ГЛАВА 14

Я ворочалась в постели, все время думая об Айри. Однако вскоре мои грустные мысли прервал настойчивый стук в дверь.

— Кто там?

— Господа молодожены, вас внизу ждет Рыжая Бес… То есть госпожа Айри Грэм.

Мы услышали удаляющиеся шаги Ксьена, и Рэй спросил:

— Как он ее назвал?

— Рыжая Бестия, — фыркнул Кузьмяк. — По мне так ей куда больше подходит Рыжая Гадина.

— Не смей обзывать мою подругу! — я дернула фамильяра за ухо, и в ответ получила когтистой лапой по руке.

— Так почему ее так прозвали? — напомнил Рэй.

— Да так. Было дело. Только вот что странно: почему она не явилась сюда сама? Тактичность отнюдь не входит в число ее добродетелей.

Разгадка необычного поведения Айри, обнаружилась сразу же, как мы спустились вниз. Женщина сидела за столиком в полном одиночестве, если не считать бесчисленного количества кувшинов возле нее. Моя подруга никогда не упустит возможность получить максимум от халявы, по крайней мере, так я это объяснила друзьям. Еще вчера я пообещала ей не говорить с ней больше о Зэйрисе. Хотя бы не в ближайшее время. Однако видя, как она топит свое горе в вине, мне впервые захотелось нарушить данное слово.

— О! А вот и сладкая парочка пожаловала.

Еще раньше я отправила Айри записку, где сообщила ей нашу легенду о супружестве. Она всегда любила авантюры, поэтому я совершенно не сомневалась, что она нас поддержит.

Зоркий глаз моей подруги заметил не только меня и Рэя, но и дрожащего в корзинке за моей спиной фамильяра. Видимо, эта дрожь его и выдала, потому как Айри, хитро прищурившись и громко икнув, подошла ко мне и по-хозяйски запустила руку в переноску. Я могла бы поклясться, что шерсть Кузьмяка на секунду сменила цвет с черного на белый. Это видение быстро исчезло, а вот ужас в глазах котенка — нет.

— Киса, как же я соскучилась! А ты?

— Нет! — что есть силы заорал Кузьмяк, выражая этим маленьким, но емким словом и ответ на вопрос, и возмущение по поводу происходящего.

— Ну-ну! — проворковала Айри, щекоча подбородок Кузьмяка своим острым, как лезвие, ноготком, заставляя котенка еще больше округлять глаза от страха. — Я же знаю, что ты притворяешься. Ты же любишь тетю Айри, правда?

На Кузьмяка было страшно смотреть. Я обдумывала, как бы забрать фамильяра у Айри, чтобы не нарваться на ее пламенный нрав, когда Рэй взял инициативу в свои руки.

— Айри, а Вы…

— Ты, — поправила его она, еле держась на ногах. Я готова была подхватить ее в любой момент.

— Хорошо. Ты. У нашего добрейшего хозяина есть эльфийское золотистое.

Мы с Айри присвистнули. Самое дефицитное вино в нашем Королевстве! Снобы-эльфы, хоть и имели его в почти неограниченном количестве, но строго контролировали, чтобы ни одна капля не пересекла границы Эмеральда. Поэтому контрабандисты процветают и будут процветать во все времена.

— Держи, — Айри передала мне находящегося в полуобморочном состоянии фамильяра и, распевая песенки, направилась к стойке, где старик-гном старательно протирал идеально белым полотенцем кубки.

— Рэй, — шепнула я. — А откуда ты узнал, что у него есть эльфийское золотистое?

— А я и не знал, — ответил мой друг. — Все равно она добудет это вино. Даже если у Ксьена его нет.

Наемник оказался прав, и через несколько минут Айри вернулась к нам с победным кличем, держа в руках три кувшина с контрабандным вином. Я мысленно попросила у Ксьена прощения, одновременно боясь — как бы ведьма не упала и ничего не разбила. А подруга тем временем честно, по ее мнению, делила добычу: два кувшина ей, а один мне и Рэю.

Медленно потягивая драгоценную жидкость, я чувствовала, как по телу разливается приятное тепло, а голова становится удивительно ясной. В отличие от обычного вина, эльфийское золотистое не затуманивало разум, а наоборот проясняло его, делая мысли четче и быстрее. Сейчас это было как раз то, что нужно. Мне совершенно не хотелось бы, чтобы Айри затуманивала себе разум вином. Все равно позже ей будет только хуже.

— Айри, ты зачем нас звала?

— Как зачем? А кто пропуск в закрытую часть Библиотеки хотел?

— Айри, у тебя получилось? — обрадовалась я.

— Неа, — пожала плечами подруга. — Но у тебя получится.

— С чего ты это взяла?

— Да есть тут у меня одна идейка… Завтра пойдем на дело.

«Идейка» заключалась в том, чтобы привести меня в родную альма-матер и выклянчить разрешение у ректора. Я сильно сомневалась в успехе этой затеи, но других вариантов у меня все равно не было. Кузьмяка и Рэя было решено оставить в трактире — все равно их в ректорат не пустят. Фамильяр этому очень обрадовался, а вот наемник приуныл. Как человеку действия, его совсем не привлекала идея сидеть без дела. И дело ему вскоре нашлось: выкидывать из «Гордого козла» охочих до бесплатного пойла прогульщиков-студентов. Заодно и немного денег получит за работу вышибалой, а то мы изрядно поиздержались.

К сожалению, Университет Магии и Ясновидения выглядел точно так же, как и несколько веков назад: длинное трехэтажное здание главного корпуса прятало за собой факультеты и прилегающие к ним общежития. Главный вход меня всегда угнетал. Высокие колонны и массивные двери заставляли чувствовать себя совсем крошечным и жалким.

— Айри, а нам обязательно туда идти?

— Обязательно.

— Но я…

— Нет.

— Но…

Моя подруга легонько, по ее меркам, подтолкнула меня в спину, и я чуть не зарылась носом в землю.

— Айри!

— Не дрейфь, девочка. Нечего бояться — диплом ты уже получила.

Хорошенько поднатужившись, я слегка приоткрыла дверь. Ровно настолько, чтобы не обремененные лишними килограммами я и Айри смогли протиснуться в холл. На первом этаже как всегда царило нервное оживление. Возле стен были расставлены лавки, на которых расположились студенты. Часть из них отдыхала после удачной сдачи экзамена, а другая еще пыталась что-то экстренно выучить. Ничего не меняется.

Неугомонная Айри толкала меня в спину в нужном направлении. Я же всеми силами пыталась задержаться, чтобы хорошенько рассмотреть знакомые и, как оказалось, милые сердцу места. Никогда бы не подумала, что буду скучать по университету.

— Дуй вперед, девочка, — скомандовала подруга. — Нечего тут просто так расхаживать, а то еще работать заставят.

— Это тебя-то? — хмыкнула я. — Скорее уж наша Коршун кого-нибудь похвалит, нежели тебя кто-то сможет заставить делать что-либо против твоей воли.

Вот скажите: кто меня за язык тянул? Сейчас я готова была сама себе его отрезать.

— Ой! — сглотнула Айри. — Прячемся!

Мы обе вжались в стену в надежде, что гроза и ужас всего Университетского города нас не заметит. Доцент Делайла Шейн, больше известная как Коршун, наводила ужас, как на студенческую братию, так и на весь профессорско-преподавательский состав. Казалось бы: что может сделать маленькая пухленькая старушка с пенсне на крючковатом носу и с ядовито-розовом париком на излишне вытянутой голове? Много чего. Не зря же ей дали прозвище в честь этой милой птички. Если уж она за кого-нибудь возьмется, то не отпустит, пока не вытянет из него все соки.

Поговаривали, будто бы она еще самого Арндрэйка в колыбели видела. Более смелые предполагали, что она ему и вовсе родственницей приходилась. Это могло бы объяснить, почему у нее такой скверный характер. Конечно же, это были обычные байки, но зато они помогали дать четкое представление первокурсникам с кем и чем им предстоит столкнуться. Однако «желторотики» не верили старшим товарищам, считая, что их попросту пытаются запугать. А потом страдали из-за того, что проигнорировали предупреждения. К сожалению, ни одному студенту не удалось избежать встречи с доцентом Коршуном. Теория охранной магии входила в программу всех первых курсов.

— Профессор Грэм! Наконец-то я Вас нашла!

Мы с Айри досадливо поморщились и отлипли от стены. Я уже и забыла, какой у Коршуна громкий и скрипучий голос. Когда она читала лекции, создавалось впечатление, что кто-то выводит узоры гвоздем по стеклу. Даже если заткнуть уши ватой, то все равно через пять минут начинает болеть голова, а через полчаса и вовсе раскалываться на части. Никакая магия в стенах Университета не работала, кроме как в лабораториях. Да и в те можно было попасть только строго по пропускам. Поэтому приходилось спасаться старыми дедовскими способами. Самым популярным из которых был прогул. Конечно, потом нужно было в качестве наказания писать рефераты на три свитка мелким почерком, но это было намного приятнее, чем целую пару находиться под звуковой пыткой Коршуна. На ее занятиях присутствовало стабильно десять человек из сорока. Каждый раз разных. Это были бедолаги, которым не посчастливилось вытянуть короткую соломинку.

— Батюшки! — всплеснула пухлыми ладошками доцент. — Кого я вижу! Неужто наша гениальная студентка решила нас почтить своим вниманием! Как, бишь, Вас? Рика Нэр?

— Кира Эрн, — сквозь зубы поправила я старушку, машинально разминая висок. Этот скрип сводил меня с ума.

— Да-да. Точно-точно! Помню. Так Вы, наконец, образумились и решили стать преподавателем? Должность на кафедре ясновидения все еще вакантна.

— Нет, спасибо.

— Вы бы все-таки подумали! Вы только представьте себе, какие это даст Вам преимущ…

О, моя голова!

— Доцент Шейн, оставьте девочку в покое. Она здесь не для этого.

— А для чего?

Коршун, как женщина старой закалки, не могла себе даже представить, что в мире существует что-либо важнее работы. Поэтому брезгливо поджала губы, когда Айри ответила, еле сдерживая смешок:

— О! Ничего особенного. Всего лишь навещает старую подругу. И, кстати, нам уже пора.

Айри взяла меня за руку и потащила по коридору.

— Профессор Грэм! Не забудьте, что через час у нас собрание!

— Ага! Помню! Буду! — и уже намного тише добавила. — Если смыться не получится.

Мы петляли по бесконечным лестницам, пока не добрались до третьего этажа. Я уже говорила, что я думаю об этом горе-архитекторе, который спроектировал это здание. Так вот, это мнение разделяли все, кто когда-либо бывал в Главном корпусе. Неужели нельзя было сделать нормальную лестницу? Так нет же, нужно было впечатлить коллег и построить этот лабиринт. Хотя благодаря этому у студентов всегда была отмазка на случай опоздания — заблудился.

Внезапно я услышала:

— Найди. Найди их все. Найди все камни…

— Айри, ты это слышишь?

— А? Ты о чем?

— Ни о чем. Послышалось…

Однако слова гулом отдавались в моем сознании. Острая боль пронзила все мое тело, и я была вынуждена остановиться.

— Кира!!!

Я приходила в себя медленно, голова все еще кружилась, а во рту было на удивление мерзко.

— Девочка, не пугай меня так. Мне и одной потери хватит.

Я встретилась взглядом с встревоженными глазами Айри. Она не на шутку была обеспокоена, даже на время отбросила свой сарказм.

— Что случилось?

— Голова немного закружилась…

— Точно? — подруга с сомнением посмотрела на меня.

— Точнее не бывает, — я улыбнулась. — Все хорошо. Правда.

— Идти сможешь?

— За кого ты меня принимаешь?

— Ладно уж. Потопали тогда.

Проходя мимо одной из аудиторий, я невольно замедлила шаг. Хорошо знакомый голос все еще заставлял трепетать сердце. Сколько бы я себя не убеждала, но мне все еще не удалось полностью избавиться от чувств к Вану. Двери были приоткрыты, чтобы пустить хоть немного свежего воздуха в душное помещение, и я увидела моего бывшего возлюбленного, самозабвенно рассказывающего что-то стоя за кафедрой.

— В следующем году будет ровно тысяча лет, как был свержен Арндрэйк. Как вы, наверное, знаете…

Айри потащила меня дальше, и я не расслышала окончания фразы. Но этого и не требовалось. Историю Амаранта я знала назубок. Я стала лучшей студенткой курса, чтобы привлечь внимание любимого преподавателя. Какой же я была глупой.

— Все. Мы пришли. Проходи.

В кабинете ректора что-то неуловимо изменилось. Вроде бы все было как прежде, но в то же время по-другому.

— Айри, а разве нам можно здесь одним находиться? Где ректор?

— Прямо перед тобой.

За заваленным бумагами столом чинно восседала моя любимая подруга.

Загрузка...