложенных на столе. – Вот эта как раз сделана там, откуда начинается путь к кладу. И здесь есть изображение ладони!
- Да ну!? – удивился Лёшка и цапнул снимок. Пригляделся, кивнул. Фотография пошла по кругу, переходя из рук в руки. – Да, Рита, ты права, есть ладонь. Может, надо толкнуть именно в этом месте и тогда откроется проход?
- Очень даже может быть, - задумчиво ответил Иваныч. - Но пока мы не окажемся на месте, говорить о чём-то сложно.
- Ладно, - отметила Даша, - с половиной всего разобрались. Хотя, может, мы на ложном пути. Но что означает всё остальное? К чему такой зверинец изображён на скале и что означает слово аномалия и число двенадцать?
Снова все задумались. Точно так же, как Костя перечислял то, что знал о пятёрке, Света принялась перечислять то, что знает о двенадцати.
- Двенадцать месяцев в году, двенадцать секторов на циферблате часов, двенадцать апостолов, двенадцать стульев.
- Хе-хе! – рассмеялась Даша. – Вот уж сильно удивлюсь, если в пещерах мы наткнёмся на двенадцать стульев! Они будут стоять в ряд и в одном из них будут сокровища.
Света отмахнулась и продолжила:
- Двенадцать музыкальных полутонов в октаве, двенадцать знаков зодиака…
- Стоп! – крикнул Игорь и ткнул в карту. – Это же знаки зодиака! Точно! Смотри: лев, водолей, козерог!
- Ооо! – протянула восхищённо Даша и нетерпеливо заёрзала на скамейке. – Ничего себе!
Остальные промолчали, всматриваясь в знаки.
Тут заговорил Герка:
- Если нам, действительно, нужны знаки зодиака, то что же получается?
- А то, - начал Рома, - что надо найти в них аномалию.
- Так всё просто? – не поняла Света.
- Просто? – не понял Рома и удивлённо уставился на неё.
Она прожгла его победоносным взглядом и сказала:
- А что тут думать-то? В зодиакальном гороскопе единственное мифическое существо – козерог, а в восточном – дракон.
- Точно! – обрадовалась Даша и с уважением посмотрела на Свету.
- И что нам это даёт? – не поняла Рита.
Света протянула руку за фотографией и пояснила:
- Надо найти эти знаки на стене и подумать, что с ними делать.
Она долго изучала фотографию под всеобщее молчание, пока его не нарушил Пашка.
- Ну что там? – его голос выдавал крайнее нетерпение.
- Да ничего, - недовольно откликнулась Света. – Нет тут ни козерогов, ни драконов.
- Зато вот тут есть, - отозвался Лёшка и протянул фотографии других стен. – Может, мы не ту фотку разглядываем? Вдруг надо начинать идти оттуда, где есть барельефы дракона и козерога. Вот на этих двух фотках они есть.
- Нет-нет, - покачал головой Иваныч. – Карта не может врать. Звезда чётко показывает на начало пути. Мы просто не так понимаем значение числа двенадцать.
- Но других аномальных знаков зодиака нет! – воскликнула Света.
- Есть! – Ира аж подскочила от возбуждения! – Есть!
Все воззрились на неё.
- Ты ещё раз хочешь произнести слово «есть»? – беззлобно рассмеялась Рита.
- Нет, - смутилась Ира, но тут же глаза загорелись огнём, и она ткнула пальцем в карту. – Вот же ещё одна подсказка! Это не песочные часы! Это знак близнецов в зодиакальном гороскопе!
- Да, точно! – поддержала её Даша. – Близнецы – они аномальны.
- Чем это? – не поняла Рита.
- Они – люди! – возвестила Даша с гордым видом.
- Да уж… - протянула Ира.
Даша смутилась.
- А что не так? – не поняла она.
- А то, что есть ещё дева и водолей, - пояснила Ира.
- Но какую аномалию нам может подсказывать знак близнецов? – не понял Васька.
- А такую, что надо искать двойственные знаки, - догадался Игорь.
- Это как? – продолжил удивляться Васька.
- Двойственных только три! – заявил Лёшка, и тут же перечислил, загибая пальцы: - близнецы, рыбы, весы!
На лице Васьки отразилось недоверие.
- И кого надо выбрать? – заодно посмотрел на фотографию и заметил: - Все три тут есть.
- Я поняла! – Ира снова подскочила и захлопала в ладоши. – Нам нужны весы!
- Дааа??? – протянула Рита. – А почему именно они?
- Потому, что всё сходится! – затараторила Ира, глотая буквы. – Нам нужен двойной знак зодиака, да к тому же аномальный! Всё так просто! Весы – единственный двойной и неодушевлённый знак зодиака! Вот она – аномалия! Неодушевлённый!
- Точно! – Миша похлопал Иру по плечу. – Это ты правильно заметила! Молодец!
- А что ты думаешь по поводу восточного гороскопа? – тут же спросил Игорь.
Но вместо Иры ответил Миша:
- Единственный двойной, а, значит, аномальный знак – кот, он же кролик.
Все молча согласились.
- Теперь мы – настоящие кладоискатели! – гордо заявил Лёшка, приосанившись.
- И не говори, - откликнулся Миша.
Глава 33
Знаки и тоннели
В эту ночь кладоискатели не потрудились запереть на ночь пленников.
- Отныне вы – одни из нас, - заявил Игорь, похлопав по плечу стоящего рядом Герку.
ТЕЛЕГРАМКанал с обзорами, анонсами новинок и книжными подборками
Книжный Вестник
Бот для удобного поиска и скачивания книг
Книжный Бот
Свежие любовные романы в удобных форматах
Любовные романы
О психологии, саморазвитии и личностном росте
Саморазвитие
Детективы и триллеры, все новинки
Детективы
Фантастика и фэнтези, все новинки
Фантастика
ВКОНТАКТЕ