Поцелуй Злодейки. Том 3 (СИ)

Глава 43

АР ДАКРАН. Всё ещё день 12.

— Такс, — заключила я, когда мы — Ара Элеонора, Ройза, Таттара Таттам, Агор и Вотек — поехали на север Намира на охоту за драгоценной спесью. — По порядку. Что из себя представляет наш ювелир?

Спрашивала я это исключительно для аллаянки, поскольку Таттара Таттам должна была знать, кому ей придётся льстить, и на какие рычажки удобнее будет давить.

— Выходец из народа, — сказала Ара Элеонора, — в весьма юном возрасте он устроился подмастерьем в ювелирную мастерскую, а спустя несколько лет о нём и его работах заговорил весь Намир. Талант его был так высок, что Дакран пожаловал ему титул аристократа и земли. Наш Ар Ювелир открыл собственный салон-мастерскую, но, в отличие от вас, голубушка, весьма-весьма зазнался и оттого общаться с ним довольно затруднительно.

— Пф-ф! — отозвалась Таттара Таттам. — И не таких обольщали! Ара Самара, какие позы нужны?..

— … Ух, какой красивый салон! — восхитилась я, когда мы вышли из кареты.

— Красивее, чем ваша мастерская? — спросила Ройза.

— Нет, конечно! — удивилась я. — Ведь в этом салоне нет вас!

Ара Элеонора растерялась. И разулыбалась. И все остальные тоже.

Ару Элеонору было решено оставить в карете, ибо Ар Ювелир легко мог опознать в ней императрицу, а это нам было ни к чему. Поэтому в салон зашли мы с Ройзой и Таттарой Таттам.

К нам подошёл степенный ар и сказал:

— Ары, рад вас приветствовать. Пришли подобрать для себя украшения?

— Нам бы, — сказала я, — с Аром Ювелиром повидаться.

— Ох, — отозвался почтенный ар, — боюсь, Ар Ювелир не выходит к посетителям.

— Отчего же? — удивилась Таттара Таттам.

И задумчиво похлопала мешочек с заготовленной лестью.

— Видите ли, он работает исключительно с личными заказами от знатных господ и не имеет обыкновения выходить к простым посетителям.

— Так мы как раз и хотели сделать ему заказ, — моментально нашлась Ройза.

— Боюсь, что его очередь на заказы расписана на год вперёд.

— Три заказа! — принялась торговаться Таттара Таттам.

— На год вперёд, — остался при своём почтенный ар.

Пришлось покидать салон несолоно хлебавши.

— Ну? — встретила нас Ара Элеонора нетерпеливо.

— Облом, — пожаловалась я, устраиваясь рядом, — его помощник охраняет его, как дракон принцессу.

Мы с Таттарой Таттам чутка приуныли, но тут Ара Элеонора воскликнула решительно и уверенно:

— Так за чем же дело стало? Пошли спасать принцессу!

А ведь точно!

— А для начала, — оживилась я, — надо осмотреться!

И мы пошли осматриваться. Салон был большой. И обзаборенный. Шли мы, шли вдоль этого забора, и тут в одном месте…

— Вишенки! — взвопила я счастливо.

— Надо же, — удивилась Ара Элеонора, — в такое время года…

Вишенки были страсть какие сочные. А как живописно они свисали с той стороны забора! Я подпрыгнула — но не достала. Таттара Таттам подпрыгнула — но не достала. Мы обе уставились на Агора. Тот скрестил руки на груди и взглядом дал понять, что прыгать не собирается.

— Ну хоть на плечи подсади, — возмутилась я, — не видишь: добро пропадает!

— Не вижу.

— А они пропадают! — настаивала я. — Видишь, как они тянутся к моим рукам? Так и хотят мне в рот запрыгнуть!

— Не вижу.

— Как ты можешь быть таким чёрствым? — запричитала я. — Таким жестоким и бессердечным? Тут такое чудо — вишнёвые да ягодки в такое да время, а…

— Поздний, — сказал стеснительно забор, — сорт. Называется «Октавия».

— Спасибо, — поблагодарила я забор и снова насела на хорошего мальчика. — Слышал? Надо спасать Октавию!

— Голубушка, — сказала Ара Элеонора задумчиво, — а с кем это вы там разговаривали?

— Как с кем? — удивилась я. — С забором.

— Я не забор, — смущённо откликнулся забор.

— Ах, простите! — всполошилась я. — Тогда как мне к вам обращаться? Ограда, плетень, частокол?

— Ах, нет! — спешно отозвался забор. — Я — человек. Просто сейчас нахожусь за забором. Вот.

И тут две дощечки забора внезапно разошлись в стороны, и из проёма нам застенчиво махнула ручка.

— Ах, вот оно что! — хлопнула я себя по лбу. — А я-то думала, что разговариваю с волшебным забором!

— А такие бывают? — искренне удивился не-забор.

— А кто ж его знает? — я беспечно пожала плечами. — Бывают же всякие другие волшебные штуки, отчего ж не быть волшебному забору? Меня, кстати, зовут Самара. Привет!

И я раздвинула дощечки и протянула руку внутрь.

С той стороны мне аккуратно жамкнули лапотку.

— Очень приятно, — сказали вежливо, — меня зовут Хофлег. Хотите, я наберу для вас вишни?

— Ах, — обрадовалась я, — не смею отказаться!

По ту сторону раздалось неуверенное шебуршание, и Ар Хофлег неуверенно предложил:

— Может… зайдёте?

— С удовольствием! — откликнулась я. И, прежде чем рука Агора успела ухватить меня за воротник, я нырнула в лаз. Прям как Алиса в нору.

По ту сторону лаза было уютненько. И миленько. Как будто в девичьей спальне, но в мужском саду. Цветочки, бабочки, деревья, беседка, мужчина — все дела. Цветочки были пёстрые, бабочки были жирные, деревья были вкусные, беседка — удобная, а мужчина — трепетный.

И жутко, жутко стеснительный.

— Ух ты, — выдала я, подходя к этому выдающемуся образчику мужской нежности поближе, — какие же у вас обалденные ресницы!..