Оспорить завещание

Глава 32

Глава 32

— В домик ни шагу, пока эти здесь! — распорядилась, озабоченно нарезая круги по столовой, — куда они их положили?

— Два сундука под кровать запихнули, — быстро отрапортовал Стин, с опаской на меня поглядывая.

— Два сундука, зачем? В голову им, что ли прилетело? И как теперь быть? — ворчливо съехидничала, — простите констебли, мы тут пару сундуков с монетами прихватили, даже не знаем, как так вышло.

— Нееет.

— Вот и я так думаю, поэтому никому ни слова и в сторожевой домик ни шагу, — рыкнула я, — нет там ничего и всё тут. А теперь по комнатам и спать, тебе бы тоже не мешало.

— Слушаюсь, — кивнул Стин, ошалело на меня взглянув, он, вжимаясь в стену прошмыгнул мимо меня и сбежал из столовой.

— Хм…, — задумчиво проследила за бегством мужчины, тоже отправилась к выходу.

— Ой! Это вы госпожа, — испуганно вскрикнула Молли, вытаращив на меня глазищи.

— Я, а кого ты здесь думала увидеть?

— Так… у вас волосы торчат и глаза от лампы светятся. Аж жуть берёт, — пропищала служанка, пятясь от меня.

— Ты чего хотела? — не стала продолжать разговор о моей внешности, догадавшись о причине спешного бегства Стина из столовой.

— Там мсье Фрэнк очнулся, вас зовёт.

— Ооо... отлично, — воскликнула, рванув на второй этаж, не замедляясь и на секунду, распахнула дверь покоев, где почивал братец.

— Мамочка... — просипела Берта, сползая с табурета, стоило мне только войти.

— Это я, выдыхай, трусиха! И что не так-то? — возмущённо высказалась, бегло взглянув на брата, который тоже выпучив глаза, теперь, кажется, не дышал, но выглядел вроде неплохо, поэтому я поспешила в ванную, мельком взглянув в зеркало, подытожила, — не так уж и страшно, всего лишь волосы торчат, подумаешь.

— Ваша светлость, — пролепетала Берта, застыв истуканом у кровати, указала на дверь, — можно?

— Иди уже, — махнула рукой, на ходу приглаживая волосы, буркнула себе под нос, — видно, от ужаса за волосы себя дёргала.

— Испугалась за меня? — тихо спросил братец, ехидно хмыкнув.

— Ага, как же, — рявкнула, поддавшись к неподвижному телу, прошипела, — ты как себя чувствуешь? Говорить можешь?

— Нда…

— Тогда какой холеры вы, пребывая в потрёпанном и дырявом виде, стащили чужие монеты, даже ещё и так не надёжно их спрятали? А теперь у меня во дворе стоит шатёр, в котором обосновались констебли и мимо них никак не прошмыгнуть.

— Джек должен был сказать, до приезда констеблей, — прохрипел Фрэнк, тут же застонав.

— Больно? — сбавила обороты, надавав мысленных оплеух себе, что высказать можно и чуть позже.

— Немного, — скривился брат, пытаясь поправить одеяло.

— Лежи, сама сделаю, — заворчала, подогнула одеяло, приподняла подушку, взяла со столика пузырёк с янтарной жидкостью, проговорила, — вообще лекарь сказал, что вы проспите до самого утра... давай, это надо выпить.

— Фу… какая гадость, — промямлил Фрэнк, проглатывая микстуру, — меня не все настойки берут.

— Ясно, запей отваром… да вкусный он — ягодный Ронда приготовила, — хмыкнула, помогая напиться, — ты как ребёнок, честное слово.

— С детства не люблю болеть.

— А кто ж любит, — пожала плечами, убирая кружку на место, — ты как? Расскажешь, что там произошло? И почему Луи?

— Помнишь, с тобой слышали странный звук, но сегодня его не было. И мы спокойно подошли к пещере, там, кстати, хорошая тропинка, видно, что её расчистили, но скрыли кустами.

— Ты не отвлекайся, — поторопила мужчину, — про тропинки не так важно, вас ждали?

— В том-то и дело, что нет, мне, Кейну и Бену удалось подойти близко к контрабандистам, мы их застали как раз за перевозкой награбленного. И если бы не Луи, напавший сзади, всё прошло бы быстро.

— Зачем он так? Вы же друзья.

— Нет, я давно знаю Тоби, он жил по соседству с мамой. Бен и Джек братья и они с этой деревни, а Луи он прибился к нам год назад, когда мы стали…, — замялся мужчина.

— Разбойничать, — подсказала брату.

— Да, он сразу нам стал подсказывать, где удобней делать засады и, где проезжают чаще кареты с добром, там обычно было немного, да и все мы не забирали, — проговорил мужчина, покосившись на чашку с отваром.

— Пить? — спросила, не дожидаясь ответа, подала, — устал? Можем завтра поговорить.

— Нет, я в порядке. Луи, когда его Кейн ранил и смог скрутить, поведал мне, что примкнул он к нам специально, чтобы отвадить от пещеры, а в случае облавы свалить всё на нас.

— Гад! Мало я его стукнула, — буркнула, с трудом сдержавшись, чтобы не выругаться матом, — а сейчас он где? Если он наговорит на тебя констеблям?

— Он мёртв, — коротко ответил братец, выдержав гнетущую паузу, будто размышляя, продолжил, — одному из контрабандистов удалось сбежать, мы даже не сразу разглядели этот проход, он так круто заворачивал, что казалось, слился со стеной. Кейн побежал за ним, но… не успел сделать и пару шагов, как раздался взрыв. Уверен, с той стороны были их подельники и именно они взорвали проход.

— Луи приложило обломком?

— Да, его и ещё двоих, они были связаны и не смогли укрыться.

— Ладно, — произнесла, вновь поднеся чашку ко рту брата, — отдыхай, тебе потребуется немало сил, чтобы завтра ответить на вопросы констеблей, не зря они здесь задержались.

— Кейн, сказал, что пригласить их нужно, — недовольно проворчал братец.

— И он прав, в этом деле всё непросто.

— Как он?

— Спит… я надеюсь, лекарь сказал, будет жить.

— Я… Эми спасибо, — пробормотал братик, с трудом ворочая языков, видно, микстура мсье Гарса наконец подействовала.

— Спи, — прошептала, целуя в лоб, — завтра, всё завтра.

Покинув комнату брата, я проверила, как себя чувствует Кейн, наказав Молли присматривать за мужчиной. Спустилась на первый этаж, узнала, как Бен, за ним взялись приглядывать Ронда и Берта по очереди. И только после вернулась в свою комнату, устало подперев собой дверь, надрывно простонала. Сил ни физических, ни моральных не осталось. Сейчас, когда всё на время стихло, меня накрыло. Тугой ком в груди, что давил и не давал дышать на протяжении этого бесконечного дня, наконец растаял. Ноги окончательно перестали меня держать, и я буквально осела на пол. Из горла вырвался судорожный всхлип, а из глаз потекли слёзы… Тихо подвывая, выплакивая страх, волнение и беспокойство за людей, я, зажмурив глаза, гнала прочь ужасы этого дня. Равные окровавленные раны, болезненные стоны и синюшный цвет лица брата, Кейна и Бена, надолго сохранятся в моей памяти. Не знаю, сколько, я так просидела на полу время от времени горько всхлипывая, время казалось, остановилось, но тихий стук дверь привёл меня в чувство.

— Кто? — просипела, с трудом подавляя очередной всхлип.

— Мадмуазель Эмма, вы в порядке? — раздался хриплый голос Кейна, заставив меня быстро вскочить на ноги и распахнуть дверь.

— Что вы здесь делаете! Вы с ума сошли, вам нужно лежать, — прорычала, подхватив под руку шатающегося мужчину, повела его назад в комнату, ворчливо добавив, — не работает сонное зелье этого шарлатана, оба раньше времени подскочили.

— Кхм… мадмуазель Эмма, — поперхнулся мужчина, присаживаясь на кровать, — вы плакали, вас обидели? Кто посмел?

— Никто, ложитесь и чего поднялись? Вы свою рану видели, вам лежать не меньше недели надо, — не ответила на вопрос, подтолкнула мужчину в целое плечо, чтобы он наконец улёгся, — давайте я повязку сменю, как раз время подошло.

— Вы? — удивлённо воскликнул Кейн, уставившись на меня своими глазищами.

— А кто? Полагаете я сиделку наняла? Хотела, да мсье Грас сказал, нет свободных…, — проговаривала, разматывая ткань, — да не стесняйтесь, чего я там не видела.

— Мадмуазель Эмма…

— Думаю, нам пора прекратить это ненужное расшаркивание, — прервала мужчину, потрясённо следящего за моими действиями, не удержавшись, хихикнула, — тем более после того, что между нами было.

— Эм…, — промычал Кейн, не найдя что ответить.

— И правильно, лучше помолчите, — прошептала, осторожно накладывая жирную мазь вокруг раны, чётко выполняя инструкции лекаря, — сейчас станет легче.

— Спасибо.