Когда я зашла в дом, допрос был еще в самом разгаре. И только услышав грозный голос бабушки Салли, я сразу поняла, почему она так настойчиво выгоняла нас искупаться.
— … я тебя сейчас так заколдую, что у тебя кожа наизнанку вывернется, если ты мне хоть слово соврал, пес! — Грозно вещала она из соседней комнаты. Раздался какой-то громкий звук — словно хлыст щелкнул в воздухе, и жалобное мужское:
— Я все сказа-а-ал…
Я застыла на месте, тревожно прислушиваясь к звукам из-за стены. Оглядела комнату, в которой находилась — ту самую гостиную, где Салли вчера раскладывала карты. Вчера? Неужели прошло так мало времени?
Окна слегка приоткрыты, и свежий весенний ветер трепал занавески. На низком столике стоял заботливо оставленный чай в расписном чайничке и две фарфоровые чашечки. Ваза с печеньями.
— Прошу, не надо!.. — Глухо взмолился охотник.
Даже знать не хочу, что там происходит.
На негнущихся ногах я подошла к креслу и неловко присела на самый краешек. Принялась наливать себе чай дрожащими руками. С сомнением покосилась на угощение. Желудок свело от голода, и даже аккомпанемент страданий головореза не смог отбить мой аппетит.
Я съела одно печенье и отпила теплый напиток. Был он, к слову, неимоверно вкусный — с травяными и фруктовыми нотками. За стеной наступила тишина, и я на несколько секунд прикрыла глаза, желая ею насладиться.
А когда открыла, бабушка Салли стояла прямо передо мной.
А-а-а! Ни один скример из фильма ужасов не производил на меня такой эффект. Я вздрогнула всем телом, проливая чай на многострадальную юбку. Хорошо, что он хотя бы успел остыть!
— Приятного аппетита, Машенька. — Ласково улыбнулась она, взирая на меня с умилением. — Ты голодная? А то я могу яишенку пожарить. И бутерброды с домашней колбаской сделать.
Домашней? Страшно представить из кого.
— Ничего не надо, спасибо. — Поспешно ответила я, старательно пытаясь игнорировать бешено колотящееся сердце. — Удалось что-то выяснить?
— Удалось. — Подтвердила Салли. Лицо ее стало задумчивым. — Сейчас Аш придет, мы и поговорим все вместе.
— А что с… ну, этим? — Я кивнула на стену, немного страшась ответа.
— Спит. — Невинно пожала она плечами. — До вечера проваляется, не меньше.
Я выдохнула с явным облегчением. Прохладный ветерок напомнил мне, что я все еще сижу в разорванном, а теперь еще и мокром платье.
— Извините, можно мне нитку с иголкой? — Осмелев, попросила я. Салли окинула мою юбку понимающим взглядом. Мои щеки начали гореть, и я испытала острое желание оправдаться. — В лесу зацепилась. За сук.
Кажется, что сделала только хуже, потому что взгляд бабули зажегся весельем.
— Да, сучья в этом лесу очень коварные. — Лукаво подтвердила она, направляясь к высокому платяному шкафу. — Если нужно будет нужно особое зелье, чтобы… кхм… подобные курьезы не вызывали последствий, то дай знать. А сейчас лучше подыщу тебе что-нибудь из одежды.
Я коснулась кончиками пальцев лба, пытаясь скрыть пылающее лицо.
Боги, и что она только обо мне подумала?
— Так, что тут у нас? — Совершенно не замечая моего состояния, Салли принялась отодвигать вешалки в сторону. — Хм…
В руки ей попалось платье — белое, кружевное и явно не предназначенное для прогулок по лесу. Пышная фата, что крепилась на той же вешалке, подтверждала догадку. Она задумчиво перевела взгляд со свадебного платья на меня. Мои глаза округлились. Дрожащей рукой я поставила чашку обратно на стол.
— Мне бы что-то… попрактичнее.
Салли несколько разочарованно вздохнула и вернула наряд в шкаф. После чего достала другое платье — чистое, светло-голубого цвета и почти моего размера. Остается только надеяться, что это не трофей с очередной девицы, которую она пыталась подсунуть внуку.
Выбор был мною одобрен почти моментально.
Я торопливо переоделась за ширмой, что отделяла умывальник от основной части дома. А стоило мне вернуться гостиную, как я увидела Аша. Голый торс с редкими каплями воды, что он, видимо, не успел как следует стереть. Брюки, низко сидящие на бедрах. Наглые янтарные глаза, что неспешно прошлись по моему телу сверху вниз.
Взгляд при этом такой собственнический, что по коже пробежала волна мурашек.
— Ну что, молодежь, присаживайтесь. — Произнесла Салли несколько торжественным голосом. — Есть у нас одна проблемка…