Поцелуй Злодейки. Том 3 (СИ)

Глава 23

АР ДАКРАН. Все ещё день 7.

— Про львов? — Мутный Тип задрал к небесам вторую бровь.

— Ну да, — сказала я, — про таких зверей.

— Предположим, слыхал. И что с того?

— Спорим, — воскликнула я азартно, — что у вас не получится сесть как лев?

— Увольте меня, — пробормотала Ройза.

— Зачем мне нужно, — сказал Мутный Тип, — садиться как лев? Я ведь не он.

С этим было не поспорить. Но ведь нужно было позарез!

Я решила подойти к вопросу с диаметрально противоположной стороны.

— А вы знаете, что такое медуза?

— Вы решили проверить мои знания по естественным наукам? — поинтересовался Мутный Тип.

— Нельзя ли, — вопросила я, — не отвечать вопросом на вопрос?

— Но как же тогда, — удивился Мутный Тип, — я выведу вас из себя, коли не буду отвечать вам вопросом на вопрос?

Я была вынуждена признать, что то была правда. Но ещё я была вынуждена признать кое-что ещё:

— Я забыла, с чем вообще сюда пришла, — поделилась я с Арой Элеонорой доверительно.

— Вы хотели, — сказал Мутный Тип любезно, — чтобы я сел как лев.

— Ах да! — обрадовалась я. — Так вы сядете?

— Конечно же нет! — осклабился Мутный Тип.

— Моя вы ложечка дёгтя, — умилилась я.

— Всё для моей занозы в забрале, — отозвался тот.

Ара Элеонора и Ройза смотрели на нас поочерёдно. Одна смотрела на Мутного Типа, другая — на меня. Затем они менялись местами. Та, которая смотрела на Мутного Типа, переводила взгляд на меня, а та, кто смотрела на меня, переводила взгляд на Мутного Типа.

— Смотрите, — хихикнула я, — они прямо как совушки! Так забавно вертят головами!

— Весьма нелепое сравнение, — ответил Мутный Тип, — но весьма правдивое к тому же!

Совушки продолжали вертеть головами. Только не угукали. Я решила утолить своё любопытство:

— А чем это вы там таким интересным заняты?

— Рассматриваю, — ответил Мутный Тип, — как распределить государственный бюджет на будущий год.

— Двусторонний, — заволновалась я, — двусторонний выезд из театра!

— Сдался он вам! — возмутился Мутный Тип.

— Конечно, сдался! — возмутилась я. — Это же культурная жизнь столицы!

— В которой вы не принимаете участия. К счастью для этой самой культурной жизни.

Но я была как бронепоезд: снежками меня было не сбить.

— Нужен двусторонний выезд, — повторила я упрямо.

— Зачем? — так же упрямо поинтересовался Мутный Тип.

— Позарез, — добавила я.

Мутный Тип прищурился. Нет, он и до этого щурился, но тут прям совсем прищурился. Ажно вперёд подался.

— Так-так-так… Чую, что за этим что-то кроется…

Я поджала свои уста. Вздёрнула голову. Сделала вид, что ему просто кажется. Но на всякий случай повторила:

— Внесите, внесите это тоже в список обязательных расходов.

— Нет уж! Вот теперь мне интересно, что там за причина!

Ройза и Ара Элеонора тоже выглядели жутко заинтересованными. Я поджала свои уста ещё устивее, вздёрнула голову ещё головастее и сделала вид ещё видастее.

— Ах, вам просто кажется, — вздохнула я томно. — Не так.

— Что не так?

— Лев сидит не так.

— Ну так я и не лев.

— А ещё вам просто кажется.

— Что-то я совсем в их разговоре запуталась, — пожаловалась Ройза Аре Элеоноре.

— Я тоже потеряла нить их разговора где-то на двустороннем выезде, — согласилась Вдовствующая Императрица.

— Ах, это потому, — обрадовалась я, — что мы с ложкой дёгтя на одной, очень одной волне!

— Но меня радует, — добавила Вдовствующая Императрица, — что они уже придумали друг другу милые прозвища!

— Милые? — удивилась моя экономка. — Что же милого в ложке дёгтя и занозе в забрале?

— Ах, — отмахнулась сияюще Ара Элеонора, — для таких безнадёжных, как они, даже такие прозвища — это высшее проявление чувств!

— О чём они говорят? — спросил меня Мутный Тип подозрительно.

— Ах, — пожаловалась я, — я потеряла нить их разговора где-то на милых прозвищах!

И мы вчетвером уставились друг на друга: Ара Элеонора с Ройзой против меня с Мутным Типом.

— Ладно, — мотнул шевелюрой Мутный Тип, — вы сюда зачем пришли?

— Как зачем? — удивилась я. — Вас рисовать, конечно же!

— О, — удивился Мутный Тип. И вдруг растаял. — Так эта львиная поза для моей матушки?

Я моргнула. Ара Элеонора тоже моргнула. Ройза всхихикнула.

— Простите, — сказала она, — что-то в горло попало.

И снова хихикнула.

Я решила брать дело в свои руки. И локтем толкнула Вдовствующую Императрицу. Вдовствующая Императрица встрепенулась. И сказала весьма красноречиво:

— Угум.

— Тогда ладно, — сказал Мутный Тип.

И сел как лев.

В голове моей крутилось: вот так вот просто? То есть, я могла избежать всей предыдущей катавасии, просто сказав ему, что это рисунок для Вдовствующей Императрицы?

А потом замотала головой: лишить себя такого восхитительного кусачего заряда бодрости с утра? Ну нет! Решительно невозможно!

Мутный Тип рисовался легко. На удивление. Перо моё так и скользило по бумаге, дрогнув лишь один раз — когда он благодушно попенял матери:

— Матушка, надо было сразу сказать, что это для вас. Но почему именно эта поза?

Ара Элеонора взглянула на меня. Ройза взглянула на меня. Я поняла, что надо выкручиваться. И пропела:

— Ах, это потому, что ваша матушка хотела видеть вас расслабленным хотя бы на картинке.

— Угум, — согласно отозвалась матушка Мутного Типа.

Императрица по совместительству.

Дальше всё прошло без эксцессов. Мутный Тип получился как живой. Моё радостно и предвкушающе подпрыгивало на диване. А когда рисунок закончился, Мутный Тип сказал:

— Так что же там с двусторонним выездом?

— Ах это, — сказала я. А потом-таки решила бахнуть правду, — ну вот представьте: вас нет, а мы с Ройзой там застряли. Как тогда.

— И что? — моргнул Мутный Тип.

— Как что? — всплеснула я руками. — Закидают! Тухлыми яйцами да помидорками закидают! Ну, нам пора! Счастливо и не хворать!

И мы ушли.