Сомневаться в собственной затее я начала уже на лестнице, ведущей на первый этаж. И эти сомнения только усилились, когда я оказалась перед массивной входной дверью. Та, разумеется, оказалась заперта. Причем так, основательно. Я подергала ручку несколько раз, но дверь даже не шелохнулась, словно была частью стены.
Посмотрела в окно. Судя по всему, дом находился в городе. Прямо перед ним раскинулся небольшой сад. В тени деревьев притаился округлый белый кованый столик и пара стульев, окруженные кустами роз. Я умиротворенно вздохнула, представив, как здорово здесь пить кофе по утрам или наслаждаться закатом.
Посыпанная гравием дорожка вела к кованым воротам, за которым бурлила жизнь. Целая жизнь! Светило солнце, разъезжали экипажи, чинно прохаживались люди в богатых одеждах. А район-то, судя по всему, не бедный…
Все это только доказывало, что мы с Ашем из абсолютно разных миров. Для него я — всего лишь приятное приключение, о котором он довольно быстро забудет, как только получит желаемое. Лучше мне уйти сейчас, пока все не зашло слишком далеко.
В конце концов, два месяца как-то я выжила. Осталось продержаться еще один. Что я там хотела? Снять комнату, сидеть в ней не вылезая…
«А, может, это… в аптеку за контрацептивами лучше сгоняем и вернемся?» — чертенок на моем правом плече выразительно пихнул меня локтем. Ангелочек на левом смущенно закрыл лицо ладонями.
А-а-а! Маша, что у тебя за мысли?
Окно открылось легко, и я наполовину высунулась наружу. Вдохнула свежий весенний воздух.
Решиться на побег почему-то было сложнее, чем я думала.
«Наверно, нужно написать записку. Поблагодарить, попрощаться», — решила я. Потратила полчаса на поиск письменных принадлежностей. Еще столько же размышляла над текстом. Получалось то слишком сухо, то чересчур драматично. Как вообще люди прошлых веков справлялись с выражением эмоций без смайликов?
Это же так просто — поставить улыбающуюся рожицу, ревущего человечка или сердечко. И неважно, что сидишь с абсолютно равнодушным лицом, а сердце даже не екает…
Разозлившись на собственную нерешительность, я быстро нацарапала:
'Спасибо за все, Аш! Без тебя я бы пропала. За меня не беспокойся — отсижусь в гостинице.
Маша'
Оставила записку на столе. А после этого вылезла в окно. Побродила по саду, собираясь с мыслями. В голове возникло подозрение, что я просто оттягиваю время до того момента, как Аш вернется и примет решение за меня.
А ведь, откровенно говоря, он мне нравится. Очень. И безопасно с ним. А внутри все сворачивается в болезненный узел, стоит ему даже не прикоснуться — просто посмотреть…
— Милочка, не откроешь? Руки заняты. — Внезапно раздался чей-то голос за воротами. Я вздрогнула и уставилась на женщину среднего возраста в черном платье. В руках у нее были какие-то свертки.
— А вы кто? — С подозрением сощурила глаза.
— Уборщица.
Я тут же расслабилась. Аш упоминал кухарку — неудивительно, что уборщица у него тоже имеется. Странно только, что не предупредил о ее приходе.
— Конечно. — Я улыбнулась и направилась к кованым воротам.
Нужно будет вернуться в дом и выкинуть эту записку, — решила я. — А потом лечь спать. Не дура же я рисковать своей жизнью, да?
С замком удалось справиться быстро. Я приветливо распахнула створку, но вместо того, чтобы пройти внутрь, женщина вдруг хищно улыбнулась. Свертки попадали на землю. В серых глазах зажглись алые искры, а через секунду она произнесла мужским голосом:
— Вот ты и попалась, попаданка.
С ужасом почувствовала, как мои ноги становятся ватными. Захотелось закричать, но я не успела. Существо сделало выпад рукой, бросая в мое лицо какую-то черную пыль. Сразу за этим мое сознание провалилось во тьму.