Пари на дракона

Глава 11.Столкновение с неизбежным

Рейвард Греаз

Главная столовая привычно наполнена гомоном и запахами свежеприготовленной еды. Около сотни студентов поднялись в такую рань только потому, что прогулы в Илларии запрещены под страхом отчисления.

Впрочем, мне нечего бояться. Я сегодня вообще не спал.

В глаза будто песка насыпали. Тру их уже который раз за этот час. Буквы в старинной книге, словно издеваясь, пляшут перед глазами и никак не хотят выдавать хоть сколько-то ценную информацию. Откладываю фолиант, который с таким трудом добыл из закрытой секции библиотеки. Пришлось пообещать старшему библиотекарю некую услугу в будущем. Хотя я прекрасно понял, на что намекала госпожа Лабель: уж больно красноречиво горели её глаза.

Ладно, с этим разберусь позже. Сейчас всё моё внимание сконцентрировано на проклятой магии, что проникла в меня вчера. Маленькая альва, Кара, кажется, и сама не поняла, что с нами произошло. Да как и я. Судя по учебнику, сплетение наших сил означает начало привязки, но чем это грозит –неизвестно. Ничего толкового не нашёл, а ведь ректор говорил что-то о зависимости.

У меня вообще возникает подозрение, что Лабель подсунула мне сборник романтических рассказов – настолько там слащаво расписываются отношения между альвами и драконами.

И силу они нам даруют, и верность хранят, и наслаждение неземное обещают.

Хотя с последним я даже не спорю. В тот момент, когда сила Кары проникла в меня, я почувствовал какой-то невообразимый ураган эмоций. Удовольствие, счастье, всесильность… и пугающая нежность к той, что пробудила это всё.

Морщусь от того, как внутри рычит зверь. Драконья ипостась уже вчера требовала повтора, требовала схватить девчонку. Сделать своей.

И это не банальная похоть… Уже её-то я могу отличить.

Нет, тут что-то более глубокое, щемящее. И, Всеединый, пугающее! Пугающее силой этого чувства. Ни одна женщина не вызывала во мне такой реакции! Да что там у меня – дракон никогда никого так не требовал!

В памяти всплывает образ рыжеволосой куколки, такой беззащитной в майке и бриджах. Беззащитной и чертовски соблазнительной. Но не внешняя красота меня привлекла. Я не смог закрыться от того, как сияла Кара в ментальном плане. Искрящийся свет, от которого все мои чувства взбесились. А когда заглянул в её бирюзовые глаза, в которых танцевала золотая пыльца…

Боги, как я удержался и не поцеловал её?

Нам запретили приближаться к альвам, и я первый же, кто чуть не нарушил запрет. Представляю, как будет разочарован Алдерт, если Кара вздумает донести на меня. И как недоволен будет отец.

Воспоминание о последнем заставляет собраться. Я не должен посрамить честь семьи. Тем более сейчас, когда наше положение настолько шаткое. После гибели брата я остался единственным наследником рода Греаз. И вторым аметистовым драконом с таким широким спектром возможностей на всю империю. Побочные ветки нашего вида не могут похвастаться столь масштабным даром, как у нас с отцом.

Если я не справлюсь, отцу разрешат взять вторую жену, и это просто убьёт маму. Конечно, у меня есть сестра, но кого я обманываю? В Валестии женщине никогда не дадут возглавить Департамент скрытых дел и не подпустят к государственным тайнам. Хотя, глядя на то, как свободно ведут себя девушки-альвы, я начинаю подозревать, что зря император так суров к представительницам слабого пола. Не такие уж они и беспомощные. Я уж не говорю об уме и изобретательности. Одна Клеона чего стоит.

Хмыкаю, когда двери столовой открываются и на пороге появляется неугомонная Бетье. И тут же хмурюсь, потому что за её спиной появляется делегация альв. Низенькая, хрупкая принцесса, внутри которой я чувствую целый шторм из смятения, испуга и слепого упрямства.

Следом идёт высокая, красивая холодной красотой Полери Валейт. Как я узнал, альва Ночи, а значит, умеет усыплять и проникать во сны. Опасный дар, но я не чувствую от неё угрозы. Однако всё же отмечаю отличие внешнего безразличия от того, что девушка прячет внутри. Там всё… В удивлении приподнимаю брови и провожаю девушку более пристальным взглядом. Всё потому, что у этой Лери внутри всё вверх дном. Такой мешанины эмоций и чувств я давно не встречал. Но главным аккомпанементом этой симфонии звучит боль. Валейт отчего-то постоянно мучится.

Хм. Интересно.

Не успеваю погрузиться в раздумья, как в столовую входит Кара в сопровождении этого раздражающего Ильке. Он по-хозяйски придерживает её за талию и о чём-то со смехом разговаривает с другом, внушительным здоровяком. Последний вчера на приветственной вечеринке перебрал и уснул в объятиях двух девушек по вызову. Впрочем, и Эрто не гнушался ласк приглашённых чаровниц.

Отмахиваюсь от резкого желания подойти к альвам и рассказать Каре, как вчера проводил время её… А кто он ей? Парень? Дракон внутри недовольно ревёт от одной этой мысли.

Но почему обязательно парень? У альв достаточно вольные отношения, возможно, они просто близкие друзья.

– Не рычи, – говорю сам себе. – Нам всё равно ничего не светит.

Отец уже выбирает мне невесту, о которой я, конечно, ничего не знаю – ни кто она, ни как выглядит. Главное – она будет династически удобна и продолжит аметистовый род.

– Приятель, ты что сам с собой разговариваешь?

По спине прилетает мощный хлопок, а рядом приземляется Арм. Засмотревшись на рассаживающихся альв, я выпал из реальности и даже не почувствовал приближение того, кого, по идее, должен охранять от ментального контроля.

М-да, прокол Рейв, пора что-то с этим делать.

Посмотрев последний раз в сторону альв, натыкаюсь на взгляд Кары. Испуганный, испытующий и какой-то ранимый, что ли. С трудом подавляю желание вскочить и броситься к ней. Наоборот, с ехидной ухмылкой скашиваю взгляд на идеально сидящий на мне камзол. Вчера я обнаружил его неподалёку от спящего Миллата. Девочки, конечно, прошли по грани – и с усыплением Андреаса, и с этой полночной вылазкой. Но, Всеединый, как же это было весело! Впервые за время обучения мне было по-настоящему весело!

Видя мою улыбку, Кара вспыхивает и, гордо вскинув подбородок, отворачивается. Хмыкнув, отвожу взгляд. Можешь показывать что хочешь, но я-то слышу, что звенит у тебя внутри, маленькая альва.

– Так тебе рыженькая приглянулась? – не унимается Арм. – Это хорошо.

– Что хорошего? – хмурюсь я. – Отношения с альвами по-прежнему под запретом, это только ты у нас такой счастливчик.

Тянусь за чашкой чая с горным лимоном и еле удерживаю её в руках. Всё потому, что Арм вытаскивает из-под стола белый халат. И мне к пророку ходить не надо, чтобы понять, чей он и где принц его нашёл.

– Это что?

Старательно удерживаю лицо и голос спокойными. Чинно отпиваю чай и отставляю кружку от греха подальше.

– Вот и мне интересно. – Принц с лукавым озорством осматривает зал. – Зашёл сегодня к нашим завхозам, узнал, что такие халаты развешаны в практикантских комнатах. А там сейчас кто проживает? Правильно – принцесса!

Он триумфально взмахивает халатом, как белым знаменем, чем привлекает внимание сидящих вокруг студентов. Замечаю, как бледнеет лицо Кары и как на неё с интересом посматривают подруги.

Значит, не рассказала о нашей с ней встрече? И про камзол не сказала? Ты ж моя маленькая конспираторша.

Мысли утекают в события прошлой ночи, внутри снова разгорается тепло, бьющее ударом в пах. С усилием осаживаю себя.

Не сейчас.

Надо угомонить Арма, а то он точно до дипломатического скандала доведёт. Я, с одной стороны, его понимаю: хочется досадить отцу, который плюнул на чувства сына. А с другой – нельзя быть таким безответственным эгоистом.

– Там не только принцесса живёт, – показательно безразлично произношу я. – Парни там тоже обитают.

Говорю, а сам пытаюсь внести каплю неуверенности в эмоциональный фон, который ярким огнём азарта разливается вокруг Арма. Раньше мне с трудом удавались такие трюки, но с годами тренировок я научился подвешивать окружающим нужные мне эмоции. До стопроцентного внедрения ещё не дорос, но сбить цель с толку – запросто.

– Да ты посмотри! – Арм суёт мне под нос злосчастный халат. – Он ни на одного этого бугая не налезет. Я думал, все альвы – травоеды, но на одних овощах-фруктах такие мышцы не отрастить! Это точно кто-то из девчонок.

– И что?

Приподнимаю бровь, при этом лихорадочно сканируя фон вокруг. И да, Арм добился своего! Вокруг сгущается атмосфера едкого, предчувствующего скандал интереса. Даже со стороны преподавательского стола тянет опасными эмоциями. И как назло, ректора сегодня нет. Зато в наличии завхоз – госпожа Бальвус, всем известная ненавистница альв!

– И что? – повторяюсь я, глядя на друга с уже плохо скрываемой злостью, перехожу на шёпот: – Арм, хватит. Серьёзно тебе говорю. Забудь ты свою Беатрис, оставь уже идиотские шуточки и становись достойным наследником империи. Миррали, судя по тому, что я вижу, прекрасная кандидатура. Чуткая, добрая, не знаю, что там с умом, но уверен, и его предостаточно.

Принц прищуривается, эмоции над ним вспыхивают обидой и разочарованием. Но мне не привыкать. Уже не первый раз чувствую подобную реакцию на мои слова.

– Знаешь, ты, скорее всего, как всегда, прав, но как же мне порой хочется тебе врезать, – наконец выдыхает Арм и откладывает халат на лавочку, пряча его от любопытных взглядов.

– Если кого и бить, то только тебя, дружище, – усмехаюсь я. – В качестве профилактических оплеух.

– Ты душнила, – фыркает Арм и тянется к стоящим на столах чашкам, набирает себе целую тарелку мясной нарезки и овощей.

– Кто-то из нас двоих должен им быть, – хмыкаю я, полностью сосредоточенный на фоне окружающих нас людей.

Не получив полноценного представления, народ успокаивается и возвращается к праздным разговорам.

– Просто, знаешь, меня иногда так это всё бесит, – внезапно проговаривает Арм, вспыхивая обидой с новой силой. – Столько лет отцу не было до меня дела. Конечно, дефектный сыночек, лучше спрятать его отдалённую резиденцию, а затем в Илларию, подальше от дворца. А там, глядишь, про него забудут. И тут на тебе, сына, невеста и престол. А ты уж, будь добр, соответствующе веди себя. Где ж ты был, папуля, когда надо было быть примером этого поведения?

Прикусываю изнутри губу, внутренне разделяя весь гнев друга. Арм должен был родиться алмазным драконом, как и отец, его императорское величество Гарриард Маврилик. И вроде бы так и произошло, но сила принца больше походила на дар другого рода – обсидианового. Вместо магии минералов, Арм в человеческом облике швырялся каменными глыбами, а будучи драконом, покрывался столь же прочными пластинами.

И всё бы ничего, да вот с каким зверем родится ребёнок, зависит от отца. И не будь за спиной императрицы самого богатого и могущественного рода, её бы обвинили в измене. А так… Просто развели руками и сказали, что с принцем случилась природная путаница. Так-то он алмазный, а вот сила чужая. Израстётся – всё встанет на свои места.

Только вот уже двадцать два года ничего не менялось.

– Я вот никак не пойму, Рейв, – произносит Арм, размазывая кусочек масла по свежей булочке, – зачем это отцу? Почему именно я? Мы же все давно поняли, что Андреас его больше устраивает.

– Может быть, именно поэтому? – тихо спрашиваю я.

– О чём ты?

Арм даже жевать перестаёт, а внутри него разливается холод понимания.

– Меня отдали альвам как не особо ценный кадр?

– Я слышал, Миррали – младшая из детей Альгераля, – игнорируя горький вопрос, произношу я, чем только подтверждаю догадку.

Как мою, так и принца. Похоже, ни о каком открытом перемирии и установлении доверия между альвами и драконами речи не идёт. Правители обеих стран осторожничают и не спешат рисковать. Знать бы только почему.

Почёсываю бровь, понимая, что мой поход в библиотеку на сегодня не закончится. Надо будет забежать ещё и за учебниками по углублённой истории.

– Знаешь, а мне даже легче стало, – внезапно со смехом произносит Арм, закидывая в рот кусочек булки. – Я всё голову ломал. А тут всё встало на свои места. Я как был запасным вариантом, так им и остался. Прикрываю зад Андреасу.

– И в случае успеха обгонишь его по всем фронтам, – делаю замечание я. – Может, отец и хотел бы тебя возвысить, но ты знаешь, какие слухи ходят вокруг твоего происхождения. Плюс твоя не самая лучшая репутация здесь, в академии. Объяви его величество о тебе как о наследнике ещё неделю назад – и Гарриарда сожрал бы Совет Родов. Отец говорит, во дворце неспокойно и интриги цветут по всем углам. А так у императора развязаны руки.

Смотрю в прищуренные глаза друга, желая донести до него свою мысль. Ну не верю я до конца в такое скотское отношение императора к сыну. Я видел Гарриарда всего пару раз, и он не показался мне ублюдком. Наоборот, он был противоположностью моего отца.

– Слушай, ты слишком добр к нему. – Арм с лёгкой улыбкой качает головой. – Но я прислушаюсь к твоим словам. Возможно, мне и вправду стоит дать ему второй шанс.

– И начать вести себя подобающе, – хмыкаю я.

За спиной раздаётся скрип открывающихся дверей. Столовую заливает новая волна эмоций – настороженных, с острыми нотками волнения. И среди всего этого фона отчётливо слышится эмоция превосходства и уверенности в собственной безупречности.

Мне даже поворачиваться не надо, чтобы знать, кто это.

– Вот с поведения я и начну. – Арм подмигивает мне и вскакивает на ноги.

Провожаю его взглядом, оборачиваясь и с интересом наблюдая за прибывшими гостями из Конклава. Княжна Пелагея ещё вчера показалась мне очень… многогранной. Да, я бы так и сказал. Хотя Арм, узнай он причину, говорил бы более прямолинейно. Пелагея может оказаться либо двуличной стервой, либо девушкой с психологическими проблемами – настолько много слоёв в её эмоциях.

И чем ближе подходит княжна к идущему ей навстречу Арму, тем больше я убеждаюсь в одной своей догадке: Аксамит просто филигранно прячет истинные чувства под вуалью наносных, кратковременных реакций. Удивление сменяется мурчащим удовольствием от внимания, обращённого на её персону. Следом тут же прыгает настороженность и опаска, которые растаивают под натиском дружелюбия.

– Занятно, – бормочу я, выставляя локоть на стол и устраивая подбородок на кулак. – Кто ж тебя этому научил? Или это всё ваши артефакты?

Последних на студентах академии «Ворви-Уш» столько, что их обладатели запросто сойдут за южнобережных торговцев. Внимательно присматриваюсь к точёной фигурке княжны. Сегодня она, как и вся её делегация, явилась в студенческой форме. Серая удлинённая туника с узкими манжетами на рукавах и геометрической вышивкой на груди надета поверх тёмно-зелёных мешковатых штанов, которые заправлены в сапоги. В дополнение к этому на каждом из студентов красуются нагрудные портупеи не только с артефактами, но и с инструментами.

Не первый раз отмечаю разницу между нашими академиями. У нас всё достаточно строго: девушкам запрещено носить брюки. И вольности заграничных гостей меня несколько раздражают. Бросаю короткий взгляд на Кару, которая, как и вчера, одета в брюки, и чувствую иррациональное желание попросить Алдерта распространить наш стандарт формы и на гостей.

Так, Рейв, мысли опять не о том.

Возвращаюсь к нашим двуликим гостям. Снова присматриваюсь к точёным чертам княжны, отмечаю, что чувства, которые она испытывает при общении с Армом, достаточно правдивы. Это ненадолго, но успокаивает.

Что совсем не успокаивает, так это эмоции, чёткой волной идущие со стороны альв. Точнее, со стороны одной рыжеволосой особы. Не знаю почему, но её чувства я отчётливо выделяю на фоне остальных. Мне даже смотреть на Кару не надо.

И то, что я ощущаю, заставляет моего дракона довольно заурчать. Ревность. Отчего со стороны альвы ко мне идёт ревность? Неужели не нравится моё излишне пристальное внимание к княжне?

Медленно поворачиваю голову в сторону альвы и, поймав взгляд бирюзовых глаз, в самодовольном удивлении приподнимаю бровь. Кара в ответ вспыхивает, как закатное солнце, но в тот же момент испуганно ойкает и смотрит куда-то наверх.

Альва дёргает за руку сидящую рядом принцессу и отчаянно сигнализирует ей, побуждая тоже взглянуть под потолок.

Поднимаю глаза, выискивая причину беспокойства Кары: не станет же она паниковать по пустякам? И на балке, располагающейся прямо над головами преподавателей, обнаруживаю странное. Да что там странное! До смеха абсурдное!

Небольшой серебристый мотылёк, гордо выпятив грудь, вышагивает перед десятком самых разных бабочек. При этом походка его странно шаткая, я бы даже сказал, расхлябанно-пьяная. Если такое вообще возможно. Не знаю, что это за демонстрация и нормально ли такое поведение среди насекомых, но через секунду происходит то, что заставляет меня забыть о мотыльковом променаде.

Тот самый Шуш, а полагаю, это именно он, раз Кара так испугалась, увидев его, подходит слишком близко к краю балки. Ожидаемо заваливается набок, летит вниз, даже не пытаясь затормозить крыльями. И шмякается на стол преподавателей. Да не просто на стол, а прямиком в бокал госпожи Бальвус.

– И-и-и-и-и! – спустя секундную тишину разносится по столовой.

Завхоз кричит на таком ультразвуке, что я и все вокруг, затыкаем уши. И если нам ещё повезло, то вот стёклам в окнах – нет. Через минуту визга они идут трещинами, и часть из них выстреливает смертоносными осколками.

Вскакиваю и на рефлексах бросаюсь к столу альв. Дракон внутри безумно ревёт, требуя спасти Кару от летящего в неё стекла.

Но не успеваю я сделать и шага, как всех находящихся в зале накрывает куполом из каменных плит.

Оборачиваюсь к Арму, который и ответственен за появление спасительной преграды. На лице друга читается крайнее напряжение, пот мелкими бисеринками выступает у него на лбу.

Вокруг стоит визг девчонок и ругательства парней. Аксамит, то ли испугавшись, то ли воспользовавшись ситуацией, прижимается к принцу в поисках защиты.

– Что тут происходит? – громогласным рёвом проносится крик Алдерта.

Плиты, удерживаемые принцем, опадают на пол каменным крошевом. Мы одновременно с другом смотрим на стоящих в дверях ректора и тьюторов альв.

– Маленький инцидент, – объясняет Арм, машинально прижимая к себе княжну.

– Маленький?!

Госпожа Бальвус визжит так, что я не сдерживаюсь и морщусь. В висках пульсирует от взбесившихся вокруг эмоций. Зажмуриваюсь и тру переносицу в надежде хоть как-то сконцентрироваться. И первым, на что падает мой взгляд, оказывается бледное лицо Кары. Она нервно закусывает губу и неотрывно следит за завхозом, которая продолжает верещать и размахивать бокалом с мотыльком в нём.

– Это диверсия, господин ректор! – орёт Бальвус. – Меня пытались отравить этим! – Она обходит стол и устремляется к недвижно стоящему Алдерту. – Надо срочно узнать, чья это живность, и призвать к ответу!

Резко дёргаюсь вперёд и останавливаю завхоза на полпути. Не ожидая подвоха, Бальвус непонимающе пялится на меня. А я, не теряя времени, выхватываю кончиками пальцев бедного пьяницу из бокала и со словами «Это мой!» засовываю мотылька себе в нагрудный карман.

И под ошеломлённое молчание студентов иду по проходу между столов в сторону выхода.

Не знаю, зачем это сделал. Но позеленевшее от злости лицо завхоза того стоило. А ещё больше меня порадовал полный благодарности и искреннего облегчения взгляд Кары.

С ужасом понимаю, что ради таких её эмоций готов каждый день спасать бесову альву. И что-то мне подсказывает, что возможностей у меня будет предостаточно.