Поцелуй Злодейки. Том 3 (СИ)

Глава 13

АР ДАКРАН. Все еще день 3.

— Во-первых, — сказала я, — вы скупой. Нет, это замечательная черта характера, особенно для императора, но жить со скупым не каждый сможет. Правда, девочки?

Девочки хором подтвердили, что да, правда.

— Матушка, — возмутился Мутный Тип, — вы ведь сами говорили мне, что этим я пошел в отца!

— Пхр, — сказал Котий Король.

— Отец твой, — ответила Ара Элеонора с достоинством, — был бережливым, но никогда не забывал про подарки для меня. Маленькие, миленькие, но сделанные от души.

— Я тоже делаю вам подарки!

— На дни рождения да на праздники.

— Вот-вот, — подхватила я и сказала Мутному Типу назидательно и нравоучительно, — об чем и речь. Даме нужно хоть иногда делать подарочки. Не по праздникам, а от чистого сердца, вот просто так.

— Это дорого, — проскрипел Мутный Тип.

— Да кто ж говорит про дорогие подарки? — удивилась я. — Сходите в сад да нарвите букетик. Или томик ей какой со стихами купите. Или кисточки хорошие. От казны не убудет, а даме приятно.

Мутный Тип задумчиво пожевал губы. Мы с девочками затаили дыхание.

— Ладно, — сказал он, — я понял. Я пошел.

— Так ведь это ж еще не все! — воскликнула я обрадованно.

Мутный Тип так и застыл: с опой над стулом да с полусогнутными.

— Еще есть? — не поверил он.

— А ну как же! — и я пальчиком тыкнула обратно в стульчик.

Мутный Тип бросил на матушку взгляд нечитаемый да дюже темнейший. Вдовствующая Императрица лихо отбила его выпад и подарила мне нежную улыбку. Я ответила ей нежной миной и вернулась к темнейшему.

— Во-вторых, — сказала я, — ну никакой в вас романтики! Один быт на уме!

— Чем же плох быт? — скрежетнул тот.

— Всем хорош! Но для отношеньиц нужна романтика! Вот женщины любят чем?

— Сердцем?

— Ушами, любезный, ушами! Вот когда вы в последний раз делали какой-нибудь аре комплимент?

Мутный Тип завис.

— Вот то-то же! А ары любят, когда им вешают лап… Кхм, когда им говорят приятности! Вот скажите нам приятности, и вы увидите, как мы сразу растаем!

Мутный Тип дернул на меня глазом. Я продолжала сиять. Мутный Тип дернул глазом на Вдовствующую Императрицу. Императрица сияла. Мутный Тип безнадежно дернул глазом на Ройзу. Та сияла уж совсем как начищенный самовар. Или как натертый воском паркет. Или лысина. Скал ы.

— Матушка, — сказал Мутный Тип, — вы очень… эээ… добры к Аре Самаре. Ройза, вы… кхм… вы очень ловко ловите летящие предметы. Ара Самара…

И Мутный Тип завис. Я выжидала. Мутный Тип висел. Я выжидала. На лбу Мутного Типа огромными неоновыми буквами высветилась надпись «Ошибка 404».

— Ладно, — бормотнула я, — над этим мы еще поработаем.

— Хорошо, — кивнул Мутный Тип обрадованно. И снова приподнял опу над стулом.

— Куда же вы? — удивилась я.

Кожа запрыгала. Думаю, не надо уточнять, где. Хотя, я ведь видела только открытую кожу, поэтому кто его знает, может, она у него запрыгала где-то еще?

— В-третьих, — сказала я. И задрала палец к его носу. Судя по виду Мутного Типа, сейчас его зубная поликлиника могла сомкнуться на моей нежной, хрупкой фаланге, поэтому я слитным движением миновала его императорский нос и вознеслась к потолку. — Уж слишком вы мелочны. И злопамятны. Нет, это даже хорошо. Временами. И местами. И частями. И не только. Но не всегда.

— Что в этом плохого?

— Ну, иногда какие-то промахи своей половинки нужно забывать. К примеру, если она еду пересолила. Или прожгла утюгом ваш любимый камзол. Или сказала в лицо неприятную правду.

— Я же подписал эту закорюку!

— Документ! — оскорбилась я за обещание. — Официальный документ с двумя императорскими подписями!

— Двумя? — моментально насторожился Мутный Тип. — Почему двумя?

— Я расписалась на обратной стороне, — любезно поделилась Вдовствующая Императрица, — как свидетель.

— Матушка! — взвыл Мутный Тип. — И вы туда же! Почему вы ей все время потакаете⁈

— Потому что она мне нравится!

— Вот и удочерите тогда… Нет. Нет. Не вздумайте. Матушка, даже не вздумайте! Ладно. Ладно. Ара Самара, это все или что-то еще?

— Что-то еще.

— …!

— И в-четвертых, — добавила я, — это последнее, не переживайте. Я знаю, что вы отменный дипломат. Но отчего-то дипломатия ваша касается только императорских дел, но никак не отношений. Давеча я слышала, к примеру, что вы совершенно невинно заметили Аре Агаре, что она, кажется, накануне переела соленого, ибо сейчас у нее распухшее лицо.

— То была чистая правда.

— Вот именно! Нельзя! Нельзя так рубить правду-матку, особенно, если она неприятная.

Мутный Тип бросил красноречивый взгляд на меня. Затем на бумажульку. Затем снова на меня.

— Это — другое дело, — встала я в позу. — Здесь вы сами просили сказать вам правду. А вот Ара Агара вас об этом просила?

Мутный Тип поджал губы.

— То-то же, — сказала я удовлетворенно. — В-четвертых, нужно проявлять дипломатию и в отношениях. И когда ваша супружница спрашивает вас: «Дорогой, я располнела?» — лгите! Лгите так, как будто от этого зависит ваша жизнь!

— Понял.

— Итак, подытожим. Чтобы ваша супруга была вами довольна, нужно выполнять несколько простых правил. Во-первых, говорить ей комплименты. Во-вторых, делать маленькие душевные подарочки. В-третьих, закрывать глаза на ее промахи. И в-четвертых, не рубить правду-матку!

Голос мой триумфально вознесся под потолок и столкнулся с моим же пальцем. Впрочем, они там оба поместились. А вот новые знания в Мутном Типе, по ходу, нет. Потому что выглядел он так, будто был готов взорваться. И задумчивым. И готовым взорваться.

— Это. Все?

— Да. Теперь все.

И я выставила перед собой крест. Вернее, бумажульку. Мутный Тип бросил на меня мутный взгляд и вышел из мастерской.

— Фу-ух, — выдохнула я, — кажется, он принял к сведению, да?

— Кажется, так и есть, — сказала Вдовствующая Императрица, — я не лезла к нему с такими вещам, потому что на его плечах и без того был слишком тяжелый груз, а потом он уже пропускал мои слова мимо ушей, но к вам, голубушка… Кажется, к вам он отчего-то готов прислушаться.

И мы втроем обменялись радостными взглядами.