Опять 25!

Глава 7

Наутро Ксюшу разбудил пронзительный вопль. Спросонья она запуталась в одеяле и свалилась с кровати. Дверь комнаты распахнулась, Ксюша завозилась на полу, чувствуя себя спеленутой мумией.

– Ксюша, детка! – Застучали шаги, она увидела стройные ноги и обреченно поняла: не сработало. Секундой позже над ней склонилась молодая Аполлинария и помогла ей подняться.

– Ушиблась? – посочувствовала она заботливым тоном бабушки.

– А ты чего так визжала? – сердито спросила Ксюша.

– От радости, – смущенно улыбнулась Аполлинария. – Я ведь думала, все, погуляла денек, и хватит. Рождество закончилось, а чудеса продолжаются!

– Знать бы, когда это закончится, – проворчала Ксюша.

– Вижу, ты за меня не рада, – насупилась Аполлинария. – Тебе, Чебурашка, не понять, какое это счастье, когда утром встаешь с постели – и у тебя ничего не болит!

Ксюша устыдилась и промямлила:

– Ба, ты же сама понимаешь, что так долго продолжаться не может! Люди начнут спрашивать, где ты. Как мы будем выкручиваться?

– Ой, да ладно! – Аполлинария беззаботно махнула рукой. – До тех пор, пока меня кто‐то хватится, я уже сто раз состариться успею.

– Надеюсь! – вырвалось у Ксюши, и она смущенно отвела глаза. – Ладно, пойдем завтракать. Оладушки остались?

– А как же! Я вчера много наделала…

От трели дверного звонка обе вздрогнули и растерянно переглянулись:

– Это еще кто?

– Сиди тихо, – велела Ксюша, – я посмотрю.

На пороге стояла вездесущая Капитолина с набитой авоськой в одной руке и банным веником в другой.

– Доброе утро! – зевнула Ксюша. – И с легким паром!

– Да какое ж утро? – поразилась соседка. – Уж день давно!

– А мы вчера домой поздно вернулись, – непонятно зачем сообщила Ксюша.

– Уж я‐то знаю! – Капитолина насмешливо сощурилась.

«Ничего от нее не утаишь», – поразилась Ксюша.

– Аполлинария где? – Соседка любопытно заглянула ей за плечо.

– Дома, где ж ей быть, – осторожно ответила Ксюша и скосила глаза на веник.

– Она что ж, не готова еще? – рассердилась Капитолина, навалилась на Ксюшу, собираясь войти, и протрубила: – Поля, я за тобой! В баню пора!

Ксюша встала насмерть, вытесняя старушку за порог.

– Тише! – зашипела она. – Вы бы, Капитолина Геннадьевна, так сразу и сказали, что в баню. Что так шуметь‐то! Бабушка только под утро уснула, всю ночь с мигренью мучалась.

– Как же тут не мучиться, когда единственная внучка всю ночь непонятно где шляется, – ехидно заметила Капитолина.

«Знала бы ты, с кем и по чьей инициативе я шляюсь!» – мрачно подумала Ксюша, а вслух сказала:

– Так что вы идите, Капитолина Геннадьевна, а бабуля пусть отдыхает. Ей сегодня не до бани.

– Так баня, она ж от всех хворей! – Старушка растопырилась на пороге, не давая Ксюше закрыть дверь, и воинственно потрясла веником. – Мы ее там мигом вылечим!

– Не хочет она в баню! – разозлилась Ксюша. – До свидания!

– Ты меня за дверь‐то не выставляй! – взвилась Капитолина.

На ее крики выглянула сонная Лена Щеглова и с любопытством вытянула шею.

– Это что ж творится‐то? – приободренная поддержкой публики, заливалась Капитолина. – Представляете, Леночка, второй день Аполлинария Матвеевна не показывается. Я уж беспокоиться начинаю.

– Вообще‐то, – вставила Елена, – я с ней вчера разговаривала. Она приболела и с Павликом сидеть отказалась.

– Это очень странно! – не унималась Капитолина. – Может, ты ее уже в дом престарелых пристроила? – Она обвиняюще ткнула в Ксюшу веником.

– Да как вы можете! – возмутилась Ксюша. – Я бабушку люблю!

– Все так говорят! – не унималась старая сплетница. – А потом как квартиру захапают и бабку в дурку сошлют. Мешает она, поди, тебе по ночам гулять и хахалей в дом водить?

Ксюша от стыда готова была провалиться под землю, а тут еще сонная соседка внезапно взбодрилась и выступила с инициативой:

– Может, участковому позвонить?

Ксюшу прошиб ледяной пот. Вот как явится участковый да потребует предъявить ему бабулю, что тогда делать? Еще и Аполлинарию прятать придется, так как у «кузины из Саратова» никаких документов нет, кроме косы до пояса и бюста четвертого размера.

– Капа, ты чего расшумелась? – проскрежетало сзади.

Капитолина Геннадьевна выпучила глаза, словно увидела привидение. Ксюша с подозрением повернулась и застыла. В коридоре стоял гуманоид в шелковом бабушкином халате, с головой закутанный в шерстяную шаль. Лицо гуманоида было зеленым, как стены в подъезде, а глаза закрывали солнечные очки. Мало того, гуманоид скрючился, как будто его со всей дури стукнули железнодорожной шпалой. Раз тридцать.

– Ох, радикулит проклятый разбил, – пожаловался гуманоид скрипучим голосом из ужастиков. – Мочи нет! Здравствуй, Леночка! – кивнул он маме Павлика.

– Да на тебе лица нет, – отмерла Капитолина.

– Это маска для сияния лица, – с гордостью проскрежетал гуманоид, кутаясь в шаль. – Говорят, что творит чудеса.

– Если помолодеешь лет на пятьдесят, дай знать, – хмыкнула Капитолина.

– Ты узнаешь об этом первой, – пообещала Аполлинария, и Ксюша подавила смешок, оценив юмор бабушки и ее находчивость. Аполлинария догадалась, что Капитолина, не уйдет, пока не увидит ее, и за считаные минуты умудрилась перевоплотиться из цветущей красотки в дряхлую старуху.

– А солнечные очки зачем? – запоздало спохватилась соседка.

«Это чтобы не ослепнуть тебе от ее красоты», – про себя фыркнула Ксюша.

– Это от сглаза, – нашлась Аполлинария. – Я на днях передачу про экстрасенсов смотрела, теперь всегда в них хожу. Говорят, сглаз так и отлетает да обратно в злыдней и ударяет.

– А‐а‐а… – протянула Капитолина. – Ну ладно, Полечка, поправляйся. Вижу, тебе не до бани сейчас. – Она махнула веником. – А я тогда одна пойду…

– Иди, Капочка, – кивнула Аполлинария. – Попарься там хорошенечко!

Ксюша закрыла дверь и сползла вниз, давясь от хохота.

– Ну, ба, ты конспираторша! – вымолвила она, глядя, как Аполлинария разматывает шаль и снимает темные очки.

– Надо же было нас спасать! Лично в мои сегодняшние планы не входит встреча с участковым, – объявила она, скрываясь в ванной.

– А что в них входит? – осторожно поинтересовалась Ксюша, пока Аполлинария фыркала и смывала маску.

– Я еще пока не решила. Может, с парашютом прыгну или в зорбе прокачусь.

– Бабушка!!! – простонала Ксюша.

– Ладно‐ладно, зануда. И кто тебя замуж такую возьмет…

– А я и не собираюсь! – резко ответила Ксюша. Перед глазами встала вчерашняя сцена – как Инга собственнически обнимает Влада, давая Ксюше понять, что ей ничего не светит.

– А я собираюсь найти тебе жениха, – выпалила Аполлинария.

Ксюша так и уставилась на бабушку.

– Это что за новости?

Аполлинария осеклась и смущенно опустила глаза.

План у Аполлинарии созрел еще вчера. Когда на танцах она увидела молодого двойника Миши Медовникова, она на миг потеряла голову и побежала к нему сквозь толпу. Только очутившись рядом, поняла, что ошиблась. Миша никогда не носил такую яркую обтягивающую футболку, Миша никогда не укладывал свои темные вихры воском. И Миша никогда не смотрел на нее так – самодовольно и дерзко.

– Селфи? – Парень вздернул бровь, явно польщенный ее вниманием.

– Прости, я ошиблась. – Аполлинария повернулась, чтобы уйти, но он неожиданно перехватил ее за руку.

– Ты не ошиблась. Я Стас Горностаев. – Он улыбнулся ей улыбкой звезды, и она вспомнила, что на днях видела его по телевизору на музыкальном канале.

Аполлинария уставилась на татуировку в виде дракона на его руке. У Миши не было татуировки. Ведь во времена их молодости татуировки набивали только уголовники. Однако сейчас молодежь как с ума посходила, уродуя свою кожу рисунками и символами. Хорошо еще, Ксюшу эта мода обошла стороной.

– Потанцуем? – Телеведущий потянул ее на танцпол, намереваясь заключить в медленном танце, но мелодия закончилась, и ее сменил рок‐н‐ролл.

На миг Стас растерялся, и Аполлинария поддела его на слабо:

– Не умеешь танцевать рок‐н‐ролл?

– Почему не умею? – Он принял вызов и довольно умело задвигался в танце. – А ты?

Аполлинария не танцевала рок‐н‐ролл уже лет пятьдесят. Но стоило зазвучать знакомой песне, как тело вспомнило быстрые движения, и она позволила Стасу увлечь себя в танце. На несколько минут Аполлинария потеряла голову. В полумраке дискотеки ей показалось, что она вернулась в прошлое. Когда‐то они с Мишей так же задорно зажигали на танцах в Доме культуры. Они были молоды и влюблены…

– Как тебя зовут? – прокричал ей молодой Миша, крутя ее в танце, и разрушил волшебство.

– Аполлинария, – ответила она, но шум музыки заглушил ее голос, и парень услышал другое.

– Полина? – переспросил он.

Она не стала спорить – какая разница?

Танец закончился, но молодой человек явно увлекся ею и не отходил от нее весь вечер. Аполлинария не возражала. Она была слишком заинтригована сходством ведущего с Мишей Медовниковым. Может, он приходится Мише внуком или родственником? Однако спросить напрямик она не решилась. Да и атмосфера танцев с громкой музыкой не располагала к разговорам. Она только и успела узнать, что в клубе Стас впервые – рыжий диджей Антон оказался его другом детства, и он пришел поддержать приятеля. А когда она представила Стаса Ксюше и увидела, как внучка обомлела при виде красавца‐ведущего, у Аполлинарии созрел план.

Внучка, конечно, никакой инициативы проявлять не станет, такой уж у нее характер – будет страдать в одиночку от безответной любви. Как сама Аполлинария страдала, когда Миша исчез из ее жизни – без письма, без объяснения. Он уехал из Москвы на зимних каникулах, когда она гостила в селе у матери. Не оставил ей даже записки, о его отъезде она узнала от коменданта общежития летного училища. Оказалось, что Мишу перевели в Иркутск, и он срочно уехал туда. И хотя она прожила в своем общежитии еще три года, до самого замужества, Миша ей ни разу не написал, и больше она о нем никогда не слышала.

Сейчас, с высоты прожитых лет, она понимала, что стоило переступить через гордость, выяснить раз и навсегда, почему Миша так с ней поступил, а не мучиться этим вопросом всю оставшуюся жизнь, даже сейчас. Можно же было съездить в летное училище, расспросить его друзей, но тогда, в юности, это казалось невозможным и даже постыдным.

И теперь Аполлинария не собиралась пускать на самотек судьбу внучки. Она надеялась, что ей удастся взять дело в свои руки и свести сладкую парочку. Она как раз раздумывала, как бы ненавязчиво продолжить их знакомство, когда Стас сам предложил записать ее телефон…

Пусть Стас заинтересовался ею, она придумает, как его разочаровать, и поможет ему влюбиться в Ксюшу. А для этого нужно только побольше о нем разузнать. К счастью, в наше время даже частного сыщика нанимать не надо, достаточно подключиться к Интернету. И пока Ксюша вчера спала после танцев, Аполлинария тихонько взяла ее ноутбук, отыскала страницу ведущего в ВК и принялась разглядывать фотографии.

Ее в который раз потрясло сходство Стаса с Мишей Медовниковым. Конечно, ее Мишу невозможно было представить в обнимку с почти полуголыми моделями на показе или делающим селфи в спортклубе… Аполлинария Мишу никогда не видела обнаженным даже по пояс, а Стас, не таясь, демонстрировал кубики пресса на весь Интернет. Еще Стас выкладывал селфи на фоне роскошных интерьеров, фотки со знаменитостями, которых встречал на телеканале и во время вечеринок, снимки изысканных блюд из ресторанов. Все это было слишком мелко для ее Миши, который грезил небом и полетами, мечтал служить родине и защищать страну в случае новой войны… Вот только их первую хрупкую любовь не защитил, а растоптал сам.

Увиденное на странице Стаса Аполлинарию несколько разочаровало. К тому же у Стаса обнаружилась девушка – ведущая с того же музыкального канала, Кристина Лихолетова. Красивая брюнетка с кукольным личиком частенько мелькала с ним на фотографиях, даже странно, что вчера в клубе ее не было. Роман двух ведущих был словно напоказ – ужин с панорамным видом на огни Москвы, кофе в постель, одежда в похожем стиле для вечеринки. Аполлинария засомневалась, по‐настоящему ли это? Если да, то красавица Кристина может стать серьезной соперницей для Ксюши. Чего скрывать, ее внучка уступает эффектной Кристине. По ведущей видно, что она не вылезает из салонов и носит наряды по последней моде – на грани приличия. Аполлинария ни за что бы не допустила, чтобы Ксюша отправилась на свидание к Стасу в такой же провокационной мини‐юбке, как у Кристины, или с таким же непристойно глубоким вырезом на кофточке…

Нет, Кристина Стасу не подходит, забраковала Аполлинария. То ли дело ее внучка. Добрая, искренняя, настоящая. А у Кристины все фальшивое – от улыбки до силиконовой груди, рвущейся из тесных топиков. Стаса надо брать элегантностью – на контрасте с Кристиной, у которой все нараспашку! Но вот поработать над внешностью Ксюше все‐таки стоит…

Зная Ксюшино упрямство, Аполлинария не рискнула озвучить свой план. Для начала надо затащить внучку в салон красоты, а уже затем подтолкнуть в объятия Стаса.

– Так какого такого жениха ты мне собираешься найти? – мрачно уточнила Ксюша у задумавшейся Аполлинарии.

– Я вчера после танцев полночи уснуть не могла, – уклончиво ответила та, – все думала, что же это за чудо со мной такое приключилось. И вспомнила!

– Что вспомнила? – осторожно уточнила Ксюша.

– Вспомнила, как я желание загадала. Я же тогда что сказала? «Вот бы мне снова было двадцать пять, я бы Ксюшке такого жениха нашла!» А наутро я проснулась такой! – Она крутанулась вокруг своей оси и торжественно провозгласила: – Понимаешь, вот она, моя миссия!

– Свести меня с ума? – пробурчала Ксюша.

– Найти тебе мужа! И когда я тебя, Чебурашечка, пристрою в надежные руки, я снова стану бабушкой.

Ксюша нахмурилась. То, что бабушка снова станет бабушкой, ее устраивало целиком и полностью. А то, что она задумала ее сватать, ей категорически не нравилось.

– Ты же ведь поможешь мне, Ксюша? – Аполлинария умоляюще уставилась на нее. – От тебя ведь многого не надо. Ну сходишь на свидание – разок, два…

Ксюша хотела пойти на свидание с одним‐единственным мужчиной на свете – Владом. Но откровенничать с бабушкой не собиралась. С Аполлинарии станется заявиться в офис и выставить ее на посмешище перед начальником и коллегами. Поэтому она только кивнула:

– Разок или два. Но не больше!

– Тогда, – радостно подпрыгнула Аполлинария, – не будем терять времени. Одевайся!

– Куда? – насторожилась Ксюша. – На ярмарку женихов?

– В кузницу невест! – Аполлинария с озорным видом схватилась за телефон.

– Вообще‐то, сегодня последний выходной день, мне завтра на работу, и я собиралась еще доделать проект и отдохнуть.

– На пенсии отдохнешь, – отрубила Аполлинария и зачирикала в трубку. – Алло, салон красоты? Ларочка сегодня на месте? Можно к ней попасть? В одиннадцать? Отлично, нас устроит. Что будем делать? – Она критически оглядела Ксюшу с ног до головы. – Все! Стрижку, окраску, укладку… Да, спасибо. А у Эльвиры окошко найдется? Будьте любезны, уж подыщите… Отлично! Тогда маникюр, а педикюр никак не успеем? Ну ладно, в следующий раз. Вы так добры! Уже выезжаем! – Она закончила разговор и подняла взгляд на Ксюшу. – Только не надо на меня так смотреть! Чтобы найти принца, нужно сначала стать принцессой.

Еще вчера Ксюша бы раскричалась и никуда не поехала. Но сегодня ее преследовал призрак Инги, и она была готова к борьбе за сердце Влада.

– Ладно, поехали!

Ларочка усадила Ксюшу в кресло, пробежалась пальцами по кончикам длинных русых волос, строго поцокала языком:

– Когда последний раз стриглись?

– Где‐то год назад, – неуверенно ответила Ксюша.

– Что ж вы себя так запустили‐то? – нахмурилась Ларочка.

– Да я обычно волосы в хвост убираю, – попыталась оправдаться Ксюша, но осеклась под осуждающим взглядом парикмахерши.

– Ларочка, ты же чародейка! – Аполлинария, стоявшая рядом, молитвенно сложила ладони.

– Мы разве знакомы? – Девушка удивленно вздернула темные брови. – Не помню, чтобы я вас стригла.

– Нет, – поспешно ответила Аполлинария. – Но я о вас много слышала.

– Шикарные у вас волосы, – профессиональным взглядом отметила Лара. – Густые, здоровые и не крашенные ни разу. Сейчас редко у кого такие встретишь… А маникюр у Эльвиры делали?

– Да, я заходила на днях, – пробормотала Аполлинария, воровато убирая руки за спину. Не хватало еще засыпаться на такой мелочи!

Однако Ларочка уже потеряла к ней интерес и с видом алхимика кружила вокруг напряженно застывшей Ксюши.

– Насколько вы готовы измениться? – деловито уточнила она.

– На все сто! – решительно тряхнула головой Ксюша.

– Что ж, – повеселела Ларочка, – приступим!

Пока парикмахерша колдовала над Ксюшей, Аполлинария открыла смартфон и еще раз внимательно просмотрела страницу Стаса в соцсети. Она надеялась найти какие‐то семейные фотографии, на которых она может узнать Мишу, но Стас делал фото только со звездами, и никаких упоминаний о его семье не было. Не сирота же он! В таком случае, даже если он приходится родственником Мише, она не сможет отыскать его следов…

Рядом что‐то прошуршало, раздалось деликатное покашливание. Аполлинария подняла голову и в шаге от себя увидела привидение. Ниже шеи привидение было покрыто широкой траурной накидкой, скрывавшей руки и ноги. Часть волос на голове была обернута фольгой, а оставшиеся пряди свисали на плечи.

– Кажется, из меня делают Барби! – трагически пискнуло привидение голосом Ксюши и жалостливо шмыгнуло носом.

Аполлинария моргнула, и наваждение прошло, она признала внучку, с несчастным видом топтавшуюся перед ней.

– По крайней мере, ты перестанешь быть похожа на Чебурашку, – пошутила она.

Очаровывать искушенного Стаса нужно во всеоружии, и для этого нужно стать красоткой не менее притягательной, чем Кристина Лихолетова. И Аполлинария очень надеялась, что новая прическа преобразит Ксюшу и заставит Стаса взглянуть на нее с большим интересом. Пусть у них не случилось любви с первого взгляда, но вполне может наметиться роман со второго.

– Может, смыть все, пока не поздно? – задумалась Ксюша.

– Ни в коем случае! Не переживай, Ларочка – профессионал.

– Главное, чтобы у меня волосы не вылезли. А то мне завтра перед начальником с защитой проекта выступать.

– Вот увидишь, ты завтра выйдешь – и все ахнут!

– Главное, чтобы не от ужаса, – нервно хихикнула Ксюша и кивнула на телефон у Аполлинарии в руках. – А ты что делаешь?

– Ничего, – Аполлинария торопливо закрыла страницу Стаса. И, заметив подозрительный взгляд Ксюши, добавила: – Гороскоп читала.

– Гороскоп? – недоверчиво переспросила Ксюша.

– Проверяла по лунному календарю, благоприятный ли сегодня день для стрижки и окрашивания, – с ходу сочинила Аполлинария.

– И как?

– Очень благоприятный, Чебурашка!

– Я уже не Чебурашка. – Ксюша печально развела руками под накидкой, снова сделавшись похожей на привидение. – И еще не Барби. Я пока еще черт‐те что.

– Ксения! – Из зала показалась Ларочка. – Куда же вы сбежали?

– Иду! – грустно отозвалась Ксюша, словно ее звали на каторгу, и скрылась в зале.

Аполлинария снова открыла Интернет на телефоне и решила побольше разузнать о сопернице Ксюши.

Страничка Кристины Лихолетовой была полна красивых фотографий в модных нарядах. Ведущая была хороша собой – эффектная барышня с выразительными чертами лица, большими карими глазами и облаком каштановых кудрей. Однако все в ней было чересчур – громкий голос, вызывающе яркий макияж, откровенная одежда на грани приличий, слишком густые и пышные волосы для того, чтобы быть натуральными, ярко‐алые, длинные, как у вампирши, ногти. Будучи иконой современной моды, Кристина вряд ли бы заинтересовала собой художников прошлого. Она была искусственной от фасада до манер. Сними с нее накладные пряди и ногти, смой макияж, забери модные вещи – и Аполлинария не была уверена, что останется что‐то интересное. Однако Стас видит только внешнюю броскую красоту, и Аполлинария приуныла, разглядывая фотосессии Кристины. Ксюше такой не стать никогда.

Зато поиск по имени Лихолетовой в Интернете выдал неожиданные результаты, и Аполлинария приободрилась. Оказалось, Лихолетова известна своим тяжелым нравом – то скандал в магазине закатит, то фотографа поколотит. Неудивительно, если Стас устал ее терпеть и на вечеринку к другу‐диджею вчера пришел один. Ему бы сейчас такую спокойную и мягкую девочку, как Ксюша… Вот бы устроить им свидание! Только как? Стас не оставил своего номера телефона, хотя ее взял. Но ведь не звонит! Не у телецентра же его караулить? Мужчины не любят, когда им навязываются…

Она снова уткнулась в смартфон, когда ее окликнула хорошенькая блондинка с каскадным каре до плеч.

– Не скучаешь?

Что за бесцеремонность, поразилась Аполлинария, отворачиваясь. Кстати, что‐то Ксюша задерживается. Поры бы ей уже не только с прической, но и с маникюром закончить… Она медленно повернулась и ахнула, вскакивая с места.

– Ксюша! Неужели это ты?

Внучка была похожа на голливудскую звезду, только что вернувшуюся из отпуска в Майями. Мелкое мелирование дало эффект выгоревших на солнце волос, а за счет каскадной стрижки каре тонкие волосы казались объемней.

– Нет. – Ксюша улыбнулась и провела пальчиками с гелевым французским маникюром по переливающимся золотом волосам. – Это уже не я. Это новая Ксюша.

– Какая же ты красавица, – умильно восхитилась Аполлинария и благодарно кивнула Ларочке. – Ларочка, вы – волшебница!

– Чего уж там. – Парикмахерша польщенно зарделась. – Приятно иметь дело с такими природными данными. Только, чур, себя больше не запускать! – Она погрозила Ксюше.

– Через месяц буду как штык, – пообещала та.

– И ко мне тоже, – подмигнула маникюрша Эльвира, подходя к стойке администратора.

Пока Ксюша расплачивалась с добрыми феями, Аполлинария накинула пальто и тихонько выскользнула наружу. Она боялась, что Эльвира может узнать ее по маникюру, который делала сама на днях, и заподозрит неладное.

Пока Аполлинария ждала Ксюшу снаружи, зазвонил телефон. Номер был незнакомым, и она с досадой подумала, что это звонят с какими‐то рекламными предложениями. Опять обижать будут, о возрасте напоминать! Обычно ее звали проверить сердце или суставы, сдать анализы в каком‐нибудь частном медицинском центре, где потом поставят несуществующий диагноз и раскрутят на крупную сумму денег. Фрося как‐то так попала, по своей наивности, и дочке потом пришлось выплачивать кредит за бесполезный магнитный аппарат.

– Алло! – не очень любезно ответила она на звонок.

Однако из динамика полился такой родной, не изменившийся за годы молодой голос, что Аполлинария, охнув, перебила:

– Миша?

– Нет, – обиделся ее собеседник. – Это Стас. Мы вчера в клубе танцевали. Или уже забыла?

– Склероза у меня, слава богу, нет, – возмущенно возразила Аполлинария, которая больше всего на свете не любила намеки на старческие хвори.

Стас рассмеялся – весело и от души, как когда‐то Миша.

– А ты забавная, Полина.

Мишу она тоже в молодости часто смешила, и он говорил ей, что с ней легко и радостно… Задумавшись о прошлом, Аполлинария не сразу поняла, о чем ей говорит Стас.

– Так что? – нетерпеливо спросил он.

– А что? – очнулась она. Это же ее шанс устроить свидание детей!

– Мы можем увидеться?

– Да, конечно! – обрадовалась она. – Только я с Ксюшей приду, можно?

Как удачно, что Стас позвонил именно сейчас. Ксюша после салона выглядит, как звезда, и точно произведет на него впечатление!

– С сестрой? – недовольно уточнил Стас. У него явно были планы на двоих.

У Аполлинарии тоже. Она отправит Ксюшу к Стасу, а сама не пойдет. Тогда молодому человеку ничего не останется, как прогуляться с Ксюшей.

– Мы сейчас вместе гуляем, – объяснила она. – Не бросать же мне ее!

– Ну ладно, – неохотно согласился Стас. – Где встретимся?

Аполлинария назначила Стасу встречу у памятника Пушкину и только потом поняла, что по старой привычке выбрала место, в котором она частенько встречалась с Мишей.

Она как раз простилась с ведущим, когда с крыльца салона спустилась обновленная Ксюша.

– С кем говорила?

Аполлинария еще раз оглядела довольным взглядом Ксюшину прическу и маникюр и торжественно объявила:

– Чебурашка, ты идешь на свидание со Стасом!

Она думала, что Ксюша обрадуется. Ведь внучка так вчера смотрела на Стаса! Но Ксюша внезапно заупрямилась:

– Я не пойду! У меня завтра защита проекта, мне подготовиться надо…

– Чебурашка, – нетерпеливо перебила Аполлинария, – послушай меня, старую мудрую бабку. Я чувствую, вы созданы друг для друга!

– Ба, кого ты хочешь обмануть? Он на меня вчера даже не смотрел.

– Просто он тебя сегодня не видел. – Она ласково поправила выбившийся из прически золотой внучкин локон. – Ты же теперь просто фея.

– Он ведь тебе назначил свидание, а не мне? – догадалась Ксюша и внезапно улыбнулась. – Иди, ба. Я же вижу, как тебе хочется.

– И ничего мне не хочется! – сердито возразила Аполлинария. – Я просто хочу устроить твою судьбу, дурочка!

– Сначала разберись со своей. – Ксюша мягко тронула ее за плечо. – Я домой. Мне правда нужно подготовиться на завтра. Будешь задерживаться, позвони, чтобы я не волновалась.

Аполлинария посмотрела на внучку и кивнула. Пусть Ксюша считает, что она сдалась, а она в это время придумает, как поближе познакомить ее со Стасом.